# Книга для детей

Елена Александровна Колтоновская

(Дневникъ школьника -- Эдмондо де Амичисъ).

Текст издания: "Юный Читатель", No 18, 1900.

## Книга для дѣтей.


(Дневникъ школьника -- Эдмондо де Амичисъ).


Лѣтъ двадцать тому назадъ въ Италіи появилась книга, написанная знаменитымъ писателемъ Эдмондо де-Амичисъ для дѣтей школьнаго возраста. Она по итальянски называется "Cuore", что значитъ "Сердце", и написана въ видѣ дневника, который ведется мальчикомъ подросткомъ въ продолженіе одного учебнаго года. Въ Италіи эта книга пользуется такимъ успѣхомъ, что за эти двадцать лѣтъ пришлось ее издавать заново двѣсти тридцать пять разъ! Уже одно это могло бы служить ея рекомендаціей... Въ настоящее время трудно встрѣтить юнаго итальянца, не прочитавшаго этой любопытной книги, такъ живо изображающей -- дорогіе сердцу каждаго человѣка -- школьные годы.

Эдмондо де-Амичисъ, собственно говоря, писатель недѣтскій. "Сердце" -- единственная книга, написанная имъ для дѣтей, какъ разъ въ то время, когда его собственный сынъ учился въ школѣ. Амичисъ присматривался къ школьной жизни, съ любовью входилъ во всѣ интересы сына и его сверстниковъ. Вотъ почему и книга его вышла такою правдивою и искреннею. Она написана такъ просто и живо, что кажется, какъ будто видишь все описанное въ ней. Впрочемъ, этими чертами -- простотой и живостью разсказа, отличаются вообще всѣ произведенія Амичиса. Напримѣръ, его "Путешествія" такъ описываютъ разныя мѣста (Парижъ, Лондонъ, Константинополь и др.), что читателю кажется, будто онъ самъ въ нихъ побывалъ...

Въ русскомъ переводѣ итальянская книга появилась подъ названіемъ: "Дневникъ школьника". Но итальянское заглавіе, на нашъ взглядъ, гораздо больше подходитъ къ ея содержанію, гораздо точнѣе выражаетъ ея смыслъ. Вѣдь это, въ самомъ дѣлѣ, не простой дневникъ, а скорѣе повѣсть маленькаго сердца, разсказъ о томъ, чѣмъ оно жило, волновалось, радовалось и огорчалось въ теченіе года. Да и люди, выведенные Амичисомъ въ его книгѣ, относятся другъ къ другу не бездушно и безучастно (какъ нерѣдко случается въ жизни), а соединены горячею сердечною связью. Учитель здѣсь не просто учитель для школьниковъ, но и близкій человѣкъ, другъ, къ которому можно обратиться и въ радости, и въ горѣ. И -- что дороже всего -- такія отношенія между ними устанавливаются не послѣ долгаго знакомства и совмѣстнаго ученія, а сразу, чуть не съ перваго урока. Происходитъ это оттого, Что этотъ учитель вообще хорошо относится, къ людямъ, къ каждому человѣку, кто бы онъ ни былъ, совершенно ему постороннему и незнакомому. Людей прежде всего видитъ онъ изъ своихъ маленькихъ ученикахъ и серьезнымъ, довѣрчивымъ отношеніемъ вызываетъ въ нихъ такія же хорошія, человѣчныя чувства къ себѣ.

Вотъ какъ описываетъ маленькій Энрико (авторъ дневника), перешедшій въ средній классъ школы, своего новаго учителя.

"Новый учитель послѣ сегодняшняго утра мнѣ тоже понравился. До начала класса онъ уже сидѣлъ на своемъ мѣстѣ; подходили къ дверямъ нѣкоторые изъ его прошлогоднихъ учениковъ и здоровались съ нимъ "Здравствуйте, г-нъ Пербони!" "Добрый день, г-нъ учитель!" -- Иные входили, подавали ему руку и убѣгали. Замѣтно, что они его любили и желали бы къ нему вернуться. Учитель отвѣчалъ: "Здравствуйте",-- жалъ руки, но ни на кого не смотрѣлъ, стоялъ серьезный, нахмуренный, отвернувшись къ окну, глядя на крышу дома напротивъ. Онъ не повеселѣлъ отъ этихъ привѣтствій, а, казалось, больше страдалъ. Диктуя, онъ сталъ ходить между скамейками; замѣтивъ, что у одного мальчика лицо красно, будто отъ сыпи, пересталъ диктовать, взялъ ученика за подбородокъ, посмотрѣлъ, спросилъ, что съ нимъ, и приложилъ ему руку къ головѣ, пощупалъ, нѣтъ ли жара. Въ это время другой ученикъ у него за спиною сталъ ломаться, представлять маріонетокъ. Учитель вдругъ обернулся: мальчикъ поскорѣе сѣлъ да такъ и замеръ, опустя голову, ожидая, что будетъ: "Впередъ этого не дѣлать," -- и ничего больше. Затѣмъ вернулся къ столу и продолжалъ диктовать. Кончивъ диктовку, онъ началъ тихо, но сильнымъ добрымъ голосомъ: "Слушайте, дѣти! Намъ придется провести этотъ годъ вмѣстѣ. Постараемся провести его хорошо. Учитесь и будьте добры. У меня семьи нѣтъ. Въ прошломъ году у меня была мать -- умерла. Я одинъ, у меня никого кромѣ васъ. Вы мнѣ дѣти. Я васъ люблю, надо и вамъ меня полюбить. Не вынуждайте меня васъ наказывать. Докажите, что вы добрыя дѣти; пусть школа будетъ для васъ семья, а вы мое утѣшеніе, моя гордость. Обѣщаній на словахъ я не требую: я увѣренъ, что вы въ душѣ сказали: "да..." благодарю васъ".

Такія же простыя, тѣсныя отношенія были и между учениками, несмотря на разницу положеній и состояній ихъ родителей. Эта разница въ итальянскихъ школахъ сильнѣе, чѣмъ въ нашихъ, и составъ учениковъ тамъ разнообразнѣе, потому что образованіе среди низшихъ классовъ въ Италіи больше распространено, чѣмъ въ Россіи. Тамъ чаще можетъ случиться, что сынъ богатыхъ родителей окажется на одной скамейкѣ съ сыномъ угольщика или каменьщика. Сначала онъ будетъ отъ нихъ сторониться, боясь испачкать платье, а разставаясь, по окончаніи ученія, можетъ быть, ихъ обниметъ, какъ братьевъ... Школа научитъ его цѣнить товарищей по ихъ собственнымъ заслугамъ, а не по богатству и знатности ихъ родителей.

Описывая школьную жизнь, Энрико съ особеннымъ удовольствіемъ останавливается на разсказахъ, которые читалъ въ классѣ учитель, но одному каждый мѣсяцъ. Онъ даже признается, что учился бы гораздо охотнѣе, если бъ каждый день слушалъ по такому разсказу... Всѣ они записаны мальчикомъ и приведены въ его дневникѣ, такъ что и мы можемъ судить о томъ, что его въ нихъ особенно радовало и восхищало.

Дѣйствующими лицами во всѣхъ этихъ разсказахъ были дѣти, такіе же мальчуганы-подростки, какъ сами школьники, но они тѣмъ же отличаются отъ обыкновенныхъ дѣтей, чѣмъ вообще особенные люди, герои, отличаются отъ людей обыкновенныхъ. Каждый изъ этихъ мальчиковъ любитъ кого-нибудь или что-нибудь больше самого себя, любитъ пламенно и сильно и готовъ ради этого пожертвовать всѣмъ, даже собственною жизнью.

Въ разсказѣ "Патріотъ" героемъ является маленькій нищій, котораго родители продали труппѣ комедіантовъ. Будучи не въ силахъ дальше выносить голодъ и побои, мальчикъ обратился въ Испаніи къ защитѣ итальянскаго консула. Тотъ сжалился и далъ ему билетъ на пароходъ для возвращенія на родину. На пароходѣ ѣхали богатые иностранцы, которые, заинтересовавшись мальчикомъ, стали его разспрашивать и затѣмъ дали ему денегъ. Обрадованный нищій собралъ деньги и, взобравшись на свою койку, сталъ раздумывать, на что ихъ истратить. Онъ мечталъ хоть разъ въ жизни на нихъ до сыта поѣсть, купить новое платье и остатки привезти суровымъ родителямъ, чтобъ они его лучше приняли.

Въ это время богатые иностранцы расположились внизу, въ каютѣ, закусывать.

Они разговаривали о видѣнныхъ странахъ, мало-по-малу перешли къ Италіи и начали ее бранить. Вдругъ,-- едва успѣлъ одинъ изъ путешественниковъ обозвать итальянцевъ ворами,-- градъ монетъ посыпался сверху на полъ, на столъ, на головы собесѣдниковъ. И маленькій нищій, высунувшись изъ своего убѣжища, гнѣвно крикнулъ имъ:

-- Я не беру милостыни отъ тѣхъ, кто оскорбляетъ мою родину!

Любовь къ родинѣ, конечно, свойственна всѣмъ людямъ, но въ итальянцахъ она развита до высшей степени. Имъ пришлось видѣть униженіе своей страны, ея безсиліе и раздробленность, ея страданія подъ гнетомъ Австріи, и они всѣ, какъ одинъ человѣкъ, поднялись на ея защиту. Современная "единая Италія" создана народнымъ подвигомъ. Еще не прошло и пятидесяти лѣтъ съ тѣхъ поръ, когда улицы главнѣйшихъ итальянскихъ городовъ были затоплены народною кровью. Вотъ почему современному итальянцу такъ дорого даже самое имя "Италія".

Въ разсказѣ "Часовой" маленькій ломбардецъ жертвуетъ жизнью для родины. Дѣло было въ 1859 г., въ войну за освобожденіе Ломбардіи. Офицеръ предложилъ мальчику взлѣсть на дерево, чтобъ посмотрѣть, не видно ли непріятеля, и спросилъ, сколько ему за это дать.

-- Я ломбардецъ!-- съ гордостью возразилъ онъ и сталъ карабкаться на дерево.

Едва онъ началъ разсказывать, что увидѣлъ, непріятельская пуля со свистомъ пролетѣла мимо него.

-- Слѣзай!-- испуганно крикнулъ офицеръ.

-- Я не боюсь,-- отвѣтилъ онъ, даже не вздрогнувъ, и продолжалъ разсказывать.

Но вотъ свистнула другая непріятельская пуля, третья... и маленькій герой упалъ.

Въ другихъ разсказахъ, которые читалъ учитель въ классѣ, тоже описаны дѣтскіе подвиги, правда, нестоль громкіе, но такіе же значительные, способные вызывать всеобщее удивленіе и восторгъ. Таковъ, напримѣръ, поступокъ маленькаго Маріо въ разсказѣ "Кораблекрушеніе". Когда съ пароходомъ произошло несчастіе, Маріо уступилъ свое мѣсто въ спасательной лодкѣ маленькой дѣвочкѣ, съ которой незадолго передъ тѣмъ познакомился, а самъ остался погибать на пароходѣ. Это, конечно, чрезвычайно рѣдкій поступокъ не только среди дѣтей, но и среди взрослыхъ. Но тѣмъ не менѣе онъ возможенъ. Есть люди, которымъ легче умереть самимъ, чѣмъ видѣть, какъ умираетъ другой. Амичисъ тѣмъ и хорошъ, тѣмъ и дорогъ своимъ читателямъ, что онъ горячо вѣритъ въ существованіе такого совершеннаго добра, умѣетъ отыскать его въ человѣческомъ сердцѣ и указать на него другимъ. Какъ бы тяжело ни жилось человѣку,-- способные жертвовать собою для другого -- все-таки станетъ легче! Само собой разумѣется, что предъ такимъ поступкомъ меркнутъ и гаснутъ самые блестящіе военные подвиги и побѣды.

Также хорошъ и интересенъ разсказъ "Отцовская сидѣлка". Мальчикъ, сынъ рабочаго, заболѣвшаго въ городѣ, былъ посланъ матерью изъ деревни ухаживать за отцомъ. Но въ больницѣ произошла путаница: его привели къ койкѣ посторонняго, за которымъ онъ и началъ ухаживать. Больной былъ безъ сознанія, а лицо отъ рожи измѣнилось до неузнаваемости; поэтому легко было ошибиться. Недоразумѣніе разъяснилось только, при мысли о томъ, что на свѣтѣ существуютъ люди, когда выздоровѣвшій отецъ мальчика (прежде лежавшій -въ сосѣдней палатѣ) вошелъ въ комнату. Оба очень обрадовались другъ другу.

-- Ну, собирайся скорѣе и отправимся домой, тамъ мать насъ ждетъ! весело сказалъ отецъ.

Мальчуганъ хотѣлъ было повиноваться, но, взглянувъ на больного, за которымъ онъ ухаживалъ, понялъ, что не можетъ его покинуть и уйти съ отцомъ. Такъ онъ и не пошелъ съ отцомъ, а остался въ больницѣ и ухаживалъ за больнымъ, пока тотъ не умеръ. Это часто бываетъ въ жизни, что чужой, посторонній становится намъ близокъ какъ родной, и чувства, вызванныя имъ, горячѣе даже тѣхъ, которыя мы питаемъ по родству и привычкѣ.

Изъ всего сказаннаго понятно, почему всѣ эти разсказы нравились маленькимъ школьникомъ, чѣмъ они собственно имъ нравились и какія чувства будили въ ихъ душѣ... Понятенъ и успѣхъ книги Амичиса среди итальянскихъ, да и всѣхъ вообще юныхъ читателей, потому что книга давно переведена на всевозможные языки.

Въ настоящее время Эдмондо-де-Амичисъ живетъ на сѣверѣ Италіи, въ Туринѣ, но уже въ теченіе нѣсколькихъ лѣтъ ничего не пишетъ. Послѣ смерти своего горячо любимаго сына онъ перенесъ тяжелую болѣзнь, слѣды которой не исчезли и до сихъ поръ.


Е. Колтоновская.