# О Вагабисах

Луи-Александр Корансе

(Извлечение из французской книги, помещенное в Минерве, а оттуда сокращенно переведено для Вестника).

Вестник Европы. -- 1811. -- Ч. 56, N 6. -- С.138-153..

О Вагабисахъ.


Вагабисы, или Вахабиты, становятся значительною націею на востокѣ. Нѣсколько лѣтъ они устрашали Аравитянъ, Турковъ и Персовъ; а теперь по сосѣдству съ Персидскимъ заливомъ начинаютъ быть опасными и для Европейцовъ, именно же для Англичанъ. Любопытно знать нѣкоторыя подробнѣйшія свѣдѣнія о семъ странномъ народѣ. Во французскомъ Монитерѣ 1804 года помѣщено было первое историческое о немъ извѣстіе, напечатанное потомъ въ разныхъ Нѣмецкихъ журналахъ {Статья о Вагабисахъ помѣщена была и въ Вѣстникѣ Европы, въ первыхъ книжкахъ 1805 года. Изд.} Сочинитель, долго, жившій въ Алеппо, имѣлъ случай собрать важнѣйшія свѣдѣнія о Вагабисахъ, а особливо чрезъ посредство одного маронита Діего Франга, очень хорошо знающаго восточные языки. Сверхъ того имѣлъ онъ безпрерывную переписку съ Сиріею, Египтомъ, Дамаскомъ и Багдадомъ. Еще помогалъ ему нѣкто Ремондъ, офицерѣ, служившій тогда при Пашѣ Алеппскомъ. Запасшись наилучшими матеріялами, теперь напечаталъ онъ въ Парижѣ особо Исторію Вагабисовъ отъ начала ихъ до конца 1809 года. Изъ сей книги сообщается читателямъ извлеченіе.


## Происхожденіе Вагабисовъ.


Іеменъ, южная часть Аравійскаго полуострова, съ древнѣйшихъ временъ обитаема была Бедуинами, и кочующими Аравитянами. Изъ сей страны вышли многолюдныя племена, господствующія нынѣ въ части Азіи и въ обширныхъ пустыняхъ сѣверной Африки. Она была отечествомъ Магомета и другихъ славныхъ мужей, которые прославили имя и государство Аравитянъ.

Въ Іеменѣ возникла секта Вагабисовъ. Сіи нынѣ страшные Аравитяне существуютъ не болѣе полувѣка. Столь быстро усилившееся могущество ихъ служитъ залогомъ будущаго ихъ величія.

Невѣжество и безпечность Османовъ дѣлаютъ весьма сомнительными всѣ ихъ показанія. На востокѣ тому только вѣрить можно, что видишь своими глазами. При томъ же Вагабисы долго жили въ срединѣ Аравіи, отъ прочихъ странъ Азіи отдѣленной пустынями, которыя однимъ только имъ были знакомы. Ранняя исторія сихъ новыхъ людей помрачается дальностію и времени и мѣста. Препятства сіи и для Евроцейцовъ затруднительны, а на востокѣ они непреодолимы.

Начало Вагабисовъ безъ сомнѣнія относится ко временамъ новѣйшимъ, но трудно съ точностію опредѣлить сію епоху, а еще труднѣе дойти до причинъ, это которыхъ возникло ихъ начало. Народѣ Аравійскій состоитъ изъ множества племенъ различныхъ, которыя безпрестанно ссорятся и дерутся. Сраженія ихъ часто начинаются безъ всякой причины и обыкновенно оканчиваются безъ всякихъ послѣдствій. Симъ сраженіямъ Вагабисы отъ части одолжены своимъ началомъ; но болѣе надлежитъ оное приписывать вѣрѣ.

Первобытная вѣра Магометова искажена отъ многихъ большею частію странныхъ толкователей Корана, надъ которыми въ разныхъ мѣстахъ воздвигнуты гробницы, прославленныя нелѣпыми чудесами. Суевѣріе опредѣлило имъ мѣсто между людьми и единымъ Богомъ, котораго Магометъ проповѣдывалъ, и тѣмъ закрыло образъ единаго Бога предъ очами нынѣшнихъ его почитателей.

Основанный на сей вѣрѣ деспотическій образъ правленія производитъ весьма пагубныя дѣйствія въ земляхъ, въ которыя вторглись Вагабисы. Исповѣданіе, ихъ вѣры обѣщало полезную реформу богопочитанія. Народѣ, почти всегда недовольный настоящимъ своимъ состояніемъ, думалъ, что Вагабисы прекратятъ его бѣдствія, и вмѣсто того испыталъ еще большія. Вагабисы ненавидятъ удовольствій роскоши. Торговля и ремесла для нихъ нестерпимы. Они почитаютъ язычество злодѣяніемъ, и наказываютъ оное смертію. Мусульмане по ихъ мнѣнію суть язычники, потому что Богу даютъ товарища. Симъ духомъ гоненія отличаются вообще всѣ ихъ военные дѣйствія.

Вагабисы почитаютъ основателемъ секты своей нѣкотораго шейка Мугамеда, сына Абделя-Вагабова, внука Солиманова, лѣтъ за пятьдесятъ передъ симъ жившаго. Преданія гласятъ, что Солиманъ былъ бѣдной Арабъ изъ племени Негеди, тогда малозначительнаго. Ему однажды приснилось ночью, будто изъ тѣла его выходитъ пламя, которое распространяясь, пожирало на пути своемъ шатры и въ городахъ жилища. Солиманъ, пробужденный симъ сновидѣніемъ, просилъ шеиковъ своего племени истолковать оное; и ему объявлено было счастливое предзнаменованіе: шеики сказали, что сынъ его будетъ основателемъ новой секты, обратитъ къ ней пустынныхъ Аравитянъ, и покоритъ города и села. Сонъ исполнился, однакожъ не на сынѣ его Абделъ-Вагабѣ, а на внукѣ шейкѣ Мугамедѣ.

Етотъ Мугамедъ началъ тѣмъ, что старался ввести въ употребленіе вѣрной переводъ Корана. Книга сія сама собою, только съ содержащимся въ ней ученіемъ, непричастная мнѣніямъ позднѣйшихъ истолкователей, такая какою она преподана отъ Бога Магомету, въ первобытной простотѣ своей, служила основаніемъ исправляемой вѣры. Слѣдовательно Мугамедъ незаводилъ никакой новой секты. Онъ запретилъ воздавать почтеніе людямъ, неисключая даже Магомета, и проповѣдывалъ, что Турковъ, Евреевъ и Христіянъ должно губить безъ милосердія, первыхъ за пророка ихъ, вторыхъ за Моисея, а послѣднихъ за Іисуса.

Мугамедъ нашелъ въ племени своемъ послѣдователей, однакожъ не столь многихъ, чтобы съ ними сдѣлаться могъ страшнымъ; а для распространенія такой гонительной секты потребна была немалая сила. Мугамедъ зналъ это; онъ выѣхалъ изъ Іемена, отправился въ Сирію, пустился къ берегамъ Евфрата, тамъ старался онѣ склонять на свою сторону нашей и вельможѣ, которые помогли бы ему оружіемъ и деньгами. Но въ Меккѣ и въ Дамаскѣ ему отказано; изъ Багдада и Бассоры его выгнали; и Мугамедъ возвратился въ Аравію, гдѣ благосклонно принятъ былъ Ибнъ-Сеудомъ; Княземъ Дреигескимъ и Лагзаскимъ, живущимъ на сѣверозападномъ берегу Персидскаго залива.

Бедуины, какъ извѣстно, состоятъ изъ многихъ племенъ, по видимому соединенныхъ сходствомъ обычаевъ, а въ самомъ дѣлѣ раздѣленныхъ тѣми же обычаями; ибо у нихъ недозволяется одному племени съ другимъ вступать въ родство посредствомъ брачныхъ союзовъ. Обычай сей есть началомъ ихъ независимости; онъ препятствуетъ размноженію племени, но за то уже члены каждаго племени крѣпко соединены между собою узами крови. Каждое племя есть великое семейство, управляемое избраннымъ шеикомъ; но шейкѣ не имѣетъ другой власти кромѣ той, которая поручается ему отъ соплеменниковъ.

Нѣкоторыя племена съ непамятныхъ временъ живутъ между собою въ добромъ согласіи и союзѣ, а другія напротивъ того безпрестанно ссорятся. Племена союзныя составляютъ почти особливой народѣ, и въ числѣ таковыхъ находится Негеди, преимущественно извѣстной по лошадямъ своимъ, которыя почитаются прекраснѣйшими на цѣломъ востокѣ; къ небольшому племени сего Негеди принадлежалъ Солиманъ, дѣдъ шеика Мугамеда. Сперва бѣдное и униженное оно вступило въ тѣсной союзъ съ другими малыми племенами, и черезъ двадцать лѣтъ сдѣлалось такъ сильнымъ, что покорило весь Арабестанъ, Дреиегъ и Лагзу, и привело въ ужасѣ всѣхъ сосѣдей. Народъ избралъ въ Князья себѣ Мугамеда Йонъ-Сеуда, у котораго шеикъ Мугамедъ искалъ помощи и нашелъ ее.

Обстоятельства были ему весьма благоприятны. Ибнъ-Сеудъ, управляя народомъ побѣдоноснымъ, послѣ прежнихъ успѣховъ захотѣлъ пожинать новые, ученіе преобразителя вѣры послужило для него предлогомъ къ нападенію на племена Аравійскія; онъ надѣялся на своихъ воиновъ и принялъ предлагаемую вѣру. Многіе изъ числа подданныхъ его, единоплеменники и приверженцы шейка Мугамеда, чрезвычайно обрадовались сему обращенію. Примѣръ ихъ и государя увлекъ за собою прочихъ и черезъ нѣсколько времени преобразитель имѣлъ удовольствіе видѣть весь народѣ принявшимъ новое ученіе;

Въ сіе то время учрежденъ порядокъ новаго богослуженія. Преобразители Исламизма приняли названіе Вагабисовъ, отъ Абденъ-Вагаба, которой былъ Отецъ основателя. Мугамедъ получилъ титло первосвященника или высокаго шейка, а Ибнъ-Сеудъ объявилъ себя военачальникомъ Вагабисовъ. Такимъ образомъ власти духовная и свѣтская достались въ разныя руки, и раздѣлѣ сей остался ненарушимымъ дѣтьми Ибнъ-Сеуда и шейка Мугамеда.

Дреиегъ сдѣлался столицею новаго государства. Городѣ сей, лежащій въ разстояніи двѣнадцати дней къ югозападу отъ Бассоры, отдѣляется отъ нее пустынею. Домы въ немъ каменные, напротивъ того въ Лагзѣ и въ Іеменскихъ Деревняхъ жилища построены изъ пальмоваго лѣса и покрыты листьями тогожъ дерева. Въ Дреиегѣ Ибнъ-Сеудъ началѣ планы завоеваній своихъ производить въ дѣйство, и ничего неупустилъ для успѣха въ своихъ намѣреніяхъ. Воины его, уже приобыкшіе къ трудностямъ, ежедневно упражнялись Вмѣсто лошадей завелъ онъ въ арміи-своей дромадеровъ. Каждой дромадерѣ везетъ на себѣ двухъ воиновъ. Чтобъ имѣть при себѣ съѣстныхъ припасовъ на двадцать дней, порціи убавлены, а люди и скотина заблаговременно приобучены довольствоваться меньшимъ количествомъ пищи. Такимъ образомъ многолюдное войско безъ труда переходитъ пустыни, и нападаетъ на неприятеля, которой ничего не знаетъ и не опасается столь быстраго, нечаяннаго появленія.

Смерть настигла Ибнъ-Сеуда на поприщѣ побѣдѣ его въ то время, когда онѣ покорилъ многія племена Аравійскія. былъ его преемникомъ, и довершилъ его начинанія. Онѣ обыкновенно нападалъ на Аравійскія независимыя племена отдѣльно на каждое, и войско его было многочисленнѣе каждаго племени. Ватабисы появлялись быстро, гдѣ ихъ вовсе не ожидали. Къ старѣйшинамъ племени приходилъ посолъ Абдъ-Елазиса, въ одной рукѣ съ Кораномъ, въ другой съ мечемъ; онъ приносилъ съ собою отъ государя своего письмо, въ которомъ коротко и гордо предлагаемы были условія сдачи. Вотъ обыкновенная форма:

"Абдъ-Елазисъ привѣтствуетъ Аравитянъ такого-то племени. Вашъ долгъ есть вѣровать въ книгу, отъ меня къ вамъ посылаемую. Не будьте язычниками, подобно Туркамъ, которые Богу даютъ товарища. Вѣруйте, будете пощажены; въ противномъ случаѣ объявляю вамъ войну смертоносную."

Сіи угрозы, подкрѣпляемыя сильнымъ войскомъ, повсюду имѣли свое дѣйствіе; всѣ племена покорились одно послѣ другаго. Бедуины приняли законѣ новаго преобразителя и вся обширная пустыня, лежащая между Чермнымъ моремъ и Персидскимъ заливомъ, простирающаяся отъ счастливой Аравіи даже до Алеппо и Дамаска на 300 Нѣмецкихъ миль отъ сѣвера къ югу и на 200 миль отъ востока къ западу, въ короткое время стала населенною одними только Вагабисами.

Завоеванія были весьма прибыточны для Абдъ-Елазиса. Ежели какое-либо племя осмѣливалось сопротивляться, то всѣ мущины подвергались смертной казни, и имущество ихъ доставалось побѣдителю. Если же племя принимало добровольно законѣ предлагаемый, то Абдъ-Елазисъ, по силѣ Алкорана, присвоивалъ себѣ десятую часть отъ всего имѣнія новыхъ своихъ подданныхъ. Поборъ сей относился не только до денегъ, домашнихъ приборовъ и скотины, но даже до людей: изъ десяти человѣкѣ одного бралъ Абдъ-Елазисъ въ свое войско и опредѣлялъ ему жалованье. Такимъ образомъ и въ скоромъ времени онъ увидѣлъ себя начальникомъ стотысячнаго ополченія и обладателемъ несметныхъ сокровищѣ,


(Продолженіе въ слѣд. книжкѣ.)


-----


[Корансез Л.А.О. де] О вагабисах: [Извлечение из кн. "История вагабисов от начала их до конца 1809 г.", напеч. в Париже, в Mag. encycl. 1810. T.6] // Вестн. Европы. -- 1811. -- Ч.55, N 3. -- С.233-241.

О Вагабисахъ.


(Продолженіе.)


Военныя приготовленія Паши Багдадскаго. Взятіе Имамъ-Гуссейна.


Наконецъ могущество Абдъ-Елазиса начало безпокоить Порту. Вся Оттоманская Имперія состоитъ изъ провинцій, почти всегда непокорныхъ и всегда мятежныхъ. Правительство не будучи въ силахъ удержать оныя въ повиновеніи, старается одну провинцію усмирять другою. Отъ того происходитъ, что Порта терпитъ мятежи, и нерѣдко даже подкрѣпляетъ слабое волненіе, чтобы посредствомъ его воспротивиться сильнѣйшему. Такимъ образомъ Султанъ охраняетъ остатокъ власти своей чрезъ раздѣленіе частей ослабѣвшаго своего могущества.

Въ 1798 году Порта начала заботиться о средствахъ прекратить успѣхи Вагабисовъ. Солиманъ, Паша Багдадскій, тогда получилъ приказанье открыть противъ нихъ неприятельскія дѣйствія. Онъ собралъ многолюдное войско и поручилъ надъ нимъ начальство своему Кайѣ, которой послѣ Солимана сдѣланъ Губернаторомъ провинціи. Аравитяне племени Ель-Убейдова, неприятели Абдъ-Елазиса и его закона, сопровождали Кайю; Мугамедъ Бекъ Шави, начальникъ ихъ, служилъ ему путеводителемъ, и Кайя вступилъ въ область Лагзу, средоточіе Абдъ-Елазисова господства.

Дрейегъ, главной городѣ Вагабисовъ, какъ сказано, отдѣляется отъ Багдада пустынею двенадцати-дневнаго путешествія. Чрезвычайной жаръ и недостатокъ воды дѣлаютъ переѣздъ сей весьма затруднительнымъ и опаснымъ, и Кайя достигъ Лагзы неиначе какъ съ потерею множества людей; войско его однакожъ все еще было довольно страшно. Вагабисы разсѣялись при его приближеніи, и самъ Абдъ-Елазисъ искалъ спасенія въ бѣгствѣ. Онъ едва было не подался въ руки неприятелямъ; но ему удалось Шейка Мугамеда Бека Шави задобрить подарками, и Мугамедъ не только отступился отъ союза съ Багдадскимъ Пашею, но даже склонялъ его къ примиренію. Али Кайя, также, получивши дорогіе подарки, заключилъ миръ съ Вагабисами, которыхъ могъ бы онъ истребить совершенно, и возвратился въ Багдадъ съ богатою добычею.

Лишь только Абдъ-Елазисъ оправился послѣ претерпѣннаго ужаса, какъ вдругъ снова принялся за оружіе и возобновилъ завоеванія свои покореніемъ Имамъ-Гуссейна, крѣпости, которая сдѣлалась потомъ столь извѣстною въ Европѣ.

Имамѣ-Гуссейнъ, сынъ Алія и племянникъ пророка Магомета, убитъ и погребенъ близь сего города. Аліевы послѣдователи соорудили ему памятникъ и построили городъ, которой назвали его именемъ. Городъ сей раззоренъ былъ Калифомъ Мутавакеломъ въ 851 году, потомъ возстановленъ Персидскими государями, принявшими ученіе Аліево. Послѣ того Шахъ Исмаилъ, родоначальникъ династіи Сесевисовъ, повелѣло соорудить при могилѣ Имамъ-Гуссейна огромную мечеть, которую преемники его Шахъ-Аббасъ и Шахъ-Надыръ украсили. Сія мечеть, обогащенная приношеніями набожныхъ Персовъ, содѣлалась для нихъ предметомъ почитанія.

Въ городѣ Имамъ-Гуссейнѣ, за шесть часовъ пути къ востоку отстоящемъ отъ Гиллы и отъ развалинъ древняго Вавилона, считается 7 или 8 тысячъ жителей; онъ состоитъ подъ управленіемъ особаго виновника, посылаемаго туда отъ Паши Багдадскаго. Солдаты Паши сего и нѣсколько Персовъ, составляющіе гарнизонъ крѣпости, и вообще всѣ жители города весьма преданы ученію Пророка Алія; они ежегодно торжествуютъ праздникъ его, и ходятъ на поклоненіе къ его могилѣ, находящейся въ разстояній пяти часовъ отъ города, Абдъ-Елазисъ дожидался сего праздника (20 дня Апрѣля 1802 года), въ который предположилъ исполнить свое намѣреніе.

Городѣ былъ пустъ. Вдругъ являются на 6000 дромадерахъ 12,600 Вагабисовъ и преодолѣваютъ оставшихся солдатъ, которые хотѣли было имъ сопротивляться. Разъяренные симъ сопротивленіемъ Вагабисы во всей точности исполнили жестокія правила своей вѣры: безъ исключенія всѣ мущины были побиты; даже у беременныхъ женщинъ разрѣзывали тѣло, вынимали изъ утробы и душили младенцевъ, чтобы неосталось ни одной души мужескаго пола.

Въ сей ужасный день болѣе 3000 человѣкѣ погибло. Грабежъ былъ чрезвычайной, унизанное жемчугомъ покрывало на гробѣ Имама и всѣ приношенія Персидскихъ государей сдѣлались добычею грабителей; Вагабисы разрушили до основанія мечеть, разорили минареты, и даже взяли мѣдную позолоченную крышку, думая, что она вся сдѣлана изъ золота. Добыча/ отвезена въ Дрейегъ на 200 верблюдахъ, и Абдъ-Елазису удалось исполнить свое намѣреніе такъ счастливо, что въ походъ сей, для него чрезвычайно прибыточный, не потерялъ онъ ни одного человѣка.

Расхищеніе Имамъ-Гуссейна произвело великой ужасъ въ Багдадѣ, и страшная вѣсть о немъ скоро достигла до мѣстопребыванія Персидскаго Государя. Фетъ-Али Шахъ относился къ Солиману Пашѣ и жестоко порицалъ передѣ нимъ Кайю за поступокъ его во время похода къ Дрейегу. Онѣ грозился послать свое собственное войско противъ Вагабисовъ, ежели Солиманъ не употребитъ самыхъ поспѣшнѣйшихъ мѣръ для ихъ истребленія. Паша торжественно обѣщался исполнить требованіе Шаха, и приказалъ собрать многочисленное войско изъ жителей своей губерніи; между тѣмъ полученныя отъ Порты повеленія дали болѣе дѣятельности симъ приготовленіямъ, которыя однакожъ долго оставались безъ всякихъ слѣдствій Начальнику Вагабисовъ снова угрожали нападеніемъ, не имѣя впрочемъ упованія на свои угрозы.


Покореніе Мекки.


Между тьмъ могущество Абдъ-Елазиса день ото дня возрастало. Похищеніе изъ Кмамъ-Гуссейна сокровищъ распространило молву о его богатствахъ. Слухъ о сдѣланныхъ имъ жестокостяхъ поразилъ всѣхъ паническимъ ужасомъ. Абдъ-Елазиса почитали непобѣдимымъ, и весь востокѣ трепеталъ отъ его имени. Тогда Абдъ-Елазисъ началъ помышлять о покореніи Мекки. Мѣсто сіе, преимущественно у Турковъ, названное святымъ градомъ, къ которому они обращаются, читая свои молитвы, въ чрезвычайномъ уваженіи у всѣхъ Османовъ, и отъ него Султанъ заимствуетъ главной свой титулъ. Мекка есть основаніе могущества Султанова и твердыня его Имперіи, которая безъ нее устоять не можетъ. По крайней мѣрѣ вообще такъ думаютъ Османы, и предразсудокъ -- сей основанъ на торжественной молитвѣ, въ каждую пятницу читаемой въ Меккѣ и во всей Имперіи. Въ сей молитвѣ Султанъ именуется только служителемъ обоихъ высокихъ арамовъ, Меккскаго и Іерусалимскаго. Лишась Мекки, онѣ потеряетъ главной свой титулѣ, а съ нимъ и свое могущество.

Абдъ-Елазисъ понималъ, сколь важно для него покореніе Мекки. Всѣ Мусульмане, которые усердно приѳмлютѣ ученіе о рокѣ, должны сіе событіе признать очевиднымъ откровеніемъ божеской воли, а преобразитель, по приобрѣтеніи священнаго града, долженъ всѣмъ Туркамъ казаться посланникомъ неба. Для того онъ воспользовался раздоромъ между Ралебомъ, Шерифомъ Мекки, и братомъ его Абделмаиномъ. Послѣдній имѣя наслѣдственное право на Шерифское достоинство, принужденъ былъ уступить оное младшему своему брату. Онъ прибѣгнулъ съ просьбою о защитѣ къ Абдъ-Елазису, которой написалъ къ Ралебу, чтобы достоинство свое отдалъ Абделмайну. Ралебъ отослалъ письмо обратно съ презрѣніемъ. Тогда Абдъ-Елазисъ немедленно отправилъ къ Меккѣ 700,000 Вагабисовъ, подъ начальствомъ старшаго сына своего Сеуда.

Первымъ подвигомъ Сеуда было покореніе Тайефа, небольшаго города, за двѣнадцать часовъ отстоящаго отъ Мекки, окруженнаго Множествомъ источниковъ. Окрестности его производятъ овощи, плоды и виноградѣ весьма приятнаго вкуса, и такія большія дыни, что одною двенадцать человѣкъ могутъ насытиться. Мекка; по своему положенію неимѣющая такого изобилія, пожираетъ почти всѣ сіи произведенія, которыми снабжаютъ себя также и караваны, ежегодно туда приходящіе. Покореніе Тайефа на всѣхъ навело чрезвычайный ужасъ, которой еще болѣе увеличился при извѣстіи объ умерщвленіи 1500 человѣкъ Жидовъ и Турковъ. Шерифѣ Ралебъ небудучи въ состояніи защищать Мекку, выступилъ противъ Сеуда къ Тайефу; но слабое войско его было разбито и принуждено возвратиться въ Мекку. Въ то самое время Абдалла, Паша Дамасскій и начальникѣ каравана, съ молельщиками своими былъ на дорогѣ къ Меккѣ. При Макарибѣ, деревнѣ, лежащей въ пустынѣ въ разстояніи двухъ дней отъ Дамаска, узналъ онъ о покореніи Тайефа, и немедленно отправивъ татарина въ Константинополь съ симъ извѣстіемъ, продолжалъ путь свой далѣе. За четыре дня отъ Мекки появился отрядѣ Вагабисовъ, и подъ предлогомъ обыкновенной пошлины, платимой отъ каравана Бедуинамъ, потребовалъ въ четверо большую сумму. Абдалла отказалъ въ требованіи, напалъ на Вагабисовъ, и убилъ изъ числа ихъ 150 человѣкъ. Однакожъ далѣе идти онъ нерѣшился, неузнавши напередъ о намѣреніяхъ Сеуда; и для того написалъ къ нему письмо, просилъ извиненія, и спрашивалъ, можетъ ли безопасно вступить въ г Мекку.

Сеудъ не разсудилъ заблаго объявить себя противникомъ Султана. Онъ ласково принялъ посланіе Абдаллы и сопротивленіе его призналъ справедливымъ. "Я не съ тобою воевать намѣренъ, написалъ онъ къ Пашѣ Дамасскому: но пришелъ наказать Ралеба. Ты можешь съ караваномъ своимъ идти въ Мекку, и я дозволяю тебѣ три дни пробыть въ семъ городѣ. По истеченіе сего срока я самъ приду Мекку и, отдамъ Абделмаину принадлежащее ему достоинство." Побужденный столь ласковымъ расположеніемъ Сеуда, Абдалла послалъ къ нему Адама Еффендія. Етотъ Шеикъ, бывшій прежде Кадіемъ Іерусалимскимъ, отправленъ изъ Константинополя отъ Дивана къ военачальнику Вагабисовъ, съ препорученіемъ объяснить ему благоволеніе высокой Порты. Адамъ Еффендій имѣлъ сверхъ того тайное повелѣніе посѣять несогласіе между начальниками Вагабисовъ, и такимъ образомъ ослабить ихъ могущество. Съ тѣхъ поръ ничего неслышно было, о несчастномъ Адамѣ, которой вѣроятно сдѣлался жертвою Турецкой политики и нетерпимости новаго лжеучителя.

Въ продолженіе сихъ переговоровъ Ралебъ перебѣжалъ изъ беззащитной Мекки къ Абдаллѣ и просилъ его принять на себя посредство къ заключенію мира. На предложеніе о мирѣ Сеудъ отвѣчалъ съ гнѣвомъ, что Абдалла не долженъ мѣшаться въ стороннее дѣло,-- что ему дозволена пробыть только три дни въ Меккѣ, и что по прошествіи сего времени онѣ Сеудъ придетъ въ Мекку за головою Ралеба. Абдалла въ самомъ дѣлѣ на третій день выступилъ изъ города, и отправился къ Мединѣ, а оттуда въ Джедду.

Между тѣмъ Сеудъ съ побѣдоноснымъ войскомъ своимъ двигнулся къ Меккѣ, и торжественно безъ сопротивленія вступило въ сей городѣ въ первыхъ числахъ мѣсяца рамадана 1217 года Егиры (25 Декабря 1802), съ жителями обошелся онъ милостиво. Meниль Еффендій, Кади Меккскій, объявилъ себя вѣрнымъ послѣдователемъ исламизма, и былъ умерщвленъ, равно какъ и двадцать шеиковъ и которые вмѣняли себѣ въ честь кровію запечатлѣть свое исповѣданіе. Въ то же время Сеудъ, исполняя правила своего ученія, приказалъ разрушить гробницы внутри и внѣ города. Незабылъ онъ также воспользоваться богатствами священной Кабы. Великолѣпное, золотомъ и шелками вышитое покрывало велѣлъ онъ снять съ гробницы Авраамовой, а на мѣсто его положить другое изъ листьевъ пальмоваго дерева. Но разрушить Авраамовой гробницы онъ не отважился, потому что всѣ Аравитяне свято уважаютъ память сего угодника, и почитаютъ его самымъ старшимъ изъ своихъ шеиковъ.

Обогатившись добычами въ Меккѣ, Сеудъ началѣ думать о способахъ удержать за собою сей городѣ. Абделманнъ полумилѣ престолѣ шерифской; но чтобы. достоинство шерифа не состояло въ пустомъ титлѣ и впредь зависѣло бы отъ Вагабисовъ, Сеудъ оставилъ въ крѣпости своего чиновника съ 400 воиновъ, а самъ отправился къ Джеддѣ.


(Продолженіе въ слѣд. книжкѣ.)


-----


[Корансез Л.А.О. де] О вагабисах: (Продолжение) // Вестн. Европы. -- 1811. -- Ч.55, N 4. -- С.326-334.


О вагабисахъ.


(Продолженіе.)


Осада Джедды. Нападеніе на Медину. Вагабисы разбиты.


Доселѣ Вагабисы всегда побѣждали, но они находили неукрѣпленные города, и многочисленныя войска ихъ содѣлались столь страшны, что на открытомъ полѣ никто не смѣлъ имъ сопротивляться, Джедда {Городѣ Джедда лежитъ на западной сторонѣ въ 6 миляхъ отъ Мекки, за цѣпью горѣ на самомъ берегу Чермнаго моря. Имѣя при себѣ хорошую гавань, онъ производитъ важную торговлю съ Суецомъ и съ Индіею.} окружена каменной стѣною, которую Ралебъ и Шерифѣ Паша постарались исправить. Непримиримая жестокость Вагабисовъ принуждала жителей ко храброй оборонѣ; дикіе воины должны были остановиться передъ городомъ. Будучи, вооружены только одними копьями и фитильными ружьями. Совсѣмъ неумѣя владѣть сими послѣдними, незная военной дисциплины и неимѣя понятія объ искусствѣ осаждать Крѣпости, Вагабисы наступали на защищаемыхъ зубчатою стѣною своихъ неприятелей, которые мѣтко стрѣляя въ никъ, поражали каждаго по своему выбору. При всякомъ нападеніи Вагабисы проигрывали, уныніе овладѣло ими, прилипчивая болѣзнь распространилась въ ихъ войскѣ, и Сеудъ нашелся принужденнымъ, снявши осаду, обратно идти черезъ пустыню къ Дрейегу.

Стоявши еще подъ Джеддою, Сеудъ послалъ отрядъ войска своего къ Мединѣ {Медина лежитъ въ 45 миляхъ къ сѣверовостоку внутри Аравіи, и славна гробницами первыхъ Калифовъ; въ прочемъ городъ сей не столько значителенъ, какъ Джедда и Мекка.}, которой также не имѣлъ успѣха. Жители Медины сдѣлали вылазку, побили многихъ людей и прогнали осаждающихъ. Военачальникѣ Вагабисовъ вздумалъ получить то хитростію, чего не могъ силою оружія. Онѣ потребовалъ отъ жителей свободнаго пропуска въ городѣ двумъ своимъ чиновникамъ съ военною ихъ свитою въ качествѣ посланниковъ; но сіе требованіе не уважено. Тогда отправлено въ городѣ письмо отъ Сеуда слѣдующаго содержанія:

"Сеудъ объявляетъ жителямъ Медины, большимъ и малымъ, свое привѣтствіе. Моя воля состоитъ въ томъ, чтобы вы были истинными мусульманами, вѣровали бы въ Бога и спаслися. Въ противномъ случаѣ воздвигну на васъ брань смертоносную."

Жители Медины, ободренные удачею отпора, отвѣчали угрозами же, и Сеудъ не могъ удовлетворить своего мщенія. Многія племена Аравійскія свергнули съ себя иго зависимости, и соединились съ жителями Джедды и Медины; но Мекка оставалась во власти Вагабисовъ.


Смерть Абдъ-Елазиса. Соединеніе Вагабисовъ съ Англичанами.


Приобрѣтеніе Мекки доставило Абдъ-Елазису титулъ слуги священнаго Арама, и онъ чрезъ то получилъ высокое достоинство во мнѣніи Османовъ; но послѣдовавшія неудачи изгладили сіе выгодное для него впечатлѣніе, и распространившееся въ Дрейегѣ уныніе еще болѣе удалилось отъ новаго ужаснѣйшаго событія. Скоро по возвращеніи Сеуда, отецъ его Абдъ-Елазисъ умерщвленъ однимъ изъ своихъ домашнихъ приятелей. Это былъ дервишъ, по имени Курде, лишившійся трехъ сыновей своихъ во время кровопролитія въ Имамъ-Гуссейнѣ. Вознамѣрившись отмстить, онъ вступилъ въ службу къ Абдъ-Елазису, и постарался войти къ нему въ милость. Въ одинъ день (12 Ноября 1803) случилось имъ только двумъ быть во мечети; дервишъ воспользовался минутою, когда военачальникъ молился, и пронзилъ его своимъ кинжаломъ. Убійца осужденъ на сожженіе; однакожъ пламя пощадило сего мученика за исламизмъ (такъ говорятъ набожные мусульмане), и Сеудъ влѣлъ отрубить ему голову.

Извѣстіе о смерти Абдъ-Елазиса немедленно разнеслось по всей Османской Имперіи, и въ мусульманахъ родилась надежда, что скопище Вагабисовъ должно истребиться. Шерифъ Ралебъ однакожъ призналъ за нужное отправиться Чермнымъ моремъ въ Египетъ, оттуда въ Константинополь для же прошенія помощи у Порты.

Правленіе досталось Сеуду по смерти отца его, и онъ сталъ называться главнымъ военачальникомъ надъ Вагабисами. Носилась молва, что Паша Багдадскій былъ причиною смерти Абдъ-Елазиса. Въ концѣ 1803 года войско Вагабисовъ двинулось къ Багдаду, и опустошило окрестности Имамъ-Али. Однакожъ Паша незамедлилъ собрать свое войско, и прогналъ Вагабисовъ.

Еще при жизни Абдъ-Елазиса Вагабисы простерли завоеванія свои по восточной сторонѣ Аравіи до Персидскаго залива, по которому плавали въ большомъ количествѣ мѣлкія суда ихъ, и перехватывали Индійскіе корабли всѣ безъ изъятія, плывущіе въ Бассору, Абушеръ, Бендеръ-Абасси и другія Персидскія пристани. Англичане, которые изъ Остѣ-Индіи производили торгѣ съ Европою черезъ Бассору, Алеппо и Константинополь, чтобы удержать Вагабисовъ отъ разбоевъ, выслали нѣсколько фрегатовъ, которымъ удалось разрушить одну ихъ крѣпость. Но какъ не было отъ того желаемыхъ слѣдствій; то по заключеніи мира съ Багдадомъ, находившійся тамъ Англійскій консулъ вздумалъ отправить посольство къ Абдъ-Елазису, и просилъ напередъ о свободномъ онаго пропускѣ. Къ нему присланъ лаконическій отвѣтѣ: "Я получилъ письмо твое. Пока живу въ мирѣ съ Багдадскимъ Пашею; до тѣхъ порѣ для твоего посольства будетъ свободной пропускъ."

И дѣйствительно Абдъ-Елазисъ далъ строгія повелѣнія всѣмъ племенамъ необижать Англійскихъ посланниковъ. Одинъ изъ нихъ былъ ограбленъ, и виновный Арабъ немедленно преданъ смертной казни. Абдъ-Елазисъ приказалъ Англійскія письма обагрить кровію преступника, и потомъ отослалъ ихъ въ Багдадъ къ консулу.

Но такая выгодная для Англійскихъ посланниковъ безопасность прекратилась, какъ скоро Сеудъ сдѣлался главнымъ правителемъ. Англійскія письма были перехватываемы въ Персидскомъ заливѣ и въ пустынѣ, и прежнее сообщеніе совсѣмъ пресѣклось или по крайней мѣрѣ сдѣлалось труднымъ.


Первое нападеніе Вагабисовъ на Бассору. Смерть Имама, владѣльца Maскаты.


Между тѣмъ какъ Сеудъ распространялъ ужасъ на берегахъ Персидскаго залива, владѣнія его простирались часъ отъ часу далѣе. На южной сторонѣ Персидскаго залива лежатъ владѣнія Имама Маскатскаго, на сѣверной городѣ Бассора. Имамъ то ссорился, то мирился съ Вагабисами, и едва могъ сопротивляться симъ опаснымъ сосѣдамъ. Онъ хотя и не былъ побѣжденъ ими, однакожъ не могъ избѣжать зависимости.

Сеудъ сперва направилъ путь къ Бассорѣ. Городѣ сей лежитъ, разстояніемъ въ тридцати часахъ отъ сѣвернаго конца Персидскаго Залива, на правомъ берегу Евфрата, которой соединившись при ономъ съ Тигромъ, течетъ подъ именемъ рѣки Аравійской. Постоянное разлитіе рѣки сей, хотя не столь обширное какъ Нила, дѣлаетъ песчаные берега ея плодородными. Они покрыты финиковыми деревами, коихъ плодъ составляетъ лучшую пищу Аравитянъ и важнѣйшую отрасль ихъ торговли. Во времена Калифовъ Дассора была богатымъ городомъ; но подъ владѣніемъ Турковъ она наполнилась развалинами, и содержитъ въ себѣ небольшое количество домовъ кирпичныхъ,

Сеудъ двинулся къ Бассорѣ въ 1803 году. Турки думали, что онъ послѣ неудачѣ лишился своей бодрости, и ужаснулись, когда узнали, что Вагабисы находятся уже при Евфратѣ въ 12 ти миляхъ отъ Бассоры. Въ пяти миляхъ отъ Бассоры къ югу лежитъ Цеберъ, и отъ него въ недальнемъ разстояніи находится каменная крѣпость, значительная по ключевой водѣ своей. Цеберъ почитается щитомъ Бассоры. Вагабисы вознамѣрились ночью въ расплохъ напасть на городъ, но жители, увѣдомленные пастуховъ, успѣли вооружиться, а Вагабисы расположились надъ каналомъ, соединяющимся съ Евфратомъ, и обложили Цеберъ. По несчастію весь гарнизонъ погибъ отъ загорѣвшагося пороховаго магазина; не смотря на то жители города отразили приступъ непріятелей, и Вагдбисы отправились искать въ Бассорѣ того, чего получить немогли въ Цеберѣ. Оставленное для облежанія Цебера войско захватило шеика Мансура, брата Цеберскаго губернатора. Сеудъ умѣлъ склонить своего плѣнника къ тому, чтобы отправилъ отъ себя нарочнаго къ брату; но губернаторъ остался непреклоннымъ: приказавъ отрѣзать у нарочнаго уши, онъ отослалъ его съ презрѣніемъ.

И Бассоры также не могли покорить Вагабисы; за то они опустошили окрестности города и берега Евфратскія. Такимъ образомъ окончилось сіе предприятіе, по тому особливо что Багдадскій Паша, получившій военные припасы изъ Алеппо и Дамаска и безпрестанно подущаемый Персидскимъ Шахомъ, неутомимо приготовлялся къ неприятельскимъ дѣйствіямъ противъ Вагабисовъ.

Сеудъ же съ своей стороны готовился напасть на Маскату, и сіе предприятіе его возбудило вниманіе на всемъ востокѣ. Маската есть главный городъ одного Имама, котораго владѣнія простираются во внутренность и до береговъ Счастливой Аравіи. Она лежитъ при морѣ между утесами, и имѣетъ прекрасную гавань. Въ окрестности нѣтъ ни деревѣ, ни кустарниковъ; горячіе пески и утесы ослѣпляютъ зрѣніе; трава и даже мохъ засыхаютъ отъ зноя. Но жители сей страды добрые люди, съ чистыми нравами; тамъ видна древняя простота. временъ патріаршескихъ; ни днемъ ни ночью домы не запираются, и никогда ничего не пропадаетъ. Симъ добрымъ людямъ угрожали ежедневно Вагабисы, коихъ главное ополченіе стояло подѣ Бассорою, а малые отряды разсыпались въ сторонѣ южной. Еслибъ Паша Багдадской поспѣшилъ выступить съ войскомъ своимъ, то Сейедъ, тогдашній Имамъ Маскаты, уцѣлѣлъ бы. Но Паша, предложивши самъ помощь свою, отказался дѣйствовать наступательно, и Сейедъ прервалъ всякое съ нимъ сообщеніе, хотѣлъ пристать къ Сеуду и грозился, даже напасть на Бассору съ пятнадцатью своими кораблями, буде жители не заплатятъ ему 100,000 піастровъ за тщетныя приготовленія. Этотъ Сейедъ былъ захваченъ на морѣ производившими разбои Аравитянами племени Алгиназовъ, и убитъ въ сраженіи съ ними 10 Ноября 1804 года; со смертію владѣтеля сего Маската утратила независимость свою на нѣкоторое время.


Военныя приготовленія Багдадскаго Паши противъ Вагабисовъ.


Почти въ самое время смерти Маскатскаго Имама Али Паша выступивъ изъ Багдада, остановился въ Гидлагъ съ 50,000 своего войска, 35,000 вспомогательнаго, и значительною артиллеріею. Все сіе приготовлено имъ въ двухлѣтнее время.

Гиллагъ лежитъ на югозападной сторонѣ отъ Багдада при Евфратѣ близь развалинѣ древняго Вавилона. Казалась почти невѣроятною возможность черезъ обширную песчаную степь переправить многочисленное войско, воду, съѣстные и военные припасы и тяжелую артиллерію; сіи препятства и дѣйствительно удержали до конца 1804 года Али-Пашу въ Гиллагѣ.

Въ началѣ 1805 отрядилъ онъ Солимана Бея и 400 отборныхъ воиновъ, дабы развѣдать о дорогѣ черезъ пустыню. Фарисъ Джерба, начальникъ одного кочующаго близь Гиллага племени Вагабисовъ, доброхотствующаго Туркамъ, вызвался быть ихъ путеводителемъ, но за недостаткомъ воды оставилъ свое предприятіе. Потомъ посланы въ пустыню и другія отдѣленія, изъ коихъ одно истреблено Вагабисами, а прочимъ удалось спастись бѣгствомъ онъ непріятелей. Послѣ столъ безполезныхъ начинаній Али-Паша отправился назадъ къ Багдаду. Вся прибыль отъ сего похода состояла въ томъ, что нѣкоторыя племена, опасаясь угрозъ Сеуда за слабое ихъ поведеніе, присоединились къ Пашѣ Багдадскому,


Покореніе Медины. Поступки съ поклонниками.


Абдъ-Елъ-Вагабъ проповѣдывалъ строгое ученіе, и самъ былъ примѣромъ воздержанія. Роскошь изгнана была изъ военнаго стана и жилищъ Вагабисовъ. Они незнали другихъ потребностей, кромѣ необходимыхъ. Самъ Абдъ-Елазисѣ, уже распространивши свои владѣніи и наконецъ покоривши себѣ всю Аравію, пребылъ вѣрнымъ исполнителемъ закона, и обладая великими богатствами, жилъ очень просто. Сеудъ получилъ въ наслѣдство могущестиво его, но не доблесть.

Во дворцѣ его блистала Азіятская роскошь, до тѣхъ поръ неизвѣстная въ Дрегегѣ. Явились Индійскія матеріи и пребогатыя утвари. Одна епанча Сеудова стоила 200,000 піастровъ. Съ пышностію восточныхъ государей Сеудъ перенялъ и нравы ихъ. Къ братьямъ своимъ неимѣлъ онъ никакой довѣренности, и недопускалъ ихъ къ участію въ правленіи; за то уже преданъ былъ всею душею одному иностранцу, которой сѣялъ раздоръ въ его семействѣ, и которой имѣлъ власть визирскую, хотя и не носилъ на себѣ сего титла. Сеудъ презиралъ всѣхъ своихъ ближнихъ, слѣдовавшихъ правиламъ простоты обижалъ ихъ и даже грабилъ. Онъ отнялъ у мачихи своей прекрасные сады, которые ей принадлежали.

Сеудъ вознамѣрился опять дѣйствовать на берегахъ Чермнаго моря, которые постыдно долженъ былъ въ 1801 году оставить. Правда что Мекка, охраняемая гарнизономъ, все еще находилась въ его власти; но смерть Абдъ-Елазиса и дальнее разстояніе Дрейега отъ сего города очень ослабили подчиненность въ жителяхъ Мекки.

Извѣстно, что Мекка въ великомъ у Мусульманъ уваженіи. Каждой магометанинъ непремѣнно обязанъ побывать въ ней хотя одинъ разѣ въ жизни. Ежегодно стекается туда множество поклонниковъ изъ Азіи и Африки, восточные пильгримы сбираются въ Дамаскѣ, а западные въ Каирѣ. Тамъ составляются караваны, которые переходя обширныя степи, торговыми сношеніями соединяютъ отдаленную Индію съ предѣлами Африки. Оборона сихъ каравановъ есть священная должность Турецкаго Султана, которому сверхъ того приносить она и великіе доходы,

Покореніе Мекки вагабисами было страшнымъ ударомъ для Порты. Она старалась угрожать Вагабисамъ изъ Джедды, и для того посылала туда Пашами искусныхъ и опытныхъ воиновъ, которые могли бы защищать и караваны. Но ни одинъ изъ нихъ не отважился дѣйствовать наступательно. Кромѣ того въ отправленнымъ 1803 году караваномъ въ Мекку поступлено жестокимъ образомъ. Каждой путешественникъ долженъ былъ заплатить восемь піастровъ! постыднѣйшее, неслыханное притѣсненіе! Для различія между Аравитянами, и Османнами, Сеудъ приказалъ брать двойную пошлину съ послѣднихъ, которые и то уже за великое для себя счастіе должны были почитать, что ихъ впустили въ Мекку. Въ прочемъ Сеудъ незапрещалъ приходить въ Мекку на богомолье, которое обогащало казну его.

Въ 1804 году Порта, желая отвратишь столь важное неудобство, поручила начальство надъ караваномъ Пашѣ Дамасскому, и возвела его на третью степень государственную, на степень Емиръ-Гаджія, то есть Князя пильгримовъ. Надлежало сію должность ввѣрить человѣку опытному и твердому, которой умѣлъ бы хитрою политикою приобрѣсть то, чего не могъ бы достать силою оружія. Выборѣ палъ на Пашу Ибрагима. Онъ родился въ Алеппо, и въ молодости своей былъ погонщикомъ муловъ. Неумѣя грамотѣ, онъ рѣдкими своими дарованіями и преданностію Портѣ достигъ высокой своей степени. Ибрагимъ Паша въ 1804 году повелъ караванъ свой изъ Дамаска, и благополучно прибылъ съ нимъ въ Медину. Городъ сей тогда не былъ осажденъ Вагабисами; но Сеудъ пресѣкъ издали сообщеніе между нимъ и другими частями Аравіи. Ибрагимъ Паша помогъ нуждающимся жителямъ, и продалъ имъ часть принадлежавшихъ каравану съѣстныхъ припасовъ. Оттуда отправился онъ къ Меккѣ, и поклонниковъ недопустилъ платить Сеуду никакой пошлины; зато самъ потребовалъ отъ нихъ гораздо большую сумму, и пильгримы на бѣду свою узнали, что находятся подъ защитою такого корыстолюбца, которой для нихъ былъ несноснѣе Вагабисовъ.

Емиръ Гаджій возвращаясь обратно черезъ Медину, опять удѣлилъ жителямъ нѣсколько съѣстныхъ припасовъ, съ которыя, однакожъ не могли они долго защищаться. Въ концѣ 1804 года они отворили Сеуду городскія ворота.

Покореніе Медины нанесло смертельный ударъ Турецкому могуществу въ Аравіи. Въ 1805 году въ начальники каравана назначенъ Абдалла Паша, которой за четыре года прежде 6ылъ въ Меккѣ. Онъ собралъ въ Дамасскѣ свое собственное войско, и недоходя Медины, совершенно разбилъ Вагабисовъ. Но между тѣмъ какъ воины его грабили побѣжденныхъ, подоспѣлъ сильный неприятельскій корпусѣ, и принудилъ Пашу къ отступленію. Медина охраняема была слабымъ гарнизономъ, которой не противился вшествію пильгримовъ, а только потребовалъ отъ нихъ большую подать.

Сеудъ, находившійся тогда въ Дрейегѣ, предусматривалъ, что присутствіе Емира Гаджія въ Мединѣ будетъ имѣть слѣдствія невыгодныя, и чтобы отвратить ихъ, произвелъ голодъ. Съѣстные припасы были чрезвычайно дороги, когда Абдалла вступилъ въ Медину. Жители приняли его не какъ избавителя своего, но какъ виновника терпимыхъ ими бѣдствій. Путешественники обыкновенно въ Мединѣ перемѣняютъ своихъ муловъ для облегченія пути черезъ пустыню. Новые погоньщики на другой же день убѣжали съ мулами и съ поклажею, и сей великій убытокъ служилъ предзнаменованіемъ еще большихъ бѣдствій для каравана. Пришедши въ Мекку, онъ долженъ былъ заплатишь 100 мѣшковъ пошлины, и сверхъ того съ каждаго путешественника потребовано по 10 піастровъ, на конецъ Вагабисы взяли по 10 же піастровъ за каждую скотину и по 7 піастровъ за каждой центнеръ поклажи.

Поклонники обязаны посѣтить гору Арафатъ, находящуюся близъ святаго града. За восхожденіе на оную караванъ долженъ былъ заплатить 100 мѣшковъ, и столько же сшествіе внизъ. Вообще Сеудъ выдумалъ множество предлоговъ къ собиранію денегъ, и поклонники освободились отъ пошлинъ не прежде какъ дошедши до пустыни.

Раздраженной Абдалла помышлялъ о мщеніи, но не могъ ни на что отважиться по причинѣ своей слабости. Ему удалось найти въ пустынѣ Аравійскихъ погоньщиковъ, которые прежде ограбили караванъ его; онъ многихъ умертвилъ, а достальныхъ обратилъ въ бѣгство; но скоро настигла его многочисленная толпа Вагабисовъ, и принудила заплатить еще 600 мѣшковъ за дозволеніе переправиться черезъ одну рѣку.

Сеудъ велѣлъ объявить Абдаллѣ, что впредь не пропуститъ онъ ни одного каравана, путешествующаго подъ покровительствомъ Султана Турецкаго, что онъ самъ хочетъ быть покровителемъ каравановъ, и для того обѣщаемся высылать часть поиска своего въ Мезеридъ, городъ лежащій въ разстояніи 24 часовъ отъ Дамаска къ югу. Онъ также запретилъ путешественникамъ имѣть при себѣ музыку, какъ прежде было, и шитые ковры, которые торжественно были возимы въ Мекку.


Тщетныя нападенія Вагабисовъ на Имамъ-Али, на Цеберъ и на Семаву.


Вся Аравія была подъ властію Вагабисовъ. Одна только Джадда сопротивлялась. Сеудъ запретилъ упоминать въ молитвахъ имя Турецкаго Султана, и замѣнилъ оное своимъ собственнымъ. Онъ зналъ, что родственники его недовольны имъ за худые съ ними поступки, и потому, чтобы уничтожить партіи и утвердить власть свою, объявилъ преемникомъ себѣ Абдаллу, старшаго своего сына, котораго на первой случай отправилъ съ многочисленнымъ войскомъ противъ Имамъ-Али. Въ 1806 году Абдалла подступили къ стѣнамъ сего города, гдѣ совсѣмъ не вѣдали объ угрожающей опасности. Вагабисы чаяли удобно одержать побѣду надъ жителями и получить себѣ значительную добычу.

Имамъ-Али есть городъ въ стѣнахъ коего находится священная гробница. Абдалла подступилъ къ нему ночью, и нашелъ спящую стражу; ворота однакожъ были затворены. Вагабисы взошли на стѣну съ помощію лѣстницъ, уже поставили на ней свой знамена, уже одинъ изъ предводителей въ произнесенной кратной рѣчи къ войнамъ обѣщалъ имъ грабежъ и приказывалъ убивать всѣхъ жителей. Радостныя восклицанія Вагабисовъ разбудили часовыхъ, которые ударили тревогу. Всѣ жители сбѣжались и напали на Вагабисовъ. Темнота ночи увеличивала замѣшательство, и Абдалла, изумленный столь нечаяннымъ сопротивленіемъ, отступивши, расположился въ нѣкоторомъ отдаленіи отъ города. Онъ имѣлъ намѣреніе днемъ снова напасть на жителей; однакожъ рано поутру самъ принужденъ былъ обороняться противъ одного многолюднаго племени изъ Месопотаміи, предводительствуемаго своимъ шеикомъ. Вагабисы были совершенно разбиты, и потеряли болѣе ста человѣкъ на мѣстѣ сраженія.

Абдалла, сильно огорченный сею неудачею, вздумалъ поправить ее нападеніемъ на Семаву, городѣ лежащій на правомъ берегу Евфрата. Но жители были въ самомъ безопасномъ состояніи, такъ что надлежало приступить къ осадѣ, а Вагабисы совсѣмъ не разумѣли сего дѣла. Послѣ многихъ безполезныхъ приступовъ, потерявши болѣе 1000 человѣкѣ, Абдалла нашелся принужденнымъ и оттуда отступить съ посрамленіемъ.

Дорогою вздумалось ему еще разъ испытать счастіе свое въ области Паши Багдадскаго. Онъ услышалъ тогда объ одержанной отцемъ его Сеудомъ побѣдѣ въ Мединѣ и надъ пилигримами въ Меккѣ, захотѣлъ самъ хотя однажды быть побѣдителемъ, и напалъ на Цеберъ. уже въ третій разѣ были Вагабисы подѣ симъ городомъ; однакожь и теперь нашли тамъ худую удачу.

Сеудъ по видимому смотрѣлъ равнодушно на походы своего сына. Али-Паша собралъ тогда войско свое на Персидскихъ границахъ: время сіе казалось благоприятнымъ Сеуду для новыхъ предприятій противъ Бассоры, которая была бы для него весьма полезна выгоднымъ своимъ положеніемъ при Персидскомъ заливѣ и обиліемъ плодовъ финиковыхъ; однакожь вниманіе его обратилось на приготовленія, дѣлаемыя Турками въ Дамасскѣ.


(Окончаніе въ слѣд. книжкѣ.)


-----


[Корансез Л.А.О. де] О вагабисах: (Продолжение) // Вестн. Европы. -- 1811. -- Ч.56, N 5. -- С.64-79.


О Вагабисахъ.


(Окончаніе.)


Покореніе Джедды. Путешествія поклонниковъ въ Мекку прекращаются.


Султану Турецкому невозможно было признать Сеуда покровителемъ каравановъ; ибо въ такомъ случаѣ и титло повелителя вѣрныхъ принадлежало бы уже не ему, а Сеуду. И для того въ 1706 году начались новыя приготовленія противу Вагабисовъ. Войско собиралось въ окрестностяхъ Дамаска; Юссефъ Паша назначенъ главнымъ начальникомъ; ему поручено было оберегать караванѣ поклонниковъ, дойти до Медины и потомъ искать Сеуда въ самомъ Дрейегѣ. Етотъ Юссефъ Паша, бывши великимъ Визиремъ, заключилъ нѣкогда мирный договоръ съ французами въ Елъ-Арихѣ. Скоро послѣ того онъ былъ разбитъ Генераломъ Клеберомъ въ Иліополѣ. Имя его извѣстно въ Европѣ {Юссефъ Паша начальствуетъ нынѣ Турецкимъ войскомъ, дѣйствующимъ въ Булгаріи. Примѣч. Нѣмецк. Издат.}.

Джедда была въ рукахъ у Турковъ. Сей городъ, лежащій при Чермномъ морѣ, отпускаетъ въ Египетъ Аравійское кофе, а въ замѣну получаетъ хлѣбъ зернами, и потому удобно доставляетъ каравану съѣстные припасы. Онъ окруженъ каменною стѣною, и могъ служить для Юссефа Пати мѣстомъ убѣжища. Порта всячески старалась удержать Джедду; но трудно ей было найти способнаго начальнику. Наконецъ Османъ, Паша Кандіи, назначенъ въ наши Алеппскіе, съ тѣмъ чтобы онъ оставилъ въ Алеппо своего намѣстника и немедленно отправился въ Джедду. Юссефъ и Али (Пата Багдадскій) должны были дѣйствовать съ нимъ совокупна и съ трехъ сторонѣ напасть на Сеуда. Но Али Паша озабоченъ былъ на границахъ Персіи, имѣлъ разныя запутанныя дѣла съ сосѣдственными Пашами, и потому не могъ рѣшиться выступить противу Вагабисовъ.

Сеудъ предусмотрѣлъ нерѣшительность Пашей и несогласія между ними, и въ то же время изданнымъ отъ себя всенароднымъ объявленіемъ запретилъ Мусульманамъ вступать въ Медину, а приглашалъ ихъ въ Мекку, обѣщая имъ свое покровительство.

Между тѣмъ какъ поклонники изъ Антаба, Алеппо и Малой Азіи собирались въ Дамаскѣ, возникли между ними ссоры, и янычаре возстали противъ Абдаллы, Паши Дамасскаго. Несчастной городъ сдѣлался позорищемъ разбоевъ и зажигательствъ. Юссефъ, не смотря на фирманы Султана, вовсе не думалъ о защитѣ поклонниковъ. Въ самое то время получено въ Дамаскѣ извѣстіе о покореніи Вагабисами Джедды, которая не получая отъ Порты никакого пособія, принуждена была сдаться. При таковыхъ несчастныхъ произшествіяхъ караванъ двинулся въ путь свой, Юссефъ Паша въ тоже время пошелъ съ малымъ своимъ войскомъ. Начальникомъ каравана былъ Абдалла, Паша Багдадскій, недошедши до Медины, Паши получили отъ Сеуда письмо слѣдующаго содержанія: "Я уже объявилъ волю свою касательно путешествія поклонниковъ; я уже сказалъ, что не дозволю каравану имѣть при себѣ ни военнаго прикрытія, ни музыки, ни великолѣпныхъ вещей, ни идолослужительныхъ принадлежностей. Мнѣ весьма неприятно, что не смотря на столь ясное приказаніе, поклонники слѣдуютъ прежнему своему обыкновенію; и для того объявляю, что даю время каравану возвратишься; а ежели онъ пойдетъ впередъ, то велю всѣхъ лишить жизни."

Юссефъ и Абдалла, посовѣтовавшись между собою, заключили, что Сеудъ угрозами своими напоминаетъ о поднесеніи подарка, и послали къ нему 500 мѣшковъ піастровъ {Въ мѣшкѣ считается 500 піастровъ.}; а между тѣмъ, надѣясь счастливаго успѣха, приближались къ Мединѣ. Однакожъ городскія ворота были затворены. Сеуду предложили еще 2000 мѣшковъ; но онъ былъ непреклоненъ, и поклонниковъ не впустилъ въ Медину. Ученіе Вагабисовъ и ненависть къ Магометанамъ усилились до такой степени, что даже женщины, бросая въ Турковъ каменья, кричали: "Прочь отсюда, идолопоклонники! удалитесь отъ мѣстъ священныхъ!"

Караванъ находился въ опасности. Толпы Вагабисовъ окружили его и ежечасно угрожали нападеніемъ, Юссефъ и Абдалла убѣжали въ крайнемъ замѣшательствѣ; нѣкоторые путешественники слѣдовали за ними до Дамаска; а другіе, оставшись безъ пищи, безъ воды и безъ военной обороны, почти всѣ погибли; иные долго шатались по пустынѣ, и потомъ приходили въ Дамаскъ, представляя изъ себя плачевное позорище бѣдности. Абдалла нашелъ жителей Дамаска въ крайнемъ безпокойствѣ; городскія ворота были заперты, и всѣ готовились къ оборонѣ. Еслибъ Сеудъ воспользовался симъ временемъ замѣшательства; то Дамаскъ и вся Сирія содѣлались бы его добычею. Юссефъ отправилъ Татарина въ Константинополь; однакожъ Порта внутри озабоченна янычарами, а отвнѣ угрожаемая войною, хладнокровно приняла извѣстіе о караванѣ, Юссефу Пашѣ велѣно въ Дамаскѣ дожидаться того времени, когда караванъ возвращается въ Константинополь.


Произшесшвія 1808 года. Покушенія Вахабисовъ противъ Сиріи и Египта.


Египетъ, Сирія и Багдадская область при концѣ 1807 года находились въ критическомъ состояніи. Всѣ сіи земли однакожъ, хотя нерѣдко угрожаемыя нашествіемъ Вагабисовъ, были совершенно свободны отъ ихъ ига. Но Аравія принадлежала Сеуду съ обширною пустынею, которою на сѣверѣ отдѣляется она отъ прочей Азіи и со всею областію Негедъ, лежащею на югѣ. Начальники разныхъ племенъ Аравійскихъ, большихъ и малыхъ, скитающихся около Мекки и въ Негедѣ, признали надъ собою власть Сеуда.

Одною изъ главнѣйшихъ причинъ распространенія секты Вагабисовъ было то, что Сеудъ сперва присвоилъ себѣ главное начальство надъ караваномъ поклонниковъ, потомъ что онъ запретилъ Мусульманамъ приходить въ Мекку. И дозволилъ только Вагабисамъ свободной доступъ ко гробу Магомета. Послѣ приключенія съ Дамасскимъ Пашею -- Туркамъ надлежало отъ покушеній своихъ отказаться на нѣкоторое время, хотя путешествіе въ Мекку было для Порты весьма важнымъ обстоятельствомъ. Оставалась одна только надежда задобрить Сеуда подарками. Ему обѣщано 400 мѣшковъ ежегодно отпускаемыхъ Дамасскому Пашѣ на покупку съѣстныхъ припасовъ для каравана при возвратномъ его путешествіи. Сія сумма и подати, платимыя въ Мединѣ и Меккѣ, казались достаточными къ преклоненію Сеуда.

Въ прочемъ имѣли въ виду еще одинъ планъ сближенія мусульманъ съ Вагабисами. Порта употребляла всѣ къ тому средства, но Вагабисы нехотѣли уступить ни одного пункта. И такъ оставалось мусульманамъ или принять новое ученіе, или по крайней мѣрѣ наружно казаться послѣдователями онаго. Можетъ быть Паша Дамасскій имѣлъ о томъ рѣшительное предписаніе отъ Порты, можетъ быть онъ уполномоченъ былъ употребить всѣ возможныя средства къ отдаленію препятствъ на пути въ Мекку для каравана; или на конецъ можетъ быть онъ питалъ себя надеждою, что установленіемъ строгихъ законовъ угодитъ вагабисамъ, неогорчая Мусульманъ, а какъ бы то ни было, Юссефъ Паша передъ отправленіемъ каравана (въ Январѣ 1808) наружно принялъ всѣ правила преобразителя, и для того сдѣлался ревностнымъ защитникомъ благонравія и жестокимъ гонителемъ Христіянъ и Евреевъ. Онъ началѣ строго наказывать порочныхъ сластолюбцовъ, и одного Агу, обличеннаго въ гнусномъ поступкѣ сладострастія, тотчасъ приказалъ сбросить съ высокаго минарета. Въ то же время обнародовалъ онъ многія вновь сдѣланныя распоряженія, торжища и лавки велѣлъ закрывать въ часы богослуженія; запретилъ пить вино и крѣпкіе напитки подъ страхомъ жестокаго наказанія, назначилъ оскорбительнѣйшія отличія для Христіянъ и Евреевъ. Тѣ и другіе обязаны были носить платье темнаго цвѣта; обувь ихъ должна быть особливаго цвѣта и покроя; имъ велѣно оказывать Туркамъ знаки глубокаго почтенія; запрещено дѣтей обучать своему закону, велѣно какъ имъ такъ и Мусульманамъ носить бороды и проч. За нарушеніе опредѣлены самыя строгія наказанія, которыя и были исполняемы въ точности.

Сіи распоряженія привели въ уныніе всѣхъ жителей Дамаска. Христіане и Евреи прятались и уходили толпами изъ города; чтобы удержать ихъ Юссефъ Паша принужденъ былъ обнародовать прежнее постановленіе Имамъ-Омара-Ель-Рашиба, преемника и ученика Магометова. Въ немъ предписанныя для Христіанъ и Евреевъ должности хотя унизительныя и тягостныя, однакожь онѣ отчасти сноснѣе выдуманныхъ Юссефомъ.

Такимъ образомъ Юссефъ надѣялся понравиться Вагабисамъ. Въ Дамаскѣ всѣ думали, что онъ явно приметъ ихъ вѣру. Казалось, что Вагабисы довольны были сими распоряженіями, ибо отрядъ войска ихъ въ разстояніи тридцати часовъ отъ Дамаска дожидался каравана для препровожденія онаго черезъ пустыню. Караванъ двинулся изъ Дамаска 30 Декабря 1807 года. Онъ находился въ самомъ печальномъ состояніи, безъ знаменъ, безъ оружія, безъ музыки; имѣлъ при себѣ только одну пушку для повѣстокъ. Едва собралось 300 поклонниковъ; прежде ихъ бывало по 30,000. День выступленія, прежде бывшій торжественнымъ и восхитительнымъ, нынѣ былъ днемъ печали.

Но тщетно Юссефъ Паша надѣялся хитростію своею обмануть Сеуда, вмѣсто того онъ самъ былъ имъ обманутъ. Въ разстояній девяти часовъ отъ Мекки поклонники получили повелѣніе идти обратно. Ибнъ-Салемъ, начальникъ охранительнаго отряда, подѣ предлогомъ будто Юссефъ Паша какъ-то оскорбилъ его, принудилъ караванѣ къ отступленію, и сверхъ того отнялъ у него денежную казну, весьма значительную.

Въ Мартѣ 1808 года Сеудъ прислалъ въ Дамаскѣ нарочнаго съ письмомъ къ Шеикамъ и Агамъ, и требовалъ, чтобы они приняли новое, исправленное ученіе, обѣщая на то имъ свое покровительство, и угрожая въ противномъ случаѣ разореніемъ города. Въ тоже время и въ Алеппо отправилъ онъ письмо съ таковыми же предложеніями и съ требованіемъ подати отъ города. Подобныя письма разосланы были и по другимъ городамъ Сиріи.

Всѣ поражены были ужасомъ. Разнеслась молва, что приближаются 40,000 Вагабисовъ для понужденія жителей признать надъ собою власть Сеуда. Многолюдная толпа изъ племени Анецеховъ напала на близь лежащую отъ Алеппа деревню и умертвила всѣхъ жителей, услышавъ о томъ разсѣянные по Сиріи Христіане и Евреи въ ужасѣ недоумѣвали, какой жребій ожидаетъ ихъ подъ господствомъ новаго преобразителя. Одни спасались бѣгствомъ; другіе предполагали, что Мусульманамъ только смертная казнь назначена, и надежду свою подкрѣпляли событіями въ Маскатѣ. Когда Вагабисы покорили сей городѣ, то жители спрашивали Сеуда, какъ поступитъ онъ съ Христіанами и Евреями. Сеудъ отвѣчалъ, что тѣ и другіе вѣруютъ по своимъ книгамъ, и что заплативъ подать, они могутъ жить безопасно подъ его покровительствомъ. Одни Мусульмане, продолжалъ Сеудъ, заслуживаютъ наказаніе ибо имѣя у себя книгу истиннаго закона, они осквернили его безумнымъ идолослуженіемъ; они поднимали оружіе противъ Вагабисовъ; и потому должны выбрать одно изъ двухъ, или смерть, или новое ученіе вѣры.

Столь жестокія противъ исламизма расположенія Сеудовы показаны были на самомъ дѣлѣ многими примѣрами, устрашенные жители Сиріи одушевились бодростію. Янычаре, въ Алеппо находившіеся, готовы были всѣмъ пожертвовать для удаленія отъ себя чуждой власти, которая искоренила бы всякія злоупотребленія. Въ Дамаскѣ Юссефъ Паша, весьма огорченный поступками Сеуда, напоминалъ жителямъ о недавно претерпѣнныхъ караваномъ бѣдствіяхъ, болѣзненное отъ того впечатлѣніе усиливалось при несчастномъ позорищѣ, какое представляли изъ себя возвратившіеся поклонники. Во всѣхъ родилось желаніе храбро защищаться, ибо покорившись добровольно, жители не избѣжали бы отъ жестокости и грабительства безчеловѣчныхъ Вагабисовъ.

Бассора, Цеберъ и другіе города имѣли успѣхѣ въ сопротивленіи; это подавало новую надежду обитателямъ Сиріи. Между тѣмъ слухи о приближеніи 40.000 Вагабисовъ становились часѣ отъ часу вѣроятнѣе. Еще носилась молва, что войско неприятельское состоитъ подъ начальствомъ Гедея, которому Сеудъ назначилъ Сирію удѣломъ. Но сіе нашествіе было новымъ доказательствомъ, что Вагабисамъ не надлежало простирать завоеваній своихъ за предѣлы, назначенные для нихъ самою природою. За девять мѣсяцовъ прежде они также покушались напасть, на Египетъ, однакожъ не имѣли въ томъ никакого успѣха.

Вся выгода, пріобрѣтенная симъ предпріятіемъ противъ Дамаска, состояла въ томъ единственно, что Вагабисы овладѣли нѣкоторыми укрѣпленіями на пути черезъ пустыню въ южной сторонѣ отъ упомянутаго города. Они засыпали землею источники и колодези, и сообщеніе между Сиріею и Аравіею. Чрезъ то сдѣлалось еще затруднительнѣе.

Сеудъ старался уничтожить сообщеніе по прежней дорогѣ; однакожъ все показывало, что онъ хотѣлъ открыть новые пути для торговли, но такъ чтобы оные состояли въ его власти. Онъ полагалъ что поборы съ каравановъ будутъ для него новымъ источникомъ доходовъ. Такимъ образомъ онъ учредилъ, хотя не на долго, путь сообщенія, бывшій весьма полезнымъ въ древности и во времена крестовыхъ походовъ. Дорога проложена отъ Суеца къ Канъ-Юнесу, крайнему мѣстечку въ Сиріи на перешейкѣ, соединяющемъ Азію съ Африкою, Отряды Вагабисовъ охраняли дорогу и провожали караваны отъ одного мѣста до другаго. Они привозили въ Суецъ наличныя деньги и Аравійское кофе, а тамъ получали въ замѣну Индійскіе товары. Многіе караваны, составляющіеся въ Наплусѣ, древнемъ Сихемѣ, отправлялись по новой дорогѣ. Сеудъ предоставилъ также немалыя выгоды караванамъ, идущимъ изъ Бассоры въ Багдадѣ и Алеппо. Съ самаго начала онѣ сбавилъ половину цѣны съ кофе, привозимаго въ Сирію. Сіи распоряженія доказываютъ, что Вагабисами гораздо болѣе уважается торговля, нежели какъ вообще думаютъ обѣ Аравитянахъ. Скоро послѣ того, возникшіе въ Египтѣ раздоры остановили, сіи торговыя сношенія, а другія важнѣйшія произшествія заставили Сеуда обратить вниманіе свое на другую сторону.


Предпріятіе Вагабисовъ противъ Багдада. Алгиваземы поражены Англичанами.


Остается теперь упомянуть о послѣднихъ покушеніяхъ Вагабисовъ противъ Багдадской области. Въ ней господствовалъ тогда Солиманъ Паша, послѣ смерти Али-Паши, убитаго заговорщиками. Порта долго не признавала его въ семъ достоинствѣ; наконецъ въ 1807 году Солиманъ получилъ свое утвержденіе. Онъ прилѣжно заботился о средствахъ сопротивляться Вагабисамъ, и за самое выгоднѣйшее призналъ вооружить противу ихъ Аравитянъ, ихъ однородцовъ. Слѣдуя сему плану онъ старался приобрѣсть благосклонность нѣкоторыхъ племенъ Аравійскихъ, отложившихся отъ его предмѣстника. Въ концѣ 1807 года онъ заключилъ договоръ о дружбѣ съ нимъ племенемъ, и обратно имъ отдалъ имущество) отнятое прежнимъ Пашею.

Въ Февралѣ 1808 года начальникѣ Вагабисовъ предложилъ мирныя условія Пашѣ Багдадскому. Трудно угадать побудительную къ тому причину; можетъ быть Сеудъ надѣялся обмануть Солимана, а можетъ быть чаялъ обратить его къ исповѣданію новой вѣры. Какъ бы то ни было, Паша не принялъ посольства, и не хотѣлъ вступать ни въ какіе переговоры дотолѣ, пока Сеудъ не признаетъ себя подданнымъ Турецкаго Султана. Огорченный отказомъ предводитель Вагабисовъ началъ помышлять о новыхъ предпріятіяхъ. Съ Апрѣля 1808 въ Дрейетъ происходили важныя приготовленія; никто не зналъ, къ чему они клонятся; напослѣдокъ стало извѣстныя, что скоро начнутся военныя дѣйствія противъ Паши Багдадскаго.

Въ продолженіе сихъ приготовленіи Вагабисы поражены были жестокимъ ударомъ въ самомъ почти средоточіи своихъ владѣній. Деревня Грайнъ, лежащая на морскомъ берегѣ въ разстояніи четырехъ дней пути отъ Бассоры, освободилась. отъ ига сихъ Аравитямъ. Ашубы, жители оной, не захотѣли платить наложенной подати. Зeyдъ отрядилъ 4000 человѣкъ для наказанія ихъ за такую дерзость; однакожъ войско сіе въ Іюнѣ 1808 было отражено Шеикомъ Ибмъ-Салемомъ, начальникомъ въ Грайнъ. Солиманъ наградилъ сего храбраго воина шубою, какъ знакомъ начальническаго достоинства, и сверхъ того разными дорогими подарками.

Въ то же время возникли внутреннія несогласія между Вагабисами. Гербесы и еще другое Аравійское же племя взбунтовались; въ Цебаръ также оказалось возмущеніе. Прибавить должно, что нѣсколько уже лѣтъ сряду сильные жары продолжались въ Аравіи; вода въ колодезяхъ высохла; хлѣбъ вздорожалъ чрезвычайно; голодъ, бывшій естественнымъ слѣдствіемъ засухи, распространилъ горячки и разныя прилипчивыя болѣзни, отъ коихъ много народа погибло.

Не взирая на сіи несчастныя произшествія, Сеудъ постоянно занимался своимъ предприятіемъ. Онъ отрядилъ 3500 Вагабисовъ для нападенія на Имамъ-Гуссейнъ, а самъ повелъ сорока-пяти-тысячное войско прямо къ Багдаду, и уже овладѣлъ всѣми на правомъ берегѣ Евфрата лежащими селеніями.

Солймана тогда не было въ Багдадѣ. Приближеніе Вагабисовъ весьма безпокоило какъ его такъ и всѣхъ жителей, уныніе распространилось по городу, и всѣ торжища были закрыты. Янычарамъ и всѣмъ Турецкимъ купцамъ было велѣно присоединиться къ войску Паши Солимана.

Между тѣмъ Вагабисы овладѣли лежащимъ въ разстояніи пяти часовъ отъ Кербелы селеніемъ Хифетою, которое сдалось имъ на условіяхъ. Они подкрѣпили войско, осаждавшее Имамъ-Гуссейнъ, и обложили Гинди и Аинъ-Саидъ. Каймаканъ Солимана паши съ передовымъ войскомъ поспѣшалъ къ Кербелѣ. Кіая-Бей и другіе чиновники къ нему присоединились. Были два сраженія, и оба окончились въ пользу Турковъ. Скоро потомъ самъ Паша прибылъ въ Кербелу; всѣ янычарѣ и вооруженные купцы за нимъ слѣдовали. Испуганные Вагабисы оставили осаду Гинди; Кіая-Бей гнался за ними до Хифеты, и принудилъ ихъ бѣжать изъ сего селенія. Солиманъ, вознамѣрившись остановить на будущее время всѣ нападенія Вагабисовъ, приказалъ вырыть три колодезя и обнести ихъ каменною стѣною. Тщетно предлагалъ онъ милость свою начальнику Хифеты; етотъ шеикъ упорно оставался при своемъ исповѣданіи новой вѣры, которую принялъ весьма недавно. Солиманъ Паша велѣлъ казнишь его смертію, и 15 Августа 1808 возвратился побѣдителемъ такого войска, которое до тѣхъ поръ считалось непобѣдимымъ.

Сіе покушеніе Вагабисовъ противъ Багдада есть достопамятнѣйшее событіе въ ихъ исторіи 1808 года. Въ послѣдовавшемъ году они непредпринимали ничего важнаго, а только грабили караваны и причиняли безпокойства своими набѣгами. Однакожъ 1809 и годъ достоинъ примѣчанія въ исторіи Вагабисовъ, и въ особенности слѣдствіями войны между Маскатскимъ Имамомъ Ибнъ-Ель-Султаномъ и племенемъ Алгиваземскимъ. Прежній Имамъ Бедеръ нашелъ для себя убѣжище въ Расъ-Ель-Краймѣ, главномъ городѣ сихъ Аравитянъ. Покушенія новаго Имама противъ города остались безуспѣшными. Алгиваземы, возгордившись сею выгодою, не наблюдали никакой мѣры въ разбойническомъ ремеслѣ своемъ, и въ Апрѣлѣ 1809 года истребили одинъ небольшой флотъ, снаряженный знатнѣйшими приморскими Персидскаго залива городами съ тѣмъ намѣреніемъ, чтобы ему соединиться съ главною морскою силою, собравшеюся при Маскатѣ. Съ етого времени сіи морскіе разбойники сдѣлались гораздо страшнѣе нежели прежде; неуважали никакого флага, и наиболѣе искали кораблей Англійскихъ, на которыхъ находили они лучшія оружія и лучшій порохъ. Англійскій фрегатѣ Минерва, плывшій изъ Бомбая къ Бассорѣ, и коего грузѣ цѣнили свыше 100,000 рупій, достался имъ въ руки. Они овладѣли многими другими, также богато нагруженными кораблями, изъ коихъ одинъ принадлежалъ губернатору Абу-Щерскому. Всѣ корабли сіи были купеческіе; но Алгиваземы послѣ отважились нападать даже и на корабли военные. Одна Англійская корветта о 16 пушкахъ не могла сопротивляться множеству. разбойническихъ лодокъ, и капитанъ принужденъ былъ поднять судно свое на воздухъ, чтобы только избѣжать плѣна. Скоро послѣ того явились два Англійскіе фрегата на Персидскомъ заливѣ, и имѣли нѣсколько счастливыхъ сраженій съ лодками Алгиваземовъ, изъ коихъ нѣкоторыя приведены ими были въ Бомбай. По праву возмездія Англичане всѣхъ своихъ плѣнниковъ осудили къ смертной казни, и въ самую минуту исполненія приговора объявили имъ прощеніе, думая тѣмъ потушить войну, угрожавшую всему конечнымъ разрушеніемъ. Однакожъ сей поступокъ ихъ остался безполезнымъ: Алгиваземы сдѣлались еще свирѣпѣе отъ страха, и умертвили всѣхъ находившихся у нихъ Англійскихъ плѣнниковъ.

Разбойничество Алгиваземовъ совершенно прекратило морскую торговлю, и алчные хищники сіи, приобыкшіе обогащаться ежедневными добычами, были тѣмъ весьма недовольны. Чтобы вознаградить себя, они вздумали снова напасть на Маскату, и въ Іюлѣ 1809 отправили туда многочисленную флотилію. Частыя удачи сдѣлали ихъ слишкомъ отважными, такъ что они не побоялись даже напасть на Англичанъ въ неприятельской гавани.

Но Англичане, которымъ давно уже наскучили разбои Алгиваземовъ, прилѣжно заботились о средствахъ навсегда отъ нихъ освободиться. Одной ескадрѣ велѣно присоединишься ко флоту, снаряженному начальникомъ Маскаты. Соединенная морская сила сія въ концѣ 1809 года была уже въ состояніи пуститься изъ гавани. Флотъ искалъ Алгиваземовъ даже въ самыхъ тѣхъ мѣстахъ, откуда они высылали свои разбойническія судна. Въ самой праздникѣ Байрама (9 Ноября 1809) флотѣ Алгиваземовъ разбитъ совершенно Англичанами, 140 лодокъ ихъ со всѣми людьми потоплены, а прочія взяты въ плѣнѣ; только немногимъ посчастливилось убѣжать; они искали пристанища при Аравійскомъ берегѣ у Расѣ-Ель-Крайма; Англичане погнались за ними, осадили крѣпость, и лежащій за нею городѣ превратили въ пепелъ. Дерево заготовленное для построенія лодокъ истреблено. Напослѣдокъ и самая крѣпость Расъ-Ель-Краймъ досталась въ руки Англичанамъ. Они возвратились въ Маскату съ 1600 человѣкѣ плѣнныхъ и со множествомъ лодокъ.

Такимъ образомъ окончилось предпріятіе, коимъ совершенно прекращены разбои Алгиваземовъ. Пока находилась во власти ихъ крѣпость Расъ-Елъ-Краймъ, до тѣхъ поръ они могли быть страшными своему сосѣду Имаму Маскатскому; сіе мѣсто было средоточіемъ Сеудова господства; для того Англичане старались удержать его за собою, и оставили въ немъ достаточное количество охраннаго войска.


-----


Симъ оканчивается извлеченіе изъ французской книги о Вагабисахъ) помѣщенное въ Минервѣ, и оттуда сокращенно переведенное для читателей Вѣстника Европы. Изъ напечатаннаго въ упомянутомъ Нѣмецкомъ журналѣ письма изъ Бомбая отъ (одного Англійскаго офицера, писаннаго 30го Апрѣля 1810 года, видно, что могущество Алгиваземовъ, сихъ Аравитянъ-Вагабисовъ, совсѣмъ уничтожено на Персидскомъ заливѣ.


-----


[Корансез Л.А.О. де] О вагабисах: [Извлечение из фр. кн., помещенное в Минерве, а оттуда сокращенно пер. для Вестника]: (Окончание) // Вестн. Европы. -- 1811. -- Ч. 56, N 6. -- С.138-153.