# "Ихтиолух"

Константин Алексеевич Коровин

Коровин К.А. "То было давно... там... в России...": Воспоминания, рассказы, письма: В двух кн.

Кн. 2. Рассказы (1936-1939); Шаляпин: Встречи и совместная жизнь; Неопубликованное; Письма

М.: Русский путь, 2010.


## "Ихтиолух"


Август. Я и друзья мои, охотники, устали на охоте. Ходили-ходили по мелколесью, исходили и большой казенный лес, Красный Яр, но вот -- ничего.

И собаки, высунув языки, идут сзади нас.

-- Тетерева-то скучились,-- говорит деревенский охотник, приятель мой Герасим Дементьевич. -- Подросли и скучились. Дело-то к осени. Где они? Велик лес. Надо на стару сторожку идти. Там, может, найдем глухарей. В бору что делать? Надо выходить.

И Герасим пошел вперед.

Мы, усталые, поплелись за ним.

Жаркий день. Солнце пятнами сквозь высокие сосны ложится на седой мох и ровный игольник. Душно в лесу. Пахнет сосной и смольем.

Вскоре поредел лес, и показалась блистающая зеленью поляна. На ней большие стога сена. Мы радостно расположились в тени одного из них. Сняв ягдташи, Караулов вынул из них закуски: хлеб, вино, колбасу, печеные яйца.

-- А где же пирожки с визигой?-- спросил я.

-- У Николая Васильевича, должно быть,-- сказал Караулов,-- в корзинке.

Коля задумчиво лежал у стога, смотрел, мигая сквозь пенсне, в небеса и молчал.

Около стояла корзинка, которую он взял, чтобы собирать грибы. Он ходил с нами на охоту без ружья. "За компанию".

-- Что ж ты молчишь?-- спросил Василий Сергеевич. -- Давай пироги-то.

-- Какие пироги?-- медленно приподнимаясь, сказал Коля. -- Я, брат, не знаю, что в корзинке.

-- Неужто съел все?-- изумился Василий Сергеевич.

-- Ну уж и все,-- меланхолично ответил Коля. -- Каждому осталось по пирогу.

-- Костер бы подбодрить в стороне,-- предложил Павел Тучков. -- Чай заварить. Пить хочется. Жара...


* * *


На скатерти разложили закуски. В стороне горел костер, трещала можжуха. Мы долго ждали, лежа у стога, возвращения Герасима, который пошел искать воду. Вернувшись с большим медным чайником, он повесил его над костром.

-- Где ты воду-то достал?-- спрашиваем мы.

-- Да-алеча. Вот за лугом -- овражек. Там, у ольшины, бочажок. И вода хороша.

Несказанная отрада -- чай среди луга, у стога сена... Никогда он не казался таким вкусным. И эти пирожки с визигой.

-- А что такое визига?-- спросил вдруг Коля.

-- Вот, визиги не знает,-- засмеялся Василий Сергеевич.

-- Забавно -- но я тоже не знаю, что такое визига,-- сказал Павел Александрович. -- Из чего она делается?

-- Вот тоже,-- сказал приятель Вася,-- из чего делается? Из рыбьего клея...

-- То есть, позвольте, как это -- из клея?-- усомнился Коля.

-- Вот ведь, не знают, из чего визига делается, а сами в "Праге", в "Метрополе" жрут визигу. Хороши голубчики.

Я помалкивал, про себя думал: "А в самом деле -- что такое визига?" И вслух спросил:

-- Герасим, ты знаешь, что такое визига?

-- Нет,-- ответил Герасим. -- А чево это?

-- Да вот, пироги-то ты ешь -- с визигой.

-- Хороши пироги. Я впервые эдакие-то ем.

-- Да ты видал визигу-то?-- спросил Караулов Василия Сергеевича.

-- Еще бы. Она такая -- винтом идет. Как веревка. Ее на аршины покупают.

-- Что за черт!-- воскликнул Павел Александрович. -- Странно. Я никогда не видал.

-- И я никогда не видал,-- удивлялся Павел.

-- И я не слыхивал,-- сказал Герасим.

-- Из рыбьего клея, говоришь, делают? Чудно!-- озадаченно бормотал Караулов.

-- Странно. Ничего вы не знаете,-- волновался Василий Сергеевич. -- Во-первых, из лошадей делают столярный клей, из смолы -- деготь, а из рыбы -- клей и визигу. Не из нашей рыбы: плотвы и окуней, конечно,-- а из китов, акул, моржей...

-- Постой. Вася, ведь морж-то не рыба,-- говорю я.

-- Все равно, извините. Все равно-с. Вроде. А морская корова, по-вашему, не рыба? У ней хвост -- рыбий.

-- Ну, это ерунда,-- сказал Коля.

-- Вздор говорите, потому что вы не проходили ихтиологию. Вот вы -- охотники, рыболовы, а ничего не знаете...

-- Ихтиологии, говоришь, не знаем?-- прищурившись, спросил Вася. -- А ты копченого сига ел?

-- Конечно, ел.

-- Отчего у него палка внутри вставлена?

Коля, мигая, молчал. И, подумав, медленно сказал:

-- Действительно, у него палка внутри есть, а зачем -- неизвестно.

-- Нет, известно. Если бы тебя коптить, что бы ты делал?

-- То есть позвольте, как же это, меня коптить, я же не рыба.

-- Это все равно. Если бы тебя коптили -- ты бы вертелся, тебе бы не нравилось... Вот в тебя бы и вставили палку -- не вертись. Понял, ты, ихтиолух.

-- До чего глупо и пошло,-- сказал серьезно Павел Александрович.

-- Позвольте, позвольте,-- обиженно возражал приятель Коля,-- во-первых, не ихтиолух, а ихтиолог, а во-вторых, ихтиология этими вопросами не занимается.

-- Нет-с? Хорошо, посмотрим,-- горячился Василий Сергеевич. -- Ну-ка, скажи, ихтиолух, где копчушки ловятся?

-- Копчушки?-- задумался Коля. -- На Волге.

-- Ну, а навага?-- не унимался Вася.

-- Навага, навага... Постой. Тоже на Волге.

-- Вот и врешь... На Белом море.

-- Но я же не обязан знать -- где что ловится, об этом в ихтиологии не говорится...

-- А где шпроты ловятся?

Коля молчал.

-- А миноги?

-- Миноги, брат,-- это не рыба.

-- Как -- не рыба? А что же? Вот -- не знаешь! А мымра?..

-- Постой, постой,-- задумался Коля. -- Это, брат, в море.

-- А ты ее ел?

-- Конечно, ел.

-- А где ел-то?

-- В Петербурге, у Лейнера, и в Москве -- в "Праге".

-- Никогда не ел мымру,-- сказал Тучков. -- Вообще, странно. Мы так много едим всего, а что -- мы, в сущности, не знаем.

-- Мымра -- это не рыба,-- сказал Караулов. -- Совсем нет такой рыбы. Мымра -- это птица...

-- Эвона, глядите-ка, что уток-то летит,-- вдруг крикнул Герасим. -- Знать, с Вашутина озера.

Все сразу забыли об ихтиологии и подняли головы кверху.

-- Что ж, идем туда,-- заторопились мы.

-- Вот жара маленько свалит, и пойдем,-- лениво сказал Герасим.


* * *


Тихо было Вашутино озеро.

На зеркальной поверхности, через камыши, мы увидели вдали большие стаи сидящих уток. На отлогом песчаном берегу лежал старый челн.

Мы сдвинули челн с песка на воду, но никто не решался ехать нем по озеру. Павел Александрович, ничего не говоря, смело залез в челн.

-- Ну-ка, дай-ка, Вася, кол. Вон лежит.

Василий Сергеевич взял у куста на берегу большой кол, сам тоже залез в челн и подал кол Павлу. Тот живо оттолкнулся от берега. Челн быстро двинулся по серебряной глади озера. И вдруг опустился вниз.

Оба приятели наши пропали в воде и вскоре вновь показались на поверхности, барахтаясь и отплевываясь.

-- Это ж не шутки!-- кричал во все горло Василий Сергеевич. На озере от крика поднялись утки.

-- А здесь глубоко,-- сказал Герасим, глядя на барахтающихся приятелей, и начал раздеваться.

-- Плывите к берегу,-- кричали мы.

-- Трудно в сапогах-то,-- сказал Герасим и бросился в воду.

Подплыв к Василию Сергеевичу, он схватил его за мокрую куртку и поплыл с ним к берегу. Тучков ухватился за край челна и, медленно гребя одной рукой, тоже приближался к нам.


* * *


Приятель Вася с испуганным лицом стоял по пояс в воде близ берега и говорил, глядя на нас:

-- Благодарю вас, угостили... В одежде-то не поплывешь.

Павлу Александровичу вода доходила до горла. Он стоял рядом с челном и, смеясь, говорил:

-- Недурно. Тону, хочу плыть, а меня кто-то за ноги держит. Забавная история.

Утки, кружась над озером, летели на нас.

Голый Герасим схватил ружье и присел к кустам. Раздался выстрел Караулова...

-- Батюшки,-- возопил вдруг Василий Сергеевич. -- Ружье-то в воде осталось.

-- Ахти, беда какая!-- огорчился Герасим.

Все решили раздеться и по очереди стали прыгать в воду -- ныряли, ища на дне ружье. Но, сколько ни искали,-- ружья не было...

Уже вечерело. Герасим развел огромный костер. Сушили платье "утопленников". Пили чай, выпили весь коньяк -- но случаю "утопления". Решили остаться у костра до света и утром опять доставать ружье.

Вдали, на берегу озера, раздался выстрел; из-за кустов показался Коля. Никто раньше в суматохе не обратил внимания, что его не было.

Подходя к нам, он поднял руку, показывая застреленного большого кулика. В другой руке он держал ружье Василия Сергеевича -- ружье, которое так долго искали в воде.

-- Ах ты чертова визига!-- закричал Василий Сергеевич. -- Где же ты ружье-то взял?

-- Ты ведь без ружья поехал на озеро. А тут я увидел, что кулик сел на отмели. Я ружье взял и пошел. Вот и кулик.

Василий Сергеевич вдруг расхохотался.

-- Как глупо! Как все глупо... Вот уж действительно ихтиолух!


## ПРИМЕЧАНИЯ


"Ихтиолух" -- Впервые: Возрождение. 1937. 27 августа. Рассказ имеет подзаголовок: Охотничий рассказ. Печатается по газетному тексту.