# Шакал и аллигатор

Ольга Михайловна Коржинская

## Шакалъ и аллигаторъ


Однажды голодный маленькій шакалъ бродилъ по берегу рѣки, высматривая крабовъ, рыбокъ или чего-нибудь такого, чтобы утолить голодъ. Случилось такъ, что на днѣ этой-же рѣки жилъ огромный аллигаторъ. Онъ тоже былъ очень голоденъ въ тотъ день и, конечно, не отказался бы отъ удовольствія съѣсть маленькаго шакала.

Шакалъ давно уже бѣгалъ взадъ и впередъ по берегу, забѣгалъ туда, сюда и все же ничего не могъ найти перекусить. Наконецъ, какъ разъ около того мѣста, гдѣ лежалъ, зарывшись въ тину, аллигаторъ, мелькнуло что-то Вода была очень мелка и прозрачна въ этомъ мѣстѣ, но сильно заросла тростникомъ, изъ за котораго шакалу не было видно чудовища. У самаго берега изъ подъ одного корня шмыгнулъ маленькій крабъ... Недолго думая, шакалъ сунулъ въ воду лапку, чтобы накрыть его, и... замеръ отъ ужаса! Лапка попала прямо въ разинутую пасть стараго аллигатора. "О смерть моя! -- подумалъ шакалъ. -- Что теперь дѣлать? Это чудовище стащитъ меня въ воду и пропалъ я на вѣки!" Однако онъ не растерялся и черезъ секунду крикнулъ уже веселымъ голосомъ: "Ловко, ловко, почтенный аллигаторъ! Вкусный корешокъ вамъ попался? Вы, можетъ быть, мечтаете, что это моя лапка? Пріятнаго аппетита!" Аллигаторъ, которому тина совсѣмъ залѣпила глаза, да и тростникъ мѣшалъ видѣть шакала, тотчасъ-же разжалъ пасть. "Тьфу какая досада!" -- проворчалъ онъ. -- Я вѣдь въ самомъ дѣлѣ считалъ, что у меня въ зубахъ лапка шакала. А онъ тутъ, какъ тутъ стоитъ, да еще смѣется надо мною.

Шакалъ отбѣжалъ подальше отъ берега и громко крикнулъ: "Мудрецъ, мудрецъ, аллигаторъ, что и говорить! Спасибо, что отпустилъ!" Аллигаторъ страшно разсердился, но шакалъ былъ уже слишкомъ далеко, чтобы онъ могъ его поймать.

На слѣдующій день шакалъ снова пришелъ къ рѣкѣ за обѣдомъ. Однако онъ все-таки сильно побаивался аллигатора и рѣшилъ дѣйствовать осторожно.

"Странное дело" -- началъ онъ сам началъ он сам с собою, достаточно громко, чтобъ его могли слышать, -- "обыкновенно, придешь къ рѣкѣ и видишь, какъ эти маленькіе крабики высовываются изъ подъ тины... поймаешь ихъ, и ѣшь. Сегодня ни одного не видно!"

Аллигаторъ, зарытый въ тину у самаго берега, не проронилъ ни одного слова. Онъ лукаво усмѣхнулся про себя и подумалъ: "Высуну-ка я кончикъ носа изъ тины; шакалъ приметъ меня за краба, сунетъ свою лапу, а ужъ на этотъ разъ я его не выпущу!" Сказано сдѣлано.

"А-га, милый другъ аллигаторъ, вотъ ты гдѣ!"


Но лишь только шакалъ замѣтилъ кончикъ носа аллигатора онъ тотчасъ же отскочилъ отъ берега. "А-га, милый другъ аллигаторъ, вотъ ты гдѣ! Полагаю, ловля здѣсь будетъ плохая лучше попытать счастья въ другомъ мѣстѣ". И съ этими словами онъ отправился выискивать себѣ обѣдъ совсѣмъ въ другой сторонѣ. Аллигаторъ страшно негодовалъ, что снова упустилъ добычу, и далъ себѣ слово дѣйствовать осмотрительнѣе.

На слѣдующій день издали подкарауливъ приближеніе своего мучителя, аллигаторъ искусно спрятался въ колу у самаго берега, чтобъ тотчасъ же схватить шакала, когда тотъ подойдетъ. Но шакалъ былъ такъ напуганъ аллигаторомъ, что уже не рѣшался сразу подходить близко къ водѣ. "Кто знаетъ, онъ можетъ быть притаился гдѣ-нибудь и схватитъ меня!" Однако голодъ взялъ свое. Он сталъ осторожно подкрадываться къ берегу. "Куда же всѣ мои крабики дѣвались! -- прокричалъ онъ. -- Ни одною не видно, а я такъ страшно голоденъ! Обыкновенно они и подъ водою сидятъ, такъ все булькаютъ булькаютъ... Такъ и видать какъ пузырьки вверхъ плывутъ, плывутъ и лопаются... по-опъ по-опъ".

Слыша это аллигаторъ подумалъ. "Я притворюсь крабомъ". И онъ началъ сильно дуть полъ водою: Пуфъ, пуфъ. пуфъ, буль, буль, буль... Крупные пузыри забѣгали по поверхности, вода заколыхалась и завертѣлась вокругъ: шакалъ тотчасъ же догадался, кто сидитъ на днѣ и со всѣхъ ногъ пустился бѣжать отъ рѣки. "Спасибо тебѣ, милостивый аллигаторъ, спасибо!" -- успѣлъ онъ насмѣшливо крикнуть своему врагу. -- Прости меня! право, ни за что бы не пришелъ, если-бъ подозрѣвалъ что ты тутъ!"

Аллигатору было невыразимо досадно, что коварному маленькому шакалу снова удалось провести его. "Погоди-ка" -- свирѣпо проворчалъ онъ -- "не уйдешь отъ меня въ другой разъ, сумѣю и я тебя перехитрить!"

Съ тѣхъ поръ онъ принялся зорко караулить шакала, но тщетно поджидалъ его въ течете нѣсколькихъ дней. Шакалъ рѣшилъ, что теперь опасно стало ходить къ рѣкѣ, "кончится тѣмъ, что аллигаторъ какъ-нибудь изловчится, поймаетъ и съѣстъ меня", -- думалъ онъ. -- "Пойду лучше дикіе смоквы собирать въ джонгляхъ!" И онъ пересталъ ходить къ рѣкѣ и питался нѣкоторое время дикими смоквами и разными кореньями, которые выгребалъ лапами изъ земли.

Узналъ про это аллигаторъ и рѣшилъ попытаться изловить шакала на сушѣ. Онъ выискалъ самое крупное въ окрестностяхъ фиговое дерево, подъ которымъ вся земля была усѣяна упавшими плодами, сгребъ ихъ въ большую кучу, притаился за нею и сталъ поджидать своего маленькаго врага. Шакалъ не заставилъ себя долго ждать, но, не добѣжавъ до дерева, вдругъ остановился. Куча плодовъ возбудила въ немъ подозрѣніе. "Ой, ой, ой," -- подумалъ онъ, -- "что-бы это могло быть? Ужъ не продѣлка-ли это друга моего, аллигатора?" И чтобъ разрѣшить этотъ вопросъ, онъ громко воскликнулъ: "Фу, фу, фу, какая куча негодныхъ плодовъ! Сочныя смоквы, какъ упадутъ съ дерева, такъ и покатятся въ разныя стороны по вѣтру, а эти лежатъ себѣ смирно! Вѣрно сухія какія нибудь, не стоитъ ихъ и трогать!" "Ого-го" -- подумалъ аллигаторъ -- "только-то? Подозрительный же этотъ шакалъ! Надо подтолкнуть немного смоквы, онѣ покатятся и тогда онъ навѣрное придетъ ихъ ѣсть!"

Нѣ долго думая, огромный звѣрь встряхнулся. Дрогнула куча, покатились смоквы во всѣ стороны туда, сюда, такъ далеко, какъ никогда раньше ни катились...

Отскочилъ шакалъ на сколько могъ дальше. "Очень благодаренъ тебѣ, аллигаторъ, что ты такъ предупредительно даешь знать о себѣ, -- крикнулъ онъ.--Право, мнѣ бы и въ голову не пришло! Ты такъ искусно запрятался подъ кучею!"

Аллигаторъ, не помня себя отъ гнѣва, пустился за шакаломъ, но плутишка былъ уже далеко и онъ не могъ нагнать его.

Успокоившись, аллигаторъ сказалъ себѣ: "Я не потерплю, чтобъ этотъ нахалъ продолжалъ безнаказанно смѣяться надо мною. Докажу ему, что я хитрѣе, чѣмъ онъ полагаетъ!" И такъ, раннимъ рано на слѣдующее утро аллигаторъ потащился насколько могъ скоро къ норѣ шакала. Онъ скоро нашелъ ее подъ холмомъ, осмотрѣлъ ее со всѣхъ сторонъ, она оказалась пустая. Тогда онъ заползъ въ нее и притаился, выжидая, когда шакалъ вернется домой. Черезъ нѣкоторое время, шакалъ дѣйствительно направился къ дому, но, не доходя до него, остановился въ недоумѣніи "Что это такое! -- сказалъ онъ про себя", -- земля утоптана словно что-то тяжелое прошло по ней, вонъ и комья валяются по обѣ стороны норы. Ужъ не пролѣзъ ли туда какой-нибудь звѣрь? Нѣтъ, не войду прежде, чѣмъ не разузнаю хорошенько въ чемъ дѣло!" И онъ закричалъ: "Домикъ мой домикъ, славный мой домикъ? Что не слышу твоего привѣта? Ты всегда отвѣчалъ на мой зовъ, если все у насъ благополучно? Или, можетъ, приключилось что-нибудь!"

"Коли такъ, лучше отозваться, -- подумалъ аллигаторъ. -- Пусть вообразитъ, что все въ порядкѣ!" И, смягчивъ свой грубый голосъ, онъ отозвался изъ глубины: "Привѣтъ тебѣ, дорогой хозяинъ!"

Вздрогнулъ отъ ужаса маленькій шакалъ, узнавъ голосъ стараго аллигатора. "Опять это чудовище здѣсь! Надо попытаться извести его. Не смогу это сдѣлать -- кончится тѣмъ, что какъ-нибудь попадусь ему въ зубы, -- сказалъ онъ себѣ. И онъ поспѣшилъ отвѣтить какъ ни въ чемъ не бывало: "Спасибо, домикъ мой дорогой! Пріятно слышать твой милый голосокъ. Сейчасъ иду, надо только дровецъ запасти обѣдъ готовить". Съ этими словами онъ принялся поспѣшно стаскивать къ норѣ всѣ сухія вѣтви и хворостинки, какія только могъ собрать. А аллигаторъ тѣмъ временемъ сидѣлъ притаившись и внутренне посмѣивался надъ своею выдумкою. "Надулъ таки этого маленькаго урода, -- думалъ онъ. -- Вотъ онъ сейчасъ вбѣжитъ сюда и уже на этотъ разъ я не промахнусь!"

Шакалъ тѣмъ временемъ набралъ достаточное количество хвороста, обложилъ имъ входъ въ нору и насколько смогъ затолкалъ внутрь, а затѣмъ поджегъ его. Сухіе сучья затрещали и запылали яркимъ пламенемъ, дымъ наполнилъ нору, огненные языки потянулись къ аллигатору. Тщетно пытался онъ спастись, пламя скоро задушило его, а маленькій шакалъ радостно бѣгалъ вокругъ костра, подпрыгивая и подпѣвая:


Что? хорошъ ли домикъ мой, другъ мой аллигаторъ?

Вамъ удобно-ль тамъ сидѣть? Тепло-ль, и уютно-ль?

Динь-данъ, динь-данъ... врагь мой погибаетъ...

Динь-данъ, динь-данъ...


Больше нечего бояться: сталъ онъ грудой пепла!

Веселись нашъ славный родъ и звони побѣду!

Динь-данъ, динь-данъ, динь, динь-данъ.


Источник текста: Индийские сказки. Сборник сказок для детей среднего возраста. Сост. по разным источникам О. М. Коржинской / С предисл. акад. С.Ф. Ольденбурга. - Санкт-Петербург : А.Ф. Девриен. 1903.