# Стихотворения

Сергей Николаевич Кошкаров

Мостовщик

В дороге

Старики

Песня колосьев

Умирает город оргий и разврата

Библиотека Поэта. Большая серия. Второе издание

Поэзия в большевистских изданиях 1901-1917

Л., "Советский писатель", 1967


## С. Кошкаров


## 138. МОСТОВЩИК


Раскалилось солнце-золото

В знойном небе голубом;

Шум и гул идет от города,

И народ снует кругом.

Площадь-улица торговая

Не смолкает ни на час...

А я камушки кремневые

Забиваю, щуря глаз!

Всё ползком ползу, стараюся, --

Молоточком бью да бью...

Целый день-деньской так маюся,

Проклиная жизнь свою!

Грудь болит и ноет спинушка.

Воздух с пылью и с песком...

А я, пахарь-сиротинушка,

Бью о камни молотком!

Площадь-улицу торговую

Мелким камушком мощу.

Проклиная жизнь суравую,

О родном селе грущу:

Там полоски-сиротиночки

Пустырями полегли,

Травы -- сорные былиночки --

Вместо хлебушка взошли.

Там поля-то хлебородные --

Чернозем у нас земля, --

Да пришли года голодные,

Нету сил поднять поля!

От земли родной оторванный,

Распродав весь скарб в селе,

Запыленный и оборванный,

Стал я ползать по землей

Камни-камушки горбатые

Подгоняю здесь я в ряд...

Здесь колясочки богатые

Засверкают, загремят!

Беззаботные, веселые

Здесь поедут господа...

Ой ты, жизнь моя тяжелая!

Доля, горькая беда!

Раскалилось солнце-золото.

Я пять сажен замостил.

Всё лицо сожгло до ворота,

И работать нету сил!

Разболелись руки цепкие,

Порастрескались, горят.

Полегли на камни крепкие

Все рабочие и спят.

Ведь они от ранней зореньки

Спину гнут на мостовой

И работают не в горенке,

А на воле, -- в страшный зной!

Хоть постель-то не пуховая,

Но народ полег и спит...

А вокруг-то жизнь торговая

Так и блещет и шумит!

Жизнь живая, беспокойная...

Всё спешит, спешит народ...

Солнце яркое и знойное

Нестерпимо землю жжет!

<29 июля 1912>

138. НЗ, 1912, 29 июля.


## 156. В ДОРОГЕ


Ну, пошел же, конь мой пегий!

Знаю сам, что нелегко:

На несмазанной телеге

Не уедешь далеко.

Положил в телегу проса,

Два мешочка, трех ягнят...

И распелися колеса,

Словно черти голосят!

Едет барин... Смотрит косо...

Закричал: "Лентяй мужик!

Не намазал и колеса!

Погоняй быстрей, ямщик!"

Понеслася тройка лихо,

Словно птица понеслась...

А телега, как купчиха,

Еще громче залилась!..

Так и стонет, так и плачет,

Так и воет и поет.

То-то... Кто на тройках скачет,

Мужика тот не поймет!

В деревнях-то, барин, голод, --

Недород у нас... Беда!..

Вот, спроваживая в город,

И поет моя нужда.

<10 августа 1912>

156. "Правда", 1912, 10 августа.


## 170. СТАРИКИ


Ну, старуха, мы с тобою

Пожили немало;

Нам пора и на покой,--

Силушки не стало!

Нет скотинки, нет полей,

Голода излишек.

Крепко бог обидел нас,

Не сберег детишек.

А теперь бы славный был

Наш сыночек Сашка.

И ласкал бы и любил

Стариков милашка!

С голодухи помер он --

Кончилась отрада.

Значит, в старости суму

Одевать нам надо.

<22 сентября 1913>

170. "Правда труда", 1913, 22 сентября, подпись: С. К.


## 313. ПЕСНЯ КОЛОСЬЕВ


Нас много, нас много поднялось на ниве!

Под радостным солнца лучом

Колышутся волны, горят в переливе

Колосья веселым огнем!

Нас много, нас много, ряды за рядами...

Куда бы ни кинули взор,

Мы всюду сплотились, смеясь над врагами,

И заняли поля простор!

Нас много, нас много... На пашне мы встали

И дружно мы песню поем:

Не страшны нам бури и нет нам печали,

Что срежут нас завтра серпом!

Нас много, нас много! Пусть вяжут жгутами,

Погибнем, нам смерть не страшна!

Мы снова поднимемся дружно рядами,

Лишь только вернется весна!

Нас много, нас много! Колышутся нивы...

Повсюду простерлись ковром...

И дружно в ответ нам кричат переливы:

Нас много, нас много кругом!

<26 октября 1917>

313. Сд, вечерний выпуск, 1917, 26 октября.


-----


## Умирает город оргий и разврата.


Умирает город оргий и разврата,

Умирает хищник сел и деревень...

Прошлого не стало, нет к нему возврата,

Площадей и улиц хмур и скучен день.

Плачут и рыдают где-то клавикорды,

Грустный вальс Шопена стонет о былом...

Ходят люди-тени, их шаги нетверды,

Души их об'яты ненавистью, злом.

Нет им в жизни цели, нет для них отрады;

Праздник жизни кончен, не вернется вновь...

Умирает город каменной громадой,

Умирает хищник, стынет его кровь.

Заперты конторы, банки, рестораны,

Вывески поблекли, сорваны щиты;

У витрин на стеклах пулевые раны,

Нет былого блеска, наглой красоты.

Жалкою толпою в темный храм плетутся

И ханжи и плуты... Плачут у икон.

Скорбные моленья в алтаре поются,

Отвергая братства, равенства закон.


* * *


Умирает город оргий и безумья,

Умирает город праздности людской;

На поблеклых окнах хмурое раздумье,

Веет безысходной, тяжкою тоской.

Бедных и голодных выплаканы слезы;--

Жадных и богатых жизнь порвала пир;

Все, что раньше было робкой сказкой грезы --

Стало дивным солнцем, озаряя мир!

Труд полей и фабрик, братство и свобода,

Вот эблема жизни, новых дней скрижаль;

Будет день грядущий -- праздником народа...

Всем, кто сердцем светел -- прошлого не жаль.

На окраинах сирых, в бедные кварталы,

С фабрик и с заводов -- брошен братства зов.

У ворот фабричных -- флаг багряно-алый,

Гимн звучит свободы, порванных оков!

Умирает город... Взвейтеся знамена!

Пойте гимны, песни Воле и Труду!

Нам не надо плача, вам не надо стона.

Жизнь дарит нам радость, свет и красоту!!

СЕРГЕЙ ЗАРЕВОЙ.


"Известия" от 5 января 1919 года