# Стихотворения

Иван Петрович Крешев

И. П. Крешев Стихотворения ---------------------------------------------------------------------------- Поэты 1840-1850-х годов Библиотека поэта. Большая серия. Второе издание. Л., "Советский писатель", 1972 Вступительная статья и общая редакция Б. Я. Бухштаба Составление, подготовка текста, биографические справки и примечания Э. М. Шнейдермана ---------------------------------------------------------------------------- СОДЕРЖАНИЕ Биографическая справка 97. Фавн 98. Дриада 99. Последняя роза (Из Томаса Мура) 100. Наяда. Эскиз Андрея Шение 101. Осенние цветы 102. Элегия ("Еще блестит лазурь твоих прекрасных глаз...") 103. <Из Горация> ("Друг! не всегда цветут холмы...") 104. Элегия ("Синела ночь. Из каждого куста...") 105. "Сошлися мы порой унылой..." 106. Лорелея 107. Разлука с жизнью. Из Гервега 108. Из Рюккерта ("Певец, когда на голос свой...") 109-111. <Из Горация> 1. Отдых ростовщика 2. Талиарху 3. Бар_и_не Иван Петрович Крешев родился в 1824 году в Петербурге, в дворянской семье. Учился он во 2-й гимназии, а затем - на юридическом факультете Петербургского университета, который закончил в 1845 году. Крешев рано ощутил литературное призвание. В 1840 году несколько стихотворений шестнадцатилетнего поэта было напечатано в журнале "Памятник искусств". Затем оригинальные, главным образом антологические, стихотворения и переводы - с латинского, французского, английского и немецкого языков - стали появляться в других петербургских журналах, большей частью в "Библиотеке для чтения" Сенковского и "Сыне отечества" Краевского. Окончив университет, Крешев не поступил на службу, намереваясь посвятить себя литературе. Однако материальная необеспеченность и необходимость содержать больную мать и сестру вынуждали его соглашаться на любую журнальную работу. Крешев сделался литературным поденщиком в журналах Сенковского и Краевского, которые безжалостно эксплуатировали его талант и знания; он писал фельетоны, переводил различные статьи и составлял компиляции из материалов иностранной печати, - словом, делал все, вплоть до подписей к картинкам мод (под псевдонимом "Марья Петровна" в "Библиотеке для чтения"). Сотрудничал он и в других петербургских журналах и газетах ("Пантеон", "Русский инвалид" и др.), писал статьи по русской словесности для "Энциклопедического словаря". Недолгая жизнь Крешева прошла в повседневной борьбе с нуждой. В 1858 году Крешев сошел с ума. Из больницы он вышел уже совершенно нетрудоспособным человеком и вскоре, 21 марта 1859 года, умер. Сборника оригинальных стихотворений Крешева издано не было. {*} При жизни поэта отдельной книгой был напечатан лишь его перевод комедии в стихах Э. Ожье "Габриэль" (СПб., 1853). В 1862 году Н. В. Гербель, хорошо знавший Крешева, выпустил в Петербурге сборник "Переводы и подражания", где собрал рассеянные по различным журналам крешевские переводы стихотворений Горация, Проперция, Шиллера, Т. Мура, А. Шенье, Гюго и других поэтов. Наиболее значительны его переводы из Горация, постоянно привлекавшего к себе интерес Крешева. "Более удачных переводов Горация не было в нашей литературе", - писал Гербель во вступительной заметке к сборнику. {* В наши дни Вл. Лидин без каких бы то ни было серьезных оснований приписал Крешеву авторство вышедшего анонимно сборника "Опечатки" (М., 1843) (см.: Вл. Лидин, Друзья мои - книги. Заметки книголюба, М., 1966, с. 119-121). Однако ряд фактов противоречит утверждению В. Г. Лидина: 1. Нам известно около 20 стихотворений Крешева, до 1843 года с его подписью опубликованных в различных журналах, но ни одно из них в "Опечатки" не вошло. 2. О принадлежности "Опечаток" Крешеву не упоминает Н. В. Гербель, близко знавший Крешева и составивший "Список переводных и оригинальных стихотворений Крешева" (см. "Переводы и подражания", с. 133-142). 3. Все стихотворения "Опечаток" датированы и почти все снабжены указаниями мест написания (и того и другого лишены все известные нам стихотворения Крешева). Из этих помет видно, что автор "Опечаток", вероятно, москвич (в Москве сборник и был издан), человек немалого достатка, проведший полтора-два года в путешествии по Европе (он посетил Стокгольм, Копенгаген, Париж, Висбаден и другие города). Никаких сведений о том, что Крешев выезжал за пределы Петербурга, не обнаружено. 4. В художественном отношении "Опечатки" с их неуклюжим тяжеловесным синтаксисом и архаичной лексикой - книга типичного дилетанта, стоящая на гораздо более низком уровне, чем стихи Крешева.} 97. ФАВН Sylvain, qu'avez-vous vu quand vous etiez heureux? V. Hugo {*} {* Сильван, что вы видели, когда вы были счастливы?.. В. Гюго (франц.). - Ред.} У грота мрачного, забытый, одиноко Стоял пустынный фавн... Плющ пыльный и осока Вкруг бедной статуи печально разрослись; Каштаны дикие узорчато сплелись Ветвями черными над головою фавна, А в воздухе шумел и падал лист дубравный... Мне жаль тебя, сатир! С лидийских берегов, Одетых лаврами и лозой виноградной, Из хора светлого мифических богов Ты унесен рукою жадной, И осень хладная поблекшие листы Бросает на тебя с туманной высоты. Но ты смеешься, фавн!.. Хранитель козлоногий Сребристо-белых стад, потоков и дубров, Ты украшал собой Лукулловы чертоги, Внимал там звону чаш и музыке пиров. Под сенью портика, сквозь ветви померанцев, Обвитых лентами зеленого плюща, Ты весело смотрел на вольность резвых танцев, Кропимый зернами холодного ключа. Ты улыбаешься?.. В дыму благоуханий, При блеске радужном сидонских хрусталей, Вакханки, скинув с плеч волну кисейных тканей И опустив на грудь душистый ток кудрей, Кружились пред тобой. Безумные восторги Сливались с песнями венчанных гроздьем оргий, А свежий водомет, блестя между огней, Снопами звонкими и жемчуг и алмазы Взвивал из мраморной, цветами полной вазы... Скажи, что, жаль тебе невозвратимых дней, Дней славы квиритов, отваги и свободы, Когда в шумящий Рим, корону царств земли, Стекались дальние народы И на алтарь богов, покорные, несли Амфоры древних вин, плодов и роз кошницы И напоенные алоэм багряницы?.. Ты помнишь ли те дни, когда бесславный Рим, Забыв отцов своих, на сладострастном ложе Покояся, впивал душистой мирры дым, А дикие толпы, в косматой волчьей коже, От севера текли на семихолмый град, И падал великан пред булавой окреплой, И в груды мрачные, одеты ризой пепла, Ложилась роскошь римских колоннад? ------ Так взором вопрошал я хладную статую, Безмолвно голову пред мрамором склони... Кумир не отвечал... Сквозь ткань дерев густую На фавна упадал румяный отблеск дня, И сумрак голубой прозрачными клубами Спускался медленно над темными дубами... <1842> 98. ДРИАДА Ты видишь у ручья обломок ивы дикой?.. Засохший этот ствол, повитый повиликой, Был листьями одет; в нем слышались сперва Дриады молодой приветные слова. Но дерево сломил зимы набег нещадный, И нимфа умерла!.. Приют ее прохладный Любил пастух Бион. Полуденной порой Здесь звонкий свой тростник он оживлял устами И нимфу вызывал искусною игрой. Дриада, скрытая душистыми кустами Златой акации, внимала ей не раз. Волшебно-стройная мелодия лилась Как флейты звук, когда под шум живых фонтанов Летит он, сладостный, в тени густых каштанов. <1842> 99. ПОСЛЕДНЯЯ РОЗА (Из Томаса Мура) Последняя роза цветет одиноко; Завяли подруги ее невозвратно; Закинул их ветер на берег далекой - И нет ей ответа на вздох безотрадный... Не дам я сиротке на стебле томиться, Ронять безнадежно жемчужные слезы: Сорву я бедняжку... пусть ветер стремится, Уносит листочки рассыпанной розы!.. О, если померкнет звезда упованья И милые души исчезнут, как тени, Кто станет беречь дни тоски и страданья, Гость лишний, как роза под бурей осенней? <1842> 100. НАЯДА Эскиз Андрея Шение Когда в полдневный жар так сладостна прохлада Душистых яворов и листьев винограда, Усталый селянин, вхожу я в темный грот, А там, под зеленью аканта, нимфа вод, Нагая, белая, склонясь на полог дерна, Роняет из кудрей холодной влаги зерна И дремлет, опершись на руку головой, Венчанной тростником и влажною травой. <1843> 101. ОСЕННИЕ ЦВЕТЫ Бор желтеет над поляной, Вьются по ветру листы... Для чего ж венок румяный На головке носишь ты? Видишь: ива да березы Грустно дремлют у пруда; Лепестками вялой розы Вся усыпана гряда. С жаром лета помертвела Ярких венчиков семья; Лишь нарцисс остался белый На могиле бытия. <1844> 102. ЭЛЕГИЯ Еще блестит лазурь твоих прекрасных глаз, Но взор их - моря холоднее; Цвет розы на щеках мгновенно не погас, Но с каждым днем они бледнее. Так вянет лилия на сломанном стебле; Ее не греет луч рассвета, И венчик, полный слез, наклонится к земле, Лишенный запаху и цвета. Мне жаль тебя, дитя! Напрасно хочешь ты Прикрыть улыбкою страданья: Тоска мрачит и взор и бледные черты. Так над развалинами зданья Висит на башне плющ и цепью вековой Каймит расселины снаружи - Кудрявый, молодой, и свежий, и живой, Внутри - поблекнувший от стужи. <1844> 103. <ИЗ ГОРАЦИЯ> Друг! не всегда цветут холмы, Блестит луна в узор сиреней... К чему же слабые умы Томить обузой размышлений? Не лучше ли беспечно лечь Под ясень иль платан высокой И, кудри, павшие до плеч, Опрыскав амброю востока, Прославить Бахуса?.. В груди Разгонит он туман неверный. Беги же, мальчик, остуди В ручье столетний сок Фалерна! Зови к нам Лидию скорей; Всё чудно в ней: уста, ланиты; А пряди черные кудрей В роскошный венчик ловко свиты. <1844> 104. ЭЛЕГИЯ Eheu! translatas alio maerebis amores... {*} Гораций {* Увы! Ты передавал другому любовь и печалился... (лат.). - Ред.} Синела ночь. Из каждого куста Курилися цветов благоуханья... В томленьи, жаркие полураскрыв уста, Впивала ты мои лобзанья. Руками гибкими меня во тьме обвив, Надежнее плюща, когда по ветвям ив Он вьется, ты клялась моею быть... Давно ли? И вот уже другой красу твоих кудрей Целует, Лидия, и вкруг твоих дверей Развесил мирт и каприфолий. Но ты, соперник мой, хотя бы ты владел Рядами портиков на берегу Пактолы И под оливами твои тучнели долы, - Тебя печальный ждет удел: Поверь, часы блаженства минут, Пройдут, как облако по выси голубой, И будешь ты, как я, покинут, И улыбнусь я над тобой. <1845> 105 Сошлися мы порой унылой; Ты поздно улыбнулась мне, Когда все чувства пепл остылый Покрыл в душевной глубине... К чему теперь твое участье? На мне блестит взор теплый твой, Как солнце после дней ненастья Блестит над скошенной травой... <1845> 106. ЛОРЕЛЕЯ Я знаю над Рейном утес. В сияньи луны, как лилея, Там часто, воздушнее грез. Является мне Лорелея. В лице и на сердце печаль, Взор ищет и манит кого-то, И дева в лазурную даль Всё смотрит, блуждая у грота. Блаженство, быть может, хоть раз Блеснет ей за годы страданья... Но тщетно в полуночный час Ждет бедная фея свиданья... Глаза потемнели от слез, И сердце изныло в надежде... А Рейн о гранитный утес И плещет и бьется, как прежде. <1846> 107. РАЗЛУКА С ЖИЗНЬЮ Из Гервега Отрадно умереть подобно блеску дня В багряном зеркале залива: Как бледная звезда, к земле лучи склоня, Угаснуть тихо, молчаливо. Отрадно умереть, как светлая роса От жара сохнет над листами; Исчезнуть, как певиц крылатых голоса, Как звуки арфы под перстами. Отрадно умереть, как в воздухе полей Цветов уносится куренье, Когда летит оно из венчиков лилей, Как фимиам благодаренья. Но нет! Не будет смерть избранников легка, Тиха, как запада мерцанье; Нет! не исчезнешь ты, как аромат цветка И струн минутное бряцанье... Нет! ты пройдешь над миром без следа, Но прежде скорбь твою разрушит силу И сердце разобьет на части, и тогда Сойдешь ты, мученик, в могилу. <1847> 108. ИЗ РЮККЕРТА Певец, когда на голос свой В сердцах людей ты ждешь созвучья, - Пой не весну любви живой, Но темной жизни злополучья... Затем, что многим не дано Изведать в мире наслажденья, Но в каждой груди есть зерно Тяжелой скорби и сомненья. <1847> 109-111. <ИЗ ГОРАЦИЯ> 1 ОТДЫХ РОСТОВЩИКА "Блажен, кто от забот житейских вдалеке, Как древле смертные, возделывает просто Волами почву на отцовском уголке, Не зная лихвенного роста; Кто, видя моря гнев, в испуге не дрожит, Кого труба врасплох не пробуждает к рати И кто подалее от Форума бежит И от порогов сильной знати, - Но виноградных лоз окрепнувший росток Венчает с тополем высоким; или сучья Пустые режет и, к пеньку привив глазок, Ждет большего благополучья; Порой любуется на свой мычащий скот В уединении долины; Стрижет пушок овец или отжатый сот Сбирает в чистые кувшины. Когда ж чело свое, венком из наливных Плодов нарядное, поднимет осень с пашни, - Как рад он!.. Груши рвет с деревьев прививных И пурпур гроздьев - дар всегдашний Тебе, Приап, тебе, садовых рубежей Блюститель, батюшка Сильван!.. Пришла охотка Под старым падубом прилег, где посвежей, Не то в густой траве... Там кротко В высоких берегах, журча, скользят ручьи, В лесах чиликают, не умолкая, птицы, И тихим говором бегущие струи Зовут сон легкий на ресницы. Когда же, ливнями и снегом холодна, Зима Юпитера закрадется, что ж? - в эти Дни рыщет селянин со сворой, кабана В расставленные гонит сети; То петли редкие на жердочках, шаля, Готовит для дроздов прожорливых; в засаду Поймает зайца иль бродягу журавля, Приятную за труд награду. О, кто б не позабыл среди таких затей Тревоги тяжкие любви?.. Когда ж супруга Хозяйство бережет и миленьких детей, Сабинянка ль она иль юга Дочь загорелая, апулянка; когда, К приходу мужнину, она очаг прилежно Сухим валежником наполнит, и, стада Загнав за плетень хлева, нежно Доит раздутые сосцы, и сладких вин Из бочки льет, несет непокупные блюда, - Не надо устриц мне, прославленный Лукрин, Ни камбал, никакого чуда, Которых гонит к нам на берега зима Восточным ветром! Нет, ни рябчики, ни даже Пеструха-курица нумидская сама Не сходят в мой желудок глаже, Чем эта сочная маслина, на отбор Снятая со стеблей, или благоуханный Щавель, иль проскурняк, целебный тем, кто хвор, Иль агнец, Термину закланный. Да, любо за такой трапезою взглянуть, Как сытые волы идут домой, с натуги Усталые, влача с полей в обратный путь Уж опрокинутые плуги, А там, под ларами, лежат счастливцы слуги". Так Алфий-ростовщик, беседуя, решил Сам быть помещиком, для вожделенной цели Об идах {*} деньги все из росту воротил - {* В половине месяца.} И... снова отдал в рост их через две недели! <1857> 2 ТАЛИАРХУ Смотри, как пеленой снегов белеет темя Соракта; слабые леса, склонясь, едва Густого инея поддерживают бремя, И льдом закована речная синева... Смягчи же стужу, друг! На очаге вели Раскинуть хворосту да, не скупясь, диоту Сабинского вина достань из-под земли, Четырехлетнего... А лишнюю заботу Оставь богам! Велят ветрам, чтоб унялись, Не бунтовали бы они с пучиной ярой - И не шел_о_хнется тенистый кипарис, И ясень отдохнет своею сенью старой... Что завтра ждет тебя - не спрашивай! Лови, Как выигрыш, денек, дарованный судьбою; Цветущий юноша, не убегай любви, Ни пляски круговой, покуда над тобою Не пронеслись года... Тебя зовут пока И поле Марсово, и под вечер, в условный Час, - шепот сладостный и смех из уголка, Предатель девицы, чтоб ты, в борьбе любовной, Сорвал у ней с руки браслет, любви залог, Иль перстень с пальчика, что так притворно строг. <1857> 3 БАР_И_НЕ Я верил бы тебе, когда б за клятвы все, Что ты нарушила, отмстительным уроком Хоть почернел бы зуб во вред твоей красе, Постигло б ноготок пороком. Но нет!.. Лишь голову свою ты обрекла На гибель клятвою, - ты блещешь вдвое краше, Прелестней прежнего, и снова увлекла На муку юношество наше... Всё с рук тебе идет! Взываешь ложно ты И к пеплу матери усопшей, и к светилам, Которые глядят безмолвно с высоты, И к чуждым хладной смерти силам... Самой Венере - да! - смешно от этих дел, И нимфы робкие смеются тихомолком, Амур же точит лишь запасы жгучих стрел Над окровавленным оселком. Вся юность для тебя, заметь, растет, рабов Ватага новая; а прежних неотступный Рой, после всех угроз, толпится у столбов Дворца владычицы преступной. Боятся матери тебя за сыновей, Пугают старого скупца твои удары, И новобрачные в тревоге, чтоб мужей Твои не обольстили чары. <1857> ПРИМЕЧАНИЯ В настоящий сборник вошли произведения четырнадцати поэтов 1840-1850-х годов, чье творчество не представлено в Большой серии "Библиотеки поэта" отдельными книгами и не отражено в коллективных сборниках (таких, например, как "Поэты-петрашевцы"). Некоторые произведения Е. П. Ростопчиной, Э. И. Губера, Е. П. Гребенки, Ю. В. Жадовской, Ф. А. Кони, И. И. Панаева были включены в сборник "Поэты 1840-1850-х годов", выпущенный в Малой серии в 1962 году (вступительная статья и общая редакция Б. Я. Бухштаба; подготовка текста, биографические справки и примечания В. С. Киселева). В настоящем издании творчество их представлено полнее. Из других поэтов П. А. Каратыгин, П. А. Федотов, Ф. Б. Миллер, Н. В. Берг представлены в различных выпусках "Библиотеки поэта" лишь отдельными произведениями; стихи И. П. Крешева, Н. Д. Хвощннской, Е. Л. Милькеева, М. А. Стаховича в издания "Библиотеки поэта" не входили. Для создания правильного представления о поэтах, творческий путь которых начался в 1830-е годы (Ростопчина, Губер, Гребенка, Кони, Каратыгин) или продолжался в 1860-1870-е (Каратыгин, Миллер), в сборник включены произведения и этих периодов. При установлении порядка следования авторов в сборнике принимались во внимание как биографические данные (дата рождения, время начала творческой деятельности, период наибольшей активности), так и жанровые: в особую группу выделены водевилисты (Кони, Каратыгин) и сатирики (Панаев, Федотов), завершают книгу переводчики по преимуществу (Берг, Миллер). При подготовке настоящего сборника были просмотрены отдельные, прижизненные и посмертные, издания данных поэтов, журналы, альманахи, некоторые газеты за ряд лет, рукописные материалы. Одиннадцать стихотворений, принадлежащих Ростопчиной, Милькееву, Копи, Миллеру, публикуются впервые. Тексты публикуемых стихотворений сверялись с обнаруженными в архивах рукописями. В результате этой сверки ряд текстов печатается в более полном или измененном, по сравнению с прежними публикациями, виде. Тексты, как правило, печатаются в последней авторской редакции. Отдельные случаи, когда предпочтение отдается посмертному изданию, главным образом из-за цензурных купюр в прижизненном, оговорены в примечаниях. Произведения, впервые опубликованные после смерти поэта, печатаются по наиболее авторитетным посмертным изданиям. Особую трудность представляет выбор текста для произведений Федотова. Большая их часть публиковалась по спискам (автографы, за редкими исключениями, не сохранились), причем публикации и известные нам списки одного произведения часто имеют множество разночтений. В подобных случаях нами выбирался наиболее авторитетный, наиболее исправный из имеющихся текст; явные искажения исправлялись по другим публикациям и спискам; все эти исправления отмечены в примечаниях. Слова в тексте, заключенные в угловые скобки, являются редакторскими конъектурами. В угловые скобки, кроме того, взяты заглавия и подзаголовки, данные редакцией. Слова, зачеркнутые автором в рукописи, заключаются в квадратные скобки. Орфография и пунктуация приближены к современным нормам. Явные опечатки в источниках текста исправляются без оговорок в примечаниях. Стихотворения каждого автора расположены в хронологическом порядке; недатированные стихотворения помещены в конце. Многие датировки стихотворений уточнены по первым публикациям, автографам, письмам и другим источникам; в необходимых случаях обоснование датировок приведено в примечаниях. Даты в угловых скобках означают год, не позднее которого, по тем или иным данным, было написано произведение; для водевильных куплетов - это нередко год первой постановки водевиля на сцене, для других - год первой публикации или цензурного разрешения издания. Предположительные даты сопровождаются вопросительным знаком. Подборке стихотворений каждого автора предшествует биографическая справка, где сообщаются основные сведения о жизни и творчестве поэта; приводятся данные о важнейших изданиях его стихотворений. Здесь, как и в примечаниях, использованы, наряду с опубликованными, и рукописные материалы. В примечаниях после порядкового номера указывается первая публикация, затем, через точку с запятой, последовательные ступени изменения текста (простые перепечатки не отмечаются) и, после точки, источник, по которому печатается текст. Источник текста вводится формулой "Печ. по..."; эта формула носит условный характер, обозначая издание, в котором текст впервые установился. Указание только одной (первой) публикации означает, что текст в дальнейшем не изменялся. Авторские сборники, часто встречающиеся в примечаниях к стихотворениям одного автора, полностью описаны лишь при первом упоминании, а в дальнейшем даны в сокращении. Описания книг и журналов, часто встречающихся в примечаниях к стихотворениям нескольких авторов, также даны в сокращении (см. список сокращений). Сведения о музыкальных переложениях произведений нами заимствованы из книги: Г. К. Иванов, Русская поэзия в отечественной музыке (до 1917 года), справочник, вып. 1-2, М., 1966-1969; причем приводятся фамилии только сколько-нибудь известных композиторов, остальные даны суммарно, по формуле: "Положено на музыку одним композитором (двумя и т. д. композиторами)". Сокращения, принятые в примечаниях БдЧ - "Библиотека для чтения". Булгаков - Ф. И. Булгаков, П. А. Федотов и его произведения художественные и литературные, СПб., 1893. Вольф - А. Вольф, Хроника петербургских театров, ч. 1-3, СПб., 1877-1884. ГБЛ - Рукописный отдел Государственной библиотеки СССР им. В. И. Ленина (Москва). ГПБ - Рукописный отдел Государственной Публичной библиотеки им. М. Е. Салтыкова-Щедрина (Ленинград). ГРМ - Рукописный отдел Государственного Русского музея (Ленинград). ЕИТ - "Ежегодник императорских театров". ИВ - "Исторический вестник". ЛГ - "Литературная газета". Лещинский - Я. Д. Лещинский, Павел Андреевич Федотов - художник и поэт, Л.-М., 1946. ЛН - "Литературное наследство". М - "Москвитянин". ОЗ - "Отечественные записки". П - "Пантеон", "Пантеон русского и всех европейских театров". ПД - Рукописный отдел Института русской литературы (Пушкинского дома) АН СССР. Ростковский - Ф. Ростковский, История лейб-гвардии Финляндского полка, отд. 2 и 3. 1831-1881, СПб., 1881. PC - "Русская старина". С - "Современник". СО - "Сын отечества". Сомов - А. И. Сомов, П. А. Федотов, СПб., 1878. ССНП - (И. И. Панаев), Собрание стихотворений Нового поэта, СПб., 1855. ГБЛ - Государственная театральная библиотека им. А. В. Луначарского (Ленинград). "Тетрадь Пушкина" - рукописная тетрадь, содержащая автографы стихотворений Е. П. Ростопчиной, принадлежавшая ранее А. С. Пушкину (ПД). ЦГАЛИ - Центральный государственный архив литературы и искусства (Москва). ЦГИА - Центральный государственный исторический архив (Ленинград). ц. р. - цензурное разрешение. ЦТМ - Центральный театральный музей им. А. А. Бахрушина (Москва). 97. СО, 1842, No 6, отд. 3, с. 4. Эпиграф - из стих. В. Гюго "La statue" (1837). Сильван, (римск. миф.) - бог лесов, полей и стад. Лидийские берега - берега Лидии, древнего государства в Малой Азии; царь Лидии Крез обладал несметными богатствами. Лукулловы чертоги. Лукулл Люций Лициний (106-56 до н. э.), римский консул, владел огромными богатствами. Сидонские хрустали. Сидон, один из крупнейших древнефиникийских городов, славился ремеслами, в том числе производством различных изделий из хрусталя. Квириты - полноправные римские граждане. Амфора - большой узкогорлый сосуд. Кошница - плетеная корзина с расширяющимся верхом. Алоэ (столетник) - растение с толстыми мясистыми листьями; сок его применялся в красильном деле. Багряница - царское одеяние, плащ из дорогой ткани багряного цвета. 98. БдЧ, 1842, No 12, с. 74. Пастух Бион - Бион Смирнский (II в. до н. э.), греческий поэт, представитель буколической (пастушеской) поэзии. 99. СО, 1842, No 9, отд. 3, с. 6. Перевод стих. английского поэта Томаса Мура (1779-1852) "'Tis the last rose of summer". 100. БдЧ, 1843, No 3, с. 11. Перевод стихотворения Андре Шенье (см. примеч. 9) "Je sais, quand ie midi leur fait desirer l'ombre...". Акант - южное растение с крупными листьями. 101-102. БдЧ, 1844, No 12, с. 81, 84. 103. БдЧ, 1845, No 1, с. 14 (ц. р. - 1 января 1845 г.). Перевод оды римского поэта Горация (65-8 до н. э.) из кн. 2 (11) (ст. 1-8 Крешевым не переведены). Амбра - здесь: благовонная растительная смола. Сок Фалерна - фалернское вино, по названию области в италийской провинции Кампанья. Лидия - героиня нескольких од Горация, римская куртизанка; вероятно, имя вымышленное. 104. ЛГ, 1845, 20 декабря. Лидия - здесь: идущее от Горация (см. примеч. 103) имя красавицы, ставшее нарицательным. Мирт - вечнозеленое дерево с душистыми цветами; считался посвященным Афродите и служил символом любви. Каприфолий (каприфоль) - вьющийся кустарник с душистыми цветами. Пактола (Пактол) - река в древнем государстве Лидии (см. примеч. 97); имела, по преданию, золотоносное дно. 106. Там же. 106. "Вчера и сегодня", Литературный сборник, составленный гр. В. А. Соллогубом, кн. 2, СПб., 1846, с. 70. Лорелея - героиня подсказанных рейнским пейзажем (скалой Лурлей) немецких легенд, послуживших основой для стихотворений немецких романтиков - Брентано, Гейне Зимрока, Эйхендорфа и др. Крешевская трактовка близка балладе Кл. Брентано "Лорелея" (1801), где героиня, покоряющая всех своей красотой, страдает от холодности любимого ею и с отчаяния бросается в Рейн. 107. "Репертуар и пантеон театров", 1847, No 1, с. 159. Перевод стих, немецкого поэта Георга Гервега (1817-1875) "Strophen aus der Fremde", 2 ("Ich mochte hingehn wie das Abendrot..."). Ст. 17 - аллюзия на ст. 38 из стих. Лермонтова "Дума" (1838) - "Над миром мы пройдем без шума и следа"; это придает крешевскому переводу также значение отклика на стихотворение Лермонтова. 108. Там же, с. 160. Перевод стихотворения немецкого поэта Фридриха Рюккерта (1788-1866). 109-111. 1. СО, 1857, No 6, с. 129. Перевод стихотворения Горация (см. примеч. 103) из кн. Эподы (2). Форум - в Древнем Риме площадь для народных собраний, суда и ярмарки. Приап (римск. миф.) - бог садов и плодородия. Сильвам. - см. примеч. 97. Сабинянка, апулянка - жительницы Сабинии и Апулии, областей в древней Италии. Лукрин - Лукринское озеро в провинции Кампанья. Проскурняк (или просвирник) - растение семейства мальвовых с розовыми цветами. Термин (римск. миф.) - бог границ. Лары - божества домашнего очага у римлян. Иды - середина месяца. Через две недели. Имеются в виду календы - начало месяца. Иды и календы - обычные в Древнем Риме сроки ростовщических операций. 2. СО, 1857, No 9, с. 201. Перевод оды Горация из кн. 1 (9). Другой, более ранний крешевский перевод этой оды ("Смотри: глубоким снегом засыпанный...") - БдЧ, 1844, No 7. Талиарх (лат. "распорядитель пира") - вымышленное имя юноши. Соракт - гора в Средней Италии. Диота - сосуд для вина. Сабинское вино производилось в Сабинской провинции, в которой находилось и имение Горация - Сабина. Поле Марсово - поле за стенами Рима, где происходили гимнастические и конные состязания и народные собрания для выборов должностных лиц. 3. СО, 1857, No 18, с. 409. Перевод оды Горация из кн. 2 (8). И. П. Помяловский писал об этом переводе: "По близости к подлиннику... по выдержанности тона, по легкости и гармонии стиха перевод на далеко оставляет за собою переводы предшественников" ("Отчет о присуждении Пушкинской премии в 1884 году", СПб , 1884, с. 12).