# Под гнетом утраты

Виктор Александрович Крылов

Драматический этюд в одном действии.

В. А. Крыловъ


Подъ гнетомъ утраты.

Драматическій этюдъ въ одномъ дѣйствіи.


Г. Д.


Для сцены.


Сборникъ пьесъ.


Томъ девятый.


Изданіе

Виктора Крылова

(Александрова)


С.-Петербургъ.

Типографія Шредера, Гороховая, 40.

1896.


http://az.lib.ru


ДѢЙСТВУЮЩІЯ ЛИЦА.


Княгиня Ольга Михайловна Креженецкая.

Петръ Андреевичъ Лотовъ -- докторъ.

Софья Васильевна.

Миша, мальчикъ пяти лѣтъ, ея сынъ.

Ипатъ, слуга у княгини.

Матреша, Таня, горничныя княгини.


Дѣйствіе происходитъ въ помѣстьи княгини, въ провинціи, въ наши дня.


Гостиная у княгини. Въ глубинѣ, на маленькомъ столикѣ, чайный приборъ. При поднятіи занавѣса, Матреша приноситъ самоваръ и дѣлаетъ чай. Входитъ Ипатъ.


ЯВЛЕНІЕ 1-e.


МАТРЕША и ИПАТЪ.


Ипатъ. Скорѣй, скорѣй, давай самоваръ; завари чай... кончилась обѣдня, княгиня сейчасъ сюда идутъ.

Матреша. Заваренъ чай, дяденька, не безпокойся. Я ужъ сама замѣтила, что народъ изъ церкви повалилъ.

Ипатъ. Все-ли тутъ? Булки... сливки.. ну, ладно, ладно, у насъ сегодня двойной праздникъ будетъ.

Матреша. Что такъ?

Ипатъ. Первый праздникъ сегодня что? какой? Зачѣмъ ты въ красное платье вырядилась?

Матреша. Ну, воскресенье извѣстно.

Ипатъ. А второй праздникъ,-- догадайся-ка, ну... какой второй праздникъ у насъ?

Матреша. Почемъ мнѣ знать?

Ипатъ. Какой для слуги больше праздникъ, какъ когда господа веселы?... Княгинюшка наша сегодня порастаяла, право, ну... чего цѣльными мѣсяцами ждемъ... Что она у насъ, княгинюшка?-- одна скорбь ходячая, что день, что часъ, только и видишь слезы... а сегодня улыбается... право ну...

Матреша. Да что ты?

Ипатъ. Бывало, изъ церкви-то идетъ, ни на кого не глядитъ, а сегодня съ ребятишками говорила... землянику велѣла купить у нихъ... а теперь къ Ивану мельнику въ избу зашла... зазвалъ, зазвалъ...

Матреша. Ахъ, ты Господи! чего и во вѣки не запомнить... должно быть, что ужъ на счастье этой госпожѣ.

Ипатъ. Какой?

Матреша. Приходила вѣдь опять госпожа эта черная съ мальчикомъ.

Ипатъ. Ахъ ты!! да чего ей нужно? Вѣдь сказано ей, что княгиня незнакомыхъ не принимаетъ... Разстроитъ она у насъ княгиню, опять разстроитъ.

Матреша. Ужъ такъ молитъ, такъ проситъ, доложи, говоритъ... про доктора спрашивала, не здѣсь-ли?-- хотѣла опять послѣ обѣдни зайти.

Ипатъ. Что будешь дѣлать?... Главное -- боюсь, что: вотъ княгинюшка посвѣтлѣла, чтобъ опять ее въ скорбь не вогнать.

Матреша. Да вѣдь не обережешься отъ этой госпожи... не пускай ее пожалуй, такъ вѣдь она княгиню на улицѣ или въ саду остановитъ.

Ипатъ. Надоѣда какая... Сказать бы ей, чтобъ въ письмѣ лучше написала, что ей надобно. Письмо можно и не давать княгинѣ, а этой сказать, что никакого, молъ, отвѣта нѣтъ. Можетъ, и отстала бы.

Матреша. Ужъ не знаю.


Входитъ Лотовъ.


ЯВЛЕНІЕ 2-е.


ИПАТЪ и ЛОТОВЪ.


Лотовъ. Ого! и чаекъ на столѣ! вотъ что кстати, то кстати... Здорово, Ипатушка... Матреша, здравствуй... экій день-то сегодня роскошный... за всю весну такого не бывало... небо ясное... солнышко такъ и пригрѣваетъ.

Ипатъ. На что лучше... самая праздничная погода,

Лотовъ. А княгиня гдѣ-же?

Ипатъ. Въ церкви были... еще но возвращались,

Лотовъ. Да вѣдь обѣдня кончилась... я ужъ и батюшку на улицѣ встрѣтилъ.

Ипатъ. Онѣ у насъ сегодня повеселѣли...

Лотовъ. Правда?

Ипатъ. Ей-ей... мельникъ къ себѣ ихъ зазвалъ... пошли въ избу къ нему... мы ее такой ужъ давно не видали...

Лотовъ. Пора, пора... давно пора... не вѣкъ-же все слезы лить... слезами утраты своей не вернешь.

Ипатъ. Не вернешь, да коли скорбь сердце точитъ... и не бѣжать-то тоже слезамъ не закажешь. Кому такое-то горе испытать привелось, какъ княгинюшкѣ... перенести изъ-за родного сынка... какъ еще пережила, голубушка...

Лотовъ. Такъ ты говоришь, сегодня повеселѣй?

Ипатъ. Ужъ и не знаю-съ чего...

Лотовъ. Это хорошо... Что, была у васъ тутъ молодая дама, вся въ черномъ, въ траурѣ,-- съ мальчикомъ, съ маленькимъ?

Ипатъ. А вы ее знаете?

Лотовъ. Была что-ли?

Ипатъ. Три дня подъ рядъ все надоѣдаетъ, къ княгинѣ просится; да мы не пускаемъ... докладывали... княгиня принять не желали.

Лотовъ. И сегодня была?

Ипатъ. И сегодня. Вотъ во время обѣдни... опять зайти хотѣла. Что ей надо?

Лотовъ. Когда опять хотѣла зайти?

Ипатъ. Да вотъ послѣ обѣдни... Матреша, когда эта госпожа здѣсь будетъ?

Матреша. Черезъ часъ, сказала. Гляди, что скоро придетъ.

Лотовъ. Стало быть, все въ порядкѣ. Вы тогда княгинѣ не говорите, а мнѣ шепните, что она пришла.

Ипатъ. Петръ Андреичъ... коли вы что затѣваете? вы лучше оставьте... княгиню не тревожьт, благо, она маленько прояснилась; опять чтобы не опечалить... У нихъ на прошлой недѣлѣ предводитель пріѣзжалъ, завтракать, такъ и то послѣ него онѣ день цѣлый въ постелѣ пролежали, а какъ еще съ барыней говорить заставите...

Лотовъ. Ничего, въ постель сляжетъ, я-же лечить буду. Подмажемъ, подклеимъ, опятъ выздоровѣетъ.

Ипатъ. Вы не шутите ихъ здоровьемъ, онѣ себя перемогаютъ; а поглядите, какъ гаснуть. Горе-то пуще хвори съѣдаетъ человѣка,

Лотовъ. Особливо, коли ему потачку дать. Потачку давать не слѣдъ, вотъ что... хворь лечать лекарствомъ, а горе разумомъ.

Ипатъ. Иное бываетъ, что и разумъ потеряешь когда отъ своего-же родного дѣтища...

Лотовъ. Да ужъ не бойтесь, Ипатъ Семенычъ, я мою крестную-княгинюшку не меньше вашего люблю и ужъ коли что затѣваю, такъ только ей на радость.

Ипатъ. Ахъ, ужъ какая тамъ радость, хоть-бы маленько-то отошла.

Матреша. (Глянувъ въ окно.) Идутъ... княгиня-идутъ!..

Лотовъ. Постойте... вотъ что вы сдѣлайте: встрѣчайте ее тутъ; а я... благо, сегодня она въ духѣ... я рядомъ за рояль сяду, сыграю ея любимую музычку, такъ по праздничному встрѣтимъ.

Ипатъ. Смотрите, чтобъ хуже не вышло.

Лотовъ. Да ужъ не безпокойтесь...


ЯВЛЕНІЕ 3-e.


ИПАТЪ и МАТРЕША, потомъ КНЯГИНЯ и ТАНЯ.


Ипатъ. Голубушка наша! за что ей это...(За сценой музыка.) Кто ее какъ я-то зналъ съ самыхъ дѣвичьихъ лѣтъ... какъ онѣ всегда съ добротой, да съ лаской. (Быстро.) Идутъ, идутъ... (Матреша широко растворяетъ дверь, Ипатъ кланяется.) Съ праздникомъ, матушка, ваше сіятельство.


Входитъ княгиня, опираясь на Таню, подъ руку съ ней.


Княгиня. Спасибо... (Останавливается и прислушивается.) Кто это играетъ?

Матреша. Петръ Андреичъ пріѣхалъ, докторъ.

Княгиня. Какъ онъ хорошо сталъ играть, давно я не слыхала... Ступай, Танюша, отдохни... чай, пріустала тащить меня отъ самой церкви...

Таня. (Весело.) Ничего-съ...

Княгіня. Не знаю, съ чего я такъ... ноги подкосились. Поди, зови Петра Андреича чай пить... (Таня уходитъ.) Какъ онъ хорошо играетъ... какъ хорошо. (Музыка смолкаетъ.) Дай намъ чайку, Ипатъ.


Садится, входитъ Лотовъ.


ЯВЛЕНІЕ 4-е.


КНЯГИНЯ, ЛОТОВЪ, ИПАТЪ и МАТРЕША.


Лотовъ. Крестная моя... дорогая, здравствуйте... (Цѣлуетъ руку.) Простите, дожидаясь васъ, присѣлъ къ роялю...

Княгиня. Садись, бери чай... (Ипатъ подаетъ чай.) Въ чемъ-же тутъ извиняться... Какъ ты хорошо играть сталъ; я тебя еще заставлю вечеркомъ мнѣ поиграть.

Лотовъ. Съ наслажденіемъ... Играю хорошо оттого, что вашъ ученикъ, вы мнѣ эту любовь вселили въ душу. А сами-то, гляди, и не подходите къ инструменту,

Княгиня. Рѣдко, а все таки случается, ночью больше, когда не спится. Нѣтъ, я тебѣ благодарна, что ты немножко поиграешь... я тебѣ еще за это подарокъ сдѣлаю.

Лотовъ. Неужто?

Княгиня. Кошелекъ тебѣ связала шелковый.

Ипатъ. Сами связали своими ручками. Вотъ какъ для васъ, а вы рѣдко ѣздите. Всю недѣлю княгиня васъ поминала, что вы не ѣдете!

Лотовъ. Родная, да что-же такъ? нездоровилось вамъ, что-ли?

Княгиня. Когда мнѣ нездоровится? глупости какія говоришь. Люди моего-то стараго времени никогда не хвораютъ... старѣютъ,-- да, и умираютъ сразу, но хворать? нѣтъ, мы какъ изъ желѣза скованы (Полунасмѣшливо.) и не дождешься, когда Господу угодно будетъ насъ прибрать.

Лотовъ. Богъ съ вами?! да зачѣмъ вамъ умирать?

Княгиня. Потому-что жизнь кончена... Кто отжилъ вѣкъ, тотъ въ тягость и себѣ, и людямъ.

Лотовъ. Жизнь кончена, только когда человѣкъ перестаетъ дышать, а до тѣхъ поръ, какая бы ни была жизнь, она все таки жизнь... Что вы, родная? (Смѣясь.) такъ вы, пожалуй, прикажете перерѣзать всѣхъ стариковъ.

Княгиня. Нѣтъ, и старость имѣетъ право на существованіе, но только когда она не одинока. Старый человѣкъ долженъ видѣть вокругъ себя дѣтей и внуковъ, долженъ чувствовать, какъ его жизнь продолжается въ другихъ; а если этого нѣтъ, такъ онъ, все равно, что пень сухой безъ новыхъ суковъ, безъ листвы, и чѣмъ скорѣе этотъ пень повалится, тѣмъ лучше.

Лотовъ. Ну, еще этого вамъ къ себѣ примѣнить нельзя.

Княгиня. (Съ горькой насмѣшкой.) Мнѣ-то нельзя? Такъ кому-же можно-то, коли не мнѣ?

Лотовъ. Никому. Кто смѣетъ заглядывать впередъ и сказать навѣрно, что можетъ быть завтра жизнь его не измѣнится?

Княгиня. Какимъ же это чудомъ? у меня-то?

Лотовъ. (Шутя и смѣясь.) Ну, вотъ, напримѣръ... ну... я женюсь... и пріѣду тогда со всей семьей къ вамъ жить; вѣдь не прогоните.

Княгиня. Не совѣтую.

Лотовъ. Что?

Княгиня. Жениться... и не благословлю; нѣтъ, я тебѣ добра хочу... нѣтъ, не женись.

Лотовъ. Да отчего же?

Княгиня. Пускай женятся тѣ, что не чутки душой и мирятся съ грязью житейской; кто-же чистъ и хочетъ чистымъ оставаться, тотъ не женись, а пуще всего не имѣй дѣтей... На мученье намъ создаетъ ихъ природа: ростутъ, каждой минутой надъ ними трясешься, того гляди, какая нибудь болѣзнь ихъ унесетъ... а выростутъ -- и того хуже случиться можетъ. Ты всего себя положишь, чтобъ отстранить отъ сына великую пагубу, чтобъ въ немъ увидать то, чего самъ никогда не достигалъ... въ немъ утѣшать себя за свои недочеты... мечтать для него о такой нравственной высотѣ... ахъ! и чѣмъ ты поручишься, что все это сразу не рухнетъ?.. что не придется отказаться отъ его имени, краснѣть за него? Нѣтъ, не женись, не благословляю я тебя на это.

Ипатъ. (Тихо Матрешѣ.) Ахъ! Этотъ докторъ, опять тоску ей нагонитъ. (Громко.) Матушка, княгинюшка... еще чайку не прикажете-ли?

Княгиня. Нѣтъ, не хочу... вотъ онъ, можетъ быть...

Лотовъ. Спасибо... я, крестная, больше одного стакана никогда не пью.

Княгиня. (Людямъ.) Такъ уносите чай и ступайте. (Матреша уносить чай. Лотову.) Нѣтъ, голубчикъ, ни твоей семьей, ни чьей, да и ничѣмъ моей жизни не измѣнить, да и не хочу я этого.

Ипатъ. Ничего приказать не изволите?

Княгиня. Ступай.


Ипатъ уходитъ.


ЯВЛЕНІЕ 5-е.


КНЯГИНЯ и ЛОТОВЪ.


Княгиня. Я примирилась со всѣмъ и готова къ иной жизни.

Лотовъ. Иная жизнь и на землѣ бываетъ.

Княгиня. Петръ... ты человѣкъ хорошій, я тебя уважаю и люблю, когда ты пріѣзжаешь; но не тревожь моей души... я сегодня была какъ-то поспокойнѣе, молитва какъ-то особенно подѣйствовала и что-то легче стало... такъ не тревожь меня, не сули мнѣ радостей, которыхъ не можетъ быть, не поминай печалей, которыхъ бѣгу. Ты знаешь мое горе, мою утрату, не растравляй моихъ ранъ.

Лотовъ. Родная моя, не могу! хоть браните, не могу. Я врачъ, а мы часто именно тѣмъ и лечимъ раны, что ихъ бередимъ, обмываемъ ихъ, прижигаемъ. Можетъ быть, и ваши душевныя раны заживутъ скорѣе, если...

Княгиня. Онѣ заживутъ только моей смертью...

Лотовъ. Неужели даже эти шесть лѣтъ, даже время не сдѣлало того, чтобъ вы прямѣе и проще смотрѣли на это... чтобъ вы рѣшились наконецъ...

Княгиня. Время меня только состарило и засушило мою душу... Я родилась доброй на свѣтъ Божій -- и все хорошее было мнѣ доступно: нести помощь нуждающемся была для меня радость: природа-ли, искусство на все я откликалась... и что теперь съ каждымъ годамъ, съ каждымъ днемъ со мной дѣлается -- сознаваться страшно. Чтобъ утѣшить страдальца. чтобъ приласкать дитя, я должна себя заставлять,-- въ сущности, я равнодушна ко всему... меня раздражаютъ дѣтскія игры, и мой садъ, и цвѣты, и ясное небо, потому, что все напоминаетъ мнѣ негоднаго сына и то время, когда я такъ много надеждъ на него возлагала, чудныхъ надеждъ. Онъ безжалостно разбилъ ихъ... навсегда!.. и онѣ не воскреснуть,

Лотовъ. Позволите-ли вы мнѣ искренно и откровенно сказать вамъ, что у меня на сердцѣ?

Княгиня. Всякому позволю,-- не тебѣ только.

Лотовъ. Мнѣ сдается: мы часто оттого больше страдаемъ, что жалѣемъ себя и мало думаемъ о томъ, кто насъ обидѣлъ. Еслибъ мы подробнѣе разобрали наши несчастья, мы бы увидѣли, что отчасти и сами виноваты въ нихъ.

Княгиня. Въ чемъ я могу себя упрекнуть? Я къ моему сыну относилась, какъ къ святынѣ, Ребеночкомъ, я паутинкѣ не давала садиться на него. Когда онъ учился, сама зады повторяла, чтобъ на все дать отвѣтъ, если спросить. Ни въ чемъ онъ никогда не нуждался... Лучшихъ людей я ему въ учителя брала. Мнѣ онъ былъ обязанъ и образованьемъ, и силой, и развитіемъ таланта,-- и что же? Когда вошелъ въ кружокъ товарищей... я видѣла, что онъ сталъ тяготиться моей страстной любовью къ нему... и когда влюбился въ какую то тварь, брошенную любовницу своего-же пріятеля... я умоляла его остановиться,-- онъ не слушалъ... я грозила,-- онъ не испугался. Я потребовала, чтобъ онъ выбралъ между мною и ею,-- онъ выбралъ ее.

Лотовъ. Дорогая моя, крестная...

Княгиня. Онъ ушелъ... онъ ушелъ... и вражда между мной и имъ разгорѣлась. И въ это время мнѣ принесли его подложный вексель. Онъ подписался подъ мою руку. Онъ мстилъ мнѣ тѣмъ, что сдѣлалъ подлогъ, какъ обыкновенный мошенникъ; онъ не побоялся позора, тюрьмы... я заплатила по векселю и спасла его, но съ тѣхъ поръ вспоминать о немъ больше не хочу.

Лотовъ. И все таки вспоминаете, и молитесь за него.

Княгиня. Оставь... оставь... не говори мнѣ больше объ этомъ...

Лотовъ. И, можетъ быть, не разъ пожалѣете, что допустили его уѣхать въ Америку и потеряли всякіе слухи о его существованіи... и еслибъ теперь какая нибудь вѣсть...

Княгиня. Довольно... я тебѣ приказываю, я прошу... перестань, погоди здѣсь меня, я сейчасъ тебѣ мой подарокъ принесу... и прошу, чтобъ больше этого разговора не было.

Лотовъ. Онъ необходимъ... именно сегодня...

Княгиня. Если хоть малость жалѣешь меня и чуешь, что это воспоминаніе еще меня терзаетъ, пощади, не говори этого. Я со слезами молю, чтобъ Господь вырвалъ у меня изъ слабой души моей память о сынѣ,-- это грѣхъ мой предъ Богомъ и людьми. Я не должна, я не имѣю права помнить объ немъ. Я выросла въ старой княжеской семьѣ которая изъ поколѣнья отличалась чистотой и твердостью нравовъ; и съ тѣхъ поръ и до самыхъ послѣднихъ дней честность нашей семьи вошла въ поговорку. Я не имѣю права признавать сыномъ человѣка, который отступилъ отъ насъ и рѣшился на преступленіе. Какъ бы мнѣ это ни было больно, я отвѣчаю передъ своей семьей,-- я должна его вырвать изъ сердца.


Уходитъ.


ЯВЛЕНІЕ 6-e.


ЛОТОВЪ, потомъ ИПАТЪ, СОФЬЯ и МИША.


Лотовъ. Да... и честность тоже можетъ вести къ тщеславію, самыя лучшія качества ко вреду... что за курьезное созданіе человѣкъ!


Ипатъ, взглянувъ въ дверь и видя Лотова одного, входитъ.


Ипатъ. Вы одни? пришла эта черная дама...

Лотовъ. А! ну, веди, веди сюда... хорошо, что такъ вышло, пока княгини тутъ нѣтъ...

Ипатъ. (Отворяя дверь.) Пожалуйте...


Входятъ Софья и Миша.


Лотовъ. Здравствуйте... Ага! и мальчугана съ собой привезли -- вотъ это умно.

Софья. Когда-же я съ нимъ разставалась?

Лотовъ. Да, да, какъ-же, вы одна изъ этихъ матерей, которыхъ я терпѣть ее могу, когда у нихъ дѣти расхвораются... просто хоть отъ медицины отказывайся; такое является безуміе къ больному ребенку, что не знаешь, кого лечить: дитя или матъ.

Софья. Но слава Богу, теперь мой сынъ здоровъ и если я нервна и разстроена, такъ не изъ за него. Что-же ты не здороваешься съ дядей, Миша?

Миша. Здравствуй, дядя.

Лотовъ. Здравствуй, мальчуганъ. Ба! да какой ты нарядный сегодня. Какая у тебя шляпа чудесная.

Миша. Это мама подарила.

Софья. Какъ вы добры, что пріѣхали мнѣ помочь. Что-же княгиня?.. увижу я ее?

Лотовъ. И сейчасъ-же. Она только что была здѣсь. Она вышла, чтобъ мнѣ принести свою работу. Сейчасъ вернется.

Софья. О Господи! сейчасъ, сейчасъ... какъ ни ждала я этого, какъ ни искала, мнѣ все таки такъ страшно становится.

Лотовъ. Ничего. Сегодня она Спокойнѣе и лучше настроена. Сегодня можно съ ней говорить.

Ипатъ. Только если вы ей опять горя подбавите.

Лотовъ. Да нѣтъ-же, не мѣшай ужъ ты-то, я тутъ же буду, я знаю, когда и что ей сказать.

Софья. А съ Мишей какъ?

Лотовъ. Мальчугана пока припрячемъ, онъ у насъ въ резервѣ будетъ,-- коли слова не подѣйствуютъ... Ипатушка, сведи-ка этого младенца въ садъ, поиграй съ нимъ тамъ, цвѣточки покажи... (Мишѣ.) Пойдешь съ дѣдушкой?

Миша. А мама?..

Софья. Я послѣ приду... ступай, милый, это хорошій старичекъ.

Ипатъ. Пойдемъ-ка, я тебѣ букетъ нарву, во какой!

Миша. Для мамы?

Ипатъ. Извѣстно для мамы... для кого-же больше?..

Миша. Пойдемъ.


Оба уходятъ.


ЯВЛЕНІЕ 7-е.


ЛОТОВЪ и СОФЬЯ, потомъ КНЯГИНЯ.


Лотовъ. На что вы такъ заглядѣлись?

Софья. Какъ это странно: точно я здѣсь сама жила и росла, такъ мнѣ знакомъ весь домъ этотъ и все... эта мебель и вещи, все, все знакомо по его разсказамъ... это гостинная здѣсь... да, да... вонъ и рабочій столикъ у окна, тутъ онъ азбукѣ учился и княгиня въ это время вязала ему одѣяло... вотъ и портреты, о которыхъ онъ говорилъ... Это его дѣдушка, не правда-ли?

Лотовъ. Да.

Софья. Ахъ и часы! Вотъ они, эти часы съ пастушкомъ и пастушкой. Цѣлая исторія дѣтства его въ этихъ часахъ. Онъ часто во снѣ видѣлъ, что эти пастушки сходили съ пьедестала и приходили забавлять его. И кресло это, и лампа, все, какъ было!.. какъ живо здѣсь встаютъ передо мной его разсказы.

Лотовъ. Обдумали-ли вы, что вы будете говорить съ его матерью?

Софья. Нѣтъ, я буду говорить, что скажется. Все, чтобы я ни думала, все выйдетъ хуже. Въ такихъ разговорахъ должна душа подсказать.

Лотовъ. Пожалуй, что и правда.

Софья. И потомъ мое убѣжденіе, что я пришла сюда съ доброй и хорошей целью... оно меня поддержитъ и вы тоже...

Лотовъ. Тсс... она.


Входитъ княгиня.


Княгиня. Вотъ тебѣ. (Увидавъ Софью, кланяется.) Кто это?

Лотовъ. Простите, княгиня. Я позволилъ себѣ принять и представить вамъ. Это свиданіе было необходимо, вы сами увидите...

Княгиня. Кто вы, сударыня, и что вамъ угодно?

Софья. Я вотъ ужъ нѣсколько разъ просила васъ, княгиня, принять меня, но вы требовали, чтобъ я себя назвала,-- я не могла этого сдѣлать иначе, какъ только вамъ лично...

Княгиня. И потому ворвались въ мой домъ, противъ моего желанія.

Лотовъ. Я ввелъ ее...

Княгиня. Я тебѣ за это спасибо не скажу. Зачѣмъ тутъ тайны?-- кто прячетъ свое имя и цѣли, тому и вѣры не бываетъ.

Лотовъ. Она боялась, что вы-бы не приняли еe, еслибъ она прямо сказала, что пріѣхала изъ Филадельфіи.

Княгиня. Вы изъ Америки?

Софья. Я привезла вамъ вѣсть о вашемъ сынѣ.

Княгиня. О моемъ... у меня... сына нѣтъ...

Софья. Вы не хотите знать?

Княгиня. У меня нѣтъ сына.

Софья. Петръ Андреичъ... я уйду. Въ другой разъ лучше, если Богъ дастъ. Я не въ силахъ выдержать.

Княгиня. Погодите, у меня все таки есть сочувствіе къ погибшимъ и несчастнымъ. Вы знали князя Михайлу? разскажите объ немъ... если онъ въ чемъ нуждается, я не откажу.

Софья. Онъ ни въ чемъ теперь больше не нуждается и ни въ чемъ нуждаться не будетъ... никогда...

Княгиня. Какъ?..

Софья. Его нѣтъ больше на свѣтѣ.

Княгиня. Умеръ! умеръ! (Закрываетъ лицо руками; пауза; потомъ снова открываетъ лицо.) У васъ есть доказательства? вы навѣрно знаете?

Софья. Онъ умеръ на моихъ рукахъ. Документы его у меня... я была подлѣ него до послѣдней минуты.

Лотовъ. Сестрой милосердія...


Княгиня звонитъ. Входитъ Матреша.


Княгиня. Послать къ батюшкѣ... просить его сюда... надо молъ отслужить панихиду.

Матреша. Слушаю-съ.


Уходитъ


Княгиня. Благодарю, что потрудились заѣхать сами; все равно-бы и написали, я бы такъ-же стала молиться.

Софья. И только. И не хотите ничего больше знать?

Княгиня. Для меня мой сынъ ужъ давно умеръ, очень давно.

Софья. Прощайте.

Княгиня. Зачѣмъ же?.. куда вамъ спѣшить?.. коли ужъ заѣхали такъ далеко, разскажите... какъ это? когда случилось?..

Софья. Онъ умеръ отъ чахотки... мѣсяцъ тому назадъ. Онъ два мѣсяца страдалъ, таялъ, какъ свѣча. Его свело въ могилу горе... и разлука съ матерью.

Княгиня. Ступайте! не надо... ступайте!.. нѣтъ, стойте... говорите, ужъ говорите, какъ знаете...

Софья. Первые приступы нервныхъ потрясеній онъ почувствовалъ еще здѣсь, въ Россіи, когда получилъ отъ васъ... отъ своей матери, страшное письмо -- она приказала забыть ее навсегда. Онъ ей отвѣтилъ, онъ высказалъ всѣ причины своего проступка и умолялъ простить. Письмо его вернулось нераспечатаннымъ. Оскорбленный, убитый горемъ, онъ рѣшилъ навсегда разстаться съ отечествомъ. Онъ уѣхалъ въ Америку. Тамъ съ энергіей, не по силамъ, онъ сталъ работать и все ему удавалось, скоро даже стали накопляться кое-какія средства. Онъ могъ, по крайней мѣрѣ, вздохнуть свободнѣе...

Лотовъ. Что же вы остановились?

Софья. Но здоровье было надломлено... Первая-же сильная простуда свалила его въ постель. Тутъ вдругъ появилось тоскливое, ненасытное чувство: его потянуло на родину... и желанье опять увидѣть горячо любимую мать... все чаще и чаще я заставала его со слезами на глазахъ.

Княгиня. Правда? правда это?

Софья. Я уговорила его еще разъ написать... (Глухо.) къ вамъ... письмо осталось безъ отвѣта.

Княгиня. Я не получала письма изъ Америки.

Софья. Разъ вечеромъ, онъ подозвалъ меня; я была поражена ею спокойнымъ, яснымъ видомъ. Онъ улыбался, словно какую-то радость испытывалъ. Онъ сказалъ: "я надумалъ сдѣлать такъ, что мама моя, милая моя мама, не оттолкнетъ меня больше, дай перо и бумагу". Я подала ему; онъ долго слабой рукой держалъ перо, но рука не слушалась... мысли его стали путаться, онъ все еще улыбался... и все шепталъ: "милая мама" и съ этимъ словомъ пересталъ дышать.


Плачетъ.


Княгиня. Вы... вы его вдова?

Софья. Я вдова его... вы угадали.

Княгиня. Такъ вотъ эта женщина. (Сдержанно.) Благодарю васъ за сообщеніе. Что-же еще вамъ угодно?

Софья. Я пришла исполнить его послѣднюю волю. Онъ хотѣлъ, чтобъ я вымолила у васъ ему прощенье.

Княгиня. Прости ему Богъ, я ему прощаю. Онъ свою вину искупилъ могилой.

Софья. Еще просилъ онъ, чтобъ я... вамъ замѣнила его... чтобъ я заботилась объ вашей старости...

Княгиня. Ни слова больше!! прошу васъ. Теперь я понимаю, отчего онъ могъ такъ упасть... Вы умная женщина: вы умѣете прямо хватать человѣка за душу; но меня вы не проведете. Вы сгубили моего несчастнаго сына и его именемъ хотите втереться ко мнѣ... Заботиться! Вы хотите обо мнѣ заботиться!? (Лотову.) Слышишь, что она смѣла сказать? (Софьи.) Если вы, во имя сына, пришли взять съ меня деньги, обезпеченіе, возьмите! я кину вамъ все, что имѣю; но видѣть васъ подлѣ себя... а!!

Софья. Мнѣ никакихъ денегъ не нужно, я обезпечена... я пришла, потому-что мой покойный мужъ этого требовалъ, потому-что я любила его, какъ никто въ мірѣ... и нѣтъ для меня ничего святѣе его воли.

Княгиня. Онъ самъ послалъ васъ ко мнѣ, самъ? A!!!. когда мой сынъ женился на развратной женщинѣ... (Движеніе Лотова и Софьи.) противъ моей воли... это еще могло быть несчастное увлеченіе... когда эта женщина заставила его написать подложный вексель, чтобъ сорвать съ меня деньги, -- это была жалкая слабость характера... но когда, наканунѣ смерти, онъ посылаетъ ко мнѣ эту ненавистную женщину,-- это даже не безуміе... это злодѣйство...

Софья. Остановитесь! Я не позволю вамъ такъ говорить про него, я не позволю. Вы ему мать, но я была его жена, и я не допущу, чтобъ даже его мать при мнѣ оскорбляла его память.

Княгиня. Уйдите!

Софья. Я уйду, но хочу, чтобъ прежде вы выслушали то, чего вы не хотѣли прочитать въ его письмахъ... Я никогда не была развратной женщиной, княгиня... видитъ Богъ не была. Я была обманута, погублена и брошена негодяемъ, который воспользовался моей молодостью и одиночествомъ. Вашъ сынъ познакомился со мной въ минуту страшнаго отчаянія: у меня уже готовъ былъ ядъ, чтобъ отравиться... вашъ сынъ отстранилъ смерть, онъ лаской успокоилъ меня, онъ меня поднялъ. О, какая это была святая душа!.. Вы можете бранить меня, плевать въ меня... и все таки я буду цѣловать ваши руки за то, что вы его мать и что вы его воспитали... (Малая пауза.) Онъ женился на мнѣ,-- я отказывалась, я не смѣла и думать,-- онъ настаивалъ, какъ я могла не покориться! -- но я сдѣлалась его рабой... какъ на божественное провидѣнье, я на него смотрѣла, и онъ полюбилъ меня всей своей великой душой. Въ первыя-же недѣли брака я сильно захворала тифомъ; онъ обезумѣлъ. Онъ былъ нищимъ въ то время, онъ посылалъ къ вамъ, бросался направо, налѣво, чтобъ добыть какія нибудь средства... но ниоткуда ни помощи, ни участья... Тогда кто-то посовѣтовалъ ему сдѣлать подлогъ, чтобъ заставить васъ...Озлобленный и несчастный, онъ рѣшился на этотъ поступокъ, я объ этомъ ничего ее знала, я лежала безъ памяти. Вы заплатили деньги, мы оправились и тогда было написано письмо, вернувшееся нераспечатаннымъ. Что оставалось дѣлать? мы уѣхали въ Америку... какъ передъ Богомъ, клнеусь тѣмъ, что для меня выше всего въ мірѣ -- памятью моего мужа, вашего сына... я ничего не солгала.

Лотовъ. Пускай никто вамъ не вѣритъ, я вамъ вѣрю.

Софья. Вашъ сынъ научилъ меня почитать васъ, какъ мать... вы можете меня выгнать, но и вдали отъ васъ, я не перестану любить васъ за него, и слѣдить за вами... и при первомъ намекѣ прибѣгу броситься къ вашимъ ногамъ.


ЯВЛЕНІЕ 8-e.


ТѢ-ЖЕ, МИША и ИПАТЪ.


Вбѣгаетъ Миша съ букетомъ и входитъ Ипатъ.


Миша. Мама! мама!! посмотри какой букетъ...

Софья. (Цѣлуетъ его.) Снеси бабушкѣ.


Миша идетъ къ княгинѣ и отдаетъ ей букетъ.


Княгиня. Что это? что за мальчикъ?

Софья. Это нашъ сынъ.

Княгиня. Вашъ сынъ? его сынъ?.. и вы ничего мнѣ объ этомъ не сказали? Сынъ моего Миши... я какъ похожъ! похожъ! Господи!


Цѣлуетъ его и плачетъ.


Миша. Что ты плачешь? тебя обидѣли?

Княгиня. Нѣтъ, нѣтъ... милый мальчикъ... нѣтъ...


Лотовъ шепчетъ на ухо Ипату.


Ипатъ. Неужто? внучекъ? и это супруга...

Лотовъ. Молчи, молчи...

Княгиня. Подите... подите... сюда. (Софья подходитъ.) Простите меня... Прости... и за себя и за него прости.

Софья. (Бросается къ ея ногамъ.) О! Только бы вы насъ простили.


Цѣлуетъ ея руки.


Княгиня. Я большая грѣшница... я преступница... законъ Божій забыла, ради законовъ человѣческихъ. Страшно виновата я передъ моимъ сыномъ и передъ тобой, за вину свою страдала. Я осуждала его, но онъ былъ лучше меня, и, когда онъ тебя выбралъ, бѣдная ты моя, онъ зналъ, что дѣлалъ... ты достойна любви, ты сама умѣешь любить...

Софья. Мать моя! мать дорогая...

Княгиня. Горе наше велико, но у насъ есть еще утѣшеніе... оставайся, оставайся у меня, теперь я сама не пущу тебя...


Цѣлуетъ Мишу.


Лотовъ. Я вамъ говорилъ: никто не можетъ сказать, что отжилъ вѣкъ, пока не прекратилось его дыханье.

Княгиня. Правда!.. (Обнимаетъ Мишу.) Мы будемъ жить для него.