# Медведь сосватал

Виктор Александрович Крылов

Комедия в одном действии.

ДРАМАТИЧЕСКІЯ СОЧИНЕНІЯ


Виктора Крылова.

(Александрова).


ТОМЪ ПЯТЫЙ.


С.-ПЕТЕРБУРГЪ.

Типографія Г. Шредера, Гороховая, 49.

1890.


## МЕДВѢДЬ СОСВАТАЛЪ.


КОМЕДІЯ ВЪ ОДНОМЪ ДѢЙСТВІИ.


ДѢЙСТВУЮЩІЯ ЛИЦА,


Семенъ Андреичъ Грибковъ, Иванъ Андреичъ Грибковъ, братья помѣщики.

Елизавета Дмитревна (Лиля), ихъ племянница.

Павелъ Федоровичъ Барсовъ, молодой учитель зоологіи въ губернской гимназіи.


Дѣйствіе происходитъ въ деревнѣ, въ помѣстьи Грибковыхъ вблизи губернскаго города, въ наши дни.


Маленькая гостинная-будуаръ въ деревенскомъ домѣ, изящно меблирована и украшена цвѣтами. Справа окно и дверь въ садъ. Другая дверь въ глубинѣ слѣва. На авансценѣ слѣва столикъ и три стула.


ЛИЛЯ, въ бѣломъ платьѣ, входитъ изъ двери слѣва, вноситъ на подносѣ кофе и ставитъ его на столъ. Чрезъ минуту изъ сада входить БАРСОВЪ.


I.

ЛИЛЯ и БАРСОВЪ.


Барсовъ.


Лизавета Дмитревна, я...


Лиля.


Ахъ!.. вонъ! вонъ! вонъ! вонъ! (Барсовъ быстро исчезаетъ.) Фу! какъ испугалъ.


Барсовъ -- снова появляясь въ окнѣ.


Да вѣдь вы однѣ?


Лиля.


Зачѣмъ вы пришли?


Барсовъ.


Если вы однѣ, такъ...


Исчезаетъ въ окнѣ и входитъ въ дверь.


Лиля.


Уходите-же, говорятъ вамъ, я вѣдь велѣла вамѣдожидаться въ бесѣдкѣ.


Барсовъ.


Тамъ оса жужжитъ меня съѣсть хочетъ.


Лиля.


Пускай съѣстъ за непослушаніе, вы все дѣло испортите, сейчасъ оба дяди придутъ сюда кофе пить; видите, я кофе принесла.


Барсовъ.


Да мнѣ, право, кажется, вы напрасно меня отъ нихъ прячете.


Лиля.


Силы небесныя!.. опять ему объясняй... У меня дяденьки старенькіе?


Барсовъ.


Ну, старенькіе.


Лиля.


Захворать имъ ничего не стоитъ.


Барсовъ.


Положимъ.


Лиля.


Какое-нибудь внезапное потрясеніе... неожиданность можетъ ихъ сразу въ постель свалить.


Барсовъ.


Хорошо.


Лиля.


Что-жь тутъ хорошаго?


Барсовъ.


Я соглашаюсь, я не говорю что хорошо хворать.


Лиля.


Стало быть...


Барсовъ.


Да я совсѣмъ не потрясеніе... какое-же я потрясеніе?


Лиля.


Ахъ!.. упрямство, ей-Богу... убьетъ онъ меня...


Барсовъ.


Чего проще?-- разскажите правду,-- чего лучше? Вотъ, молъ, дяденьки, учитель гимназіи... зоологію преподаетъ.. въ рощѣ я съ нимъ познакомилась, на прогулкѣ... у городскаго головы, въ нашемъ городѣ, его встрѣчала.


Лиля.


А потомъ дальше, да больше? на краю рощи въ любви другъ другу поклялись?.. все сказать?


Барсовъ.


Нѣтъ, это пожалуй пока и промолчать можно...


Лиля.


Говорила-же я вамъ сколько разъ, что мои дяденьки любятъ меня до болѣзни и ревнуютъ ко всѣмъ до сумасшествія. Имъ разскажешь только про какую-нибудь интересную встрѣчу, такъ и то они повѣся носъ три дня ходятъ... а такъ, вдругъ привести въ домъ молодаго человѣка... да еще такого... (Невольно улыбается.) Ну да, вы хоть и вахлакъ, а все-таки хорошенькій.


Барсовъ.


Ахъ, Лизавета Дмитревна, если-бъ кто другой это сказалъ, то есть и вниманія-бы не обратилъ, но вы!... ухъ, какъ это пріятно!


Лиля.


Какъ-же вы для дяденекъ не потрясеніе, конечно потрясеніе... они сейчасъ пойдутъ нашатырнымъ спиртомъ растираться и шалфей пить... а я не могу этого видѣть, я сама ихъ люблю... я обѣщала, что сегодня васъ съ ними познакомлю -- и слушаться меня.


Барсовъ.


Придумали вы, какъ?


Лиля.


Придумала.


Барсовъ


Какъ-же?


Лиля.


Я скажу, только вы сейчасъ уйдете?


Барсовъ.


Обѣщаю,


Лиля.


Я ихъ увѣрю, что вы меня спасли отъ какого нибудь несчастья... все равно... Ну и стало быть вонъ, вонъ, вонъ!!


Поворачиваетъ его и толкаетъ въ спину.


Барсовъ.


Вотъ какъ истинная любовь съ нами обращается... въ спину толкаетъ.


Уходитъ.


Лиля.


Этакій упрямый.


Барсовъ -- появляясь въ окнѣ.


Лизавета Дмитревна.


Лиля.


Опять!! да это несносно.


Барсовъ.


Запечатлѣть..


Лиля.


Что?


Барсовъ.


Ручку дайте... запечатлѣть...


Лиля.


Вы что-же это?.. и когда женитесь, такъ-же будете меня мучить?


Барсовъ.


Непремѣнно.


Лиля.


Это вамъ доставляетъ удовольствіе?


Барсовъ.


Блаженство!


Лиля -- раздраженно.


Такъ я-же... я-же вамъ... (Мѣняя тонъ.) Цѣлуйте скорѣй и убирайтесь.


Протягиваетъ руку.


Барсовъ -- лаская руку.


Медъ душистый, липовый медъ, моя маленькая ручка... ты мой страшный капканъ... не вырваться мнѣ отъ тебя. Не вырваться никогда въ жизни...


Жадно цѣлуетъ ея руку.


Лиля -- вырываетъ руку.


Уходите, идутъ.


Барсовъ исчезаетъ. Входитъ


Иванъ Андреичъ Грибковъ, слѣва.


II.

ИВАНЪ и ЛИЛЯ, потомъ СЕМЕНЪ


Иванъ -- останавливается пораженъ


Что это такое?.. что это? развѣ теперь зима... Откуда это къ намъ снѣжиночка залетѣла?.. Ухъ, моя бѣляночка, снѣжиночка... Съ добрымъ утрецомъ, матуски... матуски милыя... (Издали ужь чмокаетъ губами, потомъ цѣлуетъ ее.) А Семенъ Андреича еще нѣтъ?.. еще не вставалъ... вотъ соня! вотъ соня! вотъ подсмѣюсь!


Лиля -- глядя въ садъ.


Постой-ка, дядя... смотри... да ужь онъ въ саду... онъ въ садъ прошелъ... какъ я не замѣтила?!


Иванъ.


Подшучу.


Садится въ глубину и заставляетъ себя кресломъ; изъ сада входитъ Семенъ Андреичъ Грибковъ.


Семенъ.


Здравствуй ты мое облачко свѣтлое... здравствуй... (Цѣлуетъ ее.) А Ивана Андреича нѣтъ... неужто еще не всталъ? вотъ соня! вотъ соня!


Иванъ, подражая трубѣ, напѣваетъ утреннюю зорю -- послѣ че то выходитъ изъ-за кресла. Семенъ отдаетъ ему честь по военному.


Иванъ.


А вы спозаранку въ садъ пробираетесь тайкомъ... для какихъ причинъ?


Семенъ.


Это важный секретъ... а сейчасъ онъ будетъ не секретъ... извольте слушать.


Иванъ.


Злодѣйство мнѣ сдѣлалъ какое-нибудь навѣрно... подвохъ какой нибудь.


Семенъ.


Я на-дняхъ замѣтилъ, что на одномъ розовомъ кустѣ распускается розанъ, но такъ въ зелени пріютился, что его и не видать.. я его еще больше листиками прикрылъ, чтобъ никто не замѣтилъ и все слѣжу, все слѣжу, никому ни гугу.


Иванъ.


Ну, ну, ну... чувствую, чувствую, чувствую.


Семенъ.


Вчера вечеромъ вижу розанъ совсѣмъ распустился.. я утромъ прокрался... сорвалъ... и вотъ приношу. (Вынимаетъ изъ кармана фунтикъ, а изъ него розанъ.) Нашему солнышку, которое насъ грѣетъ и радуетъ... первый весенній розанъ.


Лиля.


Спасибо... милый.


Цѣлуетъ дядю, потомъ переходитъ на лѣво, прикалывая розанъ къ груди.


Иванъ.


Я чувствовалъ, братъ, Семенъ Андреичъ, что ты мнѣ готовишь какую-то гадость.


Семенъ.


Иванъ! зачѣмъ рѣзкія слова? можно тоже самое сказать и безъ сильныхъ выраженій.


Иванъ.


Гадость, батюшка, какъ не назови, все будетъ гадость... Скрывать такъ коварно, чтобъ меня выставить передъ ней... этакъ оконфузить... что онъ съ розаномъ, а я только... (Поетъ зорю, какъ выше.) И съ пустыми руками... это такая низость...


Семенъ.


Я не желалъ оскорбить, тебя, Иванъ, я не желалъ.


Лиля.


Не ссориться, ради Бога, прошу не ссориться! такое прекрасное утро и вы меня разогорчить хотите... я заплачу... я убѣгу... помиритесь сейчасъ-же... (Ивану.) Дядя!! руку... руку сейчасъ.


Иванъ -- протягивая руку Семену.


Такъ оконфузить.


Лиля.


Цѣлуйтесь... сейчасъ цѣловаться... (Иванъ тянется къ Семену для поцѣлуя, но внезапно останавливается и укоризненно качаетъ головой.) Дядя! (Братья цѣлуются.) Вотъ и прекрасно, пожалуйте кофе пить.


Иванъ -- идя садиться.


Все таки этакой низости я не ожидалъ.


Лиля наливаетъ кофе.


Семенъ.


Я Лилечка его обидѣлъ... такъ ты пожалуйста ему за это всѣ пѣнки со сливокъ слей... всѣ пѣнки, всѣ ему, мнѣ ничего не надо.


Иванъ.


Пожалуйста, не унижай меня еще больше своимъ великодушіемъ... нѣтъ, ему отдай пѣнки ему... я не хочу.


Семенъ.


И я не хочу... я долженъ чѣмъ нибудь возмѣстить.


Лиля.


Перестанете-ли вы... Вы будете пить, какъ мнѣ угодно, какъ я налью.


Семенъ.


Хорошо мое облачко.


Иванъ.


Согласенъ моя снѣжиночка.


Лиля.


Вотъ тебѣ, а это тебѣ... извольте кушать.


Иванъ.


Лиля, Лиля! хоть я тебѣ розана не принесъ, но я люблю тебя не меньше его... (Почти со слезами.) За что-же ты ему кофе наливаешь крѣпче, чѣмъ мнѣ?


Семенъ.


Иванъ Андреичъ, упрекай меня; но не упрекай ее... вотъ тебѣ, возьми мой стаканъ...


Иванъ.


Это слишкомъ!!. Это слишкомъ, Семенъ Андреичъ!


Лиля.


Нѣтъ... я вижу, сегодня, вы совсѣмъ безжалостны ко мнѣ и никакихъ словъ не слушаете... ну, Богъ съ вами... я уйду... я уйду отъ васъ...


Отходитъ вправо.


Семенъ.


Лиля... Лилечка... вотъ Иванъ Андреичъ,-- охъ!..


Иванъ.


Не сердись, душечка... не сердись... я все снесу, я всякую обиду для тебя...


Лиля.


Никакой обиды нѣтъ. Что это въ самомъ дѣлѣ,-- кажется, такъ живемъ, -- лучше невозможно... радуйся, да пѣсни пой... Нѣтъ таки, надо вамъ непріятности другъ другу дѣлать.


Семенъ.


Ну, вотъ... Лиля!.. я жажду примиренья, а онъ...


Лиля.


Вы бы лучше Бога благодарили, что я сегодня счастливо отъ бѣды избавилась.


Иванъ.


Отъ бѣды?


Семенъ.


Отъ какой бѣды? Лилечка, что такое?


Лиля.


Да, кабы не онъ, такъ-бы спорить не пришлось, а плакали-бы надо мной.


Семенъ.


Да не томи, говори прямо, что случилось?


Иванъ.


Ой... у меня ужь подъ ложечкой сосетъ..


Лиля.


Со мной такое было происшествіе, до сихъ поръ опомниться не могу... Я очень рано сегодня встала и вздумалось мнѣ: пойду гулять... дальше, да дальше, куда глаза глядятъ... и зашла въ лѣсъ, да все глубже... совсѣмъ въ глушь, гдѣ и прохода нѣтъ.


Иванъ.


Ну, ну, ну... ой! теперь въ бокъ кольнуло.


Лиля.


И вижу я въ кустахъ, что-то ворочается... понять не могу: черное, бурое, землю что-ли кто ворошитъ?! вглядываюсь -- и что-же? такъ я и присѣла... медвѣдь!


Иванъ -- радостно.


Медвѣдь!.. Семенъ Андреичъ, вѣдь это прекрасно! мы облаву на него.


Семенъ.


До облавы-ли, Иванъ, когда тутъ... Лилечка, ну что-же ты? ну что!


Иванъ.


Ахъ, батюшки! И то, вѣдь онъ тебя заѣсть могъ... опять кольнуло... опять кольнуло...


Лиля.


Стою ни жива, ни мертва, а онъ какъ подымется на заднія лапы... затрещали кусты... въ головѣ у меня помутилось... вдругъ выстрѣлъ!.. гляжу мой Мишка чебурахъ передо мной... и тутъ ужь ничего не помню, какъ стояла, такъ и повалилась на траву.


Семенъ Ивану.


А!?


Иванъ.


Уфъ!.. дай отдышаться... у меня духъ захватило.


Лиля -- про себя.


Кажется, впечатлѣніе сильное... стало быть правдоподобно сочинила, не даромъ вчера весь вечеръ обдумывала.


Семенъ.


Ну, ну, что дальше-то? дальше-то?


Лиля.


Ну, когда я очнулась, подлѣ меня оказался охотникъ... онъ издали замѣтилъ медвѣдя и наповалъ его однимъ выстрѣломъ.


Семенъ.


Молодецъ.


Иванъ.


Мужикъ?


Лиля.


Нѣтъ... онъ оказался... учителемъ въ городской гимназіи.


Иванъ.


А!! Семенъ Андреичъ!! вотъ оно что значитъ ученье-то... нашу Лилечку спасъ...


Семенъ.


Ахъ онъ милый... ахъ, онъ милый! ахъ чудесный человѣкъ... Да какъ онъ по фамиліи?.. Пойти къ нему, благодарить пойти. Что-же ты его сюда не позвала?


Лиля.


Я и позвала... онъ здѣсь.


Семенъ -- суетливо.


Какъ здѣсь?.. гдѣ?.. Иванъ Андреичъ!


Лиля.


Онъ въ саду гуляетъ... да, вонъ онъ... вонъ вонъ, смотрите...


Семенъ.


Милый, милый, драгоцѣнный... я его сейчасъ сюда приведу... Господи, Лилечку мою спасъ!


Цѣлуетъ ее.


Иванъ.


Не твою Лилечку, а нашу Лилечку.


Цѣлуетъ ее.


Семенъ.


Первое мѣсто ему и почетъ! подъ образа въ красный уголъ... приведу его, сейчасъ приведу.


Уходитъ въ садъ..


Лиля -- про себя.


Вотъ теперь и пожалуйте... двери будутъ открыты.


III.

ЛИЛЯ и ИВАНЪ.


Иванъ.


Куда-же онъ медвѣдя дѣвалъ?


Лиля.


Онъ его унесъ.


Иванъ.


Большаго медвѣдя?! что ты, матушка, да его еле подымешь.


Лиля.


То есть, онъ его не унесъ, а мужикъ ѣхалъ вѣтелѣгѣ, такъ его подрядили увезти.


Иванъ.


Какъ мужикъ ѣхалъ? вѣдь ты говоришь, это случилось въ глуши, гдѣ и проходу нѣтъ...


Лиля.


Ахъ, дядя, ну что вы пристаете? говорятъ вамъ -- ѣхалъ мужикъ, ну и вѣрьте.


Иванъ.


Онъ можетъ быть сторонкой, а вы издали увидали.


Лиля.


Ну разумѣется.


Иванъ.


Такъ, такъ, такъ... онъ сторонкой ѣхалъ, мужичекъ-то...


Входятъ Семенъ и Барсовъ.


IV.

ТѢ-ЖЕ, СЕМЕНЪ и БАРСОВЪ.


Семенъ.


Сюда, сюда, молодой человѣкъ, здѣсь вы всегда будете желаннымъ гостемъ.


Иванъ.


Ко мнѣ, въ мое объятье! благодарю. Я дядюшка Иванъ Андреичъ... (Обнимаетъ его.) И словъ у меня больше никакихъ нѣтъ... я дядюшка Иванъ Андреичъ... и благодарю!


Нѣсколько разъ, то Иванъ, то Семенъ, его цѣлуютъ. Лиля плутовски смѣется.


Барсовъ.


Я право смущенъ, но... но... (освобождаясь.) Довольно.


Лиля -- ему тихо.


Ну что? каково я это подготовила?


Барсовъ -- ей тихо.


Хорошо, коли мы не провремся.


Семенъ.


Позвольте-же, ваше имя и фамилью.


Барсовъ.


Павелъ Федорычъ Барсовъ, учитель зоологіи.


Иванъ.


А! имя-то какое хорошее... Павелъ Федорычъ Барсовъ... барса напоминаетъ!.. молодецъ!!


Лиля.


Онъ про животныхъ учитъ, стало быть и про барса... по шерсти кличка.


Семенъ.


Господи, чѣмъ только отплатить вамъ это благодѣяніе... скажите, что мы можемъ сдѣлать для васъ?


Иванъ.


Ради нашей Лилечки, мы на все готовы... все... все!


Семенъ.


Говорите... прямо говорите, чего вы желаете?


Барсовъ.


Чего желаю?.. о! еслибъ только...


Лиля -- ему тихо.


Рано, рано!!


Барсовъ -- смущенно.


Чего я желаю... чего...


Семенъ.


Ну! ну!


Барсовъ.


Я желаю... я желаю... чтобъ... всѣ люди... жили въ мірѣ и согласіи.


Семенъ.


Вотъ чего захотѣлъ! ну, мы этого дать не можемъ. Шутникъ! онъ отшучивается, милый человѣкъ... онъ благороденъ, гордъ... онъ ничего не хочетъ.


Иванъ.


Ну, хоть кофейку... хоть кофейку пожалуйте.


Барсовъ.


Съ удовольствіемъ, я съ утра ничего не ѣлъ.


Семенъ.


Сюда, сюда! (Усаживаетъ его.) Пожалуйте, вотъ мою чашечку.


Иванъ.


Нѣтъ, мою выпейте, мою... я еще и не пригубилъ.


Семенъ.


Вотъ, вотъ моя... вотъ моя...


Лиля.


Обѣ выпейте, обѣ... а то они побранятся.


Иванъ.


Вотъ и чудесно!.. вотъ и чудесно! она всегда помиритъ... пейте обѣ чашки... Кстати и кофе остылъ, я такого терпѣть не могу... пейте, пейте, она намъ свѣжаго принесетъ... Лилечка, принеси намъ горяченькаго...


Семенъ.


Иванъ Андреичъ, ты это неловкость сказалъ.


Иванъ.


Что такое?


Тихо разговариваетъ съ Семеномъ.


Лиля -- тихо Барсову.


Каково я вамъ все это приготовила?


Барсовъ.


Прекрасно, коли не провремся.


Ѣстъ и пьетъ.


Лиля.


Ахъ, голубчикъ мой, какъ онъ проголодался... кушайте, мой дорогой... вотъ еще булочка, вотъ еще, вотъ еще...


Барсовъ.


Не насмѣхайтесь, пожалуйста, мой аппетитъ нисколько не мѣшаетъ мнѣ обожать мою черноокую.


Семенъ -- Ивану.


Постой, они что-то шепчатся... (Громко.) Такъ ты, Лилечка...


Лиля.


Кофе вамъ?.. сейчасъ... Но я прежде всего... я должна наградить моего спасителя... медалью за спасеніе погибающихъ.


Снимаетъ съ себя розанъ.


Семенъ.


Какъ? ты хочешь ему отдать мой розанъ!


Лиля.


Развѣ онъ не заслужилъ?


Иванъ.


Отдай, отдай, совершенно справедливо и прекрасно.


Семенъ.


Вѣдь розанъ завянетъ... на что ему розанъ?


Барсовъ.


Помилуйте, розанъ этотъ былъ на груди у Лизаветы Дмитріевны... да онъ мнѣ дороже...


Лиля -- ему тихо, прикалывая розанъ.


Ахъ, какъ глупо, ахъ какъ глупо!! Я вамъ говорю, рано...


Семенъ.


Да онъ кажется съ ней любезничать начинаетъ*


Лиля.


Дядя, дядя! онъ мнѣ жизнь спасъ, а ты цвѣтка жалѣешь.


Семенъ.


Я не жалѣю, я... только... на что ему?


Лиля.


Стыдно! стыдно!


Иванъ.


Стыдно! стыдно!


Лиля -- съ кофейникомъ въ рукамъ, патетически.


Еслибъ не онъ, -- передъ тобой-бы теперь лежалъ мой трупъ бездыханный... еслибъ не онъ, ты-бы рыдалъ надъ моимъ гробомъ... наконецъ, еслибъ не онъ... (Мѣняя тонъ на ординарный.) Я бы не могла тебѣ дать свѣжаго кофе... а теперь я вотъ сейчасъ пойду и принесу тебѣ свѣжаго горячаго кофейку...


Уходитъ.


V.

ТѢ-ЖЕ, безъ ЛИЛИ.


Иванъ -- гладитъ по головѣ Барсова.


Молодецъ! кушай, кушай!


Семенъ -- про себя.


Какъ это непріятно... Еслибъ ее спасъ какой-нибудь мужикъ,-- чего лучше?.. далъ ему четвертную 25 рублей я въ шею. но вѣдь этого ничѣмъ не наградишь, онъ тебѣ влѣзетъ въ домъ... Тьфу!! какъ непріятно... Иванъ! (Иванъ подходитъ къ нему.) Но расплывайся, пожалуйста.


Иванъ.


Онъ спасъ нашу Лилю.


Семенъ.


Прекрасно... все это прекрасно... Но если такъ ужь очень передъ нимъ расплываться, онъ пожалуй вотрется къ намъ въ семью... и будетъ тутъ увиваться около Лили... насъ отстранять.


Иванъ.


А что ты думаешь?


Семенъ.


Ужасно онъ къ ней этакъ сразу запросто... точно ужь они давно знакомы... совсѣмъ другое обращеніе бываетъ при первомъ-то знакомствѣ.


Иванъ.


Да... это что-то подозрительно.


Семенъ.


И откуда этотъ медвѣдь?.. и вся эта исторія?.. ужасно странно.


Иванъ.


Ты думаешь, онъ сочинилъ?


Семенъ.


Физіономія у него совсѣмъ не такая... не внушительная... Совсѣмъ онъ не смотритъ такимъ, чтобъ въ медвѣдя стрѣлять.


Иванъ.


Вретъ... вретъ... знаешь я что думаю: вретъ!


Семенъ.


Пораспросить-бы его поподробнѣй: какъ онъ тамъ стрѣлялъ?


Иванъ.


Постой, постой, я его выведу на свѣжую воду... мошенникъ этакій?.. Лилю отстранять?.. постой... Я его спрошу, этакъ нахрапомъ, чтобъ и опомниться не успѣлъ... (Подходитъ къ Барсову и треплетъ его по спинѣ.) Молодецъ! молодецъ! такъ вы охотникъ?..


Барсовъ.


До кофе?-- большой.


Семенъ.


Нѣтъ, мы спрашиваемъ на счетъ охоты за дичью.


Барсовъ.


Ахъ на счетъ этого?.. какъ-же, охота -- это моя страсть.


Иванъ.


Гдѣ-же у васъ ружье?!


Барсовъ.


Ружье? ружье? оно тамъ... я въ деревнѣ оставилъ... (Встаетъ.) Благодарю васъ покорно за кофе... (Отходитъ.) Они кажется пытать меня хотятъ... надо держать ухо востро...


Иванъ -- тихо Семену.


Вретъ... по глазамъ вижу, что вретъ.


Барсовъ.


Я вѣдь не зналъ, какъ вы на это смотрите... бываютъ, знаете, этакіе дураки, что боятся огнестрѣльнаго оружія.


Иванъ.


Мы-то боимся?.. ха! ха! мы-то?.. да мы первые охотники по всему уѣзду... я даже въ Петербургѣ на княжеской охотѣ бывалъ... Мы, батенька, на охотѣ-то васъ за поясъ заткнемъ.


Барсовъ -- про себя.


Не мудрено.


Иванъ.


Мы когда облаву затѣваемъ, такъ по строгимъ правиламъ, по питерски, какъ въ самыхъ утонченныхъ обществахъ охотимся... съ мерзавкой.


Барсовъ.


Съ мерзавкой?


Иванъ.


Да-съ... какъ вы объ насъ думаете?


Барсовъ.


Какую-же это вы мерзавку съ собой берете?


Иванъ.


Онъ ничего не знаетъ про мерзавку.


Семенъ.


Постой, постой, Иванъ...


Барсовъ.


Нѣтъ, пожалуйста, разскажите, это ужасно интересно... (Про себя.) По крайней мѣрѣ, спрашивать ничего не будутъ... (Громко.) Какъ-же, какъ-же?


Иванъ -- Семену, который его дергаетъ за платье.


Не мѣшай... когда онъ не понимаетъ, надо ему объяснить... (Барсову.) Ну, положимъ, вотъ облава... Вы стоите на номерѣ... звѣрь бѣжитъ.


Барсовъ.


Бѣжитъ.


Иванъ.


Или птица летитъ.


Барсовъ.


Летитъ.


Иванъ.


Вы стрѣляете.


Барсовъ.


Стрѣляю.


Иванъ.


А если промахнетесь? а? что тогда?


Барсовъ.


Если промахнусь?.. значитъ не попалъ.


Иванъ.


Нѣтъ-съ, это прежде было, значитъ не попалъ, я теперь пожалуйте въ мерзавку.


Барсовъ.


Что-же это, подъ арестъ?


Иванъ.


Нѣтъ-съ, не подъ арестъ, а въ книжечку васъ запишутъ, подъ черную черту: столько-то промаховъ сдѣлалъ... вотъ эта книжечка-то и называется мерзавка, потому не очень лестно когда промахи-то по ней сосчитаютъ.


Барсовъ.


Откуда-же вы мои промахи узнаете?


Иванъ.


У насъ считальщикъ на опушкѣ стоитъ... чай слышитъ выстрѣлы... пафъ! пафъ! пафъ!.. а онъ считаетъ: разъ, два, три... сколько выстрѣловъ... коли ничего не убито, вотъ и промахъ.


Семенъ.


Вздорная выдумка... считай, пожалуй, а я скажу: не я стрѣлялъ; въ облавѣ то доберись толку, кто стрѣлялъ... Прошлый разъ пятидесяти выстрѣловъ не добрались... всѣ слышали, а кто стрѣлялъ неизвѣстно... одинъ говоритъ -- не я, другой говоритъ -- не я... третій говоритъ: эхо стрѣляло по поднебесью.


Иванъ.


Ты, Семенъ Андреичъ, я знаю: ты противникъ новой системы.


Семенъ.


Что въ ней хорошаго, словно мы по подряду охотимся, не для удовольствія.


Иванъ.


Ты разсуждаешь, какъ штатскій человѣкъ, а я служилъ въ стрѣлкахъ.


Семенъ.


То-ли дѣло прежде бывало: хочешь стрѣляй, хочешь не стрѣляй, хочешь въ облако пафни... какое кому дѣло... Зачѣмъ тутъ провѣрка?!


Иванъ.


Не любитъ... не любитъ... оттого, что часто въ мерзавку попадаетъ.


Семенъ -- сердито.


Иванъ Андреичъ... брось... (Ему тихо.) Ну, что развелъ матерію; развѣ въ этомъ дѣло?-- мы его уличить должны... а не то, какъ кто стрѣляетъ...


Идутъ въ глубину направо.


Иванъ -- тихо.


Да, да, да, да, да... постой, постой... я его огорошу.


Барсовъ -- про себя.


Кажется, теперь на меня облава... стрѣляйте, вы тутъ оба въ мерзавку попадете...


Иванъ -- подходя къ Барсову.


А медвѣдь гдѣ?


Барсовъ.


Что-съ?


Иванъ.


Куда вы медвѣдя дѣвали? да вы не финтите, я вѣдь знаю куда... меня не надуете. Мнѣ Лиля сказала.


Барсовъ.


Она сказала... ну вотъ туда именно и дѣвали...


Переходитъ налѣво.


Семенъ.


То есть куда-же это, туда!?


Входитъ Лиля.


Барсовъ.


Да туда... (Тихо Лилѣ.) Куда я медвѣдя дѣвалъ?


VI.

ТѢ-ЖЕ и ЛИЛЯ.


Лиля -- тихо.


Мужикъ увезъ.


Барсовъ.


Мужикъ увезъ.


Иванъ -- тихо Семену.


Она ему подсказала.


Семенъ -- тихо.


Видѣлъ. (Барсову.) Мужичекъ увезъ... хорошо-съ, какъ-же это вамъ удалось медвѣдя такъ сразу?.. у васъ ружье, должно быть, хорошее


Барсовъ.


Замѣчательное... младенцу въ руки дай и тотъ попадетъ куда слѣдуетъ.


Семенъ.


А какой системы, позвольте спросить: Лефоше или центральнаго боя?


Барсовъ -- тихо Лилѣ.


Какое лучше?


Лиля -- такъ-же.


Центральное.


Барсовъ.


Центральное! конечно центральное.


Семенъ.


Почему-же это оно у васъ центральное?


Барсовъ.


Да.. потому что... всегда въ центръ попадаетъ, въ мишень.


Старики недоумѣваютъ.


Лиля -- про себя.


Ай! что онъ сказалъ!?


Семенъ.


Ну, позвольте... какъ-же это было? разскажите намъ подробно... Оставь, Лиля... разскажите, какъ вы стрѣляли?


Барсовъ.


Какъ стрѣлялъ? какъ всѣ... что-жь тутъ особеннаго... насыпалъ пороху... (Общее невольное восклицаніе. Онъ осматривается.) Насыпалъ дроби...


Опять восклицаніе; старики многозначительно глядятъ другъ на друга.


Лиля -- тихо ему.


При центральномъ ружьѣ пороха не насыпаютъ, а готовые патроны вкладываютъ.


Барсовъ смущенъ.


Семенъ.


Ну! положимъ у васъ какое-то небывалое центральное ружье... безъ патроновъ, но какъ-же вы это дробью медвѣдя наповалъ?


Лиля.


Дядя, отчего-же это нельзя? вѣдь у него была крупная дробь...


Барсовъ.


Самая крупная, съ орѣхъ величиной.


Иванъ.


Какого же номера?


Барсовъ.


Номера?.. номера... (Тихо Лилѣ.) Сколько номеровъ дроби?


Лиля -- тихо.


Двѣнадцать.


Барсовъ.


Двѣнадцатаго...


Лиля -- съ ужасомъ тихо.


Это самый мелкій.


Барсовъ -- ей тихо.


Зачѣмъ-же вы мнѣ такъ подсказываете...


Семенъ.


Чудеса! Двѣнадцатымъ номеромъ медвѣдя застрѣлили... на близкомъ разстояній...


Барсовъ.


Нѣтъ-съ, извините... близко-то всякій-бы попалъ, а я издали... на пятьдесятъ шаговъ по крайней мѣрѣ.


Лиля -- про себя.


Что онъ городитъ!? Господи! что онъ говоритъ... (Громко.) Дядя, я кофе налила.


Иванъ.


На пятьдесятъ шаговъ, медвѣдя?-- дробью?-- да онъ и не почувствуетъ,


Семенъ.


А вы говорите -- наповалъ.


Барсовъ.


Что-жь такое? можетъ быть онъ отъ испуга самъ умеръ... испугался выстрѣла... сдѣлался разрывъ сердца.


Иванъ.


У медвѣдя?..


Барсовъ.


Ну, что-жь? у медвѣдя! у медвѣдя! Наконецъ, это какое-то странное недовѣріе и распросъ такой... да я вамъ про медвѣдя разскажу вдоль и поперегъ.


Семенъ.


Извините, милостивый государь..


Барсовъ.


Медвѣдь, бурый обыкновенный, медвѣдь Ursus arctos принадлежитъ къ пятому семейству.


Семенъ.


Это къ дѣлу не относится.


Барсовъ.


Какъ не относится? позвольте, я вамъ опишу... онъ имѣетъ толстое туловище, позвоночникъ нѣсколько выгнутый къ плечевой области... плоское темя и коническую морду съ тупымъ концомъ.


Лиля.


Довольно, довольно!


Барсовъ.


Я вамъ разскажу, это очень интересно! Въ Германіи въ настоящее время медвѣди почти не встрѣчаются... но еще въ концѣ шестнадцатаго столѣтія ихъ было тамъ очень много... Графъ Георгъ фонъ Генебергъ въ Шмалькальденскомъ округѣ одинъ въ два года убилъ семерыхъ.


Семенъ.


Остановитесь, милостивый государь... можетъ быть вашъ графъ и убилъ семерыхъ, но вы-то ни одного не убили -- это вѣрно... весь вашъ разсказъ возмутительная мистификація и обманъ.


Барсовъ.


Какъ-же такъ? помилуйте..


Иванъ.


Мошенникъ...


Лиля.


Дядя, я давно вамъ говорю, что кофе налитъ; что-же вы хотите, чтобъ онъ опять остылъ и опять мнѣ бѣжать въ кухню?


Семенъ.


Вы, милостивый государь...


Лиля.


Бросьте эти споры... благо онъ меня спасъ отъ медвѣдя, не все равно какимъ образомъ.


Барсовъ.


Разумѣется.


Иванъ.


Но онъ лжетъ, душа моя, развѣ ты не видишь, что онъ лжетъ -- никакого медвѣдя и не бывало.


Лиля.


Да я сама видѣла.


Иванъ.


Онъ лжетъ.


Семенъ.


Безъ этихъ словъ, Иванъ. (Лилѣ.) Ты не видѣла, это онъ тебя обманулъ, что ты видѣла.


Иванъ.


Какой онъ охотникъ!! про мерзавку не знаетъ, про ружья не знаетъ... номера дроби путаетъ.


Барсовъ.


У меня своя система.


Иванъ.


И фамилія какая скверная -- Барсовъ, вѣдь это звѣрь, барсъ...


Семенъ.


Милостивый государь! вы оскорбили нашу племянницу.


Лиля.


Да нисколько, дядя.


Иванъ -- про себя.


Мошенникъ.


Семенъ -- укоризненно.


Иванъ!.. (Лилѣ.) Ты не знаешь, милая... ты не знаешь... онъ тебя оскорбилъ... онъ налгалъ на тебя... уйдите, милостивый государь, уйдите! и благодарите судьбу, что вы безнаказанно ушли изъ нашихъ рукъ.


Иванъ.


Уходите, или я вамъ на дѣлѣ покажу, что значитъ оружіе центральнаго боя и дробь двѣнадцатаго номера.


Лиля.


Дядя! дядя! (Тихо Барсову.) Уходите, но будьте тутъ, гдѣ-нибудь близко, я васъ верну.


Барсовъ.


Какъ вамъ угодно... прощайте. Я не самъ сюда пришелъ, меня пригласили... и если такъ, прощайте... Но ужь про медвѣдя, извините... я не только про какого-нибудь Михаила Ивановича Таптыгина, Ursus arctos... я вамъ про кагого угодно разскажу... ursus cadaverinus, ursus formicorius... (Общее движеніе.) Ухожу! ухожу...


Уходитъ.


VII.

ТѢ-ЖЕ, безъ БАРСОВА.


Иванъ.


Мошенникъ! откуда ты такого мошенника подхватила?


Семенъ.


Братъ! зачѣмъ такія сильныя выраженія... конечна онъ негодяй, но зачѣмъ такія сильныя выраженія?


Иванъ.


Всѣ-ли ложки цѣлы, онъ тутъ кофе пилъ


Лиля.


Какъ вамъ не стыдно, дядя!! какъ вамъ на стыдно!.. не онъ меня обидѣлъ, а вы меня обижаете... я вамъ разсказала про этотъ случай, и если онължетъ, стало быть и я лгу... и, стало быть, не жаль вамъ вашей Лили... пускай бы она попала въ лапы медвѣдю... Богъ съ вами, Богъ съ вами... послѣ этого у меня никого нѣтъ близкаго на свѣтѣ -- никто меня не любитъ.


Плачетъ и садится.


Иванъ.


Лилечка... Лилечка... меня опять въ бокъ кольнуло...


Семенъ -- тихо Ивану.


Погоди... она права... Вѣдь и то, они оба путаются, не онъ одинъ... и она тоже... тутъ что-то кроется... оставь меня съ ней.


Лиля -- про себя.


Объ чемъ это они совѣщаются?


Семенъ.


Дай мнѣ ее выспросить.


Иванъ.


Хорошо... ты ее успокой... разговори... ты умѣешь... А все таки онъ мошенникъ.. Про мерзавку не знаетъ, ну что за человѣкъ!


Уходитъ.


VIII.

СЕМЕНЪ и ЛИЛЯ.


Лиля -- про себя.


У нихъ какой-то заговоръ.


Семенъ.


Ты плачешь?


Лиля.


Что-жь плакать... все равно... а конечно обидно и больно, что мнѣ не вѣрятъ... я рекомендую человѣка и вдругъ вы съ нимъ такъ...


Семенъ.


А ты хочешь, чтобъ тебѣ вѣрили?


Лиля.


Еще-бы?


Семенъ.


Хорошо... я буду вѣрить... но вѣдь и ты... ты будешь говорить только правду... честно, правильно... одну только правду.


Лиля -- про себя.


Ну, трудно будетъ... плохо, плохо... (Громко.) Я дядя, знаете, я такъ васъ люблю обоихъ, до глупости... и если я что-нибудь такое не совсѣмъ... такъ все изъ любви къ вамъ... Но, дядя, кого-же мнѣ и любить... вы меня воспитали оба... милые мои... (Обнимаетъ его.) Да что-же это мы про кофе забыли? куда дядя Ваня ушелъ?-- я позову.


Семенъ.


Погоди, погоди, у меня важное въ головѣ.


Лиля -- про себя.


Вцѣпился какъ... нѣтъ, кажется, не отвиляешь.


Семенъ.


Ты мнѣ правду скажи... я тебѣ и повѣрю. Ну?! про этого медвѣдя... въ самомъ дѣлѣ, ты встрѣтила...


Лиля.


Это все... понятно что... (Полусмѣясь.) Но правда, я испугалась... я очень въ лѣсу испугалась, когда въ первый разъ увидѣла...


Семенъ.


Медвѣдя?


Лиля.


Нѣтъ, не медвѣдя... а вотъ... Павелъ Федорыча; я въ первую минуту и сообразить не могла, какъ такъ случилось....


Семенъ.


Когда онъ выстрѣлилъ?


Лиля.


Кто выстрѣлилъ?


Семенъ.


Ну, этотъ... Павелъ Федорычъ, что-ли, ты назвала.


Лиля.


Конечно, можно испугаться отъ выстрѣла... когда не ждешь... или что... Ты кофе не хочешь? да. да, да, ты не хочешь, ты сказалъ... ты хочешь серьезно говорить... я сама этому рада... я люблю съ тобой серьезно.. потому что. вѣдь это всегда... ну, конечно... это надо, но зачѣмъ подробности? разумѣется, все это...


Семенъ.


Лилечка... если ты будешь такъ продолжать, то ни едины# человѣкъ въ мірѣ, ни единаго твоего слова не пойметъ.


Лиля.


Зачѣмъ-же ты непремѣнно требуешь, чтобы я говорила правду?


Семенъ.


Какъ?


Лиля.


Развѣ это легко?.. говорить правду... сдѣлай милость, спроси, кого угодно спроси... пускай тебѣ скажутъ, легко-ли говорить правду.


Семенъ.


Однако.


Лиля.


А коли ты любишь кого-нибудь и догадался, что онъ немножко этакъ...


Семенъ.


Прилгнулъ.


Лиля.


Ну да, немножко этакъ... Ты долженъ-бы смолчать и не ставить его въ непріятное положеніе сознаваться.


Семенъ.


Стало быть, этотъ медвѣдь и выстрѣлъ и все это...


Лиля -- конфузливо.


Конечно чепуха.


Семенъ.


Благодарю покорно.


Лиля.


Ну вотъ, ну вотъ... Какъ-же мнѣ съ тобой разговаривать?.. и какъ-же мнѣ тебя не обманывать? вонъ, ужь ты сдѣлалъ кислое лицо... того гляди, сейчасъ скажешь: "гдѣ у насъ нашатырный спиртъ?.. что-то знобитъ меня... гдѣ у насъ шалфей? Пойдука на постель лягу". Развѣ мнѣ это пріятно, шалфей отыскивать? Извини; я его ненавижу,-- твой шалфей.


Семенъ.


Правда, правда,, моя голубка, правда... мы два дряхлыхъ старичишка, эгоистишки гадкіе... не возражай -- мы дрянь... мы только о себѣ., только о себѣ... а вѣдь тебѣ девятнадцать лѣтъ... сердчишко бьется горячо -- отклика проситъ... намъ-бы на это радоваться, а мы какъ пузыри надуемся,-- не буду, не буду... никогда не буду...


Лиля.


Дядичка, да развѣ...


Семенъ.


Только ты мнѣ скажи все безъ глупостей, безъ медвѣдя, все, все, все, все, все...


Садятся.


Лиля.


И ты не нахмуришься?


Семенъ.


Нѣтъ, ласточка моя,-- нѣтъ.. веселый буду, веселый.


Лиля.


И сморкаться не станешь такъ... я этого тоже не выношу, когда ты сморкаешься, будто у тебя слезы на глазахъ.


Семенъ.


Постараюсь, постараюсь.


Лиля.


Ну, дядя... дорогой ты мой дядя... (Цѣлуетъ ее.) Вотъ какъ это случилось... Мѣсяцъ тому назадъ...


Семенъ.


Цѣлый мѣсяцъ.


Лиля -- вздохнувъ.


Да.. что дѣлать, этого не измѣнишь... цѣлый мѣсяцъ и даже больше... тридцать четыре дня тому назадъ... вы оба заспались послѣ обѣда... подъ вечерокъ я была на опушкѣ рощи... Ужь заря зардѣлась и началъ щелкать соловей, и такъ широко и привольно было на душѣ... Я думаю, поэты въ такія минуты стихи сочиняютъ.-- Я не поэтъ, я сочинять не могу, дядя, но чувствовать я могу... ахъ! какъ я могу чувствовать!!


Семенъ.


Тутъ ты съ нимъ и встрѣтилась?


Лиля.


Сперва-то испугалась... но какъ взглянула на его добрые глаза и онъ мнѣ улыбнулся, такъ и подумалось: братъ! это мой братъ... и такъ мы просто заговорили, точно отродясь вмѣстѣ росли... и такъ долго разговорились... я даже къ чаю опоздала.


Семенъ.


Объ чемъ?


Лиля.


Обо всемъ... не знаю...такъ это было хорошо, что на другой день мы и не условливались, а встрѣтились... и на третій день тоже, и на четвертый, а ужь потомъ и условливаться стали... (Семенъ вздыхаетъ.) Что ты вздохнулъ? съ тобой никогда ничего такого не бывало?


Семенъ.


Говори.


Лиля.


Потомъ я видѣлась съ нимъ въ городѣ -- и начальница гимназіи его ужасно хвалила... и такъ мы стали необходимы другъ другу, что оба увидали: не миновать намъ того, придется вамъ сказать... а какъ? мнѣ страшно было... пожалуй сейчасъ нашатырный спиртъ... я и придумала... глупо придумала,-- этого медвѣдя... Чтобъ не вдругъ.. (Семенъ цѣлуетъ ея руки.) Что ты мнѣ цѣлуешь руки?! Что ты мнѣ цѣлуешь руки?! Ты сейчасъ сморкаться начнешь.


Семенъ.


Ничего... это ничего... пускай... (Сморкается.) Ты моя свѣтлая радость... ты чудная моя радость...


Цѣлуетъ ее.


Лиля.


Не думай, дядя, чтобъ я оттого меньше тебя любила... напротивъ, гораздо больше... какъ и не грезилось... обоихъ васъ... всѣхъ васъ троихъ.


Семенъ.


Ступай, тащи его сюда... наша директриса дурнаго не похвалитъ... тащи сюда... онъ чай близко... ты вѣдь шепнула ему, чтобъ не уходилъ.


Входитъ Иванъ.


Лиля.


Сейчасъ дядя!! А! милый дядя Ваня... (Цѣлуетъ Ивана.) Сейчасъ.


Убѣгаетъ въ садъ.


IX.

СЕМЕНЪ и ИВАНЪ.


Иванъ.


Что это?


Семенъ.


Такое ужь обстоятельство... оба мы съ тобой въ мерзавку попали... промахнулись.


Иванъ.


Что ты говоришь... неужели ты вѣришь, что этотъ мошенникъ ее отъ медвѣдя спасъ?


Семенъ.


Отъ двухъ медвѣдей.


Иванъ.


Не можетъ быть.


Семенъ.


Только эти медвѣди мы съ тобой... дѣвочка влюбилась... да еще, слава Богу, есть надежда, что въ хорошаго человѣка.


Иванъ.


Ой! ой! опять въ бокъ кольнуло.


Семенъ.


Нѣтъ, нѣтъ, ни, ни... я обѣщалъ... чтобъ болѣзней никакихъ не было... улыбка и радость... слышишь? Лиля стоитъ того, наша ласточка, она стоитъ...


Лиля вводитъ Барсова.


X.

ТѢ-ЖЕ, БАРСОВЪ и ЛИЛЯ.


Лиля.


Вотъ онъ.


Семенъ.


Вы оправдаете? вы оправдаете?


Цѣлуетъ его


Иванъ.


И мнѣ его цѣловать?


Лиля.


Да, да, да... конечно...


Иванъ -- укоризненно.


Да, да, да... конечно!! (Цѣлуетъ Барсова.) И зачѣмъ васъ сюда принесло?


Семенъ.


Братъ! какія выраженія!..


Лиля.


Затѣмъ, дядичка, чтобъ снѣжинка растаяла, чтобъ облачко засвѣтилось...


Иванъ.


Мошени... я не сказалъ, я не сказалъ... Только, вотъ что, молодой человѣкъ., вотъ вамъ мой совѣтъ... коли впередъ вамъ когда захочется врать, вы ужь лучше правду говорите... Вы не умѣете...


Барсовъ.


Не умѣю... истинная правда -- не умѣю, въ первый и послѣдній разъ... сохрани Господи, чего добраго, и въ самомъ дѣлѣ подъ центральное ружье попадешь... да мнѣ теперь и цѣли нѣтъ...


Цѣлуетъ руки Лили.


Иванъ.


Ммо... (Спохватись.) Я сказалъ мо!!


Барсовъ.


Вы хотѣли сказать -- мо-ло-децъ...


Иванъ.


Ну ужь, ну ужь, ну ужь!


Семенъ громко сморкается.


Лиля.


Батюшки! дядя Сеня сморкаться сталъ... Дядичка, дядичка!


Семенъ -- сквозь слезы.


Нашатырнаго спирта не надо! не надо нашатырнаго спирта!