# Семь смертных грехов

Сельма Лагерлёф

De sju dödssynderna.

Перевод Сергея Городецкого (1907).

## Сельма Лагерлёф. Семь смертных грехов


Захотелось злому духу поглумиться над мудрым монахом. Покрывшись широким плащом и огромной мягкой шляпой, чтоб никто не мог его узнать, он пошел к старику, который сидел в исповедальне собора и поджидал исповедников.

-- Преподобный отец, -- сказал искуситель, -- я -- землепашец и сын землепашца. Я подымаюсь с солнцем и творю молитву, потом целый день работаю на поле. Моя пища -- молоко и хлеб, и, даже веселясь с друзьями, я потчую их медом и плодами. Я -- единственная опора моих дряхлых родителей. Я не женат, и меня не тянет к женщинам. Я часто хожу в церковь и жертвую ей десятину со своего имущества. Преподобный отец, вот моя исповедь. Отпусти грехи мои.

-- Сын мой, -- сказал монах, -- ты набожнее всех, кого я видел на своем веку. Охотно дам тебе отпущение. Только сначала хочу рассказать тебе, что случилось недавно в наших местах. Твое сердце возликует, потому что, услышав о многих славных подвигах, ты все-таки сможешь сказать себе, что совершившие их -- жалкие грешники перед тобою.

-- Отец, не вводи во искушение мою гордыню, -- сказал исповедник.

-- Сохрани меня, Боже, от такого греха, -- ответил монах. -- Выслушав мой рассказ, ты не подумаешь так.

И он начал: "Гордый рыцарь, которому принадлежит большой замок по ту сторону реки, в один прекрасный день надумал выдать свою дочь замуж за богатого и могущественного человека, преданного ей всем сердцем. Это шло наперекор желаниям девушки, потому что она уже обещала свою верность другому.

И вот она написала своему возлюбленному, что отец заставляет ее отдаться нелюбимому. "Прощай, тысячу раз говорю тебе: прощай", -- писала она, -- "и прошу тебя, не тоскуй по мне, потому что в душе я верна тебе".

Но рыцарь, отец ее, отнял письмо у посланного и сжег его.

Так пришел день ее свадьбы, и она приветствовала его горючими слезами. В церкви она не плакала: горе внедрилось в черты ее лица, и оно окаменело. Но плакали над ней все бывшие в церкви.

Рыцарь, отец ее, тоже видел, как печаль сделала лицо ее каменным. И испугался поступка своего. И, когда вернулись из церкви, позвал дочь к себе в башню и сказал:

-- Родная, виноват перед тобою.

И стал на колени перед нею, хотя и был гордым человеком, и сознался в своем стыде -- что сжег письмо. Боялся, что ее возлюбленный со своей дружиной силой увезет невесту, если узнает о свадьбе.

Она сказала ему:

-- Твое оправдание в том, отец, что ты не знаешь, какое горе мне причинил.

И ушла назад подъемным мостом.

Тогда пришел жених к ней и спросил:

-- Дорогая, почему на твоем лице такое горе?

И ответила невеста:

-- Потому что у меня есть возлюбленный, которого я поклялась никогда не покидать.

Но он сказал:

-- Из-за этого не будь печальной. Моя любовь к тебе так велика, что никто не может сделать тебя счастливее, чем я сделаю.

Она ответила только:

-- Так думает всякий, кто любит.

-- Скажи мне, что я должен сделать, чтоб согнать горе с твоего лица, и я покажу тебе, что говорю правду, -- сказал он.

И вот невесту охватила решимость, и она подумала: "Скажу ему, быть может, Бог смягчит его сердце". И рассказала ему, что она и ее любимый поклялись друг другу в том, что если один из них изменит их нежной любви, то другой убьет себя в день свадьбы.

-- И вот сегодня мой любимый убьет себя, -- говорила невеста.

И в скорби опустилась на землю и в слезах лежала у ног жениха.

-- Пусти меня к нему, пока он жив.

Была такая сила в скорби этой женщины, что супруг ее, хотя и подумал: "Отпустив ее к тому, кого она любит, я навсегда лишусь ее", все-таки пересилил себя и сказал:

-- Делай, как тебе лучше.

Она встала и благодарила его сквозь слезы. И пошла в залу к свадебным гостям, которые сидели за накрытыми столами перед своими тарелками и алчно ждали начала пиршества, потому что были голодны после далекого переезда и длинной обедни.

-- Любезные гости, -- сказала им новобрачная, -- я должна вам сказать, что с позволения моего супруга я отправляюсь сейчас к моему возлюбленному. Он должен убить себя сегодня, потому что я нарушила клятву. Иду сказать ему, что меня насильно заставили это сделать. Не удивляйтесь, что иду сама, для такого поручения нельзя найти достаточно надежного посла. И прошу вас: кушайте, пейте и веселитесь, пока я буду там. Я вернусь, как только спасу любимого от смерти.

Но все гости заплакали, когда узнали о беде которая ей угрожает, и сказали в ответ:

-- Нет, не хотим мы есть и пить, пока у тебя такое горе. Иди, и когда вернешься, мы начнем пиршество.

И встали из-за столов.

Когда новобрачная шла по двору замка, послышался громкий плач из кухни.

Мальчишка из замковой челяди прибежал к главному повару и возвестил ему, что стол откладывается на несколько часов. И главный повар, подумав о своих жарких и других кушаньях, которые теперь должны испортиться, пришел в такое отчаяние, что бросил в огонь целый лисфунт масла, разбил корзину яиц о каменную плиту, а мальчишку выбросил за дверь и стоял над ним, подняв для удара большую метлу.

Новобрачная, проходя по двору, попросила повара отпустить мальчишку, и он не мог устоять против ее просьбы и тотчас перестал бить его. И воскликнул:

-- Хвала Господу, сотворившему тебя такой милостивой. Не хочу тебя огорчать.

И ждал с своими кушаньями много часов, не сказав никому дурного слова.

Новобрачная пошла одна дремучим лесом, потому что она хотела идти к возлюбленному пешком и без спутников, как ходят в часовню к Божьей Матери в минуты скорби.

Но в лесу жил разбойник. Он увидел из своей засады новобрачную, идущую по лесу. У нее были кольца на пальцах, золотая коронка на голове, тяжелый серебряный пояс вокруг тела и жемчуг на шее. И разбойник сказал себе: "Это слабая женщина. Возьму ее драгоценности, и с меня будет довольно. Уйду в чужие страны, брошу свою постыдную жизнь в лесу и стану честным человеком.

Но, когда новобрачная подошла ближе, и он увидел ее лицо, силы оставили его. Такой милой создал ее Бог. Разбойник подумал: "Не могу ее обидеть. Это невеста, и я не могу такую милую женщину пустить ограбленной на свадьбу. И он побоялся Бога, создавшего такую женщину, и дал ей пройти.

В том же лесу жил старый отшельник, который умерщвлял свою плоть тем, что по шести дней не спал, а спал только на седьмой. Если же и на седьмой день у него не было свободного времени для сна, то он, по своему обету, не спал и следующие шесть. Он верил, что это угодно Богу. И вот седьмой день уже приходил к концу, а он все еще не имел возможности заснуть, потому что много больных и несчастных приходило к нему. Когда же, наконец, освободившись, он захотел заснуть, в густом лесу показалась новобрачная, шедшая к нему. И он подумал про себя: "Как же эта странница переправится через быструю реку? Ведь ночью вода прибыла и снесла мост". И он, покинув свое ложе, провел ее к реке и на своих плечах перенес через воду. Когда же он вернулся к своей пещере, время для сна уже прошло, и он должен был еще шесть дней не спать из-за чужой женщины. Но он не жалел об этом, потому что она была такая милая, что все, кто ни видел ее, рады были претерпеть какое-нибудь лишение для нее.

Так пришла невеста в дом своего возлюбленного. Он скрылся один в свою келью и закрыл дверь тяжелым засовом. И когда она постучалась, он не хотел отворять, потому что, обнажив меч, уже поднял руку на себя.

Она же не могла ни кричать, ни просить, потому что страх душил ее голос. Но горячие слезы текли у нее и падали на каменные плиты, и через дубовые двери он услышал, что она плачет. И, услышав, не мог убить себя, и открыл двери.

Она предстала перед ним со сложенными руками и рассказала ему, что ее заставили сделать. И, увидев, что она его еще любит, он обещал ей не лишать себя жизни. Она наклонилась к нему, и он поцеловал ее, и в один миг они испытали всю радость и всю тоску, на которые способно человеческое сердце.

Он сказал ей:

-- Уходи, потому что ты принадлежишь другому.

И она ответила:

-- Могу ли я?

Но рыцарь, которого она любила, отвел ее руки и сказал:

-- Не оскорблю того, кто пустил тебя ко мне.

И велев оседлать двух лошадей, он поехал с ней назад в замок ее отца...

Все это рассказал монах злому духу, все еще не зная, с кем он говорит. Кончив, он спросил его: кто, по его мнению, из действующих лиц рассказа принес наибольшую жертву. Монах был мудрый человек и знал хорошо, что никто из людей не может быть таким безгрешным, каким выставляет себя этот незнакомец. И при помощи своего рассказа он рассчитывал узнать, каким из семи смертных грехов грешен он. Смотря по ответу, -- кто покажется принесшим самую большую жертву: отец ли, новобрачный, гости, повар, разбойник, отшельник или рыцарь, монах мог заключить, что гордость, ревность, обжорство, гнев, скупость, леность или сладострастие владеет душою исповедника. Ведь более всего он должен изумиться в другом тому, что ему самому труднее всего исполнить.

Но злой дух был так увлечен своей игрою, что не заметил хитрости монаха.

-- Право, -- сказал он, -- не легко ответить на твой вопрос. Думается мне, что новобрачный принес не меньшую жертву, чем рыцарь, и что гости выказали отречение не меньшее, чем разбойник. Все они заслуживают великой славы.

И он думал, что его ответ удовлетворил монаха.

Но благочестивый монах в страхе воскликнул:

-- Ради милосердного Бога, скажи, что ты предпочитаешь один подвиг другому, или что ты ни одному из них не придаешь особенной цены!

-- Вовсе нет, святой отец, -- ответил искуситель. -- Все подвиги, совершенные этими людьми, трудны. Но я не могу ни один поставить выше другого.

Монах приблизил губы к его уху и прошептал сдавленным голосом:

-- Заклинаю тебя, признай один из подвигов труднейшим.

Но злой дух отказывался и просил отпустить ему грехи.

-- Тогда ты грешен во всех семи смертных грехах, -- вскричал монах в ужасе, -- и ты -- сам диавол, а не человек.

С этими словами он бросился из исповедальни, ища защиты у алтаря. И там начал слова заклятья: Vade rИtro, Satanas. Злой дух, увидев, что он выдал себя, распахнул свой плащ, как два крыла, и вылетел через темный купол церкви большой черной летучей мышью.

Итак, Бог не попустил совершиться злому умыслу, и все кончилось к славе Его. Рассказ монаха с давних пор помогает узнавать скрытое в сердцах человеческих. При умелом употреблении он подобен сети в руках рыбака. Как сеть, закинутая в море, ловит рыбу, так и он, проникая в глубь человеческого сердца, выводит грехи на свет Божий, где легче с ними бороться и преодолевать их.


--------------------------------------------------------------------


Текст издания: Северные сборники издательства "Шиповник. Книга 1. -- Санкт-Петербург, 1907. -- С. 108--117.