# Речь Графа Ланжюне к Перам Франции

Жан-Дени Ланжюине

Перевод Д. И. Вельяшева-Волынцева (1815).

## Рѣчь Графа Ланжюне къ Перамъ Франціи.


Сія Рѣчь, произнесенная въ Палатѣ Перовъ во время совѣщаній о строгихъ мѣрахъ, какія принять надлежало касательно общественной безопасности, очевидно показываетъ господствующій образъ мыслей во Франціи. Она незадолго передъ симъ помѣщена была въ публичныхъ Нѣмецкихъ вѣдомостяхъ.

Восходя на сіе мѣсто ораторскихъ вѣщаній, не могу преодолѣть въ себѣ двухъ весьма болѣзненныхъ чувствій -- печали и изумленія; печали, ибо вижу, что подъ управленіемъ наилучшаго Короля предложенъ законъ {Законъ, повелѣвающій немедленно брать подъ стражу нарушителей общественной тишины, и неповинующихся Королевской власти Буонапартистовъ.}, толико пагубный, изумленія (здѣсь употребилъ я скромное выраженіе), ибо слышу, что подавшіе проектъ упомянутаго закона объявляютъ, что одни только лицемѣры, мятежники, сообщники злодѣевъ и приверженцы кровожаднаго деспотизма могутъ быть недовольны онымъ. Въ продолженіе цѣлаго года, о которомъ воспоминанія для меня ненавистны, никогда не былъ я свидѣтелемъ столь грозной гнѣвливости ораторовъ. Не уже ли надобно прибѣгать къ чрезвычайнымъ средствамъ? не уже ли предложенный законъ необходимо для насъ нуженъ? Совсѣмъ нѣтъ! Развѣ Министры медлили брать подъ стражу тѣхъ людей, кои казались имъ опасными для общественнаго спокойствія? Развѣ находится хотя одинъ департаментъ, гдѣ бы оказалось какое нибудь недоразумѣніе по сему предмету? никакъ! Министры сами упоминали, что берутъ на себя вою отвѣтственность. Скажемъ правду: никто, умѣющій мыслить, недѣлаетъ имъ никакого сопротивленія; ничто нестѣсняетъ ихъ усердія, ничто не ослабляетъ послушанія ихъ агентовъ. Какой Префентъ захотѣлъ бы не исполнить жестокихъ ихъ повелѣній? Сіи чиновники и подпрефекты состоятъ подъ начальствомъ только Министровъ, или Государственнаго Совѣта. Между тѣмъ сами Министры неподлежатъ никакой отвѣтственности, и даже нѣтъ закона, которой бы предписывалъ требовать отчета въ ихъ поведеніи. Вотъ уже протекло семнадцать мѣсяцовъ, а еще и рѣчи небыло о столь важномъ постановленіи. Нѣтъ ни преступленія, ни наказанья, когда несуществуетъ законъ, которымъ то и другое опредѣляется. Тщетно усматриваю надобность такого закона... Но о семъ буду говорить въ другое время. Теперь скажу, что не знаю ничего подобнаго предложенному проекту, кромѣ одного только въ 179З мъ году постановленнаго закона о самовольномъ забираніи подѣ стражу всѣхъ людей подозрительныхъ, и еще того что дѣлала въ сосѣдственномъ краю Коммиссія безопасности, коея слишкомъ позднее уничтоженіе доставило утѣху великому народу. (Тутъ Рѣчь оратора вдругъ прервана была восклицаніями: наблюдать порядокъ! И болѣе всѣхъ настаивалъ Князь Сентъ-Еньянъ.) Я сказалъ сущую правду, продолжалъ Графѣ Ланжюине: вижу, что она здѣсь ненравится, и нестану повторять ее. Буду говорить только о неприличности предложеннаго закона, даже о несовмѣстности его съ здравою политикой. По силѣ сего закона нѣсколько сотъ тысячъ полицейскихъ чиновниковъ будутъ имѣть право брать подъ стражу людей за мнимое преступленіе противъ государства, такое забираніе подъ стражу уполномочиваетъ правительство держать арестантовъ въ тюрьмѣ годъ, или даже нѣсколько, лѣтъ, не обязывая оное отсылать ихъ къ суду. Положимъ, что каждой полицейскій чиновникъ возметъ подъ стражу только одного человѣка; что воспослѣдуетъ? Тотчасъ окажется милліонъ Французовъ, самовольно задержанныхъ. Гдѣжъ мы найдемъ темницы для помѣщенія всѣхъ арестантовъ? Но, говорятъ, они люди подозрительные, или, какъ сказано въ уложеніи уголовныхъ законовъ, обвиненные. Соглашаюсь называть ихъ-подозрительными; но можноли почитать ихъ за обвиненныхъ? "Только судьи могутъ опредѣлять наказанія за проступки, какіе бы они ни были." Вотъ что мы читаемъ въ уложеніи уголовныхъ законовъ, написанномъ подъ правленіемъ тирана. Утверждаютъ, что несдѣлано никакихъ перемѣнъ въ системѣ властей, дающихъ повелѣніе о взятіи подъ стражу. Однакожъ въ сущности все приняло иной видъ; ибо судья имѣетъ право толико дать приказаніе о явкѣ въ судѣ, а не о взятіи подъ стражу; его власть дѣйствуетъ только въ изобличеніи обвиняемаго и въ приспособленіи закона, опредѣляющаго наказаніе. Все пошло иначе: ибо нѣтъ закона, который бы одно подозрѣніе признавалъ уже за доказанное злодѣйство, или бы предписывалъ взятіе подозрѣваемыхъ подъ стражу. Слѣдственно предложенный законъ только умножитъ число арестантовъ, а отнюдь не коснется справедливо подозрительныхъ... Еще другое предлагаютъ наказаніе для подозрительныхъ: совѣтуютъ отдавать ихъ подъ надзоръ полиціи и яснѣе же сказать, осуждаютъ ихъ жить за 400 миль отъ дому, или оставаться въ тюрьмъ, если не представятъ по себѣ поручителей. Вотъ къ кой жребіи ожидаетъ людей, называемыхъ подозрительными! А сколько ихъ будетъ всего на все? столько, сколько служителей исполнительной власти. Гдѣ? въ цѣломъ Королевствѣ, не исключая ни одного департамента. Сколько времени продлится наказаніе? полгода, годъ, нѣсколько лѣтъ сряду. Какія же печальныя слѣдствія будутъ имѣть такіе поступки для тѣхъ людей, моихъ имѣніе отъ того пострадаетъ, и на которыхъ поступятъ доносы отъ заимодавцовъ ихъ и служителей, даже отъ собственныхъ женъ и дѣтей ихъ, убѣжденныхъ подущеніями неприятелей! И чѣмъ должно кончиться такое несчастіе? Неувидимъ ли заговоромъ въ самихъ темницахъ? Кто поручится намъ, видѣвшимъ толикіе опыты, кто поручится, что не возобновятся Сентябрскіе ужасы? Предлагаемый законъ угрожаетъ пагубою не только лицамъ, каждому особенно, но и цѣлымъ фамиліямъ. Что скажу о слѣдствіяхъ, могущихъ постигнуть правительство, Министровъ и обѣ Палаты? И какая публичная власть захочетъ дать на такой законъ свое изволеніе? Какая судьба постигла тѣхъ, кои подобнымъ образомъ поступили въ несчастное время вышеупомянутаго года? Имена ихъ покрыты безславіемъ; и ничто не можетъ изгладить приговора объ ихъ безчестіи. Наконецъ, кто станетъ платить подати въ то время, когда подозрѣваемый, отдаленный отъ своего дома и семейства; будетъ томиться въ темницѣ? Кто будетъ нести государственныя повинности? Какой ужасъ распространится по Францій! Какое во всѣхъ дѣлахъ замѣшательство! Какимъ ударомъ сразится политическое тѣло, уже и безъ того находящееся при послѣднемъ издыханіи! Простите мнѣ, милостивые государи, сіи замѣчанія. Не могу, забыть я, что нѣкогда подозрѣваемы были мать моя, сестра, братъ и дочь, едва спасшіяся отъ смерти, угрожавшей имъ за то единственно, что я тогда, какъ нынѣ, держалъ сторону справедливости и свободы противу страстей раздраженныхъ; въ доказательство что даже и въ древнемъ Римѣ думали о подозрѣніяхъ, приводятъ въ примѣръ законъ, начинающійся словами: Caveant Consules. Но если мы, какъ ученики, желаемъ приводить во свидѣтельство примѣры изъ Исторіи, то должны помнить и то, чему далѣе учили насъ въ школѣ. Въ Римѣ совсѣмъ небыло темничныхъ заключеній. Диктаторы и Консулы, облеченные грозною властію, повелѣвали подозрительныхъ охранять ихъ же собственнымъ приятелямъ, такъ что обвиняемые могли въ садахъ наслаждаться свѣжимъ воздухомъ, могли веселиться на обѣдахъ, и приятно проводить свое время. Цицеронъ, по опредѣденію Сената, приказалъ умертвить во святилищѣ сообщниковъ Катилины; но, за сей противный закону поступокъ, осужденъ былъ на изгнаніе. А онъ спасъ отечество! Когда въ Англіи остановляютъ дѣйствіе закона Habeas corpus, въ то время не даютъ власти осми стамъ тысячь полицейскихъ приставниковъ брать подъ стражу всякаго. кого имъ заблагоразсудится. И такъ я желаю, чтобы предложенный проектъ закона былъ оставленъ безъ вниманія, какъ неприличный. Если обстоятельства необходимо требуютъ, то я готовъ приступить къ благоразумнымъ распоряженіямъ, имѣющимъ въ предметѣ стѣсненіе частной свободы. Но желаю и прощу, чтобы законъ не былъ распространяемъ на департаменты, въ которыхъ спокойствіе не было нарушено: въ противномъ случаѣ законѣ сей будетъ справедливою сатирой на Правительство. Назначьте двумѣсячный срокъ на испытаніе одного человѣка и на изслѣдованіе всѣхъ отраслей его заговора; а потомъ отсылайте его въ обыкновенныя судилища. Однимъ словомъ: сдѣлайте какія нибудь перемѣны, а иначе законъ нашъ будетъ противенъ законамъ человѣчества.


В. В.


-----


Ланжюине Ж.Д. Речь графа Ланжюине к перам Франции: [Из Нем. вед.] / [Пер.] В.В. [Д.И.Вельяшев-Волынцев] // Вестн. Европы. -- 1815. -- Ч. 84, Nо 24. -- С.284-291.