# Стихотворения

Вукол Михайлович Лавров

Сын и мать

Л. И. Пальмину

Сынъ и мать

(Мих. Мих. Лаврову.)


-- Поди, родная, сядь ко мнѣ...

Ты слышишь: въ мертвой тишинѣ

Видѣній странный рой,

Сомкнувшись въ тѣсный хороводъ,

Толпой тѣснится и поетъ

И пляшетъ надо мной?


-- Сюда стеклися изъ могилъ --

Во что я вѣрилъ, чѣмъ я жилъ --

Надежда и любовь...

Къ себѣ зовутъ онѣ меня;

Ихъ голосъ, ласкою звеня,

Во мнѣ волнуетъ кровь.--


" -- Мой сынъ, не вѣрь ночной мечтѣ!

Молись Творцу,-- видѣнья тѣ

Исчезнутъ всѣ какъ разъ...

О, Боже!-- съ теплою мольбой

Во прахъ склоняюсь предъ Тобой --

Спаси, помилуй насъ!" --


-- Я вновь таковъ, какимъ я былъ,

Во мнѣ кипитъ избытокъ силъ

И, вѣруя въ судьбу,

Я, ратникъ истины святой,

Стремлюсь со зломъ, неправотой

На смертную борьбу.


-- Близка побѣда, смутенъ врагъ...

Еще напоръ -- падутъ во прахъ

Насиліе и гнетъ;

Позорный смолкнетъ звонъ оковъ

И средь людей, а не рабовъ,

Свобода разцвѣтетъ!...--


" -- Очнись!... Кругомъ царитъ лишь тьма;

Сырая, мрачная тюрьма

Въ объятьяхъ душитъ насъ...

Сокрылось солнце за горой,

Послѣдній лучъ его златой

Давно уже погасъ.


-- Вонъ тамъ мелькнула тѣнь отца;

Онъ, какъ фанатикъ, до конца

Своихъ печальныхъ дней

Могучей вѣры не терялъ

И мощный свѣтлый идеалъ

Хранилъ въ душѣ своей.


-- Онъ веселъ, радостенъ на видъ,

Онъ мнѣ прощеніе сулитъ...

Вотъ онъ зоветъ меня

Туда, гдѣ радость и покой,

Гдѣ тучка не затмитъ собой

Безоблачнаго дня....--


"-- Молчи, мой милый! Умеръ онъ...

Онъ былъ героемъ въ свѣтъ рожденъ

И гордой головой

Не преклонялся никогда,

Хотя гнела его нужда,

Отецъ несчастный твой!" --


-- Взгляни, родная, вотъ она...

Сверкаетъ прудъ, блеститъ луна...

Головкою на грудь

Ко мнѣ прижалась... Я любимъ.

Она зоветъ меня своимъ,

Въ далекій манитъ путь!...


За ней, за ней пусти меня!

Пусть, обожая и кляня,

У этихъ милыхъ ногъ

Я позабуду цѣлый свѣтъ

И мирно отдохну отъ бѣдъ,

Отъ горя и тревогъ!...--


" -- Мой милый сынъ, не вспоминай...

Она измѣною твой рай

Разрушила сама,

И ясный свѣтъ веселыхъ дней

Исчезъ на вѣки изъ очей

И воцарилась тьма...


О, мой страдалецъ! Отчего

Всю кровь изъ сердца моего

Я не могу отдать?...

Но ты молчишь, ты блѣденъ сталъ...

Творецъ небесъ! ты сына взялъ,--

Возьми къ себѣ и мать!"

В. Л.

Москва.

10-го октября.


"Русская Мысль", No 11, 1882


Л. И. Пальмину.


Они нашли несмѣтною толпою,

Съ огнемъ, съ мечомъ въ рукахъ, богатыри...

Погибло все,-- мы видимъ предъ собою --

Осквернены нечистою рукою

Святые наши алтари!


И міръ объялъ тогда хаосъ великій,--

Повсюду смѣхъ, рукоплесканій громъ.

Какъ страшно-злы, неистовы и дики

Побѣду нагло славящіе клики --

Побѣду силы надъ добромъ!


Сковали нашу свѣтлую богиню,

Обвились терніи вокругъ ея чела --

И бросила привычную святыню,

Разбила лиру, въ мрачную пустыню,

Рыдая, муза отошла!


Ея огонь, хранимый нами свято,

Теперь жрецы чужіе намъ хранятъ,--

Теперь въ рѣкахъ наперсниковъ разврата,

Чье сердце злобой дикою объято,

Въ комъ страсти пошлыя кипятъ!


Явились барды новые на смѣну...

Иной пѣвецъ,-- какъ громко онъ поётъ,--

Вездѣ провидитъ онъ одну измѣну,

Онъ все готовъ предать мечу и плѣну

И наложить на все свой гнётъ!


Глупцы! они мечтаютъ: уступили

Мы имъ, поникнувъ гордою главою,

Что ляжемъ ницъ, покорны дикой силѣ,--

И думаютъ, что лишь въ одной могилѣ

Мы можемъ скрыться подъ землей.


Сампсона ослѣпленнаго, когда-то,

Филистимляне привели въ свой храмъ...

Вокругъ струятся волны аромата,

Реветъ толпа, восторгомъ вся объята,

И шлетъ хвалы своимъ богамъ.


Но онъ оперся мощными плечами --

Колонны храма рушилися въ прахъ...

И дрогнулъ храмъ, и малыми кусками

Разсыпался, и пыль взвилась столбами,

И всѣхъ объялъ великій страхъ.


И вновь народъ, цѣпями отягченный,

Что жилъ въ плѣну среди невзгодъ и золъ,

Услышалъ Бога вѣчнаго священный,

Раздавшійся надъ цѣлою вселенной,

Любви и истины глаголъ.


И нашъ чередъ когда-нибудь настанетъ,--

Неправды, зла, исчезнетъ самый слѣдъ,,

И храмъ Ваала потрясенный грянетъ,

И солнце правды вновь надъ міромъ встанетъ,

И громко запоетъ поэтъ.


О, вѣрю я, надъ сиротливымъ міромъ

Свѣтило яркое проглянетъ скоро вновь,--

Опять вернемся мы къ своимъ кумирамъ

И воспоемъ согласно, громкимъ клиромъ,

Свободу, братство и любовь!

В. Л.

Одинцово.

12 май.


"Русская Мысль", No 5, 1882