# Ложа No 13

Николай Александрович Лейкин

Н. А. ЛЕЙКИНЪ.


ШУТЫ ГОРОХОВЫЕ

КАРТИНКИ СЪ НАТУРЫ.


С.-ПЕТЕРБУРГЪ.

Типографія д-ра М. А. Хана, Поварской пер., д. No 2,

1879.


## ЛОЖА No 13.


Александринскій театръ. На сценѣ идетъ представленіе, а въ корридорѣ -- ссора, перебранка, размахиваніе руками. Свирѣпствуетъ дама въ чепчикѣ съ зелеными лентами; тутъ-же молодая дѣвушка съ розой въ волосахъ, двое мальчиковъ въ нарядныхъ голубенькихъ рубашечкахъ и двое мужчинъ: одинъ -- пожилой съ классическими чиновничьими бакенбардами на скулахъ, другой -- молодой съ совершенно гладко бритымъ лицомъ Капельдинеръ держитъ въ рукахъ шубы.

-- Вы это что-же сдѣлали? Куда вы меня привезли?-- возвышаетъ голосъ дама, обращаясь къ пожилому мужчинѣ.-- Тащилась, тащилась съ Петербургской стороны и вдругъ ложа No 13! Отчего вы раньше не сказали, что у васъ ложа подъ No 13?

-- Но, матушка, я и не замѣтилъ даже подъ какимъ она нумеромъ,-- возражаетъ пожилой мужчина.-- Какъ вчера кассиръ мнѣ ее далъ, такъ я и положилъ въ бумажникъ, не посмотрѣвши.

-- Врете! Вы это нарочно сдѣлали! Поздно меня теперь отъ моихъ привычекъ отучать! Не пойду я въ тринадцатый нумеръ. Извольте сейчасъ надѣвать шубу и отправимтесь обратно на Петербургскую! Гдѣ мой салопъ? Позвольте мой салопъ!

-- Тише ты, тише! Ну, полно, не хорохорься! Авось ничего и не случится. Перекрестись и входи въ ложу. Важная вещь тринадцать! Господи! Ну, Богъ милостивъ!-- пробуетъ уговорить даму пожилой мужчина.-- Вѣдь тринадцатой пассажиркой ѣздила-же бывало въ щапинскомъ дилижансѣ.

-- Никогда. Всегда впередъ считала, а потомъ садилась.

-- Ну, въ другомъ въ чемъ-нибудь... Вспомни, сколько тринадцатыхъ-то чиселъ мѣсяца ты пережила.

-- Тамъ тринадцатыя числа мимо меня проходятъ, а здѣсь ложа, здѣсь я сама должна въ нее войдти. А еще мужъ! Не желаю я еще умирать. Рано! у меня дѣти маленькія. Да и тебѣ не пора. Прежде пансіонъ выслужи, а потомъ и умирай. Ну, куда я съ дѣтьми-то дѣнусь?

-- Вотъ не было печали!-- всплескиваетъ руками мужъ.-- Да тише ты! Слышишь изъ ложъ шикаютъ. Ну, не срамись, входи. Завтра молебенъ отслужимъ.

-- Ни за что на свѣтѣ! Я ѣду домой.

-- Сестрица, да полноте...-- успокоиваетъ ее дѣвушка.

Дама накидываетъ на себя салопъ. Ребятишки плачутъ.

-- Мама, намъ представленіе смотрѣть хочется,-- стонутъ они.

-- Представленіе! Поблагодарите отца за это представленіе! По городу этотъ самый дефтеритъ на дѣтяхъ ходитъ, а онъ тринадцатый нумеръ!

Въ разговоръ вмѣшивается и старичекъ капельдинеръ.

-- Знаете что, сударыня,-- говоритъ онъ:-- у насъ и генералы въ тринадцатыхъ нумерахъ сидятъ и то ничего никогда не случалось. Тринадцатая ложа самая лучшая. Какъ новая пьеса, то у насъ ее завсегда статскій совѣтникъ Трамбуковъ беретъ, а они съ супругой люди преклонные и даже удушьемъ одержимы, а вотъ ужъ сколько лѣтъ ничего!..

-- Вамъ хорошо свой товаръ выхвалять!

-- Да мнѣ что-же? Я за это ничего не получаю,-- отвѣчаетъ капельдинеръ.

-- Нельзя-ли намъ вмѣсто тринадцатаго-то нумера въ двѣнадцатый сѣсть? Вѣдь онъ свободный?-- задаетъ ему вопросъ мужъ.

-- Продана эта ложа. Не можемъ мы въ нее пустить. Вотъ погодите маленько. Придутъ въ нее, такъ, можетъ, и уговоритесь съ ними на счетъ обмѣна.

-- Стыдно и уговариваться-то,-- замѣчаетъ мужъ.-- И тринадцатый нумеръ газеты ты тутъ какъ-то читала.

-- Опять-таки то газета! Я въ нее не влѣзала, а тутъ влѣзать должна!

Въ корридоръ входитъ купеческое семейство и начинаетъ "разоблакаться".

-- Хороша-ли ложа-то? Можетъ въ ней протекаетъ и продуваетъ?-- шутитъ купецъ, снимая съ себя шубу.

Къ нему подходитъ владѣлецъ тринадцатаго нумера.

-- Извините... Какъ не странно мое предложеніе,-- говоритъ онъ:-- но, можетъ быть, вы будете столь добры и согласитесь. Вотъ видите-ли... У насъ тринадцатый нумеръ ложи, а у васъ двѣнадцатый. Не будете-ли вы столь добры помѣняться съ нами? Жена у меня, по своему предразсудку, не желаетъ сидѣть въ тринадцатомъ нумерѣ. Ну, извѣстно баба... сами понимаете.

Купецъ подбоченивается.

-- Какъ не понять! Не махонькіе!-- произноситъ онъ.-- Такъ что-жъ ты вмѣсто жены-то меня на смерть сажать хочешь, что-ли? Ловко тоже придумаютъ! Ну, народъ! Акулина Кузьминишна? Слышала?-- обращается онъ къ женѣ.

-- Позвольте... Я думалъ, что вы безъ предразсудковъ, и потому...

-- Да знаешь-ли ты, что въ прошломъ году мнѣ въ рынкѣ выгодная лавка подъ номеромъ тринадцатымъ наклевывалась, такъ я и отъ той отказался!

-- Мы вамъ выходу можемъ рубль серебра дать,-- вмѣшивается въ разговоръ гладко бритый молодой человѣкъ изъ партіи ложи No 13.

-- Чего-съ? - восклицаетъ купецъ.-- Такъ что-жъ ты мою жизнь-то въ рубль цѣлковый цѣнишь? Ахъ, ты облизьяна! Да я самого тебя куплю, перекуплю и выкуплю! Брысь!

-- Однако, позвольте, господинъ купецъ!

-- Нечего тутъ позволять! Мы сами тоже съ усами.

Идетъ перебранка. Сцѣпились и дамы.

-- Вишь фря какая выискалась!-- кричитъ повязанная косынкой купчиха.-- Думаетъ, что чепчикъ съ крыльями надѣла, такъ ужъ и барыня! Экономокъ-то такихъ мы видали!

-- Что ты сказала! Повтори, дрянь ты эдакая?-- въ свою очередь восклицаетъ дама въ чепчикѣ.-- Ахъ, ты самоварница!

-- Отъ кофейницы слышу!

-- Позвольте, господа! Здѣсь кричать нельзя!-- возвышаетъ голосъ капельдинеръ.

Изъ ложъ выглядываютъ. Нѣкоторые выходятъ въ корридоръ. Дѣлается суматоха. Ребята ревутъ. Скопляется публика. Всѣ спрашиваютъ: "въ чемъ дѣло"? Капельдинеръ поясняетъ. Въ корридорѣ виднѣются театральный чиновникъ и полицейскій офицеръ, спѣшащіе къ мѣсту происшествія. Большинство постороннихъ, узнавъ причину шума, смѣются.

-- Позвольте мнѣ вамъ услужить... Я васъ помирю,-- дѣлаетъ предложеніе дамѣ въ чепчикѣ какой-то бородачъ въ очкахъ.-- Мы сидимъ въ четырнадцатомъ нумерѣ и такъ-какъ всѣ безъ предразсудковъ, то можемъ перемѣститься въ тринадцатый нумеръ, а вы въ нашу ложу сядете.

-- А, очень вамъ благодарна! Вы такъ любезны... такъ!.. Она, знаете, ничего,-- отвѣчаетъ дама:-- но ежели у кого примѣта... Тутъ я какъ-то на извозчикѣ съ тринадцатымъ нумеромъ ѣхала и то у насъ деверь умеръ... А и не старый человѣкъ былъ

Начинается перемѣщеніе. Лица изъ ложи No 14, еле сдерживая смѣхъ, пересаживаются въ ложу No 13. Купецъ все еще не можетъ успокоиваться, расточаетъ слова "шишгаль, стрекулисты" и плюетъ. Купчиха тоже.

-- Фря эдакая!-- говоритъ она, бросая взглядъ на даму въ чепчикѣ и лѣзетъ въ свою ложу.

-- Коровница со скотнаго двора!-- откликается, въ свою очередь, дама въ чепчикѣ и пропихиваетъ въ ложу No 14 своихъ ребятишекъ.

Вскорѣ все успокоивается.