# Доктор для тех, которые с жиру бесятся

Николай Александрович Лейкин

H. А. ЛЕЙКИНЪ.


ГОЛУБЧИКИ

РАЗСКАЗЫ

съ рисунками художника А. И. Лебедева.


Премія къ журналу "Осколки" за 1889 годъ.


С.-ПЕТЕРБУРГЪ.

Типо-Литографія Р. Голике, Троицкая улица, No 18

1889.


## ДОКТОРЪ ДЛЯ ТѢХЪ, КОТОРЫЕ СЪ ЖИРУ БѢСЯТСЯ


-- Докторъ... доложила горничная послѣ звонка у наружныхъ дверей.

-- Иванъ Петровичъ! Докторъ пріѣхалъ, сказала среднихъ лѣтъ барынька, сидѣвшая въ гостиной у окна, около трельяжа и вязавшая какое-то филе, встала, подошла къ зеркалу и поправила прическу, сложивъ при этомъ губы въ улыбку.

Вошелъ докторъ, весь въ черномъ, среднихъ лѣтъ мужчина, но уже съ крупной лысиной.

Держа въ рукѣ шляпу и не снимая черныхъ перчатокъ, онъ протянулъ свободную руку дамѣ и спросилъ:

-- Ну, что?

-- Плохо, докторъ. Попрежнему нервы, попрежнему безсонница. Наконецъ, я ужасно раздражаюсь. На все, на все раздражаюсь.

-- Гм... Надо стараться не раздражать себя.

-- Да вѣдь мужъ раздражаетъ, дѣти.

-- Гм... Стало быть, капли мои не помогаютъ... Впрочемъ, вѣдь это палліативъ.

-- Пропишите что-нибудь другое, докторъ,

-- Не могу. Я не спеціалистъ по нервнымъ болѣзнямъ. Обратитесь къ спеціалисту. Позовите доктора Волынкина.

-- Но мнѣ кажется, что это такіе пустяки, что и вы могли бы...

-- Напрасно вы такъ думаете, что это пустяки. Болѣзнь ваша можетъ разыграться въ серьезные припадки, и тогда я не отвѣчаю за послѣдствія. Да... Обратитесь къ доктору Волынкину. Если хотите, то я даже самъ его привезу. А прописывать что-нибудь не по моей спеціальности я всегда удерживаюсь. Я поставилъ себѣ тѣсную рамку и не выхожу изъ круга ея. А что же нашъ больной?

Докторъ поправилъ золотые очки и посмотрѣлъ по сторонамъ, отыскивая больного.

-- Онъ сейчасъ мнѣ откликался, отвѣчала дама.-- Иванъ Петровичъ! крикнула она мужа.

-- Сейчасъ, сейчасъ... Я только лѣкарство принялъ, откликнулся изъ сосѣдней комнаты кряхтящій мужской голосъ и въ гостиной показался, шлепая туфлями, кругленькій и маленькій старичекъ въ халатѣ.

Старичекъ держался такъ, какъ будто бы онъ аршинъ проглотилъ. Шея его была обвязана платкомъ и голова совсѣмъ не поворачивалась на ней.

-- Ну, что наша мушка? спросилъ докторъ.

-- Сильно, должно быть, натянула. Чувствую, что весь затылокъ скоробленъ.

-- А голова больше не болитъ?

-- Не болитъ.

-- Головокруженія нѣтъ?

-- Нѣтъ.

-- Какъ общее состояніе?


-- Отлично. Даже аппетитъ звѣрскій чувствую, но жевать не могу. Какъ начну жевать -- все отдаетъ въ затылокъ.

-- Это, должно быть, отъ образовавшагося у васъ на затылкѣ пузыря, который натянула мушка. Потрудитесь-ка развязаться.

Старичекъ развьючилъ щею отъ платка. Докторъ повернулъ его къ себѣ затылкомъ и сталъ смотрѣть.

-- Да, натянуло... И отлично натянуло. Результатъ превосходный. Признаюсь, что я даже и не ожидалъ такого результата. Волдырь прелестный. Теперь его слѣдуетъ прорѣзать, ну, а потомъ мы посмотримъ.

-- Бога ради, докторъ, прорѣжьте... Вѣрите ли, шею не могу вертѣть...

-- Нѣтъ, самъ я рѣзать не буду. Это не моя спеціальность. Вы должны обратиться къ хирургу. Хирургъ вамъ и прорѣжетъ.

-- Но, докторъ, вѣдь это, кажется, такіе пустяки. Я даже самъ прорѣзалъ бы, но, конечно, не у себя на затылкѣ. На затылкѣ я не могу.

-- Что? Пустяки? Вы думаете, что это пустяки? А я вамъ скажу, что далеко не пустяки. И хирургъ вамъ то же подтвердитъ. Если вы желаете, то я даже сегодня вечеромъ привезу вамъ хирурга.

-- Да какъ же не желать-то, докторъ? Вѣдь мнѣ всю кожу назадъ стянуло. Сами вы рѣзать не рѣшаетесь, такъ надо же кому-нибудь прорѣзать. Прорѣзать необходимо. Привезу хирурга. Ассистента для операціи ему не надо, потому что я самъ могу быть ассистентомъ.

-- Ну, а мушку теперь снять?

Докторъ задумался.

-- Повернитесь еще разъ затылкомъ, сказалъ онъ.-- Вотъ такъ...

-- Ай! взвизгнулъ больной.

-- Терпите, терпите... Долженъ же я изслѣдовать. Вы что чувствуете: боль или неловкость?

-- Право, ужь я не знаю. Кажется, и то и другое.

-- Нѣтъ, вы мнѣ скажите опредѣленно.

-- Да больно. Такъ снять мушку?

-- Гм... Ну, пожалуй, снимите. Потомъ я вамъ пропишу масло, которымъ вы можете помазать и волдырь, и вокругъ волдыря.

-- А простымъ прованскимъ масломъ нельзя?

-- Нѣтъ, нельзя. Тутъ войдутъ въ составъ разныя масла. Они-то и подготовятъ волдырь къ операціи и, такъ сказать, облегчатъ работу хирургическому инструменту. Ну, а что вы замѣчаете при пріемахъ микстуры?

-- При пріемахъ микстуры? Да ничего не замѣчаю.

-- Гм... Странно. Какъ сонъ?

-- Отличный. Но не могу опрокидываться на спину.

-- Это-то и хорошо. Ну-съ, такъ микстуру продолжайте до моего пріѣзда съ хирургомъ, а мушку снимите. Сейчасъ я вамъ пропишу масло для смазыванія волдыря.

Докторъ сѣлъ писать рецептъ и задумался, почесывая у себя ручкой пера за ухомъ.

-- Вотъ что... Съ этимъ рецептомъ, который я пропишу, пошлите въ аптеку Киндербальзама, что на Васильевскомъ островѣ. Въ другой аптекѣ вамъ такъ хорошо не сдѣлаютъ. Тутъ будетъ особенный составъ маслъ, сказалъ онъ.

-- У насъ, докторъ, Лидочка что-то хвораетъ, начала дама.-- Посмотрите ее, пожалуйста. Жалуется на шею. Шея болитъ.

-- Посмотрѣть посмотрю, но лѣчить не возьмусь. Я не спеціалистъ дѣтскихъ болѣзней. Обратитесь къ доктору Безпутнову.

-- Няня! Приведи сюда Лидочку! Конечно, можетъ быть, это пустяки, но...

Нянька ввела маленькую дѣвочку. Докторъ пощупалъ у дѣвочки шею и произнесъ:

-- Кажется, что ничего, просто железа распухла, а впрочемъ лучше обратитесь къ Безпутнову. Онъ спеціалистъ. Дѣти это особенная спеціальность. Ну-съ, такъ вотъ рецептъ... И до свиданія. Вечеромъ я пріѣду съ хирургомъ.

Докторъ раскланялся и ушелъ.

-- Какой осторожный докторъ, проговорила ему вслѣдъ дама.

-- Да. Вотъ за эту осторожность я его и люблю. Это дѣлаетъ ему большую честь, отвѣчалъ старичекъ.