# После театрального сезона

Николай Александрович Лейкин

H. А. ЛЕЙКИНЪ.


ГОЛУБЧИКИ

РАЗСКАЗЫ

съ рисунками художника А. И. Лебедева.


Премія къ журналу "Осколки" за 1889 годъ.


С.-ПЕТЕРБУРГЪ.

Типо-Литографія Р. Голике, Троицкая улица, No 18

1889.


## ПОСЛѢ ТЕАТРАЛЬНАГО СЕЗОНА.


-- Захотинъ!

-- Донской! Когда пріѣхалъ?

-- Сегодня. А ты?

-- Вчера. Здоровъ ли?

И два гладкобритые человѣка среднихъ лѣтъ троекратно расцѣловались. Одинъ изъ нихъ былъ съ густой черной шевелюрой, другой съ рѣденькими бѣлокурыми волосиками. Черный былъ одѣтъ въ свѣтлую пиджачную парочку, бѣлокурый былъ въ сюртукѣ.

-- Ты чай здѣсь пьешь, что ли? спросилъ черный.

-- Чай. Да можно и водки выпить. Присаживайся.

Они усѣлись около столика у окна и закурили папиросы. Трактирный органъ по случаю первой недѣли великаго поста не игралъ.

-- Такъ водки выпьемъ? задалъ вопросъ бѣлокурый.

-- Можно и водки. Соленой осетровой тешкой съ хрѣномъ закусимъ. Человѣкъ! Принеси графинчикъ очищенной и на закуску соленой тешки... распорядился черный.-- Ну, какъ дѣла?

-- Ни шатко, ни валко, ни на сторону. Въ три полубенефиса тысячу рублей взялъ, отвѣчалъ бѣлокурый.-- А у тебя?

-- Постой... Ты мнѣ прежде скажи, гдѣ служилъ?

-- Въ Залихваевѣ. Весь сезонъ тамъ игралъ.

Черный погрозилъ ему пальцемъ и сказалъ:

-- Не можетъ быть, Алешка, чтобы ты въ Залихваевѣ на три половиной тысячу рублей взялъ. Ты врешь.

-- То-есть, около тысячи.

-- То-есть что такое: около? Около тысячи и сто рублей, и двѣсти, и триста.

-- Увѣряю тебя, больше шестисотъ взялъ.

-- И это врешь! Въ Залихваевѣ нельзя столько взять.

-- Да вѣдь призы за мѣста были, подарокъ получилъ я отъ публики.

-- И съ призами и съ подаркомъ -- и то врешь.

-- Ну, ты хочешь знать навѣрное? Изволь. Подарокъ надо цѣнить въ сто рублей. Великолѣпную булавку съ брилліантомъ публика мнѣ поднесла. Такъ вотъ съ призами и подарками. Я взялъ на трехъ половинкахъ около трехсотъ рублей.

Бѣлокурый потупился.

-- Ну, вотъ этому я повѣрю, что около трехсотъ рублей, сказалъ черный, покачалъ головой и прибавилъ:-- Зачѣмъ же ты врешь, Алешка?

-- Да вѣдь какъ тебѣ сказать... Что жь себя обезцѣнивать-то? Да я взялъ бы и тысячу рублей... Въ послѣдній масленичный бенефисъ взялъ бы около пятисотъ, а то и больше, но тутъ случилось обстоятельство... Пріѣхала на масленую собачья комедія съ обезьянами, начала свои представленія въ циркѣ, ну и отбила всѣ сборы у театра. Ни у кого изъ актеровъ на масленой сборовъ не было. Четыре бенефиса -- и ни у кого сбора. Въ собачью комедію публика валомъ валитъ, а у насъ пусто. Кромѣ того, въ день моего бенефиса тещу у городского головы хоронили. Передъ самымъ моимъ бенефисомъ угораздило ее умереть. Поминки длились до ночи. Перепились всѣ страсть. Вся публика была на похоронахъ, такъ какой-же тутъ сборъ! Съ одной стороны собачья комедія, съ другой стороны похороны.

-- Такъ сколько же ты взялъ въ масленичный бенефисъ? приставалъ черный актеръ.

Бѣлокурый актеръ махнулъ рукой.

-- Да что! И говорить не стоитъ, пробормоталъ онъ, отвернувшись.

-- Нѣтъ, однако?

-- Семь съ полтиной на очистку вышло. Остался послѣ спектакля въ буфетѣ, да тутъ же эти семь съ полтиной и пропилъ.

-- Не важны же были твои дѣла... А давеча хвастаешь! усмѣхнулся черный актеръ.

-- Да вѣдь и у тебя, Анемподистъ Яковлевичъ, поди, не важныя.

-- У меня не важныя, такъ я и не хвастаю. Я говорю прямо: я въ прощеное воскресенье ночью отъ долговъ убѣжалъ. Оставилъ въ гостинницѣ пустой чемоданъ и убѣжалъ.

-- Ты гдѣ служилъ?

-- Въ Балабаевѣ.

-- Ну, въ Балабаевѣ, такъ само собой. Какія же тамъ могутъ быть дѣла!

-- Ну, не скажи. Съ сентября дѣла тамъ начались недурно, а въ ноябрѣ трактирщикъ Косоглазовъ выписалъ пять штукъ арфянокъ, бабы бойкія -- одна къ одной. Ну, вотъ и началось умаленіе. Купцы совсѣмъ, почитай, отъ театра отшатнулись. Сидятъ себѣ въ трактирѣ съ арфянками, да и шабашъ. Въ трактирѣ ликованіе и драки, а у насъ въ театрѣ пустота, хоть шаромъ покати.

-- Хороши, что ли, ужь очень арфянки-то были?

-- Вначалѣ были ничего, а потомъ ужь крѣпко поистрепались. Да развѣ пьяный человѣкъ это замѣчаетъ? А главная статья -- арфянки даромъ... То-есть, оно если поразсчитать, то арфянокъ-то втрое дороже послушать, чѣмъ въ театръ сходить, но вѣдь купцамъ это невдомекъ. Имъ вотъ одно, что входъ даромъ. Потомъ эти арфянки какъ пооперились отъ купцовъ -- начали костюмами щеголять. Что ни недѣля, то новые костюмы себѣ шьютъ. Да вѣдь какіе костюмы-то!.. На манеръ акробатскихъ... Только вотъ здѣсь малость прикрыто, а остальное -- трико. А купцы это любятъ. Вѣдь съ арфянкой и выпить можно, а купцу это первое удовольствіе. Ну, а наши актрисы были все замужнія, съ ребятами. Зоветъ ихъ публика послѣ спектакля въ ресторанъ -- не идутъ. Ну, и уронили дѣло.

-- Вотъ оно, чистое-то искусство! вздохнулъ бѣлокурый актеръ.

-- Не тебѣ, дураку, о чистомъ искусствѣ говорить! огрызнулся черный актеръ.-- Я очень хорошо помню, какъ ты въ Рыбинскѣ въ свой бенефисъ колесомъ по сценѣ прошелся.

-- Да вѣдь только всего одинъ разъ было. Кромѣ того, вѣдь я комикъ. Ты, Анемподистъ Яковлевичъ, по себѣ не суди. Ты трагикъ, а я комикъ. Отчего же, Анемподистъ Яковлевичъ, ты такъ задолжалъ, что отъ долговъ-то сбѣгать пришлось?

-- Антрепренеръ и половины жалованья не заплатилъ.

-- Ай-ай-ай! покачалъ головой бѣлокурый актеръ.

-- Ну, чего ты айкаешь-то! Вѣдь и тебѣ, поди, твой антрепренеръ не заплатилъ.

-- Ежели ужь по правдѣ сказать, то, дѣйствительно, не заплатилъ.

-- Ну, вотъ видишь. Гдѣ у тебя булавка-то, которую въ бенефисъ тебѣ поднесли? Цѣла ли?

-- Давно уже въ мытьѣ.

-- Да подносили ли булавку-то брилліантовую? Говори прямо.

-- Въ прошломъ сезонѣ подносили, а въ нынѣшнемъ, дѣйствительно, не подносили.

-- Ну, вотъ хорошо, что сознался. А то терпѣть не могу, кто вретъ. Пей водку-то.

-- Ваше здоровье!

-- Деньги-то у тебя есть ли?

-- Рублей двадцать осталось.

-- А у меня и того нѣтъ. Я пріѣхалъ сюда, чтобы хоть концертъ съ живыми картинами гдѣ-нибудь въ клубѣ дать и хоть чуточку поразжиться. Самъ читать стихи буду. Ты вѣдь куплеты поешь. Хочешь, пополамъ концертъ дадимъ?

-- Съ удовольствіемъ.

-- Ну, такъ пей, да потолкуемъ.