# Мощи св. Иоанна и герцогиня Анна

Жюль Леметр

Текст издания: журнал "Нива", 1895, No 16.

## Мощи св. Иоанна и герцогиня Анна


Рассказ Жюля Леметра.

(С французского).


Приход "Пальца св. Иоанна", в Бретани, называется так потому, что в его церкви хранится одна из драгоценнейших католических реликвий,--палец св. Иоанна Крестителя, топ. самый палец, которым девятнадцать столетий тому назад он указывал стекавшимся к нему на берега Иордана толпам Божественного Искупителя мира.

Еще и теперь иногда богомольцы, приходящие сюда поклониться св. мощам, получают исцеление от своих страданий, но три-четыре века тому назад, когда вера была горячей и тверже, чудеса, производившиеся пальцем св. Иоанна, славились по всей стране и даже за ее пределами.

Палец хранился в хрустальном, выложенном золотом, ковчежце, который н предлагался для целования всем жаждавшим исцеления. Достаточно было благоговейно и с верою в сердце приложиться устами к этому ковчежцу, чтобы больной -- особенно если он быль беден -- тотчас же почувствовал облегчение.

Да, св. Иоанн исцелял преимущественно бедных -- крепостных, мелких ремесленников, нищих, вообще ничтожных, низких людей, или, как тогда говорили -- чернь. Что же касается до великих мира сего, то -- как это увидит читатель из нижеследующей правдивой истории, записанной в наших старинных хрониках -- святой был к ним далеко не так снисходителен.

В то время, к которому относится наш рассказ, в Бретани царствовала герцогиня Анна. Несмотря на все свое могущество и свои неисчислимые богатства, герцогиня была очень несчастна. Она страдала страшной, неизлечимой болезнью -- раком, которая причиняла ей тысячи мук и не давала покоя ни днем, ни ночью. Напрасно она обращалась за помощью к знахарям своей страны; напрасно платила она громадные деньги знаменитейшим лекарям Падуи и Равенны, -- их наука и знания не приносили ей ни малейшего облегчения.

Наконец, она решилась искать себе спасения у св. Иоанна. Если человеческое искусство не могло помочь ей, его нетленные мощи должны были избавить се от страданий. Она приказала духовенству перенести к ней во дворец святую реликвию. В случае выздоровления она обещала раздать бедным 10,000 экю. Другие 10,000 экю она обещала дать на украшение храма, в котором хранилась до тех нор святыня.

От церкви "Святого Пальца" до замка герцогини было 10 дней пути. Ковчежец поместили в богатую раку, которую несли монахи, все время певшие духовные гимны. За монахами шла громадная толпа верующих.

В первый день пути, до самого вечера, ветви придорожных деревьев склонялись до земли перед проносимою ракою. Но к вечеру вдруг они перестали нагибаться, и носильщики-монахи почувствовали какую-то неодолимую усталость, которая не позволяла им сделать ни шагу более.

Посмотрели внутрь раки: ковчежца с св. Пальцем там не было. Он исчез и, надо было думать, вернулся в свою церковь. В самом деле, как ни могущественна была герцогиня Анна, святой Иоанн был, в конце концов, выше ее, и не ему к ней, а ей к нему надо было идти на поклонение.

Процессия вернулась назад и назавтра нашла ковчежец с св. Пальцем на его обычном месте, в храме.

Герцогиня Анна поняла данный ей урок. Несмотря на длинный и трудный путь, она собралась и отправилась в дорогу, окруженная громадною свитою. Через несколько дней она прибыла благополучно к цели своего путешествия и поспешила в храм.

Она явилась туда с самым торжественным, достойным ее сана, церемониалом, одетая в парчу и бархат, украшенная драгоценностями и окруженная пажами и фрейлинами. Поцеловав святой ковчежец, при чем в ее поцелуе было столько же благоговения, сколько и снисходительности, она с уверенностью начала ожидать выздоровления.

Выздоровления, однако, не последовало.

Герцогиня заупрямилась. Она решила купить себе его во что бы то ни стало, какою бы то ни было ценою. Она заплатила вперед обещанные 20,000 экю, надеясь таким способом отнять у святого всякую возможность отказать ей в исцелении, взамен ее пожертвования. Она дала обет посвятить Богу -- отдав в Бернардинский монастырь -- свою старшую дочь, славившуюся красотою. Она, наконец, приказала сейчас же осудить и затем сжечь на костре на площади в Ренне, одного еретика, процесс которого тянулся уже несколько месяцев.

Но все это было напрасно. Выздоровление не приходило.

А между тем вокруг нее ежедневно десятки нищих и мужиков, прокаженных и всякого рода больных, исцелялись от одного прикосновения к ковчежцу, в котором хранился св. Палец!

Тогда герцогиня Анна отчаялась и приказала позвать к себе одного старого монаха, славившегося своей мудростью и своими добродетелями.

-- Почему, -- спросила она его,-- святой упорно отказывает мне в милости, которую он так охотно оказывает ежедневно десяткам жалких людей, жизнь которых никому и ни к чему не нужна?

-- Их жизнь, во всяком случае, нужна им самим, -- отвечал ей мудрый старец.-- А то, что святой их исцеляет, доказывает, что эта жизнь нужна также и Богу, которому приятна их наивная вера и глубокая, благодарная преданность.

-- Однако, возразила ему герцогиня, -- разве не было бы в тысячу раз благоразумнее оказать такую милость мне. Я тоже была бы благодарна. Притом, я могущественна и богата, и я не скупилась бы проявить свою благодарность.

-- Ты не знаешь, герцогиня, характера этого великого пророка, отвечал ей старый монах. -- Он был всегда несколько суров и никогда не интересовался ни богатством, ни пышностью. Он одевался во власяницу, подпоясывался веревкою, питался акридами и диким медом. Он принимал ласково приходивших к нему креститься в волнах Иордана бедняков. По когда к нему приходили фарисеи и саддукеи, он отгонял их прочь суровыми словами, ибо знал, что они гордятся в сердце своем и почитают себя выше других людей.

Герцогиня Анна долго размышляла над словами старого монаха. Она видела, что ей не так-то легко будет умилостивить сурового святого, и решилась прибегнуть к хитрости.

Она оделась в рубище и в таком виде, жалкой нищей, незаметно пробралась, смешавшись с толпою богомольцев, в церковь. Также никем нс узнанная, опа приложилась и к святым мощам.

Потому ли, что в ее переодевании не узнал ее и сам святой; потому ли, что это переодевание было началом ее духовного перерождения, -- но герцогиня вдруг почувствовала облегчение. Она была исцелена тоже.

Но, в то время, как святой исцелил ее тело, он исцелил и ее душу. Гордая герцогиня вдруг прониклась новым для нее духом любви и милосердия. Она отказалась от мысли запереть в монастырь свою дочь и отменила приказ о сожжении еретика. Она поняла, что Богу не нужны ни это монашество, ни эта жертва.

И, вообще, с этих пор она отдала на служение добру свою жизнь, свою власть и свои богатства. Она не только помогала бедным, но и любила их, потому что, именно, под видом бедной нищей она удостоилась сама исцеления. Теперь она не считала себя выше других людей и умерла святою.


И.


------------------------------------------------------


Источник текста: журнал "Нива", 1895, No 16. C. 382-383.