# Отчет по обозрении Казанского университета

Михаил Леонтьевич Магницкий

Магницкий M. Л. Православное просвещение

М.: Институт русской цивилизации, Родная страна, 2014.


## ОТЧЕТ ПО ОБОЗРЕНИИ КАЗАНСКОГО УНИВЕРСИТЕТА


М[инистерство] д[уховных] д[ел] и н[ародного] п[росвещения]1, департамент народного просвещения, донесение члена Главного правления училищ действительного статского советника Магницкого, заключающее отчет по обозрении Казанского университета. Апреля 9-го дня 1819 года No 3.


Господину министру духовных дел

и народного просвещения2.


Исполнив возложенное на меня поручение по обозрению Казанского университета, имею честь представить Вашему Сиятельству подробный в оном отчет.

Замечания, отчет сей составляющие, буду я излагать в самом том порядке, которому следовал при обозрении, и потому представляю в 1-м отделении 1-й части состав университета, во 2-м отделении обозрение наружного его благоустройства, в 3-м отделении состояние хозяйственного управления, в 4-м отделении положение учебной его части, в 5-м отделении часть нравственного его образования.

Сие составит I часть отчета. Потом изложу во II части оного в 1-м отделении состояние Казанской гимназии в порядке хозяйственном, учебном и нравственном, во 2-м отделении разных заведений, при университете находящихся.

В III части в 1-м отделении представлю общее заключение или краткое извлечение из всего отчета, а во 2-м отделении изложу мнение мое, которое Вашему Сиятельству в предписании своем изволили требовать о приведении Казанского университета в надлежащее устройство или замену его в случае невозможности исправить новым порядком учебного управления.


## Часть I. Отделение 1-е. Общий состав университета


Совет университета состоит из 23 профессоров и адъюнктов3, из сего числа пять только имеют голос и уважение, но не могут дать делам надлежащего исправления, ибо большинство голосов, движимое личностью и посторонними влияниями, действуют решительно.

Большинство членов состоит 1-е: из иностранцев, в числе коих человека два люди достойные, другие ни языка нашего, ни законов и порядка не знают. Прочие же сами люди запутанные в делах и неблагонадежные.

2-е: из молодых людей русских профессоров и адъюнктов, добрых и благонравных, но воспитанных и произведенных, по большей части весьма снисходительно, теми самыми, кои делали злоупотребления, а потому голоса сих последних, в числе 13-ти, кроме двух, всегда подкрепляли зло по самому невинному побуждению почтения и благонравия.

Посреди сего Совета старый и пронырливый профессор Яковкин4 господствовал своим влиянием. Запутанность его счетов проходила без замечаний. Беспорядок и самовольство хозяйственного управления оставались без надлежащего отчета. Ученики гимназии, недоученные, принимались по его покровительству в студенты без строгого испытания. Дети частных людей, живущие у него на пенсионе, допускались к лекциям профессоров под названием слушателей и, не ходя на лекции, а почислившись на оных три года, получали или звание студентов, или аттестат.

Сие состояние Совета, обратившегося в посмеяние самых его членов, изъясняет все замеченные министерством беспорядки и неустройства лиц и заведений, ему подчиненных.

Имею честь представить здесь в доказательство того духа, которым Совет вообще заражен, рассуждение о разных системах нравоучения, профессором философии сочиненное, одобренное и напечатанное в университете и произнесенное в торжественном собрании прошлого года5.

Если нужно будет, то и еще могу я представить сочинение сего рода, оставленное мною в Казани, потому что оно не напечатано и было взято и рассмотрено мною в рукописи.

Изложив сие общее понятие о составе и духе центрального управления Казанского университета, подступлю я к представлению прочих частей моего отчета, кои по мере раскрытия их во всей подробности покажут последствия, от сей причины проистекшие.

К сему отделению приобщу я записку о главнейших членах Совета с замечаниями, почерпнутыми из послужных их списков; из личного моего с ними знакомства; из рассмотрения их сочинений, из слушанных мною лекций и осмотра порученных им заведений.


## Отделение 2-е. Обозрение наружного и полицейского благоустройства Казанского университета


Пять домов, университетом занятые, построены и накуплены весьма ненадежные. Университет, приняв их положение в 1814 году, стал продолжать настояния о их починке, еще в 1813 году сделанные. Начались сметы для их исправления архитекторами, не знающими архитектуры и коих постройки непрестанно валятся.

Вместо того чтобы сказать, что некоторые из сих зданий куплены почти в развалинах, а другие пришли в сие состояние вскоре после постройки, составили расчет на их починку в сто тысяч рублей с лишком.

Отпущены 35 тыс. руб. на необходимейшие починки. Деньги сии употреблены теми же незнающими архитекторами на починки наименее нужные; ибо, например, вместо укрепления треснувшей до фундамента капитальной в доме стены выбелили другие и т. п. Деньги сии растрачены без всякого хозяйственного надзора и частью неправильно покупкою материалов без подряда и на добрую веру экзекутора6.

В сем состоит развязка тех запутанных представлений и смет, кои затрудняли министерство в сношениях его с университетом по сему предмету.

Необходимо нужно будет послать отсюда опытного и надежного архитектора для осмотра всех зданий, университету принадлежащих.

После сего осмотра откроется, что есть такие здания, которых и чинить нельзя; а нужно будет перестроить, или если они совершенно негодны, то должно будет, сломав, построить новые. Откроется, что в главном здании университета передняя стена наклонилась и через времени угрожает падением.

Когда архитектор произведет сей осмотр и сделает смету для приведения университетских зданий в надлежащую безопасность; то нужно будет его оставить на время в Казани членом строительной комиссии, которая не заключала бы контрактов с Казанскими монополистами Савиновым и Калмыковым, как то доселе было, а заготовляла бы сама все нужные материалы, хозяйственным образом и под личною ответственностью произвела строение по утверждении здесь смет и фасадов.

Для состава сей комиссии можно будет употребить профессоров, коим как предмет сей, так и бывшие злоупотребления известны.

О заимствовании нужного для сего суммы, без особенного назначения из строительного капитала <...>, я имею честь представить в своем месте при общем мнении по осмотру (часть III отделение 2-е).

В пяти домах, университету принадлежащих, между тем как студенты стеснены в помещении, а ученики гимназии и комнат для уроков не имеют, и учатся в спальнях, чиновники университета занимают 90 покоев, кроме тех, кои заняты служителями, солдатами и разными принадлежностями.

Профессора Арнгольд и Герман имеют: первый 11, а последний 10 покоев. Секретарь университетского управления занимает 6 комнат, а переплетчик университета 3 и т. д.

В рассуждении полицейского устройства в университетских зданиях экзекутор найдет много весьма неисправным. Беспорядок пожарных орудий и невозможность ими действовать могли подвергать ежедневно обширное университетское здание опасности от пожара. По моему приказанию трубы исправлены, ведра и прочие принадлежности собраны в одно место и удобно могут быть ныне взяты к немедленному употреблению. Но оставалось еще сделать следующие распоряжения, коих по краткости моего в Казани пребывания не мог я привесть в действо, и предложения к исполнению Совету, а именно:

1-е: рассохшиеся рукава труб или вычинить, ежели можно, или переменить новыми.

2-е: неудобные, по тягости и огромности их, багры переделать в обыкновенные.

3-е: сделать расписание пожарной команды таким образом, чтобы в случае нужды каждый солдат знал орудие, которым должен действовать, и чтобы немедленно мог при оном явиться по известному знаку.

4-е: пожарных служителей поручить в команду надежнейшего унтер-офицера, который в должности брандмейстера за исправность пожарных орудий и служителей лично ответствует под начальством экзекутора.

Исправность сей команды не только обеспечит безопасность университета, но и пособием полиции может быть в пожарах поблизости университета.

К неисправности экзекутора должен я был отнести нечистоту, которую нашел в классах, столовых, спальнях и кухнях.

Восстановление повсеместной чистоты и порядка в несколько дней доказало, что они были возможны и могут всегда быть сохраняемы.

Сохранение их возложил я на личную ответственность инспектора студентов и гимназии, доколе сия последняя в университетском доме будет находиться.

В спальнях студентов нашел я воздух испорченным и повторил замечание, инспектору мною сделанное, о немедленном устроении отдушин, которые впускали бы в комнаты нужное количество воздуха для освещения их поутру и на ночь. Я заметил, что в коридорах у всех почти печей унесены заслонки и даже двойные вьюшки и что беспорядок сей может иметь опасные следствия, ибо против самых печей видел я большие щели в полах.

Инспекторам, каждому по своей принадлежности, поручено сие осмотреть и немедленно представить опись недостающим заслонкам и железным листам своему начальству.

Для предупреждения же подобного неустройства на будущее время предоставил я право ректору или проректору исправлять все подобные небрежности экзекутора на его счет.

Нестерпимую неопрятность стола и буфета учеников гимназии и их кроватей поставил я на замечание главному надзирателю оной; а приведение сей части в надлежащий порядок поручил особенному попечению директора гимназии и надзору инспектора.

Для лучшего наблюдения за сохранением чистоты во всех зданиях университета и совершенного порядка в классах гимназии и факультетов поручено мною проректору составить образование такого внутреннего надзора, который бы, начинаясь от входа в университет, окружал непрестанно учеников и студентов.

Для сего предложил я:

1-е. Чтобы учрежден был особенный привратник, как то бывает во всяких публичных заведениях.

2-е. Чтобы в гимназии из учителей, а в университете из студентов было составлено дежурство.

3-е. Чтобы каждый вечер дежурные доносили своим инспекторам, а инспекторы ректору о всех происшествиях дня.

Для исполнения сих распоряжений предложил я Совету утвердить выбором постоянного инспектора студентов и переменить главного надзирателя гимназии, который как по беспорядку оной, так и по причинам, далее в части II отделении 1-м о гимназии изъясненным, в настоящей должности остаться не мог.

Внутренняя полиция университета в самом дурном положении. Инспектор студентов, профессор Брейтенбах, есть человек слабый, в отношении своей должности, он навещает студентов весьма редко, то есть через несколько дней, и они живут без всякого за ними присмотра. Когда сделан мною вопрос о числе их, то для узнания оного собирались от профессоров сведения о числе слушателей на их лекциях.

Неопрятность комнат, студентами занимаемых, невзирая на приготовления, к приезду моему сделанные, поразила меня. Белье постельное нашел я в самом дурном состоянии, и многие постели без простыней и наволочек. Кухня и все в ней принадлежности, как то посуда и прочее, найдены в столь большой нечистоте, что без отвращения видеть их не можно.

К довершению беспорядочного управления студентами, по предписанию бывшего министерства, не содержатся они от университета, но получают жалованье и занимаются сами своим хозяйством, в рассуждении стола и других потребностей. Сие имеет то неудобство, что отнимает у них нужное для существеннейших занятий время, оставляет в их распоряжении деньги, которые они и во зло употреблять могут и по неопытности их самого содержания надлежащим образом не обеспечивают.


## Отделение 3-е. О хозяйственном управлении университетом


По хозяйственному управлению университета нашел я только в порядке хранение университетских сумм; но и здесь не мог свидетельствовать 50 руб. медью, сложенных по недостатку места и ветхости мешков таким образом, что один замок и печать сохранение их обеспечивают. Впрочем, заготовление разных для университета потребностей, как то дров, свеч, провианта и фуража, производилось в противность общих и частных университетского устава постановлениям, не подрядом, а закупом, через экзекутора. Хотя в оправдание сей совершенно противозаконной меры и представлено мне то, что покупки производят справочно из цен; но так как, несмотря на сие, цены сии превышают истинные торговые, то из сего следует только то, что справочные цены, будучи обыкновенно везде, а особенно в Казани, чрезмерно велики, закрывают злоупотребление закупов некоторым благовидным извинением.

Изъяснив сие Совету университета, я предложил ему восстановить сию часть управления на законном ее основании.

Сверх сей неисправности закупов самое хранение разных потребностей и особенно дров нимало не обеспечено.

Каждый мог брать их по произволу всякой определительности. Я поручил сделать по квартирам назначение их количества сообразно числу людей на законном основании.

Усмотрев из поданных мне отчетов построениям и починкам университетских зданий, что в оных на довольно значащие суммы закупка материалов производилась через экзекутора без всякого другого отчета, кроме показания имени купца, у которого что-либо куплено, сделал я надлежащее замечание Совету и предложил отменить сию важную неправильность навсегда, а экзекутора, замеченного мною с сей стороны весьма неблагонадежным, обратив на одно исполнение полицейских его обязанностей, поручил всю хозяйственную часть особому эконому, по назначению Совета.

В сем заключается причина того неумеренного увеличения издержек, которое возрастало.

Окончив обозрение хозяйственной части Казанского университета, не нарядил я особой комиссии для строгого и подробного обревизования университетских счетов по следующим причинам:

1-е. Все старые счеты, в которых заключается наибольшая часть неправильностей, представлены были прежнему начальству народного просвещения и оставлены тогда без замечания, что Совет, принимая за утверждение оных, в сем смысле и отозвался мне.

2-е. Смерть покойного ректора подала способ ссылаться во всех затруднительных случаях на личные его распоряжения.

3-е. Учет самый подробный, невзирая на вышеизложенные к нему препятствия, открыл бы, без сомнения, растрату важных сумм без закрытия даже оной законными формами, но он не обнаружил бы подлинно виноватых и не доставил бы способа вознаградить потери казны, ибо и все имущество целого Совета двадцатой части ее не составит.

По сим причинам и ограничил я действие мое, по сему предмету, строгим замечанием Совету и предложением о прекращении бывших по хозяйственной части неустройств на будущее время; для чего и приняты мною на месте все нужные меры, как Ваше Сиятельство из представленного у сего списка, с последнего моего предложения, усмотреть изволите.


## Отделение 4-е. О положении учебной части Казанского университета


I. Факультет нравственно-политических наук

В факультете сем не нашел я главной науки -- Закона Божия.


Из справок, по сему случаю мною взятых, открылось, что еще в 1814 году покойный ректор Браун заявил Совету о лжеумствовании студентов и просил, чтобы для отвращения оного открыты были лекции Закона Божия. Совет представлял попечителю, но представление сие осталось без разрешения. Потом, в прошлом году, профессор Городчанинов входил в Совет с таким же настоянием; Совет положил сделать справку и доложить присутствию; но сего доселе не исполнил.

Самое разделение наук сего факультета неправильно и с уставом несообразно.

В уставе положен после профессора естественного, политического и народного права, по точному разделению самой науки права, профессор гражданского и уголовного, сказано, судопроизводства; но под сим словом разуметь должно право Российской империи; ибо общие начала гражданского и уголовного права предшествуют науке судопроизводства, которое составляет только дополнение к оным. Итак, положено учить гражданскому и уголовному российскому праву; а учат вместо того одному российскому уголовному.

В уставе положен, равномерно в порядке самой науки права, профессор прав знатнейших как древних, так и новейших городов; а учат вместо того римскому и общему уголовному праву, с применением к сему последнему римского, германского и опять российского законодательства, хотя для того и есть особенная кафедра.

Причиной сей запутанности в разделении учебных предметов есть произвольное их назначение самими преподавателями без всякого общего собрания, которое введено сначала и оставалось доныне.

Впрочем, в сем факультете один профессор Солнцев преподает лекции на латинском языке; один он занимается своей частью с прилежанием; имеет собрание нужных для нее авторов; составляет записи и принял деятельные меры к тому, чтобы студенты ходили на лекции.

Профессор философии Срезневский, воспитанник здешнего Педагогического института, следуя системе Якоби7, руководствуется духом не весьма полезным и по счастию преподает лекции свои так дурно, что их никто не понимает. Просидя в классе его два часа, спросил я студентов, в чем лекция того дня состояла, и ни один не знал сего. Полагая, что присутствие мое могло быть причиною сего странного рассеяния, сделал я некоторые вопросы из истории философии, которую они прежде слушали, но в том ни одного из них удовлетворительного ответа не получил.

Адъюнкт Манасеин, преподающий лекции естественного, политического и народного права, в отсутствии; он открывает училища в Кавказской губернии.

Из послужного его списка видно, что он сам преподаваемой им науке доучивался в Петербурге не более полутора года, после чего и утвержден здесь же адъюнктом права.

Нет ничего жалостнее преподавания российского уголовного права профессором Врангелем. Ни понятия о преподаваемом им предмете, ни познания языка российского, на котором преподает, он не имеет. Поучась в нескольких немецких университетах, вступил он юнкером в Комиссию составления законов и переехал в Казань, из юнкеров Комиссии в пять лет сделался профессором. Он зять г-на Яковкина.

Профессор дипломатической политической экономии Цеплин есть человек самый пустой и читает лекции политики, самой тщетной и почти не существующей науки.

Профессор Кондырев преподает лекции политической экономии по Сарториусу8, который никак не может служить руководством в сей науке; ибо и сам издал только сокращение Смита9.


II. Факультет физико-математической науки


Профессор Броннер, преподававший лекции теоретической и опытной физики, весьма недостаточно заменяется магистром Кайсаровым.

Впрочем, часть математических наук сего факультета заслуживает особенное внимание, по выбору преподавателей можно сказать, что одна сия часть составлена правильно и преподается отлично хорошо. Университет обязан сим случаю. Попечитель Румовский10, будучи сам известный математик, занимается сим рядом наук предпочтительно, а с тех пор люди, при нем выбранные и образованные, остались доныне.

Профессор Бартельс есть человек, отлично знающий, но не довольно хорошо знает по-русски и лекции преподает вместо русского на немецком, а иногда, смотря по разумению студентов, и на латинском языке.

Он вообще кажется лучше мог бы быть академиком, нежели преподавателем. Теперь он болен и, сколько мне известно, желал бы отправиться в Швейцарию.

Экстраординарный профессор астрономии и наблюдатель Симонов11, молодой человек, отличный познаниями и поведением, известный в чужих краях и подающий самую большую надежду на будущее время. Он преподает лекции свои прекрасно и предлагал Совету правила для экзамена студентов в математических науках, весьма основательные и необходимые, но предложение сие, показавшееся слишком строгим, не было принято.

Экстраординарный профессор Никольский12, сверх отличных достоинств, по своим знаниям в математике и по нравственным качествам имеет и то достоинство, что факультет, отдавая справедливость его отменно ясному преподаванию, склонил его давать лекции первым началам чистой математики для вступающих из гимназии студентов. Неправильность сего распоряжения, противного Уставу и самому образованию учебной системы, где все приуготовительные науки составляют курс гимназии, не отнимая из профессора Никольского чести, скромности и усердию его принадлежащие, открывает состояние учения в Казанской гимназии и снисходительность, с какою университет допускает в студенты людей, первым началам существеннейших познаний не обученных.

Вместо сего неправильного доучивания следовало бы не принимать недоученных; но тогда университет не имел бы студентов; а без студентов и профессоры не могли бы долго получать своих окладов и университет не мог бы сохранить того призрака существования, который с сидящими на лекциях учениками под именем студентов мог он иметь доселе.

Экстраординарный профессор Лобачевский13, хотя и отсутствующий ныне, по общему отзыву есть человек отлично знающий.

Адъюнкт Дунаев в преподавании химии не может достаточно заменить хорошего профессора сей науки.

Профессор естественной истории, доктор Фукс, есть человек отличный и в ученом свете известный.

Профессор сельского домоводства и технологий, Брейтенбах, преподает лекции сих тщетных наук весьма недостаточно, на немецком языке. Занимает две кафедры, для жалованья; а имеет в одной и другой 4 слушателя потому только, что, отправляя должность инспектора студентов, может он принудить и принуждает тех из них, кои разумеют по-немецки, ходить к нему на лекции.

Итак, в сем факультете преподавание математических наук в порядке, а, впрочем, один г-н Фукс может преподавать лекции настоящим образом.


III. Факультет врачебных наук


Кафедра профессора анатомии, физиологии и судебной медицины, вопреки всякому порядку и университетскому уставу, занята студентом Отсолигом, под руководством декана факультета. Сей молодой человек может быть хорошим учеником, но не учителем.

Таким образом, медицинские науки преподаются на факультете далее, но надлежащего основания не имеют.

Патологию, терапию и клинику преподает за профессора сих наук профессор Фукс. За профессора врачебного веществословия, фармацевтики и врачебной словесности преподает профессор медицины и хирургии доктор Вердерамо, человек отлично достойный и в ученом свете известный. Он же преподает лекции повивального искусства.

Профессор Арнгольд, человек, не знающий латинского языка и не умеющий доселе собрать остова тела человеческого, человек, коего незнание в хирургии обличается представляемым у сего списком сделанных им операций, преподает лекции хирургии.

В сем факультете 6 студентов, которые, считая жалованье профессоров, помещение и отопление, стоят 15 тыс. руб. в год.


IV. Факультет словесных наук


Профессор красноречия, стихотворства и российского языка, Городчанинов, человек весьма доброй нравственности и знает язык правильно, но подает невыгодное мнение о своем вкусе, ибо делает критический разбор, в виде образцовых творений, одам графа Хвостова14, преподает и печатает оные. Не отнимая достоинств от сего поэта, позволительно желать, чтобы разбору его творений предшествовал разбор Ломоносова, Державина и Жуковского.

Кафедра греческого языка существует только названием. Студенты не умеют читать по-гречески.

Хотя в описании занятий кафедры латинской словесности и поставлен разбор Горациевых од15; но в Дополнительных курсах, как далее будет сказано, учат студентов грамматике по книге Бредера16, что доказывает, что они не могут еще понимать Горация.


V. О Дополнительных курсах


Дополнительные курсы можно разделить на два рода, а именно:

1-й. Доучивание студентов, кои принимаются без строгого экзамена, кои, выше показано, первым началам чистой математики профессором Никольским и латинской грамматики учителем гимназии Сычуговым.

2-й. Употребление людей, произведенных в высшие ученые достоинства, дабы имели они какое-либо упражнение за получаемое жалованье, таковы: 1-й: занятый непомещенным в математическом отделе профессором Лобачевским. 2-й: преподаваемый адъюнктом естественной истории Тимьянским, философии ботаники, которая принадлежит к кафедре г-на Фукса и, без сомнения, им лучше преподаваема быть может. 3-й: военной и гражданской архитектуры, преподаваемой адъюнктом Петровским. 4-й: статистика Российской империи, которая в то же время в своем факультете преподается профессором Яковкиным. 5-й: всеобщей теории изящных наук и правил российской прозы, из которых последний предмет принадлежит по роду своему к кафедре красноречия и поэзии. 6-й: всеобщей географии, которая в то же время преподается профессором Томасом. 7-й: древней географии, которая также составляет только часть при историческом преподавании, в своем факультете.

Лектор татарского языка имеет одного ученика и получает за него 600 руб. в год.

Те беседы со студентами на латинском языке, к которым § 119-й университетского устава приглашает профессуру, никогда не имели места.

Из изложения сей статьи об учебной части Казанского университета Ваше Сиятельство усмотреть изволите, сколько она недостаточна: по полноте факультетов, от недостатка нескольких профессоров, по неспособности многих преподавателей, по невниманию Совета к распорядку учебных предметов и установлению единообразной и доброй методы преподавания, по недостатку надзора за профессорами и студентами, ходящими произвольно на лекции; по легкому приему в студенты людей, недоученных существеннейшим предметам; низших учебных степеней; по снисходительному производству из сих самых студентов в высшие ученые степени.

Но сколько ни горестно подобное положение одного из высших учебных заведений, стоящего уже правительству два миллиона рублей, желать бы еще можно, чтобы вред его ограничивался сею одною ничтожностию и денежною потерею.

Следующее за сим отделение откроет зло гораздо важнейшее.


## Отделение 5-е. О нравственном образовании воспитанников Казанского университета


Признаюсь Вашему Сиятельству, что, невзирая на вопль ученых и полуученых целой Европы против намерения основать зыблющийся храм науки на едином, твердом краеугольном камени, я не постыдился спросить у студентов, наученных профессорами философии управляться нравственным законом, слыхали они что-либо о законе Божием, письменном и откровенном, и, к прискорбнейшему удивлению нашему, услыхал, что многие из них не знают числа заповедей; другие отвечали мне, что Бог написал их на двух, а не на трех скрижалях, потому что так Ему было угодно, и, невзирая на то, что в расписании наук занимаются якобы они разбором Одиссеи, ни один из тех, коих вопрошал я, не знает, что значит слово Евангелие. Между тем как сочинения Вольтера выбросил я из библиотеки, отобранной для чтения студентов их инспектором.

Итак, доказанная мною в предшествовавшем отделении полуученость воспитанников довершается неверием и самым глубоким невежеством в Законе Божием. Из людей, так образованных, выпущено уже в пятнадцать губерний 43 учителя.

Ваше Сиятельство усмотреть изволите из выше-представленного мною предложения моего университетскому Совету в статье IV, что я был вынужден оставить в актах университета сей горестный ему упрек и некоторое увещание о соглашении впредь университетского духа с духом того правительства, которое, сделав для него доселе важные пожертвования, вправе требовать, чтобы он основывал ученость своих воспитанников на благочестии.

На будущее время сие важное зло может быть искоренено выбором надежного попечителя, но прошедшей от него вред, то есть пятнадцать губерний, наводненные учителями, в сем воспитании образованными и ныне других также образующими, весьма важен и, по моему мнению, не скоро исправлен быть может.

Новому попечителю необходимо нужно будет узнать лично директоров всех подведомственных университету гимназий с тем, чтобы, увидя неблагонадежных к предполагаемой цели, по их духу, переменить новыми. Другого способа я не вижу.

Статью сию заключу я тем, что каждый из учителей сих, столь противно выгодам и видам воспитавшего их правительства образованный, стоит ему по соображению сделанных на университеты издержек 34 022 руб.

Таков плод, принесенный Казанским университетом в течение 14-ти лет.


## Часть II


## Отделение 1-е. О Казанской гимназии, о порядке хозяйственном, учебном и нравственном


## 1-е. О хозяйственном порядке Казанской гимназии


Профессор Яковкин, человек пронырливый и умевший приобрести благоволение бывших начальств местных и высших, управлявший всем университетом до торжественного открытия, составивший часть университетского Совета из учеников своих, управлял гимна-зиею самовластно и только с некоторыми наружными обрядами ответственности. Он объявил себя независимым от университета потому, что гимназия, им управляемая, имела в 1798 году свои права и доныне называется Императорскою. И таким образом, будучи независимым, когда ему нужно, представлял, напротив, на разрешение университетского Совета свои дела, когда почитал сие для себя надобным, дабы закрыться ответственностию университета, а сей последний, исполняя беспрекословно виды его, ни разу не вопросил попечителя и через него высшее начальство: может ли гимназия, имевшая права до прав университета и ныне сохранить их, когда по уставу все гимназии ему подчиняются? На сем недоумении застал я управление г. Яковкина. Взглянув на накупленные им строения, на развалины тех, кои он строил и, когда они упали, велел разобрать, на новую отстройку гимназического дома, которая без тех мер, кои приняты ныне, как изволите Ваше Сиятельство усмотреть из предложения моему Совету V статьи, без сомнения, вскоре также бы разрушились; на отвратную неопрятность гимназического стола, постелей, белья и всего, к гимназии принадлежащего, на большие издержки, непрестанно для сего заведения возрастающие, на беспорядок отчетов и книг, которому примером служит небольшая выписка у сего, мною представляемая, и когда из всего дела и положений Казанской гимназии сообразил я: 1-е, что она управлялась совершенно безотчетно г. Яковкиным; 2-е, что с вступления только Вашего Сиятельства в Министерство просвещения сие замечено и потому потребованы нужные сведения; 3-е, что при собрании сих сведений открылось, что гимназия, имевшая экономической суммы 128 тыс. руб., не только всю ее, доселе безотчетно, издержала, но и начинала представлять, что нуждается в самых необходимых потребностях, 4-е, что о сем было произведено обследование профессором Никольским и к Вашему Сиятельству от 27 февраля сего года под No 198 представлено, то нашел я от меня зависящим только то, чтобы до нового устройства гимназии приостановить продолжение нестерпимых в оной беспорядков, и потому, склонив г-на Яковкина к представлению мне прошения об отставке, предложил Совету, чтобы до разрешения его участи высшим начальством был он уволен от управления гимназиею немедленно, чтобы место его заступил и занимал до предполагаемого преобразования оной профессор Никольский, недавно обнаруживший весь беспорядок ее хозяйственного управления, и чтобы он вместо новых требований о прибавке сумм искал средства их избегнуть уменьшением расходов и прекращением злоупотребительных издержек, как и указал я ему. В то же время я предложил Совету сменить и всю контору гимназии, как участвовавшую в бывших по оной злоупотреблениях, ибо она могла бы препятствовать г. Никольскому на восстановление порядка, ею самою нарушенного.

Участь г. Яковкина, совершенно виновного, как по сей части, так и по Комитету экзаменационному, как ниже сего усмотреть изволите, приемлю смелость представить на Христианское милосердие Его ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА; ибо он человек старый, больной, обремененный многочисленным семейством и заслуживающий некоторое снисхождение по ученым трудам целой жизни и потому, что, невзирая на все его злоупотребления, он ныне точно в крайней бедности и обременен долгами, кои непрестанно поступают на него по взысканию.


## 2-е. О состоянии Казанской гимназии в учебном и нравственном порядке


Гимназия Казанская столько обесславилась своим неустройством, что жители Казани детей своих отдают предпочтительно в довольно посредственный частный пансион Лейтера, платя за каждого по 700 руб. в год, но в гимназию их не помещают. Некоторые отдали на пансион к г. Яковкину, но для того только, чтобы он своим влиянием помог им получить звание студентов. Впрочем, как учебная часть сего заведения, так и нравственная в самом дурном положении. Закон Божий в таком пренебрежении, что, между прочим, один из 16-летних учеников гимназии не умел прочесть мне Символ Веры до конца.

Я надеюсь, что сделанными мною распоряжениями на месте, о коих имел я честь донести выше сего и которые подробно изъяснил в последнем предложении моем университетскому Совету, поставлена преграда распоряжению замеченного мною зла; а в третьей части сего отчета буду я иметь честь представить коренные направления Казанской гимназии.


## Отделение 2-е. Положение разных учебных пособий, институтов и заведений при Казанском университете


## 1-е. О библиотеках


Библиотека университета заслуживает внимания, она состоит из 17 500 томов. Две библиотеки -- князя Потемкина и доктора Франка -- составляют главнейшее ее основание. В ней есть многие важные редкие и дорогие издания по богословской и медицинской части. Собрание творений довольно обильно, но ни для одной части нет полного. Вся библиотека расположена весьма неправильно, не по роду наук, но по алфавитному порядку авторов. Есть части словесности, по коим нет ни одной книги. По неполноте сей и недополнению ее новейшими по разным частям творениями библиотека сия представляет хотя довольно обширное, но весьма недостаточное и случайное собрание книг, которое требовало бы больших издержек, ежели бы нужно было привести его в надлежащее состояние. По сей причине предложения мои о сей библиотеке буду я иметь честь представить в своем месте, при заключении отчета.


## 2-е. О Кабинете естественной истории


Кабинет естественной истории при университете получил начало от нескольких штуфов17 и чучел, взятых из Казанской гимназии, и до 1817 года распространялся мало-помалу присылаемыми в него штуфами и костями редких животных. В 1817 году приобрели они большое количество штуфов и окаменелостей и сверх того для него куплены у профессора Броннера: 1-е, собрание раковин, заключающее все ряды, Линнеем описанные в числе 1630, и 2-е, собрание минералов, до 2811 штуфов простирающееся. Сие последнее приобретение заслуживает некоторое внимание, но, будучи сделано случайно и не в надлежащей системе, так, как и все сборы сего Кабинета, не представляет нужной в сих собраниях целости, ибо большая часть его отделения неполна, а в иных классах число пород столь малочисленно, что при преподавании не можно показать естественной их связи и переход одной в другую. Сверх того, многие чучелы, которых только 37 пород, испорчены молью, а кости редких животных не описаны. По сим причинам Кабинет сей не может быть иначе почтен, как некоторым началом заведения сего рода и по близости университета к Сибири и тем способом, кои имеет он сделать полное собрание ископаемых сего края, может некогда послужить основанием к оному.


## 3-е. О Ботаническом саде


Ботанический сад и две заведенные в оном теплицы столь маловажны, что не стоят издержек, на них ежегодно употребляемых. Гораздо было бы полезнее, ежели бы прекрасное место, по почве самой земли и по климату, для ботанического саду не способное, обращено было в гулянье для воспитанников.


## 4-е. О физическом кабинете


Физический кабинет, будучи равным образом составлен с 1808 года, случайно и оставаясь с недополнением в порядке, представляет неполное собрание орудий. Недостаток гидравлических, аэростатических, оптических орудий и особенно моделей механических препятствует полному преподаванию опытной физики.


## 5-е. О химической лаборатории


Химическая лаборатория, с 1806 г. учрежденная, была также дополняема погодно. Недостатки (так в тексте. -- А. М.) ее состоят:

1-е: в электрической машине с прибором.

2-е: в хорошем гальваническом снаряде.

3-е: в воздушном насосе.

4-е: в фарфоровых, серебряных и платинных сосудах и многих других приборах для точных химических опытов.

Составляемая же, по недостатку в университетской библиотеке химических книг, особенная, при лаборатории, весьма малозначительна (так в тексте. -- А. М).


## 6-е. Об Анатомическом театре


Ничто не может быть постыднее для публичного ученого заведения, как то, что при Казанском университет называется Анатомическим театром. Он есть изба довольно неопрятная, с русской печью, в которой стоит на столе ящик с инструментами и недалеко небольшой шкап с набранными, как бы по случаю, человеческими, разных частей костями, из коих некоторые объедены крысами. Один полный скелет <...> петуха и двух уток.

Причиною того, что нет остовов человеческих тел мужского и женского, сказано мне медико-хирургом, что 3 мужских тела, 2 женских, один медведь и лошадь размачиваются уже три года в особенном доме, который куплен для сего за городом.

Собрание нужных для театра вещей достойно сего заведения, равно как и представленный мне список хирургических операций, в котором хотя и поставлены некоторые важные, но без означения, что те, над коими они деланы, умерли, как то действительно было, прочие же весьма приличны хирургическому заведению при университете, а именно: 1-е, поставление врачебных свеч; 2-е, выдергивание ресниц; 3-е, вырезание обвисло-сти верхнего века; 4-е, изъятие занозы из века; и 5-е, извлечение конца веретена из ляжки мальчика.

Я соединил сии замечания об Анатомическом театре и Хирургическом институте потому, что сей последний существует только по имени, но действительно оба сии заведения по недостатку знающего профессора анатомии и медико-хирурга, которые бы положили им хотя бы начало, доселе к стыду только университета существуют.


## 7-е. Об университетской обсерватории


Из астрономических институтов, на обсерватории университета находящихся, Бердов круг, Доллондова труба18 с микрометром, Траутонов секстант19 и Астрономические часы весьма хороши и могут быть с пользой употреблены на всякой обсерватории; прочие же орудия не заслуживают никакого внимания, были куплены довольно дорого и бесполезно, ибо между иными есть некоторые до 2 тыс. руб. стоившие, и как куплены потому только, что попечитель Румовский делал некогда помощью их свои наблюдения в Сибири.


## Об Институтах


1. Об Институте клинико-терапевтическом


Они заведены на весьма малом размере; но содержатся в порядке и большой опрятности под надзором доктора Фукса. Я нашел студента Отсолига, за оным надзирающего, весьма хорошо знающим свою должность, а эконома больницы в совершенном порядке. Я осматривал белье больных, хранящееся в шкапах у него в комнате поставленных, нашел его в довольном количестве, совершенной чистоте и самом приличном расположении. Старый служитель сей заслуживает награждения.

Второй Институт хирургический, как я показал выше, не существует.

Института повивального искусства также нет, хотя как тот, так и другой положены.


2. Об Институте педагогическом


В противность устава и существенной пользы учебного округа Казанского университета Институт педагогический существует при нем только именем, и весьма странным образом. Те самые студенты, кои живут в университете, окончив якобы академический курс наук, числом два, под именем кандидатов почитаются Педагогическим институтом. Преподавателями сего мнимого института считаются два магистра. Ни книг, ни других пособий, ни преподаваний в институте, и даже комнаты для оного нет. Есть одно действительно существующее в сем вообразительном заведении: прибавка к жалованью профессора, именуемого директором, и целый почти особенный дом для его помещения.


## О комитетах


Два рода комитетов, из установленных при Казанском университете, заслуживают внимания Вашего Сиятельства, по замечаниям мною сделанным, 1-е, комитеты по разным предметам при университете, с открытия его бывшие, и 2-е, Комитет для экзамена гражданских чиновников.


1-е. О комитетах по разным предметам при университете


Из числа 36 комитетов, с 1806 г. бывших, два или три заслуживают внимания и занимались полезным делом, прочие же: 1-е, одобряли денежные отчеты разных годов, без всякого внимания к сохранению университетских сумм и прекращению противозаконного их употребления, 2-е, представляли обширные статьи предполагаемым зданиям, для описанного мною выше Анатомического театра, 3-е, изыскивали надежнейшие средства для тушения пожаров в университетских зданиях вместо осмотра рассохшихся труб и брошенных багров, которые принужден я был шесть лет после сего комитета чинить и приводить в порядок, 4-е, закрывали жалобы и доносы еще в 1815 г. на директора гимназии, от учителей оной бывшие, принуждая за оные выговор.

В сем состояли упражнения университетских комитетов от 1806 по 1819 г.


2-е. О Комитете экзаменационном


Комитет сей составлен был из известного уже профессора Яковкина, из профессора Бартельса, не знающего по-русски, и профессора Врангеля, зятя г. Яковкина.

Я рассматривал некоторые дела сего Комитета, ибо общее в городе на него нарекание поставило мне сие в обязанность, и нашел, что многие из экзаменов произведены в противность установлениям не в самом Комитете и, следовательно, не в положенное число его заседаний, а на дому у каждого из профессоров, ибо и свидетельства их, отдельно выданные и на коих основан впоследствии аттестат университета, сшиты вместе и составляют некоторые так называемые дела об экзаменах, без выписки из журналов, коих и быть не могло по сему производству.

Примерный в сем роде самый злоупотребительный экзамен сделан титулярному советнику Яшерову, который лично по Симбирской губернии за человека неученого мне известен, делает на экзамене ошибки против русской грамматики, и именно в правописании, и получает аттестат в знании красноречия, разрешает задачи алгебры, совсем ему неизвестной, а на вопросы о правах и политической экономии дает ответы, совершенно смысла не заключающие и доказывающие, что он не умел даже пересказать того, что ему и сих ответов сказывали. Злоупотребление сего экзамена известно даже в публике казанской, но между тем г. Яшеров получил аттестат и по оному чин 8-го класса. Подобных сему экзаменов, из 16-ти комитетом произведенных, большая половина.

Видя сие позорное нарушение закона, под предлогом уволенного от управления гимназии и экзаменационного комитета профессора Яковкина, предписал я проректору университета, при выезде из Казани, приостановить выбор нового председателя сего Комитета, дабы тем прекратить сии злоупотребительные экзамены до разрешения судьбы самого университета.

Виновными в оных нашел я:

Профессора Яковкина и зятя его Врангеля, и как уже выше сего изъяснил о первом свое мнение, то о последнем имею честь представить, что не почитаю его для службы благонадежным и полагал бы уволить от оной, третьего же члена, профессора Бартельса, человека, по учености его заслуживающего уважение, не могу признать совершенно виновным, ибо он не знает по-русски, и вероятно, не вмешиваясь в злоупотребления Комитета, ограничивался экзаменом своей только части, математики.

Отзыв сей слышал я и от всех его товарищей.


## О Типографиях


1-е. О Русской типографии


Типография сия в таком же положении, как и большая часть заведений сего университета. С 1808 по 1815 г. получила она, сперва на обзаведение, а потом на содержание свое, из казны 14 тыс. руб. Всего издержано ею 45 666 руб., и она с готовым помещением и отоплением, которое также стоит за все время по крайней мере 10 тыс. руб., не могла содержать себя, задолжала в хозяйственную сумму университета около 10 тыс. руб. Пришла в совершенный упадок, печатает ныне весьма дурно и медленно, и с начала своего учреждения за 55 тыс. руб., коих стоит, напечатала 77 разных мелких, и в том числе не более девяти довольно полезных сочинений, а несколько и вредных, по духу деизма, в котором они написаны.


2-е. О Азиатской типографии


Типография сия гораздо в лучшем положении, нежели Русская, по состоянию ее принадлежностей и штату, но не приносит того дохода, который приносить должна, по злоупотреблениям, в управлении ее допущенным. Она может быть поставлена на самую лучшую ногу. Может приносить доход правительству печатанием нужных для магометан книг и вместе, будучи орудием библейского общества и не ограничиваясь тиснением Алкорана, может служить к распространению Евангелия на татарском языке. Новое устройство ее можно будет поручить благонадежному директору Казанской гимназии, при которой и можно ее на прежнем основании оставить.

От меня приказано окончить прием сей типографии от бывшего Фактора, выслав его из ее дому, адъюнкту Юнакову, оную принимающему, поручено составить подробное обозрение с предположениями к новому устройству.

Заключая сим отчет мой об университете и всех его принадлежностях, честь имею представить у сего краткую выписку из истории оного, по моему требованию составленную, с некоторыми на нее замечаниями.


## Часть III


## Отделение I. Заключение


Так как все сведения о разных частях управления Казанского университета, как имел я честь изложить в двух предшествовавших частях сего отчета, основаны на документах, по требованию моему от университета мне представленных, подписал я подписями его начальства и разных чиновников утвержденных и кои у меня хранятся, то, по достоверности их, можно безошибочно вывести из настоящего моего представления следующие замечания: 1-е, университет по самому его составу не выполнил и не может выполнить тех обязанностей, кои возложены его уставом.

2-е, он несет только наименование университета и, по принятым формам, представляет некоторый вид сего рода заведений, но на самом деле никогда не существовал, не только не приносит той пользы, какую можно бы ожидать от благоустроенной гимназии, но даже и причиняет общественный вред полуученостию образуемых им воспитанников и учителей для обширнейшего округа, особенно же противным религии их духом деизма и злоупотреблением его, обширных прав своих, по разным частям управления.

3-е, уже семь лет стоит сей вредный университет от 134 до 247 тыс. руб. в год, между тем как две знатнейшие наши Духовные Академии -- Петербургская и Московская, образующие столько отличных христианских учителей, едва и половину сей суммы, сколько мне известно, стоят, а в том же городе, где находится университет, несравненно лучшая его семинария получает на свое содержание не более 15 тыс. руб.

4-е, Гимназия Казанская, по злоупотребительному хозяйственному ее управлению, по недостаточному образованию к выбору ее учреждений и по духу, которым заражена она от университета, представляет заведение в самом дурном положении.

5-е, Управление обширного округа Казанского университета, объемлющее 15 губерний, должно быть в самом дурном положении, судя по тому, что об университете доказано.


## Отделение 2-е. Общее мнение мое по сему делу


На благосклонную доверенность, с которою Ваше Сиятельство предписать мне изволили представить Вам вместе с донесением о всех подробностях осмотра мое мнение об исправлении Казанского университета, ежели исправить его можно, или, в противном случае, о замене его другим родом учебного управления; я иначе отвечать не могу, как по совести и крайнему моему разумению, и потому полагаю понеже нет никакой возможности исправить такое сословие, где из двадцати человек едва треть благонадежных выбрать можно.

1-е. Казанский университет, пользовавшийся всеми правами и преимуществами, присвоенными и свято со стороны правительства сохраненными, нарушивший со своей стороны коренные обязанности свои и тем, в продолжение нескольких лет, раздравший грамоту, ему дарованную условно (ибо утвержден совокупно с нею и устав, обязанности его определяющий), злоупотребивший сумму 2 млн руб., причинивший очевидный вред не токмо от себя непосредственно, но и в обширном округе, по непреложной справедливости и по всей строгости прав подлежит уничтожению.

2-е. Уничтожение сие может быть двух родов а) в виде приостановления Университета и б) в виде публичного его разрушения.

Я бы предпочел последнее по следующим причинам.

Ежели приостановить его, под видом недостатка профессоров или подобным, то нет сомнения, что истинное намерение его уничтожения не скроется, ученые всей Европы, столь ожесточенные обличением вредных последствий мнимого их просвещения, будут клеветать на правительство, приписывая единому действию власти то, что сделано по самой строгой справедливости, а ежели будет заявлено публично, что университет (который, впрочем, в ряду государственных установлений по самому его уставу не более значит, как коллегия) нарушил свои обязанности, что можно доказать статьями самого его устава; злоупотребил правами, ему дарованными, и не принес ожиданной от него в продолжение 14 лет пользы, что все может быть доказано математически, тогда пусть все возможные университеты судят приговор сей. Все честное и благомыслящее из современников и потомства будет на стороне правительства.

Акт об уничтожении Казанского университета тем естественнее покажется ныне, что без всякого сомнения все правительства обратят особенное внимание на общую систему их учебного просвещения, которое, сбросив скромное покрывало философии, стоит уже посреди Европы с поднятым кинжалом.

3-е. За сим можно бы было разместить приличным образом то малое число людей достойных из чиновников Казанского университета, которым, с предположением о их употреблении представляется у сего особенная записка. Они тем более заслуживают покровительства Вашего Сиятельства, что посреди общего неустройства в нем не участвовали и, сколько было возможно, противились злоупотреблениям и были полезны.

4-е. Пять домов университета и три, гимназии принадлежащие, могли бы быть осмотрены нарочно посланным отсюда архитектором и приведены в наилучший порядок из хозяйственной суммы университета, 109 430 руб. составляющей.

5-е. Вместо университета можно бы было, в главном из его зданий, поместить гимназию, которая, сохраняя, как то было до университета, название Императорской гимназии, получила бы новое обширнейшее и лучшее образование. При гимназии нужно бы тогда было устроить отделение для образования учителей, из казенных воспитанников, и пансион для благородного юношества, которое бы только жило в особенном доме и на особом положении и училось бы в гимназии.

Меня уверяли в Казани, что если бы правительство устроило такой пансион, то дворяне всей губернии охотно стали бы платить за каждого воспитанника по тысяче рублей.

6-е. Как гимназию, так и пансион поручить надежному и благочестивому чиновнику, который бы жил в самом доме гимназии.

7-е. Преподавание Закона Божия, то есть той части Священной Истории, богословия догматического и нравственного и археологии, которая нужна каждому человеку, какого бы состояния он ни был, поручить по выбору Преосвященного, кому-либо из отличнейших духовных особ.

Я имею причину надеяться, что сам ректор Казанской семинарии20 примет на себя сию обязанность.

8-е. К управлению гимназии присоединить можно центральное Татарское училище, которое бы управляло прочими и образовало для них учителей, но вместе, будучи под влиянием христианского управления без малейшего вида стеснения совести магометан, подавало бы способ, с нужною осторожностью, действовать к неприметному и постепенному их отклонению от Алкорана.

Училище сие ничего бы не стоило правительству, ибо профессор Казанского университета Кондырев, человек отлично деятельный и усердный, сказывал мне, что, будучи в Оренбурге, склонил он весьма удачно муфтия обнародовать всем подведомственным ему магометанам о пожертвовании на сей предмет21. Благодарность за сие письмо, от г[осподина] м[инистра] нар[одного] пр[освещения] через профессора Кондырева к муфтию посланное, довершит сие дело наилучшим образом.

9-е. Сверх того из суммы, на университет ежегодно ассигнованной, можно основать в Казани важное и для тамошнего края, и для армии заведение -- большой Медико-хирургический институт, со всеми к оному принадлежностями, как то: Анатомическим театром, клиническими Медицинского и Хирургического больницами и скотоврачебным отделением.

Казанский Преосвященный22 уверил меня, что из всей Епархии своей может он на первый случай дать ежедневно 100 учеников, а так как полный курс медицинских наук занимал бы четыре года, то по истечении оных институт мог бы давать правительству ежегодно около ста лекарей, а со временем более. Ежели предположения сии будут одобрены, то я могу представить образование сего института; ибо все нужные к тому материалы мною собраны.

10. Разные учебные пособия университета могут быть употреблены следующим образом.

Из библиотек университета можно будет библиотеку Франка отдать Медицинскому институту; из оставшейся выбрать достаточную для гимназии, а редкие издания взять сюда.

Из кабинета физического можно с нужными дополнениями составить хороший <кабинет> для Медицинского института, равно как и из лаборатории и кабинета естественной истории.

Из обсерватории лучшие орудия можно взять сюда.

11. Для управления Медицинским институтом можно определить директором профессора Фукса, который ныне в Казани находится.

12. Все сии заведения, равно как и управление округом, поручить попечителю, с особенною инструкцией. Таким образом, вместо одного университета и расстроенной гимназии правительство без малейшей прибавки к настоящим издержкам получит:

1. Благоустроенную гимназию, которая будет снабжать округ свой учителями.

2. Пансион для благородного юношества.

3. Татарскую гимназию и

4. Медицинский институт, который давал бы, через 4 года от сего, ежегодно сто лекарей армии, снабжать будет весь тамошний край скотоврачами, столь необходимыми для его обширного скотоводства.

Ежели предложения сии удостоятся утверждения, то неукоснительно может быть представлено полное их раскрытие, состоящее в принадлежащих к оному образованиях.

Сим закончу я отчет, который был обязан дать по делу, на меня возложенному.

Недостатки оного прошу я Ваше Сиятельство отнести к неупражнению моему доселе по части народного просвещения, все же то, что может принести некоторую пользу, по всей справедливости, отдано на счет тех чиновников, коих деятельною помощью и отличным усердием в самое короткое время я мог собрать все нужные материалы, за 14 лет по всем частям университетского управления, по всем его заведениям и по Казанской гимназии. Представляя у сего список сим достойным чиновникам, я покорнейше испрашиваю заслуженных ими наград.

Подписал: Член Главного правления училищ23


М. Магницкий.


## ПРИМЕЧАНИЯ


Печатается по рукописному оригиналу, хранящемуся в РГИА. Ф. 733. Санкт-Петербургский учебный округ. Оп. 39. Д. 259. Дела о ревизии Казанского университета М. Л. Магницким и проведенных реакционных предприятиях. Л. 14-53.

1 Создано в 1817 г. для внедрения в систему образования Российской империи религиозных ценностей. Делилось на два департамента -- Духовных дел и Народного просвещения. Просуществовало до 1824 г.

2 Им являлся князь А. Н. Голицын (1773-1844).

3 Должность, которая соответствует современной должности старшего преподавателя.

4 Яковкин И. Ф. (1764-1836), заслуженный профессор российской истории, географии и статистики.

5 Имеется в виду речь профессора философии и естественного права И. Е. Срезневского (1780-?).

6 Экзекутор -- эконом и комендант зданий.

7 Якоби Фридрих Генрих (1743-1819), философ и романист, член Академии наук в Мюнхене. Полемизировал с рационалистическими учениями Канта, Фихте и Шеллинга, считал источником познания чувство и веру.

8 Сарториус фон Вальтерхаузен Г (1765-1828), профессор Геттингенского университета, бывшего наиболее популярной высшей школой среди либерального дворянства Германии и других стран.

9 Смит Адам (1723-1790), шотландский экономист. Один из крупнейших представителей классической политэкономии.

10 Румовский С. Я. (1734-1812), академик, первый русский астроном, ученик Л. Эйлера. С 1800 г. -- вице-президент Петербургской АН.

11 Симонов И. М. (1794-1855), русский астроном, один из первооткрывателей Антарктиды, участвовал в кругосветном путешествии на шлюпах "Восток" и "Мирный" под командованием Беллинсгаузена и Лазарева.

12 Никольский Г. Б. (1785-1844), заслуженный проф. Казанского университета по кафедре математических наук. Ректор того же университета в 1820-823 гг.

13 Лобачевский Н. И. (1793-1856), гениальный русский математик, создатель неевклидовой геометрии, внесшей коренные изменения в представления о природе пространства. Ректор Казанского университета (1827-1846).

14 Хвостов Д. И. (1757-1835), поэт, переводчик. Имел у современников репутацию графомана, однако в ряде современных исследований признается его талант.

15 Квинт Гораций Флакк (65 до н.э. -- 8 до н.э.). Один из крупнейших римских поэтов.

16 Бредеро, Гербранд Адриане, голландский драматург и поэт. Жил на рубеже XVI--XVII вв.

17 Штуф -- кусок, глыба руды или иного ископаемого.

18 Ахроматическая зрительная труба, изобретенная англ. оптиком Дж. Доллондом (1706-1761).

19 Инструмент, предназначенный для исследования меридиальных высот светил над горизонтом.

20 С 1818 по 1832 г. им был Феофан Александров (1785-1853).

21 Речь идет о плане Кондырева учредить при Казанском университете с помощью муфтия высшее мусульманское медресе.

22 Архиепископ Казанский и Свияжский. С 1816 по 1826 г. им был Амвросий II (Алексей Протасов) (1752-1831).

23 Главное правление училищ -- орган, в который входили попечители всех 6 учебных округов, образованных в Российской империи в царствование Александра I. Разрабатывал концепцию образовательной политики, осуществлял назначения, утверждал учебные пособия и отчеты учебных заведений.