# О северных делах и делишках

Николай Васильевич Максимов

## О сѣверныхъ дѣлахъ и дѣлишкахъ.


Въ газетѣ "Новости" {NoNo 264, 291; и 299, 1892 г.} были напечатаны статьи инженера В. Рудницкаго, въ которыхъ авторъ развиваетъ мысль о необходимости соединенія Бѣлаго моря съ сѣтью финляндскихъ желѣзныхъ дорогъ. Статьи эти, не отличаясь глубиною и новизною взглядовъ, касаются вопроса, въ разрѣшеніи котораго принимало участіе разновременно огромное количество лицъ: губернаторы, инженеры, князья, графы, купцы, гласные архангельской думы, олонецкіе земцы, ученые изслѣдователи Сѣвера, литераторы и публицисты рѣшительно всѣхъ газетъ. Если грандіозная работа мысли по роковому вопросу,-- какимъ образомъ оживить нашъ Сѣверъ, и не привела ни къ какимъ практическимъ результатамъ, то это потому, что удѣлъ нашей общественной мысли вообще печаленъ, а тайну замысла тѣхъ, кто дѣйствуетъ, трудно понять. Правда, и мнѣнія, высказанныя по поводу роковаго вопроса, такъ разнообразны, сбивчивы и противорѣчивы, что трудно остановиться на опредѣленной задачѣ. Однако, какъ-бы эти мнѣнія ни были сбивчивы,-- всѣ свидѣтельствуютъ, что упадокъ Сѣвера обусловливается отсутствіемъ и неорганизованностью путей сообщенія.

Желая иной разъ уяснить себѣ, что такое Сѣверъ и собирая ради этого черты, намѣченныя радѣтелями о немъ,-- получаешь невольное представленіе о глубокомъ старцѣ-богатырѣ, пережившемъ трехсотлѣтнее свое существованіе, растерявшемъ капиталы въ предпріятіяхъ, потерявшемъ въ концѣ концовъ энергію и стоящемъ теперь въ "жалкомъ рубищѣ передъ вратами сѣвернаго храма промышленнности", въ которомъ "сокрыты силы природы и богатства ея, обѣщающія ему свѣтлую и блестящую будущность". Печальнѣе этого положенія трудно себѣ представить. Стоитъ старецъ на берегу синяго моря "въ тѣни забвенія", и богатырь рисуется въ настоящее время даже "падающимъ и спускающимся со ступеньки на ступеньку все далѣе и далѣе въ бездну". Но онъ не теряетъ присутствія духа и не только "громко вопіетъ" при своемъ паденіи, но "бьетъ даже въ барабанъ о своихъ нуждахъ". И когда замѣчаютъ, что онъ засыпаетъ, наконецъ, то всѣ восклицаютъ въ одинъ голосъ: "дай Богъ, чтобы надъ Сѣверомъ взошла заря обновленія, чтобы Сѣверъ нашъ былъ, наконецъ, освобожденъ отъ сна, въ который онъ такъ долго былъ погруженъ"! Эти возгласы хотя и свидѣтельствуютъ, что всѣ сочувствуютъ Сѣверу и рады ему помочь, но тѣмъ не менѣе "добрыя пожеланія", "единодушныя симпатіи", "благія намѣренія" идутъ на обертку селедки въ мелочной лавочкѣ,-- той селедки, которая доставляется съ Сѣвера въ Петербургъ съ уплатою баснословнаго фрахта, или на выкройку бѣдной швеи, обшивающей гагачьимъ пухомъ съ Новой Земли красивую тальмочку петербургской барыньки. Словомъ сказать, эти возгласы, но замѣчанію какого-то витіеватаго публициста, -- "безсознательно-національное, семейно-родственное сожалѣніе, состраданіе къ забытому первенцу". А въ концѣ концовъ "тихая и мирная жизнь глухой, далекой окраины" продолжаетъ пользоваться правомъ "несовершенства жизни дореформеннаго строя."

И такъ, силачъ-старикъ-богатырь "ожидаетъ только своего Колумба". Ужь не Колумбъ-ли г. В. Рудницкій, открывающій врата сѣвернаго храма промышленности?

Г. Рудницкій предлагаетъ проэктъ соединенія Бѣлаго моря съ сѣтью финляндскихъ желѣзныхъ дорогъ. "Исходнымъ пунктомъ", говоритъ онъ, "на Бѣломъ морѣ обязательно принять г. Кемь, какъ мѣсто, наиболѣе доступное для проведенія дороги и какъ портъ, очень удобный и излюбленный опытными норвежскими моряками". Откуда они взялись? Отъ г. Кеми дорога должна направляться вдоль морскаго берега (въ извѣстномъ разстояніи отъ его тундристыхъ оконечностей,-- замѣчаетъ авторъ проэкта въ скобкахъ) къ селенію Шуярецкому, гдѣ черезъ р. Шую придется строить мостъ. Затѣмъ дорога должна идти непрерывно вдоль того-же морского берега до с. Сороки, расположеннаго при впаденіи р. Выга въ море. На этомъ мѣстѣ дорога должна повернуть на юго-западъ и идти но лѣвому берегу р. Выга до границы Олонецкой губ. Архангельскую губ. отдѣляетъ отъ Олонецкой р. Андога, притокъ р. Выга, черезъ которую нужно строить мостъ. Отъ Андозера дорога должна идти до Укозера. Отъ Укозера до границы Финляндіи, до м. Юэнсу. Вообще, вся дорога отъ м. Юэнсу до г. Кеми проходитъ, согласно проэкту г. Рудницкаго, на гранитныхъ и гнейсовыхъ основаніяхъ, "но довольно точному приблизительному вычисленію", на длинѣ 380 верстъ.

Болѣе года я путешествовалъ по Сѣверу, только что вернулся изъ этого путешествія, видѣлъ таки достаточно, слышалъ разнообразныя мнѣнія сѣверянъ касательно ихъ вожделѣній и обязанъ засвидѣтельствовать, что вопросъ о соединеніи Сѣвера съ существующими или предначертанными системами путей сообщенія представляется всѣмъ сѣверянамъ безусловно роковымъ вопросомъ,-- отъ правильнаго разрѣшенія котораго зависитъ судьба всего Сѣвера, жизнь или смерть. Къ разрѣшенію этого вопроса слѣдуетъ приступать съ величайшей осторожностью и осмотрительностью, потому что малѣйшая ошибка поведетъ за собой, помимо безполезной траты денегъ, тріумфъ иностранцевъ, намѣренныхъ запустить лапу умѣючи въ необъятный матеріалъ или капиталъ, который составлялъ до сихъ поръ для насъ столь трудно доступное сокровище. Почему наша "раззоренная окраина", несомнѣнно богатая рыбными промыслами, не вознаграждала нашихъ трудовъ, несмотря на сдѣланныя героическія усилія, ослабляя только энергію людей бѣднѣвшихъ, -- это вопросъ до такой степени серьезный и важный, на который возможно отвѣчать только серьезными статьями, постольку подробными и новыми по смыслу изысканій, поскольку предшествовавшія изысканія вносили мало свѣта и отчасти вводили даже въ заблужденіе людей, затрачивавшихъ огромные капиталы (хотя-бы на Мурманскомъ берегу) и терявшихъ эти капиталы безъ всякаго успѣха. То-же самое можетъ случиться и съ капиталами, которые потребовались бы на соединеніе сѣверной окраины съ системами внутреннихъ путей сообщенія, если-бы вопросъ этотъ разрѣшился въ смыслѣ противорѣчащемъ естественнымъ требованіямъ сѣверной природы или народнаго труда, который не останавливается на Сѣверѣ, несмотря на всѣ тормазы, заключающіеся въ отсутствіи путей сообщенія, и прокладываетъ эти пути. Вотъ почему не могу я пройти изслѣдованныя мною явленія и уголки Сѣвера въ качествѣ молчаливаго туриста, а чувствую себя обязаннымъ подѣлиться съ читателями результатами моихъ наблюденіи, въ данномъ случаѣ по поводу выбора того или другого пути.

На сѣверѣ существуютъ три партіи относительно выбора направленія сѣвернаго пути. Одна партія состоитъ изъ земскихъ дѣятелей Олонецкой губерніи. Партія эта связываетъ промышленную и коммерческую судьбу Сѣвера съ Маріинскою системою посредствомъ проэктированнаго Бѣломорскаго канала. Къ числу этой партіи принадлежитъ, вѣроятно, и г. Рудницкій, если судить по тому, что онъ излагаетъ въ No 299 "Новостей" исторію проектовъ, записокъ и чертежей разныхъ губернаторовъ по поводу соединенія Бѣлаго моря съ г. Повѣнцомъ водянымъ путемъ; хотя г. Рудницкіи и предлагаетъ въ настоящее время уже другой проэктъ желѣзной дороги, не отрицая, однако, рѣшительнымъ образомъ проекта водяного пути, а, напротивъ, какъ-бы обращая на него косвенное вниманіе, при защитѣ своего проэкта желѣзной дороги. Насколько проэктъ водяного пути заслуживалъ своевременно серьезнаго вниманія, можно судить по тому, что положеніемъ комитета министровъ отъ 8 марта 1886 года были разрѣшены министерству путей сообщенія на средства казны, безъ всякаго пособія олонецкаго земства, какъ подробныя техническія изысканія для воднаго пути между Онежскимъ озеромъ и Бѣлымъ моремъ, такъ и подробное изслѣдованіе экономическаго значенія проэктируемаго пути. На ассигнованныя въ распоряженіе министерства путей сообщенія средства спеціальною партіею инженеровъ и техниковъ, съ 1886 г., производились техническія изысканія. Что-же касается экономическаго изслѣдованія, то, за неассигнованіемъ испрашивавшагося на этотъ предметъ особаго кредита отъ казны, министръ путей сообщенія просилъ олонецкаго губернатора оказать содѣйствіе привлеченіемъ административныхъ и земскихъ учрежденій къ собиранію и доставленію болѣе точныхъ и подробныхъ свѣдѣній, что было "существенно важно для успѣха дальнѣйшихъ ходатайствъ министерства объ отпускѣ средствъ на устройство самаго пути". Олонецкое земское собраніе отпустило на этотъ предметъ въ распоряженіе управы 5000 руб. Достойны вниманія условія земскаго собранія, при которыхъ оно разрѣшило упомянутую ассигновку: "лица, которымъ поручено будетъ экономическое изслѣдованіе, обязаны обратить особенное вниманіе на собираніе и такихъ свѣдѣній, которыя касались бы не только существующихъ промысловъ и потребностей перевозки, но и освѣтили бы вопросъ съ точки зрѣнія будущаго развитія такихъ промысловъ, которые безъ существованія воднаго пути не могли и выразиться по настоящее время, несмотря на наличіе всѣхъ остальныхъ условій, подробное опредѣленіе которыхъ безъ сомнѣнія и послужитъ главнымъ доказательствомъ необходимости и пользы Бѣломорскаго канала". Иными словами, олонецкіе земцы предпослали изслѣдователю экономическаго быта края такую задачу, которая должна была втянуть капиталистовъ въ процессъ "будущаго развитія промысловъ" на Сѣверѣ.

Въ статьѣ: "Съ береговъ Финмаркена", напечатанной въ NoNo 6 и 7 журнала "Русское Богатство", я представилъ грустную картину безполезной траты милліоновъ, погибшихъ на Мурманскомъ берегу. Въ дальнѣйшихъ статьяхъ мнѣ приходится объяснять подробно причины этого крушенія капиталовъ. Но если спросить теперь капиталистовъ, потерявшихъ милліоны на Мурманскомъ берегу, какими соображеніями и разсчетами руководствовались они, затрачивая капиталы, то навѣрное пришлось бы выслушать ихъ откровенное признаніе, что они были втянуты въ предпріятія крикунами и болтунами о сѣверныхъ богатствахъ, разсматривавшими эти богатства не съ точки зрѣнія истины, а именно съ точки зрѣнія найти непремѣнно, во что бы то ни стало, эти богатства. Судите сами о серьезности подобныхъ экономическихъ изслѣдованій...

Въ результатѣ упомянутой задачи, предначертанной воротилами олонецкаго земства, явилась огромная книга "Объ экономическомъ значеніи Бѣломорскаго канала", составленная г. Крыловымъ, "заявившимъ свои разнообразныя знанія многими замѣчательными статьями", какъ о томъ свидѣтельствуетъ въ предисловіи г. Савельевъ, предсѣдатель олонецкаго губернскаго земскаго собранія, по порученію котораго и была написана эта книга. Что-то не слыхать объ экономистѣ г. Крыловѣ въ русской литературѣ. Авторъ книги рисуетъ олонецкій край источникомъ неисчерпаемыхъ богатствъ, основываясь, главнымъ образомъ, на изысканіяхъ гг. Гельмерсена, Полякова, Майера, Иностранцева. "Горы и возвышенности Олонецкаго края заключаютъ въ себѣ "неистощимыя" минеральныя богатства. Лѣса служатъ къ отпуску за-границу, къ разработкѣ рудъ... Озера, которыхъ общая площадь 9000 кв. верстъ, постоянно осаждаютъ "неизсякаемую" желѣзную руду и вмѣстѣ съ тѣмъ плодятъ рыбу. Рѣки, всегда многоводныя и скатистыя, могутъ дать "неисчислимую" механическую силу. Кромѣ этихъ, "бросающихся" въ глаза богатствъ, край обиленъ звѣрями, дичью, грибами, ягодами и дубильными веществами. Но все это стушевывается передъ главными рудными богатствами". То же самое пишетъ и г. Рудницкій въ газетѣ "Новости". "Въ настоящее время на Медвѣжьемъ островѣ, въ Кандалакской губѣ, находится еще значительное количество свинцоваго блеску, содержащаго въ себѣ серебро... Золото-же добывалось съ 1742--1770г. на Вопцкомъ рудникѣ, на границѣ Кемскаго уѣзда съ Повѣнецкимъ Олонецкой губ.... А сколько во всемъ этомъ краѣ желѣзной руды, аспидныхъ камней, фарфоровой глины и мѣди!" "По имѣющимся скуднымъ статистическимъ даннымъ, съ первымъ зимнимъ путемъ отправляютъ по р. Выгу въ Олонецкую губ. изъ села Сороки до 300.000 пуд. однѣхъ сельдей!". А если обратишься къ источникамъ, которые указываютъ авторы подобныхъ книгъ и статей, то относительно мѣсторожденія, напримѣръ, мѣдныхъ рудъ, хотя по изысканіямъ проф. А. А. Иностранцева {Геологическій очеркъ Повѣнецкаго уѣзда и его рудныхъ мѣстоположеній".}, читаешь въ его книгѣ: "мѣдныя руды встрѣчаются вмѣстѣ съ породами зеленокаменными и метаморфическими сланцами. (Это общее опредѣленіе). А такъ какъ все пространство между Онежскимъ озеромъ и Бѣлымъ моремъ этими породами изобилуетъ, то нѣтъ сомнѣнія, что среди лѣсовъ и пустынныхъ горъ гдѣ нибудь и откроются стоющія разработки жилы". А попробуйте-ка ихъ найти! По указаніямъ г. Гельмерсена, были произведены развѣдки на мѣдныя руды г. Поляковымъ и г. Майеромъ. Они высказали, что "въ Заонежскомъ краѣ есть залеганія мѣди, но гдѣ они -- остается вопросомъ; безошибочно можно сказать, что въ такой-то породѣ нѣтъ рудъ и весьма гадательно можно указать, гдѣ должно искать руду". А попробуйте гдѣ нибудь поколупать землю -- во что обойдется вамъ это колупаніе? И вы придете къ заключенію, потерявъ значительный капиталъ, что вы поступили опрометчиво, потому что академикъ Гельмерсенъ и проф. Иностранцевъ предупреждали васъ по совѣсти, что гдѣ-то тамъ въ лѣсу, въ пустынныхъ горахъ, быть можетъ, вы и нашли бы металлъ, но гдѣ именно -- они вамъ этого не указывали, а говорили только, что если вы начнете колупать, напримѣръ, вотъ эту гору, то сомнительно, чтобы вы что нибудь изъ нея выколупали. А г. Рудницкій до сихъ поръ увѣряетъ, что "проэктируемая (имъ) линія проходитъ по богатымъ залежамъ желѣзной руды, свинцоваго блеска, фарфоровой глины, азбестнаго камня и мѣди" ("Новости", No 264).

Проѣхавъ по пути, по которому проэктированъ Бѣломорскій каналъ, при свиданіяхъ съ мѣстными горными инженерами, практическими дѣльцами, я пришелъ къ заключенію изъ разговоровъ съ ними, что озера Олонецкаго края скорѣе неизсякаемы, нежели богаты желѣзною рудою. Площади залежей озерныхъ рудъ незначительны; если снять нѣкоторую толщину залежей руды, то на этомъ мѣстѣ появляется новый слой руды по прошествіи нѣкотораго времени. Желѣзная руда имѣется въ Логмозерѣ, между с. Шуей и г. Петрозаводскомъ. Начало озера у Соломеннаго погоста. Здѣсь добывается въ лѣто до 10.000 пуд. руды. Главныя богатства руды находятся въ Укшезерѣ, между с. Шуя и д. Косольма. Добывается отъ 60 до 100 пуд. въ годъ. Затѣмъ залежи руды существуютъ еще въ небольшомъ озерѣ Чевнозеро, къ западу отъ о. Укшезеро. Дальнѣйшіе рудники находятся въ Сундозерѣ, гдѣ добывается до 40.000 пуд. въ годъ, и западнѣе отъ него -- въ Батьемскомъ, гдѣ добывается до 20.000 пуд. въ годъ, а также къ югу отъ него, въ Нельгомозерѣ, существуютъ незначительныя залежи. Кромѣ того, порядочно желѣза поднимается со дна Сямозера, которымъ пользуется заводъ Суаярви, находящійся въ Финляндіи, въ Выборгской губ. Наконецъ, руду содержатъ Соддозеро и Багозеро и масса маленькихъ озеръ въ Петрозаводскомъ и Повѣнецкомъ уѣздахъ, разбросанныхъ въ непроходимомъ лѣсу, среди невылазныхъ болотъ, куда не проникала человѣческая тропа, и эти озерки не связаны ни между собой рѣченками, ни съ почтовымъ повѣнецкимъ трактомъ. Судите, возможна ли эксплоатація ихъ? Таковы указанія практическихъ людей.

Рудниками Повѣнецкаго уѣзда пользуется казенный заводъ Валазма. Казенныхъ заводовъ въ Олонецкой губ. четыре: Александровскій пушечно-снарядно-литейныи и чугунно-литейные: Кончезерскій, Валазмпискій и Суоярнскій. Послѣдніе три служатъ вспомогательными, доставляя Александровскому заводу, находящемуся въ Петрозаводскѣ, выплавленный изъ рудъ чугунъ. Существуетъ еще частный заводъ въ д. Святнаволокъ, построенный г-номъ Родоконаки, который прекратилъ свою дѣятельность, потерявъ огромный капиталъ.

Способъ добыванія озерной руды простъ и первобытенъ. Два человѣка стоятъ на плоту и поднимаютъ руду со дна ковшами, бросаютъ ее въ рѣшето и тутъ же сваливаютъ. Потомъ везутъ на берегъ и даютъ пріемщику. Зимою, когда установится санный путь, складываютъ костеръ на мѣстѣ, гдѣ лежитъ руда, на берегу, и обжигаютъ ее; а потомъ наваливаютъ на воза и привозятъ на заводъ. Подъемъ руды обходится казнѣ 2 1/2 коп. съ пуда. Около 1/10 коп. обходится доставка руды до Кончезерскаго завода и около 3 коп. обходится доставка пуда чугуна до г. Петрозаводска.

Завѣдывающій частнымъ заводомъ, бывшимъ г. Родоконаки, говорилъ мнѣ въ Святнаволокѣ, что подъемъ руды на Миндозерѣ и Солдозерѣ обходился ему, г. Семенову, 2 коп. съ пуда; доставка до Святнаволоцкаго завода -- по 4 коп. съ пуда и доставка чугуна съ завода до Петербурга по 12 коп. съ пуда. Частный заводъ отстоитъ отъ мѣста нахожденія рудъ въ большемъ разстояніи, нежели казенные источники отъ Канчезерскаго завода.

Итакъ, казенный Канчезерскій заводъ добываетъ всего на всего 170.000 пуд. руды въ годъ. Я не знаю, сколько руды добываетъ Валазминскій заводъ, но скажемъ, что общая добыча желѣза во всемъ Олонецкомъ краѣ -- 400,000 пуд. Инженеры находятъ эксплоатацію желѣзныхъ озеръ выгоднымъ дѣломъ, только пока желѣзо ничего не стоитъ казнѣ. Въ Канчезерскомъ заводѣ происходили при мнѣ, въ прошломъ году, передѣлки, приспособливающія заводъ къ выплавкѣ стали изъ чугуна, причемъ желѣзное дѣло въ Олонецкомъ краѣ можетъ еще давать барыши.

Прожектеры Бѣломорскаго канала сообщаютъ въ упомянутомъ своемъ экономическомъ изысканіи: "толщина залежей озерныхъ рудъ колеблется отъ одного вершка до 1/2 аршина {"Горный журн." 1873 г. т. I, стр. 191, г. Энгельмана.}. Содержаніе чистаго желѣза въ озерныхъ рудахъ колеблется отъ 33,83 до 52,62%. На всей площади, которая равняется 70.000 квадр. верстъ, болота и озера составляютъ д часть, т. е. 14 тыс. кв. верстъ. Если только одна десятая часть ихъ имѣетъ руду, говорится въ упомянутой книгѣ безъ ссылки на какой-либо ученый авторитетъ, "то запасъ этихъ залежей представляетъ цифру 560.000.000 пуд. желѣза. Такъ что если добывать по 5 1/2 милліоновъ пудовъ въ годъ, то болотныхъ и озерныхъ рудъ хватитъ на сто лѣтъ" (!!!).

Вотъ что значитъ писать съ предвзятою задачею "собирать свѣдѣнія, которыя касались-бы не только существующихъ промысловъ, но и освѣщали бы вопросъ съ точки зрѣнія будущаго развитія такихъ промысловъ, которые безъ существованія воднаго пути не могли и выразиться въ настоящее время".

Я ѣздилъ нарочно въ Святнаволоцкій заводъ, чтобы собрать свѣдѣнія о дѣятельности единственнаго частнаго завода въ Олонецкомъ краѣ. На берегу озера стоитъ маленькое зданіе завода, построенное г. Родоконаки. Самъ хозяинъ не бывалъ никогда на заводѣ. Вокругъ завода построены деревянныя зданія: службы, т. е. контора, сарай, пристань. Зданіе завода раздѣляется на отдѣленія: въ одномъ помѣщается доменная печь, въ другомъ -- котелъ, въ третьемъ -- стоятъ машины и нѣсколько станковъ (токарный, двигающійся съ приспособленіемъ, дѣйствующимъ въ ручную, и столярный). Машина поставлена сильная, не по зданію, за которую уплочено въ Англіи 80,000 руб. Котелъ производитъ впечатлѣніе новизны и хорошей кладки кирпича. Резервуару доменной печи предстояло быть обложеннымъ составомъ; огнеупорный кирпичъ не выдерживалъ жары накалившагося чугуна. Подъемъ чугуна въ доменную печь производился съ помощью простой, малосильной ручной лебедки. Вблизи завода стоитъ деревянный сарай для складки древеснаго угля, который перекладывается въ печи слоеобразно съ рудою. Постройка всѣхъ этихъ, въ сущности, совершенно миніатюрныхъ зданій и примитивныхъ приспособленій обошлась въ 140,000 руб.! А вмѣстѣ съ машиною постройка завода стоила г-ну Родоконаки 220,000 руб. Это первый примѣръ частной предпріимчивости въ краѣ. Крестьяне, говорятъ, обманывали г. Родоконаки. Они искали руду не тамъ, гдѣ она находилась, а тамъ, гдѣ ея вовсе не было. Казна дѣлала льготы, поощряя частную предпріимчивость, разрѣшала пользоваться лѣсомъ, необходимымъ для угля и для топки котла, безъ уплаты пошлины, но съ тѣмъ, однако, условіемъ, чтобы лѣсъ употреблялся для этихъ цѣлей, а не былъ бы предметомъ продажи, какъ это бывало нерѣдко на практикѣ вслѣдствіе злоупотребленій управлявшихъ дѣлами лицъ. Льготы эти прекратились въ послѣднее время. Заводъ перешелъ въ собственность пайщиковъ: двухъ петербургскихъ купцовъ и одного мѣстнаго зажиточнаго крестьянина. Пока заводъ не дѣйствуетъ. Въ прошломъ году ожидали изъ Петербурга чиновника, который долженъ былъ начертать раіонъ озеръ, заключающій желѣзную руду. Священникъ села Святнаволокъ воспользовался временемъ остановки заводской дѣятельности и доказалъ, кому это было необходимо доказать, что заводъ построенъ на церковной землѣ. Земля эта будетъ сниматься теперь у причта въ аренду. Чѣмъ увѣнчается вторая попытка частныхъ предпринимателей -- неизвѣстно.

Относительно золота смѣшной говорить. Г. Грановскимъ, при промывкѣ песковъ на заливной долинѣ къ р. Южному Выгу, найдено было золото, "но, вѣроятно, въ такомъ незначительномъ количествѣ", присовокупляетъ г. Иностранцевъ, "что со времени заявки никто не появлялся на эту мѣстность". А прожектеры Бѣломорскаго канала спѣшатъ заявить, что "проэктъ канала вызвалъ въ Олонецкой губ. одну заявку и въ Архангельской губ. двѣ заявки на золото". Но причемъ тутъ -- каналъ? Ужели золота такъ много, что необходимо соорудить каналъ, по которому можно было-бы возить его въ Петербургъ?

Необходимо сказать еще о мраморныхъ ломкахъ въ Олонецкой губ., чтобы разогнать туманъ, насъ окружающій теперь и заволакивающій истинное положеніе минеральнаго дѣла въ краѣ. Есть мѣстечко въ краѣ подъ названіемъ Бѣлая гора. Здѣсь производятся мраморныя ломки. Въ книгѣ: "Экономическое значеніе Бѣломорскаго канала" посвящено мраморнымъ ломкамъ всего лишь пять строкъ. Это удивительно. А между тѣмъ ломки эти заслуживаютъ самаго большого вниманія администраціи и частныхъ предпринимателей, потому что въ наличности огромнаго количества прекраснаго мрамора невозможно сомнѣваться. Я ѣздилъ нарочно на Бѣлую гору, чтобы ознакомиться съ положеніемъ дѣлъ. Мраморныя ломки сняты у правительства предсѣдателемъ губернскаго олонецкаго земскаго собранія г. Савельевымъ. Я видѣлъ большую мраморную гору, около которой на берегу рѣченки ютится бѣдная деревушка съ сельской церковью, населенной бывшими казенными рабочими, судьба которыхъ сложилась такъ несчастно, что отъ казны они отстали, а къ крестьянскому обществу или къ частной предпріимчивости не пристали. Въ былое время у Бѣлой горы существовалъ казенный заводъ; поэтому крестьяне не обзаводились сельскимъ хозяйствомъ, имѣя казенные заработки на правахъ казенныхъ горнорабочихъ. Но казна прекратила эксплоатацію. Рабочіе получили надѣлъ, при выдачѣ владѣнныхъ записей {Въ Олонецкомъ краѣ только что окончилось поземельное устройство государственныхъ крестьянъ, на основаніи инструкціи 15 окт. 1869 г., съ отводомъ крестьянамъ въ постоянное пользованіе земельныхъ и лѣсныхъ надѣловъ въ точно опредѣленныхъ участкахъ, отграниченныхъ отъ казенныхъ лѣсовъ и земель. Владѣнныя записи выданы крестьянамъ во всѣхъ уѣздахъ, исключая Пудожскаго, гдѣ онѣ еще не окончены, и Каргопольскаго, гдѣ онѣ уже окончены, по оффиціально пока еще не выданы.}, равный надѣлу государственныхъ крестьянъ; но такъ какъ ихъ предки земледѣліемъ не занимались, то наше поколѣніе сельчанъ оказалось въ нищетѣ; сбереженій дѣлать они не могли отъ скудныхъ заработковъ при казенной эксплоатаціи, а чтобы приняться за обработку земли,-- необходимо обзавестись инвентаремъ; поэтому деревушка имѣетъ теперь убогій видъ, дома покачнулись на сторону, вѣтеръ сноситъ крыши избушекъ, болью щемитъ сердце при видѣ этихъ несчастныхъ людей. Идти крестьянамъ некуда, заработковъ по сосѣдству нигдѣ нѣтъ, глушь ужасная, а лѣсныя заготовки удалены отъ деревни на слишкомъ большое разстояніе. А въ нѣсколькихъ шагахъ отъ деревни стоитъ огромная гора изъ прекраснаго мрамора разнообразныхъ цвѣтовъ и рисунковъ. Тамъ есть розовый мраморъ -- превосходнѣйшій мраморъ, которому уступаетъ заграничный (этотъ послѣдній не такъ крѣпокъ и разсыпчатъ). Нашъ мраморъ могъ-бы выдерживать конкурренцію на заграничномъ рынкѣ, если-бы стоимость его доставки была не великаи были-бы организованы агентуры заграницею. Но что-же дѣлается теперь? Стоитъ пустынная гора, на нее смотрятъ голодные рабочіе, и никто эту гору не разрабатываетъ.

Г. Савельевъ началъ разработку горы подрядомъ постановки мрамора на памятникъ Императору Александру И, воздвигнутый въ г. Петрозаводскѣ при содѣйствіи олонецкаго земства. Корреспондентъ "Новаго Времени" упрекалъ своевременно г-на Савельева за слишкомъ дорогую цѣну, взятую при этомъ за мраморъ. Г. Савельевъ оправдывался. Но этимъ, кажется, и окончилась эксплоатація мрамора Бѣлой горы. Въ книгѣ: "Экономическое значеніе Бѣломорскаго капала" читаемъ коротенькую характеристику: "красота олонецкихъ мраморовъ хорошо извѣстна по внутреннимъ отдѣлкамъ Исаакіевскаго и Казанскаго соборовъ, дворцовъ и другихъ монументальныхъ зданій". Но тогда еще мраморныя ломки не принадлежали г. Савельеву. Арендаторъ передалъ гору въ настоящее время въ эксплоатацію Кіевской компаніи "Лабрадоръ".

Послышался взрывъ, когда я былъ у Бѣлой горы. Я поспѣшилъ на работу, нашелъ у горы управляющаго г. Егорова и человѣкъ восемь рабочихъ. Они рвали порохомъ куски мрамора. Вблизи горы стоитъ деревянный сарай. Внутренность сарая представляла картину полнѣйшаго запустѣнія. Здѣсь устроены пилы, которыя могутъ двигаться съ помощью водяной силы. Но пилы не дѣйствовали. На полу валялись куски мрамора въ безпорядкѣ. Не было между ними кусковъ, приготовленныхъ для сбыта. Я видѣлъ только нѣсколько кругленькихъ столешницъОнѣ были прекрасны.

-- Почему вы не разрабатываете гору?-- спросилъ я управляющаго.

-- Не знаю, почему не посылаютъ мнѣ денегъ на разработку. Должно быть нѣтъ заказовъ.

-- Быть можетъ, отсутствіе путей сообщенія мѣшаетъ въ значительной мѣрѣ разработкѣ мрамора?

-- Нисколько. Доставка его въ Петербургъ удобна.

-- Какимъ путемъ вы доставляете его туда?

-- Мраморъ идетъ изъ Бѣлой горы до Тивдіи по водѣ. Это разстояніе -- двѣ версты. Потомъ мраморныя глыбы, погруженныя въ лодки, тянутся гужомъ одну версту черезъ Тивдію; затѣмъ онѣ идутъ озеромъ Сандаломъ и проходятъ разстояніе въ 40 верстъ. Въ концѣ озера мраморъ перегружается на телѣги и его везутъ до берега озера Онего. Это разстояніе -- три версты. А на берегу Онеги мраморъ грузятъ на суда, которыя и доставляютъ его въ Петербургъ.

Нельзя сказать, что доставка мрамора этимъ путемъ удобна, принимая во вниманіе частыя перегрузки огромныхъ кусковъ, а слѣдовательно, и накладные расходы на товаръ. Но изъ дальнѣйшихъ разговоровъ съ г. Егоровымъ я узналъ, что есть проэктъ конножелѣзной дороги, полезной для разработки мраморнаго дѣла. Эта дорога можетъ идти отъ Бѣлогорскаго мраморнаго кряжа до озера Сандалъ, на разстояніи двухъ верстъ. Потомъ извѣстенъ путь отъ Сандала до Онежскаго озера на разстояніи также всего лишь двухъ верстъ и 170 саженей. Стоимость дороги вмѣстѣ съ пристанями и караулками опредѣляется въ 27,000 руб. Если компанія "Лабрадоръ" захотѣла-бы приступить къ разработкѣ мрамора, пока единственнаго виднаго источника минеральнаго богатства въ краѣ, то правильнѣе было-бы, если-бы она выстроила на свой счетъ упомянутую конно-желѣзную дорогу, нежели разсчитывать на постройку какого-бы то ни было пути на казенныя средства, единственно для выгоды компаніи "Лабрадоръ".

И такъ, нельзя по совѣсти увѣрять публику, что Заонежскій край, при эксплоатаціи его минеральнаго богатства, вытѣснитъ изъ сѣверо-западнаго раіона Россіи заграничное желѣзо, чугунъ, сталь и разныя подѣлки, привозимыя нынѣ въ Россію. Не надо забывать, что у насъ есть еще Уралъ, который будетъ конкуррировать сильно съ Олонецкимъ краемъ, если предположить, что въ Олонецкомъ краѣ разовьется эксплоатація желѣза до баснословныхъ размѣровъ, на которые разсчитываютъ прожектеры Бѣломорскаго канала. Но путь съ Урала связываетъ свою судьбу съ проэктомъ направленія Вятско-Двпиской желѣзной дороги, если нашему уральскому минералу суждено идти на заграничный рынокъ. А объ этомъ пути -- рѣчь впереди.

Стараясь опредѣлить, почему наши сѣверныя богатства не оправдываютъ на дѣлѣ тѣхъ ожиданій, которыя возлагаютъ на нихъ разные крикуны и болтуны,-- приходится придти къ заключенію, что на Сѣверѣ рыбные промыслы, для дальнѣйшаго своего успѣха, должны быть непремѣнно отдѣлены отъ капиталистическихъ операцій; а капиталистическія операціи должны выражаться только куплею -- продажею и перепродажею продуктовъ промысла. Конечно, было-бы выгоднѣе для промышленниковъ, если-бы они совмѣщали промыселъ съ продажею добытаго продукта на конечномъ рынкѣ сбыта. Я могу привести примѣръ изъ личнаго опыта подобной операціи. Я выудилъ собственноручно въ г. Вардэ трески въ достаточномъ количествѣ для приготовленія бочки трески, уложилъ треску въ бочку собственноручно, посолилъ ее и продалъ въ Архангельскѣ. За бочку я заплатилъ 2 р. 50 коп., за погрузку на пароходъ -- 50 коп., фрахта -- 2 р. 60 коп., за право улова на чужомъ листерботѣ -- 1 р. 25 коп., за соль -- 1 р. 50 коп. Общій расходъ=8 р. 50 коп. А продалъ я бочку трески въ Архангельскѣ весною за 29 руб. 50 коп., т. е. выручилъ 21 руб. 15 коп. Если-бы я продавалъ результатъ моего улова норвежскому купцу, то, по существовавшимъ въ то время на рынкѣ цѣнамъ, я выручилъ-бы всего 10 руб. за 25 пуд. (по 40 коп. за пуд.). Изъ этого вы можете заключить, какую выгоду имѣли-бы промышленныя артели, если-бы онѣ были такъ организованы, что сами продавали-бы результаты своего улова. Онѣ могли-бы имѣть еще большую выгоду, нежели я, потому что бочки онѣ получали-бы изъ Архангельска, какъ на Мурманѣ, такъ и у береговъ Финмаркена по цѣнѣ (съ фрахтомъ) 1 руб. 50 коп., а соль стоила-бы имъ дешевле, если-бы они имѣли казенные или свои склады и запасы. Но гдѣ ужъ намъ мечтать о подобной организаціи промышленно-торговаго дѣла на Сѣверѣ, когда наши мѣропріятія не могутъ даже помочь дѣлу организаціи простой промышленной артели, несмотря на то, что она санкціонирована правительствомъ.

Что-же касается до минеральнаго богатства на Сѣверѣ, то всякая капиталистическая затѣя на разработку того или другого минеральнаго источника оканчивалась потерею капитала. Какъ это было въ старыя времена, такъ это бываетъ и теперь. Въ 1728 г. Жители Большой Садовой слободы, Кожевниковъ и Марковъ, заявили находку мѣди и свинца по пяти рѣкамъ: Цыльмѣ, Сумѣ, Ижмѣ, Камѣ и Пыжмѣ и при взморьѣ. Они приступили къ разработкѣ. Чѣмъ-же кончили? Кожевниковъ умеръ, а Марковъ, за недостаткомъ капитала, сдалъ все дѣло братьямъ Миллерамъ. Братья поручили вести дѣло штейгеру Штифту, но черезъ два года всѣ рабочіе, съ подъячимъ Лодвинымъ и капраломъ Ерофѣевымъ во главѣ, явились въ Москву, причемъ заявили, что всѣ они отпущены Штифтомъ съ извѣщеніемъ, что "всѣ работные люди заскорбѣли, а иные перемерли, только Штифтъ остался живъ, но отчета въ работахъ и деньгахъ съ ними не прислалъ". Миллеры послали служителя Елеазара Цысарева, который и донесъ, что "извѣстій о Штифтѣ нѣтъ, и гдѣ онъ обрѣтается -- не знаемъ, вѣдомостей-же о заводѣ не нашелъ".

Какъ это ни наивно, а и г. Рудницкій, вооружающійся данными для доказательства своего проэкта Бѣломорской желѣзной дороги, которыя должны были бы, по принятому пріему, обрисовывать богатства Сѣвера только въ розовомъ цвѣтѣ, пишетъ однако (No 291 "Новости"):

"Вспомнимъ, напримѣръ, сколько тамъ проваливалось разныхъ монополій, не считая уже англійской компаніи. {Англійская компанія для торговли съ Россіею, идя по случайному пути капитана Ченслера, имѣла XVI вѣкѣ грамоту на торговлю черезъ Холмогоры.} Въ 1703 году Петръ I позволилъ Шафирову и Меньшикову учредить компанію для усиленія рыбныхъ, звѣриныхъ и китовыхъ промысловъ Мурманскаго берега и по всѣмъ бѣломорскимъ прибрежьямъ. Компанія не оправдала возлагавшихся на нее надеждъ и была уничтожена въ 1721 году, съ разрѣшеніемъ заводить частныя компаніи; но и это не привело къ желанной цѣли. При Елизаветѣ Петровнѣ промыслы подчинялись монополіи гр. Шувалова до 1768 года, когда эта система была вообще уничтожена въ Россіи. Съ 1803--1813 г. дѣйствовала бѣломорская компанія, которая также не принесла особенной пользы".

Чего-бы проще было г. Рудницкому придти къ заключенію, что, несмотря на льготы правительства въ пользу монополій, капиталистическія предпріятія не выдерживали эксплоатаціи, а слѣдовательно, и къ будущности ихъ слѣдуетъ относиться вполнѣ отрицательно. Но вѣдь отрицательные примѣры необходимы прожектерамъ для доказательства, что монополіи лопались не потому, что ихъ отвергаютъ сѣверяне-промышленники, не вслѣдствіе ненормальности экономическихъ отношеній, а словно потому, что Сѣверъ не былъ соединенъ съ Россіей Бѣломорскимъ каналомъ или Бѣломорскою желѣзною дорогою. Въ No 6 "Русск. Богат." въ статьѣ: "Съ береговъ Финмаркена" я приводилъ примѣры крушенія капиталовъ изъ новѣйшей исторіи сѣвернаго края. Этого вполнѣ достаточно, чтобы, судя по примѣрамъ прошлаго и настоящаго времени, придти къ безповоротному заключенію о невыгодности затраты капиталовъ на рыбные промыслы (не скажу: на торговлю) или на эксплоатацію небывалыхъ на Сѣверѣ минеральныхъ богатствъ. А между тѣмъ еще находятся единичныя лица, рѣшающіяся затрачивать капиталы, какъ мы видимъ это по примѣрамъ графа Шереметьева, товарищества "Рыбакъ", г. Родоконаки и другихъ. Надо полагать, что они втягивались ложными завѣреніями.

Сѣверъ, какъ въ старину, такъ и теперь, словно нарочно обреченъ служить ареною для экономическихъ фокусниковъ, аферистовъ и шарлатановъ. Недавно произошелъ на Сѣверѣ такой случай. Пріѣхалъ туда нѣкій г. Н., въ качествѣ радѣтеля о благѣ Сѣвера. Исторія его фокусовъ начинается со времени его дѣловыхъ отношеній къ золотопромышленнику г. Б. Онъ былъ отрекомендованъ г-ну Б., или самъ отрекомендовался ему, въ качествѣ энергичнаго искателя металловъ и организатора. Г-нъ Н. отправился на Уралъ и скоро далъ знать г. Б., что ему удалось открыть золотые пріиски. Телеграмма гласила: "пользуясь свѣтлыми сѣверными ночами, моемъ день и ночь. Рабочихъ 400 человѣкъ. Намыто пять пудовъ. Отводы не утверждены. Боясь конфискаціи, не сдаю золота. Пришлите 5000 руб. Въ апрѣлѣ верну золотомъ". Можете себѣ представить радость г. Б. и усиленныя его хлопоты объ отводѣ. Контора выслала немедленно деньги. Затѣмъ контора были извѣщена объ открытіи мѣдно-серебряныхъ залежей. Телеграмма гласила: "открыты мѣдно-серебряныя залежи. Приступаю къ постройкѣ завода. Вышлите 3000 р." Б. отвѣчалъ телеграммою: "серебро-мѣдно-свинцовыя залежи заявите мое имя, мои капиталы. Постройку завода пріостановите. Обратите все вниманіе на золото". Никакого золота и никакихъ серебро-мѣдно-свинцовыхъ залежей на мѣстѣ, разумѣется, не оказалось, какъ потомъ убѣдился въ этомъ г. Б. Г-нъ Н. и не думалъ приступать къ постройкѣ завода. Ему ничего не оставалось болѣе, какъ бѣжать. Онъ бѣжалъ съ Урала на Сѣверъ. Здѣсь обманулъ администрацію въ качествѣ какого-то члена содѣйствія чему-то. Ему было поручено какое-то дѣло на Новой Землѣ въ связи съ промыслами самоѣдовъ. Дѣло кончилось тѣмъ, что г. Н. вывезъ съ Новой Земли на пароходѣ Мурманскаго товарищества нѣсколько пудовъ гагачьяго пуха (очень дорогого матеріала) и исчезъ съ Сѣвера; по дорогѣ обманулъ еще политическаго ссыльнаго, обѣщавъ ему мѣсто у г. Б. въ Сибири. Ссыльный получилъ уже разрѣшеніе о переводѣ, какъ контора г. Б. дала ему знать, что она не имѣетъ никакихъ отношеній къ г. Н.,-- личности сомнительной и вполнѣ предосудительной.

Не приписывая, разумѣется, столь гнусныхъ побужденій олонецкимъ прожектерамъ канала и желѣзной дороги, я хочу только сказать, что черезчуръ энергическія изысканія съ цѣлью найти богатства во что-бы то ни стало приводятъ къ недоразумѣніямъ. Вѣдь чего только не наговорили прожектеры Бѣломорскаго канала! Они помнятъ хорошо, что когда правительство начало постройку разныхъ желѣзныхъ дорогъ въ Россіи, то оно преслѣдовало преимущественно стратегическія цѣли.Прожектеры, памятуя объ этомъ, выдвинули на первый планъ стратегическія соображенія: они напомнили о блокадѣ Архангельска англо-французскою эскадрою въ 1854 г., о бомбардированіи англійскимъ корветомъ "Миранда" города Колы, относительно котораго въ народѣ говорятъ такъ: "Кола въ трехъ верстахъ отъ ада", или: "съ одной стороны море, съ другой -- горе, съ третьей -- мохъ, съ четвертой -- охъ!" Историческіе эти примѣры ничего, разумѣется, не доказали, кромѣ развѣ того, что англичане должны были убѣдиться, что Кола дѣйствительно въ трехъ верстахъ отъ ада и не стоитъ ни гроша, и городъ былъ ими сожженъ напослѣдокъ. Но для прожектеровъ Бѣломорскаго канала эти ужасы необходимы въ доказательство того, что съ постройкою 9-ти футоваго канала въ Бѣлое море можно будетъ перевозить цѣлыя эскадры. Какія это эскадры можно было-бы перевозить по каналу въ 9 футъ глубиною? Намъ говорятъ: канонерки, миноноски, команды съ кораблей, запертыхъ въ Балтійскомъ морѣ. Намъ говорятъ: не забывайте, что мы можемъ оказаться въ запертомъ состояніи на сѣверѣ въ проливѣ Бельта, на югѣ -- въ Босфорѣ и на дальнемъ востокѣ -- со стороны Японскаго моря -- Квельпартомъ. И только одно лишь Бѣлое море имѣетъ свободный выходъ. Да куда намъ рваться-то? Отъ Бѣлаго моря, говорятъ намъ, до береговъ Ирландіи всего шесть дней пути, даже съ десантомъ. Правда, поговариваютъ, что въ правительствѣ живетъ желаніе устроить на Мурманѣ портъ въ одной изъ незамерзающихъ бухтъ на западной части берега. И это, разумѣется, не такая ужь несбыточная мечта, чтобы ее считать легкомысленной. Но при чемъ тутъ Бѣломорскій каналъ? Команды съ кораблей, запертыхъ въ Балтійскомъ морѣ, можно было-бы, въ случаѣ надобности, отправлять и по желѣзной дорогѣ на Архангельскъ, если-бы постройкѣ этой дорогѣ суждено было осуществиться, равно какъ канонерки и миноноски можно было-бы доставлять туда въ разобранномъ состояніи. Но нельзя себѣ представить на Мурманѣ порта безъ своей верфи и мастерскихъ. А-сооруженіе Бѣломорскаго канала съ углубленіемъ для броненосныхъ судовъ совершенно немыслимо. Не хватило-бы никакихъ средствъ для такого сооруженія. Словомъ сказать, всѣ стратегическія соображенія прожектеровъ не выдерживаютъ критики. А чего не бываетъ: быть можетъ, эти-то соображенія главнымъ образомъ и повліяли на рѣшеніе произвести техническія изысканія въ 1886 г., потому что экономическія изысканія вовсе не доказываютъ необходимости сооруженія канала, если принять во вниманіе неправду, приведенную изыскателями касательно минеральныхъ богатствъ и рыбныхъ промысловъ.

Изыскатели свидѣтельствуютъ, что "въ 1864 г. въ 318 озерахъ и 99 рѣкахъ Повѣнецкаго уѣзда выловлено 15,295 1/2 пуд. (замѣтьте съ половиною) рыбы на 12,655 р. 95 коп., что составляетъ 60 коп. на жителя; теперь-же ловится только на 38 коп., каковую рыбу крестьяне и съѣдаютъ всю". Кто ее считалъ? Волостной писарь? Не наводитъ-ли это обстоятельство на вопросъ, что-же повеземъ мы въ такомъ случаѣ по каналу? "Наловленную рыбу даже цѣнныхъ породъ крестьяне даютъ коровамъ и собакамъ, и только ничтожная часть ея проходитъ лѣтомъ сушеная на Онежское озеро и дальше". Удивительно, какъ крестьяне находятъ еще возможнымъ давать рыбу коровамъ и собакамъ изъ улова въ 38 коп. на человѣка. И не доказываетъ-ли это скорѣе необходимости очистки луговыхъ пространствъ для скота, нежели сооруженія канала? Г. Рудницкій свидѣтельствуетъ, что изъ с. Сороки вывозится ежегодно 300,000 пуд. однѣхъ селедокъ. Это невѣрно. Я былъ вѣс. Сорокахъ во время промысла въ прошломъ году. Съ начала промысла, съ 1 ноября и по 15 число, было выловлено сельдей 4 0,000 пуд., а къ 6 декабря промыселъ уже кончается. Промыселъ 1891 года считался однимъ изъ наилучшихъ промысловъ послѣднихъ лѣтъ. 15 ноября я выѣхалъ изъ села и не знаю окончательной цифры улова. Но если предположить, что промыселъ продолжался до 6 декабря съ тѣмъ-же успѣхомъ, то общая цифра улова выразится 90,000 пуд. Это maximum улова. Онъ далекъ отъ цифры г. Рудницкаго въ 300,000 пуд. Теперь селедку везутъ, главнымъ образомъ, на Вологду на подводахъ. Ужели можно думать, что съ устройствомъ канала купцы и промышленники будутъ коптить весь уловъ и ожидать слѣдующей весны, чтобы отправить селедку по каналу?

Этимъ заключеніемъ можно и покончить съ проектомъ сооруженія Бѣломорскаго канала, котораго не хотятъ даже лѣсопромышленники с. Сороки и г. Кеми, потому что для нихъ выгоднѣе сплавлять лѣса по теченіямъ рѣкъ. Выга и Кеми своими средствами, нежели пользоваться услугами канала для отправки досокъ въ Петербургъ съ поминутными перегрузками и накладными расходами на пути, съ цѣлью за семь верстъ киселя хлебать, чтобы только увеличить цѣнность матеріала, тогда какъ иностранные пароходы приходятъ сами въ с. Сороки и въ г. Кемь и грузятся лѣсомъ для заграничнаго рынка. Зачѣмъ этому лѣсу идти на Петербургъ?

Вторая партія сѣверянъ, крайне заинтересованныхъ соединеніемъ Сѣвера съ системою внутреннихъ путей сообщенія, сосредоточивается въ г. Архангельскѣ, въ лицѣ архангельскаго купечества. Они отрицаютъ необходимость сооруженія Бѣломорскаго канала и ходатайствуютъ о проведеніи желѣзной дороги изъ Вятки на Котласъ, что стоитъ на Сѣверной Двинѣ. А партія олонецкихъ земцовъ доказываетъ несостоятельность ихъ проэкта и домогается канала; а г. Рудницкій выступилъ теперь съ новымъ проектомъ Бѣломорской желѣзной дороги.

Прежде, чѣмъ привести сущность ходатайства архангельской партіи, слѣдуетъ выяснить роль архангельскихъ купцовъ по отношенію ихъ ко всему Поморью. Поморьемъ называется берегъ Бѣлаго моря отъ с. Нюхча до Сумскаго посада и отъ Сумскаго посада до начала Терскаго берега. Противоположный берегъ, т. е. восточный, относится къ Мезенскому краю. Всѣ жители Поморья, Мезенскаго берега, Терскаго и Мурманскаго -- всѣ они не занимаются хлѣбопашествомъ. Г. Кемь разобщенъ отъ Финляндіи, гдѣ существуютъ желѣзныя дороги, вслѣдствіе совершеннаго отсутствія путей сообщенія. По Кемской Кареліи можно ѣздить только зимою съ конца октября, когда болота промерзнутъ достаточно, чтобы можно было ѣздить по нимъ, не рискуя потерять лошадь. Итакъ, центральный пунктъ Поморья, окруженный болотами, разобщается даже съ сосѣдними селами во время осеннихъ и весеннихъ распутицъ, продолжающихся иногда мѣсяца по два. Архангельскъ служилъ всегда Поморью, Терскому берегу, Мезенскому и Мурманскому -- центральнымъ рынкомъ и главнымъ складочнымъ мѣстомъ для хлѣба, подвозимаго весною, лѣтомъ и осенью, смотря по ходу дѣлъ, изъ Вологодской губ. по Сѣверной Двинѣ. Во всякомъ поморскомъ городѣ, во всякомъ селѣ и въ каждой деревнѣ проживаютъ кулаки-поморы, судокладѣльцы, подымающіе народъ на Мурманскій берегъ на рыбный промыселъ. На Терскомъ берегу живутъ скупщики семги, а на Мезенскомъ -- хозяева, подымающіе людей на звѣриный промыселъ. Не говоря о мезенскихъ и терскихъ кулакахъ, скажемъ о поморскихъ. Они раздѣляются по характеру своихъ предпріятій на скупщиковъ рыбы на Мурманѣ, безъ подъема покрученниковъ, на хозяевъ-промышленниковъ, подымающихъ артели покрученниковъ, и на купцовъ, ведущихъ мѣновой торгъ лѣсомъ, мукою и берестою съ Финмаркеномъ. Но всѣ эти лица пріобрѣтаютъ хлѣбъ, крупу, приварки и другіе товары для деревни, для Норвегіи въ Архангельскѣ. И всѣ они, по крайней мѣрѣ, значительное большинство, зависятъ отъ архангельскихъ купцовъ, у которыхъ они кредитуются. Архангельскъ покупаетъ отчасти у нихъ рыбу въ концѣ лѣтняго улова. Много прикащиковъ пріѣзжаютъ изъ Вологодской губ. для закупки рыбы. Мезенскіе и Терскіе хозяева пріобрѣтаютъ товары и провіантъ также у архангельскихъ купцовъ; даже сѣверные финляндцы Улеаборгской губерніи покупаютъ очень часто хлѣбъ въ Архангельскѣ, откуда этотъ хлѣбъ доставляется на судахъ терскихъ хозяевъ въ д. Княжна, а оттуда провозится въ Улеаборгскую губ. Изъ этого ясно, какое важное коммерческое значеніе имѣетъ Архангельскъ, какъ хлѣбный отпускной рынокъ и какъ рынокъ сбыта рыбы. А отъ поморовъ-хозяевъ зависятъ поморы-крестьяне, которые состоятъ всегда въ неоплатныхъ долгахъ у нихъ, забирая товары и провіантъ въ долгъ въ счетъ будущихъ заработковъ на Мурманѣ. Зависимость эта усугубляется еще вслѣдствіе нерадѣнія архангельскаго продовольственнаго комитета, который снабжаетъ Поморье и Карелію всегда недостаточнымъ количествомъ хлѣба, причемъ и этотъ-то хлѣбъ, вслѣдствіе злоупотребленій волостного начальства, скупается кулаками и перепродается ими обратно въ казну во время частыхъ на Сѣверѣ голодовокъ; такъ что хлѣбъ въ частныхъ рукахъ оказывается всегда дешевле, нежели казенный. Чтобы умалить коммерческое значеніе Архангельска, необходимо создать гдѣ-нибудь новый коммерческій центръ. Г. Рудницкій, проектируя Бѣломорскую желѣзную дорогу изъ Кеми, полагаетъ возможнымъ создать искуственнымъ образомъ коммерческій центръ въ г. Кеми. Не говоря о томъ, какъ это трудно, проэктъ г. Рудницкаго рѣшительно не осуществимъ, потому что г. Кемь окруженъ болотами, по которымъ рѣшительно невозможно провести желѣзную дорогу. Словомъ это такой проэктъ, къ которому мы не будемъ возвращаться.

И такъ, роль архангельскихъ купцовъ не легко устранима. Не всегда, разумѣется, желѣзная дорога вліяетъ на уменьшеніе цѣны на провозимый по дорогѣ товаръ. Цѣны на хлѣбъ зависятъ отъ урожаевъ во внутреннихъ губерніяхъ Россіи. Но мы слышимъ "часто, что въ то время, когда въ приволжскихъ губерніяхъ наступаетъ голодъ, въ Сибири бываетъ до такой степени хорошій урожай, что сибиряки жалуются, что некуда сбывать хлѣбъ; поэтому"съ большею вѣроятностію можно сказать, что судьба Поморья и всего Сѣвера была-бы обезпечена, если-бы Архангельску суждено было соединиться желѣзною дорогою съ общею сѣтью Сибирской дороги. Волга и Маріинская система служили-бы Петербургу, а Архангельскъ процвѣлъ-бы въ значительной мѣрѣ отъ соединенія съ Сибирскою дорогою, равно какъ и жители береговъ Мезенскаго, Терскаго, Мурманскаго и Поморья были-бы обезпечены отъ катастрофъ, въ случаяхъ неожиданныхъ неурожаевъ, какъ это было въ прошломъ году. Вѣдь въ прошломъ году хлѣбъ въ Поморьѣ доходилъ до 20 руб. за куль 9-ти-пудоваго вѣса! Какъ вліяютъ эти далеко не исключительные случаи на экономическій бытъ народа?

Но выслушаемъ архангельскихъ купцовъ, которые посылали въ 1890 г. депутацію въ Петербургъ. Депутація эта являлась къ гг. министрамъ финансовъ, внутреннихъ дѣлъ и путей сообщенія. Она выразила, что торговые обороты архангельскаго порта быстро уменьшаются,-- съ 10 милл. рублей въ 1880 г. упали до 5 милл. и угрожаютъ дальнѣйшимъ паденіемъ. Въ мѣстной промышленности полный застой. Городъ обѣднѣлъ до того, что не имѣетъ средствъ для удовлетворенія самыхъ неотложныхъ нуждъ. Между тѣмъ, съ торгово-промышленнымъ положеніемъ Архангельска, съ условіями развитія его торговли, тѣсно связана участь промысловаго населенія не только всего Поморья, отъ границъ Норвегіи до Уральскаго хребта, но и всей сѣверо-восточной части Вятскаго края. Бѣдствія Архангельска обусловливаются, главнымъ образомъ, отсутствіемъ удобныхъ къ порту путей, такъ какъ единственныя водныя сообщенія по Сѣверной Двинѣ прерываются выше впаденія въ нее Вычегды, у села Котласъ. Отсюда даже до устьевъ Юга, всего лишь на протяженіи 60 верстъ, но такъ называемой Малой Двинѣ, плаваніе становится затруднительнымъ,-- особенно съ конца іюля мѣсяца. Препятствіемъ для судоходства служитъ мелководіе Малой Двины, на которой имѣется тринадцать опасныхъ мелей, а при дер. Пускино русло рѣки, отъ одного берега до другого, пересѣкается каменною грядою. Рѣки Луза и Югъ сближаютъ Двину съ Волжскимъ бассейномъ, и этимъ путемъ Архангельская губ. получала прежде почти всѣ грузы для значительной отпускной торговли своего порта и хлѣбъ для продовольствія мѣстныхъ жителей; но эти рѣки въ настоящее время до того мелки и засорены, что представляютъ возможность для сплава грузовъ только во время весенняго половодья, вслѣдъ за вскрытіемъ рѣкъ, втеченіе двухъ-трехъ недѣль. И въ это короткое время плаваніе по нимъ сопряжено съ огромными трудностями и опасностями, благодаря обваламъ крутыхъ, обрывистыхъ береговъ, быстротѣ теченія и извилистому фарватеру, вслѣдствіе чего барки нерѣдко разбиваются. Кромѣ того, съ пристаней этихъ рѣкъ нѣтъ возможности добраться до ближайшихъ пристаней на Вяткѣ, иначе какъ гужомъ, но водораздѣлу на протяженіи болѣе 200 верстъ. Это болотистое пространство лѣтомъ непроходимо, а зимній путь здѣсь также весьма неудобенъ и доставка по немъ грузовъ весьма дорога. Благодаря перегнившему ферзняку, глубокимъ снѣгамъ и оттепелямъ, проселочныя дороги становятся до такой степени выбитыми, что слѣдованіе по нимъ съ тяжелыми возами едва возможно; нерѣдко лошади падаютъ и грузы останавливаются въ пути.

Чтобы попасть въ Архангельскъ, грузы съ Вятки должны въ настоящее время проходить длинный окольный путь, почти въ 2400 верстъ -- сплавомъ по Вяткѣ и Камѣ, затѣмъ взводомъ по Волгѣ до Ярославля, оттуда но желѣзной дорогѣ до Вологды и вновь водою по Сухонѣ и Двинѣ, оставаясь иногда въ вологодскихъ амбарахъ несплавленными къ Архангельску, вслѣдствіе быстраго обмелѣнія Сухоны, какъ это было, напримѣръ, въ 1889 г. Сухона судоходна только самое короткое время весною, когда полая вода покрываетъ гряды камней, которыми усѣяно ея дно. Естественно, что указаннымъ кружнымъ путемъ идутъ въ Архангельскій край только грузы крайне необходимые для населенія, а именно: недостающій для его продовольствія хлѣбъ, въ количествѣ до 2-хъ милл. пудовъ, причемъ обходится онъ непомѣрно дорого. За бездорожьемъ, произведенія морскихъ промысловъ сбываются въ ограниченномъ количествѣ (въ общей сложности не болѣе 500,000 п. въ годъ), при чемъ трудность доставки увеличиваетъ ихъ цѣну для потребителей и крайне уменьшаетъ выгоды для промышленниковъ. Пудъ рыбы, стоющій въ Архангельскѣ 40 коп., продается въ Котельничѣ за 1 р. 20 коп. (тикша), такъ какъ множество груза гибнетъ на пути и портится въ складахъ.

Необходимо дополнить свидѣтельство архангельскихъ купцовъ, выраженное гг. министрамъ, слѣдующими добытыми мною данными: пріѣзжіе купцы изъ Вологды'давали во время ярмарки осенью 1891 г., когда всѣ поморы приходятъ съ Мурмана въ Архангельскъ продавать треску, за "среднюю" треску 90 коп. На рынкѣ произошла паника подъ вліяніемъ несчастія 1891 года, разразившагося въ черноземной полосѣ Россіи. Каждый поморъ спѣшилъ продать рыбу, ожидая большого паденія цѣнъ. Фрахтъ на Вологду до Петербурга или до Москвы обходится изъ Архангельска около 1 р. 50 коп. Итакъ, рыба, провезенная черезъ Вологду, стоитъ себѣ въ Москвѣ или въ Петербургѣ 2 р. 05 к. А скупщику на Мурманѣ (помору), доставившему рыбу на своемъ суднѣ въ Архангельскъ, она обошлась (съ тратою на соль, % на утечку, за расходомъ на промыселъ, если онъ хозяинъ артели) 1 р. 35 коп. за пудъ. Цѣны на Мурманѣ были въ тотъ годъ высоки. Хозяинъ промышленникъ понесъ въ убытокъ 45 коп. на пудъ. Пораженный этимъ явленіемъ, когда я спрашивалъ у хозяевъ поморовъ, какимъ-же образомъ возможно вести при такихъ условіяхъ промышленное дѣло, они этимъ-то именно и объясняли систематическія ихъ банкротства, происходящія изъ года въ годъ. Поморскія суда такъ и переходятъ изъ рукъ въ руки. Но это -- одна лишь причина, исключительная. Главнымъ-же образомъ банкротятся поморы, зарываясь въ выдачахъ рабочимъ авансовъ, когда промыселъ не оправдываетъ ихъ надеждъ, и въ Норвегіи, гдѣ купцы прижимаютъ ихъ. Возьмемъ для примѣра лучшій случай. Въ концѣ упомянутой ярмарки крупная треска была продана по 1 р. 40 коп., а на Мурманѣ она стоила себѣ 1 р. 35 коп. Хозяинъ взялъ 5 коп. барыша на пудъ. Если взять среднюю стоимость въ 1 р. 25 коп., то убытокъ хозяина выразится 10 коп. на пудѣ; а если прибавить къ средней стоимости стоимость фрахта черезъ Вологду (1 р. 15 коп.), то пудъ рыбы будетъ стоить себѣ 2 р. 40 коп. Съ Мурмана ушли тѣмъ годомъ въ Петербургъ 22 парусныхъ судна нашихъ поморовъ. Первые, пришедшіе въ Петербургъ, продавали треску по 1 р. 90 коп. за пудъ; послѣдующіе дешевле, по мѣрѣ того, какъ рынокъ переполнялся предложеніемъ, напримѣръ, по 1 р. 50 коп.; имъ стоила треска по 1 р. 35 коп.; оставался только фрахтъ въ ихъ пользу, по 15 коп. на пудѣ, если они отправили треску на своемъ суднѣ. Изъ сопоставленія этихъ цифръ, вы видите, какое вредное вліяніе производитъ дорогой фрахтъ черезъ Вологду. Одинъ и тотъ-же путь той-же рыбы на одномъ и томъ-же центральномъ внутреннемъ рынкѣ пріобрѣтаетъ троякую цѣнность: въ 2 р. 40 коп., въ 1 р. 90 коп. и въ 1 р. 50 коп., и высшая цѣна слѣдовала по времени доставки позднѣе низшей. Это только доказываетъ, что самый естественный способъ торговли напрашивается на морской путь доставки продуктовъ промысла. И въ этомъ смыслѣ необходимо было-бы принимать мѣры для развитія поморскаго флота, который могъ-бы развиваться при дальнихъ плаваніяхъ и въ дѣлѣ конкурренціи на заграничныхъ моряхъ. А желѣзная дорога на Архангельскъ можетъ только до нѣкоторой степени урегулировать очевидную ненормальность торговли и никоимъ образомъ не можетъ конкуррировать съ коммерческимъ паруснымъ флотомъ. Однако, она важна не столько для вывоза рыбы изъ Архангельска, сколько для привоза туда хлѣба, какъ о томъ говорятъ архангельскіе купцы.

Они продолжаютъ: отрѣзанный отъ желѣзно-дорожной сѣти и отъ внутреннихъ водныхъ путей въ Россіи, Архангельскій портъ существуетъ почти исключительно отпускомъ лѣса; но заграничная торговля этимъ товаромъ также клонится къ упадку, потому что цѣнные лѣса по берегамъ сплавныхъ рѣкъ уже вырублены, а проникать лѣсопромышленникамъ далѣе, вглубь, нѣтъ возможности, вслѣдствіе бездорожья. Въ настоящее время разобщенность Архангельскаго края съ остальною Россіей не только затормозила торговлю и всякую мѣстную промышленность, но постоянно угрожаетъ самому существованію поморовъ. Хлѣбное производство края не превышаетъ 1 1/2 милл. пудовъ въ годъ; для продовольствія-же его населенія требуется до 3 1/2 милл. пудовъ хлѣба, кромѣ овса для скота. Виды на урожай выясняются только въ августѣ или даже въ началѣ сентября, а сплавъ хлѣба по Сухонѣ можетъ производиться только раннею весною; судоходство-же по Малой Двинѣ прекращается въ концѣ іюля, такъ что въ случаѣ неудовлетворительнаго урожая, добавочное количество хлѣба, необходимаго для продовольствія населенія, не можетъ быть доставлено своевременно ни за какія деньги. Это обстоятельство вынуждаетъ правительство держать наготовѣ хлѣбъ въ особыхъ запасныхъ магазинахъ и, такимъ образомъ, непроизводительно расходовать довольно значительныя суммы, при отсутствіи, въ тоже время, увѣренности, что запаснаго хлѣба всегда хватитъ на продовольствіе населенія {Это неправда: когда я прибылъ въ Архангельскъ, то у продовольственнаго комитета деньги заключались въ процентныхъ бумагахъ, а хлѣба въ магазинахъ не было въ достаточной мѣрѣ для края, и комитетъ покупалъ его по самой дорогой цѣнѣ, не сдѣлавъ ранѣе заготовокъ, когда хлѣбъ былъ дешевъ.}.

Поморы, ради необходимаго заработка, нерѣдко уже поступаютъ въ наймы къ норвежцамъ, такъ какъ на русскихъ промыслахъ, за постояннымъ почти отсутствіемъ сбыта рыбы въ соотвѣтственномъ улову количествѣ, они далёко не обезпечены отъ голодовокъ. По той-же причинѣ не развивается колонизація на Сѣверѣ и норвежцы все болѣе овладѣваютъ промыслами въ Ледовитомъ океанѣ.

Вывести Архангельскій портъ, а вмѣстѣ съ нимъ и все населеніе Поморья, изъ нынѣшняго бѣдственнаго положенія и упрочить торговую и промышленную будущность края можетъ только такой рельсовый путь, который уничтожилъ бы преграду для сообщеній края съ внутренней Россіей на волокѣ, образуемомъ водораздѣломъ между бассейнами Двины и Волги. Конечными пунктами такого рельсоваго пути, очевидно, должны быть пристани на Двинѣ и Вяткѣ, откуда судоходство могло-бы совершаться безпрепятственно втеченіе всей навигаціи. Этими пристанями являются: на Двинѣ -- Котласъ, а на Вяткѣ -- Котельничъ, отстоящіе другъ отъ друга на разстояніи приблизительно 320 верстъ.

По этому направленію, еще въ 1868 г., сдѣлано правительственными инженерами подробное изысканіе. Не входя въ разсмотрѣніе технической стороны этого изысканія, высказываемъ увѣренность, что, въ виду особенно удобныхъ для проложенія дороги условіи мѣстности, дешевизны труда, обилія подъ рукою находящагося лѣса, отсутствія надобности въ сооруженіи значительныхъ мостовъ и полной возможности имѣть по недорогой цѣнѣ всѣ желѣзныя части съ вятскихъ и пермскихъ заводовъ, постройка дороги отъ Котельнича до Котласа, при раціональномъ ея веденіи, обошлась-бы очень дешево, едва-ли превысивъ, вмѣстѣ съ подвижнымъ составомъ, 10 милл. руб. А узкоколейная стоила бы, разумѣется, еще меньше. Эта дорога возвратила-бы Архангельску подобающее ему значеніё единственнаго морского порта на Сѣверѣ Россіи, и весь Сѣверный край былъ бы спасенъ отъ грозящаго ему конечнаго разоренія. Въ настоящее время значительная часть грузовъ сѣверо-восточной Россіи вовсе не находитъ сбыта за-границу и сбывается во внутреннія губерніи кружными путями, а потому за безцѣнокъ; сравнительно, самая ничтожная часть ихъ направляется теперь черезъ Архангельскъ за-границу, не смотря на всю дороговизну и неудобства перевозки ихъ по существующимъ путямъ. Желѣзная-же дорога откроетъ этимъ грузамъ дешевый и скорый доступъ къ заграничнымъ рынкамъ черезъ Архангельскъ, который вполнѣ можетъ предоставить, всякому ихъ количеству, удобства благоустроеннаго порта, особенно по окончаніи производящихся нынѣ работъ въ немъ, по углубленію фарватера,-- работъ въ значительной мѣрѣ безцѣльныхъ, если одновременно не будетъ проложена означенная желѣзная дорога {Впрочемъ, углубленіе фарватера должно повести къ удешевленію фрахтовъ, что очень важно при развитіи отпускной торговли.}, что слѣдуетъ сказать и относительно мурманскаго пароходства, которое, безъ желѣзной дороги, никогда не можетъ достигнуть надлежащаго развитія.

Навигація по Большой Двинѣ, отъ Котласа до Архангельска, длится, въ среднемъ, 168 дней и кончается обыкновенно между 10 и 20 октября; запоздавшіе иностранные пароходы могутъ грузиться изъ баржъ ниже Архангельска, напр., въ Лажминской гавани, еще позже, такъ какъ, благодаря близости моря, Двина замерзаетъ здѣсь недѣли двѣ спустя по закрытіи навигаціи выше Архангельска. Поэтому часть сельско-хозяйственныхъ произведеній сѣверо-восточной области, благодаря желѣзной дорогѣ, устраняющей непреодолимую нынѣ лѣтомъ преграду для сообщеній съ сѣвернымъ нашимъ портомъ, можетъ быть доставлена на иностранные рынки въ самый годъ уборки урожая, а осенній уловъ поморовъ, послѣ маргаритинской ярмарки въ Архангельскѣ, можетъ быть немедленно двинутъ на внутренніе рынки и, притомъ, въ несравненно большемъ противъ нынѣшняго количествѣ. Помимо того, движеніе рыбныхъ грузовъ можетъ производиться втеченіе всей навигаціи. Въ зимнее-же время, та-же дорога будетъ занята подвозомъ къ Котласу, для дальнѣйшаго сплава по Двинѣ зимнихъ заготовокъ вятскихъ пристаней, а въ обратномъ направленіи -- перевозкою цѣннаго лѣса и нѣкоторыхъ продуктовъ морскихъ промысловъ.

Можно разсчитывать, что до 13 милл. пудовъ груза пойдетъ по направленію отъ Котельнича къ Котласу, а обратно будетъ перевозиться рыба и другіе продукты морского промысла и скотъ въ количествѣ никакъ не меньше 3 милл. пудовъ, не считая лѣса. И такъ, 16 милл. пудовъ груза, не считая ремесленныхъ и кустарныхъ издѣлій, московскихъ мануфактуръ, бакалейныхъ, москательныхъ и разныхъ другихъ мелкихъ товаровъ. Далѣе слѣдуютъ разсчеты, по 8 коп. съ пуда за всѣ 320 верстъ, или по 1/40 коп. съ пудо-версты, получится валовой сборъ въ 1.280,000 руб., при дешевизнѣ и обиліи топлива на всемъ протяженіи дороги.

Г. министръ финансовъ отвѣтилъ: "десять милл. руб., необходимые для постройки дороги, -- это большія деньги. Въ будущемъ году (1891 г.) предстоитъ неурожай, а когда въ Россіи неурожай, то негдѣ и денегъ взять". Визитъ депутаціи къ г. министру внутреннихъ дѣлъ былъ кратковременный. Г. министръ одобрилъ мысли, высказанныя депутатами, которые представились послѣ того г. министру путей сообщенія и разъѣхались.

Вопросъ о вятско-двинской желѣзной дорогѣ остался открытымъ.


------


Въ отвѣтъ на предложенія архангельскихъ купцовъ, относительно вывоза изъ Архангельска продуктовъ рыбнаго и звѣринаго промысла и привоза туда московскихъ товаровъ, слѣдуетъ замѣтить, что торговая связь съ Москвою, быть можетъ, и установится, но только по отношенію къ уѣздамъ, среди которыхъ Архангельскъ занимаетъ какъ бы центральное мѣсто, хотя онъ и отошелъ нѣ сколько въ сторону, на окраину, на берегъ Бѣлаго моря. Архангельскъ важенъ безусловно для всего Сѣвера только какъ хлѣбный отпускной рынокъ. И мы не будемъ возражать также и противъ значенія Архангельска, какъ отпускного коммерческаго порта, торговля котораго съ заграничными покупателями должна непремѣнно развиться со времени проведенія туда желѣзной дороги. Но, касаясь Кареліи, Лапландіи, Терскаго и Мурманскаго береговъ, слѣдуетъ замѣтить, что всѣ продукты звѣринаго и рыбнаго промысловъ, происходящихъ въ этой области, никогда не пойдутъ черезъ Архангельскъ на внутренніе наши рынки; это совсѣмъ не по пути; исключеніе составитъ только рыба, которая привозится въ Архангельскъ съ Мурманскаго берега на поморскихъ судахъ осенью ко времени ярмарки.

Необходимо въ общихъ чертахъ охарактеризовать промышленную и торговую дѣятельность упомянутой области, отстоящей далеко отъ Архангельска. Въ Кареліи насчитывается, по сомнительнымъ статистическимъ даннымъ, 33,000 жителей. На самомъ дѣлѣ въ Кемскомъ уѣздѣ ихъ гораздо больше. Давно уже не было произведено ревизіи. Карелы занимаются хлѣбопашествомъ. Проживая по сосѣдству съ финляндцами, будучи подъ вліяніемъ ихъ культуры, карелы преуспѣваютъ въ землепашескомъ дѣлѣ сравнительно съ крестьянами Олонецкаго края. Правда, тѣ и другіе ведутъ кочующій образъ жизни, вслѣдствіе необходимости искать заработка; когда земля не даетъ достаточно хлѣба, нивы не разрабатываются, площади посѣвовъ не увеличиваются; никто имъ не помогаетъ, не обращая никакого вниманія на землепашество на Сѣверѣ. Когда, во всѣхъ уѣздахъ Олонецкаго края, исключая Каргопольскаго, своего хлѣба хватаетъ только отъ 4 до 6 мѣсяцевъ, а въ Повѣнецкомъ уѣздѣ отъ 1 до 4 мѣсяцевъ, въ Кемской Кареліи его хватаетъ на 6 мѣсяцевъ. Тамъ встрѣчаются хозяева съ запасами на три года. Земледѣльческій бытъ кареловъ заслуживаетъ отдѣльнаго очерка. Карелы поддерживаютъ свое существованіе, кромѣ того, тайною торговлею русскою мануфактурою въ Финляндіи, шатаясь съ сумками по лѣсамъ и деревнямъ; кромѣ того, они работаютъ на лѣсныхъ заготовкахъ для заводовъ: сороцкаго, кемскаго и ковденскаго; занимаются птичьимъ, звѣринымъ (лѣсного звѣря) и рыбнымъ (озерной рыбы) промыслами. Карелы ходятъ на Мурманскій берегъ въ ограниченномъ количествѣ (1500 чел.). Они получаютъ мануфактурные товары изъ Петербурга по финляндской желѣзной дорогѣ и, когда установится санный путь, отвозятъ грузы, продукты своего промысла, на своихъ лошадяхъ въ Финляндію. Южно-карельскія волости сообщаются съ г. Каяна, а грузы сѣверныхъ волостей направляются на г. Улеаборгъ, соединенный съ Петербургомъ желѣзною дорогою. Но въ г. Каяна возятъ весьма небольшое количество дичи, а большинство крестьянъ южно-карельскихъ волостей находятъ заработки, главнымъ образомъ, на лѣсныхъ заготовкахъ и на сельдяномъ промыслѣ, который начинается въ с. Сороки съ 1 ноября и оканчивается къ 6 декабря. Сюда сосредоточивается иной годъ до 6,000 чел. кемскихъ, повѣнецкихъ крестьянъ и преимущественно вологжанъ. Послѣдніе, покупая селедку или занимаясь просто извознымъ промысломъ, и направляются съ грузами на Вологду, гдѣ искони проживаютъ купцы, ведущіе эту торговлю. Полагать, что эта торговля можетъ принять другое направленіе -- это, значитъ, ломать издревле установившійся торговый порядокъ и разрывать давно уже существующіе торговыя связи, а вы знаете, какъ это трудно и безполезно. Меньшее количество сельдей, равно какъ и наваги, ловлею которой занимаются зимою крестьяне, сосѣдне-проживающіе съ с. Сороки, направляется на Шунгу и на Петербургъ. Но послѣдняго товара такъ мало, что крайне наивно думать, что фрахтъ за него могъ-бы окупить расходы на желѣзнодорожное сооруженіе или на Бѣломорскій каналъ. Кромѣ упомянутыхъ товаровъ, составляющихъ предметъ вывоза изъ юго-западнаго Бѣломорскаго раіона, изъ г. Кеми вывозятъ въ Петербургъ по зимнему первопутку семгу осенняго улова на Терскомъ берегу. Кемскіе поморы и сосѣдніе сельчане скупаютъ семгу на Терскомъ берегу, доставляютъ въ г. Кемь на своихъ судахъ и отправляютъ изъ г. Кеми въ Петербургъ. Въ 1888 г. привезено было, семги изъ Варзуги въ Кемь:

Антоновымъ 600 пуд.

Норкинымъ и Заборщиковымъ 1150 "

М. Кореховымъ 400 "

Лукинымъ и Михѣевымъ 450 пуд.

А. Савинымъ 700 "

Итого 3300 пуд.

Провозъ до Петербурга 1 руб. 70 коп. за пудъ.

Въ 1889 г.:

Антоновымъ 490 пуд.

Норкинымъ и Заборщиковымъ 1000 "

Лукинымъ и Михѣевымъ 450 "

Савинымъ 600 "

Итого 2540 пуд.

Провозъ до Петербурга 1 руб. 25 коп. за пудъ.

Въ 1890 г.

Антоновымъ 700 пуд.

Лукинымъ и Михѣевымъ 600 "

Кореховымъ 320"

Итого 1620 пуд.

Провозъ до Петербурга 1 руб. 20 коп. за пудъ.

Кромѣ того изъ с. Шуи вывозится ежегодно отъ 500 до 800 пуд. варугской семги. Провозъ дешевле противъ провоза изъ Кеми на 10 коп.

Въ числѣ упомянутыхъ лицъ мы находимъ гг. Савина, Корехова и Заборщикова, проживающихъ на Терскомъ берегу; это значитъ, что они предпочитаютъ отправлять семгу передъ заморозкомъ на судахъ до Кеми, а не на подводахъ на г. Улеаборгъ, выигрывая на фрахтѣ до Кеми. Итакъ, вотъ и все, что отправляется изъ юго-западнаго Бѣломорскаго раіона. Если допустимъ, что изъ с. Сороки идетъ половинное количество уловленной селедки (чего допускать нельзя) и такое-же количество наваги (что также легкомысленно было-бы допустить), то общая цифра отправляемаго груза выразится 83,300 пуд. Я беру maximum, въ дѣйствительности небывалый. А все то, что привозится въ Поморье и на Терскій берегъ,-- все закупается въ Архангельскѣ и привозится на судахъ поморовъ {Только въ Сумскій посадъ возятъ немного мануфактуры, бакалеи и колоніальнаго и москательнаго товара изъ Петербурга осенью.}.

Съ Терскаго берега отправляютъ часть грузовъ на г. Улеаборгъ. Зажиточные карелы, Карвариндинъ, Зайковъ, Кемовъ, Медвѣдевъ везутъ скупленную ими семгу въ концѣ ноября на улеаборгскую желѣзную дорогу. Крестьяне сѣверныхъ волостей,-- Олангской преимущественно {Крестьяне деревень: Соколозеро и Ругозеро.}, отчасти Кестенгской (очень мало),-- занимаются этимъ извознымъ промысломъ, встрѣчая сильныхъ конкуррентовъ въ лицѣ финновъ, проживающихъ въ Казамскомъ приходѣ, Улеаборгской губ. Кромѣ семги, на Улеаборгъ возятъ грузы изъ Лапландіи и нѣкоторое, очень малое количество замороженной трески изъ становища Тириберка съ Мурманскаго берега. Изъ Лапландіи, гдѣ поселился въ послѣднее время богатый ижемецъ, собственникъ нѣсколькихъ тысячъ головъ оленей, перекочевавъ изъ Больше-земельской тундры, вывозятъ оленьи задки, шкуры и языки. Эти грузы направляются на д. Княжна, которая стоитъ на берегу Кандалакскаго залива, оттуда сворачиваютъ въ Карелію на с. Оланга, потомъ на финляндскую деревню Конданіеми и на г. Улеаборгъ. Отправка этихъ грузовъ производится въ ноябрѣ. Фрахтъ отъ д. Княжна до д. Конданіеми 30 коп. за пудъ, отъ Канданіеми до Улеаборга -- двѣ марки. Отъ Улеаборга до д. Конданіеми обратно везутъ за одну марку сорокъ пенни. Какое количество грузовъ идетъ на Улеаборгъ я сказать не умѣю, за неимѣніемъ статистическихъ данныхъ подъ рукою. Но, судя по впечатлѣнію, которое я пріобрѣлъ во время поѣздки по этимъ мѣстамъ, встрѣчаясь съ подводами по дорогѣ, могу сказать, что этихъ грузовъ немного. Не слѣдуетъ забывать, что всѣ лопари сбываютъ свою семгу поморамъ во время лѣтняго ея улова на Мурманскомъ берегу, а поэтому она и не идетъ на Улеаборгъ. Карелы не покупаютъ ничего въ Улеаборгѣ, кромѣ земледѣльческихъ орудій; жители Мурманскаго берега дѣлаютъ на зиму запасы изъ Архангельска.

Тѣмъ не менѣе, въ Финляндіи образовалась значительная партія, желающая связать торгово-промышленную судьбу Терскаго берега, сѣверной Кареліи и Лапландіи съ судьбою сѣверной Финляндіи. Эта сѣверная наша область давно обратила на себя просвѣщенное вниманіе финляндской интеллигенціи и народа. Народъ началъ переселяться изъ Казанскаго прихода на западный Мурманскій берегъ, образовавъ колоніи: Кислая (5 чел. Финновъ), Ура (148 чел.), Вичаная (7 чел.), Западная Лица (26 чел.), Большая Мотка (38 чел.), Червяная (13 чел.), Земляная (69 чел.), Маломотка (2 чел.). Голодъ выгоняетъ финновъ на Мурманскій берегъ, гдѣ они устраиваются лучше, благодаря рыбному промыслу, и обзаводятся скотомъ. Интеллигенція является иногда на нашемъ сѣверѣ въ лицѣ членовъ ученыхъ экспедицій. Такъ въ 1887 г. путешествовали по нашей Лапландіи докторъ философіи Ф. В. Бротеусъ, доцентъ Александровскаго университета докторъ философіи А. О. Тильманъ, въ качествѣ ботаниковъ, кандидатъ медицины Р. Энвальдъ и профессоръ того-же университета, докторъ философіи У. А. Пальменъ, въ качествѣ зоологовъ, магистръ В. Рамзай, въ качествѣ геолога, и студентъ Петреліусъ, въ качествѣ геодеза, а также капитанъ торговаго флота Д. У. Шестрандтъ. Экспедиція прошла изъ Колы на юго-востокъ черезъ Ловозерскій погостъ по верхнему теченію рѣки Паной" Въ настоящее время какая-то торговая компанія домогается (хотадайствуетъ въ министерствѣ) объ эксплоатаціи лѣсовъ въ раіонѣ рѣки Тулома въ продолженіе долгаго періода и съ правомъ постройки завода въ Кольской Губѣ. Лѣса сѣверной Финляндіи почти всѣ уничтожены, мелкій лѣсъ, который выросъ на мѣстахъ стараго, обдирается для смолокуренія. Вообще, финляндцы обдумываютъ серьезно возможныя торгово-промышленныя связи съ нашей Кареліей, Лапландіей и съ Терскимъ берегомъ.

И нельзя сказать, чтобы взгляды финляндцевъ на сѣверныя дѣла были ограниченны. Они желаютъ, напримѣръ, провести желѣзную дорогу изъ Улеаборга до г. Торнео, который стоитъ на шведско-финляндской границѣ. Въ минувшее лѣто предполагалось техническое изысканіе этой вѣтви. Сенатъ утвердилъ проэктъ дороги. Скоро приступятъ къ постройкѣ. Продолженіе улеаборгской и. д. до Торнео оживило-бы предпріимчивость не только въ мѣстахъ ея проводки, говорятъ они, но и по всему сѣверу Финляндіи, особенно въ окрестностяхъ долинъ рѣкъ Кеми и Торнео, жители которыхъ не имѣютъ удобствъ сбыта. Теперь въ рѣкахъ Торнео, Кемь, Улео, Симо и Іно, а также въ шхерахъ передъ устьями этихъ рѣкъ производится весьма выгодный ловъ лососей, какъ важный побочный промыселъ. Но за кулисами оживленія долинъ упомянутыхъ рѣкъ скрываются болѣе существенныя въ экономическомъ отношеніи надежды. Я слышалъ, въ бытность мою въ Улеаборгѣ, что отъ одного изъ континентальныхъ пунктовъ западныхъ береговъ Норвегіи, сосѣднихъ съ островами Лофотенскаго архипелага, началась постройка желѣзной дороги черезъ Норвегію и Швецію на Торнео. Постройка началась, говорятъ, на счетъ займа въ Англіи, но пріостановилась. по причинамъ, о которыхъ я не могъ узнать. Если этой постройкѣ суждено осуществиться, то Лофотенскіе острова будутъ связаны съ Петербургомъ. Вы знаете, какой обильный уловъ рыбы производится среди острововъ Лофотенскаго архипелага. Уловъ этотъ пользуется всемірной извѣстностью и равнаго ему нѣтъ во всемъ мірѣ. Туда съѣзжаются всѣ рыболовы, являясь даже изъ самыхъ отдаленныхъ мѣстечекъ южной Норвегіи. Масса европейцевъ и американцевъ пріѣзжаютъ каждое лѣто смотрѣть острова. Поэтому, вы понимаете, какъ заинтересованы въ постройкѣ упомянутой дороги финляндцы. Русскіе рынки пріобрѣли-бы возможность получать треску даже въ свѣжемъ состояніи. Цѣна за треску и палтусину упала-бы на нашихъ рынкахъ. А опытъ нашихъ поморовъ доказалъ, что только тѣ изъ числа поморовъ пріобрѣтаютъ безъ риска барыши, которые являются первыми со своими судами и грузами съ Мурманскаго берега осенью въ Петербургъ. Опоздавшіе или терпятъ убытки, или принуждены ожидать конца зимы, когда доставленные моремъ грузы будутъ проданы и цѣна на треску повысится. А при существованіи желѣзной дороги отъ Лофотенскихъ острововъ наши поморы не могли-бы выдерживать конкурренціи на петербургскомъ рынкѣ. Разумѣется, слѣдуя политикѣ запретительнаго тарифа, мы не замедлили-бы возвысить пошлину на заграничную рыбу. И, вѣроятно, это обстоятельство, возможное въ будущемъ, и удерживаетъ шведовъ, норвежцевъ, а, быть можетъ, и англичанъ отъ продолженія постройки дороги, которая будетъ выгодна въ томъ только случаѣ, если она соединится съ русскими рынками сбыта. Но если проэктъ постройки этой дороги осуществится, то торговлѣ нашею рыбою съ Мурмана, при доступной пошлинѣ на норвежскую рыбу, грозитъ паденіе. И торговля нашею рыбою должна будетъ принять въ томъ случаѣ направленіе исключительно на Архангельскъ.

Итакъ, вопросъ еще не рѣшенъ, будетъ-ли построена жел. дорога отъ Лофотенскаго архипелага до Торнео; но финляндскимъ сенатомъ утверждены уже проэкты желѣзно-дорожной вѣтви отъ г. Улеаборга до г. Торнео и другой проэктъ новаго шоссе отъ Козамскаго прихода до границы нашей Кареліи по направленію къ Бѣлому морю, съ разсчетомъ связать г. Улеаборгъ съ д. Княжегубской, которая стоитъ на берегу Кандалакской губы.

Въ Кареліи нѣтъ никакихъ путей сообщенія. Карелы въ этомъ отношеніи живутъ подобно дикарямъ. Забытый всѣми карельскій народъ, заброшенный судьбою въ самый далекій, уединенный, дикій, лѣсной уголокъ, куда не проникаетъ человѣческая тропа, гдѣ нѣтъ возможности народу обобщиться, окруженный болотами, озерами по сто верстъ длиною, высокими скалами въ сѣверныхъ волостяхъ, проживаетъ на берегахъ вѣчно клокочущихъ, порожистыхъ рѣкъ, и жизнь этого народа потому-то и любопытна, что она совершенно неизвѣстна, никѣмъ не изслѣдована; страна не измѣрена, не уложена въ форму правильно составленной географической карты, не выяснена статистикою, лишена дорогъ; лѣса ея не были никогда размежеваны, поля не были приведены въ извѣстность, равно какъ и сѣнокосы, скотоводство не выяснено, способы обработки поля и система хозяйства не извѣстны. Все это составляетъ предметъ отдѣльнаго очерка, а теперь проѣхавшему по Кареліи необходимо только замѣтить, что полнѣйшая бездорожица немыслима для населеннаго края. Чиновники посѣщаютъ волости очень рѣдко, почта запаздываетъ постоянно, все точно противодѣйствуетъ развитію народной жизни. Такое положеніе вещей немыслимо ни въ одномъ мало мальски цивилизованномъ государствѣ, тѣмъ болѣе въ такой области, относительно которой въ самой администраціи укоренилось убѣжденіе, что страна эта какъ бы предназначена судьбою на вѣчную голодовку. Карельскія волости сообщаются съ г. Кемью только зимою. Сообщеніе это ограничивается посылкою земской почты и райдъ, т. е. оленьихъ обозовъ, которые отправляются каждую зиму въ концѣ ноября за казеннымъ хлѣбомъ, отпускаемымъ изъ кемскаго запаснаго магазина. Карелы не имѣютъ никакихъ торговыхъ связей со своимъ уѣзднымъ городомъ, въ который они не заглядывали бы никогда, если бы не были вынуждены доставлять въ г. Кемь своихъ рекрутовъ ежегодно къ 15 ноября. Донесенія чиновника по крестьянскимъ дѣламъ о состояніи урожаевъ и продовольственнаго дѣла поступаютъ въ архангельскій продовольственный комитетъ лѣтомъ, а мука отправляется въ г. Кемь осенью на пароходѣ въ одинъ изъ послѣднихъ его рейсовъ по Бѣломорскимъ портамъ. А заготовка хлѣба въ Архангельскѣ происходитъ весною, когда виды на урожай въ Кареліи далеко еще не выяснены; между тѣмъ, какъ весною-то именно, послѣ распутья, и отправляется чиновникъ по крестьянскимъ дѣламъ по уѣзду, какъ я убѣдился по книгѣ проѣзжающихъ по уѣзду, находящейся на всякой земской станціи. Легче совершить кругосвѣтное путешествіе, нежели проѣхаться весною по волостямъ Кареліи. Путешествіе это сопряжено буквально съ опасностью для жизни. Сотни верстъ приходится подыматься и спускаться по порогамъ рѣкъ на утлой ладьѣ, ходить пѣшкомъ по болотамъ, ѣздить верхомъ по наволокамъ, плавать на лодкѣ по безконечнымъ озерамъ. Разумѣется, при такомъ способѣ собиранія свѣдѣній о состояніи продовольственнаго дѣла въ уѣздѣ, никто не можетъ никогда знать объ истинномъ его положеніи. А сѣверные морозы часто уничтожаютъ посѣвы, и въ такомъ случаѣ извѣстіе объ этомъ запаздываетъ въ г. Кемь, администрація оказывается неподготовленной, хлѣба не хватаетъ въ казенномъ магазинѣ, и чиновнику приходится скупать хлѣбъ при зимнемъ первопуткѣ у поморовъ-кулаковъ за баснословныя цѣны, чтобы предупредить голодъ въ Кареліи. Волостныя власти злоупотребляютъ и продаютъ казенный хлѣбъ деревенскимъ кулакамъ. Все это приводитъ къ тому, что когда наступаетъ кризисъ, какъ это было въ 1891 г., когда морозъ уничтожилъ всѣ посѣвы въ Кареліи, то продовольствіе уѣзда съ цѣлью предупрежденія голода обошлось казнѣ на одинъ уѣздъ въ 76,442 руб., причемъ за ржаную муку казна платила кулакамъ по 1 р. 80 к. и по 2 р. за пудъ. Таковы послѣдствія отсутствія путей сообщенія.

Карельскій народъ не можетъ же, однако, жить изолированно отъ другихъ. Ему необходимо находить и рынокъ для сбыта продуктовъ своего промысла, и ожидать откуда нибудь немедленной помощи по кратчайшему и безопаснѣйшему пути. Финляндія, покрытая сѣтью желѣзныхъ дорогъ, представляется народу ближайшимъ и наивыгоднѣйшимъ рынкомъ. Поэтому, попытка финляндцевъ связать село Козамо съ д. Княжна заслуживаетъ серьезнаго вниманія. Финляндцы -- великіе мастера строить прекрасныя дороги по кратчайшимъ и безопаснѣйшимъ путямъ. Улеаборгъ связанъ съ Петербургомъ желѣзною дорогою. Отъ Улеаборга идетъ шоссе на сѣверо-востокъ до с. Козамо. Финляндскій Сенатъ утвердилъ проэктъ постройки новой дороги отъ с. Козамо до нашей границы по направленію къ Кандалакскому заливу. Проэктъ этотъ отвѣчаетъ только потребности, выраженной самими карелами и финляндцами, которые повезли грузы по этому направленію съ Терскаго берега, изъ Лапландіи и сѣверной Финляндіи еще съ тѣхъ поръ, какъ построилась Улеаборгская желѣзная дорога. Въ настоящее время въ предѣлахъ русской Кареліи существуютъ пути сообщенія съ Финляндіей преимущественно случайные, зимніе, прокладываемые крестьянами съ величайшимъ трудомъ по глубокимъ снѣжнымъ сугробамъ, опасные во время вьюги и крайне затруднительные во всякое время среди валуновъ, неровностей въ дремучемъ лѣсу, среди бурелома.

Чего достигаютъ финляндцы устройствомъ новаго шоссе изъ с. Козамо? Они составили сначала проэктъ дороги по направленію изъ с. Козамо до выселка Корбеля, при озерѣ Панозерѣ, которое находится на границѣ нашей Кареліи. И улеаборгскій губернаторъ ходатайствовалъ въ нашемъ министерствѣ о продолженіи дороги изъ Корбеля на д. Княжна. Проэктъ встрѣтилъ сочувствіе финскихъ крестьянъ: дорога проэктировалась среди селеній до нѣкоторой степени обитаемыхъ. А крестьяне хорошо знаютъ, что отъ дороги черезъ ихъ селенія они много выигрываютъ. Они говорили мнѣ, что и почтовое сообщеніе выиграло бы во времени, и русскимъ крестьянамъ было бы ближе сворачивать на этотъ путь, слѣдуя изъ д. Княжна черезъ Олангу на Козамо, такъ какъ въ началѣ зимы, когда вода выступаетъ на поверхности озеръ (это въ томъ предположеніи, когда въ нашихъ предѣлахъ нѣтъ шоссейной дороги), имъ было-бы ближе сворачивать на столбовую дорогу. (Между д. Война и д. Конданіеми считается 4 версты, которыя раздѣляли бы ихъ въ томъ случаѣ отъ столбовой дороги). Но улеаборгская администрація предпочла утвердить и добиться утвержденія проэкта другого пути, быть можетъ, нѣсколько длиннѣйшаго, но за то разсчитаннаго на соединеніе с. Козамо съ сѣверо-восточною частію финской Лапландіи, и по такому направленію, продолжая которое, легко и удобно выйти потомъ на путь не только къ берегу Бѣлаго моря, на д. Княжна, но и въ русскую Лапландію на Кольскій трактъ и на Ловозерскій погостъ. Путь этотъ идетъ изъ с. Козамо на Кунтіярви, оттуда дѣлается поворотъ на Айтакумпо, откуда до русской границы 20 верстъ. Финскіе крестьяне, жалуясь на это направленіе, ссылаются на малонаселенность этой мѣстности и говорятъ, что поддержка дороги будетъ стоить дороже, затруднительнѣе и что дорога длиннѣе, а русскимъ крестьянамъ невозможно будетъ сворачивать на этотъ путь съ принятаго ими теперь зимняго пути, потому что полотно этой дороги будетъ отстоять на 20 верстъ (отъ д. Конданіеми до д. Водунка -- 20 верстъ). Но надо знать, встрѣтила-ли финляндская администрація сочувствіе въ нашей администраціи при первомъ своемъ проэктѣ?

Улеаборгскій губернаторъ, ходатайствуя о продленіи финляндской дороги по вышеприведенному направленію въ предѣлахъ нашей Кареліи, выставлялъ на видъ, что дорога въ Кареліи прошла-бы по пространству въ 135 верстъ и обошлась-бы русскому правительству, по разсчету финскихъ инженеровъ, въ 150,000 руб. Жертва не великая, а польза была-бы значительная. Это дало-бы толчокъ къ развитію экономической жизни крестьянъ, которые, отдаваясь теперь въ руки мѣстныхъ эксплоататоровъ, рѣшительно не находятъ выгодъ заниматься хотя-бы звѣринымъ и птичьимъ промыслами въ лѣсахъ; а при существованіи дороги каждый крестьянинъ занимался-бы охотнѣе промыслами, зная, что ему нѣтъ необходимости продавать продукты промысла мѣстному кулаку, а легко отвезти ихъ на своей лошаденкѣ по благоустроенной дорогѣ въ Улеаборгъ; тѣмъ болѣе, что дорога въ предѣлахъ нашей Кареліи, какъ мнѣ свидѣтельствовали мѣстные крестьяне, пошла-бы отъ Паннозера сначала по берегу рѣки Оланга до с. Оланга, по грунту крѣпкому, удобному, гдѣ нѣтъ болотъ и горы небольшія. Изъ Паннозера до Оланги 20 верстъ. Можно было-бы даже миновать с. Оланга, повернувъ изъ д. Вардаламбино, находящейся между Паннозеромъ и Олангой, на д. Бора (15 верстъ). Изъ д. Бора можно было-бы вести дорогу на Ковдозеро, до выселка "Конецъ Ковдозера". Это разстояніе -- 70 верстъ. На всемъ пространствѣ мѣста здѣсь сухія и горы небольшія. Только въ двухъ мѣстахъ пришлось-бы дѣлать мосты: черезъ рѣку Куму и черезъ рѣку Іова. Изъ выселка "Конецъ Ковдозера" дорога пошла-бы въ д. Княжна по сѣверную сторону Ковдозера на 50 верстъ разстоянія.

Министерство, принимая во вниманіе ходатайство улеаборгскаго губернатора, сдѣлало запросъ по этому поводу у областной архангельской администраціи. Архангельскій губернаторъ нашелъ этотъ путь вовсе не нужнымъ. Замѣтьте, что всѣ крестьяне сѣверной Финляндіи живутъ не столько на счетъ своихъ урожаевъ, сколько благодаря тому, что занимаются молочнымъ хозяйствомъ; а наши карелы развиваются въ сельскохозяйственномъ смыслѣ подъ вліяніемъ образцовыхъ хозяйствъ финскаго народа; тѣмъ не менѣе, администрація наша донесла министерству, что мѣстность, намѣченная для проложенія проэктируемаго пути отъ дер. Княжегубской до финляндской границы, въ предѣлахъ Кемскаго уѣзда, большею частію болотистая (полнѣйшее незнаніе своего уѣзда!) и малонаселенная {Болота, напротивъ, превращаются на южной оконечности озера Кюйто, а отъ с. Ухта идутъ возвышенныя мѣста, на которыхъ попадаются рѣдко малыя болота и малыя озера, и горы возвышаются по мѣрѣ удаленія на сѣверъ. Только Ковдозеро и Топпозеро велики по своимъ размѣрамъ. Но они не препятствуютъ дорогѣ.}; вслѣдствіе чего и по крайней бѣдности (благосостоянію кемскихъ карелъ завидуютъ повѣнецкіе карелы) мѣстнаго населенія проэктируемый здѣсь проѣзжій путь, потребовавъ весьма значительныхъ затратъ, могъ-бы быть первоначально устроенъ и затѣмъ поддерживаемъ исключительно лишь средствами правительства, между тѣмъ какъ расходы эти нимало не оправдывались-бы не только какими-либо административными потребностями, но даже и интересами мѣстнаго населенія, такъ какъ ближайшими добытыми на мѣстѣ данными по сему предмету установлено, что изъ Кандалакскаго раіона въ настоящее время частію въ Финляндію, а больше въ Петербургъ, идутъ лишь свѣжее мясо, шкура оленей, часть соленой и свѣжей семги, свѣжая-же другихъ породъ рыба и дичь, всего до 10,000 пуд., могутъ перевозиться и перевозятся только зимою, притомъ, за недостаткомъ тамъ лошадей, на оленяхъ. (На оленяхъ, везутъ только до д. Соколозеро). Съ наступленіемъ-же зимы открывается отъ Кандалакской деревни (?) удобное прямое сообщеніе съ Финляндіей черезъ озера, рѣки и болота, каковымъ путемъ перевозится нынѣ финляндцами изъ Княжегубской дер., на принадлежащихъ имъ оленяхъ, хлѣбъ, закупаемый ими обыкновенно въ навигаціонное время въ Архангельскѣ, какъ лично, такъ и черезъ мѣстныхъ торговцевъ, въ количествѣ 30,000 пуд., и доставляемый лѣтомъ отъ Архангельска до названной выше деревни на морскихъ судахъ.

Въ этомъ отзывѣ непростительна путаница дер. Кандалакши съ дер. Княжегубской и нельзя-же увѣрять министерство, что изъ д. Кандалакши открывается путь въ Финляндію, когда никто его никогда не прокладывалъ. Но, благодаря этому отзыву, проэктъ и ходатайство улеаборгскаго губернатора не были уважены въ министерствѣ. Такимъ образомъ, всѣ попытки архангельскаго общества и финляндской администраціи связать сѣверную окраину, погрязающую въ косности, рутинѣ, расколѣ, суевѣріи, идолопоклонствѣ, во мракѣ безсмыслицы, въ нищетѣ и предразсудкахъ, остаются тщетными, и вопросъ остается нерѣшеннымъ, несмотря на то, что много было о немъ писано и говорено.


Н. Максимовъ.


"Русское Богатство", No 4, 1893