# Жюль Ромэн. Обормоты

Осип Эмильевич Мандельштам

Предисловие к русскому изданию.

## Осип Мандельштам. Жюль Ромэн. Обормоты


Предисловие к русскому изданию


В литературе и общественном мнении старой Европы -- до возникновения фашизма и неизбежного вовлечения буржуазной молодежи в политическую борьбу -- существовал взгляд на студенчество как на привилегированную касту, временно освобожденную от преклонения перед авторитетами и государственными установлениями, условно свободную и безобидно оппозиционную по отношению к мировоззрению господствующих сил. Лучше всего это отношение передается немецким выражением austoben: студенчество должно перебеситься. На студенческие шалости глядели сквозь пальцы, -- будь то простое буйство в кафе, глумление над профессором или даже издевательство над полицейским и бюргерским порядком, -- и подобная снисходительность была более чем благоразумна и оправдана необходимостью. Нужно помнить, как и из кого формируется западное студенчество. С помощью каждого нового студенческого набора буржуазия получает и усваивает новые соки из полубуржуазных, полуремесленных и даже крестьянских слоев и незаметно растворяет их. Эти наборы господствующим классам необходимы -- и что же удивительного, если последние проявляют некоторый педагогический такт, соглашаясь на безобидное буйство молодежи, смешанной и подозрительной по социальному составу, пока она не будет обработана под нужный цвет и закал колесами высшей школы.

"Обормоты" Жюля Ромэна завершают, во французской литературе, длинную цепь студенческих буйств и мистификаций, начинающуюся еще в пятнадцатом веке подменой вывесок и глумлением над городской стражей, о которых рассказывает мэтр Франсуа Вийон. Но "Обормоты" Жюля Ромэна, по глубине мистификации, по силе темперамента, по далеко не безобидному яду своих шалостей, позволяют поставить вопрос: сможет ли такое студенчество, даже получив нужную обработку, делать дело буржуазии и не является ли оно уже по-настоящему неблагонадежным и социально неблагополучным?

Все герои этой книги -- будущие инженеры или юристы, нотариусы или адвокаты. Все они получают из дому деньги, учатся между попойками и, в конце концов, добьются своих дипломов. Но замечательно при этом, что ни один из них не относится серьезно к своей положительной миссии в обществе и даже не в состоянии представить себя наделенным полномочиями власти или общественного положения.

В лице всех этих молодых людей мы видим как бы больших детей. Их отношение к взрослым, к миру политики, силы и власти, при всей своей напряженности и активности, -- безответственно. Больше того: как группа, как содружество обормотов, они противопоставляют себя всему миру, и в этом возвеличении группы, в этом любовании первоначальным кристаллом симпатии и солидарности сказывается одно из глубочайших свойств художественной личности Жюля Ромэна. Группа обормотов вычислена и вычерчена писателем с правильностью геометрической фигуры. Это -- один из многочисленных и едва ли не лучший опыт социальной кристаллографии Жюля Ромэна. Конечно, не будь вожака всей этой группы -- Бенена, -- ее не существовало бы. Более слабая инициатива у Брудье и Лесюера. Конечно, такая группа -- соединение временное, позволяющее каждому из участников возможно дольше сохранить свое своеобразие и независимость. Распад группы обормотов, которая держится только стихийной симпатией и личным влиянием Бенена, -- неизбежен. И после этого распада каждый из них станет на своё место. Но все же остается героическая эпопея жизнерадостных французских "школяров", наградивших тремя крупными щелчками государство, церковь и армию. Время действия обормотов -- между франко-русским альянсом и войной, т. е. золотые годы буржуазного порядка. Обормоты объявляют этому порядку как бы весёлый террор. Три покушения, три мистификации, составляющие фабулу "Обормотов", -- не только вспышки остроумия и буйной любви к жизни, не только безответственная студенческая игра, но целая программа творческой жизнерадостности и физиологического отвращения к господствующему порядку... Прошло всего несколько лет, и сейчас обормоты уже невозможны. То же брожение молодости сейчас проявилось бы иначе, но как завершение бессознательно революционного бунта европейского студенчества.

"Обормоты", несомненно, книга весьма значительная.

1925


## Примечания


В кн.: Жюль Ромэн. Обормоты. Пер. с франц. О. Э. Мандельштама. Л.: ГИЗ, 1925, с. 3-4. Без подписи (атрибуция А. Г. Меца). Книга вышла в августе 1925 г. Перепеч.: Материалы к биографии.