# Кисловодск весной

Осип Эмильевич Мандельштам

## Осип Мандельштам. Кисловодск весной


Разные бывают солнца, но такого, как в Кисловодске, нет, кажется, больше нигде. При высшей своей жгучести оно не палит, не жжет, а глубоко, насквозь пронизывает тело радостью...

Тоже и кисловодский воздух. Разные бывают воздухи -- степной, морской, горный, но кисловодский -- особенный; мало того, что он насыщен всякими там кислородами и озонами; мало того, что сам он отличается необычайной легкостью, необычайной способностью проникать в легкие, -- он и тела делает легкими: ... Восьмипудовая какая-нибудь туша чувствует себя в Кисловодске пятипудовой, а пятипудовые гражданки носятся по горам, как перышки...

Тот самый гражданин, который здесь, в Москве, хирел от жиру, разгуливает по кисловодскому парку с улыбающейся физиономией. Сам воздух так поддерживает его подмышки. Ноги сами ходят, точно к щиколоткам привязаны крылышки, как у крылатого бога Гермеса.

Да, замечательные вещи -- воздух и солнце в Кисловодске! Но еще замечательней -- нарзан. Это уж совсем что-то живое. Это как будто "просто углекислая вода, которая излечивает сердечные болезни, но это не так "просто". Это -- шампанское, бьющее прямо из земли. Натуральное шампанское, -- возбуждающее, чуть-чуть пьянящее...

Сядешь в ванну, и тело моментально покрывается пузырьками, -- как бы серебряной чешуей. Струйками со дна подымаются эти пузырьки, все больше и больше, -- вода точно закипает от присутствия в ней человеческого тела, и кажется, что и тело в соединении с нарзаном начинает излучать теплоту, кипит в ласковых иглах нарзана, теплеет, розовеет...

Сидит в ванне человек, какой-нибудь такой седой, с печальными глазами, и улыбается. А выходит из ванны, тело оранжевое, -- совсем Аврора!

Потом легко идет, бодро, перекинув простыню через плечо, в парк, в горы, к "Красному солнышку", к "Медовому водопаду" (много прекрасных уголков и замечательных окрестностей в Кисловодске!) -- и чорт знает куда его еще носит, старого человека с седой бородой! Усталости не знаешь в Кисловодске, -- с каждой новой ванной нарзанной как будто начинаешь снова жить...

Недаром горские народы зовут нарзан "Нардсаном", что означает "богатырь-вода"...

Да, хорошо в Кисловодске. И летом хорошо главным образом тем, что не жарко. Часто выпадают дожди -- моментальные ливни, быстро просыхающие. Но после такого дождя воздух еще лучше, солнце еще ярче.

И весной, и осенью, и зимой хорошо в Кисловодске.

Летом там слишком много людей. Не видно деревьев за людьми. Облеплены горы людьми. А осенью и весной свободнее, тише. Тишина звенит. Начинается игра красок...

В парке каждое утро на рассвете стелятся новые ковры. Выбежишь в парк, еще глаза не разлепились от сна, и видишь -- опять постелены новые ковры. И разные все -- самых разнообразных оттенков! Парк виден насквозь далеко. Вон под липами -- оранжевый ковер, а рядом -- золотой под кленами покрыл весь бугор, и солнце играет уже рассыпанным золотом у подножья стволов, а дальше, где ясень и дуб, -- темно-коричневый ковер с зелеными пятнами... И все дорогие узоры, -- персидские, французские...

Разве только вдруг выпадет снег... Покроет моментально белыми пеленами горы... Лежит ослепительный на фоне ярко-синего неба в горах. Красив снег в Кисловодске!

Но лица вытягиваются, начинается "ропот": "Вот те на! Приехали!", -- и не успевают, как следует, забрюзжать приехавшие, как солнце скатывает пелены... И опять тепло. Даже в декабре бывает днем 20 град. тепла. Ходят в летних платьях и принимают солнечные ванны...

И шампанское зимой все так же бьет из недр земли, животворящий богатырь -- Нарзан -- лучшей марки шампанское.

Но как не хорошо в Кисловодске зимой, осенью и летом, а лучше все-таки весной. Весна побивает рекорд. Со всех времен года она собирает в себе самые лучшие краски, и, как птицы и пчелы на яркий цветок, слетаются в Кисловодск люди отовсюду, со всех сторон.

1927


## Примечания


Экран "Рабочей газеты", 1927, No 12, 20 марта, с. И. Подпись: О. М.