# Марков В. Л.: биографическая справка

Владислав Львович Марков

## I.


Марков (Владислав Львович) -- беллетрист, старший брат Е. Л. Маркова. Нап.: "Просветитель", пов. ("Отеч. Зап." 1864, No 4), "Лето в деревне", пов. (ib., 1862, No 3), "Кто любит?", пов. (ib., 1866, NoNo 10 и 11), "Курские порубежники", историч. ром. ("Рус. Вестник", 1873 и отд. М., 1874), "Однодворцы", пов. ("Наблюдатель", 1882, NoNo 1--6), "Знакомые люди", ром. (ib., 1884, NoNo 7--12), "Мечты и жизнь" ("Рус. Обозр.", 1895) и др.


Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона, т. XVIIIa (1896): Малолетство -- Мейшагола, с. 659


## II.


МАРКОВ Владислав Львович [10(22).8.1831, с. Богородицкое, Щигров. у. Курской губ. -- после 1905], прозаик. Брат Е. Л. Маркова. В молодости был на воен. службе (вышел в чине штабс-капитана). В кон. 70-х гг. -- 1-й пол. 80-х гг. мировой судья в г. Щигры (в 1884 поч. мировой судья и уездный гласный уездного земского собрания), затем мировой судья и пред. мирового съезда в Изюм. у. Харьков, губ. С сер. 90-х гг. жил в Змиев, у. Харьков, губ.

По свидетельству М. (письмо к А. С. Суворину, 1879 г. -- ЦГАЛИ, ф. 459, оп. 1, No 2543), в 60-е гг. он сотрудничал в газ. "С.-Петерб. вед." (публ. не выявлены). В эти же годы напечатал в ж-ле "Отеч. зап." пять повестей из жизни помещичьих усадеб и провинции: "Лето в деревне" (1862, No12), "Домашний учитель" (1863, No 3), "Просветитель" (1864, No 4), "Глухие места" (1865, No 2--3), "Кто любит?" (1866, No 5--6).

Написанные с явной ориентацией на И. С. Тургенева, вплоть до прямых реминисценций из него (конфликт между растерявшим идеалы молодости героем, ставшим либо циником, либо слабым и благодушным обывателем, и героиней -- цельной и самоотверженной натурой), произв. М. могут содержать и полемику с образом "тургеневской девушки": так, Елене Стаховой ("Накануне") М. противопоставляет более реальный, по его мнению, тип светской девушки, "не способной на труд и на жертву" ("Лето в деревне"). М. предпринял попытку создать и положит, образ -- человека деятельного, практического, но глубоко и тонко чувствующего ("Кто любит?").

В 1873 опубл. в ж. "Рус. вест." (No 5--7) ист. ром. из времен "смуты" "Курские порубежники" (отд. изд. -- М., 1895; СПб., 1898, с небольшой переработкой). В 1879 предложил Суворину свой "profession de foi" (символ веры) -- ром. "Деревенские люди" для публикации в газ. "Нов. время", направлению к-рой "сочувствовал" (см. указ. письмо к Суворину), однако он напечатан не был (рукопись, а также ответ Суворина не обнаружены). В письмах к издателю "Нов. времени" М. довольно пространно выразил свое отношение к совр. лит-ре. В частности, он писал: "По какому праву наша беллетристика интересуется жизнью и типами простого народа ... преднамеренно пренебрегая нашим образованным обществом? ... Почему наша "либеральная" критика набрасывается враждебно на беллетристов, сколько-нибудь справедливо относящихся к нашей интеллигенции, если только это не та "интеллигенция", к-рая "идет в народ", развращает все, что только сможет развратить, и проповедует свои непримиримые учения..." (ЦГАЛИ, ф. 459, оп. 1, No 2543, л. 3--5 об.).

В произв. 80-х -- 90-х гг. постоянно выражал острое неприятие "практицизма", материализма и либерализма: ром. "Однодворцы" ("Набл.", 1882, No 1--6), "Знакомые люди" (там же, 1884, No 7--12), "Мечты и жизнь" (РО, 1895, No 5, 6, 7--12; отд. изд. -- СПб., 1895, 1897), "В уездной глуши" (СПб., 1903), циклы рассказов: "Уездное захолустье" ("Набл.", 1883, No 11--12; "Труд", 1890, No 23; ЛПГ, 1884, кн. 2); "Деревенские рассказы" (PB, 1897, No 1, 2, 6).

Ист. романы М. -- "Лихолетье" (ИВ, 1882, No 1--12; отд. изд. -- СПб., 1897), "Рассвет (Предки в трудное время)" (PB, 1903, No 6--11; 1904, No 6--9; 1905, No4--10) -- дали основание назвать его "залежалым романистом загоскинской школы": "Все, и даже библиографы считали его давно умершим, а он вдруг объявился... после долголетнего безмолвия, и с необычайной плодовитостью стал наполнять своими завалящими романами журналы, нуждавшиеся в материале" (Михневич, с. 141). Обращаясь к сложным периодам рус. истории -- "смуте", началу правления Петра I, М. стремился доказать, что "здравый нар. смысл устоял в продолжении длинного ряда тяжелых испытаний. В опыте этого печального трудного времени "шатания" Рус. государства совр. русский человек может извлечь полезное для себя трезвое поучение и правду" ("Курские порубежники", с. III). Владея ист. материалом, М., однако, не избежал недостатков расхожей ист. беллетристики -- излишней подробности описаний (особенно бытовых), условного историзма, литературности характеров, непременного присутствия слащавого любовного сюжета.

Лит.: Орлов А. С, В. Скотт и Загоскин. -- В кн.: С. Ф. Ольденбургу. К 50-летию науч.-обществ. деятельности, Л., 1934, с. 420; Орловский край в худож. лит-ре, в мемуарах и письмах писателей, Орел, 1972, с. 49--50 (библ.); Баскевич И., В. Л. Марков. -- В его кн.: Курские вечера. Лит.-краеведч. очерки и этюды, Воронеж, 1979, с. 43--45. Брокгауз; Венгеров. Источ.; Гранат; Мезьер.

Архивы: ЦГАЛИ, ф. 2, оп. 1, No 440 (ст. М. "Впечатления и записки"); ф. 459, оп. 2, M 537 (письмо к А. С. Суворину, 1879 г.); ЦГИА, ф. 1343, оп. 25, д. 1617 (дело о дворянстве; м. с.*) [справка H. M. Корневой].


В. М. Бокова.


Русские писатели. 1800--1917. Биографический словарь. Том 4. М., "Большая Российская энциклопедия", 1999