# На очереди

Юлий Осипович Мартов

"Бойкот" Думы и революционное самоуправление народа.

"За два года". Сборникъ статей изъ "Искры". Часть первая.


## На очереди. (10 сентября 1905 г., No 110).


"Бойкотъ" Думы и революціонное самоуправленіе народа.


Было бы удивительно, еслибъ сдѣланное въ "Искрѣ" предложеніе по вопросу о тактикѣ соціалдемократіи по отношенію къ Булыгинской Думѣ не вызвало со стороны "Пролетарія" самыхъ горячихъ, хотя и совершенно безтолковыхъ возраженій. "Соціалдемократическая маниловщина", "путаница", "уклоненіе отъ единственно революціонной тактики пролетаріата" -- такими словечками редакція пытается "уничтожить" нашъ скромный планъ.

Но слова словами, а дѣло заслуживаетъ того, чтобы на немъ остановиться внимательно. Какую позицію въ этомъ вопросѣ думаютъ занять наши "большевики"?

"Искра" отвергла "пассивный бойкотъ" Думы; "Пролетарій" также отвергаетъ его, именно потому, что онъ пассивенъ. Далѣе, газета указываетъ, что по существу, вопросъ о бойкотированіи или небойкотированіи думы есть вопросъ "внутренней буржуазной демократіи", и пролетаріатъ долженъ при рѣшеніи вопроса, какое ему поддерживать изъ двухъ теченій внутри демократіи, отдать предпочтеніе тому теченію, которое будетъ болѣе революціонизировать политическую жизнь.

Нельзя не замѣтить, что авторъ статьи съ самаго начала сузилъ постановку вопроса, чѣмъ отчасти подготовилъ себѣ и неправильное рѣшеніе тактической задачи. Надо было выяснить сначала: какъ долженъ дѣйствовать, при данномъ положеніи общественныхъ силъ, по отношенію къ созываемой Думѣ пролетаріатъ? Въ зависимости отъ отвѣта на этотъ вопросъ, мы уже могли бы рѣшить, какая изъ двухъ пропагандируемыхъ внутри буржуазной демократіи тактикъ выгоднѣе для соціалдемократіи, т. е. для революціи? какую соціалдемократіи будетъ легче использовать для ускоренія революціоннаго развитія?

Идя другимъ путемъ въ рѣшенію тактической задачи, "Пролетарій" съ самаго начала ставитъ тактику соціалдемократической партіи въ зависимость отъ тактики буржуазной демократіи, т. е. отъ тактики болѣе революціонаго изъ двухъ ея теченій. Но размахъ нашей собственной борьбы можетъ быть только суженъ тѣмъ, что мы стремимся не наиболѣе рево лю ціонную для данныхъ обстоятельствъ тактику развить, но лишь сравнительно болѣе революціонную тактику буржуазіи поддержать.

Самый вопросъ о болѣе революціонной тактикѣ буржуазной демократіи "Пролетарій" рѣшаетъ такъ:

Рабочій классъ... "безусловно заинтересованъ въ поддержкѣ той части буржуазной демократіи, которая революціоннѣе, онъ заинтересованъ въ расширеніи политической агитаціи и обостреніи ея. Бойкотъ Думы -- есть усиленное обращеніе буржуазіи въ народу, развитіе ея агитаціи, увеличеніе числа поводовъ нашей агитаціи, углубленіе политическаго кризиса, т. е. источника революціоннаго движенія. Участіе либеральной буржуазіи въ Думѣ -- есть ослабленіе ея агитаціи въ настоящемъ, обращеніе ея болѣе къ самодержавной бюрократіи, чѣмъ къ народу, приближеніе контръ-революціонной сдѣлки между самодержавной бюрократіей и буржуазіей".

Быть можетъ, теперь, послѣ опубликованія "Положенія о Государственной Думѣ", "Пролетарій" признаетъ, что участіе либераловъ въ выборахъ не только не отвлечетъ ихъ отъ обращенія въ народу, но, наоборотъ, впервые сдѣлаетъ такое обращеніе вопросомъ жизни и смерти для либерализма? Какъ извѣстно, избирательный законъ разсчитанъ на то, чтобы болѣе или менѣе подневольными голосами крестьянъ я болѣе или менѣе "черносотенными" голосами мѣщанъ мелкихъ городовъ задавитъ голоса "просвѣщенной" земельной и городской буржуазіи. Участіе въ такихъ выборахъ требуетъ отъ либераловъ, чтобы они "усиленно обращались въ народу", стоя повсюду впереди въ защитѣ свободы выборовъ, разжигали конфликты между массой избирателей и администраціей, которые будутъ неизбѣжно возникать изъ бонапартистскаго характера всей Булыгиновой затѣи. Кто хочетъ, чтобы либералы серьезно "обратились въ народу" (а "Пролетарій" хочетъ этого), тотъ долженъ желать, чтобы они приняли участіе въ выборахъ въ Думу.

Создавая свое "Положеніе", правительство хорошо знало, къ чему оно стремится: удаливъ изъ числа избирателей пролетаріатъ я демократическую интеллигенцію, оно ставитъ лицомъ въ лицу въ избирательныхъ коллегіяхъ соціальныя группы, наименѣе политически воспитанныя я наименѣе политически объединенныя, то-есть, наименѣе способныя отвлечься отъ минутныхъ групповыхъ интересовъ и возвыситься до пониманія своихъ классовыхъ интересовъ въ цѣломъ. Сталкивая такія группы между собою и тщательно устраняя отъ общенія съ ними тѣ элементы, которые могли бы внести въ ихъ взаимную дробную борьбу революціонно-объединяющее начало, правительство разсчитываетъ эксплоатировать въ свою пользу ихъ взаимные конфликты. Это обстоятельство должно особенно отталкивать идеологовъ буржуазіи отъ участія въ избирательной борьбѣ. Не даромъ московскій либералъ, г. Головинъ, съ сокрушеніемъ говорилъ о будущемъ "парламентѣ лавочниковъ". Но мы то, вѣдь, хорошо знаемъ, что столкновеніе соціально-групповыхъ интересовъ, въ какой примитивно-грубой формѣ оно бы ни совершалось, есть, въ концѣ концовъ, основной "источникъ революціоннаго движенія" и, между прочимъ, именно потому, что такое столкновеніе вынуждаетъ политическихъ идеологовъ "обращаться къ народу", сливать однородные по соціальнымъ интересамъ элементы въ политическія партіи.

Всѣмъ извѣстна эволюція россійскаго буржуазнаго либерализма и буржуазной демократіи. Еще 2--3 года назадъ тотъ и другая были въ высшей степени не-народными партіями, въ томъ смыслѣ, что оставались, и отчасти намѣренно оставались, далекими тѣмъ самымъ слоямъ народа, интересы которыхъ, по крайней мѣрѣ, въ данный моментъ они брались представлять. Мы говоримъ обыкновенно о "мелкобуржуазномъ" характерѣ "освобожденской" демократіи, говоримъ съ полнымъ основаніемъ. А между тѣмъ фактъ тотъ, что до самаго послѣдняго времени эта демократія и представленная ею идеологически масса подлиннаго мелкаго мѣщанства -- городского особенно и сельскаго -- въ значительной мѣрѣ находились въ самыхъ враждебныхъ взаимныхъ отношеніяхъ. И если въ послѣдніе мѣсяцы буржуазная демократія порывается "пойти въ народъ", то, смѣемъ увѣрить редакцію "Пролетарія", она это дѣлаетъ не столько въ силу того, что ее "толкаетъ" къ этому соціалдемократія разоблаченіемъ ея "половинчатости ", сколько въ силу того, что все ближе придвигается моментъ, когда она явится дѣйствительнымъ вершителемъ политическихъ судебъ страны. А приближеніе этого момента тѣсно связано съ первыми же выборами, въ которыхъ "благорожденнымъ" Петрункевичамъ придется ставить свои кандидатуры передъ тѣми, кого нынче презрительно называютъ "лавочниками", кого завтра уже придется величать "коммерсантами".

Практическая необходимость выступить политическими дѣятелями передъ этими -- получившими нынѣ право голоса -- народными слоями скорѣе всего очиститъ русскихъ либераловъ и демократовъ отъ присущаго имъ традиціоннаго барскаго отношенія къ "черни", столь тѣсно связаннаго съ полной ихъ неспособностью въ мужественнымъ дѣйствіямъ. Общеніе съ этой "чернью" на той аренѣ, гдѣ "чернь" явится хозяиномъ положенія, скорѣе всего вынудитъ либераловъ разсчитывать въ своей политикѣ на массы; необходимость же -- подъ угрозой полнаго разгрома "черной сотней" -- пробивать себѣ въ этой "черни" дорогу сквозь частоколы, которые на всемъ пути наставило и еще наставитъ полицейское самодержавіе, самымъ вѣрнымъ путемъ приведетъ ихъ въ познанію всей тщеты маниловскихъ иллюзій о "мирномъ" развитіи и заставитъ ихъ -- подъ давленіемъ все той же угрозы -- толкать на борьбу съ этимъ режимомъ свой отсталый "народъ".

Ошибка, въ которую впалъ "Пролетарій", имѣетъ 2 источника: во первыхъ, изслѣдуя революціонность двухъ буржуазныхъ тактикъ, почтенная газета -- и это все чаще и чаще случается съ ней по мѣрѣ того, какъ она все дальше уходитъ отъ марисизма,-- берегъ "революціонность" со стороны субъективнаго настроенія опредѣленной группы, а не со отороны объективнаго значенія ея политики. Субъективно, конечно, настроеніе, подсказывающее тактику "бойкота", революціоннѣе, чѣмъ то, которое побуждаетъ нѣкоторыхъ лѣвыхъ земцевъ не уклоняться отъ участія въ выборахъ. Но объективное значеніе пропагандируемаго воздержанія сводится только къ тому, что буржуазная демократія приглашается еще немножечко "погодить" идти въ "народъ", пока революціонный пролетаріатъ и внѣшнія неудачи не загонятъ правительство въ такой тупикъ, изъ котораго ему придется приманивать къ себѣ обывателя уже "заправскимъ" парламентомъ, разоруженіемъ разнузданной теперь "черной сотни".

Второй источникъ ошибки "Пролетарія" заключается, какъ выше указано, въ узости самой постановки вопроса, въ исканіи не наиболѣе революціонной тактики, которую пролетаріатъ долженъ навязать демократіи, а лишь болѣе революціонной между тѣми, которыя намѣтились уже въ самой этой демократіи. Безспорно, за тактику участія въ выборахъ высказались и должны были высказаться внутри буржуазной демократіи, прежде всего, наиболѣе оппортунистическіе ея элементы, которые и не могутъ себѣ представить этого участія иначе, какъ въ видѣ ступени къ полному миру съ правительствомъ. Но это только и значитъ, что, если мы можемъ "дерзать" оказывать свое вліяніе на весь ходъ національно-политической жизни, то мы должны попытаться поднять ее выше плоскости, въ которой движутся обѣ намѣтившіяся въ демократіи политическія тактики, и, отвергая одинаково, какъ либеральное "приспособленіе къ Думѣ", такъ и демократическое "бойкотированіе" ея, выставить на своемъ знамени и сдѣлать лозунгомъ общенаціональнаго движенія "революціонное преодолѣніе" булыгинской "конституціи".

Вмѣсто того, чтобы пассивно приспособляться къ "болѣе" революціонной -- по намѣреніямъ ея адептовъ!-- тактикѣ одной изъ фракцій демократіи, "Искра" предлагаетъ рабочимъ организовать такую агитаціонную кампанію "незаконныхъ" всенародныхъ выборовъ, которая заставила бы всю буржуазную демократію приспособить свою тактику къ этому "новому факту" политической жизни по мѣрѣ того, какъ практика выборовъ "законныхъ" будетъ все болѣе и болѣе обострять политическую борьбу между прогрессивными и реакціонными силами нашего отечества. И "Пролетарій" разсчитываетъ найти нѣкоторое количество "добрыхъ людей (употребляя любимое выраженіе т. Н. Ленина), которыхъ можно будетъ убѣдить въ томъ, что такая тактика есть именно уклоненіе отъ единственно-революціонной тактики пролетаріата!"

Дабы оглушить заранѣе этихъ "добряковъ", авторъ передовицы угрожающе напоминаетъ о "земской кампаніи "Искры".

Напоминаніе сдѣлано очень кстати и мы имъ воспользуемся. Параллель, дѣйствительно, умѣстна.

Когда либералы вели свою земскую кампанію, то среди нихъ намѣчались двѣ тактики: одна, которую можно пріурочить къ фигурамъ Стаховичей и Шиповыхъ, другая, которой слѣдовали будущіе "конституціоналисты". Тактикѣ тѣхъ и другихъ "Искра" и "искровцы" предложили противопоставить тактику, разсчитанную на участіе въ общественномъ движеніи, пріуроченномъ къ земствамъ, сознательныхъ слоевъ народной массы, въ качествѣ фактора, активно воздѣйствующаго на органы общественнаго самоуправленія буржуазіи, навязывающаго имъ свои демократическіе лозунги, толкающаго ихъ на путь болѣе радикальной борьбы, вынуждющаго ихъ считаться съ голосомъ того народа, отъ имени котораго они говорятъ. Эта тактика, конечно, должна была очень и очень придтись не по душѣ особенно представителямъ лѣваго земскаго крыла, которыхъ вмѣшательство пролетаріевъ въ ихъ кампанію лишало заранѣе ореола двигателей и направителей общественнаго развитія. Г. Струве въ тѣ поры прочелъ намъ по этому поводу суровую нотацію. Но г. Струве былъ не одинокъ въ заграничной печати. Рядомъ съ нимъ выступилъ противъ насъ Н. Ленинъ, закричавшій гласомъ веліимъ объ "уклоненіи отъ революціонной тактики" и вслѣдъ за тѣмъ предлагавшій намъ устраивать демонстраціи не въ земствахъ, а "передъ участками", т. е. то самое, что предлагалъ г. Струве. Похвальныя усилія обоихъ заграничныхъ писателей не достигли, однако, цѣли, и рабочіе въ цѣломъ рядѣ мѣстъ манифестировали въ земствѣ, думахъ и на демократическихъ съѣздахъ, добиваясь отъ либераловъ и демократовъ включенія въ ихъ "челобитныя" и резолюціи требованій, въ которыхъ заинтересованы народныя массы. Къ великому огорченію для тов. Н. Ленина, но къ великой пользѣ для дѣла, эту тактику усвоили себѣ соціалдемократы во многихъ мѣстахъ, гдѣ въ общемъ господствовало направленіе "большинства" (укажемъ для примѣра комитеты: Одесскій, Сѣверный, Нижегородскій, Тверской, Саратовскій, Самарскій). Потерпѣвъ пораженіе въ этомъ вопросѣ, Н. Ленинъ скромно умолкъ и ни словомъ не отвѣтилъ на извѣстное письмо Плеханова и на второе письмо редакціи "Икры", въ которыхъ защищалась наша тактика противъ злостныхъ нападокъ "Впередъ". И, когда на пресловутомъ "III-емъ съѣздѣ" пришлось составить "статейный списокъ" уклоненіямъ "Искры" отъ единственно-революціоннаго пути, то участники съѣзда не рѣшились ни однимъ словомъ напомнить о томъ "предательствѣ интересовъ пролетаріата", которое мы совершили, рекомендуя пролетаріату не сосредоточивать всего своего вниманія на "участкахъ" въ то время, какъ въ своихъ "закрытыхъ помѣщеніяхъ" земцы залегаютъ основанія своей политической гегемоніи надъ освободительнымъ движеніемъ народа. Только теперь, когда первый конфузъ отъ ихъ неудачи съ "земской кампаніей" прошелъ у "впередовцевъ", они, время отъ времени, упоминаютъ объ этомъ грѣхопаденіи... "Новой Искры". Надѣемся, однако, что впредь Ленинъ, такъ любящій перечислять случаи нашего согласія съ "Освобожденіемъ", не позабудетъ упоминать, что въ своей критикѣ искровской "земской кампаніи" онъ совпалъ съ г. Струве.

Въ вопросѣ о "земской кампаніи" Ленинъ и его сторонники объективно ограждали "неприкосновенность" той тактики, которую намѣтили себѣ лѣвые земцы -- конституціоналисты, отъ всякихъ помѣхъ со стороны пролетаріата. Если бы мы обладали злымъ нравомъ публицистовъ "Пролетаріи", мы должны были бы сказать, что ленинцы невольно сыграли въ этомъ случаѣ роль "прихвостней" земскаго либерализма. Нынче "Пролетарій" опять-таки фактически борется за то, чтобы "Союзу союзовъ" не мѣшали организовать свой безплодный и ничуть не революціонный "бойкотъ". Какъ въ прошломъ году, ленинцы всѣ усилія направляютъ къ тому, чтобы удержать пролетаріатъ отъ веденія собственной тактики, разсчитанной на активную его роль въ общенаціональномъ движеніи, на его растущее вліяніе на не пролетарскіе народные элементы. Объективно они при этомъ пассивно слѣдуютъ за болѣе "лѣвыми" изъ буржуазныхъ демократовъ. Въ этомъ сказывается ихъ жоресистская шуйца. Субъективно они освящаютъ это воздержаніе... отъ революціонной тактики "лозунгомъ": всенародное выступленіе. въ этомъ ихъ бланкистская десница. Ибо, какъ мѣтко оказалъ тов. Плехановъ (см. Дневникъ Соціалдемократа No 2), ничего, кромѣ "ублюдка жоресизма и бланкизма", не представляютъ собой нынѣшнія тактическія воззрѣнія нашихъ "большевиковъ".

Намъ могутъ замѣтить, что "Пролетарій", поддерживая тактику "Союза союзовъ", дополняетъ ее предложеніемъ не ограничиваться "пассивнымъ" бойкотомъ, а предпринять бойкотъ активный. Но ошибся бы читатель, если бы подумалъ, что подъ активнымъ бойкотомъ здѣсь разумѣется то, что на жаргонѣ студенческихъ безпорядковъ разумѣлось подъ именемъ "активной обструкціи", т. е., въ примѣненіи къ данному случаю, стремленіе не допустить избирателей произвести выборы -- то, что предлагаютъ маріупольскіе товарищи. Нѣтъ! у "Пролетарія" рѣчь идетъ о гораздо меньшемъ. "Активный бойкотъ, говоритъ онъ, долженъ обозначать удесятереніе агитаціи, устройство собраній вездѣ и всюду, утилизацію избирательныхъ собраній, хотя] бы путемъ насильственнаго проникновенія въ нихъ, устройство демонстрацій, политическихъ забастовокъ и т. п." Великій ты утопистъ, но утопія у тебя всегда маленькая,-- приходится сказать "Пролетарію". Да какой же сторонникъ "пассивнаго" или просто бойкота откажется отъ подобной активности? Ясно, что рѣчь здѣсь идетъ только о томъ, какими средствами вести агитацію въ то время, какъ, хотя бы часть, "законныхъ" избирателей будетъ производить выборы. И авторъ далѣе говоритъ: "Активный бойкотъ есть агитація, вербовка, организація революціонныхъ силъ въ увеличенномъ масштабѣ". Но каковы же должны быть спеціальные лозунги данной агитаціи, агитаціи въ данныхъ обстоятельствахъ, созданныхъ первыми въ Роосіи политическими выборами? Авторъ отвѣчаетъ: "Такимъ лозунгамъ можетъ быть только активное боевое выступленіе".

Итакъ, развивая свой "активный бойкотъ", соціалдемократія будетъ призывать массы... вы думаете, къ немедленнымъ выступленіямъ? Жестоко ошибаетесь! "Разумѣется", заканчиваетъ авторъ свою статью, "тотъ, кто знаетъ мѣстныя условія (?), всегда будетъ предостерегать отъ преждевременныхъ попытокъ выступленія". Стало быть, мы будемъ активно призывать массу пассивно ждать часа всенароднаго выступленія, а до тѣхъ поръ устраивать "демонстраціи и забастовка". Это то и называется "единственно -- революціонной тактикой" и эта то "тактика" противопоставляется предложенію звать массы теперь же къ проявленію самой высокой революціонной активности и энергичному "захватыванію" правъ и свободъ, къ организаціи теперь же революціоннаго самоуправленія. Посмотримъ же теперь, какъ нашъ ублюдокъ жоресизма и бланкизма справляется съ этой идеей революціоннаго самоуправленія.

"На практикѣ попытки организовать до побѣды возстанія выборъ народомъ своихъ уполномоченныхъ будутъ цѣликомъ на-руку освобожденцамъ и выродятся въ то, что соціалдемократи окажутся въ хвостѣ у нихъ". Если эта угроза что-нибудь означаетъ, то лишь одно: что, по автору, соціалдемократія настолько мало еще вліяетъ за народныя массы, что ея попытка, теперь же "окунуться" въ эту пучину, должна окончиться рѣшительной побѣдой демократовъ надъ нею. Если бы это было такъ, это было бы очень печально. Но если это такъ, то на чемъ же, собственно говоря, основана надежда "Пролетарія" на возможность въ ближайшемъ-же будущемъ осуществить "диктатуру пролетаріата и крестьянства?" Вѣдь, казалось бы, партія, столь невліятельная, что не сможетъ устоять противъ буржуазныхъ демократовъ при выборахъ "незаконныхъ" уполномоченныхъ, едва ли имѣетъ шансы оказаться "во главѣ" побѣдившаго народа? Иди ленинцы, въ самомъ дѣлѣ, думаютъ, что при побѣдѣ они окажутся "на гребнѣ" только потому, что въ это время, по всѣмъ прецедентамъ, "оовобожденцы" окажутся у себя по домамъ, а нѣкоторые даже и подъ кроватями? Но, вѣдь, тѣ же прецеденты учатъ, что къ моменту провозглашенія временнаго правительства это добровольное заключеніе демократовъ приходятъ въ концу... Во всякомъ случаѣ, очевидно, что, если ленинцы такъ охотно взлетаютъ въ высь мечтаній о "диктатурѣ", то это вовсе не потому, чтобы они чувствовали твердую почву подъ ногами на аренѣ открытой борьбы передъ массами со всѣми врагами соціализма. "Отъ хорошей жизни не полетишь",-- говорилъ еще Горбуновскій купецъ.

Но -- позвольте!-- скажетъ намъ авторъ статьи. Вѣдь, я объясняю, почему мы окажемся побиты "освобожденцами". Дѣло во внѣшнихъ препятствіяхъ. "Рабочимъ и народу самодержавная бюрократія, пока она не замѣнена временнымъ революціоннымъ правительствомъ, и е дастъ произвести никакихъ выборовъ, сколько-нибудь заслуживающихъ названія народныхъ,-- а оовобожденцы, гласные-земцы, произведутъ выборы и безцеремонно выдадутъ ихъ за "народные", за "революціонное самоуправленіе".

Ну, это, господа, простая пустая отговорка. Васъ приглашаютъ организовать громадное революціонное дѣло, попирающее всякія законныя рамки, а вы хотите насъ увѣрить, что, если намъ удастся его организовать, то насъ революціонеровъ, единственную партію, пріучившуюся уже маневрировать и дѣйствовать, не имѣя опоры ни въ какихъ законныхъ гарантіяхъ,-- насъ оттѣснятъ люди, о которыхъ вы сами на каждомъ шагу твердите, что они не умѣютъ преодолѣвать противодѣйствія самодержавной бюрократіи, что они боятся дѣйствовать "нелегально", что они боятся идти къ народнымъ массамъ. И съ какихъ поръ васъ начала смущать "безцеремонность" либераловъ, готовыхъ на фальсификацію народныхъ выборовъ?

Конечно, не оставляетъ никакого сомнѣнія тотъ фактъ, что, если революціонные выборы удастся организовать повсюду, то вышедшее изъ нихъ представительство отнюдь не можетъ явиться соціалистическимъ, несмотря на всѣ тѣ преимущества, какими, по сравненію съ выборами легальными, будутъ обладать партіи, привыкшія не считаться съ легальностью. Оно не можетъ явиться соціалистическимъ, ибо масса "простого" народа въ Россіи еще далека отъ соціализма. Болѣе того. Это представительство -- разъ оно будетъ организовано болѣе или менѣе повсемѣстно -- не можетъ быть и такимъ, которое дало бы основаніе надеждѣ на осуществленіе "диктатуры пролетаріата и крестьянства". Ибо масса того же самаго "простого" народа далека въ данный моментъ не только отъ соціализма, но и отъ якобинскаго демократизма, и непремѣнно нашла бы своихъ представителей отчасти въ той именно организованной буржуазной демократіи, устраненіе которой Ленинъ считаетъ предпосылкой для излюбленной имъ диктатуры. Это такъ, и это вполнѣ объясняетъ, почему, собственно, "Пролетарій" такъ боится революціонныхъ народныхъ выборовъ. Но это обстоятельство, конечно, нисколько не доказываетъ опасности подобныхъ выборовъ, а только лишній родъ свидѣтельствуетъ, на какомъ зыбкомъ пескѣ построены нѣкоторые "планы". "Отъ хорошей жизни не полетишь"!

Отвергать предложеніе организаціи "революціоннаго самоуправленія" на томъ основанія, что, если эта организація не удастся (если ее "фальсифицируютъ" либералы), то неудачей воспользуются "освобождеицы",-- это тоже самое, что отвергать активное выступленіе на основаніи того, само по себѣ совершенно вѣрнаго, соображенія, что въ случаѣ, если выступленіе будетъ раздавлено, въ выигрышѣ могутъ оказаться "нововременцы".

Но "Пролетарій" знаетъ еще одинъ доводъ противъ нашей "затѣи"... "Организація революціоннаго самоуправленія, выборъ народомъ своихъ уполномоченныхъ есть не прологъ, а эпилогъ выступленія. Ставить себѣ цѣлью осуществить эту организацію теперь, до выступленія, помимо выступленія, значитъ ставить себѣ нелѣпую цѣль и вноситъ путаницу въ сознаніе пролетаріата". Годъ тому назадъ пророчилъ я тов. Ленину, что не доведетъ его до добра усвоенная имъ въ то время манера фривольныхъ насмѣшекъ надъ діалектикой!

Теперь онъ уже не можетъ даже себѣ представить дѣло иначе, какъ что революціонное самоуправленіе или осуществлено до паденія абсолютизма (такъ, думаетъ онъ, предполагаетъ "Искра"), или что оно будетъ осуществлено (какъ желаетъ онъ самъ) послѣ паденія абсолютизма. Что революціонное самоуправленіе можетъ осуществляться въ ходѣ систематической аттаки на старый порядокъ, съ тѣмъ, чтобы крахъ послѣдняго, скажемъ, подъ натискомъ народа хотя бы въ нѣсколькихъ городахъ, завершилъ и закрѣпилъ это до паденія режима начавшееся дѣло самоуправленія,-- представить себѣ такую картину писатели "Пролетарія" абсолютно не могутъ, при одномъ намекѣ на нее они начинаютъ безсмысленно хихикать по. поводу "возстанія -- процесса" и, въ припадкахъ смѣха, окончательно лишаются способности сознательно относиться къ мыслямъ своихъ противниковъ.

А, между тѣмъ, жизнь все-таки слѣдуетъ законамъ діалектики и, вопреки всѣмъ метафизикамъ, совершаетъ свои революціонныя ломки неизмѣнно, какъ процессы. По Ленину, революціонное самоуправленіе можетъ быть только эпилогомъ выступленія. А гурійскіе и тифлискіе "мужики", не дождавшись "ленинскаго" выступленія, практикуютъ это революціонное самоуправленіе; а латышскіе крестьяне успѣшно слѣдуютъ по проложенному ими пути; а польское крестьянство тамъ и сямъ проводитъ въ жизнь тѣ-же первые элементы "возстанія -- процесса"; а городскіе пролетаріи во всѣхъ концахъ Россіи революціоннымъ путемъ вырываютъ "подъ носомъ" у правительства отдѣльные элементы самоуправленія, собирая свободные митинги, организуя заводское представительство, завоевывая временами для цѣлыхъ пригородовъ свободу отъ нашествія полиціи и войска... И удивительно!-- всѣмъ этимъ эмпирикамъ революціи и въ голову не приходитъ, что такъ какъ безъ законныхъ гарантій всѣ эти завоеванія непрочны (а это несомнѣнно), то задаваться пріобрѣтеніемъ ихъ будетъ "внесеніемъ путаницы", а лучше подождать, пока временное правительство позволитъ имъ собираться на "биржахъ", выгонять изъ селъ назначенныхъ старшинъ, вести въ деревенскихъ управленіяхъ дѣлопроизводство не на "казенномъ" языкѣ и т. д. и т. д.

Повидимому, изъ всѣхъ сознательныхъ пролетаріевъ нашей партіи только одинъ не понялъ еще, какъ фактически подготовляется "рѣшительная побѣда надъ абсолютизмомъ" -- именно "Пролетарій" женевскій. Можетъ быть, это объясняется тѣмъ, что, не обладая инстинктивной діалектикой революціонной массы, онъ слишкомъ легко освободилъ себя отъ той діалектики, къ которой его обязываетъ наша теорія?

Но тамъ, гдѣ "марксисту" измѣняетъ діалектика, обыкновенно на сцену выступаетъ самая вульгарная софистика. О склонности т. Ленина къ софистикѣ мнѣ пришлось говорить какъ разъ тогда, когда я пророчилъ ему бѣду отъ его возстанія противъ діалектики. Софистъ, чтобы "побить" противника на одномъ частномъ пунктѣ, очень охотно беретъ оружіе изъ его собственнаго арсенала. Когда, напримѣръ, тов. Ленину надо было разнести нашу "крестьянскую" революцію и резолюцію о 8-ми часовомъ рабочемъ днѣ, то онъ, ничто же сумняшеся, доказываетъ, что "единственная революціонная тактика" требуетъ, чтобы мы и крестьянскіе комитеты (т. е. органы революціоннаго самоуправленія) создавали теперь же, и 8-ми-часовой рабочій день завоевали немедленно, "не дожидаясь санкціи "сверху". Тогда, слѣдовательно, тов. Ленина не смущало ни то соображеніе, что намъ правительство "не дастъ" организовать этихъ комитетовъ, ни то, что, въ силу этого, пожалуй, комитеты попадутъ въ руки соц.-революціонеровъ... Не смущало тогда и то положеніе, что "самоуправленіе" есть не прологъ, а эпилогъ...

Споръ о томъ, что чему должно предшествовать -- самоуправленіе рѣшительной битвѣ или рѣшительная битва -- самоуправленію?-- легко можетъ превратиться въ знаменитый споръ о курицѣ и яйцѣ, если подходить къ вопросу съ такой неисправимо метафизической точки зрѣнія, которая свойственна нашимъ нынѣшнимъ "экономистамъ на изнанку". Всенародное выступленіе должно быть и не можетъ быть ничѣмъ инымъ, какъ насильственнымъ, ломающимъ всякое сопротивленіе, распространеніемъ начавшаго и пустившаго уже извѣстные корни "революціоннаго самоуправленія". До какихъ предѣловъ успѣетъ распространиться, въ предѣлахъ даннаго порядка -- народное самоуправленіе, выражающееся въ систематическомъ "захватѣ" правъ, прежде, чѣмъ одинъ мощнымъ ударомъ распространится на всю остальную поверхность общественной политической жизни -- это вопросъ, не зависящій отъ нашихъ "плановъ" -- его рѣшатъ особо благопріятныя условія, которыя заранѣе предугадать невозможно. Но революціонеръ, который убѣжденъ, что дѣло идетъ къ рѣшительной битвѣ, обязанъ пользоваться каждымъ удобнымъ случаемъ, представляющимся народу для новаго "захвата", такъ какъ чѣмъ шире будетъ плоскость временно (конечно!) оккупированной такимъ "процессомъ" территоріи, тѣмъ мощнѣе будетъ размахъ движенія, тѣмъ глубже его корни; тѣмъ шире слои организованныхъ для выступленія силъ. И какъ комично звучитъ "возраженіе": "вамъ не дадутъ". Да развѣ мы спекулируемъ на то, что намъ "дадутъ", а не на то, что мы сумѣемъ "взять". Развѣ въ самой борьбѣ за уже взятое и назадъ отбираемое мы не видимъ источника дальнѣйшаго революціоннаго движенія? Развѣ эта именно борьба не организуетъ лучше всего и вѣрнѣе всего тѣ силы, которыя революція должна имѣть за собой въ моментъ рѣшительнаго столкновенія?

"Если бы одесскимъ товарищамъ, продолжаетъ мямлить "Пролетарій", въ знаменитые одесскіе дни посовѣтовали въ видѣ пролога выступленія не организацію революціонной арміи, а организацію выборовъ одесскимъ народомъ своихъ уполномоченныхъ, то одесскіе товарищи" разумѣется, осмѣяли бы такое предложеніе". Очевидно, все движеніе потерпѣло неудачу потому, что во время не прибыли въ Одессу по почтѣ совѣты "Пролетарія" "организовать революціонную армію" на деревянныхъ лошадяхъ и съ нестрѣляющими револьверами?.. А мы позволяемъ себѣ думать, что одесскіе товарищи должны были немедленно по полученіи съ "Потемкина" ультиматума о бомбардировкѣ города созвать собраніе всѣхъ гражданъ для обсужденія вопроса, какъ принудить власть не подвергать города разгрому? Смѣемъ думать, что, если бы горожане выбрали временные органы самоуправленія, на мѣсто попрятавшейся плутократической думы, то въ распоряженіи революціонныхъ элементовъ въ слѣдующіе дни при благопріятныхъ обстоятельствахъ уже была бы кой-какая организація, могущая предпринимать рѣшительныя дѣйствія.

Суверенное презрѣніе къ революціонному самоуправленію народа цѣликомъ коренится къ бланкистской половинѣ ленинскаго міровоззрѣнія. Говоря о всенародномъ выступленіи, "впередовцы" обыкновенно не только игнорируютъ революціонное самоуправленіе и періодъ непосредственной подготовки къ выступленію, но и въ періода] имѣющій наступить послѣ первыхъ его побѣдъ. Захвативъ одинъ города революціонеры, по ихъ мнѣнію, должны е провозгласить временное правительство" и затѣмъ "давленіемъ сверху" уничтожить реакцію, выпуская благодѣтельные декреты, подавляя контръ-революціонныя попытки, заливая страну ворохомъ революціонно-канцелярскихъ бумагъ, смѣщая чиновниковъ и назначая новыхъ и т. д., и т. д. При этомъ они любятъ упоминать о Парижской Коммунѣ и не понимаютъ, почему именно "меньшевики" въ своихъ резолюціяхъ употребляютъ этотъ терминъ -- "коммуна". Поэтому будетъ небезъинтересно привести здѣсь нѣсколько строкъ изъ предисловія Энгельса къ "Гражданской войнѣ во Франціи" Маркса:

"Воспитанные въ школѣ заговорщиковъ и привыкшіе къ строгой дисциплинѣ, бланкисты думали, что сравнительно небольшое число смѣлыхъ, хорошо организованныхъ людей, можетъ, при благопріятно сложившихся обстоятельствахъ, захватить власть и удержать ее до тѣхъ поръ, пока не удастся привлечь народъ на сторону революціи и сгруппировать его вокругъ небольшой кучки вожаковъ. Чтобы такое дѣло удалось, нужна была раньше всего диктаторская централизація власти (курс. нашъ) въ рукахъ новаго правительства. Что же сдѣлала коммуна, въ которой большинство состояло изъ бланкистовъ? Она выпустила воззваніе къ провинціямъ Франціи, въ которомъ приглашала всѣ коммуны соединиться съ Парижемъ въ одну національную организацію, въ организацію, впервые созданную, дѣйствительно, самой націей",-- т. е. организовать революціонное самоуправленіе.

Путь революціоннаго самоуправленія есть единственный путь организаціи силъ для дѣйствительнаго всенароднаго движенія, для всѣхъ тѣхъ будущихъ выступленій, которыя станутъ столь необходимыми въ ходѣ революціи. И только та партія будетъ играть роль дѣйствительнаго двигателя революціи, только та сможетъ въ стихійно-вспыхивающихъ движеніяхъ играть сколько нибудь руководящую роль, которая возможно раньше научитъ массы и научится сама дѣйствовать на почвѣ революціоннаго самоуправленія народа. Но кто желаетъ дѣйствовать въ этомъ направленіи, тотъ долженъ безповоротно отвергнуть, между прочимъ, и всякія попытки задерживать частныя движенія, если они могутъ, по своей конкретной обстановкѣ, служить дѣлу расширенія сферы дѣйствія революціоннаго "захватнаго права".

И только "подъ знакомъ" развитія революціоннаго самоуправленія надо разсматривать вопросъ о принятіи или непринятіи тактики "бойкота", и только тактика, разсчитанная на развитіе революціоннаго самоуправленія народа, сможетъ извлечь дѣйствительную пользу для революціи изъ "законныхъ" выборовъ.


Л, Мартовъ