# Накануне ликвидации

Юлий Осипович Мартов

"За два года". Сборникъ статей изъ "Искры". Часть первая.


## Наканунѣ ликвидаціи. (13 авг. 1905 г. No 108).


Оно родилось, наконецъ, на свѣтъ, столь долго жданное дѣтище Булыгинскаго "совѣщанія"? Въ промежуткѣ между двумя послѣдовательными черносотенными погромами, черезъ день послѣ военнаго суда въ Вильнѣ и наканунѣ военнаго суда въ Тифлисѣ,-- выползъ на свѣтъ этотъ нелѣпый плодъ бюрократическаго "творчества".

Надо признаться откровенно: абсолютизмъ проявилъ геніальныя способности въ изобрѣтеніи такой организаціи общественнаго представительства, которая была бы совершенно лишена всякой даже тѣни конституціоннаго характера. Можно подивиться той утонченно-азіатской хитрости, съ которой каждое предоставленное будущей думѣ "право" сводиться на-нѣтъ той "обстановочкой", которая для использованія этого "права" создается. Дума имѣетъ право обсуждать всѣ законы, но... для окончанія этого обсужденія можетъ быть назначенъ правительствомъ срокъ, послѣ котораго обсужденіе, хотя бы и не законченное, прекращается. Дума имѣетъ право "обсуждать" бюджетъ, но... она не можетъ имѣть ровно никакого вліянія на составленіе этого "бюджета", не можетъ отказывать правительству въ кредитахъ, и не нужно быть пророкомъ, чтобы предсказать, что именно обсужденіе бюджета будетъ всегда казаться правительству чрезмѣрно "затянувшимся" и именно къ нему будетъ регулярно примѣняться та "срочная" гильотина, которую оставляетъ въ своихъ рукахъ правительство. Дума имѣетъ право дѣлать запросы министрамъ, но... великіе и малые визири могутъ отвѣчать на эти вопросы черезъ мѣсяцъ (!), а могутъ и совсѣмъ не отвѣчать. Дума имѣетъ право контролировать дѣятельность администраціи и можетъ дѣлать замѣчанія по поводу этой дѣятельности, во... она обязана каждый разъ указать, какой именно законъ въ данномъ случаѣ нарушенъ, т. е. лишена возможности критиковать ту практику административнаго произвола, которая въ Россіи представляетъ беззаконіе, воплощенное въ форму законовъ, предоставляющихъ административной власти полный просторъ. Дума обсуждаетъ всѣ законы, но... она лишена права касаться "основныхъ" законовъ Россійской Имперіи" и т. е. именно тѣхъ законовъ, которые въ первую голову должны встать на очередь передъ всякимъ представительнымъ собраніемъ.

Таковъ очерченный положеніемъ кругъ вѣдѣнія Государственной Думы. Кратко выразить его можно безъ всякихъ преувеличеній въ нѣсколькихъ словахъ: Государственная Дума даетъ свои заключенія по тѣмъ вопросамъ, которые правительству будетъ благоугодно предоставить на ея обсужденія.

Вотъ и все. Подъ названіемъ Государственной Думы правительство пытается создать одну изъ тѣхъ комиссій "свѣдущихъ" людей, какія уже неоднократно собирались въ самыя реакціонныя минуты россійской исторіи.

Подобно такимъ комиссіямъ, "Дума" будетъ собираться келейно, публика не будетъ допускаться. Отчеты о преніяхъ въ Думѣ должны: провѣряться не ею самой, а ея предсѣдателемъ. Вопросъ о закрытіи засѣданія для представителей печати также будетъ рѣшаться не Думой, а тѣмъ же предсѣдателемъ. Члены Думы пользуются "полной свободой слова"... но они предаются Сенатомъ (а не самимъ собраніемъ представителей) суду за "преступленія", совершенныя ими при исполненіи ихъ служебныхъ, то бишь*общественныхъ обязанностей (напримѣръ, какъ остроумно предположила одна нѣмецкая газета, за "оскорбленіе" министра выраженіемъ ему непочтенія при "провѣркѣ его дѣйствій).

Члены Думы будутъ числиться "народными представителями". Какой "народъ" они будутъ представлять -- объ этомъ "Положеніе" стыдливо умалчиваетъ, предоставляя дать отвѣтъ на этотъ вопросъ оообому избирательному регламенту. Что это будетъ "народъ" сословноцензовый, не составляло ни для кого тайны съ того момента, какъ Булыгинъ началъ работы въ своей лабораторіи. Что сословія, допущенныя къ участію въ выборахъ, будутъ представлены крайне неравномѣрно; что крестьянство будетъ поставлять ничтожную долю всего числа депутатовъ -- это всегда само собой разумѣлось. Но чего никто не ожидалъ -- это заявленія, что, съ божьей помощью, къ январю 1906 года можно будетъ произвести выборы по 50 кореннымъ губерніямъ и что избирательныя права Польши, Кавказа, Сибири, Туркестана и Степного края будутъ еще выработаны особой комиссіей. Очевидно, всей изобрѣтательности нашихъ государственныхъ мужей не хватило на то, чтобы придумать "безопасную" для правительства форму фальсификаціи общественнаго мнѣнія тѣхъ областей, въ которыхъ, какъ въ Польшѣ и Кавказѣ, царитъ открытое возмущеніе.

Посмотримъ теперь -- какъ будетъ представлять свой сословно-цензовый "народъ" Булыгинская дума?

Трех- и двухстепенные выборы, сами по себѣ, являются средствомъ сдѣлать представителя независимымъ отъ избирателей. Но правительство не можетъ удовлетвориться этими средствами. Насмѣхаясь надъ самыми элементарными политическими приличіями, оно, одновременно съ дарованіемъ булыгинской "конституціи", беретъ назадъ данное имъ 18 февраля этого года "разрѣшеніе" обсуждать "предначертанія объ усовершенствованіи законовъ", тѣмъ самымъ дѣлая ненозможной легальную избирательную агитацію, а слѣдовательно, и фактическое осуществленіе права на представительство. Московскій генералъ-губернаторъ, отецъ фактическаго автора "конституціи", такъ и заявилъ земцамъ, что отнынѣ обсужденіе политическихъ вопросовъ должно считаться исчерпаннымъ а потому онъ "не потерпитъ" никакихъ съѣздовъ я совѣщаній земцевъ.

Безъ права собраній, безъ свободы печати, безъ гарантіи личности, должны "осчастливленные" новой милостью обыватели осуществить свое право поставить депутатовъ. Правительство умѣетъ -- таки обезпечить себя противъ всякихъ "случайностей", связанныхъ съ проведеніемъ въ жизнь вынужденныхъ "реформъ".

И, однако... за всѣмъ тѣмъ, правительство не чувствуетъ себя спокойнымъ. Въ реакціонныхъ кругахъ царитъ несомнѣнное недовольство рѣшеннымъ, наконецъ, "скачкомъ въ неизвѣстное". Реакція чувствуетъ, что каррикатурная Булыгинская "конституція" является все-таки новымъ и очень важнымъ этапомъ по пути разложенія существующаго порядка.

И прежде всего она является таковымъ, какъ симптомъ неувѣренности правительства въ своихъ силахъ. Въ манифестѣ 6-го августа, рядомъ съ обычными заявленіями о "незыблемости" самодержавія, обыватель прочтетъ уже обѣщаніе дальнѣйшихъ "усовершенствованій" въ государственномъ порядкѣ -- буде они станутъ необходимы, т. е., если ихъ сумѣетъ вырвать у реакціи народъ.

И затѣмъ -- и это самое важное -- чѣмъ болѣе хитроумные авторы "Положенія" старались сковать по рукамъ и ногамъ будущую "Думу", тѣмъ фатальнѣе они ставятъ передъ ней неумолимую дилемму: или немедленно потонуть въ пучинѣ всенароднаго презрѣнія, или немедленно же и вопреки всѣмъ 63 параграфамъ "Положенія" стать органомъ конституціонной оппозиціи имущихъ классовъ, ведущихъ агрессивную борьбу противъ самодержавія. Отъ позорнаго положенія, предложеннаго имъ по плану Булыгина, члены Думы, кѣмъ бы они ни были избраны -- смогутъ избавиться лишь постольку, поскольку они рѣшатся перейти за "легальныя" границы отмежеваннаго ими стойла въ государственной конюшнѣ. Лишній разъ правительство отклонило отъ себя дававшуюся ему въ руки возможность покончить миромъ свою тяжбу съ "высшими" классами, чтобы вновь пріобрѣтенной силой обрушиться на народныя массы. Кичливая придворно-чиновничья клика не въ состояніи отвѣтить иначе, какъ "плевкомъ", на слишкомъ частые заискивающіе подходы нынѣшней буржуазной оппозиціи. Она не можетъ примириться съ мыслью, что "умиротворить" эту оппозицію можно только цѣной хотя бы "австрійскаго" конституціонализма. И поскольку она органически не въ состояніи понять этого, поскольку правительство каждой своей "реформой" обостряетъ и безъ того отчаянное свое положеніе, постольку для революціонныхъ партій является возможность каждую такую "реформу" использовать для новой и болѣе успѣшной атаки на самыя основы существующаго государственнаго порядка.

Организовать такую новую атаку на почвѣ, созданной октроированіемъ булыгинской "конституціи" -- такова очередная задача нашей партіи.

Мы писали уже въ "Искрѣ" о томъ, какъ представляемъ мы себѣ нашу боевую кампанію въ связи съ новымъ фактомъ русской политической жизни. Всѣ виды пролетарскаго протеста противъ гнилой "реформы" -- политическія стачки, уличныя демонстраціи, манифестаціи,-- должны быть подчинены одному общему тактическому началу; мы должны, пользуясь обстановкой, которая создана и будетъ создаваться Положеніемъ 6-го августа, работать надъ выработкой элементовъ свободнаго народнаго представительства, элементовъ революціоннаго самоуправленія народа, которое, частью, быть можетъ, опираясь на "Думу" (въ случаѣ, если она, будучи созвана, вступитъ въ острый конфликтъ съ правительствомъ), частью же и главнымъ образомъ черезъ ея голову, создало бы столь необходимую Россіи широкую политическую арену для рѣшительной побѣды надъ абсолютизмомъ и столь необходимую пролетаріату подходящую арену для его революціоннаго самоопредѣленія, какъ самостоятельнаго класса.

Только въ той мѣрѣ, въ какой намъ удастся выработать элементы такого революціоннаго самоуправленія, мы будемъ имѣть передъ собой и необходимыя политическія предпосылки для побѣдоноснаго всенароднаго выступленія.

Не ограничиваясь демонстраціями, протестами противъ безобразія правительственной "конституціи", мы должны немедленно же приняться за сплоченіе подъ руководствомъ революціоннаго пролетаріата всѣхъ "лишенныхъ правъ" на почвѣ самаго энергичнаго и активнаго вмѣшательства во всѣ перипетіи открывающейся передъ нами эпопеи перваго эксперимента абсолютизма съ "представительствомъ".


Л. Мартовъ