# Пар - душа человечья

Иосиф Александрович Матусевич

Железная земля: Фантастика русской эмиграции. Том I. Сост. и комм. М. Фоменко.

Б.м.: Salamandra P.V.V., 2016. -- (Polaris: Путешествия, приключения, фантастика. Вып. CLXVIII).


## И. Матусевич


## ПАР -- ДУША ЧЕЛОВЕЧЬЯ. (Малый сказ)


Жил на земле народ.

Для чего -- и сам не знал.

Живется, мол, ну и ладно.

Приходит Царь.

-- Ну вот, теперь я буду у вас царствовать.

-- А зачем?-- подивился народ.

Царь кричит:

-- Молчать, дурачье!

И приказал кого выпороть, кого в Сибирь.

Окромя того землю всю отобрать и поделить между князьями да графьями.

А самую лучшую да своим сродственник м.

Всему же народу за благо признал подданным ему, Царю, быть и за Веру, Царя и Отечество стоять.

Почал народ стоять.

Стоял за Веру, Царя и Отечество, стоял, пока колени не подносились.

Свалился. Лежит.

Приходит Дурак.

-- Ты чего,-- спрашивает,-- лежишь? Вставай-подымайся.

-- А зачем?-- опять дивится народ.-- Поди, опять за Веру, Царя и Отечество стоять?

Дурак смеется ласково.

-- Нет, милый, Царя отменили. Насчет Веры и Отечества безразлично. А стоять теперь тебе за Братство, Равенство и Слободу.

Делать неча -- встал народ и почал стоять за Свободу, Равенство, Братство.

Стоит, а коленки дрожат, земля из под ног уходит -- того и гляди свалится.

Дурак добрый. Жалко ему народ. Давай уговаривать:

-- Братцы, держись! Друг за дружку держись!

Послушался народ.

Кто кого за чуб, кто кого за бороду. Бабы, те за косы. Держатся крепко, так что у которых даже слезу прошибает. Не может слез видеть Дурак, надрывается:-- Не в том смысле держаться! Надо так держаться, чтоб слобода промеж вас была!

Совсем спутался народ, сбился с толку, не поймешь, как это держаться друг за дружку, а между прочим, чтоб сло-бодно было промеж?

Но тут объявился Большевик.

Глаза -- Змей Горыныча.

Голос -- Труба Иерихонская.

Даром, что сам плюгаш -- от горшка два вершка.

Объявился и сразу декрет:

"Которые не трудящие -- вон!"

А которые трудящие -- тем за Третий Интернационал стоять.

Чего это такое -- народ понять не может, да делать нечего. Понатужился и приспособился.

Не то что земли под ногами не чует, а и ног-то самих будто и нету совсем, но, между прочим, стоит.

Декрет!

Видит Большевик, народ ничего, покорный, только что оченно тяжко ему за Третий Интернационал стоять -- пожалел.

Облегчать и ослобонять стал.

От хозяйства ослобонил.

От хлеба, от скотины всякой ослобонил.

От Бога ослобонил.

От мозгов ослобонил.

От сродственников разных, отца, матери и протчих ослобонил.

Хотел еще от чего-то ослобонить, только видит, что народ ажно в пар обернулся и уж и за землю не держится, а в царство небесное норовит.

Большевик, не будь дураком, подобрал концы неба, да в узел связал.

А пар-то внутрь пузырем узел раздул.

А пузырь-то вот, гляди, сорвется -- ив лет.

Ну, Большевику того только и надо.

Живо корзинку к пузырю приладил -- лететь протчие планиды под Третий Интернационал уровнять. Да только что собрался -- шасть и Антихрист тут как тут.

Час, вишь ты, светопреставленья приспел.

Глянул Антихрист на дела большевика, да хлоп себя ладошками по ляшкам, да к Большевику:

-- Ты што жа это ты, охальник этакой, с народом поделал? Сколько время народ светопреставленья дожидался! Может, тем только и жив был, а ты ему дождаться не дал! Ну, не грубиян? Да знаешь, за это тебя... С кашей съесть мало!

Осерчал Антихрист и без каши проглотил Большевика.

Да шершавый был Большевик. Подавился им Антихрист и помер.

Тут сошел на землю сам Господь Саваоф.

А земля вся голая -- ни одного человека не видать. Только пузырь небесный над землей треплется. А в пузыре пар один -- душа человечья.

Заплакал-зарыдал Господь Саваоф -- жалко стало ему человеков своих.

Да ведь и то поди, кажному известно, как радовался сердешный, когда сотворил человека и Еву. Как дите малое радовался.

А тут, прости Господи, заместо образа и подобия --

-- Пар!

Заплакал-зарыдал Господь Саваоф.

Обнял, горюн, пузырь тот, к сердцу прижал, да так крепко, ажио пузырь лопнул и пар весь как из бани.

Только его и видели.


## Комментарии


Сегодня (Рига), 1925, No 20, 25 января.

И. Матусевич (1879 -- после 1940) -- художник, писатель, журналист. Изучал изобразительное искусство в Одессе и Москве. Был выслан из советской России на "философском пароходе" в конце сентября 1922 г. В эмиграции жил в Берлине, публиковался в периодике. Был арестован гестапо и погиб, очевидно, в нацистских застенках.