# Театр ли это вообще? Мейерхольд ставит Кроммелинка

Франц Сервес

Мнемозина: Документы и факты из истории отечественного театра XX века / Вып. 4. М.: Индрик, 2009.


## Франц Сервес. Театр ли это вообще? Мейерхольд ставит Кроммелинка


Berliner Lokal-Anzeiger, 12. April 1930


<...> В высшей степени смело построенная пьеса о душевной жизни человека, который в своих заблуждениях, можно сказать, демонически последователен.

Вскрытию этого служит мейерхольдовская декорация. Когда супруга охватывает волнение, за спиной у него начинает вращаться маленькое колесо с красной меткой. Когда беспокойство возрастает, в противоположном направлении начинает вращаться большое колесо из настоящего дерева. Когда действо достигает апогея, начинает вращаться и огромный, выкрашенный в черный цвет и пестрящий начерченными текстами круг -- сначала медленно, затем все более неистово. И в то время как все актеры впадают в раж, зритель чувствует, как по его нервам бьют и колотят что есть силы. Он в ожидании: когда же начнет вращаться мельничное колесо? Но оно вертится лишь в его голове. Кажется, вся находящаяся на сцене машинерия замерла. Только мельничные крылья время от времени нервно вздрагивают, а потом снова замирают.

Но зато актеры! Они то бегают взад-вперед через хлопающие двери, то ползают вверх-вниз по штангам, то катятся по лестницам, спускаются по катальным горкам, носятся по сцене туда-сюда, пинают друг друга, и всё выливается в дикий вой, шум, ржание -- на что великодушный рогоносец время от времени издает глупое мычание, давая понять, что остатки его небольшого ума совсем улетучились.

Быть может, все это следует воспринимать "символически" и все это -- "художественный замысел"? Но это производит на немецкого зрителя, к сожалению, удручающее впечатление. Он видит, как произведение досточтимого автора дико, сладострастно изодрано в клочья. Тем самым мы ставим точку на господине Мейерхольде и его художественных устремлениях.

Ильинский и Райх храбро борются на своих напрасно выставленных постах.

Безусловно, очень смелая комедия Кроммелинка оглупляется тут до законченного ярмарочного фарса. Это безобразие, которое выдается за искусство, действует зрителям на нервы.