# Донна Эльвира де Наварро, или Мать, каковых мало. Часть вторая

Август-Готтлиб Мейснер

(Из Мейснера.)

Повесть в стихах Николая Данилевского (1828).

## ДОННА ЭЛЬВИРА ДЕ НАВАРРО, ИЛИ. МАТЬ, КАКОВЫХЪ МАЛО.


(Изъ Мейснера.)


ПОВѢСТЬ ВЪ СТИХАХЪ.


НИКОЛАЯ ДАНИЛЕВСКАГО.


ЧАСТЬ ВТОРАЯ.


Voila tout mon talent,

je ne sais s'il suffit!


ВЪ МОСКВѢ,

у Книгопродавца Василья Логинова, на Никольской улицѣ.

1828.


ПЕЧАТАТЬ ПОЗВОЛЕНО


съ тѣмъ, чтобы по напечатаніи, до выпуска изъ Типографіи, представлены были семь экземпляровъ сей книги въ Цензурный Комитетъ, для препровожденія куда слѣдуетъ, на основаніи, узаконеній. Москва, 1827 рода Декабря 9 дня.


Цензоръ, Сергѣй Аксакоыъ.


ВЪ ТИПОГРАФІИ АВГУСТА СЕМЕНА.


## ГЛАВА I.


О, Клара! что, мой другъ, съ тобою?...

Что чувствуешь, въ душѣ своей?...

Ты сценой радости нѣмою

Счастлива въ краткой жизни сей;

Твой взоръ блеститъ и пламенѣетъ.

Огнемъ таинственной любви,

Передъ Алаваромъ скрыть не смѣетъ

Жаръ дѣвственной твоей груди!...

Щекъ пурпуръ съ бѣлизной лилеи,

Онъ зря любуется тобой,

Ты обвила его вкругъ шеи

Своею страстною рукой;

Душа его всегда горѣла

Любови пламенной въ огнѣ,

Въ забвеньи сладкомъ съ нимъ ты млѣла,

При немъ вздыхала въ тишинѣ!

Альваро чувствовалъ себя на вѣкъ счастливымъ!

Ставъ на колѣна, онъ Творца благодарилъ

И существамъ двумъ сердцу милымъ,

Блаженства вѣчнаго онъ у Небесъ молилъ;

Онъ въ вѣрности по гробъ любезной Кларѣ клялся

И небомъ, и землей, а наконецъ потомъ --

Вдругъ содрогнулся, всколебался,

Глазамъ не вѣря, чтилъ все сномъ!

Эльвинра съ нѣжностью и матернимъ участьемъ

Могла все чувствовать лишь внутренно душой...

Плѣнительны часы, толико полны счастьемъ,

Не лучше и она встрѣчала въ жребій свой!...

Она какъ будто бы на время позабыла,

Сколь грозный опытъ ей сію утѣху далъ.

Непродолжительно 'очарованье было!...

Она опомнилась и -- новый идеалъ,

И перемѣна вмигъ другая совершилась...

Дотолѣ у нее прелестна яркость глазъ

Какой-то тѣнію примѣтною затьмилась;

Румяныя ее ланиты въ тотъ же часъ

Покрылись блѣдностью и горесть выражали.

Еще минуты двѣ и -- перемѣна вновь!

Глаза ея огнемъ таинственнымъ вспылали,

Лице зардѣлося, -- быстрѣе въ жилахъ кровь

По тѣлу понеслась...

Безробостно Эльвира

Къ возлюбленной четѣ съ порывомъ говорила:

"Нѣтъ! нѣтъ! достойны вы еще счастливѣй бытъ.

"Я приняла уже намѣренье сурово

"А чтобъ скорѣй все довершитъ

"И жертва ужъ моя готова!"

Примѣровъ много мы найдемъ,

Что въ изумленіи великомъ тотъ бываетъ,

Кто, слыша рѣчь, ее совсѣмъ не понимаетъ!

Такъ, -- въ положеніи дѣйствительна такомъ

Альваро съ Кларою стояли...

Что за намѣренье?... они не понимали,

Какая жертва?-- то дивило много ихъ!

Съ вопросами не разъ къ Эльвирѣ подходили,

Чтобъ объяснилася она въ словахъ своихъ:

Но нечего на то въ отвѣтъ не получили....

"Ахъ, болѣе ко мнѣ не приступайте вы!...

"Она на прозьбы ихъ сказала;

"Вы послѣ, не теперь, узнать все -- все должны!

"Что сдѣлать я для васъ рѣшительно пріяла,

"Хоть тяжелѣе мнѣ, быть можетъ, смерти злой:

"Но съ радостью хочу исполнить то, что знаю;

"Въ томъ счастіе почти все ваше и покой,

"А вашемъ счастіи свое я полагаю

"И радостно умру съ любезной мнѣ четой!..

"Когдажъ на нѣсколько минутъ вы усомнитесь

"О добродѣтели, то заклинаю васъ....

"Когдажъ... но нѣтъ! еще не время... покоритесь,

"Альваро! и теперь оставьте уже насъ.

"Бѣжать, мнѣ кажется, намъ нужды нѣтъ ни мало!

-- "Какъ такъ! Эльвира? Такъ, я уже вамъ сказала

"Не досаждайте мнѣ и больше ничегo.

"Бѣжать ненадобно; на случай же не къ худу.....

"Готовымъ быть, когда принуждена я буду

"Къ-тому при тщетгости рѣшенья моего;

"А чтобъ утѣшить васъ, мой дорогой Альваро!

"Скажу вамъ, что всегда пребудешь вашей Клара,

"Коль Провиденію угодно будетъ то..."

Альваро наконецъ съ Эльвирою простился;

Онъ съ Кларой обнялся и ей напечатлѣвъ

Въ уста лобзаніе, любовію горѣвъ,

Съ поклономъ важнымъ удалился...

Эльвира между тѣмъ ночь цѣлу не спала;

Она желалабъ -- не могла,

Ее разтрогала чета благополучна.

Бумагу взявъ себѣ, чернильницу, перо,

Къ Оливаресу такъ писала своеручно;

"Графъ! ваше получа вчерашній день письмо,

"Я волю Короля и смыслъ весь отгадала...

"Коль въ самомъ дѣлѣ вы дивились прежде мнѣ

"Въ той твердости, съ какой свои я мысли всѣ

"Въ жару внезапности предъ вами выражала;

"Тому намѣренью, которо приняла,

"Вы, можетъ быть, теперь неменьше удивитесь;

"Готова я на все, по волѣ Короля:

"Но въ пунктѣ лишь одномъ со мною согласитесь.

"Я совѣсти моей изъ устъ почти однихъ

"Его Величества, Графъ! жду успокоенья;

"А для сего-то я и васъ прошу самихъ,

"Съ спокойнымъ чувствомъ увѣренья,

"Аудіэнціи мнѣ испросить его.

"Вотъ что желаю я и -- болѣ ничего!"

Отдавъ письмо слугѣ, какъ можно, приказала

Пораньше отвезти къ Оливаресу въ домъ;

Самажъ въ раздуміи примѣтно задремала

И насладилася глубокимъ тихимъ сномъ.

На утро -- только что проснулася денница;

Чуть зарумянился безоблачный Востокъ,

Засуетилася чуть-дремлюща столица,

Оливаресъ спѣшилъ въ Филипповъ ужъ чертогъ --

Съ письмомъ Эльвиринымъ, сей часъ лишь полученнымъ!

"Эльвира -- женщина, онъ думалъ про себя,

"А добродѣтели такъ женскя перемѣнны,

"Что, безъ сомнѣнія во всемъ успѣю я!"

Явясь къ Филиппу, онъ, вруча письмо отрадно,

Закладывалъ предъ нимъ порочную главу,

Что Клара, имъ столь давно уже желанна,

Чрезъ два дни прилетитъ въ объятія къ нему;

Онъ острой шуткою, ироніей сатиры

Монарху своему съ улыбкой намекнулъ

Объ умирающей ужъ совѣсти Эльвиры,

О добродѣтели, въ ней падшей, помянулъ,

Филиппъ желалъ -- хотѣлъ узнать тогда проворно,

Что значатъ всѣ ея двусмысленны слова?...

Аудіэнція назначена безспорно

Ей на другой же день была...

Хотя съ порывистымъ стремленьемъ ожидаетъ

Любовь Филиппова побѣды надъ красой:

Но въ будущемъ сулитъ что время подъ луной,

Того никто изъ насъ на свѣтѣ семъ не знаетъ!

Насталъ тотъ часъ, когда судьбу своихъ дѣтей,

Филиппу объяснить должна была Эльвира,

Онъ не рѣшился бы ни слова молвить ей,

Когда бы не впередъ она заговорила.

Она видъ важности изполненный пріявъ,

Сказала, на колѣна ставъ:

"Простите, Государь! коль смѣю дерзновенно

"Передъ Монархомъ я теперь все объяснить,

"Что въ сердцѣ чувствую; о всемъ вамъ говорить

"Непринужденно, откровенно!...

"Простите, естьли я, не проливая слёзъ,

"Безъ околичностей и всякаго вступленья,

"Дерзаю учинить вамъ тотчасъ предложенья

"На важной для меня вопросъ!"


Филиппъ.


Какой? скажите мнѣ себя не принуждая;

Не бойтесь ничего, его мнѣ предлагая!


Эльвира.


То правдаль, въ чемъ меня не разъ ужъ увѣрялъ

Самъ Графъ Оливаресъ, клянясь своею честью:

Но что казалось мнѣ сомнительною лестью,

То правда ли, какъ онъ сказалъ,

Что сердце Вашего Величества успѣла

Моя дочь, Клара покоришь?...

Вотъ для чего, Монархъ, я дерзновенно смѣла

Аудіэнціи у васъ себѣ просить!...


Филиппъ.


На вашъ вопросъ я вамъ, Синьора! отвѣчаю.

Быть можетъ, правда всё;

Графъ истинну сказалъ, въ томъ, Донна, увѣряю!


Эльвира.


Монархъ! осмѣлюсь ли вновь повторять вамъ то,

О чемъ съ повѣреннымъ я вашимъ говорила?...

Осмѣлюсь ли, чтобъ я на память приводила,

Какъ добродѣтель и долгъ матери велятъ?

Нѣтъ! повелѣнію Филиппа покоряюсь.

Ахъ! собственна рука моя, дни три назадъ,

И Клару привелабъ къ стопамъ вашимъ, ручаюсь:

Но, Государь, увы! три слова на душѣ,

Меня давно уже -- давно отягощаютъ;

Не знаю, можетъ быть, онѣ

И васъ, Монархъ! навѣкъ отъ Клары отвлекаютъ?...

Не знаю, можетъ быть, онѣ сильнѣй,

Сильнѣй, чѣмъ всѣ порывы страсти?...


Филиппъ.


Какіяжъ тѣ слова? скажите поскорѣй;

Я вамъ могу помочь, когда въ моей то власти...


Эльвира.


Ахъ, Клара вамъ сестра!...


Филиппъ.


Сестра мнѣ ваша дочь?

Онъ отступилъ при семъ съ великимъ страхомъ прочь

И ужасъ разлился въ душѣ его стѣсненной;

Вдругъ -- на Эльвиру взоръ, чрезмѣрно изумленной,

Съ какой-то гордостью невольно устремилъ

И, -- можетъ быть, сей взоръ сильнѣе говорилъ!...

Эльвира трепетно, свои потупя очи,

(Какъ будто ослабѣвъ, лишиласъ прежней мочи)

Казалось, приговоръ себѣ произнесла!...

"Не можетъ статься! нѣтъ! какую баснь сплела."

Филиппъ ей повторилъ двукратно.

Она опомнилась и -- молвила ему:

"Такъ точно, Государь! желалабъ я стократно,

"Чтобъ это баснь была, ко счастью моему,

"И чтобы я была толико же невинной

"Предъ совѣстью моей, какъ въ мнѣніи людей;

"Но Кларѣ нѣкогда, во дни весны завидной,

"Не уступала изъ красивости моей!...

"Филиппа третьяго -- Эльвира занимала

"Съ такой же страстію и пылкостью души,

"Какъ нынѣ васъ, Монархъ! моя плѣнила Клара

"Удѣломъ временнымъ дѣвичей красоты!

"Подарки щедрые, и ласки, и угрозы,

"Ахъ! пощадите, нѣтъ мнѣ силъ вамъ продолжать!

"Довольно, -- я была въ предѣлахъ Сарагоссы

"Свѣжа и молода, чѣмъ всѣхъ могла плѣнять...

"Мой мужъ былъ старъ, а вашъ родитель, нынѣ покойной,

"(Да осѣнитъ его тамъ Царствіе Небесъ!)

"Имѣлъ такого же, при свитѣ всей придворной,

"Какъ нынѣ Графъ Оливаресъ,

"Который твердо зналъ искуство обольщенья!...

"Межъ тѣмъ, какъ Донъ Альфонсъ леталъ въ пылу сраженья

"И противъ Франціи счастливо воевалъ;

"Межъ тѣмъ, какъ страшный бой меня съ нимъ разлучалъ,

"Я въ горести моей, склоня печально очи,

"Считала дни свои, исполненны тоской,

"И скучные часы ужасной полуночи

"Не возвращали мнѣ души моей покой!....

"Тогда, Монархъ! увы!. мнѣ кажется, возможно

"Все прочее потомъ легко вамъ угадать:

"Но трудно женщинѣ ту тайну разсказать,

"Которую она желала бы неложно

"Съ собой въ могилу мрачну взять!

"Да вотъ портретъ вамъ сей послужитъ въ оправданье

"Судите, сходенъ ли съ Филиппомъ третьимъ онъ?...

"Ахъ! утро то, когда, въ залогъ любви признанья,

"Портретъ сей мнѣ покойнымъ подаренъ,

"То утро было ужъ послѣднее въ семъ свѣтѣ,

"Съ которымъ я на вѣкъ утратила покой

"И помню завсегда, какъ въ раннемъ жизни цвѣтѣ

"Оно доставило мнѣ опытъ роковой!"


Филиппъ.


Такъ, такъ -- портретъ его! я это замѣчаю...


Эльвира (съ большею смѣлостію).


На выборъ вашъ f Монархъ! теперь предоставляю,

Что соизволите о Кларѣ положить?

Но сверхъ того еще, внимая дерзновенью,

Филиппа третьяго васъ заклиная тѣнью,

Не откажите въ томъ, чего хочу просить!


Филиппъ.


Простите!...


Эльвира.


Ахъ! когда минутнаго желанья

Вамъ драгоцѣннѣе Религіи тотъ гласъ,

Въ которомъ слышимъ мы всѣ наши ожиданья

На милости Творца, ссылаемы на насъ;

Коль стоитъ то отъ васъ, Монархъ! благодаренья,

Что не хотѣла я, по долгу, допустить

До тяжкаго грѣха того кровосмѣшенья,

Которое ужъ вы хотѣли совершишь;

Позвольте, Государь, теперь моя чтобъ Клара

Была супругою достойнаго Альвара!

Хоть къ мужу вѣрность я нарушила легко:

Но зятя обмануть не въ силахъ своего;

Онъ любитъ дочь мою, любимъ ею взаимно!


Филиппъ.


Я посмотрю!


Эльвира.


Никто не знаетъ тайны сей -

Та женщина давно почіетъ въ гробѣ мірно,

Котора вѣдала о слабости моей,

И Клара чтитъ отцомъ того, кого считаютъ

За истиннаго всѣ знакомые отца, --

Могу ль надѣяться?


Филиппъ (гордо).


Что мнѣ цовелѣваюшъ:

Приличіе и долгъ, велѣніе Творца,

И собственно мое въ семъ случаѣ желанье,

Исполню, Донна, всё!

Эльвира вышла вонъ,

Дивясъ успѣху словъ своихъ, сверхъ ожиданья.

Филлипъ, хоть съ важностью, съ каковой кончилъ онъ

Послѣднія слова, казалось, принужденно,

Боролся съ мукою, терзавшею душевно,

Котору всякая черта и всякой тонъ

Являли въ немъ, хотябъ желалъ въ томъ утаиться.

Какъ Царь и человѣкъ, конечно бы онъ смѣлъ

Отъ должностей ихъ уклониться:

Но предписаніямъ Религьи покориться

Съ благоговѣніемъ священнымъ онъ умѣлъ,

Какъ предписаніямъ святой чистѣйшей Вѣры!

Самъ Графъ Оливаресъ, употреблявшій мѣры

Склонить его на страсть, вдругъ вспомнилъ, что сей грѣхъ,

Когда въ Мадритѣ онъ повсюду разнесется,

То отъ священниковъ, его ужъ гнавшихъ, всѣхъ

На щотъ его тогда конечно отнесется

И -- выразительно плечами лишь пожалъ!

Филиппъ, Религіи бывъ завсегда послушнымъ,

Рѣшился сдѣлаться теперь великодушнымъ

И Графу написать къ Эльвирѣ приказалъ,

Ято онъ не только что на бракосочетанье

Согласенъ Клары съ Донъ-Альваро де Сугнецъ;

Но и издержки всѣ на свадебно вѣнчанье

Беретъ онъ на себя, по волѣ, наконецъ;

А сверхъ того еще Альвару обѣщаетъ

Чинъ Губернатора, коль случай упразднитъ --

Ему сей важный постъ; когдажъ ихъ обвѣнчаетъ,

То тотчасъ же за нимъ его онъ утвердитъ!

Письмо отослано, какъ должно, и -- Эльвира

Его въ то время, какъ Альваро былъ у ней,

Отъ присланнаго съ нимъ спокойно получила

И начала читать тихонько отъ дѣтей...

Какое тяжкое Альвару безпокойство!...

Быть можетъ счастія столь сладкаго разстройство

Близко на вѣки дня него!...

Эльвира подала ему сіе письмо...

Онъ приготовился какъ будто къ приговору;

Но чрезвычайная столь милость Короля

Не приходила никогда

Ему и въ мысли по сю пору...

То десять разъ его прочитывалъ онъ въ слухъ

И неожиданной премѣны удивлялся;

То въ истиннѣ еще премного сомнѣвался,

Коль про себя читалъ его потомъ онъ вдругъ;

То десять разъ глядѣлъ на Клару и Эльвиру:

Но Клара столько же была изумлена,

Какъ самъ Альваро отъ письма,

И не могла понять вдругъ радость, столь счастливу.

Съ улыбкой горестной на нихъ смотрѣла мать

И ихъ безмолвіе такъ вздумала прервать:

"Ну! не дивитесь ли Эльвиры краснорѣчью,

Альваро?"


Альваро.


Странно такъ, что не могу понять:

Но, матушка, прошу, внемля чистосердечью,

Случившееся все теперь пересказать!...


Эльвира.


Возпользуемся тѣмъ, что мы уже имѣемъ,

Не разбирая вдругъ -- отколь произошло;

Покамѣстъ счастія минутою владѣемъ,

Потщимся продолжить ее для насъ добро,

Да и пословицей нерѣдко говорится:

Желѣзо куй тогда, коль скоро разкалится!

А милость Короля безъ пользы упускать,

Которая для насъ внезапно появилась

И скоро можетъ изчезать,

Стократно хуже, чемъ желѣзо намъ ковать,

Когда оно ужъ охладилось!

Теперь долгъ требуетъ, Альваро, поспѣшить

(Такъ признаюсь я вамъ неложно)

У Графа побывать; и непремѣнно должно,

Филиппа вамъ благодарить...

Исполнитежъ сіе, Синьёръ! вы поскорѣе;

А тамъ поговоримъ мы о другихъ дѣлахъ,

Изъ коихъ вы потомъ узнаете яснѣе:

Что учинила я для вашихъ съ Кларой благъ?...

Альваро, такъ какъ Донъ, съ слѣпымъ повиновеньемъ,

Каковое у всѣхъ Испанцевъ и поднесь

Считается всегда почти обыкновеньемъ

Оказывать всему прекрасну полу въ честь,

Коль случай имъ къ тому открылся,

Простяся съ Доннами, не медля удалился.

Вопросы Кларины осталися равно --

Безъ всякаго на то отвѣта

И еслибъ тайну всѣ хранили столь скромно,

То не былабъ она извѣстною для свѣта:

Но, ахъ! въ болтаніи не возмогло унять

Такъ -- никаковое въ семъ мірѣ запрещенье

Любимца Цapскаго, который разсказать

Не почиталъ отнюдь себѣ за опасенье

Ее любимцу своему;

Любимецъ тотъ своей любовницѣ открылся

Любовница сестирѣ и словомъ, по всему

Мадриту слухъ объ ней тотчасъ разпространился

И сдѣлался потомъ, на утро, при Дворѣ

Новѣйшей новостью!... Сперва ей удивлялись,

По добродѣтели въ Эльвириной душѣ;

Но -- вскорѣ Донны признавались,

Что нѣсколько ужъ лѣтъ примѣтили онѣ

Похожее на то, (что, къ счастію ихъ, сбылось),

А жало клеветы чувствительнѣй язвилось!...

"Ахъ, Клара съ Королемъ покойнымъ такъ сходна,

"Что Донъ Альфонса въ ней черты не замѣчаемъ;

"Филиппа помнимъ мы и Донъ Альфонса знаемъ!"

Такъ говорила клевета.

Эльвиру всѣ почти придворны охуждали:

"Не лучшель бъ случаѣ таковомъ было ей,

"Чтобы въ Испаніи сей тайны не узнали,

"Для счастья Кларина и участи своей

"Досель блистательной въ величіи отмѣнной,

"На жертву посвятить гласъ совѣсти душевной?...

"Тѣмъ тайну бы ея покрыла вѣчна тьма.

Какъ худо сдѣлала она!"

Альваро между тѣмъ, не знавъ молвы коварной,

На счастье будуще съ восторгомъ лишь взиралъ

И жребья своего, въ премѣнѣ столь превратной,

Никоимъ образомъ совсѣмъ не понималъ...

Приготовленія ко браку продолжались

Съ такою ревностью, что впредь не дожидались

Рѣшенья въ тяжбѣ ихъ судьбы...

До свадьбы только лишь осталося два дни!...

Одинъ услужливый приятель въ угожденьи,

Или завистливый, быть можетъ, даже другъ --

Открылъ Альвару весь тотъ слухъ,

Каковый носится о Клариномъ рожденьи....

Вдругъ -- механически Альваро шляпу взялъ,

Какъ только первое онъ слово услыхалъ, --

И слушалъ все, тая раздумья грозна муку;...

Когдажъ приятель тотъ свидѣтелей назвалъ

И собственный его разсудокъ доказалъ --

Всю тайну словъ, -- онъ опустилъ вмигъ руку --

Съ такою томностью, какъ бы лишенный силъ.--

Ужасный свѣтъ его внезапно озарилъ!...

Онъ -- въ чувствахъ Короля вдругъ оборотъ столь скорый

И краснорѣчія Эльвиры чудеса,

Оливаресовы двумысленны слова, --

Всё понялъ наконецъ. Жестокіе укоры!...

Онъ былъ Испанецъ, гордъ и благородный Донъ!..

То, что придворные считали приращеньемъ

Благополучія: напротивъ чтилъ то онъ,

По справедливости, себѣ какъ униженьемъ;

А болѣе всего мысль мучила его,

Что и въ Эльвирѣ обманулся,

Отъ коей онъ невольно содрогнулся!...

Приятеля потомъ оставя своего, --

Къ Эльвирѣ поскакалъ.

Она довольно знала

Физіогномій мущинъ такихъ, какъ онъ;

Сомнѣніе души, въ лицѣ его читала,

Угадывала словъ въ немъ принужденной тонъ...

Замѣтя всё, она потомъ его спросила

Причину.-- Онъ хотѣлъ въ прикрасахъ утаить

Всю сущность: но, увы! въ томъ сердце измѣнило,

Чего бы не желалъ онъ явно говорить!...

Эльвира, видя то, сказала:

"Альваро! (свѣтлая слеза тутъ съ глазъ упала )

"Нашли ли вы съ тѣхъ поръ, какъ знаете меня,

"Хотя одно пятно на сердцѣ Донъ-Эльвиры?...

"Иль ложь на языкѣ моемъ одну хотя!...

"Хоть тѣнь малѣйшую когда вы находили,

"Котораябъ была сомнительна для васъ, --

"И честь моя моглабъ казаться въ подозрѣньи?.. "


Альваро,


Нѣтъ! нѣтъ!


Эльвира.


Такъ помнителъ тотъ часъ,

Минуту ту, когдавы съ Кларой въ изступленьи

Противиться судьбѣ рѣшились наконецъ?..

Вы клятву помнипель, мой дорогой Сугнецъ!...

Что смерти тяжелѣй для вашего покою

Поступокъ, принятый въ дни бѣдственные мною?..


Альваро (какъ бы отъ сна пробудившись).


О, Боже мой!..


Эльвира (съ сильнѣйшимъ движеніемъ).


И вы забыли прозьбу ту,

Котору къ клятвѣ вамъ я присовокупила;

Забыли вы, что я васъ нѣкогда просила

На вѣки изтребить мечту,

Противную моей и строгости и чести?...


Альваро (съ жаромъ прервавши).


Ахъ, нѣтъ! не позабылъ, такъ говорю безъ лести;

Да ежели бы мнѣ случилось позабыть,

То -- эти слёзы и -- такое вспоминанье!..

Довольно, -- я лечу низвергнуть порицанье

И истинну изобличить, --

Хотябъ Оливаресъ самъ.


Эльвира (остановивъ его).


Полно! погодите!..

Какъ! не уже ли вы разрушить захотите --

И зданье счастья въ жизни сей,

Съ толикой трудностью воздвигнутое мною?..

Мня защищаться правотою,

Съ несправедливостью хотите гнать людей?..


(болѣзненно).


Ахъ! говорила ли, что я во всёмъ невинна

И запиралась ли?...


(Внутренняя горесть прерываетъ слова ея).


АЛЬВАРО (смотря на нее съ чрезвычайнымъ изумленіемъ).


Синьора, такъ, увы!

Ужели правда всё, что говорите вы?...

По чести, слишкомъ то обидно!..


Эльвира.


Альваро! (отчасти про себя).

Небеса, вы зрите скорбь мою!

Альваро, вѣрьте мнѣ безъ дальнихъ изъясненій,

Что быть счастливою, средь самыхъ притѣсненій, --

Чрезъ Клару только я хочу!..

Чиста порода въ ней, вамъ творю неложно;

Всѣмъ адскимъ духамъ невозможно

Для Клары выдумать столь тяжкихъ сердцу мукъ --

Несправедливыхъ обвиненій!...

Однако же при томъ не льзя еще такъ вдругъ

Опровергать придворный слухъ....


Альваро.


Какъ? буду я терпѣть!..


Эльвира (съ негодованіемъ).


Ступай инъ, безтолковый!...

Ступай и дѣлай то, что хочетъ нравъ лишь твой:

Но дай отвѣтъ мнѣ прежде новый,

Кого имѣть желалъ своею ты женой!...

Альфонсаль дочь въ виду была у Донъ Альвара?..

Безчеститъ ли ее текуща въ жилахъ кровь?...

Стыдитъ ли наконецъ поступокъ мой? ни мало!

Пусть онъ постыденъ мнѣ! я постараюсь вновь

Терпѣть такое поношенье!..


(Гордо).


Такъ, -- стану перносить и вѣрно пернесу,

Надѣясь внутренно, что это посрамленье

Я непремѣнно перживу;

Надѣюсь, что вы всѣ....


(Опомнившисъ и перемѣня тонъ.)


Альваро! заклинаю --

И умоляю васъ повиноваться мнѣ; --

Какъ мать, великое участье принимаю

Я въ вашей счастливой судьбѣ

И требую, чтобъ вы, въ столь участи важнѣйшей

Повиновались мнѣ съ покорностью чистѣйшей! *.

Какъ Донна, или какъ Испанка, такъ какъ мать,

Къ которой вы уже почтеніе имѣли, --

Желаю, чтобы вы старались не слыхать

Тѣхъ слуховъ, кой такъ опровергать хотѣли,

Чтобъ не видали вы насмѣшливыхъ затѣй!..

Вамъ Кларина рука безспорно принадлежитъ,

Примите вы её и съ ней:

Но коль разкаетесь, васъ смѣю обнадежить, --

На утро первое, что поступили такъ;

То пусть не принесутъ молитвы мнѣ отрады,

Пусть, обвиненная въ несгладимыхъ грѣхахъ, --

Я получу себѣ мучительны награды, --

Пусть всѣ мой мольбы моей души

Во вѣки никогда уже не облегчаютъ

И всѣ дѣянія мои

Въ укоръ грѣховный превращаютъ!...

Лицо Эльвирино у когда сіе ревда,

Такъ убѣдительно, величественно было,

Что Донъ Альварино упорство ужъ тогда

Совсѣмъ на тщетное въ семъ разѣ походило

И преступленіемъ казалося ему.--

Ставъ на колѣна, онъ (познавъ свою вину)

"Я повинуюсь вамъ! " сказалъ чистосердечно

И обѣщаніе, какъ благородный Донъ,

Имъ данное при томъ, -- впредь вѣчно

Хранить уже старался онъ!...


## ГЛАВА II.


Со всею пышностью и роскошью безмѣрной

Чрезъ два дни совершенъ четы былъ нашей бракъ...

Изъ рукъ Филипповыхъ Альваро -- Кларѣ вѣрной,

Супругу получилъ, благоволенья въ знакъ, --

И запылалъ олтарь ихъ брачными свѣчами,

Главы ихъ скрасились супружними вѣнцамй!...

Всё ликованія изполнилось вокругъ...

Всё веселилося, всё тѣшилось четою!..

Какъ наконецъ Филиппъ самъ вдругъ

Повѣсилъ собственной рукою

На шею Кларину подарокъ дорогой --

На цѣпи золотой!..

Съ улыбкой дружества живой, непринужденной,

Каковой ужъ давно въ Испанскомъ Королѣ

Не замѣчали при Дворѣ,

Къ ней тихо подошелъ и камень драгоцѣнной

На шею Кларѣ возложилъ....

Почувствуя его руки прикосновенье,

У Клары на щекахъ румянецъ яркой былъ,

Какъ признакъ внутрення смятенья!...

"Позволено то мнѣ, какъ брату!" онъ сказалъ

Ей шопотомъ, почти отъ прочихъ то скрывая,

Потомъ, оборотясь, бумагу показалъ,

Котору Донъ-Альвару подавая,

Его Намѣстникомъ при всѣхъ провозгласилъ

Какъ въ Каталоніи, такъ равно въ Барцелонѣ!...

Альваро только что колѣна преклонилъ,

Король, по благосклонной волѣ,

Поднявъ его, ему примолвилъ наконецъ:

"Постъ важенъ вашъ, Альваро де Сугнецъ!..

"Какъ въ Каталоніи народъ всё безпокойный,

"То истинна сама невольно мнѣ велитъ,

"Чтобъ тамъ нашъ свойственникъ достойный...."

Король умолкъ при семъ.-- Альваро понялъ видъ,

Съ какимъ онъ все ему такъ говорилъ открыто;

Весь крутъ придворныхъ понялъ то,

Шептанье разлилось по залѣ велико

И жало клеветы усилилось сердиnой!.,.

Мутнѣе сдѣлались Эльвирины глаза,

Краснѣе пурпуромъ покрылися ланиты:

Но часъ ее не билъ!...

Не болѣ полчаса

Послѣ вѣнчанія, обѣдъ богатый, сытный

Всѣхъ силы подкрѣпилъ;

Онъ кончился и балъ начаться долженъ былъ...

Филиппъ хотѣлъ уже открыть его самъ съ Кларой:

Но не успѣлъ еще стать въ танцахъ первой парой,

Эльвира трепетно къ Монарху подошла

Съ какой-то робостью и вмѣстѣ благородствомъ,

Съ примѣтной гордостью; съ примѣтнымъ и разстройствомъ;

Чѣмъ удивила всѣхъ она...

Она приближилась къ Филиппу и рекла:

"Щедроты Вашего Величества свершились

"На счастливыхъ моихъ дѣтяхъ,

"Какъ благотворный дождь въ поляхъ,

"Которымъ нивы всѣ изсохши оросились;

"Однакожъ я прошу о милости одной,

"Котора въ чистотѣ и въ важности прямой

"Всѣ мнѣ оказанны доселѣ превозходитъ!" --


Филиппъ (важно).


Скажите, о какой?...


Эльвира.


Преступница одна, --

(Ея отважность въ страхъ меня уже приводитъ)

Преступница, Монархъ! котора столь дерзка,

Что смѣла оскорбить священную особу

Того, съ которымъ честь имѣю говорить;

Которая теперь страшится получить

Себѣ отъ Вашего Величества лишь злобу!...


Филиппъ (съ нѣкоторымъ изумленіемъ).


Преступница? Да кто же?...


Эльвира (ставъ на колѣни).


Я -- она!..

У ногъ Монарховыхъ, ахъ! признаюсь сама,

Что, вымысливъ обманъ, я въ хитрости успѣла

И веселилася, что скрыть ее умѣла....


Филиппъ.


Что слышу я? (!)


Эльвира (продолжая).


Несправедливо то,

Что въ тайнѣ Вашему Величеству открыла;

Несправедливо и -- совсѣмъ пустое всё,

Что при Дворѣ молва такъ скоро разгласила!...

Ахъ, дочь моя ничуть не въ свойствѣ съ Королёмъ!!!...


Филиппъ (бросивъ гнѣвной взоръ на Донъ Альвара).


Преступникъ!...


(Ропотъ по всей залѣ).


Эльвира.


Нѣтъ, одна преступница я въ томъ,

Любовью къ дочери къ тому бывъ принужденна,

Сія стояща здѣсь и блѣдная чета,

Не знаетъ ничего она;

Одна виновна я во хитрости сплетенной...

И такъ пусть на меня одну падётъ и то

Жестоко наказанье,

Которое, въ вину отважнаго признанья,

Пасть на меня должно!...

Когдажъ великому преступнику возможно

До осужденія защиту находить,

Прощенье даже, можетъ быть;

Тогда мнѣ непремѣнно должно

Филиппа выслушать просить

Меня, какъ женщину, въ присутствіи придворныхъ

И волѣ всѣхъ его покорныхъ,

А послѣ уже осудить!!!...

Всѣ Гранды, слыша то, смотрѣли изумленно

И перешептывалисъ вкрутъ:

"Кто смѣетъ говорить изъ насъ столь дерзновенно!" --

Негодованіе объяло грозно духъ

Филиппа, кой молчалъ еще почти минуту...

"Такъ встаньте, Донна! и откройте участь люту,

"Котора къ хитрости такъ побудила васъ, --

"И объяснитеся." --


Эльвира.


Нѣтъ! нѣтъ! лежать покойно --

У вашихъ ногъ въ сей часъ --

Есть долгъ мой, мнѣ пристойной;

Не всё, чего желала я,

Исполнить въ точности могла.

Монархъ! когда Альфонсъ почуялъ смерти муку,

Когда нельстивыми слезами я лилась;

Тогда-то онъ въ послѣдній разъ

Схватилъ мою уже трепещущую руку"

Къ охладѣвающей груди своей прижалъ

И тихимъ голосомъ сказалъ:

"Эльвира! охраняй ты Клары добродѣтель,

"Опасна ей ея краса!..

"Да сохранятъ ее всещедры Небеса

"И Всемогущій. благъ Содѣтель!" --

Я поклялась ему и -- прежде, чѣмъ могла

Окончить клятвенны слова,

Онъ духъ свой изпустилъ, глаза на вѣкъ закрылись

И сердце хладное осталось мнѣ въ удѣлъ!..


(Останавливается, отираетъ свои слезы и потомъ продолжаетъ).


Всѣ попеченія мои съ тѣхъ поръ стремились

На Клару, дочь мою, какъ и Альфонсъ хотѣлъ...

Ахъ, не обманчива сія стыдливость дѣвы

И непритворны всѣ ея поступки лѣтъ!...

И вотъ причина-то, Монархъ! что я столь смѣлый

Министру вашему дала тогда отвѣтъ;

Причина вотъ тому, что я бѣжать хотѣла

Въ пустынный нѣкогда безвѣстный уголокъ,

Оставя за собой всё, въ жизни что имѣла:

Богатство, счастіе и доблестный мой рокъ,

Но добродѣтели отнюдь не оставляя --

Какъ дочери моей, такъ зятя моего!....


Филиппъ.


И Донъ Альваро?...


Эльвира.


Да не скрою ничего,--

Хотѣлъ бѣжать, любовь къ намъ истинну питая...

О, Государь! хотя я глупо говорю

Здѣсь для свидѣтелей, быть можетъ, очень многихъ:

Но безбоязненно предъ вами повторяю,

Не зная вымышленій строгихъ,

Что вѣрно служитъ тотъ лишь своему Царю,

Кто выше всякаго величія считаетъ

Прямую истинну и -- полагаетъ

Лишь въ добродѣтели всё счастье обрѣсти!...

Когда я видѣла (такъ, Государь! прости),

Какъ дѣти спорили не рѣдко межъ собою:

Кто любитъ болѣе изъ нихъ --

Другъ друга страстію прямою;

Тогда для счастья ихъ

Отважиться на все во мнѣ мысль пробудилась

И, дерзновенная, тогдатшо я рѣшилась

На опытѣ узнать: сильнѣель власть Царя,

Иль хитрость женская, употребленна мною?...

Хотѣла напередъ обманомъ легкимъ я

Иль выдумкой простою

Гласъ совѣсти твоей на время пробудить!...

И счастіе дѣтей моихъ тѣмъ ускорить!...

Мнѣ это удалось, -- я много симъ гордилась;

Но честью жертвовать ужасно тяжело

Для той, которая быть честною родилась;

Казаться слабою Эльвирѣ для того,

Она съ кѣмъ тайно объяснилась, --

Чрезмѣрно тягостно: но умерлобъ со мной

Всё содержаніе тогдашня разговора

И то, (безъ всякаго, я точно знаю, спора),

Что произвелъ во мнѣ страхъ совѣсти живой

Владычествомъ всегдабъ почтилось надъ страстями,

Когда бы первый изъ мужей

Хранилъ молчаніе межъ прочими мужами,

Какъ женщина хранить умѣла межъ людей!...


Филиппъ (съ гнѣвнымъ видомъ).


О, ваша дерзость, Донна!


Эльвира (тихо).


Такъ, -- простирается, быть можетъ, далеко;

Но милость Вашего Величества мнѣ съ трона

Простерлась далѣе давно!...

Тотъ слухъ, который такъ вездѣ пронесся скоро,

Который завсегда почти меня стыдилъ,

Который навлекалъ отъ всѣхъ мнѣ взглядъ укора

И добродѣтель Донъ Альвара устрашилъ, --

Ахъ!-- этотъ слухъ меня вторично вынуждаетъ

Вновь къ обвиненію себя,

Хотя различному отъ прежняго...


Филиппъ (съ насмѣшкою).


Ктожъ знаетъ, --

Который счесть изъ двухъ обмановъ больше льзя?

Портретъ родителя!...


Эльвира (прервавъ рѣчь его).


Забыли цѣпь златую,

Которой жалованъ Альфонсъ покойный былъ,

Которую всегда, какъ вещь предорогую,

По днямъ торжественнымъ онъ только лишь носилъ,

На коей юное висѣло начертанье

Филиппа Третьяго, покойна Короля!...

Въ очахъ Всевышняго клянусь предъ вами я:

Однѣ Альфонсовы супружнія лобзанья

Горятъ еще досель Эльвиры на устахъ,

Альфонса, одного супругомъ я имѣла

И -- Клара дочь его!... Но клятвы мнѣ въ словахъ --

Не нужны болѣе.-- Чего всегда хотѣла,

То всё изполнилось, ко счастью моему!...

Такъ, церкви узами они соединились;

Уважь, Монархъ! сіи ты узы, я прошу,

Коль узы кровные тобой священны чтились.

Иду туда, куда мнѣ, Государь! велишь,

Туда, куда пошлетъ твое лишь мановенье;

Въ темницу ли запрёшь, въ пустынѣ ль поселишь,

Иль въ монастырь на заточенье:

Но ненаказывай однѣхъ дѣтей моихъ,

Сердца невинны ихъ!!!...

Эльвира смолкла.-- Взоръ ея неустрашимой

Склонился внизъ съ поникнутой главой;

Она стояла терпѣливо

И приговоръ ждала Филиппа роковой!

Ахъ! ни одинъ Монархъ, быть можетъ, во Вселенной

Такого случая ни разу не встрѣчалъ,

Какъ сей Филиппъ, сугубо пораженный

Словами женщины, чего не ожидалъ, --

Душа его была въ волненьи!...

Негодованье, стыдъ и прежняя любовь

Вдругъ возвращающася вновь,

Въ немъ сердце привели въ стѣсненье!...

Врагъ лютой ли одинъ его не обижалъ

Такъ больно, какъ сія отважная Эльвира;

Онъ презиралъ ее и вмѣстѣ уважалъ

По добродѣтели, достойной славы міра;

Хотѣлъ бы наказать -- несправедливымъ быть

Предъ совѣстью своей, толико раздраженной,

И таковымъ прослыть --

Ужасно предъ лицемъ Вселенной!...

Отъ многихъ зрителей, свидѣтелей того --

Трудна борьба сія, торжественнѣе сцѣна;

На лицахъ ихъ была, примѣтна перемѣна,

Всѣ ждали съ трепетомъ рѣшенія его...

Такъ прошекла еще и цѣлая минуніа:

Въ безмолвной тишинѣ, во всемъ подобна той,

Которую смерть люта

Намъ удѣляетъ тамъ -- за дскою гробовой!...

Филиппъ молчалъ еще и видъ его угрюмой,

И видъ, покрытый важной думой,

Подѣйствовалъ тогда надъ счастливой четой;

Съ супругомъ молодымъ вдругъ Клара на колѣна,

Въ порывѣ тайномъ и живомъ,

Поверглась вдругъ предъ Королёмъ!...

Какая чародѣйства сцѣна!...

Двенадцатъ доблестныхъ Испанцевъ въ слѣдъ за ней --

Съ ходатайствомъ за нихъ къ Филиппу протѣснились;

Онъ кинулъ важный взоръ, взоръ пламенныхъ очей, --

Они молчанію внезапно покорились...

"Въ Совѣтникѣ нужды мнѣ нѣтъ! сказалъ имъ онъ...

"Эльвира! встаньте,-- я охотно всѣхъ прощаю;

"Что сдѣлано досель, теперь всё подтверждаю!" --

Сказавъ сіе, вдругъ вышелъ вонъ

И въ кабинетъ свой удалился,

Куда послѣдовалъ за нимъ Оливаресъ...

Духъ общей радости на лицахъ отразился,

А у иныхъ блисталъ пріятный бисеръ слезъ;

Повсюду видѣнъ былъ возторгъ непринужденной,

И возклицанія повсюду раздались,

И радости сверкалъ оттѣнокъ вожделенной,

Молитвы къ Небесамъ отвсюду вознеслись!!!

Всѣ съ поздравленьями толпились вкругъ Эльвиры,

Вкругъ счастливыхъ ея дѣтей,

И этотъ знакъ усердья милый

Былъ слишкомъ дорогъ, важенъ ей!...

Филиппъ опять взошелъ, опять къ нимъ возвратился

Съ улыбкой нѣжною и съ радостнымъ лицомъ,

Совсѣмъ, совсѣмъ перемѣнился

Доселѣ видъ угрюмый въ нёмъ;

Въ осанкѣ доблестной отнюдь не затемнялись

Суровой важностью черты!...

Веселымъ шумомъ замѣнялись

Бесѣдой скучной тамъ часы;

И самъ Филиппъ открылъ балъ съ милоликой Кларой,

Ей руку дружески подавъ;

Потомъ съ улыбкою взглянулъ онъ на Альвара,

Ему двусмысленно сказавъ:

"Сбирайтесь поскорѣй Альваро, въ Барцелону!"

Всякъ догадается легко,

Что таковый совѣтъ, Филиппомъ данный Дону, --

Исполнить въ точности на мысль ему пришло...

Онъ собрался совсѣмъ, съ придворными простился

Безъ всякихъ скучныхъ слёзъ,

Въ страну, далёкую отъ шума удалялся

И Клару милую увёзъ!...

Эльвира съ ними поскакала

И славу, счастіе, любовь --

Для ней ужъ съ той поры фортуна ниспослала

Въ ея семейство вновь!!!

Кладу перо мое -- тѣмъ повѣсть окончаю.

"                    Лети, счастливая чета!...

Въ страны далёкія, гдѣ я тебѣ желаю

Сердечно всякаго добра;

Гдѣ Клара, своего любимца обожая,

Къ нему любовью пусть горитъ,

Забудетъ свѣта шумъ, напастей избѣгая, --

Забудетъ даже и Мадритъ!!!...


Конецъ.