# Стихотворения

Дмитрий Сергеевич Мережковский

De Profundis

Morituri

Stabat mater

Амалии

Ариванза

Бог

Будущий Рим

В небе, зеленом, как лед...

В сумерки

Веселые думы

Весеннее чувство

Вечер

Возвращение

Волны

Голубка моя, умчимся в края...

Голубое небо

Да не будет

Давно ль желанный мир я звал к себе, тоскуя...

Две песни шута

Двойная бездна

Дети ночи

Детское сердце

Доброе, злое, ничтожное, славное...

Если розы тихо осыпаются...

Есть радость в том, чтоб люди ненавидели...

Затихших волн сиянье бесконечно...

И снилось мне: заря туманная...

И хочу, но не в силах любить я людей...

Ищи во мне не радости мгновенной...

Как наполняет храм благоуханье...

Кассандра

Кроткий вечер тихо угасает...

Кто ты, он или она...

Леонардо да Винчи

Люблю иль нет,- легка мне безнадежность...

Люблю мой камень драгоценный...

Любовь-вражда

Март

Мать

Молитва о крыльях

Молчание

На озере Комо

На распутье

На те холмы, в леса сосновые...

Не думала ли ты, что, бледный и безмолвный...

Не-Джиоконде

Нирвана

Ночная песня странника

Ноябрь

О дитя, живое сердце...

Одиночество в любви

Одиночество

Октябрьский снег первоначальный...

Опять весна

Осеннее-весеннее

Осенние листья

Осенью в летнем саду

Осень

Ослепительная снежность...

Пантеон

Парки

Парфенон

По дебрям усталый брожу я в тоске...

Помпея

Потух мой гнев, безумный, детский гнев...

Признание

Природа

Проклятие любви

Пустая чаша

Рим

Скука

Смех богов (Одиссей)

Сталь

Старость

Так жизнь ничтожеством страшна...

Темный ангел

Титаны

Трубный глас

Ты ушла, но поздно...

Ты, бледная звезда, вечернее светило...

Ужель мою святыню...

Усни

Успокоенные

Франческа Римини

Что ты можешь? В безумной борьбе...

Чужбина-родина

Эрот

Я всех любил, и всех забыли...

Я никогда так не был одинок...

Дмитрий Мережковский Содержание:


" De Profundis

" Morituri

" Stabat mater

" Амалии

" Ариванза

" Бог

" Будущий Рим

" В небе, зеленом, как лед...

" В сумерки

" Веселые думы

" Весеннее чувство

" Вечер

" Возвращение

" Волны

" Голубка моя, умчимся в края...

" Голубое небо

" Да не будет

" Давно ль желанный мир я звал к себе, тоскуя...

" Две песни шута

" Двойная бездна

" Дети ночи

" Детское сердце

" Доброе, злое, ничтожное, славное...

" Если розы тихо осыпаются...

" Есть радость в том, чтоб люди ненавидели...

" Затихших волн сиянье бесконечно...

" И снилось мне: заря туманная...

" И хочу, но не в силах любить я людей...

" Ищи во мне не радости мгновенной...

" Как наполняет храм благоуханье...

" Кассандра

" Кроткий вечер тихо угасает...

" Кто ты, он или она...

" Леонардо да Винчи

" Люблю иль нет,- легка мне безнадежность...

" Люблю мой камень драгоценный...

" Любовь-вражда

" Март

" Мать

" Молитва о крыльях

" Молчание

" На озере Комо

" На распутье

" На те холмы, в леса сосновые...

" Не думала ли ты, что, бледный и безмолвный...

" Не-Джиоконде

" Нирвана

" Ночная песня странника

" Ноябрь

" О дитя, живое сердце...

" Одиночество в любви

" Одиночество

" Октябрьский снег первоначальный...

" Опять весна

" Осеннее-весеннее

" Осенние листья

" Осенью в летнем саду

" Осень

" Ослепительная снежность...

" Пантеон

" Парки

" Парфенон

" По дебрям усталый брожу я в тоске...

" Помпея

" Потух мой гнев, безумный, детский гнев...

" Признание

" Природа

" Проклятие любви

" Пустая чаша

" Рим

" Скука

" Смех богов

" Сталь

" Старость

" Так жизнь ничтожеством страшна...

" Темный ангел

" Титаны

" Трубный глас

" Ты ушла, но поздно...

" Ты, бледная звезда, вечернее светило...

" Ужель мою святыню...

" Усни

" Успокоенные

" Франческа Римини

" Что ты можешь? В безумной борьбе...

" Чужбина-родина

" Эрот

" Я всех любил, и всех забыли...

" Я никогда так не был одинок...

НИРВАНА


И вновь, как в первый день созданья,

Лазурь небесная тиха,

Как будто в мире нет страданья,

Как будто в сердце нет греха.

Не надо мне любви и славы:

В молчаньи утренних полей

Дышу, как дышат эти травы...

Ни прошлых, ни грядущих дней

Я не хочу пытать и числить.

Я только чувствую опять,

Какое счастие - не мыслить,

Какая нега - не желать!


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


НОЯБРЬ


Бледный месяц - на ущербе,

Воздух звонок, мертв и чист,

И на голой, зябкой вербе

Шелестит увядший лист.

Замерзает, тяжелеет

В бездне тихого пруда,

И чернеет, и густеет

Неподвижная вода.

Бледный месяц на ущербе

Умирающий лежит,

И на голой черной вербе

Луч холодный не дрожит.

Блещет небо, догорая,

Как волшебная земля,

Как потерянного рая

Недоступные поля.


Поэзия серебряного века.

Москва: Художественная литература, 1991.


ДЕТИ НОЧИ


Устремляя наши очи

На бледнеющий восток,

Дети скорби, дети ночи,

Ждем, придет ли наш пророк.

Мы неведомое чуем,

И, с надеждою в сердцах,

Умирая, мы тоскуем

О несозданных мирах.

Дерзновенны наши речи,

Но на смерть осуждены

Слишком ранние предтечи

Слишком медленной весны.

Погребенных воскресенье

И среди глубокой тьмы

Петуха ночное пенье,

Холод утра - это мы.

Мы - над бездною ступени,

Дети мрака, солнце ждем:

Свет увидим - и, как тени,

Мы в лучах его умрем.


Серебряный век русской поэзии.

Москва: Просвещение, 1993.


* * *


Ты ушла, но поздно:

Нам не разлюбить.

Будем вечно розно,

Вечно вместе жить.

Как же мне, и зная,

Что не буду твой,

Сделать, чтоб родная

Не была родной?


Не позже 1914

Строфы века. Антология русской поэзии.

Сост. Е.Евтушенко.

Минск, Москва: Полифакт, 1995.


* * *


Люблю иль нет,- легка мне безнадежность:

Пусть никогда не буду я твоим,

А все-таки порой такая нежность

В твоих глазах, как будто я любим.

Не мною жить, не мной страдать ты будешь,

И я пройду как тень от облаков;

Но никогда меня ты не забудешь,

И не замрет в тебе мой дальний зов.

Приснилась нам неведомая радость,

И знали мы во сне, что это сон...

А все-таки мучительная сладость

Есть для тебя и в том, что я - не он.


Строфы века. Антология русской поэзии.

Сост. Е.Евтушенко.

Минск, Москва: Полифакт, 1995.


ДА НЕ БУДЕТ


Надежды нет и нет боязни.

Наполнен кубок через край.

Твое прощенье - хуже казни,

Судьба. Казни меня, прощай.

Всему я рад, всему покорен.

В ночи последний замер плач.

Мой путь, как ход подземный, черен

И там, где выход, ждет палач.


<1909>

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


* * *


Доброе, злое, ничтожное, славное,-

Может быть, это всё пустяки,

А самое главное, самое главное

То, что страшней даже смертной тоски,-

Грубость духа, грубость материи,

Грубость жизни, любви - всего;

Грубость зверихи родной, Эсэсэрии,-

Грубость, дикость,- и в них торжество.

Может быть, всё разрешится, развяжется?

Господи, воли не знаю Твоей,

Где же судить мне? А все-таки кажется,

Можно бы мир создать понежней.


Строфы века. Антология русской поэзии.

Сост. Е.Евтушенко.

Минск, Москва: Полифакт, 1995.


ПАРКИ *


Будь что будет - все равно.

Парки дряхлые, прядите

Жизни спутанные нити,

Ты шуми, веретено.

Всё наскучило давно

Трем богиням, вещим пряхам:

Было прахом, будет прахом,-

Ты шуми, веретено.

Нити вечные судьбы

Тянут парки из кудели,

Без начала и без цели.

Не склоняют их мольбы,

Не пленяет красота:

Головой они качают,

Правду горькую вещают

Их поблекшие уста.

Мы же лгать обречены:

Роковым узлом от века

В слабом сердце человека

Правда с ложью сплетены.

Лишь уста открою - лгу,

Я рассечь узлов не смею,

А распутать не умею,

Покориться не могу.

Лгу, чтоб верить, чтобы жить,

И во лжи моей тоскую.

Пусть же петлю роковую,

Жизни спутанную нить,

Цепи рабства и любви,

Все, пред чем я полон страхом,

Рассекут единым взмахом,

Парка, ножницы твои!

* Богини судьбы у древних римлян.


<1892>

Русская поэзия серебряного века.

1890-1917. Антология.

Ред. М.Гаспаров, И.Корецкая и др.

Москва: Наука, 1993.


ТЕМНЫЙ АНГЕЛ


О темный ангел одиночества,

Ты веешь вновь,

И шепчешь вновь свои пророчества:

"Не верь в любовь.

Узнал ли голос мой таинственный?

О, милый мой,

Я - ангел детства, друг единственный,

Всегда - с тобой.

Мой взор глубок, хотя не радостен,

Но не горюй:

Он будет холоден и сладостен,

Мой поцелуй.

Он веет вечною разлукою,-

И в тишине

Тебя, как мать, я убаюкаю:

Ко мне, ко мне!"

И совершаются пророчества:

Темно вокруг.

О, страшный ангел одиночества,

Последний друг,

Полны могильной безмятежностью

Твои шаги.

Кого люблю с бессмертной нежностью,

И те - враги!


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


* * *


Есть радость в том, чтоб люди ненавидели,

Добро считали злом,

И мимо шли, и слез твоих не видели,

Назвав тебя врагом.

Есть радость в том, чтоб вечно быть изгнанником,

И, как волна морей,

Как туча в небе, одиноким странником

И не иметь друзей.

Прекрасна только жертва неизвестная:

Как тень хочу пройти,

И сладостна да будет ноша крестная

Мне на земном пути.


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


БОГ


О Боже мой, благодарю

За то, что дал моим очам

Ты видеть мир, Твой вечный храм,

И ночь, и волны, и зарю...

Пускай мученья мне грозят,-

Благодарю за этот миг,

За все, что сердцем я постиг,

О чем мне звезды говорят...

Везде я чувствую, везде,

Тебя Господь,- в ночной тиши,

И в отдаленнейшей звезде,

И в глубине моей души.

Я Бога жаждал - и не знал;

Еще не верил, но любя,

Пока рассудком отрицал,-

Я сердцем чувствовал Тебя.

И Ты открылся мне: Ты - мир.

Ты - все. Ты - небо и вода,

Ты - голос бури, Ты - эфир,

Ты - мысль поэта, Ты - звезда...

Пока живу - Тебе молюсь,

Тебя люблю, дышу Тобой,

Когда умру - с Тобой сольюсь,

Как звезды с утренней зарей.

Хочу, чтоб жизнь моя была

Тебе немолчная хвала.

Тебя за полночь и зарю,

За жизнь и смерть - благодарю!..


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


MORITURI *


Мы бесконечно одиноки,

Богов покинутых жрецы.

Грядите, новые пророки!

Грядите, вещие певцы,

Еще неведомые миру!

И отдадим мы нашу лиру

Тебе, божественный поэт...

На глас твой первые ответим,

Улыбкой первой твой рассвет,

О, Солнце, будущего, встретим,

И в блеске утреннем твоем,

Тебя приветствуя, умрем!

"Salutant, Caesar Imperator,

Te morituri" **. Весь наш род,

Как на арене гладиатор,

Пред новым веком смерти ждет.

Мы гибнем жертвой искупленья,

Придут иные поколенья.

Но в оный день, пред их судом,

Да не падут на нас проклятья:

Вы только вспомните о том,

Как много мы страдали, братья!

Грядущей веры новый свет,

Тебе от гибнущих привет!

* Идущие на смерть (лат.).

** Идущие на смерть [гладиаторы]

приветствуют тебя, император Цезарь (лат.).


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


ГОЛУБОЕ НЕБО


Я людям чужд и мало верю

Я добродетели земной:

Иною мерой жизнь я мерю,

Иной, бесцельной красотой.

Я верю только в голубую

Недосягаемую твердь.

Всегда единую, простую

И непонятную, как смерть.

О, небо, дай мне быть прекрасным,

К земле сходящим с высоты,

И лучезарным, и бесстрастным,

И всеобъемлющим, как ты.


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


ОДИНОЧЕСТВО


Поверь мне:- люди не поймут

Твоей души до дна!..

Как полон влагою сосуд,-

Она тоской полна.

Когда ты с другом плачешь,- знай:

Сумеешь, может быть,

Лишь две-три капли через край

Той чаши перелить.

Но вечно дремлет в тишине

Вдали от всех друзей,-

Что там, на дне, на самом дне

Больной души твоей.

Чужое сердце - мир чужой,

И нет к нему пути!

В него и любящей душой

Не можем мы войти.

И что-то есть, что глубоко

Горит в твоих глазах,

И от меня - так далеко,

Как звезды в небесах...

В своей тюрьме,- в себе самом,

Ты, бедный человек,

В любви, и в дружбе, и во всем

Один, один навек!..


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


* * *


И хочу, но не в силах любить я людей:

Я чужой среди них; сердцу ближе друзей -

Звезды, небо, холодная, синяя даль

И лесов, и пустыни немая печаль...

Не наскучит мне шуму деревьев внимать,

В сумрак ночи могу я смотреть до утра

И о чем-то так сладко, безумно рыдать,

Словно ветер мне брат, и волна мне сестра,

И сырая земля мне родимая мать...

А меж тем не с волной и не с ветром мне жить,

И мне страшно всю жизнь не любить никого.

Неужели навек мое сердце мертво?

Дай мне силы, Господь, моих братьев любить!


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


МОЛЧАНИЕ


Как часто выразить любовь мою хочу,

Но ничего сказать я не умею,

Я только радуюсь, страдаю и молчу:

Как будто стыдно мне - я говорить не смею.

И в близости ко мне живой души твоей

Так все таинственно, так все необычайно,-

Что слишком страшною божественною тайной

Мне кажется любовь, чтоб говорить о ней.

В нас чувства лучшие стыдливы и безмолвны,

И все священное объемлет тишина:

Пока шумят вверху сверкающие волны,

Безмолвствует морская глубина.


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


ПРИЗНАНИЕ


Не утешай, оставь мою печаль

Нетронутой, великой и безгласной.

Обоим нам порой свободы жаль,

Но цепь любви порвать хотим напрасно.

Я чувствую, что так любить нельзя,

Как я люблю, что так любить безумно,

И страшно мне, как будто смерть, грозя,

Над нами веет близко и бесшумно...

Но я еще сильней тебя люблю,

И бесконечно я тебя жалею,-

До ужаса сливаю жизнь мою,

Сливаю душу я с душой твоею.

И без тебя я не умею жить.

Мы отдали друг другу слишком много,

И я прошу, как милости, у Бога,

Чтоб научил Он сердце не любить.

Но как порой любовь ни проклинаю -

И жизнь, и смерть с тобой я разделю,

Не знаешь ты, как я тебя люблю,

Быть может, я и сам еще не знаю.

Но слов не надо: сердце так полно,

Что можем только тихими слезами

Мы выплакать, что людям не дано

Ни рассказать, ни облегчить словами.


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


ЛЮБОВЬ-ВРАЖДА


Мы любим и любви не ценим,

И жаждем оба новизны,

Но мы друг другу не изменим,

Мгновенной прихотью полны.

Порой, стремясь к свободе прежней,

Мы думаем, что цепь порвем,

Но каждый раз все безнадежней

Мы наше рабство сознаем.

И не хотим конца предвидеть,

И не умеем вместе жить,-

Ни всей душой возненавидеть,

Ни беспредельно полюбить.

О, эти вечные упреки!

О, эта хитрая вражда!

Тоскуя - оба одиноки,

Враждуя - близки навсегда.

В борьбе с тобой изнемогая

И все ж мучительно любя,

Я только чувствую, родная,

Что жизни нет, где нет тебя.

С каким коварством и обманом

Всю жизнь друг с другом спор ведем,

И каждый хочет быть тираном,

Никто не хочет быть рабом.

Меж тем, забыться не давая,

Она растет всегда, везде,

Как смерть, могучая, слепая

Любовь, подобная вражде.

Когда другой сойдет в могилу,

Тогда поймет один из нас

Любви безжалостную силу -

В тот страшный час, последний час!


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


ОДИНОЧЕСТВО В ЛЮБВИ


Темнеет. В городе чужом

Друг против друга мы сидим,

В холодном сумраке ночном,

Страдаем оба и молчим.

И оба поняли давно,

Как речь бессильна и мертва:

Чем сердце бедное полно,

Того не выразят слова.

Не виноват никто ни в чем:

Кто гордость победить не мог,

Тот будет вечно одинок,

Кто любит,- должен быть рабом.

Стремясь к блаженству и добру,

Влача томительные дни,

Мы все - одни, всегда - одни:

Я жил один, один умру.

На стеклах бледного окна

Потух вечерний полусвет.-

Любить научит смерть одна

Все то, к чему возврата нет.


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


ПРОКЛЯТИЕ ЛЮБВИ


С усильем тяжким и бесплодным,

Я цепь любви хочу разбить.

О, если б вновь мне быть свободным.

О, если б мог я не любить!

Душа полна стыда и страха,

Влачится в прахе и крови.

Очисти душу мне от праха,

Избавь, о, Боже, от любви!

Ужель непобедима жалость?

Напрасно Бога я молю:

Все безнадежнее усталость,

Все бесконечнее люблю.

И нет свободы, нет прощенья,

Мы все рабами рождены,

Мы все на смерть, и на мученья,

И на любовь обречены.


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


ПУСТАЯ ЧАША


Отцы и дети, в играх шумных

Все истощили вы до дна,

Не берегли в пирах безумных

Вы драгоценного вина.

Но хмель прошел, слепой отваги

Потух огонь, и кубок пуст.

И вашим детям каплей влаги

Не омочить горящих уст.

Последним ароматом чаши -

Лишь тенью тени мы живем,

И в страхе думаем о том,

Чем будут жить потомки наши.


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


СКУКА


Страшней, чем горе, эта скука.

Где ты, последний терн венца,

Освобождающая мука

Давно желанного конца?

С ее бессмысленным мученьем,

С ее томительной игрой,

Невыносимым оскорбленьем

Вся жизнь мне кажется порой.

Хочу простить ее, но знаю,

Уродства жизни не прощу,

И горечь слез моих глотаю

И умираю, и молчу.


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


* * *


Что ты можешь? В безумной борьбе

Человек не достигнет свободы:

Покорись же, о, дух мой, судьбе

И неведомым силам природы!

Если надо,- смирись и живи!

Об одном только помни, страдая:

Ненадолго - страданья твои,

Ненадолго - и радость земная.

Если надо,- покорно вернись,

Умирая, к небесной отчизне,

И у смерти, у жизни учись -

Не бояться ни смерти, ни жизни!


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


СТАРОСТЬ


Чем больше я живу - тем глубже тайна жизни,

Тем призрачнее мир, страшней себе я сам,

Тем больше я стремлюсь к покинутой отчизне,

К моим безмолвным небесам.

Чем больше я живу - тем скорбь моя сильнее

И неотзывчивей на голос дольних бурь,

И смерть моей душе все ближе и яснее,

Как вечная лазурь.

Мне юности не жаль: прекрасней солнца мая,

Мой золотой сентябрь, твой блеск и тишина,

Я не боюсь тебя, приди ко мне, святая,

О, Старость, лучшая весна!

Тобой обвеянный, я снова буду молод

Под светлым инеем безгрешной седины,

Как только укротит во мне твой мудрый холод

И боль, и бред, и жар весны!


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


ВОЛНЫ


О если б жить, как вы живете, волны,

Свободные, бесстрастие храня,

И холодом, и вечным блеском полны!..

Не правда ль, вы - счастливее меня!

Не знаете, что счастье - ненадолго...

На вольную, холодную красу

Гляжу с тоской: всю жизнь любви и долга

Святую цепь покорно я несу.

Зачем ваш смех так радостен и молод?

Зачем я цепь тяжелую несу?

О, дайте мне невозмутимый холод

И вольный смех, и вечную красу!..

Смирение!.. Как трудно жить под игом,

Уйти бы к вам и с вами отдохнуть,

И лишь одним, одним упиться мигом,

Потом навек безропотно уснуть!..

Ни женщине, ни Богу, ни отчизне,

О, никому отчета не давать

И только жить для радости, для жизни

И в пене брызг на солнце умирать!..

Но нет во мне глубокого бесстрастья:

И родину, и Бога я люблю,

Люблю мою любовь, во имя счастья

Все горькое покорно я терплю.

Мне страшен долг, любовь моя тревожна.

Чтоб вольно жить - увы! я слишком слаб...

О, неужель свобода невозможна,

И человек до самой смерти - раб?


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


ДВЕ ПЕСНИ ШУТА


I Если б капля водяная Думала, как ты, В час урочный упадая С неба на цветы, И она бы говорила: "Не бессмысленная сила Управляет мной. По моей свободной воле Я на жаждущее поле Упаду росой!" Но ничто во всей природе Не мечтает о свободе, И судьбе слепой Все покорно - влага, пламень, Птицы, звери, мертвый камень; Только весь свой век О неведомом тоскует И на рабство негодует Гордый человек. Но, увы! лишь те блаженны, Сердцем чисты те, Кто беспечны и смиренны В детской простоте. Нас, глупцов, природа любит, И ласкает, и голубит, Мы без дум живем, Без борьбы, послушны року, Вниз по вечному потоку, Как цветы, плывем. II То не в поле головки сбивает дитя С одуванчиков белых, играя: То короны и митры сметает, шутя, Всемогущая Смерть, пролетая. Смерть приходит к шуту: "Собирайся, Дурак, Я возьму и тебя в мою ношу, И к венцам и тиарам твой пестрый колпак В мою общую сумку я брошу". Но, как векша, горбун ей на плечи вскочил И колотит он Смерть погремушкой,- По костлявому черепу бьет, что есть сил, И смеется над бедной старушкой. Стонет жалобно Смерть: "Ой, голубчик, постой!" Но герой наш уняться не хочет; Как солдат в барабан, бьет он в череп пустой, И кричит, и безумно хохочет: "Не хочу умирать, не боюсь я тебя! Жизнь, и солнце, и смех всей душою любя, Буду жить-поживать, припевая: Гром побед отзвучит, красота отцветет, Но Дурак никогда и нигде не умрет,- Но бессмертна лишь глупость людская!"


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


ПРИРОДА


Ни злом, ни враждою кровавой

Доныне затмить не могли

Мы неба чертог величавый

И прелесть цветущей земли.

Нас прежнею лаской встречают

Долины, цветы и ручьи,

И звезды все так же сияют,

О том же поют соловьи.

Не ведает нашей кручины

Могучий, таинственный лес,

И нет ни единой морщины

На ясной лазури небес.


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


* * *


Если розы тихо осыпаются,

Если звезды меркнут в небесах,

Об утесы волны разбиваются,

Гаснет луч зари на облаках,

Это смерть,- но без борьбы мучительной,

Это смерть, пленяя красотой,

Обещает отдых упоительный,-

Лучший дар природы всеблагой.

У нее, наставницы божественной,

Научитесь, люди, умирать,

Чтоб с улыбкой кроткой и торжественной

Свой конец безропотно встречать.


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


УСНИ


Уснуть бы мне навек, в траве, как в колыбели,

Как я ребенком спал в те солнечные дни,

Когда в лучах полуденных звенели

Веселых жаворонков трели

И пели мне они:

"Усни, усни!"

И крылья пестрых мух с причудливой окраской

На венчиках цветов дрожали, как огни.

И шум дерев казался чудной сказкой.

Мой сон лелея, с тихой лаской

Баюкали они:

"Усни, усни!"

И убегая вдаль, как волны золотые,

Давали мне приют в задумчивой тени,

Под кущей верб, поля мои родные,

Склонив колосья наливные,

Шептали мне они:

"Усни, усни!"


1884

Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


ВЕЧЕР


Посвящ. С. Я. Надсону Говорят и блещут с вышины Зарей рассыпанные розы На бледной зелени березы, На темном бархате сосны. По красной глине с тощим мохом Бреду я скользкою тропой; Струится вечер надо мной Благоуханным, теплым вздохом. Поникнув, дремлют тростники; Сверкает пенистой пучиной, Разбито вдребезги плотиной Стекло прозрачное реки. Колосья зреющего хлеба Глядят с обрыва на меня; Там колья ветхого плетня Чернеют на лазури неба... Уж пламень меркнувшего дня Бледней, торжественней и тише... Он подымается все выше... . . . . . . . . . . . . . . . . Погибший день, ты был ничтожен И пуст, и мелочно-тревожен; За что ж на тихий твой конец Самой природою возложен Такой блистательный венец?


1884

Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


ВЕСЕННЕЕ ЧУВСТВО


С улыбкою бесстрастия

Ты жизнь благослови:

Не нужно нам для счастия

Ни славы, ни любви,

Но почки благовонные

Нужны,- и небеса,

И дымкой опушенные

Прозрачные леса.

И пусть все будет молодо,

И зыбь волны, порой,

Как трепетное золото,

Сверкает чешуей.

Как в детстве, все невиданным

Покажется тогда

И снова неожиданным -

И небо, и вода,

Над первыми цветочками

Жужжанье первых пчел,

И с клейкими листочками

Березы тонкий ствол.

С младенчества любезное,

Нам дорого - пойми -

Одно лишь бесполезное,

Забытое людьми.

Вся мудрость в том, чтоб радостно

Во славу Богу петь.

Равно да будет сладостно

И жить, и умереть.


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


МАРТ


Больной, усталый лед,

Больной и талый снег...

И все течет, течет...

Как весел вешний бег

Могучих мутных вод!

И плачет дряхлый снег,

И умирает лед.

А воздух полон нег,

И колокол поет.

От стрел весны падет

Тюрьма свободных рек,

Угрюмых зим оплот,-

Больной и темный лед,

Усталый, талый снег...

И колокол поет,

Что жив мой Бог вовек,

Что Смерть сама умрет!


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


ОСЕНЬЮ В ЛЕТНЕМ САДУ


В аллее нежной и туманной,

Шурша осеннею листвой,

Дитя букет сбирает странный,

С улыбкой жизни молодой...

Все ближе тень октябрьской ночи,

Все ярче мертвенный букет,

Но радует живые очи

Увядших листьев пышный цвет...

Чем бледный вечер неутешней,

Тем смех ребенка веселей,

Подобен пенью птицы вешней

В холодном сумраке аллей.

Находит в увяданьи сладость

Его блаженная пора:

Ему паденье листьев - радость,

Ему и смерть еще - игра!..


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


УСПОКОЕННЫЕ


Успокоенные Тени,

Те, что любящими были,

Бродят жалобной толпой

Там, где волны полны лени,

Там, над урной мертвой пыли,

Там, над Летой гробовой.

Успокоенные Тучи,

Те, что днем, в дыханьи бури,

Были мраком и огнем,-

Там, вдали, где лес дремучий,

Спят в безжизненной лазури

В слабом отблеске ночном.

Успокоенные Думы,

Те, что прежде были страстью,

Возмущеньем и борьбой,-

Стали кротки и угрюмы,

Не стремятся больше к счастью,

Полны мертвой тишиной.


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


ОСЕННИЕ ЛИСТЬЯ


Падайте, падайте, листья осенние,

Некогда в теплых лучах зеленевшие,

Легкие дети весенние,

Сладко шумевшие!..

В утреннем воздухе дым,-

Пахнет пожаром лесным,

Гарью осеннею.

Молча любуюсь на вашу красу,

Поздним лучом позлащенные!

Падайте, падайте, листья осенние...

Песни поет похоронные

Ветер в лесу.

Тихих небес побледневшая твердь

Дышит бессмертною радостью,

Сердце чарует мне смерть

Неизреченною сладостью.


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


МАТЬ


С еще бессильными крылами

Я видел птенчика во ржи,

Меж голубыми васильками,

У непротоптанной межи.

Над ним и надо мной витала,

Боялась мать - не за себя,

И от него не улетала,

Тоскуя, плача и любя.

Пред этим маленьким твореньем

Я понял благость Вышних Сил,

И в сердце, с тихим умиленьем,

Тебя, Любовь, благословил.


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


СТАЛЬ


Гляжу с улыбкой на обломок

Могучей стали,- и меня

Быть сильным учишь ты, потомок

Воды, железа и огня!

Твоя краса - необычайна,

О, темно-голубая сталь...

Твоя мерцающая тайна

Отрадна сердцу, как печаль.

А между тем твое сиянье

Нежней, чем в поле вешний цвет:

На нем и детских уст дыханье

Оставить может легкий след.

О, сердце! стали будь подобно -

Нежней цветов и тверже скал,-

Восстань на силу черни злобной,

Прими таинственный закал!

Не бойся ни врага, ни друга,

Ни мертвой скуки, ни борьбы,

Неуязвимо и упруго

Под страшным молотом Судьбы.

Дерзай же, полное отваги,

Живую двойственность храня:

Бесстрастный, мудрый холод влаги

И пыл мятежного огня.


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


НА ОЗЕРЕ КОМО


Кому страдание знакомо,

Того ты сладко усыпишь,

Тому понятна будет, Комо,

Твоя безветренная тишь.

И по воде, из церкви дальной,

В селеньи бедных рыбаков,

Ave Maria - стон печальный,

Вечерний звон колоколов...

Здесь горы в зелени пушистой

Уютно заслонили даль,

Чтобы волной своей тенистой

Ты убаюкало печаль.

И обещанье так прекрасно,

Так мил обманчивый привет,

Что вот опять я жду напрасно,

Чего, я знаю, в мире нет.


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


ПОМПЕЯ


Над городом века неслышно протекли,

И царства рушились; но пеплом сохраненный,

Доныне он лежит, как труп непогребенный,

Среди безрадостной и выжженной земли.

Кругом - последнего мгновенья ужас вечный,-

В низверженных богах с улыбкой их беспечной,

В остатках от одежд, от хлеба и плодов,

В безмолвных комнатах и опустелых лавках

И даже в ларчике с флаконом для духов,

В коробочке румян, в запястьях и булавках;

Как будто бы вчера прорыт глубокий след

Тяжелым колесом повозок нагруженных,

Как будто мрамор бань был только что согрет

Прикосновеньем тел, елеем умащенных.

Воздушнее мечты - картины на стене:

Тритон на водяном чешуйчатом коне,

И в ризах веющих божественные Музы.

Здесь все кругом полно могильной красоты,

Не мертвой, не живой, но вечной, как Медузы

Окаменелые от ужаса черты...

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

А в голубых волнах белеют паруса,

И дым Везувия, красою безмятежной

Блистая на заре, восходит в небеса,

Подобно облаку, и розовый, и нежный...


1891

Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


СМЕХ БОГОВ


Легок, светел, как блаженный

Олимпийский смех богов,

Многошумный, неизменный

Смех бесчисленных валов!

Страшен был их гимн победный

В бурной тьме, когда по ним

Одиссей, скиталец бедный,

Мчался, ужасом томим.

И покрытый черной тиной,

Как обломок корабля,

Царь был выброшен пучиной,

Нелюдимая земля,-

На пески твоей пустыни,

И среди холодных скал

С благодарностью Афине

Он молитвы воссылал...

В Провиденье веры полный,

Ты не видишь, Одиссей,

Как смеются эти волны

Над молитвою твоей.

Многошумный, неизменный,

Смех бесчисленных валов -

Легок, светел, как блаженный

Олимпийский смех богов.


1889, на Черном море

Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


DE PROFUNDIS *


(Из дневника)

...В те дни будет такая скорбь,

какой не было от начала творения,

которое сотворил Бог, даже доныне,

и не будет. И если бы Господь не

сократил тех дней, то не спаслась

бы никакая плоть. (Ев. Марка,

гл. XIII, 19, 20).

I

УСТАЛОСТЬ

Мне самого себя не жаль.

Я принимаю все дары Твои, о, Боже.

Но кажется порой, что радость и печаль,

И жизнь, и смерть - одно и то же.

Спокойно жить, спокойно умереть -

Моя последняя отрада.

Не стоит ни о чем жалеть,

И ни на что надеяться не надо.

Ни мук, ни наслаждений нет.

Обман - свобода и любовь, и жалость.

В душе - бесцельной жизни след -

Одна тяжелая усталость.

II

DE PROFUNDIS

Из преисподней вопию

Я, жалом смерти уязвленный:

Росу небесную Твою

Пошли в мой дух ожесточенный.

Люблю я смрад земных утех,

Когда в устах к Тебе моленья -

Люблю я зло, люблю я грех,

Люблю я дерзость преступленья.

Мой Враг глумится надо мной:

"Нет Бога: жар молитв бесплоден".

Паду ли ниц перед Тобой,

Он молвит: "Встань и будь свободен".

Бегу ли вновь к Твоей любви,-

Он искушает, горд и злобен:

"Дерзай, познанья плод сорви,

Ты будешь силой мне подобен".

Спаси, спаси меня! Я жду,

Я верю, видишь, верю чуду,

Не замолчу, не отойду

И в дверь Твою стучаться буду.

Во мне горит желаньем кровь,

Во мне таится семя тленья.

О, дай мне чистую любовь,

О, дай мне слезы умиленья.

И окаянного прости,

Очисти душу мне страданьем -

И разум темный просвети

Ты немерцающим сияньем!

* Из глубины [взываю к Тебе, Господи]

(лат.) - Псалом 129, 1.


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


ПАРФЕНОН


Мне будет вечно дорог день,

Когда вступил я, Пропилеи,

Под вашу мраморную сень,

Что пены волн морских белее,

Когда, священный Парфенон,

Я увидал в лазури чистой

Впервые мрамор золотистый

Твоих божественных колонн,

Твой камень, солнцем весь облитый,

Прозрачный, теплый и живой,

Как тело юной Афродиты,

Рожденной пеною морской.

Здесь было все душе родное,

И Саламин, и Геликон,

И это море голубое

Меж белых, девственных колонн.

С тех пор душе моей святыня,

О, скудной Аттики земля,

Твоя печальная пустыня,

Твои сожженные поля!


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


* * *


Так жизнь ничтожеством страшна,

И даже не борьбой, не мукой,

А только бесконечной скукой

И тихим ужасом полна,

Что кажется - я не живу,

И сердце перестало биться,

И это только наяву

Мне все одно и то же снится.

И если там, где буду я,

Господь меня, как здесь, накажет,-

То будет смерть, как жизнь моя,

И смерть мне нового не скажет.


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


ТИТАНЫ


(К мраморам Пергамского жертвенника) Обида! Обида! Мы - первые боги, Мы - древние дети Праматери-Геи,- Великой Земли! Изменою братьев, Богов Олимпийцев, Низринуты в Тартар, Отвыкли от солнца, Оглохли, ослепли Во мраке подземном, Но все еще помним И любим лазурь. Обуглены крылья, И ног змеевидных Раздавлены кольца, Тройными цепями Обвиты тела,- Но все еще дышим, И наше дыханье Колеблет громаду Дымящейся Этны, И землю, и небо, И храмы богов. А боги смеются, Высоко над нами, И люди страдают, И время летит. Но здесь мы не дремлем: Мы мщенье готовим, И землю копаем, И гложем, и роем Когтями, зубами, И нет нам покоя, И смерти нам нет. Источим, пророем Глубокие корни Хребтов неподвижных И вырвемся к солнцу,- И боги воскликнут, Бледнея, как воры: "Титаны! Титаны!" И выронят кубки, И будет ужасней Громов Олимпийских, И землю разрушит И небо - наш смех.


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


РИМ


Кто тебя создал, о, Рим? Гений народной свободы!

Если бы смертный навек выю под игом склонив,

В сердце своем потушил вечный огонь Прометея,

Если бы в мире везде дух человеческий пал,-

Здесь возопили бы древнего Рима священные камни:

"Смертный, бессмертен твой дух; равен богам человек!"


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


ПАНТЕОН


Путник с печального Севера к вам, Олимпийские боги,

Сладостным страхом объят, в древний вхожу Пантеон.

Дух ваш, о, люди, лишь здесь спорит в величьи с богами

Где же бессмертные, где - Рима всемирный Олимп?

Ныне кругом запустение, ныне царит в Пантеоне

Древнему сонму богов чуждый, неведомый Бог!

Вот Он, распятый, пронзенный гвоздями, в короне терновой.

Мука - в бескровном лице, в кротких очах Его - смерть.

Знаю, о, боги блаженные, мука для вас ненавистна.

Вы отвернулись, рукой очи в смятеньи закрыв.

Вы улетаете прочь, Олимпийские светлые тени!..

О, подождите, молю! Видите: это - мой Брат,

Это - мой Бог!.. Перед Ним я невольно склоняю колени...

Радостно муку и смерть принял Благой за меня...

Верю в Тебя, о, Господь, дай мне отречься от жизни,

Дай мне во имя любви вместе с Тобой умереть!..

Я оглянулся назад; солнце, открытое небо...

Льется из купола свет в древний языческий храм.

В тихой лазури небес - нет ни мученья, ни смерти:

Сладок нам солнечный свет, жизнь - драгоценнейший дар!..

Где же ты, истина?.. В смерти, в небесной любви и страданьях,

Или, о, тени богов, в вашей земной красоте?

Спорят в душе человека, как в этом божественном храме,-

Вечная радость и жизнь, вечная тайна и смерть.


1891, Рим

Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


БУДУЩИЙ РИМ


Рим - это мира единство: в республике древней - свободы

Строгий языческий дух объединял племена.

Пала свобода,- и мудрые Кесари вечному Риму

Мыслью о благе людей вновь покорили весь мир.

Пал императорский Рим, и во имя Всевышнего Бога

В храме великом Петра весь человеческий род

Церковь хотела собрать. Но, вослед за языческим Римом,

Рим христианский погиб: вера потухла в сердцах.

Ныне в развалинах древних мы, полные скорби, блуждаем.

О, неужель не найдем веры такой, чтобы вновь

Объединить на земле все племена и народы?

Где ты, неведомый Бог, где ты, о, будущий Рим?


1891

Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


ДВОЙНАЯ БЕЗДНА


Не плачь о неземной отчизне,

И помни,- более того,

Что есть в твоей мгновенной жизни,

Не будет в смерти ничего.

И жизнь, как смерть необычайна...

Есть в мире здешнем - мир иной.

Есть ужас тот же, та же тайна -

И в свете дня, как в тьме ночной.

И смерть и жизнь - родные бездны;

Они подобны и равны,

Друг другу чужды и любезны,

Одна в другой отражены.

Одна другую углубляет,

Как зеркало, а человек

Их съединяет, разделяет

Своею волею навек.

И зло, и благо,- тайна гроба.

И тайна жизни - два пути -

Ведут к единой цели оба.

И все равно, куда идти.

Будь мудр,- иного нет исхода.

Кто цепь последнюю расторг,

Тот знает, что в цепях свобода

И что в мучении - восторг.

Ты сам - свой Бог, ты сам свой ближний.

О, будь же собственным Творцом,

Будь бездной верхней, бездной нижней,

Своим началом и концом.


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


ДЕТСКОЕ СЕРДЦЕ


Я помню, как в детстве нежданную сладость

Я в горечи слез находил иногда,

И странную негу, и новую радость -

В мученьи последних обид и стыда.

В постели я плакал, припав к изголовью;

И было прощением сердце полно,

Но все ж не людей,- бесконечной любовью

Я Бога любил и себя, как одно.

И словно незримый слетал утешитель,

И с ласкою тихой склонялся ко мне;

Не знал я, то мать или ангел-хранитель,

Ему я, как ей, улыбался во сне.

В последней обиде, в предсмертной пустыне,

Когда и в тебе изменяет мне все,

Не ту же ли сладость находит и ныне

Покорное, детское сердце мое?

Безумье иль мудрость,- не знаю, но чаще,

Все чаще той сладостью сердце полно,

И так,- что чем сердцу больнее, тем слаще,

И Бога люблю и себя, как одно.


16 августа 1900

Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


ТРУБНЫЙ ГЛАС


Под землею слышен ропот,

Тихий шелест, шорох, шепот.

Слышен в небе трубный глас:

- Брат, вставай же, будят нас.

- Нет, темно еще повсюду,

Спать хочу и спать я буду,

Не мешай же мне, молчи,

В стену гроба не стучи.

- Не заснешь теперь, уж поздно.

Зов раздался слишком грозно,

И встают вблизи, вдали,

Из разверзшейся земли,

Как из матерней утробы,

Мертвецы, покинув гробы.

- Не могу и не хочу,

Я закрыл глаза, молчу,

Не поверю я обману,

Я не встану, я не встану.

Брат, мне стыдно - весь я пыль,

Пыль и тлен, и смрад, и гниль.

- Брат, мы Бога не обманем,

Все проснемся, все мы встанем,

Все пойдем на Страшный суд.

Вот, престол уже несут

Херувимы, серафимы.

Вот наш царь дориносимый *.

О, вставай же,- рад не рад,

Все равно, ты встанешь, брат.

* Дориносимый - носимый на копьях. Образ заимствован

из древнеримской истории: подобно тому, как дружина

поднимала на копьях стоящего на щите царя, небесное

воинство несет на копьях Господа Сил небесных.


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


МОЛИТВА О КРЫЛЬЯХ


Ниц простертые, унылые,

Безнадежные, бескрылые,

В покаянии, в слезах,-

Мы лежим во прахе прах,

Мы не смеем, не желаем,

И не верим, и не знаем,

И не любим ничего.

Боже, дай нам избавленья,

Дай свободы и стремленья,

Дай веселья Твоего.

О, спаси нас от бессилья,

Дай нам крылья, дай нам крылья,

Крылья духа Твоего!


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


ВЕСЕЛЫЕ ДУМЫ


Без веры давно, без надежд, без любви,

О странно веселые думы мои!

Во мраке и сырости старых садов -

Унылая яркость последних цветов.


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


ВОЗВРАЩЕНИЕ


Глядим, глядим все в ту же сторону,

За мшистый дол, за топкий лес.

Вослед прокаркавшему ворону,

На край темнеющих небес.

Давно ли ты, громада косная,

В освобождающей войне,

Как Божья туча громоносная,

Вставала в буре и в огне?

О, Русь! И вот опять закована,

И безглагольна, и пуста,

Какой ты чарой зачарована,

Каким проклятьем проклята?

И все ж тоска неодолимая

К тебе влечет: прими, прости.

Не ты ль одна у нас родимая?

Нам больше некуда идти,

Так, во грехе тобой зачатые,

Должны с тобою погибать

Мы, дети, матерью проклятые

И проклинающие мать.


Д.С. Мережковский. Собрание сочинений в 4-х т.

Библиотека "Огонек".

Москва: Правда, 1990.


* * *


Л. Н. В[ильки]ной Ослепительная снежность, Усыпительная нежность, Безнадежность, безмятежность - И бело, бело, бело. Сердце бедное забыло Всё, что будет, всё, что было, Чем страдало, что любило - Всё прошло, прошло, прошло. Всё уснуло, замолчало, Где конец и где начало, Я не знаю,- укачало, Сани легкие скользят, И лечу, лечу без цели, Как в гробу иль в колыбели, Сплю, и ласковые ели Сон мой чуткий сторожат. Я молюсь или играю, Я живу иль умираю, Я не знаю, я не знаю, Только тихо стынет кровь. И бело, бело безбрежно, Усыпительно и нежно, Безмятежно, безнадежно, Как последняя любовь!


10 января 1906, Иматра

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


ОПЯТЬ ВЕСНА


И опять слепой надежде

Люди сердце отдают.

Соловьи в лесах, как прежде,

В ночи белые поют.

И опять четы влюбленных

В рощи юные бегут,

Счастью взоров умиленных

Снова верят, снова лгут.

Но не радует, не мучит,

Негой страстною полна,

Лишь бесстрастью сердце учит

Сердцу чуждая весна.


15 мая 1899

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


* * *


Октябрьский снег первоначальный...

В тиши покинутых садов

Как листья желтые печальны

На раннем саване снегов!

Дивясь немых аллей безлюдью,

На темном зеркале пруда

Как режет лебедь белой грудью

Стекло предутреннего льда!

И там, у солнечного брега,

Как в первый раз побеждена

Сей мертвой белизною снега

Живая крыльев белизна!


<1899>

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


STABAT MATER


На Голгофе, Матерь Божья,

Ты стояла у подножья

Древа Крестного, где был

Распят Сын Твой, и, разящий,

Душу Матери скорбящей

Смертной муки меч пронзил.

Как Он умер, Сын Твой нежный,

Одинокий, безнадежный,

Очи видели Твои...

Не отринь меня, о Дева!

Дай и мне стоять у Древа,

Обагренного в крови,

Ибо видишь - сердце жаждет

Пострадать, как Сын Твой страждет.

Дева дев, родник любви,

Дай мне болью ран упиться,

Крестной мукой насладиться,

Мукой Сына Твоего;

Чтоб, огнем любви сгорая,

И томясь, и умирая,

Мне увидеть славу рая

В смерти Бога моего.


<1899>

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


* * *


Люблю мой камень драгоценный:

В его огне заключено -

Знак искупленья сокровенный -

В кровь претворенное вино.

О сердце, будь как этот камень:

Своей судьбе не прекословь

И претворяй в бессмертный пламень

Всех мук своих живую кровь.


1904

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


* * *


Кто ты, он или она,

Мой сообщник ли таинственный,

Мне сестра, или жена,

Враг ли мой, иль друг единственный,-

Я не знаю, но люблю

С вечной нежностью напрасною

Душу темную твою,

Душу темную и ясную.

Если в жалости к себе

Малодушно я упорствую,-

Всё же верен я тебе

И судьбе моей покорствую.

Там; в заре иного дня,

Где стезя светлеет мрачная,

Знаю, встретишь ты меня -

И свершится тайна брачная.


1904

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


АМАЛИИ


Ты - горящий, устремленный,

В темноте открытый глаз.

От руды неотделенный

И невспыхнувший алмаз.

Ты - стесненное ножнами

Пламя острого меча.

Пред святыми образами

Незажженная свеча.

Но не бойся: многоцветный,

Загорится твой алмаз.

Первой бледности рассветной

Не пропустит жадный глаз.

В Змея темного вопьется

Пламя светлое меча,

И пред Господом зажжется

Негасимая свеча.

Ты откроешь ли мне душу,

Как цветок - ночной росе.

Хочешь - сны твои нарушу?

Хочешь - спи и будь как все?

Всем, кто спит,- видений сладость,

Сонный плач и сонный смех,

Но божественная радость

Пробужденья - не для всех.

Ты не можешь? Ты не смеешь?

Берегись же: так уснешь,

Что проснуться не успеешь,

Жизнь без жизни проживешь.

Ты едва открыла очи.

Да иль нет? Ответь. Я жду.

Нет? Ну, что же, доброй ночи,

Спи спокойно. Я уйду.


1907, Париж

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


ЧУЖБИНА-РОДИНА


Нам и родина - чужбина,

Всюду путь и всюду цель.

Нам безвестная долина -

Как родная колыбель.

Шепчут горы, лаской полны:

"Спи спокойно, кончен путь!"

Шепчут медленные волны:

"Отдохни и позабудь!"

Рад забыть, да не забуду;

Рад уснуть, да не усну.

Не любя, любить я буду

И, прокляв, не прокляну:

Эти бледные березы,

И дождя ночные слезы,

И унылые поля...

О, проклятая, святая,

О, чужая и родная

Мать и мачеха земля!


1907

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


* * *


Я всех любил, и всех забыли

Мои неверные мечты.

Всегда я спрашивал: не ты ли?

И отвечал всегда: не ты.

Так дольних роз благоуханье,

Увядших в краткий миг земной,

Не есть ли мне напоминанье

О вечной Розе, об Одной?


<1908>

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


* * *


Ужель мою святыню

Ты не поймешь вовек,

И я люблю рабыню,

Свободный человек?

Ужели тщетны муки,-

Цепей не разорвать,

И скованные руки

Могу ли целовать?


<1909>

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


* * *


В небе, зеленом, как лед,

Вешние зори печальней.

Голос ли милый зовет?

Плачет ли колокол дальний?

В небе - предзвездная тень,

В сердце - вечерняя сладость.

Что это, ночь или день?

Что это, грусть или радость?

Тихих ли глаз твоих вновь,

Тихих ли звезд ожидаю?

Что это в сердце - любовь

Или молитва - не знаю.


<1909>

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


НОЧНАЯ ПЕСНЯ СТРАННИКА


Der du von Himmel bist

Goethe*

Ты, о, неба лучший дар,

Все печали исцеляющий,-

Чем болезненнее жар,

Тем отрадней утоляющий!

Путь всё тот же впереди -

Что мне, грустный или радостный..

Ах, устал я! Отдых сладостный,

О, приди, приди!

* Ты, кто от Небес... Гете (нем.).- Ред.


13 сентября 1909, Гамбург

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


* * *


На те холмы, в леса сосновые,

Где пахнет горькая полынь,

Уйти бы в верески лиловые

Благоухающих пустынь.

Там безмятежней грусть закатная

И умиленней тишина,

Свежее в травах свежесть мятная

И непорочнее весна.

А чуть блеснет сквозь хвои сонные,

Как сквозь ресницы, луч светил,-

Курятся смолы благовонные,

Как дым бесчисленных кадил.


22 апреля 1910

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


* * *


И снилось мне: заря туманная,

В полях густеющая мгла,

И сосен кровь благоуханная -

Светлотекущая смола.

И кто-то мне родимым голосом

Всё то же на ухо твердит,-

Так в сентябре несжатым колосом

Пустая нива шелестит.

Но тайна слов тех не разгадана...

Гори, последний свет, гори,

И смолью сосен, дымом ладана

Курись, кадильница зари!


12 августа 1910

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


* * *


Затихших волн сиянье бесконечно

Под низким, жарким солнцем декабря.

Прозрачно всё и так нетленно-вечно,

Как мотылек в обломке янтаря.

Багровых скал в бездонной чаше синей

Волшебное сомкнулося кольцо.

У ног моих ночной седеет иней,

И дышит зной полуденный в лицо.

О, зимних дней уютная короткость,

В очаровании застывший лес,

И хвойных игл недвижимая четкость

В неизъяснимой ясности небес.

О, райская, блаженная пустыня,

Где и доднесь, как древле, сходит Бог,

Где всё - одна любовь, одна святыня -

Уже и здесь нездешнего залог.

И пусть на миг,- но сердце не забудет

Того, что ныне сердцем я постиг.

И знаю: там уже навеки будет,

Что здесь - на миг.


1910, Эстерель-Агэ

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


* * *


Как наполняет храм благоуханье

Сожженных смол,

Так вересков наполнило дыханье

Вечерний дол,

И сладостно, как бред любви, жужжанье

Декабрьских пчел.


<1912>

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


ОСЕННЕЕ-ВЕСЕННЕЕ


1

Еще роса на сжатый колос

Хрустальной сеткой не легла,

И желтых лент в зеленый волос

Еще береза не вплела.

О, как медлительно прощанье

Склоненных солнечных лучей!

О, как торжественно молчанье

Уже пустеющих полей!

И мнится: кончены боренья,

Исчезло время, смерть и зло,-

И видит вновь, как в день творенья,

Господь, что всё добро зело.

2

Купальницы болотные,

Вы снова зацвели,

О, дети беззаботные,

Доверчивой земли!

Поля уже пустыннее,

Леса уже молчат,

А ваш еще невиннее

Весенний аромат.

Весенние, осенние,-

Начало и конец,

Еще мне драгоценнее

Ваш золотой венец.

Вы снова пламенеете,

Как будто в первый раз:

Вы любите, вы смеете,

И август - май для вас.


<1913>

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


НЕ-ДЖИОКОНДЕ


И я пленялся ложью сладкою,

Где смешаны добро и зло;

И я Джиокондовой загадкою

Был соблазнен,- но то прошло;

Я всех обманов не-таинственность,

Тщету измен разоблачил;

Я не раздвоенность - единственность

И простоту благословил.

Люблю улыбку нелукавую

На целомудренных устах

И откровенность величавую

В полумладенческих очах.

Люблю бестрепетное мужество

В пожатье девственной руки

И незапятнанное дружество

Без угрызенья и тоски.

Я рад тому, что ложью зыбкою

Не будет ваше "нет" и "да".

И мне Джиокондовой улыбкою

Не улыбнетесь никогда.


1913

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


* * *


Кроткий вечер тихо угасает

И пред смертью ласкою немой

На одно мгновенье примиряет

Небеса с измученной землей.

В просветленной, трогательной дали,

Что неясна, как мечты мои,-

Не печаль, а только след печали,

Не любовь, а только след любви.

И порой в безжизненном молчаньи,

Как из гроба, веет с высоты

Мне в лицо холодное дыханье

Безграничной, мертвой пустоты...


26 августа 1887

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


НА РАСПУТЬЕ


Жить ли мне, забыв свои страданья,

Горечь слез, сомнений и забот,

Как цветок, без проблеска сознанья,

Ни о чем не думая, живет,

Ничего не видит и не слышит,

Только жадно впитывает свет,

Только негой молодости дышит,

Теплотой ласкающей согрет.

Но кипят недремлющие думы,

Но в груди - сомненье и тоска;

Стыдно сердцу жребий свой угрюмый

Променять на счастие цветка...

И устал я вечно сомневаться!

Я разгадки требую с тоской,

Чтоб чему бы ни было отдаться,

Но отдаться страстно, всей душой.

Эти думы - не мечты досуга,

Не созданье юношеских грез,

Это - боль тяжелого недуга,

Роковой, мучительный вопрос.

Мне не надо лживых примирений,

Я от грозной правды не бегу;

Пусть погибну жертвою сомнений,-

Пред собой ни в чем я не солгу!

Испытав весь ужас отрицанья,

До конца свободы не отдам,

И последний крик негодованья

Я, как вызов, брошу небесам!


Декабрь 1883

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


КАССАНДРА


Испепелил, Святая Дева,

Тебя напрасный Фэбов жар;

Был даром божеского гнева

Тебе признанья грозный дар.

Ты видела в нетщетном страхе,

Как вьется роковая нить.

Ты знала все, но пальцев пряхи

Ты не смогла остановить.

Провыла псица Аполлона:

"Огонь и меч" - народ не внял,

И хладный пепел Илиона

Кассандру поздно оправдал.

Ты знала путь к заветным срокам,

И в блеске дня ты зрела ночь.

Но мщение судеб пророкам:

Все знать - и ничего не мочь.


1921

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


ЛЕОНАРДО ДА ВИНЧИ


О, Винчи, ты во всем - единый:

Ты победил старинный плен.

Какою мудростью змеиной

Твой страшный лик запечатлен!

Уже, как мы, разнообразный,

Сомненьем дерзким ты велик,

Ты в глубочайшие соблазны

Всего, что двойственно, проник.

И у тебя во мгле иконы

С улыбкой Сфинкса смотрят вдаль

Полуязыческие жены,-

И не безгрешна их печаль.

Пророк, иль демон, иль кудесник,

Загадку вечную храня,

О, Леонардо, ты - предвестник

Еще неведомого дня.

Смотрите вы, больные дети

Больных и сумрачных веков

Во мраке будущих столетий

Он, непонятен и суров,-

Ко всем земным страстям бесстрастный,

Таким останется навек -

Богов презревший, самовластный,

Богоподобный человек.


Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


* * *


Я никогда так не был одинок,

Как на груди твоей благоуханной,

Где я постиг невольно и нежданно,

Как наш удел насмешливо-жесток:

Уста к устам, в блаженстве поцелуя,

Ко груди грудь мы негою полны,

А между тем, по-прежнему тоскуя,

Как у врагов, сердца разлучены.

Мы далеки, мы чужды друг для друга:

Душе с душой не слиться никогда,

И наш восторг, как смутный жар недуга,

Как жгучий бред, исчезнет без следа.

Мне за тебя невыразимо грустно,

Ты тихо взор склонила предо мной,

И, нашу боль скрывая неискусно,

Мой бедный друг, как жалки мы с тобой..


1883

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


В СУМЕРКИ


Был зимний день; давно уже стемнело,

Но в комнату огня не приносили;

Глядело в окна пасмурное небо,

Сырую мглу роняя с вышины,

И в стекла ударяли хлопья снега,

Подобно стае белых мотыльков;

В вечерней мгле багровый свет камина

Переливался теплою волной

На золотой парче японских ширм,

Где выступал богатый арабеск

Из райских птиц, чудовищных драконов,

Летучих рыб и лилий водяных.

И надо всем дыханье гиацинтов

В таинственной гармонии слилось

С бледно-лазуревым отцветом шелка

На мебели причудливо роскошной;

И молча ты лежала предо мной,

И, уронив любимый том Кольриджа

На черный мех пушистого ковра,

Вся бледная, но свежая, как ландыш,

Вся в кружево закутанная, грелась

Ты в розовом мерцании камина;

И я шептал, поникнув головой:

"О для чего нам не шестнадцать лет,

Чтоб мы могли обманывать друг друга

Надеждами на вечную любовь!

О для чего я в лучшие мгновенья

Так глубоко, так больно сознаю,

Что этот луч открывшегося неба,

Как молния, потухнет в море слез!

Ты так умна: к чему же лицемерить?

Нам не помогут пламенные клятвы.

Мы сблизились на время, как и все,

Мы, как и все, случайно разойдемся:

Таков судьбы закон неумолимый.

День, месяц, год,- каков бы ни был срок,-

Любовь пришла, любовь уйдет навеки...

Увы, я знаю всё, я всё предвижу,

Но отвратить удара не могу,-

И эта мысль мне счастье отравляет.

Нет, не хочу я пережить мгновенье,

Что навсегда должно нас разлучить.

Ты всё простишь, ты всё поймешь - я знаю,-

Услышь мою безумную мольбу!.."

Тогда с порывом ласки материнской

К себе на грудь меня ты привлекла

И волосы так нежно целовала,

И гладила дрожащею рукой.

И влага слез, твоих горячих слез,

Как теплый дождь, лицо мне орошала,

И говорил я в страстном забытье:

"Услышь мою безумную мольбу:

В урочный миг, как опытный художник,

Ты заверши трагедию любви,

Чтоб кончилась она не пошлым фарсом,

Но громовым, торжественным аккордом:

Лишь только тень тоски и пресыщенья

В моих чертах заметишь ты впервый,-

Убей меня, но так, чтоб без боязни,

С вином в бокале, весело шутя,

Из милых рук я принял яд смертельный.

И на твоей груди умру я тихо,

Усну навек, беспечно, как дитя,

И перелью в последнее лобзанье

Последний пламень жизни и любви!.."


1884

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


* * *


О дитя, живое сердце

Ты за мячик приняла:

Этим мячиком играешь,

Беззаботно весела.

Ты, резвясь, кидаешь сердце

То к лазури, то во прах

С тем же хохотом беспечным

На пленительных устах.


1886

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


* * *


По дебрям усталый брожу я в тоске,

Рыдает печальная осень;

Но вот огонек засиял вдалеке

Меж диких, нахмуренных сосен.

За ним я с надеждой кидаюсь во мрак,

И сил мне последних не жалко:

Мне грезится комнатка, светлый очаг

И милая Гретхен за прялкой;

Мне грезится бабушка с книгой в руках

И внуков румяные лица;

Там утварь сияет в дубовых шкапах

И суп ароматный дымится.

Всё дальше во мрак я бегу за мечтой;

Откуда-то сыростью веет...

Зачем колыхнулась земля под ногой,

И в жилах вся кровь леденеет?

Болото!.. Так вот, что готовил мне рок:

Блуждая во мраке ненастья,

Я принял болотный лесной огонек

За пламень надежды и счастья!

И тина влечет мое тело ко дну,

Она задушить меня хочет.

Я в смрадном болоте всё глубже тону,

И громко русалка хохочет...


1886

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


* * *


Не думала ли ты, что, бледный и безмолвный,

Я вновь к тебе приду, как нищий, умолять,

Тобой отвергнутый, тобою вечно полный,

Чтоб ты позволила у ног твоих рыдать?

Напрасная мечта! Слыхала ль ты порою,

Что в милой праздности не все, как ты, живут,

Что где-то есть борьба и мысль, и честный труд

И что пред ними ты - ничто с твоей красою?

Смотри,- меня зовет огромный светлый мир:

Есть у меня бессмертная природа

И молодость, и гордая свобода,

И Рафаэль, и Данте, и Шекспир!

И думать ты могла, что я томиться буду

Или у ног твоих беспомощно рыдать?

Нет, стыдно пред тобой мне слезы расточать,-

Забудь меня скорей, как я тебя забуду!

О, неразумное, прелестное дитя,

Ты гнева моего, поверь, не заслужила,-

Но если б ты могла понять, какая сила

Была у ног твоих, когда со мной, шутя,

Играла ты в любовь и всё потом разбила,-

Тогда лицо твое зарделось бы стыдом,

И над поруганной любовью, над мечтами,

Что ты разрушила своими же руками,

Не я, а ты в отчаянье немом

Рыдала бы теперь горючими слезами!


1886

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


* * *


Давно ль желанный мир я звал к себе, тоскуя,

Любил и проклинал любви святую власть,

Давно ли из цепей я рвался, негодуя,-

И цепи порвались, и миновала страсть.

Любовь - побеждена,- но сердце недовольно.

О чем оно грустит, чего ему так жаль?

Ужели с муками душе расстаться больно,

Ужель так дороги ей слезы и печаль?

Свобода без любви - угрюмая темница:

Отдам я всё,- и жизнь, и радость, и покой,

Но только б вновь любить с безумною тоской,

Страдать, как я страдал, и плакать, и томиться!


1886

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


* * *


...Потух мой гнев, безумный, детский гнев:

Всё время я себя обманывал напрасно:

Я вновь у ног твоих,- и радостный напев

Из груди просится так пламенно и страстно.

Наперекор всему, в проклятии моем

Тебе, всесильная, одна любовь звучала,

И даже в злобный миг при имени твоем

Мятежная душа от счастья трепетала.

И вот - я снова твой... Зачем таить любовь?

Как будто не о том я день и ночь мечтаю,

Когда и где, и как тебя я повстречаю,

Как будто не тебе отдам я жизнь и кровь;

Как будто в серой мгле под бременем страданья

Влачу я темный век не для тебя одной;

Когда гляжу я вдаль с улыбкой упованья,

Как будто не тебя я вижу пред собой...

Ты - вдохновение, ты - творческая сила,

Ты - всё: полна тобой полуночная тишь,

В благоуханье роз со мной ты говоришь,

И сумрак дней моих ты светом напоила...


1885

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


* * *


Ищи во мне не радости мгновенной.

Люби меня не для себя одной;

Как Беатриче образ вдохновенный,

Ты к небесам мне светлый путь открой.

Склонясь ко мне с пленительной заботой,

Ты повторяй: "Будь добрым для меня,

Иди в борьбу, и мысли, и работай,

Вперед, за мной,- я поведу тебя!"

И каждой ласке, каждому упреку

Заставь меня ты радостно внимать;

Как женщина, ревнуй меня к пороку

И береги, как любящая мать.


1886

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


ФРАНЧЕСКА РИМИНИ


Порой чета голубок над полями

Меж черных туч мелькнет перед грозою,

Во мгле сияя белыми крылами;

Так в царстве вечной тьмы передо мною

Сверкнули две обнявшиеся тени,

Озарены печальной красотою.

И в их чертах был прежний след мучений,

И в их очах был прежний страх разлуки,

И в грации медлительных движений,

В том, как они друг другу жали руки,

Лицом к лицу поникнув с грустью нежной,

Былой любви высказывались муки.

И волновалась грудь моя мятежно,

И я спросил их, тронутый участьем,

О чем они тоскуют безнадежно,

И был ответ: "С жестоким самовластьем

Любовь, одна любовь нас погубила,

Не дав упиться мимолетным счастьем;

Но смерть - ничто, ничто для нас - могила,

И нам не жаль потерянного рая,

И муки в рай любовь преобразила,

Завидуют нам ангелы, взирая

С лазури в темный ад на наши слезы,

И плачут втайне, без любви скучая.

О, пусть Творец нам шлет свои угрозы,

Все эти муки - слаще поцелуя,

Все угли ада искрятся, как розы!"

"Но где и как,- страдальцам говорю я,-

Впервый меж вами пламень страстной жажды

Преграды сверг, на цепи негодуя?"

И был ответ: "Читали мы однажды

Наедине о страсти Ланчелотта,

Но о своей лишь страсти думал каждый.

Я помню книгу, бархат переплета,

Я даже помню, как в заре румяной

Заглавных букв мерцала позолота.

Открыты были окна, и туманный

Нагретый воздух в комнату струился;

Ронял цветы жасмин благоуханный.

И мы прочли, как Ланчелотт склонился

И, поцелуем скрыв улыбку милой,

Уста к устам, в руках ее забылся.

Увы! нас это место погубило,

И в этот день мы больше не читали.

Но сколько счастья солнце озарило!.."

И тень умолкла, полная печали.


1885

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


АРИВАНЗА


Милый друг, я тебе рассказать не могу,

Что за пламень сжигает мне грудь:

Запеклись мои губы, дышать тяжело,

Посмотрю ль я на солнце - мне больно:

Мое солнце, мой свет, моя жизнь

Для меня никогда не блеснут.

Я дрожу, я слабею, увы,-

Как мы жалки - бессильные девы!

Я себе говорила: мой путь лучезарен,

Он усеян гирляндами лотосов белых,-

Но под лотосом белым - о горе!- таилось

Ядовитое жало змеи,

И была та змея - роковая любовь!

Не лучи ли далекой луны,

Что бесстрастно-холодным сияньем

Так чаруют, так нежат,

Не они ль эту страсть

В моем сердце зажгли?

Мне сегодня вечерней прохлады

Ветерок не принес:

Отягчен ароматом цветов,

Как огонь, он обжег мне лицо...

Ты, один только ты, мой владыка,

Покорил мою волю, наполнил мне душу,

Победил, обессилил меня!

Что мне делать?.. Едва на ногах я стою...

Вся дрожу, помутилось в очах...

И мне страшно, мне тяжко, как будто пред смертью!..


1886

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


* * *


Из Альфреда Мюссэ Ты, бледная звезда, вечернее светило, В дворце лазуревом своем, Как вестница встаешь на своде голубом. Зачем же к нам с небес ты смотришь так уныло? Гроза умчалася, и ветра шум затих, Кудрявый лес блестит росою, как слезами, Над благовонными лугами Порхает мотылек на крыльях золотых. Чего же ищет здесь, звезда, твой луч дрожащий?.. Но ты склоняешься, ты гаснешь - вижу я - С улыбкою бежишь, потупив взор блестящий, Подруга кроткая моя! Слезинка ясная на синей ризе ночи, К холму зеленому сходящая звезда, Пастух, к тебе подняв заботливые очи, Ведет послушные стада. Куда ж стремишься ты в просторе необъятном? На берег ли реки, чтоб в камышах уснуть, Иль к морю дальнему направишь ты свой путь В затишье ночи благодатном, Чтоб пышным жемчугом к волне упасть на грудь? О, если умереть должна ты, потухая, И кудри светлые сокрыть в морских струях,- Звезда любви, молю тебя я: Перед разлукою, последний луч роняя, На миг остановись, помедли в небесах!


Март 1882

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


ЭРОТ


Молнию в тучах Эрот захватил, пролетая;

Так же легко, как порой дети ломают тростник,

В розовых пальцах сломал он, играя, стрелу Громовержца:

"Мною Зевес побежден!" - дерзкий шалун закричал,

Взоры к Олимпу подняв, с вызовом в гордой улыбке.


1883

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


ОСЕНЬ


Из Бодлэра Я люблю ваши нежно-зеленые глазки; Но сегодня я горьким предчувствием полн: Ни камин в будуаре, ни роскошь, ни ласки Не заменят мне солнца, лазури и волн. Но каков бы я ни был, как мать, пожалейте И простите меня, будьте милой сестрой И угрюмого, злого любовью согрейте, Как осеннее небо вечерней зарей. Труд недолгий... Я знаю: могила немая Ждет... О, дайте же, дайте под желтым лучом Сентября золотого, про май вспоминая, Мне на ваши колени поникнуть челом.


1884

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


* * *


Из Бодлэра Голубка моя, Умчимся в края, Где всё, как и ты, совершенство, И будем мы там Делить пополам И жизнь, и любовь, и блаженство. Из влажных завес Туманных небес Там солнце задумчиво блещет, Как эти глаза, Где жемчуг-слеза, Слеза упоенья трепещет. Это мир таинственной мечты, Неги, ласк, любви и красоты. Вся мебель кругом В покое твоем От времени ярко лоснится. Дыханье цветов Заморских садов И веянье амбры струится. Богат и высок Лепной потолок, И там зеркала так глубоки; И сказочный вид Душе говорит О дальнем, о чудном Востоке. Это мир таинственной мечты, Неги, ласк, любви и красоты. Взгляни на канал, Где флот задремал: Туда, как залетная стая, Свой груз корабли От края земли Несут для тебя, дорогая. Дома и залив Вечерний отлив Одел гиацинтами пышно, И теплой волной, Как дождь золотой, Лучи он роняет неслышно. Это мир таинственной мечты, Неги, ласк, любви и красоты.


1885

Д.С.Мережковский. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.


СТИХИЯ: Лучшая поэзия ╘ 1996-2006