# (О переводе)

Михаил Ларионович Михайлов

Отрывки из статей:

Еще о переводе стихотворений Лермонтова на немецкий язык

Из "Путевых картин" Гейне. От переводчика

Из писем к Н. В. и Л. П. Шелгуновым

Из примечаний к песням Беранже

Михаил Ларионович Михайлов


<О переводе>


Русские писатели о переводе: XVIII-XX вв. Под ред. Ю. Д. Левина и А. Ф. Федорова.

Л., "Советский писатель", 1960.


Еще о переводе стихотворений Лермонтова на немецкий язык

Из "Путевых картин" Гейне. От переводчика

"Песня о рубашке" (из Томаса Гуда). Примечание

Из писем к Н. В. и Л. П. Шелгуновым

Из примечаний к песням Беранже


М. Л. Михайлов -- поэт, прозаик, переводчик-профессионал, критик и публицист революционно-демократического лагеря.

Поэтический перевод занимал центральное место в творчестве Михайлова; он, переводил произведения более чем шестидесяти поэтов: немецких (Шубарт, Гёте, Шиллер, Уланд, Гейне, Рюккерт, Шамиссо, Ленау, Фрейлиграт, Гартман, Боденштедт и др.), английских (Марло, Бернс, Байрон, Барри Корнуол, Гуд, Э. Эллиот, Теннисон и Др.), французских (Шенье, Беранже, Гюго и др.), американского (Лонгфелло), украинского (Шевченко), польских (Мицкевич и Красинский), венгерского (Петефи), древнегреческих (Эсхил, Сафо, Анакреон и др.), новогреческих (Ригас и Ипсиланти), персидских (Руми, Саади и др.), индийского (Бхартрихари) и т. д. Переводил Михайлов и народные песни: шотландские, литовские, сербские, новогреческие. Переводческая деятельность Михайлова имела ясно выраженную просветительскую и демократическую направленность. Он часто использовал перевод как средство пропаганды передовых идей, позволяющее обходить цензурные препятствия.

Основным вкладом Михайлова в русскую переводную поэзию были стихотворения Гейне, которые он переводил на протяжении всей жизни. В 1858 году он выпустил сборник "Песни Гейне". По общему признанию, Михайлову лучше, чем кому-либо из переводчиков XIX века, удалось передать своеобразие творчества немецкого поэта. В годы ссылки (1862--1865) Михайлов много занимался переводами из Беранже, намереваясь составить сборник песен народного поэта Франции; смерть помешала ему осуществить это намерение.

Помимо стихов, Михайлов переводил художественную прозу: "Духовидец" Шиллера (1860), "Путевые картины" Гейне (1859--1860), "Несчастные" ("Отверженные") Гюго (1861), рассказы Диккенса и Теккерея (1852--1853) и др., драматические произведения: "Коварство и любовь" Шиллера (1859), "Небожественную комедию" Красинского (в ссылке), а также критические и публицистические статьи иностранных авторов.

Михайлов выступил также как теоретик искусства перевода. Свои воззрения, представляющие важный вклад в развитие отечественной теории перевода, он излагал в ряда критических статей и рецензий, посвященных разбору современных ему переводных произведений.


Источники текстов:


М. Л. Михайлов. Полное собрание стихотворений. Редакция, биографический очерк и комментарий Н. С. Ашукина. "Academia", M.--Л., 1934.


Журнальные статьи и переводы:


Статья г. Сен-Жюльена об И. А. Крылове.-- "Отечественные записки", 1852, т. LXXXIV, No 10.

Еще о переводе стихотворений Лермонтова на немецкий язык.-- "Отечественные записки", 1852, т. LXXXV, No 12.

О новых переводах с русского языка на немецкий.-- "Отечественные записки", 1854, т. XCIII, No 3.

Италия. (Из "Путевых картин" Гейне).-- "Современник", 1859, т. LXXVII, No 9.

П. Быков. Из переписки М. Л. Михайлова. (К материалам для его биографии.) -- "Современник", 1912, No 9.


ПЕРЕВОД РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ НА ИНОСТРАННЫЕ ЯЗЫКИ


В прошедшем месяце, извещая читателей о выходе в свет первого тома стихотворений Лермонтова в немецком переводе Фридриха Боденштедта ("Michai'l Lermontoffs Poetischer Nachlass"), мы обещали поговорить о нем подробнее, когда книга будет получена в Петербурге. Теперь она у нас в руках, и мы спешим исполнить свое обещание.

Основываясь на трех небольших отрывках из перевода г. Боденштедта, перепечатанных нами в предшествовавшей книжке "Отечественных записок" из немецкой газеты, и на кратком известии этой газеты, мы назвали труд г. Боденштедта добросовестным; теперь, прочитав его вполне, мы можем только повторить, что действительно он исполнен в высшей степени добросовестно, с любовью и знанием дела..

...Г-н Боденштедт предпринял перевесть все стихотворения Лермонтова, не делая из них выбора. В первом томе его перевода находим мы переводы и слабейших произведений нашего поэта наряду с лучшими. Нельзя не похвалить переводчика за эту полноту его труда, потому что, по нашему мнению, чтоб произнести справедливый суд над деятельностью писателя, необходимо знать все написанное им; часто в самых неудачных произведениях писателя находятся важные данные для определения его литературного характера. Так, г. Боденштедт не отбросил из своего собрания даже таких пьес, где Лермонтов, очевидно, подражал тому немецкому поэту, из которого переведена им пьеса "Сосна"...22

Раскроем перевод г. Боденштедта. Вот стихотворение: "Das verwaiste Blattchen" (Осиротевший листок). Попробуем, как это ни трудно, забыть на время о Лермонтове и переведем это стихотворение подстрочно с немецкого языка.

"Был однажды листок оторван от родимого дуба, был унесен бурей в бездревесную степь: скоро увял он от горя, от зноя и холода, наконец примчал его ветер к Черному морю. Видит он: стоит у моря молодая чинара; ветер шепчется с ее листвой, играет ее ветвями, и пестрые птицы качаются на сучьях и поют; во славу морской царевны звучат их песни. Приближается странник-листок к цветущему дереву, молит крова и защиты в его тени, говорит: "Я сиротинка дубовый листок, бурей оторван и унесен из суровой отчизны..."

Вот, кажется, достаточное доказательство удивительной верности подлиннику в переводе г. Боденштедта. И такова, за очень редкими исключениями, вся его книга.

Но, скажут нам, пожалуй, перевод может быть верным и в то же время не быть художественным, что уменьшит уже его достоинство наполовину. Если вам хорошо знаком немецкий язык, если вам известны произведения лучших поэтов Германии, если, наконец, вас не лишила природа способности чувствовать прекрасное, то вы, без сомнения, не назовете нехудожественным этого стихотворения:


Das verwaiste Blattchen


Ward einst ein Blatt von der heimischen Eiche geschlagen,

Ward von dem Sturme zur baumleeren Steppe getragen;

Welkt' es vor Gram und vor Hitze und Kalte geschwinde,

Trugen es endlich zum Schwarzen Meere die Winde.

Sah es am Meer eine junge Platane aufsteigen,

Sauselt der Wind durch die Blatter, spielt mit den Zweigen;

Wiegten sich bunt auf den Aesten auch Vogel und sangen,

Zu der Meeresprinzessin Ruhm ihre Lieder erklangen.

Nahet das wandernde Blattchen dem bliihenden Baume,

Flehet um Obdach und Schutz in dem schattigen Raume,

Spricht es: "Ich bin das verwaiste Blatt einer Eiche,

Bin vom Sturme entrissen der Heimath rauhem Bereiche..."


Кроме этого стихотворения, наиболее удачными можно назвать переводы следующих лирических пьес: "Дары Терека", "Казачья колыбельная песня", "Узник", "Благодарность"... "И скучно и грустно", "Морская царевна" и "Пророк".

Что касается до перевода поэм, то едва ли он не отличается еще большею точностью, нежели перевод мелких стихотворений. "Песня про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова" представляла, конечно, наиболее трудности для перевода; но г. Боденштедт преодолел эту трудность с честью, как может видеть читатель из следующих стихов, которые берем наудачу из середины поэмы:


О du, mein Herr, meine rothe Sonne du!

Hor' mich ruhig an oder todte mich!

Deine Worte sind mir wie ein scharfes Schwert;

Du reisst mir damit das Herz blutig auf.

Ich fflrchte die Marter des Todes nicht,

Auch nicht der Leute boses Geschwatz,

Den Verlust deiner Liebe nur ffirchte ich! {*}

{* <О ты, мой господин, ты мое красное солнышко! Выслушай меня спокойно или убей меня! Твои слова мне как острый меч; ты с кровью разрываешь мне ими сердце. Не боюсь я смертных мук, ни злобной молвы людской, я боюсь только потерять твою любовь (нем.).>}


Видно, что г. Боденштедт близко знаком и с произведениями нашей чисто народной поэзии: иначе трудно было бы и приняться за перевод этой поэмы Лермонтова, не только что исполнить его так, как исполнил г. Боденштедт. Припомним здесь, кстати, что еще в 1845 году (в Штутгарте) напечатал он свой перевод народных малороссийских песен, под заглавием: "Роеtische Ukraine, eine Sammlung kleinrussischer Volkslieder", {<"Поэтическая Украина, собрание малороссийских народных песен" (нем.).>} и перевод очень удачный.


1852. Еще о переводе стихотворений Лермонтова на немецкий язык. "Отечественные записки", No 12, отд. VIII, стр. 205, 207--210.


МИХАЙЛОВ-ПЕРЕВОДЧИК


Два слова о переводе. Проза Гейне, как и стихи его, полна самых смелых неологизмов, самых неожиданных переходов из тона в тон: романтическая настроенность сменяется часто циническою реальностью; патетические тирады чередуются с самыми грубыми фразами. По привычке нашей к рутине многое кажется диким в манере Гейне; но сохранить именно эту дикость, эту своеобразность было моею задачею, насколько можно с нею сладить.


1859. Италия (из "Путевых картин" Гейне). От переводчика.-- "Современник", No 9, приложение, стр. 3.


Мне бы доставило большое удовольствие, если б стихи мои, как вы писали, собрали и напечатали.27 Только надо строже обращаться с ними. Гейне,28 впрочем, всего можно напечатать (кроме, разумеется, предисловия в прозе и примечаний). Гербель, которому кланяюсь, может очень помочь в этом деле, как знаток, чтобы все расположить как следует. Как бы цензура не запретила теперь некоторых вещей с моим именем, хоть они и были все напечатаны. Например, "Белое покрывало".29 А было бы жаль. Хотелось бы хоть что-нибудь оставить на память о себе; а стихи мои едва ли не лучшее из всего, что мною написано.


1861. Письмо к Н. В. и Л. П. Шелгуновым, 13 ноября.-- "Современник", 1912, No 9, стр. 208--209.


Стихи, голубушка Л<юдмила> П<етровна>, те самые. Так и печатайте: в 6-ти отделах.

I. Подражания восточным (здесь только Саади, Джелаль Руми, из корана, и больше ничего).

II. Из английских поэтов.

III. Из немецких поэтов (здесь, где следует, вставить всю книжку "Песни Гейне", кроме прозы. Пожалуй, в таком же порядке. К отделу "Песни" прибавить все стихи из рукописи без заглавия. "К Гарцу" тоже пополнить по рукописи, справившись с подлинником. К балладам -- "Асра". К отделу "На смертном одре" -- "В мае". Пьесу "Сумерки <богов>"... после "Грез" поместить. В конце -- всё "Северное море" без прозы и без предисловия, из "Русского слова").30

IV. С венгерского (Петефи).

V. Из славянских поэтов (здесь Красинский и Шевченко).

VI. Народные песни. (Эдварда31 непременно выкинуть.)

Из древних совсем не нужно. Хорошо бы, если бы кто-нибудь, хоть Н. Г. <Чернышевский>, написал предисловие -- строк 20, не более. Примечаний никаких не надо. Гербель может отлично привести все в порядок. Только бы не пропустил третью "Горную идиллию", да в "Песни" не попало бы два раза одно и то же. Заглавие просто сделать: Стихотворения М. Л. М-ова и в предисловии объяснить, что всё -- переводы и подражания.


1861. Письмо к Н. В. и Л. П. Шелгуновым, ноябрь.-- "Современник", 1912, No 9, стр. 205.


Из примечаний к песням Беранже32


"Веселая голова". Такой именно смысл, смысл беззаботного смельчака, имеет провербиальное французское название Roger Bontemps.


"Бедняки". Написано в 1812 г. Лапти в четвертом куплете (не считая припева) заменили у меня французские деревянные сабо.


"Мнение этих девиц"... Песня эта в подлиннике написана на патуа или, проще сказать, на испорченном наречии необразованного и безграмотного класса. Сохранять эту тонкость в переводе казалось мне лишним; довольно, думал я, сохранить общий тон, о чем и старался. Вот что замечает Беранже о языке этой песни: "Беранже мало пользовался патуа в своих песнях. В этой песне такой язык был кстати и мог даже дать ей особенную пикантность. Автор только и позволил себе употреблять патуа, что в подобных сюжетах,-- и всякий раз жалел, что прибегал к нему". Эти слова могут служить лучшим извинением переводчику, что он не уснастил своего перевода словами вроде знамши, ейный, выглядит и т. п., что, конечно, было бы для него трудно.


1862--1865. Полн. собр. стих., стр. 717, 718, 720--721.


РАЗНОЕ


По поводу того, как следует воссоздавать старые предания поэту нашего времени, нельзя не вспомнить прелестной легенды Теннисона о графине Годиве, легенды, которая считается классическим произведением в английской литературе.33 В ней такое полное отсутствие всяких искусственных приемов, такая естественная последовательность рассказа, что, и переведенная в прозе, она почти не утрачивает своей удивительной красоты и грации. Это большая похвала; потому что только произведения народной поэзии выдерживают такое испытание. Прозаический перевод таких произведений указывает обыкновенно на все лучшие черты, на все удачнейшие мотивы подлинника; тогда как попробуйте перевести в прозу стихи искусственные, вы в переводе увидите только недостатки подлинника, и самые достоинства его побледнеют среди недостатков. Значит, только музыкальность языка, рифма, размер спасают еще их от совершенного невнимания.

Такое именно чувство недовольства испытываешь, стараясь передать в прозе стихи Виктора Гюго. На каждом шагу встречаете вы лишние вставки, ненужные распространения, бесполезные, потому что неопределенные или уж чересчур преувеличенные эпитеты... Переведите слово в слово испанское романсеро, сербские песни и самое подлинную песню о Роланде,-- читатель, совершенно незнакомый с подлинником, почувствует желание познакомиться с самою внешней его формой. Совсем иное дело такие поэмы, как у Виктора Гюго. В прозаическом переводе они являются как бы отрывком из посредственного романа и подчас даже просто из бойкого фельетона, и нет никакой охоты знакомиться с подлинником; заранее уже знаешь, что нового в нем ничего не найдешь, кроме гладких и певучих стихов да богатых, звучных рифм.


1860. Последняя книга Виктора Гюго.-- Соч., т. III, стр. 91--92.


ПРИМЕЧАНИЯ


19 См. также материалы предыдущего раздела "Теория художественного перевода" (стр. 411--433). В наст. разделе по недостатку места опущены критические статьи Михайлова об изданиях: "Стихотворения Ф. Б. Миллера" ("Русское слово", 1859, No 12), "Переводы и подражания Н. В. Берга" (там же, 1860, No 6), "Сборник стихотворений иностранных поэтов. Перевод В. Костомарова и Ф. Берга" ("Современник", 1860, No 12), "Песни и думы из Гейне. Перевод в стихах А. Мантейфеля" (там же, 1860, No 11), а также отзывы о переводах в фельетонах "Русская журналистика" ("СПб. ведомости", 1853, NoNo 21, 178).

22 Ниже Михайлов указывал на стихотворение Гейне, переведенное Лермонтовым: "Они любили друг друга так долго и нежно", на подражание Гейне "Избави бог от летних мушек" и стихотворения, в которых, по его мнению, отмечаются следы влияния немецкого поэта: "Утес", "Морская царевна" и "Выхожу один я на дорогу".

24 "Поверишь ли, простых баб не пропустил. Это он <Кувшинников> называет: попользоваться насчет клубнички" ("Мертвые души", т. I, гл. 4).

25 В 1850--1860-е годы в русской подцензурной печати передовые писатели, говоря о рабстве негров, обычно имели в виду крепостное право. В этих условиях опубликование "Песен о неграх" Лонгфелло приобретало антикрепостнический и революционный смысл. Переводы Михайлова были напечатаны в "Современнике" (1861, No 3) рядом со статьей В. Обручева "Невольничество в Северной Америке" после обнародования манифеста об "освобождении" крестьян и являлись замаскированным откликом революционных демократов на реформу 1861 г.

26 Михайлов имеет в виду "Предостережение" -- последнее стихотворение из "Песен о неграх", в заключительной строфе которого содержится предсказание всеобщего возмущения порабощенного народа. В дореволюционных изданиях переводов Михайлова это стихотворение печаталось без последней строфы.

27 Письма, отрывки из которых приводятся здесь и ниже, были написаны Михайловым к его друзьям Н. В. и Л. П. Шелгуновым из тюремного заключения после его ареста 14 сентября 1861 г. за участие в написании и распространении революционной прокламации "К молодому поколению". Михайлов писал об издании сборника своих переводных стихотворений, который он готовил до ареста. Однако после осуждения Михайлова царская цензура запретила издание в России стихотворений "государственного преступника", и сборник был выпущен друзьями поэта в Берлине в 1862 г.

28 Имеется в виду сборник "Песни Гейне в переводе М. Л. Михайлова" (СПб., 1858). См. выше рецензию Добролюбова на этот сборник (стр. 402--403).

29 Стихотворение М. Гартмана "Белое покрывало", воспевающее революционную стойкость, в переводе Михайлова пользовалось широкой популярностью в русских демократических кругах.

30 В сборнике "Песни Гейне" Михайлов расположил свои переводы в следующих разделах: "Грезы", "На Гарце", "Песни", "Думы", "Романсы и баллады", "На смертном одре". Это деление (с добавлением отдела "Северное море") было сохранено и в берлинском издании.

31 Перевод Михайлова с таким названием неизвестен. Возможно, что он переводил шотландскую балладу "Эдвард", которую впоследствии перевел А. К. Толстой.

32 Примечания к своим переводам стихотворений Беранже Михайлов составил в ссылке, подготовляя сборник песен французского поэта.

33 Стихотворение Теннисона "Годива" Михайлов перевел в 1860--1861 гг.