# Первое собрание писем И. С. Тургенева. 1840-1883 гг. Изд. общества для пособия нуждающимся литераторам и ученым. Спб., 1885 г

Виктор Михайлович Михайловский

Первое собраніе писемъ И. С. Тургенева. 1840--1883 гг. Изд. общества для пособія нуждающимся литераторамъ и ученымъ. Спб., 1885 г. Въ предисловіи къ этому сборнику говорится, между прочимъ, что онъ "обнимаетъ главнѣйшія литературныя отношенія покойнаго и вмѣстѣ представляетъ весьма цѣнный автобіографическій матеріалъ". Это совершенно вѣрно, и нельзя не выразить сочувствія рѣшенію редакціи изданія сокращать письма въ тѣхъ мѣстахъ, "которыя имѣютъ совершенно интимный характеръ, или вообще не могли быть признаны пока удобными для печати по близости времени". Нѣкоторыя письма, прежде напечатанныя въ повременныхъ изданіяхъ, совсѣмъ опущены, по ихъ малому значенію и интересу для публики; таковы ничтожныя записки къ М. А. Милютиной, на которыя мы уже указали выше, говоря о журналѣ Русск. Старина. Другія письма (какъ, напр., подъ No 188 къ С. А. Венгерову), которыя были опубликованы съ пропусками, появляются теперь въ своемъ цѣльномъ видѣ. И то, и другое, само собою разумѣется, служитъ въ пользу изданія. Но далеко не въ пользу ему слишкомъ частая, иногда неудачная и ненужная замѣна фамилій буквами, которыя въ большинствѣ то ничего не скрываютъ, то сбиваютъ съ толку. Мы укажемъ на примѣры: въ письмахъ къ Е. Я. Колбасину (NoNo 65 и 66) говорится о смерти А. А. Ш., жена котораго отказала въ помощи любовницѣ и незаконному сыну своего мужа. "Всѣ наши убѣжденія ни къ чему не повели,-- писалъ И. С. Тургеневъ,-- и дрянная эмансипированная баба осталась съ чужими деньгами. Мы сдѣлали складчину для ребенка". Въ письмѣ къ тому же лицу за No 69, черезъ 3 1/2 мѣсяца, Иванъ Сергѣевичъ, между прочимъ, сообщалъ, что "Шеншинскаго сына кое-какъ призрѣли". Намъ кажется, что или въ первыхъ двухъ случаяхъ не слѣдовало скрывать фамиліи, или къ послѣднемъ надо было ограничиться то же одною буквою. Или, напримѣръ, въ письмѣ къ Я. П. Полонскому (No 142) изъ деревни отъ 16 іюня 1870 года мы читаемъ: "Живется мнѣ здѣсь -- ничего, хорошо, и, кромѣ разсужденій Ф., я еще никакихъ безобразій не встрѣчалъ. Онъ страшно обрюзгъ, все еще пишетъ стихи, а главное -- вретъ чушь несуразную, не столь часто забавную, какъ прежде". Въ письмѣ къ нему же изъ Парижа (No 177) отъ 24 октября 1873 г.: "А что Б. лается, это столь же ему свойственно, какъ Гр. лгать, какъ Некрасову надувать людей и т. д.". Въ первомъ случаѣ буква Ф..ни отъ кого не скрываетъ фамиліи; иниціалы же Б. и Гр., если скроютъ отъ кого-либо настоящія имена, то развѣ отъ такихъ лицъ, которыя или не прочтутъ книги, или не дочитаютъ ее, ибо для нихъ добрая ея половина окажется непонятною, а остальное представитъ слишкомъ слабый интересъ. Мы указали примѣры на выдержку; но въ общемъ ихъ довольно много. А такъ какъ имена замѣнены буквами при отзывахъ рѣзкихъ и, главнымъ образомъ, о людяхъ, враждебныхъ Тургеневу, полныя же имена оставлены тамъ, гдѣ рѣчь идетъ о лицахъ, которымъ онъ сочувствовалъ, хотя въ сужденіяхъ своихъ, нѣсколько болѣе мягкихъ, тоже не щадилъ, то въ книгѣ и вышло, что близкимъ-то досталось больнѣе, или, по крайней мѣрѣ, прямо въ лицо. Конечно, отъ этого не страдаетъ матеріалъ для будущей біографія. Кто за нее возьмется, тотъ съумѣетъ разобраться въ немъ. Но пока, на массу публики впечатлѣніе получается не надлежащее: вниманіе останавливается на именахъ и они запоминаются, буквы же проскальзываютъ вмѣстѣ съ тѣмъ, что къ нимъ относится.

Ни въ чемъ не отступая отъ не разъ высказанныхъ нами мнѣній на неприкосновенность переписки умершихъ знаменитостей, мы встрѣчаемъ опубликованіе писемъ И. С. Тургенева съ полнымъ сочувствіемъ, но съ сочувствіемъ вынужденнымъ многими обстоятельствами, прежде же всего извѣстными нападками на память покойника, а затѣмъ -- опубликованіемъ уже въ повременныхъ изданіяхъ нѣкоторыхъ его писемъ. Редакція лежащаго передъ нами изданія, какъ видно изъ предисловія и изъ самаго текста книги, поступаетъ именно съ тѣмъ разборомъ, о которомъ мы говорили, т.-е. откидываетъ изъ писемъ все то, что имѣетъ совершенно интимный, семейный характеръ, и цѣлыя письма того же рода; только мало откидываетъ, на нашъ взглядъ. Доказательствъ и примѣровъ мы приводить не станемъ; они бросаются въ глаза каждому. Въ письмахъ къ близкимъ людямъ, къ друзьямъ, особливо къ Якову Петровичу Полонскому и къ нѣкоторымъ другимъ, высказаны очень важныя критическія замѣчанія на всѣ, наиболѣе выдающіяся произведенія русскихъ писателей этого времени, и еще болѣе важныя разъясненія собственныхъ произведеній Тургенева, его взглядовъ на русскую молодежь, на одобрительныя и неодобрительныя стороны ея стремленій, наконецъ, собственныхъ политическихъ убѣжденій Ивана Сергѣевича. Въ этомъ отношеніи особеннаго вниманія заслуживаютъ письма къ А. П. Ф-вой, которыя уже были напечатаны въ Русск. Старинѣ 1883 г.

Изъ заглавія книги и изъ предисловія видно, что редакція изданія предполагаетъ, по мѣрѣ накопленія матеріала, выпускать продолженія начатаго труда. Искренно сочувствуя этому дѣлу, мы позволимъ себѣ выразить желаніе, чтобы редакція, не ожидая накопленія большаго числа писемъ (какъ въ первомъ томѣ -- 488), болѣе дробила свои выпуски и тѣмъ ускорила ознакомленіе публики съ драгоцѣннымъ матеріаломъ, поступающимъ въ ея распоряженіе. Заканчивая этотъ отзывъ, мы не можемъ воздержаться, чтобы не привести выдержки изъ послѣдняго письма Ивана Сергѣевича къ гр. Л. Н. Толстому, отъ 27 или 28 іюня 1883 г.: "Пишу я вамъ собственно, чтобы сказать вамъ, какъ я былъ радъ быть вашимъ современникомъ, и чтобы выразить вамъ мои" послѣднюю искреннюю просьбу. Другъ моя, вернитесь къ литературной дѣятельности! Вѣдь, этотъ даръ вашъ оттуда, откуда все другое. Ахъ, какъ и былъ бы счастливъ, еслибъ могъ подумать, что просьба моя такъ на васъ подѣйствуетъ!!... Другъ мой, великій писатель земли русской, внемлите моей просьбѣ!..."


Викторъ Михайловскій


"Русская Мысль", No 12, 1884