# Опыт курения опиума

Николай Николаевич Миклухо-Маклай

(Физиологическая заметка)

Н. Н. Миклухо-Маклай


## Опыт курения опиума. (Физиологическая заметка)


Н. Н. Миклухо-Маклай. Собрание сочинений в шести томах

Том 4. Статьи и материалы по антропологии и этнографии Юго-Восточной Азии и Австралии. Статьи по естественным наукам

М.: Наука, 1994.

OCR Бычков М. Н.


Во время моего пребывания в Гонконге в апреле 1873 г. я испробовал на себе действие курения опиума, и это действие по моему желанию наблюдалось компетентным лицом.

Опыт был произведен в Китайском клубе, где все удобно устроено для курения опиума. Г. д-р К. Клоус (Гонконг)1 был настолько любезен, что согласился на мое предложение и записал свои наблюдения, которые он делал через короткие промежутки времени.

Далее я сообщаю эти наблюдения наряду с некоторыми собственными замечаниями.

Опыт был начат 10 апреля в 1 час 45 минут (пополудни) в небольшой комнате клуба, после того как я сменил неудобное при этих обстоятельствах европейское платье на просторные китайские шаровары и легкую кабаху1* и вытянулся в полулежачем положении, положив голову на твердый китайский подголовник, около маленького стола, снабженного всеми известными принадлежностями, которые необходимы для курения опиума {Я полагаю известными все приспособления, необходимые для курения опиума, а также процедуру курения, которые многократно описывались в трудах путешественников.}.

Следуют наблюдения г. д-ра Клоуса:

10 апреля 1873 г.

1 час 45 мин. Г-н Н. фон Маклай {Г. фон Маклай имеет возраст около 27 лет, средний рост (1 м 67 см), на вид несколько бледен и худ, но крепкого телосложения, впрочем, ослаблен за последние годы хронической лихорадкой. Г. фон Маклай не курит и даже никогда не курил табак (прим. д-ра Клоуса).} чувствует себя совершенно нормально, жалуется только на голод {Я преднамеренно принимал в пищу в предыдущий вечер и до полудня этого дня только иногда немного чая (без сахара) и испытывал, как сообщено, значительный голод.}. Пульс 72, частота дыхания 24, температура 37,5.

M. курит в течение 2 минут первую трубку, содержащую шарик опиума величиной с просяное зерно.

1 час 47 мин. Вторая трубка. М. сообщает, что во время курения он ощущает довольно приятный вкус, тогда как во время перерыва вкус становится очень горьким. Дым переносится терпимо.

1 час 55 мин. Третья трубка. Испытывавшееся до этого чувство голода исчезло. Пульс 80.

Четвертая и пятая трубки. Никакого изменения в физическом состоянии, только в перерывах тяжелеет голова и возникает легкий позыв ко сну, но ответы правильные. М. замечает, что он стал медленнее думать {А именно: я должен был долго обдумывать каждый вопрос, чтобы его правильно понять и найти ответ.}. Однако М. может еще без посторонней помощи встать и пройтись по комнате.

2 часа 11 мин. Шестая трубка. Пульс 68. Сонливость. Ответы медленные, но правильные.

2 часа 15 мин. Седьмая трубка. Пульс 70 (полный), частота дыхания 28.

2 часа 20 мин. Восьмая трубка. Сонливость растет, но М. узнает еще время по своим часам. Пульс и дыхание без изменений.

2 часа 25 мин. Девятая трубка. Речь становится более затрудненной и менее внятной. М. замечает, что у него распух язык. Пульс и дыхание без изменений.

Жалуется после десятой трубки на горький вкус и головокружение. Ответы медленные, но правильные.

2 часа 33 мин. Одиннадцатая трубка. Походка становится нетвердой.

2 часа 37 мин. Двенадцатая трубка выкуривается медленно. М. говорит, что у него очень приятное самочувствие, но ему бы хотелось петь или слушать музыку. Пульс и дыхание без изменений.

После тринадцатой трубки, которую М. выкуривает очень жадно, он несколько раз громко смеется {Я хорошо помню, что не мог отдать себе отчета в причине этого смеха.}, хотя находится в очень сонном состоянии.

2 часа 45 мин. Пятнадцатая трубка. М. хочет послушать одно место из "Манфреда" Шумана.

2 часа 48 мин. Шестнадцатая трубка. М. жалуется на перерывы в курении, ему хотелось бы продолжать курить непрерывно. Белки глаз сильно покраснели. Веки тяжелые и глаза остаются в основном закрытыми, он слышит музыку вдали (обман чувств).

2 часа 50 мин. Семнадцатая трубка. Попытка пройтись (по комнате) не удается. Пульс 72, частота дыхания 28.

3 часа 7 мин. Восемнадцатая трубка. Большая сонливость, ответы очень замедленные, односложные, но правильные.

3 часа 20 мин. М. просит новую трубку.

3 часа 25 мин. Двадцать вторая трубка. М. лежит с закрытыми глазами, но замечает, что он чувствует себя как никогда до того, однако это своеобразное чувство не является ни приятным, ни неприятным. Склера очень сильно наполнена кровью, но пульс и частота дыхания без изменений.

3 часа 29 мин. Субъективное ощущение большого покоя, приятного самочувствия. О степени этого хорошего самочувствия М. высказывается, что оно приятнее, чем быть (совершать coitus) с красивой женщиной {Я не могу припомнить этого высказывания, но вовсе не сомневаюсь в нем, так как его записал г. д-р Клоус. Это замечание не вызвало также, насколько я помню, никаких эротических образов. Мое сознание, как и память, страдали уже серьезными пробелами.}.

3 часа 37 мин. Субъективное ощущение удивительного покоя. М. говорит, что он "ни к чему не стремится и ничего не хочет".

3 часа 40 мин. Двадцать пятая трубка. Очень большая сонливость. Легкий укол карандашом в область селезенки заставляет его, однако, вздрагивать. М. все чаще просит курить.

После двадцать шестой трубки, которую М. выкуривает с очевидным удовольствием, он как будто засыпает.

Пульс 72, частота дыхания 26, дышит очень равномерно. Очень громко заданные вопросы остаются без ответа. На вопрос, хочет ли М. еще курить, он утвердительно отвечает кивком головы.

Пульс 70, частота дыхания 24, дышит равномерно. Руки сильно потеют.

3 часа 58 мин. Вопросы больше не понимаются {Я довольно отчетливо слышал вопросы, по меньшей мере некоторые, понимал их, но почти сразу же забывал; я не мог отвечать, потому что вышли из повиновения органы речи; я много раз пытался заговорить, но безуспешно.}, но все же М. знаками просит новую трубку.

4 часа <00 мин.> Двадцать седьмая трубка. На вопросы М. отвечает: "Я плохо слышу", произносит несколько слов на иностранном языке2, говорит также: "Я очень устал", -- но все же продолжает курить, сильно затягиваясь.

4 часа 10 мин. М. перестает курить, кажется спящим; никакого онемения мышц (не наблюдается). Пульс 68, частота дыхания 24, температура 37,2. Вопросы остаются совершенно без ответа. Руки сильно потеют, кожа холодная, цвет лица нормальный.

4 часа 40 мин. М. открывает глаза, но сразу же их закрывает; на вопрос: "Как Вы себя чувствуете?" отвечает: "Хорошо", "Я совершенно одурманен; мне хочется еще курить; разве человека с трубкой уже нет?"

4 часа 55 мин. Медленное возвращение сознания.

Хотя я был одурманен и чувствовал головокружение, вспоминаю, что смог одеться, и знаю, что меня пришлось перенести на нижний этаж; мне помнится также, что, когда я в паланкине покидал клуб, на меня с любопытством взирала толпа людей, но я не помню, как меня доставили в дом моего гостеприимного хозяина г. К3.

Я проснулся около 3 часов следующего утра и, увидев при свете ярко горевшей лампы поставленный на стол ужин, ощутил голод, так как я перед тем ничего не ел в течение 33 часов.

Я поднялся с кровати и, качаясь, достиг стола, где с жадностью проглотил несколько кушаний.

Я снова уснул, был разбужен слугой около 7 часов утра, так как я намеревался ехать в Кантон, попытался подняться, но упал обратно на подушки почти без сил, после чего снова уснул. Около 1 часа пополудни я встал с ощущением большой слабости в ногах и большой тяжести в голове. Не только вечером этого дня, но и вечером следующего у меня была легкая головная боль, и я испытывал также приступы головокружения при ходьбе.

Я отметил легкую глухоту в первый день, после опыта курения. Нарушения пищеварения я, однако, не испытывал.

В течение 2 3/4 часа, пока продолжалось курение, я употребил более 107 гранов4 такого опиума, какой обычно курят китайцы {Этот используемый для курения опиум состоит из чистого опиума, опиумного пепла и воды.}, количество, которое китайцы за один раз никогда не выкуривают.

В заключение я хочу еще отметить: во-первых, надо непрерывно курить более часа, чтобы почувствовать настоящее действие опиума; во-вторых, сперва поражаются органы движения и только потом нервные центры; в-третьих, органы чувств (зрения и слуха) испытывают иллюзии; но, в-четвертых, во время курения опиума и после него никаких галлюцинаций, видений и снов не возникает {Я это особенно подчеркиваю, так как эти наблюдения находятся в противоречии со свидетельствами большинства сообщавших о курении опиума.}. Деятельность мозга скорее угнетена, чем возбуждена; течение мыслей все более замедляется и затрудняется. Память замирает, и в конце концов не думаешь ни о чем.

Выкурив достаточную дозу опиума, приходишь в состояние глубокого покоя; это состояние чрезвычайно своеобразно, возникает ощущение, что не хочешь ничего, абсолютно ничего на свете.

Так как совсем ни о чем не помнишь, ни о чем не думаешь, ничего не хочешь, то оказываешься близок к полной потере своего "я".

Это ощущение полного покоя и отсутствия желаний столь притягательно и приятно, что хочется, чтобы тебя никогда не выводили из этого состояния.

После этого опыта я вполне понимаю, почему тысячи людей, богатых и бедных, без различия общественного состояния и возраста, предаются курению опиума, главное действие и главное удовольствие которого состоит в потере на некоторое время своего "я".

То, что в этом находят столь большую прелесть, еще раз свидетельствует в пользу глубокой справедливости древнего наблюдения, которое коротко и точно выразил Байрон:


And know, whatever thou hast beert,

fis something better not to be2*.


Курение опиума дает предвкушение "небытия"...6


<Южно->Китайское море.

На борту имп. российского клипера "Изумруд".

28 апреля 1873 г.

1* Турецкая туника (португ.).

2* "И знай, чем бы ты ни был, Все же лучше вообще не быть" (англ.)5.


## КОММЕНТАРИИ


## Опыт курения опиума. (Физиологическая заметка)


Печатается по: Mikluhio-Maclay N.von. Ein Opiumrauchversuch (Physiologische Notiz). Batavia, 1875.

Вопрос о публикации этой работы в журнале Королевского общества естествоиспытателей в Нидерландской Индии был рассмотрен на заседании правления Общества 21 мая 1875 г. (Natuurkundig Tijdschrift voor Nederlandsch Indië. 1875. D. 35. Afl. 3. В). 261). Председательствовавший П.А. Бергсма предложил напечатать эту работу, а также статью Миклухо-Маклая "Этнологическая экскурсия в Иохор". Было принято решение передать их редактору журнала, причем они были опубликованы в том же выпуске журнала, что и информация о заседании, и даже предшествуют ей (данная работа -- на с. 243-249).

Работа вышла также в виде отдельной брошюры с собственной пагинацией. Экземпляры брошюры в сущности представляют отдельные оттиски журнальной публикации, хотя набор для них частично перебирался. При этом был исправлен ряд ошибок, внесены исправления и дополнения. В частности, в конце работы добавлены три абзаца (После этого опыта ~ предвкушение "небытия"). Поэтому перевод, заново подготовленный для настоящего издания Д.Н. Анфертьевым, сделан по брошюре, а не по журнальной публикации.

На русском языке впервые: СС. Т. 4. С. 412-417, с купюрой и отдельными неточностями.

Примечания 2 и 4 написаны А.Н. Анфертьевым, 5 -- Б.Н. Путиловым, 1, 3 и 6 -- Д.Д. Тумаркиным. Введение к примечаниям принадлежит А.Н. Анфертьеву.


1 Миклухо-Маклай, по-видимому, поддерживал контакты с К. Клоусом и в дальнейшем, так как 14 мая 1883 г., т.е. через десять лет после описанного опыта, он написал своему московскому знакомому П.П. Сорокоумовскому: "В Гонконге Вы не застанете Dr. Clouth'a, он вернулся в Европу" (см. это письмо в т. 5 наст. изд.).

2 "На иностранном языке" -- очевидно, по-русски. Остается неясным, на каком западноевропейском языке общался Миклухо-Маклай с д-ром Клоусом.

3 Раскрыть аббревиатуру "г. К." позволяет следующее место из письма Миклухо-Маклая А. А. Мещерскому, написанного в апреле 1873 г.: "Я пользовался у г. Cordes очень радушным гостеприимством в Гонконге" (см. это письмо в т. 5 наст. изд.).

4 "Более 107 гранов" (в СС ошибочно: "107 зерен"), т.е. на каждую из 27 трубок приходилось приблизительно по 4 грана. Неясно, какую систему весов имел тут в виду Миклухо-Маклай. Поскольку опыт ставился в Гонконге, можно предполагать, что речь идет об английском (тройском) гране, составляющем 64,799 мг. В таком случае количество опиума, употребленного ученым, составит при переводе на метрическую систему более 6933,5 мг, или около 7 г.

5 Миклухо-Маклай цитирует заключительные строки стихотворения Дж. Г. Байрона "Buthanasia" (1812 г.), которое входит в цикл, посвященный Тирзе. Название -- греческое слово, которое в этом контексте означает "благая смерть", "смерть как благо". Через все стихотворение проходит идея готовности уйти из жизни; смерть трактуется как избавление от людских страданий. Миклухо-Маклай, однако, должен был знать слово euthanasia как медицинский термин, означающий "облегчение смерти при помощи обезболивающих и наркотических препаратов", что и могло побудить его вспомнить строки из стихотворения при описании своего эксперимента.

6 13(25) августа 1876 г. И.С. Тургенев сообщил в письме А. А. Мещерскому, что Миклухо-Маклай "прислал мне небольшую немецкую статейку о действии опиума, которую я прочел с удовольствием, так как она показалась мне весьма правдивой" (Тургенев И.С. Полн. соб. соч. Письма. Т. 11. М.; Л., 1966. С. 306). Тургенев познакомился с Миклухо-Маклаем весной 1870 г. в Веймаре.