# Милонов М. В.: биографическая справка

Михаил Васильевич Милонов

МИЛОНОВ Михаил Васильевич [5(16).3.1792, Придонский Ключ Задонского у. Воронеж, наместничества -- 17(29). 10.1821, Петербург; похоронен на Георгиевском кладб. Большой Охты], поэт. Род. в семье мелкопоместного дворянина. В 1803 помешен в Моск. ун-тский благородный пансион (где сблизился с Н. Ф. Грамматиным), по окончании к-рого за "отличные успехи в науках и особливо в беллетрах" получил серебр. и зол. медали (РНБ, ф. 833. оп. 1, No 473), с 1805 М. -- студент Моск. ун-та. К этому времени относятся его первые выступления в печати (прозаич. пер. с франц. "Сократ и Гермоген" и "Стихи, читанные в собрании Ун-тского пансиона" (УЗ. кн. 5. М., 1807), прозаич. пер. с лат. "Письмо Брута к Цицерону", "Благополучие. (Аллегория, видение)" (там же, кн. 6, М" 1808). Окончив ун-т со степенью кандидата словесных наук (1809), М. переехал в Петербург, где сначала служил чиновником гл. управления мануфактур Мин-ва внутр. дел; в янв. 1811 перешел в деп. Мин-ва юстиции, к-рый возглавлял покровительствовавший ему И. И. Дмитриев. В ноябре 1810 М. был принят в чл. ВОЛСНХ; сближается с К. Н. Батюшковым, Н. И. Гнедичем, П. А. Вяземским, В. А. Жуковским, А. Ф. Воейковым и др. изв. поэтами; в эпизоде с "оскорбленьем" Д. В. Дашковым Д. И. Хвостова выступил на стороне последнего (НБ СПб. ун-та, архив ВОЛСНХ, п. 187, л. 152 об.); в 1810-е гг. печатается в "Вест. Европы", "Цветнике", "С.-Петерб. вест.", "Сыне отечества", "Благонамеренном" и др. их!. Летом 1812 М. хлопочет о вступлении в Моск. ополчение (пнсьмо Вяземскому от 9 авг. 1812 -- здесь и далее цит. по изд. 1983), чему, видимо, помешала болезнь ("Я все еше нездоров, но мне лучше" -- из письма Грамматину от 24 окт. 1812). В мае 1813 М. переведен в Москву к И. Дмитриеву на должность правителя Канцелярии в комиссию по рассмотрению прошений от "потерпевших разорение от нашествия неприятельского", к-рую "отправлял с особенным усердием, отличною деятельностью и знанием" (РНБ, ф. 833, оп. 1, No 473); тогда же опубл. оду "На истребление наполеоновских армий в России" (СПб., 1813). Именно с Отеч. войной 1812 связана героико-патриотич. тема в творчестве М.: "К патриотам" (СПбВест, 1812, No 6), "Мысли при гробе кн. Кутузова-Смоленского" (СО, 1813, No 24), "Освобожденные пленники" (СО. 1815, No 8).

Совмешать поэтич. призвание с обязанностями чиновника становилось все тягостнее ("... я час от часу деревенею" -- из письма Грамматину от 14 янв. 1813); все чаще поэт ищет утешения в вине. В марте 1814 он возвращается в Петербург, нередко самовольно отлучается со службы совершая неожиданные "приватные" поездки к друзьям -- в Вологду, Кострому и др. города (см. письмо А. Е. Измайлова Грамматину от 29 окт 1814 -- ИРЛИ. Р. III. оп. 1, No 1154 л. 3, 9). В июне 1815 подает в отставку и последующие три года живет ) отца в Задонске, иногда наезжая в Москву в Петербург, гостит у своего дяди А. Бехтеева в имении Дубки Владимир. губ. К этому времени, по свидетельству мемуариста, встречавшегося с ним в Дубках ("... светлый блондин... одевался он крайне неряшливо..., но в глазах его видна была светлая мысль"), в "даровитом, не несчастном" М. "сильно развилась несчастная страсть излишнего служения Вакху" (Гольц-Миллер, с. 142--43). Сам М. эту слабость и любовь к дружескому застолью сделал темой не предназнач. для печати шутливых стих. т. н. "Зеленой книге" (см. ниже), а литераторы-современники -- предметом целого ряда анекдотов (М. А. Дмитриев, Вяземский, Хвостов; см.: Вигель).

В июле 1818 М. возвращается в Петербург с намерением издать сб стих., вновь пытается служить -- вначале при А. И. Тургеневе в деп. Мин-ва просвещения, затем в Провиантском деп. Воен. мин-ва. В нач 1819 вышел единств. прижизненный сб. М. (разрешен цензурой в окт 1818) "Сатиры, послания и др. мелкие стихотворения" (СПб.). Поэт полон новых творч. замыслов, но подорванное здоровье резко ухудшается, привычка к спиртному переходит в болезнь, учащаются эпилептич припадки, появляются признаки психич. расстройства. В 1820 в состоянии депрессии он покушался на самоубийство. Незадолго до смерти M. работал над комедией "Опекун-стихотворец" (отрывок опубл.: "Сатиры..."), поэмой "Сотворение мира: (не сохр.), по свидетельству друзей лучшим его произв. -- "Что такое "Сотворение мира?"" -- интересовался А. С. Пушкин в письме брат 27 июля 1821.

Лит. позиция М. была своеобразной: он обладал способностью с равной уверенностью работать в жанра "легкой поэзии", "унылой элегии" и сатиры. Опыты М. в сфере "легкой поэзии" параллельны батюшковским: "Блаженство. Подражание Парни", "П. А. Никольскому ("Мне явился светлый гений" ("Цветник", 1810, No 11, 12); о популярности свидетельствуют подражания -- ср. стих. М. "Весна Тибулла". "К Неере" (оба 1812). "К другу. О наслаждении в жизни" (1810) со стих. К. Ф. Рылеева "Тоска". "К Делии", "К другу" (Маслов В. И., Лит. деятельность К. Ф. Рылеева, К.. 1912. с. 122--23. 137--38). "Унылые элегии" М. воспринимались современниками как классич. образцы жанра.

Пушкин включил в предсмертные стихи Ленского ("Куда, куда вы удалились Весны моей златые дни?") реминисценции из элегий М. "Падение листьев" (ВЕ, 1812, No 3 -- вольный пер. из Ш. Мильвуа) и "Бедный поэт" (в 1-й публ. "Несчастный поэт" -- СО. 1816. No 31 -- вольный пер. стих. Н. Жильбера). принесшей М. имя "русского Жильбера" ("О, дней моих весна! Куда сокрылась ты?... Кто знает, что судьба в грядущем нам готовит?"). В "разборе" последнего стих. О. М. Сомов отмечал: "Милонов был переводчик-творец: он брал в своем авторе то, что близко было к его сердцу, дополнял собственными мыслями" ("Благ.". 1821. N; 23/24. с. 249). "Бедного поэта" М. в известной степени превратил в поэтнч. декларацию об обществ, назначении поэта, сто трагич. судьбе: "Я гражданин, за жизнь я обществу плачу": "Что может выше быть поэтов достоянья? / Они бессмертие согражданам дают". Е. А. Баратынский, переводя Мильвуа (в одноим. элегии), опирался не только на оригинал, но и на текст М.: в 1819 "Падение листьев" было переведено на нем. яз. ("Благ.". 1819, No 14).

Элегии М. ["К***" ("Я б счастлив был, когда б, гоним своей судьбою") -- "Цветник", 1810, No 10; "Уныние" -- ВЕ, 1811, No 19; "Ночь на могиле друга", 1816; опубл. 1961] порой конкурировали с элегиями Жуковского. Нередко он соревновался с ним и в мастерстве творч. перевода; сопоставление переводов "Идеалов" Ф. Шиллера -- стих. М. "К юности" и "Мечты" Жуковского (оба 1812) -- породило исследоват. традицию (см.: Кн<яжеви>ч В. (М.), Разбор двух стих., переложенных из Шиллера В. А. Жуковским и М., -- "Благ.", 1821, No 23/24, с. 217--45; Данилевский; ср.: Вацуро. 1994. гл. 7).

Наиболее известны были все же сатиры М. Как и в элегии, он не реформировал жанра "высокой сатиры", но удачно использовал его возможности. Сатиры М., как и вообще его поэтич. язык, отличаются афористичностью: "Наемная хвала -- бесчестия венец", "Судить не мудрено -- примером трудно быть", "Тот мертвый человек, кто в обществе не славен", "Здесь пишет не поэт -- здесь плачет гражданин" (ср. позднейшее рылеевское: "Я не поэт, а гражданин"). Гражданственность и сатирич. пафос М. питались глубокой демократичностью ("Я ваши петь хочу полезные труды, / В них жизнь почиет царств, богатство и свобода" -- из "Послания к земледельцам" -- "Цветник", 1810. No 10). В лучших своих сатирах "К Рубеллию. (Сатира Персиева)" (там же) и "Отрывок из Сатиры Луциллия против его века" (там же, 1810. No 9) М. выступает как прямой предшественник поэтов-декабристов.

Первая из них послужила образцом для сатиры Рылеева "К временщику. Подражание Персиевой сатире "К Рубеллию"", считавшего М. "бичом пороков" (ПСС, М.--Л., 1934, с. 105 -- стих. "Пустыня"). Ложная ссылка на рим. сатирика Персия должна была "усыпить" бдительность цензуры, усилить обобщающий смысл обличения. Против деспотизма, "умов порабошенья" выступает М. в "Отрывке нз Сатиры Луциллия...". В рисуемых здесь картинах общества, где -- "суды суть торжища, судьи -- враги закона", где знатный род возводит "надменного глупца в священный сан вождя", а оратаи "среди трудов без силы, без надежд, с отчаяньем в боренье",-- ощутимы образы радищевского "Путешествия..." (см. просьбу М. к Грамматину в письме от 6 окт. 1810: "О Радищеве [т. е. его "Путешествии..." -- Б. У.] похлопочи перепискою: много меня одолжишь" -- изд. 1983, с. 279).

Сочетание в творчестве одного поэта лирики и сатиры (свойств. и др. поэтам нач. 19 в.) казалось современникам преимуществ, особенностью М. (см., напр., рец. на "Сатиры..." П. А. Плетнева -- "Тр. ВОЛРС", 1822, кн. 1; А. А. Бестужев -- о М.: "сильный в сатирах и чувствительный в элегиях" -- ПЗ, изд. А. Бестужевым и К. Рылеевым, М.--Л., 1960, с. 23; см.также: Волкова, с. 23). Впоследствии В. Г. Белинский, называя М. "замечательным сатириком", причислил его и к "истинным поэтам" (I, 64; VII, 129). П. А. Вяземский сравнивал М. с Г. Р. Державиным (см.: Батюшков, 111, 153), к-рый подал пример такого соединения и к-рый занимал важнейшее место в лит. пантеоне М. Близость к державинской традиции -- сатира, исполненная лирич. одушевления, -- обнаруживается в стих. "На кончину Державина" (1816; впервые опубл.: "Сатиры..."), в оде "Выздоровление" (ВЕ. 1813, No 23/24) (реминисценции из "Властителям и судиям" Державина).

Во 2-й пол. 1810-х гг. М. предпринимает попытки с большей ясностью определить свои лит. предпочтения. В 1818, отказываясь от соперничества с Жуковским и уступая ему элегич. темы, он заявляет в послании к нему: "Итак, останемся мы каждый при своем -- С галиматьею ты. а я с парнасским жалом; / Зовись ты Шиллером, зовусь я Ювеналом" ("Жуковский, не забудь Милонова ты вечно...", 1818; опубл. 1959).

Мн. произв. М. писались в разгар борьбы между щишковистами и карамзинистами, позиции к-рых не отвергались, но и не разделялись поэтом, искавшим своего пути. В нач. 1812 он сближается с "Беседой любителей рус. слова", нередко присутствует на ее заседаниях (см.: "Арзамас", кн. 1, с. 542--43), одновременно поддерживая тесные отношения со мн. арзамасцамк. В стих. "Сопоклонник Аполлона..." (1812; опубл. 1959) -- ответе на хвалебное послание Вяземского, он иронически отзывался о "докучливой Беседе". В сатирах же "К Луказню" (СПбВест, 1812, No 1). "К моему рассудку" ("Пантеон", 1815, кн. 12) сатирически характеризуются как члены "Беседы...", так и видные карамзинисты, участники "Арзамаса" -- Дашков, однокашник и некогда приятель М., и В. Л. Пушкин. Дашков ответил на это речью в "Арзамасе" (29 окт. 1815), где назвал М. "милым певцом Беседы" ("Арзамас", кн. 1, с. 280), отмечая тем самым двойственность его лит. позиции. Свою независимость М. проявлял и в ВОЛСНХ, где он прибегал к различного рода демаршам и мистификациям (чтение в июле 1812 в Об-ве "под его именем: "Светлана, русская баллада"", к-рая, как сам он после объявил, сочинена г. Жуковским, его выход нз Об-ва в том же году с последующим возвращением в него в 1813 и т. д. -- НБ СПб. ун-та, архив ВОЛСНХ, п. 204. л. 202--13). В 1818 снова становится активным членом Об-ва.

Сб-к стих. 1819 включал лишь часть написанного М. Многие его произв. оставались рассеянными в журналах и альманахах. Помимо названных, он печатался в "Чтениях в Беседе...", "Соревнователе", "Укр. вестнике" и др. Немало стих, осталось в рукописях, в большинстве утраченных. По утверждению современника, "лучшие произв. М., вероятно, пропадут для света, потому что ... они состояли из импровизации" (Завалишин Д. И., Отрывки из записок. -- "Др. и новая Россия", 1879, т. 1, No 2, с. 154). Сохранившиеся рукописи свидетельствуют о крепнувшем таланте М., доказательством чего является ряд его поздних дружеских посланий: "Моему почтенному дядюшке ..." (1817; опубл. 1923), "Послание в Вену к друзьям" (1818; опубл. как воейковское в "Совр.", 1859, No 1; опровержение см.: СП, 1859, 16 марта -- письмо Д. М. Княжевича Н. И. Гречу), "Послание ... к Н. Р. Политковскому" (1818; опубл. 1959) и др.

Особый интерес представляют шутливо-фамильярные, лирико-иронические стих. М. из "Зеленой книга" -- своеобразного рукоп. альманаха дружеского кружка М. и братьев Политковских (см. П. С. Политковский), просуществовавшего, судя по дошедшим спискам, с 1811 по 1820. В таких стихах, как "На вздорожание рома до восьми рублей бутылка", "К Н. Р. Политковскому. Послание поздравительно-просительное, по случаю всерадостного бракосочетания, от сожителей, испуганных перемещением на новое и неизвестное жилище" и др. (опубл. 1971 -- в сб.: Поэты 1790--1810) ощутимо размывание границ между "низкими" и "высокими" жанрами, вторжение быта в лит-ру, а лит-ры -- в повседневный быт. С особой наглядностью это проявляется в новонайденных списках стих. М. из "Зеленой книга" ("Ответное послание к П. С. Политковском)", "Протекши мыслию грядущи времена..." (опубл. 1985 -- в кн.: "Памятники культуры").

"Зеленая книга", очевидно, мыслилась М. как поле для эксперимента. Осуществленные там поэтнч. открытия М. нашли выражение и в нек-рых стих., предназначенных дпя печати, -- "К сестре моей" (1812) и "Договор со смертью" (1816), где философичность сочетается с бытовой достоверностью, остраненность сюжета -- с естественностью интонации, разговорностью языка. В целом на творчестве М. лежит печать трагич. незавершенности.

Изд.: Речь и стихи, читанные в собрании любителей отеч. словесности.... М., 1808: Соч.. СПб.. 1849: Карамзин и поэты его времени. (Л.]. 1936: Поэты-сатирики: Поэты нач. XIX в.. Л.. 1961: Поэты 1790--1810: Марин С. Н., Милонов М. В., Стих. Драм. произв., сцены и отрывки. Письма. В., 1983 (изд. подготовлено Б. Т. Удодовым): Памятники культуры. 1983, Л., 1985: Франц. элегия XVIII--XIX вв. в пер. поэтов пушкинской поры. М., 1989.

Лит.: "Благ.". 1821. No 23/24. с. 201--93 (номер посвящен памяти М.: статьи и стих. А. М., В. М. и Д. М. Княжевичей. О. М. Сомова, В. И. Панаева, А. Е. Измайлова и др.): Вяземский (ук.); Батюшков. III (ук.): Вигель (ук.): Дмитриев (ук.): Хвостов Д. И., Записки о словесности. -- ЛА. |в.] I. М.--Л., 1938. с. 363, 367...385: Белинский (ук.): Добролюбов (ук.); (Лонгннов М. Н.). Соч. Нахимова. М. и Судовшикова. -- "Совр.". 1849. No 11; его же, Мат-лы для ПСС М. -- РА. 1864. кн. 1: Колбасин Е., Лит. деятели прежнего времени. СПб., 1859. с. 291; Гольц-Миллер Н., Восп. о М. -- PC, 1896, No 1: Колюпанов Н., Биография А. И. Кошелева, т. I. кн. 1. М., 1889, с. 540; т. 1? кн. 2, с. 306--307: Розанов И. Н., Рус. лирика. От поэзии безличной -- к исповеди сердца. М., 1914. с. 361--69: Удодов Б. Т., М. В. Милонов. -- В кн.: Очерки лит. жизни Воронеж. края. В., 1970; Данилевский Р. Ю., Шиллер и становление рус. романтизма. -- В кн.: Ранние романтич. веяния. Л., 1972 (ук.): Топорков А. Л., Неизд. стих. М. -- В кн.: Памятники культуры. 1983. Л., 1985; Волкова О. О., Жизнь и творчество М., М., 1993 (дипломная работа, кафедра истории рус. лит-ры МГУ); Вацуро В. Э., Лирика пушкинской поры. "Элегическая школа". СПб., 1994 (ук.): "Арзамас", кн. 1--2. М., 1994 (ук.). + Некролог: "Благ.". 1821. No 17/18 "А. Е.) Измайлов". Брокгауз: Венгеров. Источ.; Мезьер: БСЭ; КЛЭ; Черейский: Муратова (1); Рус. писатели. М., 1971 (ст. Ю. М. Лотмана); Рус. писатели. 1990; Масанов.

Архивы: РНБ. ф. 833 (биогр. мат-лы: аттестаты, ф. с. и др. док-ты, 1808--21 гг.): ф. 197 (Н. И. Гнедича) -- письмо Гнедичу, без даты: РГБ, ф. 398: РГАЛИ. ф. 195, 1336: ИРЛИ, ф. 357, оп. 2, No 2 (стих.); ф. 590, No 113 (письмо Н. И. Гречу); ф. 93, Собр. П. Я. Дашкова, оп. 4, No 15 (письмо Н. И. Гнедичу): ф. 377 (библ. сведения -- в 1-м собрании. No 1869): ф. 265, No 3697 (заметка В. А. Долгорукова об эпиграмме М., приписываемой А. Ф. Воейкову [справка Н. А. Прозоровой]; НБ СПб. ун-та (архив ВОЛСНХ, п. 54, 204, No 3, 4, п. 187. No 22. п. 199, п. 249 -- содержат стих., не вошедшие в сб. "Сатиры", упоминания о неопубл. стихах) [справка А. Лейбовой].


Б. Т. Удодов.


Русские писатели. 1800--1917. Биографический словарь. Том 4. М., "Большая Российская энциклопедия", 1999