# Борис Зайцев. Улица св. Николая. Рассказы 1918-1921

Константин Васильевич Мочульский

Зайцев Б. К. Собрание сочинений. Т. 10 (доп.).

Письма 1901--1922 гг. Статьи. Рецензии.

М.: Русская книга, 2001.


## Константин Мочульский


## БОРИС ЗАЙЦЕВ. УЛИЦА СВ. НИКОЛАЯ. РАССКАЗЫ 1918--1921


Рассказы о "годах вихрей и трагедий"; но вихри эти -- пожары, братоубийство, людоедство -- как черный бархат рамы. А картина -- тихий и светлый пейзаж. Душа художника невозмутима, "не зашелохнет, не прогремит".

"Как будто нет той жизни -- страшной и безжалостной, где мы живем"... "Так тихо, так все благозвучно, светло и мирно". "Душа эфирная" не хочет "жизни, как она есть". Стоны пухнущих от голода, крики расстреливаемых, неистовые звуки революции должны быть заглушены "торжествующей песнью души". Автор рассказывает о крестьянской сходке. Он тоже заседает со своими "гражданами". Но "меж нами -- пропасть. В разные стороны мы глядим, разно живом, разно чувствуем. Я для них слишком чудной, они для меня -- слишком жизнь". И глава заканчивается решительно: "Жизнь, как она есть -- долой".

Не станем же удивляться, что вместо Дантова Ада перед нами: "Уединение Воклюза, Сорга, жизнь Петрарки. Отдаленные прогулки по холмам в Провансе". Как несущественна фабула для поэта-лирика -- и как чужда ему действительность! Разве можно упрекнуть Зайцева за то, что грохот войны и революций не мешает ему петь, что очарованный песнью, он томно закрывает глаза на "грубую жизнь"? Ведь и Петрарка жил среди междоусобий -- а разве вид крови отвлекал его от "звуков сладких"?

У Б. Зайцева лирический строй души проявлен еще выразительнее: он преодолевает и форму (проза, бытовой рассказ) и фабулу. Трагедия до конца переплавлена в лирику. Мрачное, чудовищное, кровавое скрыто под "светлой дымкой сентябрьской" -- и нежнейшими красками переливается ландшафт. Как неожиданен колорит Лоррена в зловещей Московии -- как удивительны эти соловьиные трели в выжженных лесах России двадцатого года!

Лирические рассказы Зайцева построены на этом -- едва ли сознательном -- контрасте между "вихрем" ненавистной жизни и неподвижном светом души. Единая тема -- романтически-мечтательная, "некровно" -- зыбкая, -- развивается вопреки сюжету. Вот стихотворение в прозе о Москве, вот элегия об уединении, вот песня о душе... убогий быт, со стояниями в очереди, с пайками, примусом и ценами на молоко -- все это страшная сказка, рассказанная няней. Добрейшие старики-романтики любили поговорить о кладбищах и привидениях. Романтик Зайцев немного подновляет прием, заменяя призраки "вспухающими детьми" и "людоедами". Это только усиливает кротко-умиленное состояние "прекрасной души".


## КОММЕНТАРИИ


Улица св. Николая. Впервые -- в газ. "Звено". 1924. 31 марта No 61. Печ. по изд.: Мочульский К. Кризис воображения: Статьи. Эссе. Портреты. Томск: Водолей, 1999. Константин Васильевич Мочульский (1892--1948) -- историк литературы, критик, эссеист; автор монографии "Духовный путь Гоголя" (Париж, 1934), "Владимир Соловьев: Жизнь и учение" (Париж, 1936), "Достоевский: Жизнь и творчество" (Париж, 1947), "Андрей Белый" (с предисловием Зайцева; Париж, 19SS), "Валерий Брюсов" (Париж, 1962). Автор очерка-портрета "Б. К. Зайцев" (1926) и рецензии о его первом романе из тетралогии "Путешествие Глеба" -- "Заря" (1937).