# Ревность Барбулье

Жан-Батист Мольер

(La Jalousie du Barbouillé).

Комед╕я въ 1 дѣйств╕и.

Перевод Юрия Веселовского.

ПОЛНОЕ СОБРАНІЕ СОЧИНЕНІЙ МОЛЬЕРА


РЕДАКЦІЯ П. И. ВЕЙНБЕРГА и П. В. БЫКОВА


СЪ КРИТИКО-БІОГРАФИЧЕСКИМЪ ОЧЕРКОМЪ E. И АНИЧКОВА. ПРЕДИСЛОВІЯМИ ВЪ ПЕРЕВОДЪ Ю. А. ВЕСЕЛОВСКАГО. ПРИМѢЧАНІЯМИ П. И. ВЕЙНБЕРГА И П. В. БЫКОВА И ПОРТРЕТОМЪ МОЛЬЕРА


ТОМЪ ПЕРВЫЙ


ИЗДАНІЕ T-ВА. Ф. МАРКСЪ, ВЪ С.-ПЕТЕРБУРГѢ. 1913.


Приложеніе къ журналу "Нива" на 1913 г.


## РЕВНОСТЬ БАРБУЛЬЕ.


(La Jalousie du Barbouillé).


Комедія въ 1 дѣйствіи.


Переводъ Ю. А. Веселовскаго.


"Ревность Барбулье", какъ и "Летающій докторъ" -- одинъ изъ тѣхъ фарсовъ въ итальянскомъ жанрѣ, которые составляли репертуаръ странствующей труппы Мольера. Эти двѣ небольшія пьесы, снова найденныя и напечатанныя въ одно и то же время, являются среди первыхъ опытовъ Мольера единственными, подлинность которыхъ доказана, почему онѣ и включены почти во всѣ изданія сочиненій Мольера.

"Влюбленный докторъ" поставленный нѣсколько лѣтъ тому назадъ на сценѣ Одеона, вызвалъ очень оживленную полемику; изъ этой полемики, какъ намъ кажется, можно было заключить, что эта пьеса, въ сущности, является только очень удачной подѣлкой. Мы теперь знаемъ о ней достовѣрнаго только то, что эта шутка была разыграна 24 октября 1658 г. въ старомъ Луврѣ, въ Залѣ Стражи, передъ единственнымъ братомъ короля, и что она вызвала у публики такой единодушный смѣхъ, что труппа Мольера, разыгрывавшая ее, удостоилась чести называться отнынѣ "Труппой брата его величества".

Рукописи пьесъ "Летающій докторъ" и "Ревность Барбулье" попали въ руки Жана-Батиста Руссо, который отослалъ ихъ Шовелэну для изданія 1734 г.,хотя онѣ не были напечатаны въ это время.

Если пьеса "Ревность Барбулье" и недостойна того таланта, который развился у Мольера позднѣе, все же она интересна, какъ ранній опытъ даровитѣйшаго человѣка, а также и потому, что въ ней, какъ и въ "Летающемъ докторѣ", мы находимъ нѣкоторыя общія черты съ "Лѣкаремъ поневолѣ" и "Жоржемъ Данденомъ".

Кромѣ "Влюбленнаго доктора" извѣстны еще, изъ числа фарсовъ Мольера, не дошедшихъ до насъ, пьесы: "Три доктора-соперника" и "Школьный учитель". Кромѣ того, ему приписываютъ, слѣдуя записямъ его труппы, семь другихъ шутокъ: вотъ, по мнѣнію Ташеро, названіи и даты представленій этихъ пьесъ:

18 мая 1659 г. "Гро-Рене ученикъ".

18 іюня 1660 г. "Докторъ-педантъ".

31 января 1661 г. "Горжибюсъ въ мѣшкѣ".

14 сентября 1661 г. "Глупый болтунъ".

15 апрѣля 1663 г. "Ревность Гро-Рене".

17 января 1664 г. "Сынъ -- такой же дуракъ, какъ и отецъ".

25 мая 1664 г. "Накидка".

"Очевидно,-- говоритъ Ташеро:-- что пьеса "Глупый болтунъ", или "Докторъ въ шутку", служила подготовительной работой для пьесы "Лѣкарь поневолѣ", -- Мольеръ самъ часто называлъ эту послѣднюю пьесу "Глупымъ болтуномъ"; "Горжибюсъ въ мѣшкѣ" напоминаетъ одну изъ сценъ въ "Плутняхъ Скапена", а пьеса "Сынъ -- такой же дуракъ, какъ и отецъ" могла служить наброскомъ къ комическому портрету Ѳомы Діафуаруса.


ДѢЙСТВУЮЩІЯ ЛИЦА:


Барбулье, мужъ Анжелики.

Докторъ.

Анжелика, дочь Горжибюса.

Валеръ, влюбленный въ Анжелику.

Като, служанка Анжелики.

Горжибюсъ, отецъ Анжелики.

Вильбрекэнъ.

Ла-Валлэ.


СЦЕНА I.


Барбулье (одинъ), Нужно сознаться, что я -- несчастнѣйшій изъ всѣхъ людей! У меня есть жена, которая доводить меня до бѣшенства: вмѣсто того, чтобы доставлять мнѣ облегченіе и дѣлать все согласно моимъ желаніямъ, она двадцать разъ въ день заставляетъ меня проклинать судьбу; вмѣсто того, чтобы сидѣть дома, она любитъ прогулки, вкусную пищу и посѣщаетъ Вотъ вѣсть какихъ людей. Ахъ, бѣдный Барбулье! какъ ты несчастенъ!.. Нужно однако ее наказать. Не убить ли ее? Нѣтъ, эта мысль ничего по стоитъ,-- вѣдь за это тебя повѣсятъ!. Если засадить ее въ тюрьму, эта стерва выйдетъ оттуда съ помощью своей отмычки! Что же тогда дѣлать, чортъ возьми? Но вотъ идетъ господинъ докторъ; попрошу-ка я у него добраго совѣта насчетъ того, какъ мнѣ поступить!


СЦЕНА II.


Докторъ, Барбулье.


Барбулье. Я шелъ къ вамъ, чтобы попросить васъ относительно одного дѣла, которое для меня очень важно...

Докторъ. Ты, очевидно, большой неучъ, большой грубіянъ и очень плохо вышколенъ, мой другъ, если ты обращаешься ко мнѣ, не снявъ шляпы, не соблюдая rationem loci, temporis et personae1) Какъ! начинать прямо съ плохо переваренной рѣчи, вмѣсто того, чтобы сказать: Salve, vel salvus sis, Doctor doctorum eruditissime 2)? За кого же ты принимаешь меня, пріятель?

Барбулье. Ну, извините, у меня умъ за разумъ зашелъ,-- я не думалъ о томъ, что дѣлаю; но мнѣ -хорошо извѣстно, что вы -- галантный человѣкъ.

Докторъ. А знаешь ли ты, откуда происходитъ выраженіе: галантный человѣкъ?

Барбулье. Происходитъ оно изъ Вильжюbфа или Обервилье, -- мнѣ все равно!

Докторъ. Знай же, что галантный человѣкъ происходитъ отъ элегантный: если ты возьмешь буквы г и а изъ предпослѣдняго слога, получится га; затѣмъ, если ты возьмешь еще л, прибавишь къ нему а и всѣ послѣднія буквы, получится галантный, а если прибавить еще человѣкъ, выйдетъ галантный человѣкъ. Но все-таки -- за кого ты принимаешь меня?

Барбулье. Я принимаю васъ за доктора. Ну, поговоримъ же немножко о томъ дѣлѣ, которое я хотѣлъ вамъ предложить. Нужно вамъ сказать...

Докторъ. Знай прежде всего, что я не только просто докторъ, по докторъ однажды, дважды, трижды, четырежды, пять разъ, шесть разъ, семь, восемь, девять и десять разъ. Во-первыхъ: такъ какъ единица есть базисъ, основа и первое изъ всѣхъ чиселъ, то я первый изъ всѣхъ докторовъ, ученѣйшій изъ ученыхъ. Во-вторыхъ: такъ какъ есть двѣ способности, необходимыя для полнаго познанія всѣхъ предметовъ: смыслъ и пониманіе, а я весь -- смыслъ и пониманіе, Значитъ, я -- удвоенный докторъ.

Барбулье. Согласенъ. Дѣло въ томъ, что...

Докторъ. Въ-третьихъ: такъ какъ число три, согласно Аристотелю, есть? число совершенства, а я -- совершенство, и всѣ мои творенія -- также совершенны, слѣдовательно я -- докторъ утроенный.

Барбулье. Ну, такъ вотъ, господинъ докторъ...

Докторъ. Въ-четвертыхъ: такъ какъ философія распадается на четыре части: логику, мораль, физику и метафизику, и я владѣю всѣми четырьмя и основательно изучилъ ихъ, то я учетверенный докторъ.

Барбулье. Да, чортъ возьми, я въ этомъ не сомнѣваюсь! Выслушайте же меня...

Докторъ. Въ-пятыхъ: такъ какъ существуетъ пять универсальныхъ свойствъ: родъ, видъ, различіе, сущность и случайность, безъ знанія которыхъ невозможно ни одно хорошее разсужденіе, и Такъ какъ я употребляю ихъ съ успѣхомъ и мнѣ извѣстна ихъ польза, то я докторъ упятеренный!

Барбулье. Нужно мнѣ запастись терпѣніемъ!

Докторъ. Въ-шестыхъ: такъ-какъ число шесть есть число труда, и такъ какъ я неустанно тружусь для своей славы, то я -- докторъ ушестеренный? Барбулье. Ну, говори себѣ, сколько хочешь!

Докторъ. Въ-седьмыхъ: такъ какъ число семь есть число блаженства, а я прекрасно знаю все, что можетъ сдѣлать счастливимъ, и самъ счастливъ, благодаря моимъ талантамъ, то чувствую себя обязаннымъ сказать о себѣ: О ter quaterque beatum 3). Въ-восьмыхъ: такъ какъ число восемь есть число справедливости, вслѣдствіе того равенства частей, которое въ немъ встрѣчается, то справедливость и благоразуміе, съ которыми я измѣряю и взвѣшиваю всѣ мои поступки, дѣлаютъ меня восемь разъ докторомъ. Въ-девятыхъ: потому, что существуетъ девять музъ, и я одинаково любимъ всѣми ими,-- въ-десятыхъ: такъ какъ нельзя перейти черезъ число десять, не повторивъ всѣхъ другихъ, и оно является универсальнымъ числомъ, поэтому, когда меня нашли, то нашли универсальнаго доктора: я заключаю въ себѣ всѣхъ, другихъ докторовъ! Такимъ образомъ ты видишь, на основаніи правдоподобныхъ, наглядныхъ и убѣдительныхъ доводовъ, что я однажды, дважды, трижды, четырежды, пять разъ, шесть разъ, семь, восемь, девять и десять разъ докторъ...

Барбулье. Чортъ побери! что же это такое? Я думалъ, что встрѣчу ученаго человѣка, который дастъ мнѣ хорошій совѣтъ, -- и нахожу какого-то трубочиста, который, вмѣсто того, чтобы говорить, забавляется тѣмъ, что загибаетъ одинъ палецъ за другимъ... Разъ, два, три, четыре... Да вѣдь дѣло тутъ совсѣмъ не въ томъ: я прошу васъ выслушать меня, и повѣрьте, что я не такой человѣкъ, чтобы заставить васъ, даромъ потерять свой трудъ, и что, если вы хорошо исполните; то, чего я отъ васъ ожидаю, я вамъ дамъ все, чего вы только, пожелаете; если хотите -- денегъ!

Докторъ. Что? денегъ?

Барбулье. Да, денегъ и всего другого, чего вы попросите.

Докторъ (подбирая сзади свою одежду). Значитъ, ты принимаешь меня за человѣка, для котораго деньги -- все, за человѣка, гоняющагося за выгодой, за продажную душу? Знай же, мой другъ, что дай мнѣ кошелекъ, наполненный пистолями, и находись этотъ кошелекъ въ богатомъ ящичкѣ, этотъ ящичекъ въ драгоцѣнномъ футлярѣ, этотъ футляръ въ чудномъ сундучкѣ, этотъ сундучокъ въ замѣчательномъ шкапчикѣ, этотъ шкапчикъ въ великолѣпной комнатѣ, эта комната въ: пріятномъ помѣщеніи, это помѣщеніе въ роскошномъ замкѣ, этотъ замокъ въ несравненной: крѣпости, эта крѣпость въ знаменитомъ городѣ, этотъ городъ на плодоносномъ островѣ, этотъ островъ въ богатой провинціи, эта провинція въ процвѣтающей монархіи, эта монархія во всемъ свѣтѣ, -- то и тогда весь свѣтъ, гдѣ находилась бы эта процвѣтающая монархія, эта богатая провинція, этотъ плодоносный островъ, этотъ знаменитый городъ, эта несравненная крѣпость, этотъ роскошный: замокъ, это прекрасное помѣщеніе, эта великолѣпная комната, этотъ замѣчательный шкапчикъ, этотъ чудный сундучокъ, этотъ драгоцѣнный футляръ, этотъ богатый ящичекъ, въ которомъ былъ бы запертъ кошелекъ, наполненный пистолями, меня интересовали бы такъ же мало, какъ твои деньги и ты самъ! (Уходитъ).

Барбулье. Ну, видно, я ошибся; судя по тому, что онъ одѣтъ по-докторски, я подумалъ, что нужно съ нимъ завести рѣчь о деньгахъ; по, разъ онъ не хочетъ ихъ, нѣтъ ничего легче, какъ исполнить его желаніе! Побѣгу за нимъ! (Уходить).


СЦЕНА III.


Анжелика, Валетъ, Като.


Анжелика. Увѣряю васъ, сударь, что я вамъ очень признательна за то, что вы проводите иногда время въ моемъ обществѣ; мой мужъ такъ неуклюжъ, такой развратникъ, такой пьяница, что для меня быть съ нимъ -- настоящее мученіе, и я предоставляю вамъ судить, какое удовольствіе можетъ доставить такой мужикъ.

Валеръ. Сударыня, вы оказываете мнѣ слишкомъ большую честь, изъявляя гововность терпѣть меня возлѣ себя. Я обѣщаю вамъ содѣйствовать, по мѣрѣ моихъ силъ, вашему раз влеченію; и такъ какъ вы говорите, что мое общество не непріятно вамъ, то докажу вамъ моею услужливостью, насколько меня радуетъ добрая вѣсть, сообщенная вами.

Като. Тише! заговорите о чемъ-нибудь другомъ! Вотъ онъ самъ идетъ; отъ него, какъ всегда, добра не жди!


СЦЕНА IV.


Барбулье, Валеръ, Анжелика, Като.


Валеръ. Сударыня, я въ отчаяніи, что мнѣ пришлось принести вамъ такія печальныя вѣсти; но вы все равно узнали бы ихъ отъ кого-нибудь другого; и такъ какъ вашъ братъ очень боленъ...

Анжелика. Перестаньте извиняться... я вамъ очень обязана и благодарю васъ за трудъ, который вы на себя взяли.

Барбулье. Ну вэтъ, и не обращаясь къ нотаріусу, я уже имѣю удостовѣреніе въ томъ, что стазъ рогоносцемъ... Ага, госпожа подлянка! Я васъ застаю съ мужчиной, послѣ всѣхъ моихъ запрещеній, и вы хотите меня перевести отъ созвѣздія Близнецовъ къ созвѣздію Козерога!..

Анжелика. Ну, изъ-за чего тутъ ругаться? Этотъ господинъ только-что сообщилъ мнѣ, что мой братъ тяжело боленъ. Гдѣ же тутъ поводъ къ ссорѣ?

Като. Вотъ онъ и явился! Леня бы очень удивило, если бы мы долго пользовались покоемъ!

Барбулье. Право, вы все больше и больше портитесь, госпожа подлянка; ты, Като, развращаешь мою жену; съ тѣхъ поръ, какъ ты ей служишь, она и наполовину не стоитъ того, чего стоила раньше!

Като. Да вы просто смѣетесь надъ нами!

Анжелика. Брось ты этого пьяницу; развѣ ты не видишь, онъ такъ пьянъ, что самъ не знаетъ, что говоритъ.


СЦЕНА V.


Горжибюсъ, Вильбрекэнъ, Анжелика, Като, Барбулье.


Горжибюсъ. Опять, какъ вижу, моЦ проклятый зять бранитъ мою дочь?

Вильбрекэнъ. Надо узнать, въ чемъ дѣло.

Горжибюсъ. Да что жъ это? Вѣчныя ссоры? Неужели у васъ никогда по будетъ домашняго мира?!

Барбулье. Эта негодница называетъ меня пьяницей! Знаешь, мнѣ очень хотѣлось бы хорошенько оттузить тебя при твоихъ же родныхъ!

Горжибюсъ. Попробовали бы вы это сдѣлать!

Анжелика. Да вѣдь всегда онъ первый начинаетъ...

Като. Да будетъ проклятъ тотъ часъ, когда вы выбрали этого нищаго!

Вильбрекэнъ. Ну, замолчите же, довольно!


СЦЕНА VI.


Докторъ, Вильбрекэнъ, Горжибюсъ, Като, Анжелика, Барбулье.


Докторъ. Что это такое? Какой безпорядокъ! Какая ссора! Какой раздоръ! Какая суматоха! Какой шумъ! Какая распря! Какое смятеніе! Въ чемъ дѣло, господа? Въ чемъ дѣло? Въ чемъ дѣло? Посмотримъ, не существуетъ ли какого-нибудь способа помирить васъ! Да буду я вашимъ умиротворителемъ, да внесу въ вашъ домъ единеніе.

Горжибюсъ. Это мой зять и моя дочь поссорились.

Докторъ. А изъ-за чего? Разскажите же мнѣ, въ чемъ состоитъ причина ихъ раздора!

Горжибюсъ. Сударь...

Докторъ. Но только -- въ немногихъ словахъ!

Горжибюсъ. Вотъ что случилось...

Докторъ. Я не думаю, чтобы вы были человѣкомъ, способнымъ надолго задержать меня, разъ я прошу васъ этого же дѣлать. У меня есть нѣсколько спѣшныхъ дѣлъ, призывающихъ меня въ городъ, но, чтобы возстановить миръ въ вашей семьѣ, я охотно прерву свой путь на одну минуту.

Горжибюсъ. Я все окончу въ одно мгновеніе.

Докторъ. Будьте же кратки!

Горжибюсъ. Это будетъ сдѣлано безотлагательно.

Докторъ. Нужно признаться, господинъ Горжибюсъ, что умѣнье все сказать въ немногихъ словахъ -- прекрасное качество, и что большіе говоруны, вмѣсто того, чтобы заставить себя выслушать, всего чаще становятся настолько несносными, что никто ихъ не слушаетъ. Virtutem primnni esse pulo сотреscere linguam 4). Да, лучшее качество честнаго человѣка -- говорить мало.

Горжибюсъ. Такъ вотъ, нужно вамъ сказать...

Докторъ. Сократъ весьма старательно рекомендовалъ своимъ ученикамъ три вещи: сдержанность-въ поступкахъ, умѣренность въ ѣдѣ, изложеніе мысли въ немногихъ словахъ. Начинайте же, господинъ Горжибюсъ!

Горжибюсъ. Я именно это и хочу сдѣлать.

Докторъ. Въ немногихъ словахъ, безъ всякихъ церемоній, не доставляя себѣ удовольствія длинными рѣчами, и разомъ въ одной какой-нибудь апофтегмѣ,-- скорѣе, скорѣе, господинъ Горжибюсъ, поспѣшимъ, избѣгайте многословія.

Горжибьюсъ. Такъ, дайте же мнѣ говорить!

Докторъ. Господинъ Горжибюсъ, довольно, вы говорите слишкомъ много! Пусть кто-нибудь другой разскажетъ мнѣ о причинѣ этой ссоры!

Вильбрекэнъ. Господинъ докторъ, дѣло въ томъ, что...

Докторъ. Вы -- невѣжда, неучъ, человѣкъ, не знающій никакихъ добрыхъ правилъ, настоящій оселъ, говоря хорошимъ французскимъ языкомъ! Какъ! Вы начинаете повѣствованіе, не сказавъ ни одного слова въ видѣ вступленія?! Кто-нибудь другой пусть разскажетъ мнѣ объ этомъ раздорѣ. Сударыня, изложите вы мнѣ подробности этого столкновенія!

Анжелика. Видите вы этого толстаго плута, этотъ пузырь съ виномъ, который называется моимъ мужемъ?

Докторъ. Тише, прошу васъ! Говорите съ уваженіемъ о вашемъ супругѣ, разъ вы находитесь передъ лицомъ такого доктора, какъ я!

Анжелика. Докторъ! Скажите, пожалуйста! Да смѣюсь я надъ вами и надъ вашею ученостью! Я сама бываю докторомъ, когда захочу.

Докторъ. Ты бываешь докторомъ, когда захочешь? Любопытно! Я думаю, что ты очень забавный докторъ... Ты, повидимому, слѣдуешь только своему капризу; изъ частей рѣчи ты любишь только союзъ; изъ родовъ -- мужской; изъ падежей -- родительный падежъ; изъ синтаксиса -- mobile cum fixo; наконецъ, изъ стихотворныхъ размѣровъ ты любишь только дактиль, quia constat ex una longa et duabus brevibus 5). Hy, скажите же хоть вы мнѣ, въ чемъ состоитъ причина и основа вашего столкновенія?

Барбулье. Господинъ докторъ...

Докторъ. Хорошо начато: "Господинъ докторъ"! Это слово заключаетъ въ себѣ что-то пріятное для слуха, что-то полное торжественности: "Господинъ докторъ"!

Барбулье. По моей волъ...

Докторъ. Вотъ хорошее выраженіе; "По моей волѣ". Воля предполагаетъ желаніе, желаніе предполагаетъ средства для достиженіи своихъ цѣлей, цѣль предполагаетъ извѣстный объектъ... Хорошо сказано: "По моей волѣ".

Барбулье. Я взбѣшенъ!

Докторъ. Откиньте это выраженіе: взбѣшенъ; это -- грубое, простонародное выраженіе!

Барбулье. Да выслушайте же меня, ради Бога, господинъ докторъ!'...

Докторъ. Audi, quaeso 6),-- сказалъ бы Цицеронъ.

Барбулье. Э, пусть себѣ ломается, что угодно 7), для меня совершенно все-равно; но ты-выслушаешь меня, или я сейчасъ же разломаю твою докторскую рожу! Чортъ возьми,-- что же это такое?


Барбулье, Анжелика, Горжибюсъ, Като, Вильбрекэнъ говорятъ всѣ заразъ, желая изложить причину ссоры, въ то же время докторъ доказываетъ, что миръ -- прекрасная вещь; ихъ голоса сливаются въ неясный гулъ; во время этого шума Барбулье привязываетъ доктора за ногу и валитъ его на землю; докторъ долженъ упасть на спину; затѣмъ Барбулье тащитъ его за веревку, которую привязалъ къ его ногѣ; пока онъ его тащить, докторъ долженъ все время говорить, пересчитывая по пальцамъ свои доводы, какъ будто онъ не находился на полу.-- Оба исчезаютъ.


Горжибюсъ. Ну, дочь моя, или къ себѣ и живи хорошо со своимъ мужемъ!

Вильбрекэнъ. Прощайте, мое почтеніе! Доброй ночи!


(Вильбрекэнъ, Горжибюсъ и Анжелика уходятъ).


СЦЕНА VII.


Валеръ, Ла-Валлэ.


Валеръ. Я очень благодаренъ вамъ за трудъ, который вы на себя взяли, и обѣщаю вамъ отправиться по вашему назначенію.

Ла-Валлэ. Этого нельзя откладывать; и если вы опоздаете на четверть часа, балъ будетъ оконченъ,-- вамъ не посчастливится видѣть ту, которую вы любите, если вы не отправитесь тотчасъ же.

Валеръ. Пойдемъ же туда прямо отсюда.


(Уходитъ).


СЦЕНА VIII.


Анжелика (одна). Пока моего мужа нѣтъ дома, я зайду на балъ, который даетъ одна изъ моихъ сосѣдокъ. Я вернусь раньше его, такъ какъ онъ сидитъ гдѣ-нибудь въ кабакѣ: онъ не замѣтить, что я вышла изъ дому. Этотъ бездѣльникъ оставляетъ меня дома одну, точно я -- его собака.


(Уходитъ).


СЦЕНА IX.


Барбулье (одинъ). Я зналъ, что одержу верхъ надъ этимъ дьяволомъ-докторомъ и надъ его дрянною ученостью! Къ чорту этого невѣжду! Я повалилъ всю его натуру на землю. Пойду-ка я однако посмотрю, приготовила ли мнѣ наша добрая хозяйка поужинать! (Уходить).


СЦЕНА X.


Анжелика (одна). Какъ я несчастна! Я пришла слишкомъ поздно, вечеръ уже кончился: я явилась какъ разъ въ ту минуту, когда всѣ расходились! Все равно, -- пойду когда-нибудь въ другой разъ. Однако мнѣ нужно войти въ домъ какъ ни въ чемъ не бывало. Что это? Дверь заперта! Като! Като!


СЦЕНА XI.


Барбулье (въ окнѣ), Анжелика.


Барбулье. Като! Като! Ну, что же сдѣлала Като? И откуда возвращаетесь вы, госпожа подлянка, въ этотъ часъ и въ такую погоду?

Анжелика. Откуда я возвращаюсь? Открой мнѣ сначала дверь,-- я тебѣ послѣ скажу!

Барбулье. Какъ же, такъ и отворилъ! Можешь итти ночевать тамъ, откуда пришла, или, если предпочитаешь, на улицѣ: я не отворяю такой потаскушкѣ, какъ ты! Какъ, чортъ возьми! Быть одной въ такой часъ! Я не знаю, -- можетъ-быть, это мнѣ только представляется, но мой лобъ кажется мнѣ вдвое болѣе твердымъ, чѣмъ обыкновенно.

Анжелика. Что ты хочешь сказать словами: быть одной? Вѣдь ты бранишь меня, когда я бываю въ чьемъ-нибудь обществѣ,-- какъ же прикажешь мнѣ поступать?

Барвулье. Нужно сидѣть дома, распоряжаться насчетъ ужина, заботиться о хозяйствѣ, о дѣтяхъ. Впрочемъ, нечего тратить слова попусту; прощай, доброй ночи! Убирайся къ чорту и оставь меня въ покоѣ!

Анжелика. Ты не хочешь мнѣ отворить?

Барбулье. Нѣтъ, я не отворю!

Анжелика. Ну, мой бѣдный муженекъ, прошу тебя, отвори мнѣ, мое сокровище!

Барбулье. Ахъ, ты, крокодилъ! опасная змѣя! Ты меня ласкаешь, чтобы затѣмъ измѣнить мнѣ!

Анжелика. Открой же, открой!

Баініулье. Прощай! Vade retro, satanas 8)!

Анжелика. Какъ! Ты* дѣйствительно мнѣ но откроешь?!

Барбулье. Нѣтъ!

Анжелика. И ты не сжалишься надъ своею женой, которая тебя такъ любитъ?

Барбулье. Нѣтъ, я непреклоненъ: ты меня оскорбила, я мстителенъ, какъ всѣ черти, вмѣстѣ взятые, -- то-есть очень сильно; я неумолимъ!

Анжелика. По знаешь ли ты, что, если выведешь меня изъ терпѣнія и доведешь, до гнѣва, я сдѣлаю что-нибудь такое, въ чемъ ты будешь раскаиваться!

Барбулье. Что же такое ты сдѣлаешь, сука?

Анжелика. Если ты мнѣ не отворишь, я лишу себя жизни передъ дверью; мои родные, которые, прежде чѣмъ лечь спать, конечно, придутъ сюда, чтобы узнать, помирились ли мы, увидятъ меня мертвою, и ты будешь повѣшенъ.

Барбулье. Ха-ха-ха! вотъ животное! Да кто же изъ насъ двухъ при этомъ больше потеряетъ? Да нѣтъ, ты не такъ глупа, чтобы выкинуть такую штуку!

Анжелика. Ты, значитъ, этому не вѣришь? Ну, такъ вотъ, у меня ножъ готовъ, если ты мнѣ не отворишь, я тотчасъ же нанесу себѣ ударъ въ сердце.

Барбулье. Осторожно,-- онъ очень острый!

Анжелика. Такъ ты не хочешь мнѣ отворить?

Барбулье. Я тебѣ уже двадцать разъ сказалъ, что не отворю; убивай себя, околѣвай, убирайся къ чорту, -- мнѣ до этого нѣтъ дѣла!

Анжелика (дѣлая видъ, что наноситъ себѣ ударъ). Прощай же! Ахъ! я умерла!..

Барбулье. Неужели она будетъ настолько глупа, чтобы выкинуть такую штуку? Нужно мнѣ спуститься со свѣчой да посмотрѣть!

Анжелика. Я должна тебя поймать! Если мнѣ удастся искусно войти въ домъ, пока ты будешь меня искать, мы поквитаемся...

Барбулье. Ну, развѣ я не зналъ, что она не настолько глупа? Умерла -- а сама бѣжитъ, какъ сказочный копь! Но, признаться, она меня напугала! Счастье ея, что она убѣжала; найди я ее здѣсь живою послѣ того, какъ она нагнала на меня такой страхъ, я бы ей поставилъ клистиръ изъ пятишести пинковъ въ рожу, чтобы научить ее, какъ дѣлать глупости. Однако пойду я лечь. Ого! Кажется, что вѣтеръ захлопнулъ дверь! Эй, Като, Като! Отвори мнѣ!

Анжелика. Като! Като! Ну, что же сдѣлала Като? И откуда вы возвращаетесь, господинъ пьпница? Ну, теперь мои родители, которые, придутъ сію минуту, узнаютъ про тебя всю правду. Винный пузырь, негодяй, ты не вылѣзаешь изъ кабака и заставляешь бѣдную жену съ маленькими дѣтьми, не заботясь, не нужно ли имъ чего-нибудь, ждать тебя цѣлый день!

Барбулье. Отворяй скорѣй, чертовка, или я тебѣ размозжу голову!!


СЦЕНА XII.


Горжибюсъ, Вильбрекэнъ, Анжелика, Барбулье.


Горжибюсъ. Что это? Вѣчно -- споры, ссоры, разладъ!

Вильбрекэнъ. Какъ! Неужели вы никогда не будете жить мирно?

Анжелика. Да вы посмотрите только, -- вѣдь онъ пьянъ, возвращается въ такой поздній часъ и поднимаетъ ужасный шумъ; онъ угрожаетъ мнѣ!

Горжибюсъ. Это, конечно, неподходящій часъ для возвращенія домой! Развѣ вы не должны были бы, какъ примѣрный отецъ семейства, возвратиться рано и хорошо жить со своею женою?

Барбулье. Будь я проклятъ, если выходилъ изъ дому! Спросите лучше у этихъ господъ, которые сидятъ тамъ, въ партерѣ. Это она только-что вернулась... Ахъ, какъ невинность угнетена!..

Вильбрекэнъ. Ну, ну, довольно! Помиритесь же! Попросите у нея прощенія!

Барбулье. Я? прощенія?! Да я предпочелъ бы, чтобы ее чоргь побралъ! Я такъ разсерженъ, что самъ себя не помню!

Горжибюсъ. Ну, дочь моя, поцѣлуй своего мужа, и будьте добрыми друзьями!


СЦЕНА XIII.


Докторъ (въ окнѣ, въ ночномъ колпакѣ и рубашкѣ), Барбулье, Вильбрекэнъ, Горжибюсъ, Анжелика.


Докторъ. Что же это? Все попрежнему -- шумъ; безпорядокъ, разногласіе, ссоры, споры, распри, смятеніе, вѣчныя препирательства? Въ чемъ дѣло? Что случилось? Нѣтъ отъ васъ покоя!

Вильбрекэнъ. Ничего, господинъ докторъ: всѣ ужо пришли къ полному согласію!

Докторъ. Кстати о согласіи: хотите, я прочту вамъ главу изъ Аристотеля, гдѣ онъ доказываетъ, что всѣ части вселенной держатся только благодаря согласію, которое существуетъ между ними?

Вильбрекэнъ. А это будетъ очень, длинно?

Докторъ. Нѣтъ, совсѣмъ не длинно: около шестидесяти или восьмидесяти страницъ!

Вильбрекэнъ. Прощайте, доброй ночи! Благодаримъ васъ!

Горжибюсъ. Въ этомъ нѣтъ никакой нужды!

Докторъ. Не хотите?

Горжибюсъ. Нѣтъ!;

Докторъ. Если такъ, прощайте! Доброй ночи! latine -- bona пох!

Вильбрекэнъ. А мы -- пойдемте вмѣстѣ ужинать!


## Примѣчанія.


1) Латинская фраза. Значитъ: "единство мѣста, времени и лица?.

2) Тоже. Значитъ; "Здравствуй, или будь здоровъ, ученѣйшій докторъ докторовъ!"

3) Тоже. Значитъ: "О, трижды, четырежды блаженный!"

4) Тоже, Значитъ: "По моему мнѣнію, первая добродѣтель состоитъ въ обузданіи языка".

5) Тоже. Значитъ: "Ибо онъ (дактиль) состоитъ изъ одного долгаго и двухъ короткихъ",

6) Тоже. Значитъ: "Послушай, пожалуйста".

7) Въ подлинникѣ -- непереводимая игра словъ: Cicéron -- si se rompt, si se casse ou si se brise.

8 Латинская фраза. Значитъ: "Отыди, сатана!"