# Мечта

Ксения Алексеевна Морозова

## Ксения Алексеевна Морозова


## Мечта


Далеко-далеко, в неведомых, чудесных краях широко и привольно раскинулось царство могущественной волшебницы Фантазии. Владения этой прекрасной царицы были разбросаны на бесчисленных небольших островках, а вокруг них вечно плескались и играли морские волны. Всё находящееся в царстве Фантазии было необычайно и удивительно чудесно.

Когда, сидя на своей золотой колеснице, она быстро неслась по воздуху, взмахивая своим волшебным жезлом, всё мгновенно становилось таким, каким его желала видеть волшебница.

Магическое слово, взмах жезла -- и вот и травы, и цветы, и деревья -- всё вокруг начинало светиться самым мягким, серебристым светом; новый и новый взмах жезла -- и снова всё вокруг становилось такого нежно-алого и золотистого цвета, какими бывают легкие облачка вечерней зари, или же принимало голубовато-зеленый оттенок веселых плещущих о берег волн. И тогда казалось, что каждый цветок, каждая травка были сотканы из самых прекрасных драгоценных камней. Чудные воздушные замки вырастали мгновенно по первому желанию Фантазии. И они также были то из прозрачного горного хрусталя, то из золота, то из серебра, или ослепительных драгоценных камней. Они вырастали и исчезали одинаково быстро и одинаково чудесно.

Так тешилась прекрасная волшебница, когда, управляя своими воздушными конями, она объезжала свое чудесное царство.

С особенной нежностью и лаской гладила она тогда по голове свою маленькую любимицу-дочь Мечту, которая всегда сопровождала ее. Малютка Мечта сидела в колеснице у ног Фантазии, положив свою хорошенькую, золотистую головку на её колени и восторженно смотря в довольное лицо улыбавшейся матери.

-- Как хорошо быть такой могущественной, как я, дитя мое! -- говорила тогда Фантазия своей дочери. -- Стоит мне захотеть, стоит мне только поднять свой жезл и сказать свое магическое слово, как всё, о чём я думаю, чего я желаю, мгновенно вырастает перед моими глазами. И ты, моя Мечта, ты так же счастлива, ты можешь так же легко исполнять все твои желания, -- ведь недаром же я назвала тебя таким прекрасным именем.

-- А знаешь, что со мной случилось сегодня? -- сказала Мечта, нежно прильнув к плечу матери.

-- Что такое, дитя? -- спросила Фантазия.

-- Когда я летала по воздуху и забавлялась тем, что перегоняла своих милых белых облачков-барашков с одного места неба на другое, я и не заметила, как далеко-далеко умчалась от наших волшебных островов. Когда я посмотрела вниз, на море, то увидела, что на нём только что была буря: волны всё еще сердились и высоко поднимали свои разгневанные головы, а среди них качался какой-то большой безобразный обломок. Незнакомые странные существа держались за него, их лица были подняты к небу, и в их глазах я увидела что-то такое, на что не могла спокойно взглянуть еще раз. Я быстро взмахнула своим маленьким жезлом, но ни безобразный обломок, ни эти странные существа не хотели исчезнуть. Тогда я унеслась к тебе, прочь от них. Скажи мне, кто они, почему не действует на них мой волшебный жезл?

-- Ты еще не знаешь, малютка, что, кроме нас, бессмертных богов, вечно молодых и вечно прекрасных, живут еще другие существа, которые возникают и тают, как твои любимые облака. Это -- люди, мое дитя; они владеют землями и морями, но не имеют ни магических жезлов, ни островов волшебно-чудесных. Две такие же бессмертные богини, как и мы, живут теперь среди людей: это -- Страдание и Смерть. Не обращай на них внимания, дитя, забудь о случившемся и иди снова играть с облаками!

Но с этого дня часто стала задумываться маленькая Мечта. Она широко раскрывала свои большие голубые глаза, задумчиво перебирала свои золотистые кудри и неустанно думала и думала о тех странных и бедных существах, которые, владея землями и морями, всё же не имели даже хотя бы самого маленького волшебного жезла, которым могли бы прогнать от себя Страдание и Смерть.

"Я знаю теперь, что мне делать, -- однажды сказала себе Мечта. -- Я пойду к людям, я научу их своим магическим словам, я покажу им чудесное царство моей матери Фантазии; перелетая в него, они будут забывать о своих земных печалях и страданиях".

И, взмахнув своим волшебным жезлом, малютка Мечта быстро полетела на землю. Спустившись, она очутилась на широком поле. Невдалеке от неё пролегала дорога, и перед видневшимся лесом, на небольшой лужайке сидело несколько уже виденных Мечтой странных существ, называемых людьми. Все сидевшие были худы и бледны, в грязных, оборванных одеждах, с глубоко запавшими глазами.

В стороне от других, под деревом, лежал человек. Грудь его высоко поднималась, и из неё вырывались какие-то прерывистые, дрожащие звуки, от которых сердце Мечты забилось быстро и тревожно.

"Я должна помочь ему", сказала она себе и, незаметно для других, приблизившись к нему, она стала рядом с ним на колени и, нагнувшись, ласково прошептала:

-- Что мне сделать для тебя, бедный, ты бедный человек? Скажи, как помочь тебе?

-- Я умираю, -- прохрипел он в ответ и, приподнявшись на одном локте, с ужасом, неподвижными глазами уставился в одну точку.

Взглянув туда, Мечта увидела темную фигуру, протянувшую руку по направлению к умирающему человеку, и по внезапно напавшему на нее ледянящему ужасу она поняла, что перед ней стояла сама Смерть и что здесь она была совершенно бессильна.

Большие голубые глаза Мечты впервые наполнились чем-то влажным и теплым, сердце её забилось тоскливо и больно, и она почувствовала с еще большей силой, что должна чем-нибудь помочь этим несчастным, обреченным смерти существам.

Две женщины, сидевшие невдалеке, подбежали к умирающему, собираясь подхватить его, но уже было поздно, и хотя они не видели темной фигуры, но поняли, что за ним приходила Смерть.

-- Умер, -- глухим голосом проговорила одна из них. -- Кончилась его мука. Хоть бы и нас теперь поскорее прибрал к Себе Господь.

-- Не говорите так. Ведь вы больше никогда не вернетесь на землю. Разве вам не страшно умереть? -- с ужасом перебила их Мечта, и обе женщины, оглядевшись с изумлением, увидели рядом с собою прекрасную, как ангел, девочку с большими грустными голубыми глазами и рассыпавшимися по плечам кудрями.

-- Кто ты, откуда взялась, чего тебе надобно? -- спросили они Мечту.

-- Я прилетела с прекрасных островов моей матери Фантазии, -- смущенно пролепетала она, но, решив быть храбрее, продолжала уже увереннее: -- Знаете, я могу научить вас чудесным словам. Стоит вам только захотеть, -- а для этого лучше всего закрыть глаза, -- и будете гулять по чудесному саду, цветы будут протягивать вам свои душистые чашечки, наполненные освежающей влагой, плоды будут сами наклоняться к вам; волны будут петь вам песни такие нежные, как аромат цветов; вы будете жить в хрустальном дворце и носить платья, сотканные из солнечных и лунных лучей. Золотая колесница с воздушными конями будет уносить вас к какой-нибудь далекой звезде...

-- С ума сошла девчонка, -- резко проговорила одна из женщин, начавшая было с интересом прислушиваться к рассказам Мечты о волшебных островах Фантазии. -- Ишь, что выдумала, -- воздушная колесница! И то правда: от голода мы так отощали, что скоро станем совсем воздушными, но улетим не на воздух, а опустят нас в сырую землю.

Они грубо захохотали.

-- Убирайся прочь со своими рассказами! Какие там заморские плоды! Дала бы лучше кусок черного хлеба; с утра не ели, идем в город искать работы. Ну-ка, поищи у себя в кармане, давай скорее, а не то... -- и обе женщины, со злобно сверкнувшими глазами и сжав кулаки, подступили к Мечте.

-- У меня, у меня ничего нет... -- испуганно прошептала она.

-- Если нет, так нечего смущать, убирайся прочь, пока цела! -- снова сердито закричали обе.

Испуганная Мечта быстро понеслась прочь от людей, от этого мертвого человека, который уже не нуждался больше ни в чём, и от этих несчастных голодных женщин, предпочитавших кусок черствого хлеба всем самым прекрасным замкам и островам Фантазии.

"Нужна ли я кому-нибудь из людей? У меня нет хлеба и ничего, чем их накормить. Быть может, и остальные вовсе не захотят меня и также прогонят", с грустью говорила себе Мечта, уносясь всё дальше и дальше, пока, наконец, она не увидела вдали множество зданий, смутно напомнивших ей прекрасные замки её матери. Но какими жалкими и безобразными показались ей эти огромные коробки с прорубленными отверстиями для света и выхода!

Снова опустившись на землю, Мечта увидела, что она находится на довольно широком четырёхугольном пространстве, на котором прыгала, резвилась и шумела большая толпа мальчиков и девочек. Это были выпущенные поиграть школьники и школьницы. Часть детей бегала взапуски, большинство девочек играло мячами, а мальчики дрались и боролись. В воздухе стоял такой шум и гам, как будто стаи разноголосых птиц слетелись в одно место.

-- К нам пришла новая девочка! -- закричал один из мальчуганов, увидев Мечту. -- Какая она смешная! У неё такие длинные волосы, -- и он слегка дернул ее за золотистые кудри. -- И глаза у неё такие большие! Ты чего так таращишь их?

-- Есть у тебя с собою мяч и скакалка, и ты дашь нам ими поиграть?

-- Где твоя корзинка для завтрака? Или тебе ничего не дали дома?

-- Кто ты, откуда пришла? -- посыпались на Мечту вопросы со всех сторон.

-- Я не умею играть, как вы, -- грустно ответила Мечта, когда они на мгновение затихли. -- У меня нет ни завтрака, ни веревочки, ни мяча. Я только могу рассказать вам разные чудесные истории.

-- У неё ничего нет. Она не умеет играть. Ну, и оставайся одна, отойди в сторону и не мешай нам, -- заговорили дети.

Прислонившись к стене, Мечта снова с грустью подумала, что и здесь она никому не нужна. Что-то горячее и влажное снова выступило у неё на глазах.

Но вдруг, неожиданно она почувствовала, как чья-то нежная и теплая рука взяла её руку, и чей-то мягкий голос ласково произнес:

-- Ты мне нравишься, девочка. У тебя волосы, как солнечные лучи, а глаза похожи на весенние фиалки.

Обернувшись, Мечта увидела рядом с собой мальчика лет 12-ти, с темными задумчивыми глазами и таким бледным и тонким личиком, что на нём просвечивали синие жилки.

-- Я тоже не люблю и не умею играть, -- продолжал он, -- а по праздникам я ухожу в поле и в лес, лежу на траве, смотрю на небо и слушаю птиц. Дома у меня есть маленькая желтая канареечка, ее зовут Кика; я покажу тебе ее. А теперь сядем, и ты расскажи мне всё, что знаешь и видела.

-- О, я видела и знаю много чудесных вещей! -- сказала ободренная Мечта. -- Хочешь, я научу и тебя, как их видеть. Закрой только глаза и скажи про себя тихонько-тихонько: "В прекрасную страну я уношусь мечтой", -- и ты сейчас же перенесешься на волшебные острова Фантазии. Мы будем там гулять с тобой по чудесному саду, птицы будут садиться нам на плечо и петь такие удивительно-прекрасные песни, а цветы будут вторить им своими нежными голосами и раскачивать при этом в такт свои хорошенькие головки. Мы сядем на мягком, как бархат, песке на берегу моря, золотые и серебряные рыбки будут приплывать к нам и играть на солнце, а мы будем смотреть на них и на то, как пробираются через воду на самое дно милые солнечные лучи. Потом мы можем полететь к облакам и строить из них разные интересные и красивые фигурки. А можем также сказать звездному лучу, чтобы он перенес нас на ту голубовато-сияющую звездочку, которая по вечерам появляется на небе...

-- Хорошо, -- сказал мальчик, -- покажи мне всё это.

Он закрыл глаза, и Мечта унесла его в свое волшебное царство, где ему было так хорошо, что не хотелось возвращаться на землю.

Но вот прозвучал звонок. Дети перестали играть. Они должны были снова идти в школу.

-- Прощай, девочка, смотри же приходи ко мне, я буду ждать тебя, -- сказал мальчик Мечте.

-- Как только ты подумаешь обо мне, я сейчас же буду возле тебя и перенесу тебя в волшебные страны, -- ответила ему Мечта.

Они расстались, но на сердце у неё стало легко. "Я недаром спустилась на землю, -- подумала она, -- пойду и посмотрю, кому еще из людей я могу доставить радость и помочь забыть о земной печали".

И она пошла по многолюдным улицам, всматриваясь во встречавшиеся ей на пути лица прохожих. Но все они были так озабочены и спешили куда-то с таким деловым и беспокойным видом, что Мечта решила: этим людям не до неё и её волшебных островов, -- и незаметно для себя самой она очутилась за городом.

Вдалеке чернело какое-то темное, длинное, неуклюжее здание. Оно было в три этажа, и его многочисленные окна были необыкновенно малы и в несколько рядов защищены вдоль и поперек толстыми железными прутьями.

"Неужели и там живут люди?" с состраданием подумала Мечта, и, подлетев к одному из таких окон, она заглянула в него.

Её глазам представилась крохотная комната, скорее походившая на щелку. В одном углу её стоял маленький, привинченный к полу стол, а между ним и стеной находилась узкая деревянная скамья, служившая кроватью. На этой скамье лежал человек. Его исхудалое и поросшее волосами лицо было бледно и грустно, а впавшие глаза, глядевшие как будто из самой глубины его черепа, были устремлены на окно.

-- Кажется, уже на небе зажглась первая звездочка, -- прошептал он. -- Опять вечер, ночь и снова день. Сколько было уже таких дней и ночей! Они кажутся такими длинными и тягостными в моем одиночестве и для моей короткой человеческой жизни, но по сравнению с вечностью или хотя бы с шагами человечества на пути к добру и справедливости это -- одни быстрокрылые мгновения. И вот я отрезан от всего живого, от дорогих моему сердцу лесов и полей, друзей, родных, любимой работы и жизни на свободе, от всего, что так дорого и к чему стремится человеческий ум и душа, и заживо похоронен здесь только потому, что захотел блага не только для себя, но и для всех людей. Ведь так много на земле горя и мук, что разве может не откликнуться на них всякая живая душа? Где же ты, страна счастья, где же ты, лазурное царство вечной радости и красоты?! О, унестись бы к тебе мечтой, отдохнуть от мыслей и муки, не видеть больше этих тюремных стен и чувствовать себя далеко-далеко от несчастной земли!..

-- Я помогу тебе в этом, бедный узник, -- нежно прошептала Мечта, и она унесла его с собой на волшебные острова где царила Фантазия.

Жесткая койка, прутья решетки, стены тюрьмы, -- вы остались далеко, вы показались узнику сном! Он облетел с Мечтой всю бесконечность вселенной, он несся на луче света от одной звезды к другой, видел, как загорались красные, желтые и фиолетовые солнца, как на его глазах рождались и таяли миры подобно легким падающим снежинкам, и как над всей мощью мироздания царила одна всепроникающая гармония. В эти мгновения он был свободен и счастлив, и это сделала для него Мечта.

И теперь, побыв еще дольше на земле, она поняла, как нужна людям и как, унося их прочь от земли, окрашивает их серую, полную ежедневных забот и огорчений жизнь. Что бы стали делать без неё эти бедные существа?! Она могла им дать больше, чем самая лучшая действительность, так как в жизни счастье всегда сплеталось со страданиями, а в мечтах оно не затемнялось никакой печалью.

И там, где сильнее всего царило страдание, где чьи-либо грустные глаза устремлялись на небо, туда прежде всего спешила голубоокая малютка, чтобы унести людей с собой, прочь от земли, на волшебно-чудесные острова прекрасной Фантазии.


-----------------


Источник: К. А. Морозова. В царстве сказки. -- М.: Издание Т-ва И. Д. Сытина, 1911.

Исходник здесь: Викитека.