# Остан

Савва Андреевич Москотильников

Отрывок

Москотильников Савва Андреевич


Остан.


Трагедия в пяти действиях.


Действующие лица:

Остан, государь персидский.

Драгут, владетель Индийский.

Эмира, дщерь Драгутова.

Сфангир - наперсник Остана.

Гамет - то же у Драгута.

Азема, наперсница Эмиры.

Вестник.

Воины Остановы и Драгутовы.


Действие в столичном индийском городе, в царском доме.


Действие 1-ое.


Явление первое.


Драгут и Гамет.


Драгут

Возможно ль к твоему совету не склониться,

И можно ль с лютым мне злодеем примириться,

Который, с дерзостью в страну придя сию,

Лишь множит гнев к нему и ненависть мою?

Нет, нет! Не буду я толико унижённым

И силою его не буду устрашённым!

Иль, мнишь, не в силах я противника попрать

И горды замыслы Остана обуздать?


Гамет

В Индии многими днесь овладев странами,

Персидские полки под сими уж стенами;

Остан, что от тебя за слабого почтён,

Отмщеньем дышащий и злобой воспалён,

Паденьем городу престольну угрожает

И месть свою на том лишь он остановляет,

Родитель что б его ему быль возвращён,

Которой в бывшую войну тобой пленён.

Не знает он еще о смерти Артаксаса...

Но если будет знать, то может, ополчася,

Источник бедствия на Индию излить.

Сей град, сию страну всю в пепел превратить.

Почто ж в такое нам ввергаться разоренье,

Когда возможность есть сыскать себе спасенье?

Скажи, что Артаксас по днесь ещё живёт,--

И ежели Остан от стран сих отойдёт,

Отца его прервать ты обещай плененье

И мирное потщись содеять заключенье.


Драгут

Мне мир с ним заключать? Мне гнев свой прекратить?

Меня вдруг в дерзости Остану покорить?

Поверь, что низости такой в сём сердце нет!

Драгут ни перед кем не смертных не падет.

Знай, Гамет, сам Остан раскается в стремленье,

Когда руки моей познает пораженье.


Гамет

Рассеянье полков и слабость наших сил

Днесь требуют того -- и так нам рок судил;

Нам нужно действие столь малого обмана

Что б удалить от мест сих страшного Остана

Потом ты, государь, когда желаешь мстить

Собрав полки, врагов возможешь поразить.

В средине их земли, сам став вдруг безопасным.


Драгут

Нет, друг мой, не могу я быть на то согласным,

И имя мира мне всю внутренность язвит.

Обманщиком же, знай, Драгут не может быть, -

Притворство это ведь трусливым лишь пристойно;

Но душ великих то нимало не достойно,

Я злобу вечную во сердце сём храню,

И сей строптивый род я праведно гоню.


Гамет

Но к злобе что тебя толикой принуждает?


Драгут

Всё ныне, мой Гамет, всё таинство познает.

Гульнара, Персскою владевшая страной,

В цветущей красоте была любима мной;

Останов мне отец соперник был по страсти!

И ах! -- Жестокая к несносной мне нанастп,

Лютейшего врага Драгуту предпочтя,

Соединилась с ним, престол ему вруча.

Толпким будучи ударом пораженну,

Суди, как можно мне не быть ожесточенну:

Как можно мне сие, о Гамет, позабыть?

Как за сию врагу обиду не отмстить?

Досада, ярость, стыд и к мщению стремленье,

Изгнав любовь, во мне содеяли селенье.

Собравши войско, всех я персов разорил

И трон, враждебный мне, попрал и низложил.

Стремясь Гульнаре мстить за злейшую обиду,

Я вскорости сыскал ту адску эвмениду;

Здесь с жадностью во грудь её вонзив кинжал,

Отмщенья в сладостях я зверских утопал.

Персиян кровь тогда лилась везде реками,

И люта смерть над их носилась всё полями.

Не быв доволен тем, злодея своего,

Что был причиною терзанья моего,

Пленивши, в Индию привёл я в заточенье,

И чаял получить во злости утешенье,

Но мог ли чаять я, враждебный что б Остан,

Сей лютый моего спокойствия тиран,

Спасённый быв досель, был столько мне опасным.

И став усердием зажжён к отцу столь страстным,

С мечом против меня восстать вдруг помышлял?

Но я, когда его намеренье узнал,

Убил тогда врага, не быть чтоб принуждённым

Отца Останова содеять освобождённым,

И что б лютее тем Остана поразить,

Хочу ему сие убийство я открыть.


Гамет

Прости, о государь, что дерзко столь вещаю,

Что я словам твоим противиться дерзаю:

Усердие к тебе моё тому виной.

Хоть мщенья злостна страсть владеть днесь тобой,

Но может ли оно причиной быть напасти

Отечества п злой твоих народов части?

Не хочешь пожалеть любезну дочь, друзей

И всю сию страну для ярости твоей,

На время малое не хочешь освободиться

От страсти твоея и смыслу покориться.


Явление второе.


Прежние и воин.


Драгут

Зачем сей воин здесь? Что хочет он сказать?


Воин

Останов посланный желает здесь предстать.


Драгут

Представь его!


Воин уходит.


Мой друг! Злодеи здесь явятся:

Дай помощь мне, Гамет, от мщенья удержаться,

Стремленьем коего кипит бо мне вся кровь.

О ненавистный род несносных мне врагов!


Явление третье.


Драгут, Гамет, Остан в виде посла своего и Сфангир.


Остан

Владея сильный персидскими странами,

Остан гласит тебе моими днесь устами.

Уже пять дней прошло, родитель как его

Под игом угнетён плененья твоего;

И столько ж лет почти, как персы разорены,

Как в пепел грады их тобою превращены,

И как невинных вопль проникнул до небес,

Как сына мать лишаясь, лила источник слез.

Он хочет знать, имел причины ты какие

Низвергнуть в Персию беды толико злые?


Драгут

Кто смелость дал тебе, столь дерзко чтоб вещать,

И ты ли можешь мне законы подавать?

Коль сила и война мне первенство вручила.

Так из рабов меня закона исключила;

О том жалею я, что дерзостный Остан,

Сокрывшись, не был мной в тьму вечну ниспослан.


Остан

Но он, против кого Драгут столь оказался злобен

И в смерти матери драгой ему виновен,

Тебе прощает, лишь...


Драгут

Остан меня прощает!

Остан! И прахом быв, вещать мне то дерзает!

Когда б он в сих местах явился предо мной,

Я скоро дал бы знать ему, кто он такой!


Остан

Не чти Остана ты, однако. столь униженным,

Но днесь его рукой страшись ты быть обиженным!


Сфангир

(тихо Остану)

Постой и воздержись!


Драгут

Страшиться мне его!

Но что вина ( причина) ко мне прихода твоего?

Что требует Остан?


Остан

Чтоб Артаксас пленённый,

Был подданным своим и сыну возвращённый,

Сего днесь от тебя персидский просит царь,

Сие он почитать в бесценный будет дар.

Склонись, и вся вражда меж нами прекратится,

Склонись, и вечный мир с спокойством возвратится!

Остан готов есть всё прошедшее забыть, --

Коль хочешь ты, готов тебе он другом бить;

Отца его конец лишь сделай заключенью

И, свободив, отдай печальному владенью.


Драгут

Освободить врага, что сердце мне язвит?

Не знает сын его, о чём он говорит.

Мне ль быть прошением подобным вдруг смятенным?

Довольно: он мой враг и вечно будет пленным.

Надежды нет ему увидеть этот свет!


Остан

Так ты не хочешь быть великодушным?


Драгут

Нет!


Остан

Коль просьбой не был ты к щедротам преклонённым,

Так можешь ты к тому быть силой принуждённым:

Сейчас на сих полях узришь твоих врагов,

Всех подданных твоих повергших в смертный ров.

Как воды Индовы их кровью обагрятся,

И стены как сии и зданья повалятся,

Как жители меча под острием падут, --

Так будет, может быть, не столь жесток Драгут!


Драгут

Довольно я терпел! Страшись же, дерзновенный,

Что б не был громом ты Драгутовым сраженный!

Поди и возвести, что весь Останов страх

Считаю за мечту и самый мелкий прах;

Лишь только вынет меч, покажет лишь движенье,

То будет клясть своё он дерзкое стремленье,

Узнавши, что отец...


Остан

Его ты умертвишь!

Ах! Сколько сим, увы, Остана поразишь,

Которому отца дни столько драгоценны,

Что, если бы могли тем быть они спасены,

Он дал бы жизнь свою! Ах! Если бы ты зрел,

Как страждет он, то б быть тираном не хотел!


Драгут

Он  страждет! Радуюсь, я оным утешаюсь,

И удовольствован, и мщеньем насыщаюсь!

Хотел бы я, чтоб сей несносный мой злодей

К отцу его послан рукою был моей.

Стенает он, спеши, умножь своё стенанье,

Скажи ему, рази, умножь его терзанье,

Пускай он более мученья ощутит;

Узнав, что Артаксас Драгутом уж убит!

(Уходит).


Явление четвёртое.


Остан и Сфангир.


Остан

Что слышу? Он убит!.. Постой, злодей лютейший!

Остан отмстит тебе, отмстит сей меч острейшей...

Уж нет его, уж нет!.. О  враг!.. Лишаюсь сил...

Почто свирепый рок мя жизни не лишил?

Мучитель, варвар злой, влеки мой дух из тела:

Когда душа твоя столь люта быть умела,

Когда родителя возмог ты поразить,--

Что медлишь сына с ним его соединить?

Исторгни сердце... Нет! ты должен сей рукою

Послаться сам к нему, покрыться вечной тьмою.

О Артаксас! Здесь твой врагом рассыпан прах,

Ты умерщвлён, увы! В враждебных сих местах

В сей день Остан тебе гробницу вдруг восставит,

И мщение его врагов твоих подавит:

Свирепа смерть их всех косой своей ссечёт

И кровь злодейская ручьями потечёт:

Все здания сии и стены возвышены.

В которых аспиды лютейше поселенны.

Творенья пышные, что славою цветут,

Тирану гробом став, рассыпаны, падут!

Разрушим, истребим се адское селенье

Родитель, днесь ты сам получишь вдруг отмщенье!

Пойдём... Куда спешу? Куда я устремлён?

Ах, Сфангир, ах, весь дух мой возмущён!

Днесь мстить родителя врагам я помышляю--

А сам пред ним, я сам преступником бываю...

Дивишься ты? Дивись: сейчас познаешь ты,

Что сталь рабом Остан враждебной красоты!


Сфангир

Что рёк? Но кем, скажи, кем дух твой ныне страстен?

Кому герой и царь персидский днесь подвластен?


Остан

Познаешь всё, мой друг; познаешь! Нет, стыжусь --

Жалей о мне, жалей: я в бездну зол влекусь.

Во время нашего в сём граде пребыванья,

Как ожидали мы с врагом моим свиданья, --

В теченье оных дней я видел в сих местах

Предмет, мне пагубный, цветущий в красотах.

Девица то была, Остану неизвестна:

Величественный вид, осанка той прелестна,

Мгновенно поразив любви меня стрелой,

Мой дух и сердце, ах, взяла в плен вечно свой.

Так, так, мой друг, кого считал ты за героя,--

Того лишила уж навек она покоя!

В смятенье, возмущён, не зная, что начать,

Дерзнул ей, Сфангир, я в тот самой час сказать:

"Богиня! Ах, почто в местах сих обтаешь,

И красотой своей почто их озаряешь,

Пороков гнусных всех где обитает мрак:

Достойны ль, чтоб на них ты обращала зрак?

Последуй мне, спеши, оставь сие селенье,

Тиранству боги где хотят послать отмщенье!

Но что... Я вдруг от ней, как громом, был сражен:

"Пришелец, можешь быть ли столько дерзновен?

С какою смелостью страны сей враг вещает!

Или не знает уж, что мне он предлагает?

Беги от глаз моих, нежданно дерзок быв,

И рад будь, от меня прощенье получив".

Хотел вещать: её не зрел я пред собою,

Ушла, и весь мой дух похитила с собою.


Сфангир

Того ли требует родитель от тебя,

Чтоб погружал в любовь порочную себя?

Искоренить врагов ты днесь предпринимаешь,

А кровью их пленён, её ты обожаешь;

Но что? К безвестной ты почувствовал любовь,

Которая твою волнует столько кровь.

Последуй разуму, порока удались, --

Не страстью таковой, но мщеньем воспались!


Остан

Я знаю, Сфангир, что я должность преступил,

Но можно ль избежать, что рок определил?

Родитель мой, позволь иметь мне утешенье

В сей слабости... Чего прошу?!..


Сфангир.

О преступленье!

Иль клятвы ты забыл уж, данные тобой,

Злодеев истребить отмстительной рукой?

Забыл и то, как мать убийцы умертвили,

Так кровью там её чертоги омочили,

И разорение несчастных персов стран,

Которых трон и скиптр Драгутом был попран

Послушай же, вот кровью весь родитель обагрённый

Глас к сыну своему возносит утомлённый:

"Того ль я от тебя, о сын мой, ожидал

Что б ты, забыв меня, в пороке утопал?

Или не зришь мои глубокие все рани,

Которыми мою отъяли жизнь тираны?

Так что же за меня врагам не отомстишь"?


Остан

Отмщу, родитель мой, и вскоре ты узришь

За смерть и кровь твои -- злодеев кровь пролиту,

Рассеянной сию столицу знамениту;

Взнесется к облакам противных града дым;

Пойдём, и из него дом смерти сотворим.

Родитель, укрепи мне в сердце добродетель!

Клянусь убийцам мстить!

(К Сфангиру).

Ты будь мне в том свидетель!


Явление пятое.


Те же и воин.


Воин

Великий днесь Драгут сказать меня прислал,

Что б ты из града вон убраться поспешал:

Не хочет он разить, быв честью оснащаем,

Но яростью к врагам он бывши воспаляем,

За малу медленность готов явить свой гнев.


Остан

Что может учинить сей злобнейший мне лев?

Иду из града вон, что б паки возвратиться;

Пусть знает он, что здесь чрез час Остан явится

С оружием своим и мстительным мечом --

Карать врагов своих и с лютым их царём:

Покроет мёртвыми он город сей телами!

Пойдём, отмщеньем днесь что б грянуть над врагами!


Конец первого действия.


1786 г.


Источник текста: Бобров Е. А. "Литература и просвещение в России XIX в.", т. 4. Казань, "Типолитография Императорского университета", 1902 г. С. 80-91.