# К Феоне

Михаил Никитич Муравьев

## Къ Ѳеонѣ.


Внимая вѣтровъ грозны споры,

Съ крутыхъ Балтійскихъ береговъ

Къ тебѣ я обращаю взоры,

Сестра, предметъ моихъ стиховъ,

Предметъ нѣжнѣйшаго союза,

Природы драгоцѣнный даръ!

Ты будь моя въ отсутствѣ Муза.

Явись, какъ легкій утромъ паръ,

Взносящійся отъ Невскихъ токовъ

Подъ сводъ небесной голубой,

И сладостныхъ своихъ уроковъ

Меня въ семъ замкѣ удостой,

Въ семъ замкѣ, или просто мызѣ,

Межь Ревельскихъ и Нарвскихъ стѣнъ,

Гдѣ я, послѣдуя Елизѣ,

Семьей почтенной угощенъ.

Межь тѣмъ какъ сна лѣнивы маки

Содержатъ въ плѣнѣ нашихъ дамъ,

Черезъ долины, буераки

Мущины ѣздятъ по лѣсамъ,

Того часа во ожиданьи,

Когда насъ къ чаю позовутъ,

Я здѣсь, одинъ въ спокойномъ зданьи,

Прелестныхъ нѣсколько минутъ

Тебѣ и Музамъ посвящаю.

Дорогу въ Питеръ нахожу,

Тебя внезапу посѣщаю,

Между подругѣ твоихъ сижу,

Межь той, ко шору богѣ любови

Своимъ самъ именемъ крестилъ,

И между той, которой брови

Онъ важнымъ хладомъ воружилъ.

Благодѣяньемъ рифмы съ вами

Дѣлю я быстрые часы,

И тщусь изобразить словами

Природы здѣшнія красы.

Мнѣ кажется, что я вѣщаю:

Вообразите брегъ крутой,

И море, гдѣ невидно краю;

Надѣ той нашъ замокъ высотой.

Но берегѣ, унижаясь скатомъ,

Межъ насъ и моря стелетъ лугъ,

Въ убранствѣ Флора гдѣ богатомъ

Съ Зефиромъ рѣзвится вокругъ.

Отважны парусы летаютъ

По синимъ яростнымъ валамъ,

Явятся мелькомъ, убѣгаютъ,

Стремятся къ дальнимъ берегамъ.

Вокругъ роскошныя Природы

Плѣняетъ разностію видъ:

Долины, холмы, чисты воды,

Что просѣдаютъ сквозь гранитъ,

И съ горъ, шумя, бѣгутъ въ ущелья,

Несутъ форели и жемчугъ,

Естонскимъ Нимфамъ ожерелья,

Причину зависти подругъ.

Въ близи свой верхъ возноситъ дерзкой

Остатокъ древности сѣдой,

Старинной замокъ Кавалерской,

Во стѣны плещетъ валъ морской.

Мнѣ кажется, на нихъ взирая,

Выходитъ витязь съ корабля,

Что съ добычею изъ дальна края

Приплылъ въ Естонскія поля.

За той рѣшеткой увядаетъ,

Съ чужихъ бреговъ увезена,

Ни кѣмъ не слышима вздыхаетъ,

Боярышня или Княжна..

Сихъ нравовъ нѣтъ межь нами болѣ,

Дверей желѣзныхъ ни темницъ:

Не похищаемъ въ чистомъ полѣ,

Не запираемъ мы дѣвицъ,

У насъ онѣ во всей свободѣ,

И въ мызѣ барышенъ пять, шесть,

Которы самой новой модѣ

Собою могутъ сдѣлать честь;

И съ ними милая, живая

Вдова осмнадцати годовъ,:

Котора, скорбь позабывая,

Не думаетъ въ супружній ровъ

Во слѣдѣ за скучной Артемизой

Влачить печальныя стопы;

Не отгоняетъ мрачной ризой

Амуровъ и забавъ толпы:

Но остроумными словами

Забавитъ наши вечера,

По струнамъ бѣгаетъ перстами,

Какъ записные мастера;

Изъ Виланда и Гагедорна

Стихи читаетъ наизусть;

Рѣзва, свободна, безпритворна,

Не знаетъ, что такое грусть.

Но что сказать вамъ о дорогѣ?

Какъ вихрь, летя на почтовыхъ,

Мы очутились на порогъ

Желанныхъ теремовъ своихъ,

Не думавши о наблюденьи

Земель и жителей и травъ,

Какъ будто въ тонкомъ сновидѣньи

Верстъ болѣ двухъ сотъ проскакавъ.

Естоновъ, финновъ мы встрѣчали

Въ соломой крытыхъ шалашахъ,

Которы всѣ свои печали

Топили въ чашахъ и ковшахъ.

Мы зрѣли Ямбургски палаты

Близь быстрой Лужскія волны,

Гдѣ овцы дань несутъ косматы

Ткачей въ стучащіе станы.

Мы зрѣли древній градъ, носящій

Напечатлѣніе временъ,

Съ хребтовъ Ивановскихъ висящій,

Соперникъ Ругодевскихъ стѣнъ.

Въ ногахъ его быстра, сурова,

Свергаясь съ каменной скалы,

Бѣжитъ шумя еще Нарова

Въ морскія броситься валы.

Насупротивъ его раскаты

Искусствомъ новымъ созданы,

Петромъ и Русской грудью взяты --

И прежни траты отмщены;

Но мы опять бы зрѣть желали

Великой городъ у Невы,

Гдѣ пребыванье основали

Искусства Граціи, какъ вы.

Муравьевъ.


-----


Муравьев М.Н. К Феоне: [Посвящено Ф.Н.Муравьевой] ("Внимая ветров грозны споры...") / Муравьев // Вестн. Европы. -- 1810. -- Ч.52, N 15. -- С.180-184.