# Дела верховного уголовного суда и следственной комиссии....

Матвей Иванович Муравьев-Апостол

ГЛАВНОЕ АРХИВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ МВД СССР


ЦЕНТРАЛЬНЫЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ИСТОРИЧЕСКИЙ АРХИВ СССР

В МОСКВЕ


МАТЕРИАЛЫ ПО ИСТОРИИ ВОССТАНИЯ ДЕКАБРИСТОВ


ГОСУДАРСТВЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ


1950


## ДЕЛА ВЕРХОВНОГО УГОЛОВНОГО СУДА И СЛЕДСТВЕННОЙ КОМИССИИ


ТОМ IX


ПОД РЕДАКЦИЕЙ проф. М. В. НЕЧКИНОЙ


К ПЕЧАТИ ПОДГОТОВИЛИ

А. А. ПОКРОВСКИЙ и Г. Н. КУЗЮКОВ


СЛЕДСТВЕННЫЕ ДЕЛА ДЕКАБРИСТОВ, ПРИНАДЛЕЖАЩИХ К ЮЖНОМУ ОБЩЕСТВУ.


СОДЕРЖАНИЕ


Дело М. И. Муравьева-Апостола


1 Опись документов дела М. И. Муравьева-Апостола, скрепленная военным советником Вахрушевым

2 (10) Послужной список М. И. Муравьева-Апостола

3 (2) Рапорт начальника штаба 1-й армии генерал-адъютанта Толя начальнику Главного штаба генерал-адъютанту Дибичу 13 января с приложением показаний М. И. Муравьева-Апостола, данных им в штабе 1-й армии в Могилеве 7 и 9 января 1826 г.

4 (3) Показания М. И. Муравьева-Апостола в штабе 1-й армии в Могилеве

5 (4) Показания М. И. Муравьева-Апостола, данные им генерал-адъютанту Левашову 17 января 1826 г.

6 (4) Письмо М. И. Муравьева-Апостола в Комитет с приложением справки, об Обществе от 22 января 1826 г. (на французском языке)

Перевод

7 (5) Письмо М. И. Муравьева-Апостола брату С. И. Муравьеву-Апостолу от 3 ноября 1824 г. (на французском языке)

Перевод

8 (6) Вопросы Комитета Н. И. Лореру 27 января 1826 г.

9 (7) Ответы Н. И. Лорера на вопросы Комитета от 27 января 1826 г.

10 (8) Вопросы Комитета М. И. Муравьеву-Апостолу (о воспитании)

11 (9) Ответы М. И. Муравьева-Апостола на вопросы Комитета (о воспитании)

12 (11) Вопросы Комитета М. И. Муравьеву-Апостолу 29 января 1826 г.

13 (12) Ответы М. И. Муравьева-Апостола на вопросы Комитета от 29 января 1826 г.

14 (13) Вопросы Комитета и ответы на них М. И. Муравьева-Апостола 29 марта 1826 г.

15 (14) Вопросы Комитета М. И. Муравьеву-Апостолу 10 апреля 1826 г.

16 (15) Ответы М. И. Муравьева-Апостола на вопросы Комитета от 10 апреля 1826 г.

17 (19) Показание М. И. Муравьева-Апостола, заслушанное в Комитете 14 апреля 1826 г.

18 (20) Вопрос Комитета и ответ на него С. И. Муравьева-Апостола 16 апреля 1826 г.

19 (16) Письмо М. И. Муравьева-Апостола генерал-адъютанту Чернышеву от 16 апреля 1826 г. (на французском языке)

Перевод

20 (17) Письмо ключаря Казанского собора Мысловского в Комитет от 18 апреля 1826 г.

21 (18) Письмо М. И. Муравьева-Апостола генерал-адъютанту Чернышеву от 16 апреля 1826 г. (на французском языке)

Перевод

22 (21) Письмо М. И. Муравьева-Апостола в Комитет, зачитанное в Комитете 28 апреля 1826 г. (на французском языке)

Перевод

23 (22) Выписка из показаний декабристов о М. И. Муравьеве-Апостоле

24 (23) Записка правителя дел Следственного комитета Боровкова о М. И. Муравьеве-Апостоле, заслушанная в Комитете 5 июня 1826 г.

25 (24) Главные пункты обвинения М. И. Муравьева-Апостола

Южнаго О.

No 4


МУРАВЬЕВ-АПОСТОЛ

(МАТВЕЙ)


отставной подполковник


1 В

No 397


## No 1


ОПИСЬ

Делу Отставнаго Подполковника Матвея Муравьева-Апостола.


Листы

1 Показание его Муравьева, отобранное Генерал Адьютантом Левашовым -- с 1 по 5

2 Рапорт Начальнику Главнаго Штаба Барону Дибичу от Генерал Адьютанта Барона Толя от 13-го Генваря 1826 года No 87 с приложением показания его Муравьева, также данных ему вопросных пунктов и ответов на оные -- с 5--11

3 Вопросные пункты, ему ж Муравьеву данные с ответами на оные (в I Армии) -- 11--15

4 Записка Муравьева с приложением показания его на французском языке и с переводами с оных -- 15--33

5 Французское письмо Муравьева -- 33--37

6 Вопросные пункты, данные Комитетом Майору Лореру 27. Генваря 1826 -- на 37

7 Ответы Лорера на оные -- 38 и 39

8 Вопросные пункты Комитета Муравьеву -- 40

9 Ответы на оные -- 41--42

10 Копия с формулярнаго списка его Муравьева -- 43--44

11 Вопросные пункты Комитета, данные Муравьеву 29. Генваря 1826 -- с 45 по 51

12 Ответы на оные -- 54--73

13 Дополнительный вопросный пункт Комитета Муравьеву 29. Марта с ответом его на оный -- на 73 и 74

14 Вопросные пункты Комитета Муравьеву 10. Апреля -- 75 по 92

15 Ответы на оные -- с 92--112

16 Записка Муравьева к Генерал Адъютанту Чернышеву на французском языке -- на 112 и 113 || (л. 2 об.)

17 Письмо Казанскаго Собора Ключаря Мысловскаго от 18. Апреля -- на 114

18 Записка Муравьева к Генерал адъютанту Чернышову от 18. Апреля на французском языке -- 115 и 116

19 Дополнительное показание Муравьева 13. Апреля -- 117

20 Дополнительный вопросный пункт Комитета 16. Апреля с ответом на оный Муравьева -- 118

21 Французское письмо Муравьева к Генерал Адьютанту Чернышеву от 28. Апреля -- 119 и 120


Военный Советник Вахрушев. || (л. 60)


## No 3 (2)


Управление

Начальника Главнаго

Штаба 1-й Армии.

No 87.


Главная квартира в Могилеве Бел.

Генваря "13" дня 1826 года {Рапорт написан на бланке с вышеприведенным печатным штампом. Вверху листа помета: "18 Генваря", другим почерком: "секретно". Помета означает время поступления рапорта в делопроизводство Комитета.}

Начальнику главнаго штаба его императорскаго величества господину генерал адьютанту и кавалеру Барону Дибичу {На полях сбоку, вероятно, рукой Дибича написано чернилами: "17. Генв. Для сведения Комитета"}.


Начальника Главнаго Штаба 1-й

Армии Генерал-Адьютанта Барона Толя.


Рапорт.


Из числа преступников, зделавших мятеж в Черниговском полку, отставной Подполковник Муравьев-Апостол доставлен сюда.

Г. Главнокомандующий Армиею признал за нужное зделать ему здесь допрос, для соображения при производстве изследования о преступлении, в котором он участвовал. Тотчас по окончании допроса, он отправляется || (л. 22 об.) при сем в С. Петербург к Вашему Превосходительству, в ведении 17-го Егерскаго полка Порутчика Калакуцкаго и двух хорошо вооруженных нижних чинов.

Показание его, здесь отобранное, имею честь представить при сем в оригинале.


Генерал Адьютант барон Толь. || (л. 23)


Показание отставнаго подполковника Муравьева-Апостола.


Генваря 7-го дня 1826 года.


Я приехал к брату 24-го Ноября 1825-го года с тем, чтобы у него пробыть до 25-го Декабря того же года. Бестужев узнав о кончине матери своей, желая посетить своего отца попросил брата моего, чтобы он постарался получить для него отпуск от Корпуснаго Командира. -- Я же, чтобы не разстаться с братом прежде срока, которой я себе назначил у него пробыть, отправился с ним в Житомир. Мы там провели сутки; мы воспользовались соседством братьев наших Муравьевых, чтоб у них побывать в Троянове и Любаре. Бестужев к нам приехал, чтобы нам объявить, что приезжали вночь 24-го числа на 25-е взять бумаги брата моего и поспешали скорее ехать назад, чтоб о сем узнать подробнее. Мы для предосторожности остановились в деревне, где квартировала 5-я рота Черниговскаго полка; по прибытию нашему в сию деревню, брат послал к Кузьмину с тем, чтобы он к нему приехал; мы легли спать; в часу в пятом || (л. 23 об.) как я могу полагать, мы услышали. что кто то с шумом входил в комнату, я был в полном уверении, что это Г. Кузьмин, с которым я вовсе до того не был знаком; свечку подают и тут уже я разуверился, когда Подполковник Гебель мне обьявил, что я арестован и должен ехать с жандармом не помню куда. Час времяни прошло после сего, когда уже Кузьмин приехал с Щипиловым, Кузьмин ко мне подошел я лежал на постеле за перегородкою и взяв меня за руку спросил у меня, что делать, на что я ему отвечал, ехать куда повезут, я зделаю здесь замечание, что Кузьмин уже с давняго времени хотел отомстить Подполковнику Гебелю не знаю за какую грубость, мне брат в разговоре еще в деревне сказал, что он Кузьмина остановил в сем намерении, тут и другие два офицера приехали Соловьев и Сухинов, я продолжаю разказ: полчаса после приезда этых Господ, мы в друг услышали крик, жандармской Офицер из комнаты бежал; я сам вышел и увидел, что Щипилов и Кузьмин гонятся за Подполковником Гебелем; || (л. 24) я Щепилова остановил за руку и просил его оставить, он мне на это отвечал вскоре "вы его незнаете; он самой подлой человек и так обрадовался, когда жандармы к нему пришли", однакож я его отвел и взял его крепко за руку, я его непустил из сеней; шум утих и сказали мне, что Подполковник Гебель бежал; Кузьмин собрал 5-ю роту, мы пошли ночевать в деревню, где квартировала 2-я Гренадерская рота; видя в каких обстоятельствах брат мой находится, я не хотел уже более его оставить, на другой день мы пошли в Г. Васильков, где провели ночь; на другой же день часу в первом мы выступили в деревню мотовиловку, тут мы дневали; в субботу 2-го числа Генваря мы пошли и имели ночлег в деревне Пологах; 3-го числа нас отряд встретил на дороге и после нескольких пушечных выстрелов нас всех забрали.


Верно: Генерал Адьютант барон Толь {Показание написано писарской рукой и заверено генерал-адъютантом Толем.}. || (л. 25)


Отставному господину подполковнику Муравьеву-Апостолу.


Генваря 9-го дня 1826 года.


Вопросы.


Ответы.


Хотя Ваше Высокоблагородие дали показание в 7 день сего Генваря поручившемуся в Черниговском пехотном полку мятежу; но ничего не объяснили кто начинщиками таковаго бунта и последователями онаго, а по сему имеете открыть.


1.


на 1-й и 2-й.


Кто начал делать заговор в Черниговском полку на возмущение, для какой цели. || (л. 25 об.)


2.


Кто имянно первоначально начали в оном заговоре учавствовать, и какими средствами, и кто при том пристал на возмущение из офицеров Черниговскаго полка.

Никакого заговора в Черниговском полку не было, котораго я вовсе не знал до последняго сего время, вся причина всему, что случилось, это приезд жандармов за братом; Кузьмин и Щипилов имели личную вражду против Подполковника Гебеля, как я мог заметить после всего случившаго, и воспользовались сим случаем, чтоб ему отмстить, прикажите взять сведении на щет моего знакомства с Г. Г. Офицерами Черниговскаго пехотнаго полка и Ваше Превосходительство увидите, что я даже не встречался с ними нигде, и следовательно никакого не имел знакомства, я приехал на время к брату, мое намерение было ехать назад в деревню, где я проживаю, я ни в чем не вмешивался, шел С братом для котораго единственно я и остался. || (л. 25 об.)


3.


на 3.


Когда произошел бунт в Г-де Василькове читан был пред фронтом и знаменами, Полковым священником Катехизес, чиего сочинения, и что имянно в себе он заключал, и у кого таковой ныне находится или имеется.

Мы вступили в Г. Васильков 30-го декабря 1825-го года, Священник читал катехизис 31-го Декабря пред выступлением, катихизис сей сочинен Бестужевым и братом; все места {Так в подлиннике.} были истреблены, содержание его относится к представительному правлению.


4.


на 4.


Как видно из хода дела о возмущении Черниговскаго полка, что вы находясь при брате вашем, по ближайшей родственной связи, то должны быть известны, кто есть участниками в заговоре на изпровержение {Так в подлиннике.} Государственная правления, имеете выставить всех таковых по чинам, фамилиям и прозваниям. || (л. 26)

Я сказал уже выше, что я никого незнал прежде в Черниговском полку, и следственно никого не могу назначить, дружба моя с братом меня заставляла единственно проживать у него. || (л. 26)


5.


на 5.


Как вы были всегда вместе с братом вашим Подполковником Муравьевым присвоившим противузаконным образом командование полком, то кто от него или от вас куда посылай для возмущения в 3-м пехотном или в других Корпусах офицеров и частных начальников.

Я ни кого кроме моих двух братьев Муравьевых незнаю в 3-м Корпусе, и следственно немог никого посылать. В течении прошедшего года я все был у брата недель шесть а не более, во время же лагернаго время, когда корпус собран я оставался в деревне.


6.


на 6.


30-го числа Декабря, кто приезжал в Васильков к брату вашему Подполковнику Муравьеву, Офицер в адъютантском мундире и в туже ночь уехал, а 31-го Декабря тот же Адъютант опять приезжал в Мотовиловку {В подлиннике ошибочно: "Мотнловку".} и куда назад уехал, а 31-то Декабря тот же росту малаго темные волосы лица круглаго и румянаго лет около 25-ти. || (л. 26 об.)

Никто не приезжал к брату ни 30-го и ни 31-го числа Декабря в адьютантском мундире, как я уже имел честь донести вашему Превосходительству. || (л. 26 об.)


7.


на 7.


Которой роты солдаты привержены были духу возмущения поселявшагось {Так в подлиннике.} в них братом вашим Подполковником Муравьевым, и которые роты делали более буйства неистовства и грабеж.

Черниговскаго полка, как на щет Офицеров, так на щет и нижних чинов не знал и немогу также сказать какия роты более повержены были духу возмущения, буйства, неистовства и грабежей не было в короткое сне время.


8.


на 8.


Кто из офицеров с братом вашим и вами, были употребляемы в посылку, куды имянно для шпионства.

Я опять повторяю, что я ни в чем не вмешивался, Бестужев из деревни Трилесов поехал на Брусиловскую дорогу узнать не проезжалили жандармы, и из деревни Пологов Сухинов ездил к Белой Церкве, чтоб узнать, кто там находится.


9.


на 9.


По всему произшествию возмущения Черниговскаго полка и относительно комплота на возмущение где бы то не было, ежели знаете, с котораго времяни таковой начался составлятся, из каких имянно членов, Чиновников военнаго звания и частных лиц, то нескрывая || (л. 27) таковых не для родства или дружбы объяснить имена, чины и фамилии, дабы в противном случае не подвергнуть вам себя за утайку, строжайшей по законам ответственности.

По произшествиям все можите видеть, что ничего небыло приготовлено нигде и я повторяю еще раз, что я совершенно никакого неимею знакомства в третьем Корпусе; я целой год прожил в деревне, ни куда неездил и ежели бы все эти несчастный произшествия, случились позже, они бы меня застали дома.

Ответные пункты подписал Отставной Подполковник Муравьев Апостол. || (л. 27)

вопросные пункты скрепил:

Обер-Аудитор 6-го класса

Григорьев

при отобрании ответов нрисудствовал Генерал-Майор Курносов.


верно: Генерал Адьютант барон Толь {Вопросы и ответы написаны писарской рукой и заверены генерал-адъютантом Толем.}. || (л. 28)


## No 4 (3)


Запросы


Ответы


Принадлежали ли вы тайному обществу

Принадлежал но без всякой должности и без препоручения писать что нибудь насчот оного.

Когда вы вступили в оное

Еще во время службы моей в Семеновском полку, в тогдашнее время из Гвардейских полков устраивалось общество.

Поэтому из тогдашних членов до сих пор должны быть некоторыя в Генеральских чинах

Были бы, но оныя отреклись, напримерь: Константин Марковичь Полторацкий и прочие. Полковник Башмаков тоже в этом числе.

Как оныя могли отрекатся

Связи никогда не были столь тверды.

Кто писал катехизис прочтенной во время бунта, Черниговскому полку || (л. 28 об.)

Брат мой подполковник и порутчик Безтюжев {Против слов: "Брат мой подполковник и порутчик Безтюжев" на полях поставлен карандашом знак "NB".}, я о том знал, но никогда не одобрял так как я оный считал всегда ребячеством. || (л. 28 об.)

Приехали ли вы к вашему брату в Черниговский полк с намерением бунтовать оный или участвовать при бунте.

Ничего не было придуманного (pas de préméditation) {В переводе: "преднамеренности не было".} я в целом полку никого больше не знал кроме своего брата в 1825 году я только два раза был у брата и вообще шесть недель. 24. числа ноября {Первоначально: "декабря".} я приехал в Васильков к брату. 20. декабря приехал к нему поручик Бестюжев из Бобруйска просить моего брата дабы он старался иметь отпуск для его от корпусного командира, так как мать Бестюжева померла, вот причина зачем мы поехали в Житомир. Тоже 25-го декабря брат мои обедал у Генерала Рота, после того мы выехали из Житомира и обедали 26-го у Александра Муравьева.

Принадлежит ли Александр Муравьев тайному обществу. || (л. 29)

Нет не принадлежит. || (л. 29) За столом у Александра Муравьева мы первый раз слыхали несчастное приключение 14. декабря, так как полковник Шуазель получил письмо из Петербурга от графини Самойловой.

Неимели ли связи между собою в обществе?

Почти никакой, потому что ни одного не было которой бы имел довольно много ума и силы быть первым и держать всие вместе.

Но вы имели ложи и в оных должны быть старшие?

Были союзы, но ложи нельзя сказать и то что считались три директоры в обществе, но о том говорить нестоит потому что в Петербурге уже всио {Так в подлиннике.} знают.

27 декабря мы были в Любаре у Артамона Муравьева.

Считается ли он в обществе? || (л. 29 об.)

Считается -- В Любарь приехал к нам Бестюжев, сказать что жандармы ищут моего брата и арестовали его бумаги, мы отправились и приехали за светла 29 в ротный двор || (л. 29 об.) 5-й роты Черниговского полка. Сей час после нас приехал туда полковник Гебель и обьявил моему брату что он арестован, которой ему и шпагу отдал. Я лежал за перегородкой и полковник спрашивал кто там лежит и когда он слыхал что это я, говорил что я то же арестован, но я остался на месте и невставал. Полковник остался в комнате и велел себе зделать чай.

Отчего вы поехали в округ Черниговского полка выехавши из Любара?

Брат мой хотел знать имели они арестовать только его бумаги или и его самого тоже, так как в 1821-м году уже один раз его бумаги были арестованы.

Что они нашли тогда в оных бумагах? || (л. 30)

Ничего не нашли {Первоначально: "ничего потому что мой брат очень осторожен".}. Пришли порутчики Кузмин и Щипилов и видавши часовых около ротного двора, они спрашивали полковника что это значит неарестованным и они тоже. Полковник вышел || (л. 30) и в это самое время я услыхал шум и крик, вышедши {В подлиннике ошибочно: "вышедшим".}, увидел я Шепилова со штыком в руках которым он поранил полковника {В подлиннике ошибочно: "полковник".}, которой от его бежал. Я удержал Шипилова и ему сказал что сие стыдно, но Шипилов отвечал что полковник мерзки[й] человек которой его лично обидил.

В это самое время началось возмущение, но без всякого приготовления. Доказательством еще служит то что полк только накануне был распущен бывши собранным для присяги и что тогда гораздо легче было бы тогда их употребить нежели отыскивать по одиночке.

Но тогда были другие обстоятельствы, ваш брат незнал что он будет арестован || (л. 30 об.)

Точно, но неменея {Так в подлиннике.} того нижние чины никогда небыли приготовлены и так же, офицеры которыя участвовали, ничего незнали о том. Мне кажется что армия типерь в таком поло-женин || (л. 30 об.) что она готова двигаться лишь бы только неоставатся в нынешнем положении.

Когда мы 29-го Декабря приближались к Василькову, то майор Трухин приказал роте находившейся на площади зарядить ружья, но они этого незделали единственно для того что они майора терпеть немогут.

Многие офицеры упрекали моему брату что он им прежде о том ничего неговорил и что они луче приготовились бы {Так в подлиннике.}

что больше случилось, довольно известно и также на сей счот запросныя пункты сняты с меня в Белой Церкве. Я только уверяю что сие возмущение не было приготовлено и что вообще ныне открытое тайное общество было так пустое что я давно хотел от его откланятся, потому что люди, которыя в оном находились, неимели довольно духу. || (л. 31)

Фамилия Раевских кажется принадлежит вся тайному обществу. || (л. 18)

По большой части, но только оба сына непринадлежат. Михайло Федоровичь Орлов знал об тайном обществе, и так как он очень самолюбивы[й] человек, который желал играть роль, то он {Далее зачеркнуто: "остался с ними в связи".} с начала мог иметь виды, по наконец отстал.

Касательно связи дому Муравьевых с Раевскими, я ничего незнаю.


Отставной Подполковник

Матвей Муравьев Апостол {Все запросы и ответы написаны писарской рукой и только подписаны М. И. Муравьевым-Апостолом собственноручно.}

Генерал Адьютант Чернышев. || (18)


## No 5 (1)1


1 Вверху листа помета карандашом: "17. Генв[аря] 1826."


No 149 Отставной подполковник Матвей {Слово "Матвей" вписано над строкой.} Муравьев Апостол


Взошел я в тайное общество в 1817 году в Петербурге, намерение онаго не имело ни чего противозаконнаго до 1819 году. С тех же пор было оное {Первоначально было: "взято намерение"; зятем зачеркнуто в над строкой написано: "оное".} ввести представительное правление, чего достигнуть полагали возмущением вооруженной силы. В сие время я был назначен адьютантом к {Предлог "к" вписан карандашом над строкой.} К. Репнину и отправился к онаму в Полтаву. Директор канцелярии К. Репнина Новыков, был принят так же в общество в Москве {Далее зачеркнуто: "и по при[бытию]".}, а в Полтаве составил он Ложу, которая служила разсадником тайнаго общества. Он в оную принимал дворянство Малоросийское, из числа коих способнейших {Далее зачеркнуто: "при попринимал и" и вместо зачеркнутого над Строкой вписано: "помещал в".} помещал в общество, называемое Союз благоденствия {Далее зачеркнуто: "Из -- В".}. Значущия члены онаго были Лукашевич, помещик Переяславскаго уезда живущий в Баришполе, он имел об обществе {Далее зачеркнуто: "все".} сведении и может нащет Малороссии дать все желаемые подробности.

Еще членами {Далее зачеркнуто: "были".} Ложи были Тарновский, бывший Губер[н]ский Судьею {Первоначально: "Судья".}, Алексеев {Далее зачеркнуто: "и теперь более не п[омню]"; вместо зачеркнутого над строкой написано: "Семен Михайлович".} Семен Михайлович Кочубей, и многие другие коих имена не упомню. Общество сие имело сношение с {Далее зачеркнуто: "южным чрез Новикова к Пестелю, с Северным же не знаю, чтоб оно оное, имело".} Северною директорию и полагаю с Тургениевым. Заметя что Г-н Новиков позволял себе многие злоупотребления, не совместный с моими мыслями, я от него совершенно отстал. В 1822 году К. Репнин по сим же причинам его отдалил от себя и он тогда стал {Слово "стал" вписано над строкой.} жить у Кочубея. || (л. 18 об.) В конце {Первоначально: "С тех [пор]".} сего года я приехал с Генералом в Петербург, где от онаго отстал и был переведен в Полтавской пехотной полк. В 1823 году я вышел в отставку, и тогда же получил от Южнаго общества, чрез брата Сергея, препоручения ехать в Петербург стараться Южное и Северное общество соединить и подчинить одной власте. Я на сей щет видился с Трубецким, Никито[й] Муравиевым и Абаленским, директоры севернаго общества; но желаемого зделать не успел {Далее зачеркнуто: "Тогда поехал я", и написано: "В Конце 1824 годя поехал н обратно", и снова зачеркнуто.}. Тогда в севере были членами мне известные Ник: Тургениев, Пущин, Вальховский, Митьков, Рылеев, А. Бестужев, Нарышкин, что был в Моек: полку, Ватковскин, Свистунов, Г. Виткенстейн, де Прерадович, Поливанов, Кривцов {Слова "де Прерадович, Поливанов, Кривцов" вписаны над строкой.}, прочих же не упомню. -- В конце 1824 году я поехал в деревню Полтавской губернии, где остался чужд обществу. В 1825-м году, когда Трубецкой приехал в Киев, я сблизился опять {Первоначально: "с обществом".} с оным. Я поехал в Киев {Далее зачеркнуто: "мы в месте", и над строкой вписано: "дабы заставить".}, дабы заставить действовать Трубецкаго над 4-м корпусом. Получив на сие его уверение, чрез три недели возвратился я в деревню, где без выезно остался до прошедшаго ноября. В продолжение сего времяни приезжал ко мне Бестужев и говорил что он составил еще новое общество под названием Славян, куда взошли артилерийские офицеры {Слово "офицеры" вписано над строкой.} Пыхачев, Нащокин, Врангел, Горбачевский, Андриевичь, и кажется Глебов; в пехоте Майор Спиридов, а прочих подробно объяснить Бестужев. Он же мне сказал что {Далее зачеркнуто: "оны[е]".} сии Славяне предлагали ему ехать в Таганрог для истребления Государя, || (л. 19) на что он им отвечал чтоб подождали, ибо общество еще не довольно сильно. Еще он мне говорил о своем {Слово "своем" вписано над строкой.} плане {Далее зачеркнуто: "его, для".} исполнения {Далее зачеркнуто: "Нашего намерения. Один предполагалось зделать".}. Предполагал собрать несколько {Слова "Предполагал", "несколько" вписаны над строкой.} лагерей: один в Киеве под начальством Пестеля, другой в Москве под начальством Бестужева, а брату Сергею приехать сюда в Петербург {Далее зачеркнуто: "Так же".} для начальства над здешним войском.-- Во время последняго Лагеря в Лещине, где был собран 3-й корпус имели намерение начать действие. Совещание о сем было у брата Сергея. Положили {Далее зачеркнуто: "здесь".} начать истреблением Государя в Таганроге, и {Далее зачеркнуто: "пото[м]".} в месте действовать корпусам. На убийство сие вызвался Артамон Муравиев, но в последствие времяни уверились что 3-й Корпус не довольно приготовлен, а сверх сего услышали что на будущий год назначены к соединению три Корпуса, где намерение сие могло бы удобнее исполниться, по чему {Первоначально: "по тому".} до того время {Далее зачеркнуто: "жела[ли] предпринятая".} все отложили. 24-го Ноября я приехал в Васильково к брату. 20 декабря Бестужев узнав о кончине матере своей просил Сергея выпросить ему от Ге: Рота отпуск к отцу. На щет сего мы с братом поехали в Житомир, где Сергей услышал от Ге: Рота о произшествии || (л. 19 об.) петербургском. На другой день 26-го числа мы поехали в Александрийский полк к двоюродному брату Полк: Александру Муравиеву, которой обществу не принадлежит и ничего об оном не знал, и у него {Далее зачеркнуто: "узнали".} чрез письмо из Петербурга к Шуазейлю узнали {Слово "узнали" вписано над строкой.} о всем случившемся. 27-го числа поехали мы к Артамону Муравиеву в Любар, где Бестужев приехал нас известить что {Далее зачеркнуто: "приехали за".} прислано нас арестовать в Васильков: что не заставши нас дома, бумаги все забрали и поехали нас отыскивать. Тогда мы отправились {Первоначально: "поехали".} в полк и остановились в крайней роте 2-го баталиона в деревне Трилесов. От сюда послал Сергей к ротному командиру Кузмину в Васильково, дабы узнать о всем и просить чтоб {Первоначально: "дабы".} он сам приехал о сем сказать. Бестужев же поехал к обществу славян в 8-ю дивизию дабы содействовать; но узнав на дороге что за ним тоже прислано, возвратился назад. Туже ночь мы услышели большей шум, и в скоре узнали, что подполковник Гебель приехал нас взять {Первоначально: "арестовать. Сие Что нам".}. Оставя сие остался {Далее зачеркнуто: "с нами".} еще часа полтора, когда Кузмин и Шипилов {Далее зачеркнуто: "приехали к квартире".} и в скоре после Соловьев и Сухинин, взошли в избу. Я лежал за перегородкою. Ко мне подошел Кузьмин и спрашивал что делать? Я ему отвечал ехать куда повезуть; но на сие не согласись; вышел в сени и в скоре услышел || (л. 20) я крик. Когда же вскочил и побежал на оной нашел Шипилова, которой со штыком стремился на Гебеля уже раненова. Я его остановил и тем {Первоначально: "этим".} Гебель успел убежать. Тогда брат собрал {После слова "собрал" зачеркнута цифра "2".} 5-ю роту, а сам поехал во вторую, куда присоединилась и пятая. С утром мы пошли на Василькова, где пристал полк, хотя Майор Трухин приказывал по нас стрелять караулу, который сего не исполнил. Арестовав Трухина, брат взял знамена к себе. Всех проезжающих жандармов целую ночь {Первоначально: "целый день".} 30-го числа мы останавливали {Далее зачеркнуто: "На рассвете 31-го".}, а 31-го в пол день {Далее зачеркнуто: "мы пошли".} собрав шесть рот и построив Каре {Далее зачеркнуто: "пол[ковой]".}, священник отпел молебен, прочел катихизес, и мы пошли к 1-ой гренадерской и 1-й мушкатерской ротам, которые к нам не пристали, но ушли в дивизионную квартиру с ротными командирами Казловым и Вулфертом. 1-го генваря мы имели дневку. 2-го пошли {Далее зачеркнуто: "мы чрез".} к белой церкве, имев намерение присоединится к 8-ой дивизии, где имели мы сношение. Ночь нас застала не {Далее зачеркнуто: "на половине".} дойдя белой церкве, и мы остановились ночевать. На другой день узнав что в белой церкве есть артилерия и 2 полка пехоты, нам неизвестных, мы пошли на деревню Трилесы || (л. 20 об.) куда не дойдя встретили артилерию под прикрытием гусар. После перваго выстрела люди наши побросали ружия, и кавалерия нас окружила и всех взяла в плен.-- Брат мой Иполит, проезжая чрез Васильков, из Москвы в Тулчин, застал нас выступая {Далее зачеркнуто: "Из Василькова".} с полком и к нам пристал. Он говорил, что имел от Трубецкаго писмо к брату, но узнав в Москве что Свистунов арестован, он оное зжог {Первоначально: "и не узнав".}, коего содержание не знал.

О польским обществе я лично ни чего не знал. Все сношении с оным были вверены Бестужеву и брату. От них слышал я также, что поляки обещались содействовать. Переговоры были в Киеве во время контрактов и первый {Далее зачеркнуто: "был".} в 1824 году. Из числа членов {Первоначально: "лица".}, кои туда приезжали называли мне, Храповицкаго, служащего в уланах, Ворцеля, не знаю котораго полка, Проскуру Олизара Валетскаго более же не упомню или не знаю.--

В сем же году Бестужев ездил в Вильну для свидания с посланным из Варшавы, под предлогом покупки ремонта: кто же имянно я не знаю.-- На щет общества в Грузии я ни когда не слышал; но мне сказывал Бестужев || (л. 21) что Якубович приехал из Кавказу в Петербург с намерением убить Государя, и объявил о сем Северному {Первоначально: "о чем он и объявил здешнему".} обществу.

Вот все что могу теперь припомнить {Далее зачеркнуто: "Прибавлю что".}. Дополнительные известия о малороссийском обществе и о его членах, может сказать Лукашевич; ибо во все время он в оном был и после смерте Новикова вероятно остался главным. Об обществе Польским те же подробности может дать брат мой а наипаче Бестужев.


Отставной Подполковник Муравьев Апостол {Показание подписано М. И. Муравьевым-Апостолом собственноручно.}

Генерал Адьютант Левашов {Все показание написано генерал-адъютантом Левашовым.}. || (л. 32)


## N 6 (4)1


1 Адресат не указан; вероятно, это письмо было написано М. И. Муравьевым-Апостолом генерал-адъютанту Потапову.


Ce n'est que par un récit exact de tout ce qui est parvenu à ma connaissance que je puis exprimer et la sincérité de mon repentir et la reconnaissance dont je suis pénétré pour la grâce que l'Empereur a eu la bonté de m'accorder en me permettant d'écrire à mon Père. Vous m'avez permis, Mon Général, de m'adresser à vous. Je vais reprendre le récit incohérent que je vous ai fait dimanche passé, tout en réclamant votre indulgence pour celui-ci, quand l'âme est abattue, les idées se succèdent avec peine et la mémoire est comme obscurcie. Décidé à dire toute la vérité, heureux si je puis appaiser par là les justes et terribles reproches de ma conscience! Je supplie, Votre Excellence, d'avoir la bonté de me faire toutes les questions que vous jugerez nécessaires sur ce qui vous paraîtra pas assez claire. -- C'est votre bienveillance, Mon Général, qui me donne la hardiesse de m'adresser à vous.


M. Mоuravieff Apоstоl.


22 Janvier 1826. || (л. 33)


------


Après les campagnes de 1812, 1813 et 1814. après une existence si pleine d'événemens la vie monotone qui succéda ne pouvait plus suffire à la plupart de ceux qui avaient fait cette guerre. C'est au sentiment plutôt qu'à toute autre cause qu'il faut attribuer la facilité avec laquelle la sociétés'établit et se maintient. Mon Père habitait Moscou. J'ignorais les plaisirs qu'offre la société dans une capitale, enfermé chez moi lorsque le service n'exigeait pas ma présence, je venais de perdre ma soeur. Voilà la disposition d'âme dans laquelle j'étais lorsque mon cousin Alexandre Mouravieff, alors colonel dans l'Etat Major des Gardes, me fit la proposition d'entrer dans une société secrette.

C'était au mois de février en 1817. Cette société a été connue sous le nom de la société du livre vert, ainsi nommée à cause de la reliure du livre qui renfermait ses statuts. C'est à Moscou en 1818 que la rédalion {Alex. Mouravieff, Michel Mouravieff, Bourlzow avaient travailler à la rédaction du livre vert.} de ce livre a été achevée et que la société a pris une marche régulière. Ce livre était partagé en sept chapitres. Chaque membre nouvellement reèu devait en entrant dans la société choisir parmi les sept chapitre celui auquel il voulait se consacrer. Par exemple: celui qui s'était désigné pour le chapitre de la Justice devait se donner toutes les peines pour prendre connaissance des causes injustement jugées pour divulguer ces abus aux autorités, il lui était enjoint aussi de faire connaître le nom des employés qui remplissaient leur devoir dans la pureté de leur conscience. || (л. 33 об.)

Celui qui avait choisi le chapitre Instruction devait s'appliquer soit à la traduction de bons ouvrages élémentaires, soit en perfectionant le mode d'enseignement d'une science quelconque etc. etc. en un mot la société avait pour but de hâter les progrès de la civilisation en la faisant marcher de paire avec la morale. Les membres étaient partagés en dizaines. Chaque réunion se nommait Управа. Alexandre Mouravieff était à la tête de la première Управа. Michel Orlow, P. Elie Dolgorouky, les deux Chipoffs, P. Pestel, Fonvlsen, N. Tourgueniew, Bachmakow, Achotnikow, Alexandre ouravieff, Michel Mouravieff, P. Lopouchine, Alexis Olénin, Kavelin, P. Obolensky, Novikoff, Nikita Mouravieff, P. S. Troubetskoy, mon frère et moi. Voilà autant que je me rappelle le nom des personnes qui composaient la société. J'obtins un semestre pour aller aux eaux, une blessure que j'ai reèu à l'affaire de Culm, venait de se rouvrir. Je revins après pour quelques semaines seulement au régiment, car à la fin de cette année je fus nommé aide-de-camp du P. Repnin.

Au commencement de 1818 je quittai Moscou avec mon général. Arrivé à Poltava je trouvai Novikoff à la tête d'une loge maèonnique qu'il y avait établie pour travailler, à ce qu'il prétendait, préparatoirement pour la société. Ma connaissance avec Novikoff a été de fort court durée c'est ce que le P. Repnin pourra certifier. Novikoff avait pour but de faire de l'argent par tous les moyens possibles. C'est lui le premier qui a parlé d'une société Petite-Russienne. || (л. 34)

J'avoue que je ne mis aucun intérêt à la connaître par la connaissance que j'avais des gens du pays. Loukachevitch du district de Périjasslaw pourra fournir les renseignemens désirables. Il était membre de la loge de Poltava et assez lié avec Novikoff.-- Семен Михайлович Кочубеи, Котляревский, Тарновский, Алексеев etc. étaient pareillement membres de cette loge. Ayant rompu avec Novikoff je suis resté hors de la société, quant à l'activité pendant tout le tems que je fus aide-de-camp.

En 1819 pendant l'hiver il y eut une réunion des membres de la société du livre vert à Moscou et après beaucoup de débats Michel Orlow déclara que la société du livre vert avait cessée d'exister. Il se retira dès lors ainsi qu'Alexandre Mouravieff, Michel Mouravieff. Sur quoi ces débats ont-ils roulé? -- C'est ce que je n'ai jamais su. La société n'exista plus que dans les individus qui l'avalent composés pendant les années 1819, 1820, 1821. Les gardes quittaient Pétersbourg.

En 1822, P. Pestel, B. Davidoff, P. S. Wolkonsky, Jouchnewsky, Bestougeff, S. Mouravieff s'étant réuni à Kiew réorganisèrent la société du Midi. Ils mirent à sa tête un directoire composé de deux personnes P. Pestel et Jouchnewsky. Autour du directoire II y eut un couseil de Boyards -- c'étaient les anciens membres de la société du livre vert; après cela venaient les братии, c'était la dénomination des membres affiliés. -- Elle devait marcher par la force à l'introduction du gouvernement représentatif. Leur attention se tourna sur l'armée || (л. 34 об.) et sur tous ce qui porte l'uniforme. Les membres reèus ne devaient chercher qu'en recevoir d'autres. Tout ce qui est travail d'esprit fut confié au directoire. Il fut juré qu'il n'y aurait aucune écriture que les communications se feraient oralement. Je pourrai dire ici que j'avais refusé d'appartenir à cette nouvelle société que je n'ai pas paru une seule fois aux réunions qui eurent lieu à Kiew, que j'avais même engagé bien fortement mon frère à en faire autant; mais l'énergie de la volonté m'a manqué et au lieu de résister je me suis laissé entraîner.

1823 le directoire chargea mon frère et Bestougeff qui étaient dans le voisinage de Kiev, de prendre des renseignemens sur une société politique qui devait exister et dans le royaume de Pologne et dans nos provinces Polonaises. Le service ne permettait pas à mon frère de faire de fréquentes absences--Bestougeff se chargea de cette comission. II fit un voyage à Wilna où il a du s'aboucher avec un envoyé de la société Polonaise. La manière dont il a rempli sa mission lui valut des remer-ciemens de la part du directoire. Il fut posé que les deux sociétés se prêteraient assistance lorsqu'elles commenceraient à agir. Cette même année la 9-me Division a été travaillée à la forteresse de Bobrouisk -- c'est bien après que j'ai appris qu'il y avait été question d'y arrêter l'Empereur défunt. -- La négociation dont j'étais chargé consistait à engager la société du Nord à se choisir un seul directeur qui serait aussi membre du directoire du midi -- c'était opérer l'entière fusion des deux sociétés. On ne voulut pas y consentir. Il y avait encore un autre point de dissidence entre les || (л. 35) deux sociétés. Nikita Mouravieff et P. Peste! avaient écrit chacun un projet de constitution, la société du Midi désirait que celle du Nord adopta le projet de P. Pestel. Les deux sociétés se promirent réciprocité de service.-- P. Pestel, B. Davidoff vinrent cette année à Pétersbourg pour le même sujet que moi et ne réussirent pas d'avantage. Les membres de la société du Nord que je trouvai étaient P. Obolensky, P. S. Troubetskoy, N. Tourgueniew, Mitkoff, Rileew, Nikita Mouravieff, Pouschin, Volkonsky, Michel Narischkin, Swistounoîf, Wadkowsky (Théodore,), Polivanoff, etc. etc. Les trois directeurs qui étaient à la tête de la société du Nord étalent P. Obolensky, P. Serge Troubetskoy et Nikita Mouravieff.

1824 au mois d'Août je quittai St. Pétersbourg. Je revins à la campagne où je ne voyai que deux soeurs qui sont établies dans le gouvernement de Poltawa, -- quant aux maisons étrangères je ne fréquentai que celle de Дмитрий Прокофьевич Трощинский. Lohrer vint me voir au mois d'Octobre il me trouva tout dégoûté de la société. Bestougeff vint aussi me voir en passant, il allait dans la 7-me division où il reèut deux membres les colonels Chirmann et Lôventhal.

1825. Le directoire du Midi voyant que les membres avaient beaucoup augmentés partagea la société en trois Divisions. Il se nomma le centre et les deux autres divisions le flanc droit et le flanc gauche. Les affaires du flanc droit furent confiées à B. Davidoff et au P. Serge Wolkonsky -- celles du flanc gauche à mon frère et à Bestougeff. Mon frère fut nommé directeur et c'est sur Bestougeff que roulèrent les affaires du flanc gauche. || (л. 35 об.) C'est lui qui a fait la plus grande partie des réceptions dans le 3-me corps. Je fus chargé d'aller voir P. S. Troubetskoy qui venait d'arriver à Kiew pour l'engager à faire plus de réceptions dans le quatrième corps. Je passais un mois avec lui pendant lequel Il n'y eut rien de remarquable. Je le quittai pour aller a la campagne et je ne l'ai plus vu depuis. Le 3-me corps fus réuni au camp de Лещин. Bestou-geff vint m'apporter les nouvelles suivantes. Il me dit 1-е qu'il avait trouvé dans la 8-me division une société mi-Russe et mi-Polonaise. Je lui avait donné une autre organisation et il en était le chef. Cette société se nomme celle des Slaves. Je n'ai vu qu'un membre de cette société, un nommé Андриевич officier d'artillerie dans la huitième brigade. Bestougeff en allant à Bobrouisk l'a vu à Kiew et lui a donné un billet pour mon frère, dans lequel il priait de donner cinquante roubles à Андриевич, afin qu'il puisse aller voir les autres membres de la société des Slaves. Je n'ai plus revu Андриевич depuis lors. 2-е il me dit qu'Artamon Mouravieff s'était proposé d'aller à Taganrog attenter aux Jours de l'Empereur défunt. Je ne chercherai pas à atténuer la criminalité de la proposition de Mouravieff, mais je ferai l'observation qu'il a toujours eu l'habitude de l'amplification. C'est ce que tous ceux qui l'ont connu pourront certifier et qu'en généïal tous les projets criminels n'ont existé qu'en paroles jusqu'à les derniers événemens malheureux. 3-е II me dit qu'on avait prêté serment de ne pas laisser passer l'année 1826 sans commencer à agir. 4-e II me dit qu'il avait préposé d'aller à Taganrog avec une partie de ses Slaves dans la même intention || (л. 36) qu'Artamon Mouravieff. Bestougeff qui appartenait au régiment de Poltava fut monter la garde à Bobrouisk -- c'est là qu'il connut l'idée du cathéchisme et qu'il mit quelques idées sur papier. Le 24 Novembre je vins voir mon frère à Wassilkoff. Le bruit avait couru que le second bataillon du régiment de Tchernigow monterait la garde à Kiew pendant le mois de Décembre. La lecture remplissait notre journée -- nous ne voyons personne car les officiers du régiment ne venaient chez mon frère que pour le service. Avant ces derniers événemens je ne les connaissais même pas de figure. J'appuis sur ce point pour faire voir qu'il n'y a pas eu de préméditation à la révolte. C'est vers la fin de ce mois que nous apprîmes la mort de l'Empereur défunt. Le bataillon de mon frère n'ayant pas reèu l'ordre de monter la garde à Kiew. Je prolongeai mon séjour à Wassilkow, toujours intentionné néanmoins d'être pour le premier Janvier chez moi à la campagne.-- Le 20 ou 21 Décembre Bestougeff apprend la nouvelle de la mort de sa mère il obtient une commission de son colonel et vient trouver mon frère pour le prier d'aller à Gitomir afin d'obtenir pour lui la permission d'aller voir son Père. Le Général de Division passe le régiment de Tchernigoff en revue le 22 ou le 23, mon frère remet son voyage. Le Lieutenant-Colonel Guébel vient dans la matinée du 24 chez mon frère et c'est la première fois que je me suis trouvé avec lui. Mon frère obtient la permission de s'absenter pendant quelques jouis. Nous partons le 24 l'après midi de Васильков -- le 25 au matin nous sommes à Gitomir. Mon frère se présente aussitôt chez le Général Rott qui lui dit qu'il ne peut pas donner de || (л. 36 об.) semestre à Bestougeff. Il invite mon frère à diner chez lui -- c'est pendant le dîner que mon frère entendit parler la première fois de ce qui s'était passé à St. Pétersbourg. Ayant promis encore l'été passé à mes cousines de venir les voir, nous partîmes le 26 pour Трояново où nous arrivâmes pour le dîner chez Alexandre Mouravieff, qui n'a jamais appartenu à la société et qui en a même je crois ignoré l'existance. Une lettre que Choiseul avait reèu de St. Pétersbourg' nous donna plus de détails sur la journée du 14 Décembre. Après dîner nous partîmes pour Любар et comme nous allions avec les mêmes chevaux que nous avions loués à Gitomir nous passâmes la nuit à Чудово. Le 27 au matin nous fumes pour le déjeuner à Любар. 11 n'y avait pas un quart d'heure que nous y étions que Bestougeff arrive et nous apprend que dans la nuit du 24 au 25 Décembre Guébel accompagné d'un officier de gendarme était venu chez mon frère qu'il avait pris tous les papiers et livres qu'il avait pu trouver et qu'il étais parti pour Gitomir. Mon frère se décida à partir sur le champ pour éviter à notre cousine qui ne se portait pas bien le saisissement qu'aurait pu lui causer une arrestation chez elle. -- Nous primes le chemin de Васильков par Бердичев Павловичи et Трилесов, où nous arrivâmes tous les trois, c'est à dire, Bestougeff, mon frère et moi le 28 au matin. Bestougeff partit d'ici pour tacher d'aller chez les slaves; car Guébel qui l'avait vu à Vassilkoff lui avait dit qu'il n'y avait aucun ordre par rapport à lui. C'est à Broussiloff qu'il apprit qu'on était à sa poursuite et c'est à Broussiloff qu'il revint sur ses pas. || (л. 37) Après le départ de Bestougeff. mon frère écrivit à Кузьмин (c'est le nom de l'officier qui commandait la 5-me compagnie dans les cantonnemens de laquelle nous nous trouvions à Трилесов) de venir le trouver; car il supposait toujours qu'on était venu prendre ses papiers comme en 1821 sans avoir l'ordre de l'arrêter.-- La 5-me compagnie revint pendant cette nuit de Wassilkow où tout le régiment avait été rassemblé. Autre preuve qu'il n'y a pas eu de préméditation à la révolte. Guébel absent, le régiment était commandé par un certain Major Трухим avec lequel les officiers faisaient tout ce qu'ils voulaient comme je l'ai entendu dire de mon frère: or il eut été bien aisé de retenir les compagnies à Wassilkoff sous un prétexte quelconque et d'éviter toutes les marches qu'on a, été obligé de faire pour rassembler les compagnies.--Le 29, vers les cinq heures du matin nous entendons un grand bruit dans la chambre voisine de celle où nous étions. Je crus un moment que c'était Кузмин qui arrivait. J'entends qu'on fait apporter la lumière -- c'est le lieutenant-Colonel Guébel avec un officier de Gendarmes qui vient nous déclarer que nous sommes arrêtés. Il se fait donner du thé, fait je ne sais quels arrangemens qui se prolongent pendant une heure.-- Кузмин et Шепилов arrivent pendant ce tems. J'entends Guébel qui demande à Кузмин pourquoi il n'est pas revenu avec la compagnie. Кузмин lui répond que c'est tems de fête. J'étais resté couché sur mon lit derrière une alcôve qui se trouvait dans cette chambre. Кузмин || (л. 37 об.) s'approche de moi me dit combien il est fâché de ce qui m'arrive et me demande что делать? Je lui répondis sur le champ ехать, куда повезут. Deux officiers Соловьев et Сухинин arrivèrent quelques momens après. L'officier de Gendarme sort de la chambre. Guébel le suit et bientôt nous entendons des cris -- nous savions si peu à quoi les attribuer, que mon frère brise une fenêtre et sort par la croisé. Je vois alors Кузмин и Шепилов ;armés de bayonnetes qui poursuivent Guébel. J'arrête Шепилов qui voulait à toute force se jetter sur Guébel. Ces deux officiers avaient déjà quelque mois auparavant l'intention de tirer vengeance de Guébel pour une impertinence qu'il leur avait faite voilà ce que je leur ai entendu. Mon frère prit alors la résolution de soulever le régiment -- il partit sur le champ pour le village de Ковалевка où était la 2-me des Grenadiers. Je ne le réjoignis que le soir. De Ковалевка mon frère envoya un exprès à Alexandre Wadkowsky pour lui dire de venir le trouver le lendemain à Wassilkow. Nous retrouvâmes dans l'équipage de Guébel que nous lui ramenions la valise avec ses effets.-- Je tirai cinquanle roubles d'un portefeuille à moi qui se trouvait parmis les livres ie mon frère -- le 30 nous partîmes avec les deux compagnies pour Wassilkow. Le Major Трухин à la tête de toute une compagnie n'a même pas eu assez de présence d'esprit pour faire la moindre résistance à notre entrée dans la ville. Je suis fermement persuadé que les deux compagnies auraient || (л. 38) cédé à la moindre opposition.-- Mon frère prit les drapeaux du régiment dans son logement, tous les officiers vinrent se présenter chez lui d'eux mêmes en faisant force protestation, car mon frère leur déclarait qu'ils pouvaient rester. Les deux compagnies furent logées dans !a ville -- le Major Трухин fut mis aux arrêts. -- Соловьев et Шепилов qui étaient revenus le matin à Wassilkoff et que Guébel avait fait arrêter furent délivrés. Alex. Wadkowsky arriva sur l'invitation de mon frère et dit qu'on ne savait rien au quartier général de la division du mouvement du régiment de Tchernigoff et repartit sur le champ pour Белая Церьков -- pendant la nuit on arrêta tous les gendarmes qui passèrent par Wassilkoff -- quant à la ville il n'y eut aucun désordre. Cette nuit Bestougeff fit faire plusieures copies de son catéchisme -- c'est à son instigation que mon frère en fit faire la lecture à la tête du régiment malgré ce que je lui disais. -- Le 31 mon frère envoya un officier (dont je ne me rappele pas le nom) à Kiew avec un billet pour un Major Крупенников du régiment de Курск c'est la première fois que je l'entendis nommer. Les compagnies furent rassemblées sur la place à midi. Mon frère Hippolyte qui venait de Moscou et qui allait à Тулчин vint nous surprendre d'une manière bien inopinée et bien malheureuse. Je le pris à part et l'engageais bien fortement à continuer son chemin. Voilà ce que mon frère Serge pourra dire. -- La résolution fut aussitôt prise et il me déclara qu'il ne nous quitterait plus. 11 dit à mon frère qu'il avait eu une lettre de Troubetskoy pour lui; mais qu'il l'avait détruite lorsqu'on ||(л. 38 об.) était venu arrêter Swistounow avec lequel il logeait à Moscou. 11 n'en avait pas lu le contenu. Je fus avec Hyppolyte dans notre logement, où il changea de costume. Pendant ce tems le Prêtre du régiment chanta les prières, lu le catéchisme -- après quoi les compagnies se mirent en marche pour Мотовиловка cantonnement de la 1-ere compagnie des Mousquetaires -- elle ne voulut pas suivre les autres compagnies -- la 1-ere des grenadiers donna le même exemple. Nous passâmes le premier de l'an à Мотовиловка. -- Le 2 à la pointe du jour nous nous dirigeâmes sur Белая церьков. Nous passâmes la nuit dans le village Пологи, qui en est éloigné de 15 werst. Mon frère envoya Сухинин savoir ce qui se passait â Белая церьков 11 revint une ou deux heures avant le jour avec la nouvelle qu'il y avait du canon. Le matin du 3 nous changeâmes de direction, nous comptions passer la nuit à Трилесов. C'est pendant cette marche que le détachement de cavallerie nous rencontra. Après quelques coups de canons les soldats jettèrent les armes sans faire la moindre résistance. Mon frère Serge qui s'était placé en face des pièces qui jouaient sur nous reèut un coup de mitraille dans la tête. Шепилов et mon frère Hyppolyte furent tués. On nous mena à Трилесов. C'est là que Кузмин qui était parvenu à cacher un pistolet qu'il portait toujours sur lui se brûla la cervelle en notre présence. Un frère tué, un autre blessé, Кузмин expirant dans des convulsions horribles, voilà comment s'est terminée cette coupable entreprise.

NB Ce n'est qu'à Трилесов que j'ai appris que Кузмин avait été reèu dans la société des Slaves -- et que cette société avait un attouchement pour se reconnaître. || (л. 39)


[Перевод.] {Перевод сделан Следственным комитетом с пропусками и неточностями, отмеченными в примечаниях.}


Одним только точным повествованием всего того, что происходило в моей совести {Перевод неточен; надо: "повествованием обо всем том, что стало мне известно".} могу выразить и глубину моего раскаяния (la sincérité de mon repentir) и признательность, коею я проникнут оказанною мне Государем Императором милостию, что дозволено мне писать к моему отцу. Вы мне дозволили, Ваше Превосходительство, адресоваться к вам. Я описываю опять {После слова "опять" -- пробел, над пробелом карандашом написано: "точное показание".} то чем в воскресение вас утруждал {Над словами "вас утруждал" карандашом написано: "мною вам сделанное". Перевод неточен; надо: "Я намерен продолжить несвязное повествование, начатое в прошлое воскресенье".} и умоляю о снисхождении к тому у котораго при душевном унынии и мысли не иначе могут следовать, как с трудом и память помрачается. Решившись сказать всю истину, сочту себя щастливым, если сим в состоянии буду смягчить справедливые и ужасные упреки моей совести. Я умоляю Ваше Превосходительство предложить мне вопросы на всё то, что не покажется вам довольно ясным.-- Это ваша благосклонность, Ваше Превосходительство, что мне дает смелость обратиться к вам.


М. Муравьев-Апостол. || (40 л.)


Объяснение М. Муравьева-Апостола.


После кампаний 1812, 1813 и 1814 годов, после существования, столь исполненнаго произшествиями, последующая единообразная жизнь, не могла быть достаточною для тех, которые производили сии компании. Легкость, с которою образовалось и содержалось общество, должна быть приписана более чувствам, нежели другим каким либо причинам. Отец мой жил в Москве. Я не знал удовольствий находимых в столичном обществе и когда служба не требовала моего присудствия, я удалялся в мое жилище; ибо пред сим я потерял сестру. Таково было расположение души моей, когда двоюродный мой брат Александр Муравьев, бывший тогда Полковник Гвардии, сделал мне предложение вступить в тайное общество.

Это было в феврале месяце 1817 года. Общество сие известно было под именем Общества зеленой книги,-- так называлось оно || (л. 40 об.) по причине переплета книги, в которой заключались его правила. В 1818 году в Москве сочинение сей книги было кончено и общество получило правильный ход. Книга состояла из семи глав. Всякой вновь принятой член, вступая в общество, должен из сих семи глав выбрать одну, которой пожелает себя посвятить. Например: тот, который выбирает главу о Правосудии, должен приложить старание к познанию причин неправильного суждения {Точнее: "чтобы ознакомиться с судебными делами, несправедливо судимыми".} и открывать злоупотребления Правительству; ему же присвоено было объявлять имена тех {Точнее: "тех чиновников".}, кои исполняли свои обязанности во всей чистоте их совести.

Тот, который избирает главу образование должен заниматься тщательно, или переводами превосходных отборных {Точнее: "хороших, популярных".} произведений, или усовершенствованием образа обучения какой нибудь науки и проч. Одним словом общество имело предметом ускорение успехов || (л. 41) образования и направление онаго к {Далее два слова тщательно стерты и оставлен пробел.} с нравственностью {Перевод неточен; надо: "общество имело целью ускорить прогресс цивилизации и идущий в ногу с мим прогресс нравственности".}. Его члены разделялись на {Далее пробел.} всякое {Далее пробел.} называлось управою {Точнее: "Члены были разделены на десятки, каждое объединение (десятков) называлось управой".}. Александр Муравьев был председатель главной Управы. Михаила Орлов, Князь Илья Долгорукий, оба Шиповы, П. Пестель, Ф. {После буквы "Ф." пробел; следует читать: "Фонвизин".} Н. Тургенев, Башмаков, Ахотников, Алек. Муравьев, Михаила Муравьев, К. Лопухин, Алек. Оленин, Кавелин, К. Оболенский, Новиков, Никита Муравьев, Князь Трубецкой, мои брат и я.-- Вот сколько я могу припомнить, имена лиц, которые составили общество. Я получил отпуск ехать к водам; рана, которую я получил при Кульме {Слова "при Кульме" вписаны карандашом.} пред сим открылась. Я возвратился после в полк на несколько недель только потому что к концу этого года меня сделали Адьютантом Князя Репнина.

В начале 1818 года я уехал из Москвы с моим Генералом. Прибывши в Полтаву я нашел там Новикова начальником Массонской ложи, которую он учредил на тот конец -- чтоб приуготовлять людей для Общества. Мое знакомство с Новиковым || (л. 41 об.) было весьма непродолжительно, что может подтвердить и Князь Репнин. Новиков имел целью делать деньги употребив на то всевозможный средства. Он был первый, который говорил об обществе Малороссийском. Признаюсь что я не старался узнать оное чрез знакомство которое я имел с местными жителями. Лукашевичь, Переяславскаго Уезда может доставить желаемые сведения. Он был член Полтавской ложи и в связи с Новиковым. Семен Михайлович Кочубей, Котляровский, Тарновский, Алексеев, тоже были членами сей ложи {Слова "Котляровский... сей ложи" приписаны на полях чернилами и наверху карандашом заметка: "Приписано 19 майя".}. Прервавши связи с Новиковым я остался вне общества равно как и вне деятельности онаго во все то время, как я был адьютантом.

В 1819 году зимою было собрание общества зеленой книги и после многих прений Михайло Орлов объявил что Общество зеленой книги перестало существовать. Он удалился оттуда, также Алекс, и Мих. Муравьевы. К чему клонились сии прения я вовсе не знал. Общество существовало в большем числе нежели оно было составлено в 1819, 1820 и 1821 годах {Перевод неточен; надо: "После этого общество составили лишь лица, вошедшие в него в 1819, 1820 и 1821 гг.".}. Гвардия оставила Петербург. || (л. 42)

В 1822 году Пестель, В. Давыдов, Князь С. Волконский, Юшневский {В переводе пропущена фамилия: "Бестужев".}, С. Муравьев, соединясь в Киеве преобразовали Южное общество. Они назначили в оном Директориат, составленный из двух лиц Пестеля и Юшневскаго. Вокруг Директориата был Совет Бояр {Слово "Бояр" написано в строке карандашом.}; это были прежние члены общества зеленой книги; за ними следовали братии,-- это были члены вновь принимаемые.

Оно должно было шествовать силою для введения представительнаго правления. Его внимание обращено на войско и на все роды Государственной службы. Принятые члены должны были только стараться принимать других; весь же труд умственный вверен был Директориату. Было положено не иметь ничего письменнаго и производить все сношения словесно. Здесь я могу сказать о себе, что я отказался от присоединения к сему обществу; что я не являлся ни одного разу в собраниях его, бывших в Киеве, что я убеждал даже и моего брата сделать тоже; но деятельность воли мне изменила и я вместо того || (л. 42 об.) чтоб противиться я старался увлечь себя в оное.

В 1823 году Директориат поручил моему брату и Бестужеву, которые находились близь Киева, собрать сведения об одном политическом обществе, которое должно существовать и в царстве Польском и в наших Польских Губерниях. Служба не дозволяла брату моему делать частая отлучки.-- Бестужев принял на себя это поручение. Он совершил вояж в Вильну, где он должен был снестись с одним посланным от Польскаго о общества. Образ, которым он исполнил сие поручение заслужил ему благодарность Директориата. Определено было, что б оба общества, по начатии действий, взаимное делали пособие. В этом же году 9. Дивизия была на работах при Бобруйской крепости. Гораздо уже после сего я узнал, что положено было там задержать покойнаго Государя.-- Поручения, который я имел, состояли в том чтоб согласить Северное общество избрать одного Директора, который был бы также членом Директориата || (л. 43) Южнаго.-- Это значило произвесть совершенное слитие двух обществ.-- Не хотели согласиться: был еще другой предмет несогласия между двумя обществами. Никита Муравьев и Пестель написали каждый из них проэкт конституции.-- Южное общество желало, чтоб Северное приняло конституцию Пестеля. Оба общества обещали друг другу содействовать. Пестель и В. Давыдов приехали в сем году в Петербург по тому же предмету как и я, но тоже не успели. Члены Севернаго общества, коих я нашел, были Князь Оболенский, Князь Сергей Трубецкой, Н. Тургенев, Митьков, Рылеев, Никита Муравьев, Пущин, Волконский, М. Нарышкин, Свистунов, Вадковский Федор, Поливанов, и проч. Три Директора, которые были начальниками Севернаго общества суть: Оболенский, Князь Сер. Трубецкой, и Никита Муравьев.

В 1824 году в августе месяце я выехал из Петербурга и возвратился в деревню, где нашел только двух моих сестер, которые жили в || (л. 43 об.) Полтавской губернии. Что касается до чужих домов, то я посещал только дом Дмитрия {В переводе пропущено отчество Трощннского -- "Прокофьевич".} Трощинскаго. Лорер приехал меня видеть в Октябре месяце. Он меня нашел совершенно отвратившимся от общества. Бестужев тоже заехал меня видеть, при проезде своем в 7 дивизию, где он принял двух членов Полковников: Ширмана и Левенталя.

В 1825 году Южный Директориат, видя, что члены очень умножились, разделил общество на три дивизии. Он назвал себя центром а другия дивизии фланговыми: левою и правою. Дела праваго фланка вверены были Давыдову и Князю Сергею Волконскому; а дела леваго фланка моему брату и Бестужеву. Брат мой назван был Директором а чрез Бестужева производились все дела леваго фланка. Он то наиболее размножил членов в 3 корпусе. Я был откомандирован видеться с Князем Трубецким, который только что приехал в Киев, дабы склонить его к принятию мер о распространении || (л. 44) членов в 4 корпусе. Я провел вместе с ним целой месяц, в течении котораго ничего не было примечательнаго. Я с ним разстался чтоб отправиться в деревню, а более я его не видал. 3-й корпус был на лагерях при Лещине. Бестужев принес мне следующий новости. Он мне сказал:

1-е Я нашел в 8-й дивизии одно общество половина -- Русское, половина -- Польское. Я ему дал другое образование и я начальник оного {Слова "я", "юного" написаны в строке карандашом.}. Общество сие называлось Славянским. Я видал только одного из членов сего общества называем аго Андреевичь, Артиллерийской офицер в 8-й бригаде. Бестужев, проезжая в Бобруйск, видел его в Киеве и дал ему билет, к моему брату, в котором он просил дать Андреевичу 50 р. дабы он мог поехать видеть прочих членов общества Славянскаго. С тех пор я не видал более Андреевича.

2-е Что Артамон Муравьев предложил поехать в Таганрог || (л. 44 об.) -- покуситься на жизнь покойнаго Государя. Я не желаю уменьшить степень вины сделаннаго предложения Муравьевым но позволю себе показать что он всегда имел привычку хвастаться {Qu'il a toujours eu l'habitude de l'amplification. В переводе: "имел всегда привычку преувеличивать".}. Все те, которые его знали могут в этом удостоверить и что вообще все преступныя предложения существовали только в словах до последняго нещастнаго приключения.

3-е Что дали клятву не пропустить 1826 год без того, чтоб не начать действовать.

4-е Что он предложил поехать в Таганрог с частию из сих Славян в том же намерении, как и Артамон Муравьев. Бестужев, который состоял в Полтавском полку, был переведен для содержания караулов в Бобруйск. Там то пришла ему идея о Катихизисе и несколько онаго написал.

24 Ноября я приехал в Васильков видеться с братом. Слух разнесся, что второй баталион Черииговскаго полка в Декабре месяце будет содержать караул в Киеве; день наш заключался чтением {Перевод неточен; надо: "день наш заполнялся чтением".}. || (л. 45) Мы не видали никого, потому что офицеры полка заходили к моему брату только по службе. Прежде последняго приключения я не имел о всем никакого понятия {Перевод неточен; надо: "я не знал их даже в лицо".}. Я останавливаюсь на сем пункте, чтоб показать что не было преднамерения к возмущению. В конце сего месяца мы узнали о смерти Императора. Баталион моего брата, не получил приказание перейти в Киев: я по сей причине продолжил пребывание мое в Василькове, всегда думая быть по крайней мере 1-го января {В подлиннике перевода ошибочно написано: "1-го февраля".} у себя в деревне. 20 или 21 Декабря Бестужев получил известие о смерти своей матери. Ои получил Комиссию от своего Полковника и пришел сыскать моего брата просить его чтобы он поехал в Житомир для исходатайствования ему позволения поехать к своему отцу. Дивизионный Генерал смотрел Черниговский Полк 22 и 23 Декабря. Брат мой отклонил поездку. Подполковник Гебель 24 числа Декабря поутру пришел к моему брату и это первый раз, что я его видал. Мой брат получил || (л. 45 об.) позволение отлучиться на несколько дней. Мы отправились 24 ч[исла] после обеда из Василькова; 25 ч[исла] поутру мы были в Житомире. Мой брат тот час представился Генералу Роту, который ему сказал, что не может дать отпуск Бестужеву. Он пригласил моего брата к себе обедать. Во время обеда мой брат в первый раз услышал о том, что происходило в Петербурге.-- Обещав еще прошлаго лета нашим сестрам побывать у них, мы поехали 26 в Трояновку, куда прибыли к обеду у Александра Муравьева, который никогда не принадлежал к обществу и не знал даже, как я полагаю, о его существовании.

Письмо, которое Шоазель получил из Петербурга, объяснило нам подробнее произшествие 14-го Декабря. После обеда мы отправились в Любар и как мы ехали на тех же лошадях, которые привезли нас в Житомир, провели ночь в Чудове. 27 поутру прибыли в Любар {Точнее: "остановились в Любаре завтракать".}. Менее четверти часа по прибытии нашем, приехал Бестужев и известил нас, что ночью с 24 на 25-е Декабря || (л. 46) Гебель сопровожденный жандармским офицером пришел к моему брату, который взял все бумаги и книги какия мог найти {Точнее: "и забрав все бумаги и книги..."} что поехал в Житомир. Мой брат решился отправиться тотчас, чтобы отклонить от нашей двоюродной сестрицы, которая была нездорова, нечаянность нашего арестования у ней {Точнее: "чтобы избавить кузину нашу, чувствовавшую себя нездоровой, от потрясения, которое мог причинить ей наш арест в ее доме".}. Мы поехали по дороге Василькова в Бердичев, Павловичи и Трилесов {Точнее: "мы взяли направление на Васильков через Бердичев, Павловичи и Трилесы".}, куда мы все трое прибыли т: е: Бестужев, мой брат и я. 28 числа поутру Бестужев отправился отсюда к Славянам {Перевод неточен; надо: "куда мы прибыли все трое, т. е. Бестужев, брат мой и я 28-го утром. Бестужев отправился отсюда, дабы попытаться проехать к Славянам".}, потому что Гебель, который его видел в Василькове сказал ему что не было ни какого касательно его приказания. Брусилову сказал он, что его преследуют и от Брусилова он возвратился по своим следам {Перевод ошибочен; следует читать: "лишь в Брусилове он узнал, что за ним уже послана погоня, и именно в Брусилове он повернул обратно".}.

По отъезде Бестужева мой брат писал Кузьмину (так назывался офицер командовавший 5-ою ротою, в квартире которой мы находились в Триславле) {Ошибка в переводе; следует: "Трилесах".} приехать к нему потому что он всегда полагал, что пришли взять его бумаги как || (л. 46 об.) в 1823 {Перевод ошибочен; во французском тексте написано: "в 1821 г."} году не имев приказания его арестовать {Точнее: "После отъезда Бестужева брат написал Кузьмину (командиру 5-й роты, S расположении которой мы находились в Трилесах), прося его приехать, так как он предполагал, что и на этот раз, как в 1821 г., приезжали лишь забрать его бумаги, не имея приказа об его аресте".}. 5-я рота возвратилась в эту ночь из Василькова, где все полки были собраны {Перевод неправилен; надо: "где был собран весь (Черниговский) полк".},-- другое доказательство, что не было преднамерения к возмущению. В отсутствии Гебеля полк командуем был некоторым Майором Трухииым, с которым офицеры делали все что хотели, как говорил мне мой брат. Следовательно легко было бы удержать роты в Василькове, под каким нибудь предлогом, и избегнуть все переходы которые должны были делать чтоб их собрать.--

29-го ч[исла] в 5-м часу утра мы слышали большой шум в ближней комнате. Я подумал сначала что это Кузмин приехал; -- слышу что велят подать огня. Это был подполковник Гебель с жандармским офицером, который пришел нам объявить что мы арестованы. Он велел подать чаю, сделал некоторый распоряжения, которыя продлились целой час. Кузмин и Шепилов приехали в это же время. Я слышу Гебеля, сказывающаго Кузмину || (л. 47) почему он не прибыл с ротою. Кузмин ему отвечал что время праздничное {Слова "время праздничное" написаны в строке карандашом.}. Я остался на {Далее зачеркнуто: "моей".} постели позади {Далее вписано карандашом в строку: "ширм", потом зачеркнуто и наверху зачеркнутого карандашом же написано; "перегородки".} перегородки которая находилась в сей комнате. Кузмин подходит ко мне: сказывает мне сколь ему досадно о том что со мною случилось и спрашивает у меня что делать? я ему тот час отвечал ехать куда повезут.-- Два офицера Соловьев и Сухинин приехали спустя несколько минут. Жандармский офицер выходит из комнаты и за ним Гебель. Вдруг мы слышем крики, коих не знали чему приписать; тогда мой брат разшиб окошко и вышел в оное. Я тогда видел Кузмина и Шепилова вооруженных (de bayonettes) {В подлиннике перевода ошибочно написано: "de crayonettes"; это слово написано в строке карандашом; (de bayonettes) в переводе означает: "штыками".} и преследовавших Гебеля. Я остановил Шепилова, который хотел со всею силою броситься на Гебеля. Сии два офицера еще несколько месяцов прежде сего имели намерение отомстить Гебелю за какое то его самовольство, против них оказанное. Тогда мой брат принял намерение возмутить полк. Тот час отправился в деревню Ковалевку, где была || (л. 47 об.) вторая Гренадерская рота. Я с ним сошелся ввечеру. Из Ковалевки мой брат послал нарочнаго к Алек. Вадковскому чтоб он {Далее слово тщательно зачеркнуто.} прибыл на другой день в Васильков. Мы нашли в экипаже Гебеля, котор. мы взяли чемодан с вещьми. Я вынул пятьдесят рублей из моего портфейля который находился между книгами моего брата.

30 ч[исла] мы отправились с двумя ротами в Васильков. Майор Трухин {Слова: "впереди -- одной роты" написаны в строке карандашом.} впереди -- одной роты {Точнее: "Майор Трухин, будучи во главе целой роты".} не имел даже присудствия духа -- чтоб сделать малейшее сопротивление при нашем входе в город. Я твердо уверен что две роты уступили малейшему препятствию {Точнее: "Я твердо уверен, что обе роты отступили бы при малейшем сопротивлении".}. Мой брат взял полковые знамена к себе. Все офицеры пришли к нему явиться сами от себя {После слова "себя" пропуск. Над пропуском карандашом написано: "en faisant force protestation"; в переводе: "решительно протестуя".} (en faisant force protestation) потому что мой брат им объявил что они могут остаться. Обе роты стояли в городе. Майор Трухин был арестован. Соловьев и Шепилов, которые поутру возвратились в Васильков и которых Гебель приказал арестовать были освобождены. Александр Вадковский прибыл по приглашению моего брата (л. 48) и сказав что в Главной дивизионной квартире еще ничего не знали о движениях Черниговскаго полка отправился тот час в Белую церковь. В течении ночи задержали всех жандармов, которые проезжали чрез Васильков. Что-же касается до города то не было в оном ни какого безпорядка. В эту ночь Бестужев заставил списать несколько копий своего катихизнса. По его то внушению мой брат заставил читать оныя пред полком не смотря на мои убеждения не делать сего.--

31 ч[исла] мой брат послал одного офицера (коего имени не припомню) в Киев с запискою к одному Майору Крупенникову, Курскаго полка, коего имя я в первой раз тогда слышал. Роты собрались в 12. часу на площадь. Брат мой Иполит который ехал из Москвы в Тульчин к нещастию застал нас во все неожиданно. Я его просил в стороне {Так в подлиннике.} и сильно убеждал продолжать свой путь {Точнее: "я отозвал его в сторону и настойчиво предложил продолжать свой путь".}, что и брат мой Сергей может подтвердить. || (л. 48 об.) Но он тот час решился и объявил нам что он нас не оставит. Он сказал брату что имел к нему от Князя Трубецкаго письмо, которое истребил, когда пришли арестовать Свистунова, с которым он жил в Москве; содержание письма сего он не читал.-- Я был с Ипполитом в нашей квартире, где он переменил свой костюм. Между тем временем Полковой Священник читал молебствие и катехизис, после чего роты пустились в поход к Мотовиловке, где квартировала 1-я мушкатерская рота. Она не хотела следовать с другими ротами. 1-я Гренадерская сделала тоже. Мы провели 1-е Генваря в Мотовиловке. 2-го на разсвете мы отправились к Белой церкве; провели ночь в деревне Пологи которая стоит в 15 верстах от Бел. церкви. Брат мой послал Сухинина узнать что происходит в Белой Церкве; Он возвратился одним или двумя часами пред разсветом с известием что там пушки. 3-го числа утром || (л. 49) мы переменили направление наше. Мы хотели провести ночь в Трилесове. Во время этого похода отряд Кавалерии нас встретил. После нескольких выстрелов из пушек Салдаты бросили оружие, не делая ни малейшаго сопротивления. Мой брат Сергей, который был ранен en face de pièces qui jouaient sur nous reèut un coup de mitraille dans la tête {Слова на французской языке написаны карандашом. В переводе: "Мой брат Сергей, вставший перед стрелявшими в нас пушками, был ранен в голову картечью".} Шепилов и мой брат Ипполит убиты. Нас привели в Трилесов. Там то Кузмин пистолетом, который всегда носил при себе и успел спрятать, se brûla la serveille {Слова на французском языке написаны карандашом. В переводе: "пустил себе пулю в лоб".} в присудствии нашем. Один брат убитый, другой раненный, Кузмин в ужасных конвульсиях умирающий,-- вот как кончилось сие виновное предприятие.

N.B. В Трилесове я узнал, что Кузмин принадлежал к обществу Славян и что это общество {Этим текст перевода обрывается. Далее остались не переведенными слова: "имело условный знак прикосновения (при рукопожатии), по которому члены узнавали друг друга".}. || (л. 50)


## No 7 (5)


Хомутец le 3 Novembre 1824 {Письмо Матвея Муравьева-Апостола, посланное им его брату Сергею Муравьеву-Апостолу из имения Муравьевых Хомутец. Письмо было отобрано у С. И. Муравьева-Апостола перед арестом и приобщено к следственному делу М. И. Муравьева-Апостола.}.


J'ai été bien désagréablement surpris, Mon cher ami, par ce que vous me mandez dans votre dernière lettre. Je vous attendais avec impatience et maintenant je ne dois plus espérer vous voir de sitôt. Quant à moi, cher ami, je serai indubitablement venu. J'aurai suspendu mes bains. Mais il m'a été fortement enjoint de ne pas aller chez vous. Mon père me l'a fait positivement promettre après avoir été prévenu à ce sujet par Николай Назаревич et vous savez s'il a des notions sures. -- Le gouvernement veille sans cesse et s'il n'agit pas comme il devrait le faire il a ses raisons. Le midi attire une grande partie de son attention -- il connaît l'esprit qui y regne et ce qui me fait la plus grande peine c'est que vous agissez comme si toute suspiscion avait cessé. Témoin la visite que je viens de recevoir d'un certain Mr. Lohrer que je n'ai connu qu'en passant à Pétersbourg et que Pestel m'a envoyé Dieu sait pourquoi sur le pied d'une vieille connaissance. Nous sommes bien loin encore de ce point où le risque devient raisonnable et risquer sans discernement perd du monde et retarde la chose peut-être à l'infini. Il m'a parlé des réceptions que l'on fait chez vous dans les régimens, d'un terme fixé d'une année -- en vérité tous cela me fache et si je ne savais pas que la solitude exhalte les sentimens ce qui donne de la supériorité à quelques jeunes étourdis qui seraient ridicules dans toute autre circonstance je vous aurai tous cru devenu fous. Ce Mr. Lohrer m'a parlé de vos liaisons ou plutôt de votre liaison. Il m'a dit que vous ne pouviez pas en parler vous même sans avoir les larmes aux yeux. Il (л. 50 об.) Que dès le premier abord votre prétendu ami lui a dit que vous êtes lié intimement, qu'il ne fait que courir èa et là, que servant dans un autre régiment il était sans cesse avec vous, que ses visites fréquentes à Kiev/ avec vous ont été cause de la défense qui en est résulté, que vous y alliez etc. etc.-- Vous connaissez mes principes, vous savez, que je suis persuadé qu'il n'y a pas de sentiment qui demande plus de pudeur que l'amitié, qu'il n'y a pas de sentiment qui rejette plus impérieusement toute idée de vanité. Vous verrez du moins une espèce de constance, Mon cher ami, à désaprouver ce que vous faites. S'il n'y allait pas de votre repos et du mien par conséquent je me serai resigné comme il m'est si facile de le faire. J'aurai laissé au tems à déchirer le voile qui couvre votre raison depuis les trop fameux contrats de 1823. Mais n'oubliez pas que les choses si vous n'y remédiez incessamment ne peuvent pas en rester là et gare à vous si le gouvernement se mettait à agir. Tout cela est tellement cousu de fil blanc qui lui serait bien facile de vous envelopper dans vos propres filets. Je ne me fache pas contre vous; je ne vous en veux pas, mon cher Serge, quoique je me serai attendu à un peu plus de confiance de votre part. Tout en me donnant des qualités que je suis bien loin de posséder, vous me refusez la seule que je désire. J'ai été très enclin à me laisser entraîner avant -- le tems a muri ma raison--tous les événemens différens auxquels j'ai été si souvent en butte ont été profitables pour moi en me donnant un peu j| (л. 51) l'expérience des hommes -- aussi je remercie bien sincèrement Dieu d'avoir daigné m'éprouver. Lorsque je viens à me rappeler que c'est moi qui suis en parti cause de tout cela je ne peux pas vous exprimer quelles angoisses cela me cause. Fasse le ciel que les événemens ne justifiassent pas mes paroles! Pourquoi avez vous été voir Wadkowsky?-- Je profiterai de cette occasion sure pour vous parler de ma profession de foi.-- Je suis intimement convaincu qu'il n'y a absolument rien à faire pour le moment -- il n'y a rien à St. Pétersbourg et pour la justification de vos amis. Je vous dirai que l'expérience m'a prouvé qu'il n'y avait rien à y faire. Les visites qui y ont été faites ont laissé un germe de désunion et cela ne pouvait pas être autrement. D'un coté on parlé sentiment de l'autre probabilité ce qui est bien froid. A l'honneur de ceux de là-bas je dois dire qu'ils s'expriment avec estime sur le compte de vous autres tandis que chez vous on ne le fait pas. Et pourquoi tout cela pour contenter la plus mince des vanités celle de faire admettre magistralement des hypothèses mises par écrit qui Dieu sait encore si elles peuvent être applicables. Le partage des terres a une grande opposition même comme hypothèse. Or, je vous le demande, cher ami, la main sur la conscience est-ce avec de pareilles machines que l'on peut mettre en mouvement une aussi grande masse d'inertie. La conduite adopté est à mes yeux détestable n'oubliez pas que celle du gouvernement est bien autrement positive. Les grands Ducs ont || (л. 51 об.) des divisions ils ont le bon esprit de se faire des créatures. Je ne parlerai pas déjà de leur frère qui a plus de partisans que l'on ne s'en doute. Ces messieurs donnent des arpents de terre, de l'argent, des grades et nous autres qu'est ce que nous faisons. Nous promettons des abstractions, des enseignes hommes d'Etat qui ne savent pas se conduire eux-mêmes et pourtant une mauvaise réalité est préférable à une brillante incertitude dans ce cas.--Mettons même qu'il soit facile de faire jouer la hache de la révolution me répondrez vous que vous puissiez l'arrêter ensuite. L'armée sera la première à trahir la cause. Citez moi un exemple qui puisse je ne dirai pas prouver mais faire soupèonner le contraire. Quel officier du régiment de Semenowsky qui s'est fait faire fusiller? Vous me direz à quoi bon mais il ne s'agit pas de l'utilité qui en serait résulté, mais de l'élan que cela aurait dénoté vers un autre ordre de chose. Je vous avoue que je suis encore plus mécontent de votre abouchement avec les polonais, vous êtes sur un pied vis à vis d'eux sur lequel vous ne deviez jamais être d'après ce que vous m'en aviez dit. -- D'ap'rès l'agent que vous avez si imprudemment employé cette espèce de fraternité devait résulter. Je serai le premier à m'opposer à voir la Pologne jouer au dés le bonheur de ma patrie. Nos forces sont toutes extérieures chez vous -- il n'y a absolument rien de solide. Il ne s'agit pas de se presser et dans ce cas je ne comprends même || (л. 52) pas l'acception de ce mot. Il faut avoir un bon fondement pour élever un grand édifice et c'est justement à quoi on ne pense pas chez vous. Nous sera-t-il donné de jouir de nos oeuvres c'est ce qu'il faut laisser à la Providence,-- il faut faire ce que l'on doit faire et rien de plus--mais bien entendu point d'enfantillage il ne faut pas recevoir des officiers de ligne bons à rien pour le moment -- et lorsque le tems vient qu'il faut les employer on les fait marcher impérieusement sans les consulter sur leur bon plaisir.-- M-r Löhrer m'a dit aussi que Вишневский {Так в подлиннике. Следует читать "Юшневский".} a mit comme principe проучить молодых людей, чтоб они ни кричали в комнатах, а на улицах, на площадях -- engagez le de se faire saigner car il est malade je vous en donne ma parole d'honneur du moins réagissez fortement contre lui pour la sûreté des malheureux que ce monsieur pourrait faire bien grattuitement. -- On m'écrit de Pétersbourg que l'Empereur est enchanté de la réception qu'on lui a fait dans les gouvernemens qu'il vient de visiter-- le peuple se couchait sur la grande route, sous les roues de sa calèche il était obligé de s'arrêter pour qu'on ait le tems de l'empêcher de prouver son enthousiasme -- les futurs républicains ont manifesté partout leur amour et n'allez pas croire que cela a été joué les исправники qui n'étaient pas de la confidence ne savaient || (л. 52 об.) pas où donner de la tête. C'est une personne bien sure qui me le mande et qui avait un ami, qui a été du voyage.-- J'ai été aux manoeuvres des gardes et les régimens qu'on a tellement changé n'offrent pas beaucoup d'espérance. Le soldat même n'est pas aussi mécontent que nous l'avions cru nous mêmes là-bas. L'histoire de notre régiment est entièrement oubliée.-- A mon passage par Moscou j'ai vu deux personnes qui m'ont dit qu'il n'y avait rien de fait et rien à faire de raisonnable s'entend.--Voilà mon cher ami, ce que je me réserve de vous dire à notre entrevue que j'és-perai devoir être prochaine. Ne vous étonnez pas du changement que vous trouverez en moi -- songez au tems -- c'est un grand maître. Je passe mon tems dans la solitude la plus complète. Le tems est si mauvais que je ne mets pas ce qui s'appelle le nez à l'air. Je m'occupe de la lecture et ce genre de vie ne m'ennuit pas du tout. Je suis même heureux lorsque je songe aux dépenses que mon père a à faire dans ce moment et que je n'ai pas la conscience d'augmenter pour ma part.--Si vous voyez A. Repnin il pourra vous donner des nouvelles d'Hélène mieux que je ne pourrai le faire moi-même. -- Annette est à BaKOumoffKa voilà tout ce que j'en sais. -- Vous avez bien raison de dire que fatta la frittata et pour vous donner une || (л. 53) idée de la roideur de mon caractère dans de pareilles circonstances -- c'est que je m'en éloigne par raison pour ne pas avoir à rompre en visière si nous étions un peu plus intimes. Je ne pourrai pas m'empecher de trouver mauvais ce qui m'aurait par u tel et si le Monsieur contestait ce droit à mon père comment prendrait-il cela de moi?--Vos idées sur Annette sont tant soit peu romanesques dans ce que vous m'en dites dans une de vos lettres. Jeune, sans expérience elle a du adopter les idées de son mari -- c'est ce qu'elle a fait très heureusement pour elle. M-me Plais était souffrante avant que son mari vint la prendre pour l'ammener.-- Annette ne servait de ses nouvelles que lorsque je venais chez elle parceque j'envoyais quelqu'un demander comment elle se trouvait. La maison même est montée de la sorte car elle s'était plaint plusieurs fois par le pauvre Lanboui qu'on lui refusait de la soupe. Cela est parceque cela est et encore une fois je dirai même pour la prose de la vie que c'est très heureux que cela soit ainsi.--Jamais ni le mari ni la femme ne m'envoyent demander si j'ai des nouvelles de mon père, ni l'un ni l'autre ne m'ont pas fait une seule question ni sur Catherine, les enfants, son mari, pas même sur Hippolyte et le Monsieur tenait une note de ses griefs contre mon père.-- N'allez pas inférer de tout cela, Cher ami, que j'ai pris les hommes, la vertu en grippe vous vous || (л. 53 об.) méprendriez infiniment.-- Je suis accoutumé à vous ouvrir mon coeur et par conséquent à vous donner les raisons qui me font agir de telle ou telle manière. Je vous enverrai la semaine prochaine si faire se peut plutôt les touloupes pour vos gens -- on avait pas exécuté jusqu'à ce moment vos ordres à cause de tous les intrigues qui ont eu lieu dans les phases de l'histoire de l'économie de Chomoutetz.-- Les Troubetsky me parlent avec beaucoup d'amitié de vous dans toutes les lettres que je reèois d'eux. Je ne sais rien sur Catherine vous avez raison elle doit être accouchée dans ce moment. Je prie sincèrement Dieu qu'elle soit délivrée heureusement. Je les aime de tout mon coeur. Hippolyte ne m'écrit pas et comme je n'ai pas reèu depuis quelque tems des nouvelles de Bibikow qui est le seul qui m'en parle je ne peux rien vous en dire. Je vous embrasse mille et mille fois, Mon cher ami; soyez heureux, bien portant et ne m'oubliez pas Votre frère


M. Mouravieff Apostol.


Le portefeuille de Pestel me donne beaucoup d'inquiétude pour vous -- vous aviez dit qu'il n'y aurait rien d'écrit.-- Voyez comme vous êtes entraînée au courant que vous ne pouvez maitriser. || (л. 54)


-----


Перевод.


Хомутец 3 ноября 1824.

Я был крайне неприятно поражен, дорогой друг, тем, что Вы мне сообщаете в Вашем последнем письме. Я с нетерпением ждал Вас, а теперь приходится отказаться от надежды скоро Вас увидеть. Что касается меня, милый друг, я, несомненно. приехал бы. Я бросил бы все свои купанья. Но мне было строго приказано не ездить к Вам. Отец заставил меня дать ему положительное обещание, что я не поеду. после того как он получил предостережение от Николая Назаровича, а Вы знаете, как этот последний хорошо осведомлен. Правительство теперь постоянно настороже, и если оно не действует так, как следовало бы ожидать, то у него на то есть свои причины. Юг сильно привлекает его внимание, оно знает, какой там царит дух, и меня крайне огорчает то, что Вы действуете, словно прекратились всякие подозрения. Доказательством тому служит хотя бы посещение меня неким господином Лорером, с которым я был едва знаком в Петербурге и которого Пестель послал мне, бог весть почему, в качестве старого знакомого. Мы еще весьма далеки от того момента, когда благоразумно рисковать; а рисковать без здравого рассуждения поведет лишь к потере людей и затягиванию дела, может быть, до бесконечности. Он говорил мне о приеме новых членов у Вас в полках, о назначении срока в один год,-- по правде говоря. все это меня злит, и если бы я не знал, что одиночество способствует экзальтации чувств,-- а это преимущество некоторых молодых вертопрахов, которые при других обстоятельствах были бы только смешны,-- то я считал бы всех вас сумасшедшими. Сей господин Лорер рассказал мне о Ваших знакомствах или, вернее, о Вашем знакомстве. Он сообщил мне, что Вы не говорите об этом иначе, как со слезами на глазах, что с первого же знакомства Ваш мнимый друг сказал ему, что Вы связаны самой тесной дружбой, что он все время летает, то туда, то сюда, что, служа в другом полку, он постоянно вместе с Вами, что его частые поездки совместно с Вами в Киев были причиной того, что Вам запретили туда ездить, и т. д. и т. д. Вы знаете мои правила, знаете мое убеждение, что нет чувства, требующего большей деликатности, чем дружба, нет чувства, более решительно отметающего малейшую мысль о тщеславии. Впрочем, Вы могли убедиться, дорогой друг, что я с довольно-таки большим постоянством порицаю Ваш образ действий. Если бы дело не касалось спокойствия Вашего, а следовательно, и моего собственного, я бы махнул на все это рукой, и это мне в сущности нетрудно сделать. Я предоставил бы времени разорвать ту пелену, которая опутала Ваш рассудок со времени чересчур знаменитых контрактов 1823 г. Но не забудьте, что, если Вы не будете постоянно принимать меры,-- дела не останутся в таком положении, и горе Вам, если правительство начнет действовать. Все это так шито белыми нитками, что ему будет весьма легко запутать Вас в Ваши же собственные сети. Я не сержусь на Вас, не пеняю Вам, мой дорогой Сережа, хотя я был бы вправе рассчитывать на большее доверие к себе с Вашей стороны. Приписывая мне такие качества, которых у меня вовсе нет, Вы отказываете мне в том единственном, на которое я претендую. Ранее я сам весьма склонен был дать себя увлечь,-- но время содействовало зрелости моего рассудка. Все разнообразные события, коих я был жертвой, пошли мне впрок, дав мне некоторое знание людей, поэтому-то я вполне искренно благодарю бога за то, что он соизволил испытать меня. Когда же я вспоминаю, что я отчасти являюсь причиной всего этого, то испытываю такие душевные муки, которые невозможно передать. Дай бог, чтобы события не оправдали моих слов! Зачем Вы заезжали к Вадковскому? Пользуюсь настоящей верной оказией, чтобы высказать Вам свое profession de foi. Я глубочайшим образом убежден, что в данный момент нельзя предпринять абсолютно ничего, -- в Петербурге нет ничего такого, что оправдало бы [мнение] ваших друзей. Скажу Вам, что я проверил на опыте, что сделать тут ничего нельзя. Приезды [в Петербург], имевшие место, оставили зародыш разъединения -- иначе и быть не могло. С одной стороны, говорили о чувстве, с другой -- о вероятности, что очень уж холодно. К чести тамошних я должен сказать, что они с уважением отзываются обо всех вас, чего не делают с вашей стороны. И все это делается для удовлетворения ничтожнейшего тщеславия -- тщеславия тоном учителя навязывать положенные на бумагу гипотезы, о которых одному лишь богу известно, применимы они или нет. Раздел земель, даже как гипотеза, встречает сильную оппозицию. И я спрашиваю Вас, дорогой друг, скажите по совести: такими ли машинами возможно привести в движение столь великую инертную массу? Принятый образ действий, на мой взгляд, никуда не годен, не забывайте, что образ действия правительства отличается гораздо большей основательностью. У великих князей в руках дивизии, и им хватило ума, чтобы создать себе креатур. Я уж и не говорю о их брате, у которого больше сторонников, чем это обыкновенно думают. Эти господа дарят земельные владения, деньги, чины, а мы что делаем? Мы сулим отвлеченности, раздаем этикетки государственных мужей людям, которые и вести-то себя не умеют. А между тем плохая действительность в данном случае предпочтительнее блестящей неизвестности. Допустим даже, что легко будет пустить в дело секиру революции; но поручитесь ли Вы в том, что сумеете ее остановить? Армия первая изменит нашему делу. Приведите мне хотя бы один пример, который бы, не сказку, доказывал, но хотя бы позволил подозревать противное. Нашелся ли хотя бы один офицер Семеновского полка, который подверг себя расстрелянию? Вы меня спросите, зачем им подвергать себя этому, но дело идет не о пользе, которую это принесло бы, а о порыве к иному порядку вещей, который был бы сим обнаружен. Признаюсь, я еще более недоволен вашими переговорами с поляками. Вы с ними в таких отношениях, которых никогда не следовало допускать, судя по тому, что Вы мне говорили. В соответствии с посредником, которого вы столь неосторожно послали, и должен был последовать этот род братства. Я первый буду противиться тому, чтобы Польша разыграла в кости судьбу моей родины.

Силы наши у вас в обществе -- одна видимость, нет решительно ничего надежного. Дело не в том, чтобы торопиться, -- я в данном случае и не понимаю применения этого слова. Нужен прочный фундамент, чтобы построить большое здание, а об этом-то менее всего у вас думают. Будет ли нам дано пожать плоды нашей деятельности -- предоставим это провидению; нам же надлежит делать то, что мы должны делать,-- и ничего более. Разумеется, не следует творить ребячества, не следует принимать армейских офицеров, в данный момент ни к чему не пригодных; вот когда придет время пустить их в дело, тогда нужно повелительно двинуть их вперед, не спрашивая, угодно это им или нет.

Господин Лорер мне сказал также, что Юшневский положил за правило проучить молодых людей, чтоб они не кричали в комнатах, а на улицах, на площадях. Уговорите его пустить себе кровь, честное слово, он болен, по крайней мере, реагируйте энергично против него ради безопасности тех несчастных, коих может без нужды сделать таковыми этот господин. Мне пишут из Петербурга, что царь в восторге от приема, оказанного ему в тех губерниях, которые он недавно посетил. На большой дороге народ бросался под колеса его коляски, ему приходилось останавливаться, чтобы дать время помешать таким проявлениям восторга. Будущие республиканцы всюду выражали свою любовь, и не подумайте, что это было подстроено исправниками, которые не были об этом осведомлены и не знали, что предпринять. Я знаю это от лица вполне надежного, друг которого участвовал в этой поездке.

Я был на маневрах гвардии; полки, которые подверглись таким изменениям" не подают больших надежд. Даже солдаты не так недовольны, как мы там думали. История нашего полка совершенно забыта.

Проезжая через Москву, я видел двух лиц, которые сказали мне, что еще ничего. не сделано, да и делать нечего -- благоразумного, разумеется. Вот, милый друг, что я хочу Вам сообщить при свидании, которое, я надеюсь, должно вскоре состояться. Не удивляйтесь перемене, происшедшей во мне, вспомните, что время -- великий учитель. Я провожу время в совершенном одиночестве. Погода так дурна, что я, как говорится, не показываю носа из дому. Я занят чтением, и такой образ жизни мне ничуть не надоедает. Я даже доволен им, когда подумаю, что в настоящее время моему отцу предстоят большие расходы и что у меня хватает совести не увеличивать их со своей стороны. Если Вы увидите А. Репнина, он сообщит Вам вести о Елене и более подробные, чем я. Аннета теперь в Бакумовке -- вот все, что я знаю. Вы правильно заметили, что fatta la frittata {Итальянское выражение, означающее, что "яйца для яичницы уже разбиты". может быть передано русским выражением "каша заварена". Иначе говоря, дела зашли настолько далеко, что отступать поздно.}, и чтобы Вы могли судить о том, как суров мой нрав в подобных случаях, скажу Вам, что я отдаляюсь от всего этого из благоразумия, чтобы не быть вынужденным резко порвать отношения в том случае, если бы мы были более близки. Я не могу не считать плохим то, что мне кажется таковым, а если известный господин оспаривал это право у моего отца, то как бы он принял это от меня? Ваши взгляды на Аннету, -- скажем, -- мало романтичны, судя по тсму, что Вы мне пишете о ней в одном из Ваших писем. Она молода, неопытна и должна была воспринять идеи своего мужа, что она и сделала, по счастью для себя. Госпожа Plais была больна раньше, чем муж увез ее. Аннета получала о ней новости лишь тогда, когда я приходил к ней, потому что я посылал справляться о ее здоровье. Самый дом поставлен на такую ногу, и она не раз жаловалась через бедного Ланбуи, что отказывают и в супе. Все это так есть, потому что так есть, и еще раз скажу даже по поводу житейской прозы: хорошо, что это так. Никогда ни муж, ни жена не посылают ко мне справиться, получил ли я вести от отца; ни он, ни она ни разу не справлялись ни о Екатерине, пи о ее детях, ни о ее муже, ни даже об Ипполите, а супруг ведет список своих неудовольствии против моего отца. Не выводите из всего этого заключения, дорогой друг, что я возненавидел и людей, и добродетель, Вы сильно ошиблись бы. Я привык раскрывать пред Вами душу и потому излагаю Вам те причины, которые побуждают меня действовать тем, а не иным образом. На будущей неделе, а то н раньше, если будет возможно, я пришлю Вам тулупы для Ваших людей; приказанья Ваши не были до сих пор исполнены вследствие всевозможных интриг, которые происходили в истории Хомутецкой экономии. Трубецкие весьма дружески о Вас отзываются во всех письмах, которые я от них получаю. Я ничего не знаю о Екатерине; Вы правы, она должна сейчас родить. Искренно молю бога, чтобы она счастливо разрешилась от бремени. Я люблю их всем сердцем. Ипполит мне не пишет, и поскольку я с некоторых пор не имею вестей от Бибикова,-- а он одип сообщает мне об Ипполите,-- то я ничего не могу сказать о нем. Целую Вас тысячу и тысячу раз, дорогой друг. Будьте счастливы, здоровы и не забывайте меня. Ваш брат


М. Муравьев-Апостол.


Портфель Пестеля сильно беспокоит меня из-за Вас. Вы же мне говорили, что не будет писанных документов. Видите, как Вы увлечены тем течением, коего Вы не можете сдержать.


## No 8 (6)1


1 Вверху листа помета: "Читано 29-го Генв[аря]".


Высочайше учрежденный Комитет требует от Майора Лорера чисто-сердечнаго пояснения:

1) Какое именно поручение имели вы от Полковника Пестеля, для исполнения коего были вы у отставнаго Подполковника Матвея Муравьева-Апостола в Деревне, и когда сие происходило?

2) В чем состояли разговоры ваши с ним Муравьевым относительно действия Тайнаго общества?

3) Сказывали ли вы ему Муравьеву о Юшневском, которой почитал за правило, приучать молодых офицеров, что бы они не кричали {Так в подлиннике.} в комнатах, а на улицах и площадях и охуждал {Так в подлиннике.} ли он Муравьев сие направление, как могущее причинять многим несчастие без пользы обществу? и

4) Что имянно поручал Вам Матвей Муравьев взаимно передать Пестелю?

При сем Комитет замечая из всех ответов ваших очевидную неискренность и желание сокрыть то, что Комитету совершенно уже известно || (л. 54 об.) еще раз приглашает вас к прямой откровенности и чистосердечию, ибо дальнейшия несправедливыя отзывы могут только усугублять доказанную вину вашу.


Генерал Адьютант Чернышев || (л. 55)


27 Генваря 1826.


## No 9 (7)


В 1824 Года в последних числах Октября ездил я в отпуск. -- полковник Пестель при сем просил меня (так как я ехал в Малороссию в Полтавскую губернию) чтоб я постарался увидеться с отставным подполковником Муравьевым которой должен недавно возвратиться с Петербурга, что Пестель Его к себе ожидаеть или естли Муравьеву нельзя самим приехат {Первоначально: "приехал", потом над двумя последними буквами поставлено: "т".} то бы мне сообщил не имееть ли какое известие для Южного тайного общества, от тайного общества в С. Петербурге.-- Я его застал в деревни отца Его и наш разговор нащот тайного общества был следующый.--

Я ему сказал что полковник Пестель желаеть узнать не имеет ли что нибудь сказать от членов тайного общества в Питербурге, и непоручили вам какие небудь Сведения для южного общества? для чего я и заехал. -- на щот чего он мне отвечал, что он решительно более нехочеть принадлежать к тайному обществу; что все что общество не делаеть все сие служить ни к чему иному как к не счастию нашему; что в Питербурге напротив все покойны и очень довольны правительством. -- Что члены общества которие были деятельны Совершенно отстают (и при сем назвал мне полковника Шилова что ныне Генерал Майором) и полковника Митькова которой уехал в то время в чужие края. -- что я Пестеля еще хорошо незнаю ибо етот человек самой || (л. 55 об.) вредний и самолюбивый который нас всех обманиваеть только для своего тчеславия; при сем Советовал Муравьев мне перейтить в другой полк. -- на щот всего сего, я ему сказал что полковник Пестель мне хвалился что Его Русская правда была принята обществом в Питербурге что после долгого прения оная была принята а что Никита Муравьев свою уничтожил.-- на что он мне отвечал; что Ето не правда что Н. Муравьев и К. Трубецкой не согласилис и вовсе неприняли, а что Ето обман. -- что южное общество совершенно отходить от общих правил постановлевим {Так в подлиннике.} что Пестель разказываеть кого он преобретаеть в члени и что Самолюбие Его так велико что он себе вообразил что он Васинктон или законодатель; и кто Согласиться на Республиканское правление? Кто отважится на жизнь Государя и Царствующей фамилии? тогда когда Государем все довольны, любять и ради Его видеть? -- что он Муравьев прежде своего отъезда с С. Петербурга ездил с К. Оболенским в Лагерь при Красном Селе где Гвардейский Корпус был разполо-жен и что он сам был очевидец что все совершенно как офицеры и Солдаты были довольни; при Сем просил меня сказать членам общества а особливо Пестелю, Давидову чтоб оне были осторожни {Так в подлиннике.}, что в Киеве живеть Генерал Эртель нарочито чтоб узнавать || (л. 56) о существующем тайном обществе кое уже подозреваем {Так в подлиннике.} правительством.--

Так как я тогда был новый человек приехав только что в полк и незнал никого из числа членов, то и спросил Муравьева на щот членов и в том числе и о Юшневском и обявил при сем Ему что Пестель мне сказал что Юшневской недавно был недоволен молодыми офицерами "что оне только в комнатах разсуждають а не дело делають а надобно менче говорить а дело делать и действовать".--

Так как я тогда ни полковника Пестеля хорошо не знал ни одного из членов, то на все вопросы о их, Муравьев всех их мне осуждал, что Пестель хитр, скрытн, и до чрезвычайности самолюбив ибо он Его давно и хорошо знаеть.-- Сей разговор меня удивил найдя такое не согласие между членами. -- Наконец Муравьев просил меня чтоб я обявил полковнику Пестелю что он более быть не можеть членом общества и чтоб не щитали более Его в сословии оного.--

Приехав из отпуска своего я обявил о всем полковнику Пестелю которой не мало удивился сему ибо М. Муравьев был на щету деятельнейших членов и первой был чтоб Питербургское общество приняло мнение Пестеля и Русскою правду. -- Спустя несколько времени после сего, приехал к П. Пестелю Бестужев-Рюмен || (л. 56 об.) и привез письмо от М. Муравьева в котором он уверяеть в дружбе Его и опровергает все то что он мне говорил, что он тот самой ревностной член общества которим и был; что он готов все что только в силах Его будет действовать и вспомоществовать обществу, что он виделся с К. Т[р]убецким в Киеве и в месте будуть действовать для пользы общей; письмо я сам видел которое мне было Пестелем показанно.--

Вот все что я только мог припомнить на щот всего нашего разговора с отставным подполковником Муравьевым.-- то и написал.-- При сем щитаю себя несчастливом что Комитет полагаеть меня Еще что я не чистосердечен и утаеваю мои показании.-- Презываю всемогущего Бога в свидетели что я на все вопросы деланыи мне Комитетом отвечал с искренностию и ничего не желал утаить. -- Можеть быть Комитету известно многое нащот тайного общества чего мне неизвестно, но на все вопросы кои Комитет почтил мне зделать я кленусь что ничего неутаено; можеть быть я не могу всего припомнить но чтоб я имел намерение скрыть то могу клятву дать, что неимею намерения не скрывать ничего так как я уже имел счастие предварить Комитет. --


Майор Лорер {Показание написано Н. И. Лорером собственноручно.}.

Генерал Адъютант Чернышев || (л. 57)


## No 10 (8)


Высочайше учрежденный Комитет требует от Отставнаго Подполковника Матвея Муравьева Апостола откровеннаго показания:


1.


Как ваше имя и отчество и сколько от роду лет?


2.


Какой веры и каждогодно ли бываете на исповеди и у святаго причастия?


3.


Присягали ли на верное подданство ныне царствующему Государю Императору?


4.


Где воспитывались? Если в публичном заведении, то в каком имянно, когда и куда из онаго были вы пущены? и ежели у родителей, то кто имянно были ваши учители и наставники?


5.


В каких предметах вы старались на и более себя усовершенствовать, || (л. 57 об.) или приготовить?


6.


Не слушали ли сверх того особенных лекций, в каких предметах наук, у кого, когда и где имянно?


7.


С котораго времяни и откуда заимствовали первыя вольнодумческия и либеральныя мысли т. е. от внушения ли других, или от чтения книг, и каким образом мнения сего рода в уме вашем укоренялись?


8.


Когда вы вступили в службу, где и каким образом продолжали оную и не были ли за что либо в штрафах или под судом, -- когда и чем дела были окончаны?


Генерал Адьютант Чернышев || (л. 58)


## No 11 (9)


1.


Меня зовут Матвий Иванов сын Муравьев Апостол. Я родился в Петербурге в 1793 году в Апреле месяце.


2.


Я Греко-Российской православной веры. Каждогодно я бываю на исповеди и у Святых Причастиях. По милости Комитета я исполнил сей долг сим Великим Постом -- вот что меня заставило открыть все мои преступлении все что я знаю на щет Тайнаго общества не щадя никого. Одна мысль меня занимала до того -- прекратить мою позорную жизнь.


3.


Я не присягал на верное подданство ныне Царствующему Государю Императору. С самого вступлении моего в службу меня никогда не приводили к присяги. -- Чины свои я получал всегда когда я не находился при полку. Одна мысль меня занимала до того -- прекратить мою позорную жизнь {Последняя фраза в подлиннике смазана.}.


4.


Когда Батюшка мой был Министром в Мадрите не находя способов там меня воспитывать при себе -- Мы поехали с покойною Матушкою в Париж где я прожил сем лет учась в Публичном заведении (Ecole secondaire de M-r Hix) {В переводе: "средняя школа".} я там успел пройти только первой курс словесности (les humanités). Учась наиболее Латинскому и Греческому языкам. Я там же учился Закону Божию у нашего священника который находился при Посольстве. В 1809 году я возвратился в Россию.


5.


До вступлении моего в военную службу я старался усовершенствоваться в Словесности не чуствуя никогда в себе склоности к математическим наукам. Когда я находился в службе я читал военные книги. Но всегда чтение Истории я предпочитал. Я не имею положительных познании о каком либо предмете (des connaissances positives) {В переводе: "положительные знания".}. || (л. 58 об.)


6.


После кончине покойной моей Матушки в 1810 году я приехал в Москву. Я там учился дома Рускому языку и математики у покойна[го] Назарьева Професора тамошняго Университета. -- В 1816 году я слышал лекции Политический Экономии у Професора здешней академии господина Германа. Нас несколько человек собралось чтобы пройти сей курс мы сделали подписку а именно П. Пестель, брат его меньший, Сергей Шипов, Александр Шипов {Ошибка в подлиннике. Следует читать: "Иван Шипов".}, Князь Илья Долгорукий, Князь Сергей Трубецкии, Федор Глинка, Никита Муравьев, брат мой Сергей. Но я не кончил сего курса -- рана моя открылась и я получил отпуск чтобы ехать к Кавказким минеральным водам. Мы слушали сии лекции у професора Германа на квартере.


7.


Первый вольнодумческии и либеральный мысли я получил во время нашего пребывания в Париже в 1814 году. До того я не знал о существовании конституции. Сие наименование даже мне было вовсе неизвестно, не учившись политическим наукам. По возвращении нашем в Отечество, не имея никогда много денег для моих издержек я совсем не выезжал в свет -- а видил только молодых людей, самое вредное общество. -- Любов к Отечеству которое мы спасли от ига Наполеона меня одушевляла -- чтение иностранных журналов а наиболее le Constitutionnel {В переводе: "Конституционалист".} их укореняли -- говоря безъпрестанно об одном и том же предмете мало по малу я был приведен влиянием других к преступным мыслям. Единственный дом где я бывал во время моей службы в Петербурге был дом тетки моей Катерине Федоровне Муравьевой куда приезжали также члены тайного общества -- одним словом пагубное влияние общества меня потеряло. Когда я был в Полтаве не видившись ни с кем из членов общества сии мысли изчезали во мне. -- чтение книг не имело большое влияние на меня -- во время моей службы я очень мало читал. || (л. 59)


8.


В 1811 году Батюшка меня определил в училище Инженьеров путей и сообщении {Так в подлиннике.}. Я пробыл там два или три месяца, узнавши что война у нас будет с французами. Я просил о переводе моем в Лейб Гвардии Семеновской полк. -- В конце Декабря 1811 года я определился подпрапорщиком в Лейб Гвардии Семеновской полк. Всю кампанию 1812. Года я служил подпрапорщиком. За Бородинское сражение я получил знак отличия военнаго ордена по большинству голосов от нижних чинов сед-мой роты полка. В Декабре 1812 года в Вильне я был произведен в прапорщики за отличия. В сем чине я служил обе кампании 1813 и 1814 года. За сражения под городом Пирна 16 Августа 1813 года и под деревней Кульм 17 Августа я получил Анну четвертой степени а от Его Величества Прускаго Короля знак железного креста. В 1817 году я был произведен в подпоручики. В 1818 году я был назначен в адъютанты к Малороссийскому Военному Губернатору Князю Репнину. В 1819 году я получил чин порутчика а в 1820 году чин Штабс-капитана. В 1821 году желая служить во фронте я оставил адьютантскую должность незная что тем офицерам которые находились в прежнем Семеновском полку не позволено было продолжать службу в гвардии. Когда я собирался ехать в Вильну где находился Лейб гвардии Егерский полк в который я был переведен после возмущения Семеновскаго полка -- я в приказах увидел что я переведен в Полтавской пехотной полк Майором. -- В сентябре 1822 года я подал в отставку за раною которую я получил 17 Августа 1813 года под Кульм. Штаб лекарь полтавскаго пехотнаго полка меня освидетельствовал рана моя была открыта а офицеры того полка мне дали свидетельство что я заслуживаю получить пенсион. || (л. 59 об.) но при отставки я пенсиона не просил. В начале 1823 года я был отставлен подполковником.

В 1816 году я был посажен на сутки под арест на главную гоуб-вахту Зимняго дворца покойным Государем Императором по тому что стоявши в карауле у присудственных местах я опоздал выитить вон когда Государь ехал из Царскаго Села по Гороховой улице.-- более я никогда не был арестован. Под судом я никогда небыл. Отставной подполковник Матвей Муравьев Апостол {Показания написаны М. И. Муравьевым-Апостолом собственноручно.}. Генерал Адьютант Чернышев. || (л. 62)


## No 12 (11)1


1 Вверху листа чернилами помета: "Читано 2-го февраля", и карандашом поставлен знак рассмотрения "В".


1826 года Генваря 29-го дня в присудствии Высочайше учрежденнаго Комитета Отставной Подполковник Матвей Муравьев Апостол спрашивай в пояснение первых его показаний.

В данных вами ответах, сознаваясь в принадлежности к тайному обществу и в знании о его намерениях и действиях, вы умалчиваете однакоже многия обстоятельства, которыя должны быть вам совершенно известны.

Посему, Комитет, желая доставить вам способ к чистосердечному открытию всего, что вы о деле Тайнаго общества знаете требует от вас подробнейшаго и сколь можно яснаго показания о нижеследующем:


1.


Каким образом революционныя мысли и правила постоянно возрастали и укоренялись в умах, и чему приписывали вы распространение оных в Государстве?


2.


Кто были первоначальныя основатели и члены тайных обществ в России? || (л. 62 об.)


3.


С котораго времени, где и под какими названиями существовали первыя тайныя общества и какия были цели их, т. е. объявленная всем членам, и сокровенная, только некоторым из них известная.


4.


С каким намерением собраны были в Москву Депутаты от всех отделений Союза Благоденствия, что происходило в собрании членов онаго и по каким причинам в 1821 году объявлено было уничтожение сего союза?


5.


Кто из членов союза Благоденствия после объявленнаго уничтожения его решились не прекращать своих действий и составили новыя отдельный общества, которыя сделались известны под имянем Севернаго и Южнаго и кто в последствии присоединился к ним?


6.


В чем имянно заключались все различныя и в разныя времена предположенныя цели, или намерения, и меры к исполнению их со стороны сих обществ? || (л. 63)


7.


С котораго времени Южное общество вознамерилось ввести в Государстве Республиканское правление посредством революции?


8.


Кто из членов наиболее стремился к исполнению сей последней цели советами, сочинениями и влиянием своим на других.


9.


В какое время, в каких местах и каким образом предполагало общество начать открытый свои действия, и что до селе препятствовало в их исполнении?


10.


Какия средства и надежды имело общество к достижению цели своей т. е. на какия имянно войски и почему оно всего более полагалось, и кого из высших лиц в Государственной службе почитало своими покровителями и по каким причинам?

Здесь объясните в особенности

a) До какой степени распространены преступныя мнения тайнаго общества в поселенных войсках? Кто из членов || (л. 63 об.) оных принадлежал обществу и готов был содействовать цели его?

b) Каким образом, брат ваш Сергей Муравьев-Апостол будучи в Лагере 1825-го старался склонять солдат служивших прежде в Семеновском полку? Какую он взял с них присягу, и каким полкам люди сии принадлежат?

c) Правда ли, что он же Сергей Муравьев успел привлечь к своей цели до 800 человек нижних чинов Черниговскаго полка.


11.


Когда, какого рода и чрез какия лица Южное общество имело сношения с Северным и в чем заключались взаимный их переговоры?

Здесь поясните как собственный ваши действия, так и других Южных членов в разное время приезжавших в Петербург по поручениям общества?


12.


Обьясните главныя черты Конституции под названием Руской правды написанной Пестелем, и правил || (л. 64) принятых обществом, так же двух прокламаций к народу и войскам и ложнаго, преступнаго катихизиса, которая приготовлены были обществом.


13.


Обьясните все то, что касается до преступных намерений общества посягнуть против блаженной памяти Государя Императора: а) в 1817 году в Москве чрез Якушкина и б) в 1823 году чрез брата вашего Сергея Муравьева-Апостола и Швейковскаго в Бобруйске, куда по предварительному согласию должны были приехать еще Норов и Бестужев-Рюмин.


14.


Когда Южное общество предположило для уничтожения всех препон к его цели, посягнуть на жизнь всех священных особ Августейшей Императорской фамилии? Где было совещание о сем, кто присудствовал при оном и как предложена была самая мысль?


15.


Объясните с подробностию все те совещания, кои происходили в лагерное время 1825 года при Лещине и после онаго между вами, братом вашим Сергеем, Артамоном Муравьевым, Швейковским, Тизенгаузеном, Вроницким и Бестужевым-Рюминым о возобновлении преступных покушений против покойнаго Государя 1) в Таганроге, чрез выбравшихся || (л. 64 об.) 15 человек и 2) При ожидаемом в Майе 1826-го соединении и смотре 3-х корпусов, и причины, по коим первое из сих предприятии было отложено.

Здесь опишите слова и дух совещавшихся лиц, особенно же Швейковскаго и Тизенгаузена, равно как и собственное ваше в том участие.


16.


С котораго времени, кем основано и в каких местах имеет Главное управление свое и отрасли известное вам общество соединенных Славян? в чем состоит цель его, кто в оном начальствует, и кто суть члены сего общества как Русские, так и Поляки?

Здесь поясните:

а) Действительно ли средоточие сего общества в Петербурге, и принятой там Борисов, после сам принимал других?

б) С какими тайными обществами, кроме Южнаго Славяне находились в сношениях?

в) Сносился ли с славянами непосредственно брат ваш Сергей?

г) Принадлежали ли к сему обществу кроме других 5-й роты Капитан Лихачев, Нащокин, Врангель и Глебов и где сии служат или отставные?


17.


По общему ли согласию совещавшихся при Лещине лиц, или по собственному побуждению Бестужев-Рюмин приглашал общество Славян к преступному умыслу против Государя || (л. 65) в Таганроге? и каким образом предназначалось привести оный в исполнение? Кто из Славян сами предложились идти в Таганрог, и кто считался готовым на сие покушение?

Здесь присовокупите: кто должен был войти в назначенное число 15 человек сверх вызвавшихся Славян и Артамона Муравьева и по каким видам считали их готовыми на столь дерзкое предприятие?


18.


От кого вы узнали о намерении общества Славян, остановить на дороге Цесаревича, или Великаго Князя Михаила Павловича во время проезда Их Высочеств из Варшавы?


19.


С котораго времени существует, кем основано и в одном ли Боришполе или и в других местах имеет управление, или отрасли общество Малороссийское? Какая цель его? Какого рода, когда, чрез кого и с какими тайными обществами оно имело сношения? точно ли над сим обществом начальствует один уездный Маршал Лукашевич и кто еще принадлежит сему обществу, кроме наимянованных вами лиц || (л. 65 об.)


20.


Что имянно слышали вы от Князя Волконскаго и Давыдова о существовании тайнаго общества в отдельном Кавказском корпусе и о лицах к оному принадлежащих?

К сему присовокупите:

а) Читали ли вы отчет Кн. Волконскаго о сем обществе писанный Давыдовым?

б) Не имел ли Волконский сношений с тем обществом после возвращения его с Кавказских вод? и

в) Были ли вы известны о намерении одного из членов Кавказскаго общества Капитана Якубовича, с которыми приехал он в Петербург в 1825 году, что бы посягнуть на жизнь Покойнаго Государя. || (л. 66)


21.


Что имянно слышали вы от польскаго члена Крыжановскаго на счет тайнаго общества существующаго в Курляндии под названием Вольные Садовники?


22.


Какия тайныя общества находятся еще в России, что вы знаете на счет их, и от кого получили об них сведения?


23.


Какия тайныя общества существуют собственно в Польше, в каких местах имеют они свои Директории и управы, кто в них начальствует и кто суть известньш вам члены сих обществ.

Здесь поясните: Точно ли общества польский распространились по Царству Польскому, Герцогству Познанскому, Австрийской Галлиции и в Губерниях Литовских, Волынских, Киевской и Подольской, и управа 3-х последних из оных находится в Житомире под начальством Графа Мощинскаго?


24.


Комитету известно, что || (л. 66 об.) Южное общество находилось о близких сношениях с обществами Польскими и что сношения сии составляли Главную обязанность Васильковской Управы, к которой вы .принадлежали.

И потому обьясните:

а) Когда, где, каким образом и с кем из Польских членов открыл и продолжал сношения Бестужев-Рюмин?

б) В чем заключались все переговоры Бестужева с Поляками, и он ли или кто другой совещался с ними о Границах России и Польши?

в) Когда, с кем из Поляков и о чем вели переговоры Пестель, Кн- Волконской, брат ваш Сергей и Давыдов?

Опишите с возможною верностию имяна, звания, качества и место пребывания всех тех поляков, который были в сношениях с Южным обществом и всем известны.

г) Был ли Южным обществом употреблен Мошинский для сношений и переговоров: 1-е, с Польским обществом и 2) с ШвеЙковским по Литовскому Корпусу? Какия были успехи сего Мошинскаго, не был ли еще кто другой употреблен для подобных сношений по означенному Корпусу. || (л. 67)


24.1


1 В подлиннике пункт "24" поставлен дважды.


Слышали ли вы, и от кого, о разговоре польских членов Князя Яблонскаго и Гродецкаго что польский общества находятся в сношениях с прусским Венгерским и Италианским тайными обществами и даже с Англиею от которой получают деньги и проч. Равно и о том что польския общества готовы были начать свои действия когда узнали о революции в неаполе; но остановились за недостатком сил.


25.


Не имели ли так же сведения о желании финляндских жителей. возвратится к Швеции, и от кого получили таковое?


26.


Что вам известно о существовании тайных обществ в Германии, Италии Франции и других Европейских Государствах?


27.


Какия имеет сношения Южное общество с тайными французскими || (л. 67 об.) обществами и были ли получены какия известия от уехавшаго во Францию полковника Графа Полиньяка?


28.


Комитету известно, что Южное общество:

1) Поручило Князю Трубецкому приготовить всё в Петербурге к начатию действий его в следующем году, а потом когда он приехал в Киев иметь влияние на 4-й корпус.

2) Предположило собрать два лагеря один в Киеве под начальством Пестеля, а другой в Москве под начальством Бестужева, Брату же Вашему Сергею ехать в Петербург для начальства там.

3) По получении же перваго известия о кончине Государя решилось начать действия арестованием Главной Квартиры 2-й армии. || (л. 68) коль скоро вступит туда в караул Вятский полк с 1-го Генваря (1826).

Объясните: где и кто из членов совещались о сих предприятиях и какия сделаны были распоряжения к исполнению последняго из оных?


29.


Почему вы нетолько неостановили брата Вашего с каким точно намерением возмущен братом Вашим Сергеем и Вами Черниговский полк и на чье имянно содействие полагались следуя из Василькова на Белую церковь а потом на трилесы?


30.


Комитету известно что пред возмущением Черниговскаго полка Вы и брат Ваш Сергей заезжали к командирам Гусарских полков Ахтырскаго Артамону {В подлиннике ошибочно: "Артамонову".} и Александрийскаго Александру Муравьевым || (л. 68 об.) а во время самаго мятежа брат Ваш хвалился, что оба означенныя Гусарския полки с ним в союзе объясните: какия имели вы удостоверения о готовности Ахтырскаго и Александрийскаго Гусарских полков содействовать возмущению?


31.


Объясните откровенно весь ход сего произведеннаго возмущения и действия учавствовавших в оном лиц и точно ли читанной в Василькове катихизис был сочинен Братом Вашим Сергеем и Бестужевым?


32.


На чем Вы основываете мнение Ваше об Армии что оная готова двигатся, лиш бы не оставатся в настоящем положении?


33.


Кто имянно были те офицеры Черниговскаго полка || (л. 69) которыя упрекали {В подлиннике ошибочно: "упросили". См. по этому вопросу "Восстание декабристов", т. IV, стр. 271.} брата Вашего Сергея, что будто бы он не предварил их, и что они лучше бы приготовились?


34.


Какими средствами Бестужев Рюмин находил возможность безпрерывно отлучатся из полку своего по делу тайнаго общества и не был подвергнут за то надлежащему взысканию? {В подлиннике ошибочно: "отысканию".}


35.


Комитету известно, что от вас и брата Вашего Сергея поручено было Бестужеву наблюдать за Пестелем, и что сей последний обещаясь начать действия общества в следующем году (1826) ссылался на побуждение делаемое ему из Москвы и Петербурга. Объясните откровенно:

а) Что побуждало к наблюдению за Пестелем.

б) Кто имянно из Москвы || (л. 69 об.) и Петербурга вызывал Пестеля к начатию возмущения и что Вы знаете о духе и действиях общества существующего в Москве.


36.


Комитет имеет так же достоверныя сведения, что вы нередко писали к брату своему Сергею на счет общих действий ваших по тайному обществу.

Объясните откровенно:

1-е) в чем имянно состояли те подозрения правительства о расположении умов в полуденном крае, которыя Николай Назарьевич Муравьев сообщал отцу Вашему а сей передал Вам?

2-е) За какия имянно поступки упрекали Вы брата Сергея, говоря ему что он действует так, как будто бы уже сии подозрения || (л. 70) правительства кончились?

3-е) С кем из Поляков, и какого рода имел сношения брат Ваш Сергей еще с 1823-го года начавшия, за что имянно из оных вы упрекали {В подлиннике ошибочно: "упросили". См. по этому вопросу настоящее дело. стр. 211.} его говоря, что нехотите, что бы Польша играла судьбой России?

4-е) Что означали выражения Ваши в одном письме к брату Сергею о том, что силы ваши еще недостаточны, и что не надобно заранее набирать армейских офицеров.

5-е) Что имянно сообщал вам от Пестеля и Юшневскаго майор Лорер приезжавший к Вам в деревню, и когда сие происходило?

К сему присовокупите все то, что Вам известно на счет тайных обществ сверх изложенных здесь вопросов.


Генерал Адьютант Чернышев || (л. 71)


## No 13 (12)1


1 Вверху листа поставлен знак рассмотрения "В".


1.


Каким образом революционныя мысли и правила постоянно возрастали и укоренялись в умах, и чему приписывали вы распространение оных в Государстве?

После событий 1812, 1813 и 1814 года, когда мы возвратились в Петербург, гарнизонная жизнь не могла удовлетворить нашим желаниям и заменить прежних ощущений {В подлиннике ошибочно: "ощущениях".}. Ето самое заставило иных вдатся мистическим идеям а других Политическим наукам. -- Чтение газет и познакомившись с Политическим наукам {Так в подлиннике.}, некоторым гвардейским офицерам пришла мысль составить общество для ведения Представительное правление {Так в подлиннике.} в России. А от постояннаго действия сего общества мысли и правила возрастали и укоренялись в умах и распространились в Государстве.


2.


Кто были первоначальные основатели и члены тайных обществ в России?

Известные мне первоначальные основатели тайных обществ в России суть: Михаила Орлов. Павел Пестель и Александр Муравьев. Первые члены: Кн. Долгорукий, Кн. Трубецкии, Сергей Шипов, брат его, Кн. Лопухин, Бурцов, Кн. Шаховской, Николай Тургениев, Федор Глинка, Сергей Муравьев, Никита Муравьев, Якушкин.

Я слышал тогда (1817) что М. Орлов начальствовал над тайным обществом -- но члены его составляющие мне не были известны. -- Общество которому я принадлежал не имело никаких сношений с М. Орловым. || (л. 71 об.)


3.


С котораго времени, где и под какими названиями существовали первыя тайныя общества и какия были цели их, т. е. объявленная всем членам и сокровенная, только некоторым известная.

Общество которому я принадлежал имело начало свое в Петербурге в 1817. году -- В 1818 в Москве Александр Муравьев, Мих. Муравьев, Бурцов и Никита Муравьев написали устав сего общества. Оно известно было подназванием общество зеленой книге, по переплете сего устава -- настоящее имя всегда было союз Благоденствия. Цель сокровенная была одна -- введение представительное правление в Россию. -- Объявленная -- ускорение просвещения. Цель, ход и начало прочих обществ мне неизвестны.


4.


С каким намерением собраны были в Москву депутаты от всех отделений союза благоденствия, что произходило в собрании членов онаго и по каким причинам в 1821 году объявлено было уничтожение сего союза?

Депутаты союза Благоденствия были собраны в Москву по двум следующим причинам:

1) П. Пестель, Никита Муравиев, Сергей Муравьев находили что цель общества (или лучше сказать способ достижения цель) {Так в подлиннике.} слишком обширна и желали переменить оную. М. Орлов не согласился и объявил что общество уже уничтожается. Я не был в Москве и не знаю что произходило в собрании членов общества.

2) Александр Муравиев пред тем чтобы ему выйти в отставку и отстать совершенно от общества набрал в Москве таких членов которые {Далее два слова зачеркнуты и над ними написано: "срамила".} срамили общество, их нужно было удалить и вот доказательство сего: || (л. 72).

В одном заседании положено {Первоначально; "нужно".} было известить о чем то какого то члена (меня не было в Москве, мне кажется Фонвизена) назначают принятого Алекс. Муравевом {Так в подлиннике.} ехать к нему и дают ему прогоны на дорогу. -- Он получивши деньги объявляет {На полях против этого места карандашом написано: "спросить".} что ежели ему столько же денег не дадут то он тот же час пойдет к московскому полицейместеру объявлять о существовании Тайнаго общества.


5.


Кто из членов союза благоденствия после объявленнаго уничтожения его решились не прекращать своих действий и составили новыя отдельныя общества которыя сделались известны под именами Севернаго и Южнаго и кто в последствии присоединился к ним?

В Петербурге Н. Тургиниев, Никита Муравьев, К. С Трубецский, Митьков, К. Оболенский, Пущин, Бриген, Мих. Нарышкин, Вне С. Петербурга -- П. Пестель, К. С. Волконской, Сергей Муравьев апостол, В. Давыдов, Юшневской. В последствии присоединились к Северному обществу Рылеев, Свистунов, Фед. Вадковский, Вальховский, Кривцов, Александр Михаил. Муравьев, Бестужев брат его который служил во флоте. Вот члены которых я нашел в Северном обществе в 1824 году.

К Южному обществу -- Бестужев Рюмин, К. Барянтинский {Так в подлиннике.}, Осип Поджио, Александр Поджио, Тизенгаузен, Швейковской, Александр Вадковской, Молчанов, Вронецкии, Ширман, Левенталь, Жуков, Пасдеев, Артамон Муравьев, Граф Полинияк, Пыхачев, Нащокин, || (л. 72 об.) Лорер, Крюков, Янтальский, Врангель, Криднер, Вильмерс {Вместо: "Вильманс".}.


6.


В чем имянно заключались все различный и в разныя времена предложенный цели или намерения, и меры к исполнению их со стороны сих обществ?

Цель одна была введение представительнаго правления. Первое общество надеялось достичь ее распространением просвещения. А после то есть Северное и Южное общество, по средством силы.


7.


С котораго времяни Южное общество вознамерилось ввести в Государстве Республиканское правление посредством революции?

Как скоро {Слова "Как скоро" написаны над зачеркнутыми словами: "После того что".} П. Пестель написал и выдал Рускую правду -- т. е. в начало {Так в подлиннике.} своего существования.


8.


Кто из членов наиболее стремился к исполнению сей последней цели советами, сочинениями и влиянием своим на других?

П. Пестель, Бестужев Рюмин, Сергей Муравьев, Василий Давыдов, К. Барятенский, Юшневский, К. С. Волконской.

9.


9.


В какое время, в каких местах и каким образом предполагало общество начать открытыя свои действия и что до селе препятствовало в их исполнении?

Южное общество предполагало начать свои действия коль скоро силы его будут достаточны, то есть, когда полки будут наполнены членами общества. Вот что до селе препятствовало исполнить сие.


10.


Южное общество имело надежды на полки, где находились члены его и на 8-ю Дивизию наполненной {Так в подлиннике.} бывшими Семеновскими солдатами.-- Южное общество не полагалось || (л. 73) на покровительство кого либо из высших лиц в государственной службе -- доказательство сему -- оно намеревалось ввести новой порядок времянным правлением (gouvernement provisoir) {В переводе: "временное правление".} которое должны были составить члены Южнаго общества.

а.) Директории Южнаго общества препоручило {Так в подлиннике.} В. Давыдову действовать на офицерах поселенных Войсках {Так в подлиннике.}. С 1824 году я В. Давыдова не видил, у него в деревне никогда небыл и как бы не желал не могу сказать до какой степени распространены мнения тайнаго общества в поселенных войсках -- или назвать кто из членов оных принадлежат обществу и готов был содействовать цели его. Я слышал что В. Давыдов часто бывал у Генерала Трощинскаго.

b.) Когда брат мой был у меня в деревне после лагера 1825 года он мне говорил что солдаты служившим прежде в Семеновском полку и которые ныне находятся в 8-й Дивизии приходили к нему -- что они очень жаловались на службу, что они ему говорили что они узнали что велено их не щадить ни в каком случаи. Они ему сказывали что вообще все нижний чины жалуются и когда брат им сказал: что если у нас что нибудь началось? они || (л. 73 об.) отвечали Дай Бог! -- и что они побожились не отстать от брата. Вот присяга которую они дали брату. -- Люди сии принадлежат полкам составляющим 8-ю Дивизию.

с.) 2 Баталион Черниговскаго полка которым брат командовал пять лет совершенно ему был предан -- но брат для сего не употреблял никаких искательств. По службе брат был взыскатели. В 1824 году когда он был в карауле в Житомире -- Генерал Рот был очень им доволен что и было отдано в приказе. -- Но брат никогда не открывал своей цели нижним чинам.


11.


Первое сношение которое Северное общество имело с Южным было через меня. -- Мне поручено было в 1823 году ехать в Петербург с тем чтобы соединить оба общества, стараясь уговорить членов Севернаго общества чтобы они согласились выбрать одного директора который будет также членом Южной директории, вместо трех которые ими управляли (К. С. Трубецкий, К. Оболенский, Никита Муравьев). Южное общество желало также чтоб Северное общество приняло Рускую правду в место уложения || (л. 74) писаном {Так в подлиннике.} Ник. Муравьевым. Северное общество не приняло сих предложении. П. Пестель, В. Давыдов, К. С. Волконской приезжали также для сего в С. Петербург.--

В 1825 году в октябре месяце Мих. Нарышкин и Бриген приезжали в Киев от них Южное общество узнало о предложении Якубовича в 1825 году К. Трубецкому было препоручено когда он ехал в Петербург старатся уговорить членов Северного общества присоединится к Южному {Первоначально: "Северному".} обществу.

Вот все сношения которыя были после установления Севернаго и Южнаго общества.


12.


Все власти (исполнительная и законодательная) были основанны на выборе.--Правило равновесия властей было отринуто, но существовало правило -- определенность властей.-- Исполнительная власть поручалась пяти членам. Законодательная власть находилась в верховном соборе. -- Между ими была еще блюстительная власть которая смотрела чтобы исполнительная и законодательная власть не выходили из своих пределов. Блюстительную власть составляли сто и несколько членов. || л. 74 об.) Вся Россия делилась на волости. Всякой Россиянин был член какой либо волости. 1000 человек составляли волость. Волости были приписныя или цельныя. Волостная земля делилась по полам -- одна половина принадлежала {В подлиннике ошибочно: "принадлежало".} волости и разделялась на участки. Каждый член волости имел право требовать свой участок -- другая половина составляла большую собственность (la grande propriété). В волостном правлении хранились две книги одна в которой записывались имена членов волости -- В сей книге можно было только раз быть записанным -- в другой книге вносилось сколько кто платить подати. Подать сбиралась с имущества. Все жители волости участвовали в выборе членов Правления. Президенты исполнительной и законодательной власти назначались из числа тех членов которыя убывали тот год {Так в подлиннике.}. Блюстительной власти предоставлялось выбор своего президента.

Прокламации я не читал -- но знаю что они были возвания к народу и к войску. Катихизись же был приготовлен обществом || (л. 75) в прошлом Декабре бывший в карауле с Полтавским полком в Бобруйске. Бестужев Рюм. почерпнул мысль об оном в романе Salvandy Alonzo ou l'Espagne {"Don Alonzo ou l'Espagne, Histoire contemporaine", par N. Л. de-Salvandy, v. I--IV. Paris 1824. (Сальванди, Дон Алонзо или Испания. Современная история, т. I--IV. Париж 1824).}.

Он в нем выводит Республиканское правление из Евангелия. Я помню первыя два вопроса и ответы.

В. Для чего Бог создал человека?

О. Чтоб быть щастливым и свободным.

В. Для чего говорите вы и свободным?

О. Без свободы нет щастия и нет добродетели.

Он кончает его заклинанием всем соединится для достижения щастия. Етот катихизис был кончен в последних числах прошлаго Декабря месяца.


13.


Я слышал что в 1817 году, когда военный поселения начались общество зеленой книги хотело возпользоватся сим случаем чтобы начать действия свои. Якушкин отдал себя обществу чтоб оно его употребило как хотело. Он мекал смерти и он имел твердое намерение лишить самаго себя жизни покусившии {Так в подлиннике.} на жизнь блаженной памяти Государя Императора. Тогда брат мой Сергей остановил сие предприятие говоря силно против сего || (л. 75 об.) намерение.

Когда 9-я Дивизия была на работе в Бобруйске я после узнал, что брат мой Сергей, Швейковский, Бестужев Рюмин и Норов имели намерение остановить Государя и что они оставили сие предприятие не имея до того никаких сношений с Южной директорией -- но я в первой раз слышу что брат предлагал ехать с Швейковским Бестужевым Рюминым, и Норовым в Бобруйск чтоб посягнуть против блаженной памяти Государя Императора.


14.


В 1823 году в Каминке у В. Давыдова я был тогда в Петербурге брат и Бестужев Рюмин могут сказать кто имянно присудствовал при сим завещании {Так в подлиннике.} -- брат мой и Бестужев Рюмин востали против сие предложение {Так в подлиннике.}. Они мне разказывали после об оном с негодованием.


15.


Члены общества присягу дали что они начнут действия в 1826 году.

С 1823 года я не встречался с Швейковским с первых чисел июня месяца 1825 года до 27 прошлаго Декабря я ни виделся с Артамоном Муравьевым {Слова "с первых чисел... Артамоном Муравьевым" приписаны на полях.}. Вроницкаго я в первый раз видил 25-го Декабря 1825-го года в Житомире и потому невозможно мне написать слова и дух || (л. 76) совещавших лиц. После Лагера в Лещине брат был у меня в деревне, Бестужев также --

Брат мне говорил что Артамон Муравьев предлагал в Лещине ехать в Таганрог чтобы посягнуть на жизнь покойнаго Государя.

Бестужев Рюмин мне говорил что он сделал тоже предложение. Он хотел ехать с некоторыми членами Славянскаго общества -- из коих я помню, он мне называл, Горбочевскаго, Глебова, Борисова.

Ети предложения не были приняты потому что лицы совещавшия узнали что в 1826 году будут собраны 3 Корпуса вместе. Полагая что при таким сборе войск легше будет начать действия.

Они мне говорили также что Швейковским очень был огорчен что у него отняли полк и что в приказе Главно-Командующаго сказано было как не удостойнаго им командовать.

Я знаю что Тизенгаузен находился при сим совещании но как он был а что он говорил не могу сказать потому что я не был в Лещине. || (л. 76 об.)


16.


До приезда Бестужева Рюмина ко мне я не знал о существовании Общества Славян. Он мне сказал, что бывши в Лещине, он узнал существует тайное общество в 8-й Дивизии, что цель его была соединение всех Славянских Племен, что в сим обществе находятся и поляки, но он мне их не называл. Познакомившись с членами сего общества Бестужев Рюмин говорил о невозможности достичь цели к которой они стремятся переменил совершенно сие общество и сделался начальник онаго а под ним Maнор Спиридов. -- Кроме Андреевича который приезжал из Киева к брату в Васильков я ни однаго члена сего общества не знаю. Бестужев Рюмин называл Горбачевскаго, Спиридова, Глебова, Борисова.

а) Я пологал что средоточие сего общества в Волынской Губернии -- а незнаю {Далее зачеркнуто: "есть ли".} Борисов принимал ли членов.-- Андреевич принимал членов в Киеве бывши прикомандирован к Киевскому арсеналу.

в) Кроме Южнаго {Далее зачеркнуто: "и Севернаго общества".} мне не известно с какими тайными || (л. 77) обществами Славяне были в сношениях.

в) {Буква "в" в подлиннике поставлена дважды.} в Лещине брат мой жил в одной палатке с Бестужевым Рюминым. Все переговоры с Славянами делались при нем.

г) Бестужев Рюмин мне говорил что он принял в Южное общество Пыхачева, Нащокина, Врангеля в 1823 году в лагери 3-го Корпуса. В Трилесове я узнал что Кузмин принадлежал обществу Славян -- более никого не знаю.


17.


Бестужев Рюмин пользовался большим доверием от Южной Директории -- ему препоручено было действовать на 3-ий Корпус. Он более всех принял членов. -- Предложение которое он сделал в Лещине, он его сделал по собственному побуждению. -- Его предложения не приняли потому что узнали что в 1826 году три корпуса будут собраны. Горбачевский, Борисов, Глебов должны были ехать с ним и другие еще шестеро которых он мне называл но которых имена я забыл теперь! -- Сии девять человек Бестужеву Рюмину дали присягу ехать куды он им скажет. Артамон Муравьев хотел ехать один. Вот все что я знаю о сем. || (л. 77 об.)


18.


В первых чисел {Так в подлиннике.} Декабря 1825 я был уже у брата в Василькове когда Андреевич приезжал из Киева объявить о сем намерении.


19.


Все сведения о Малороссийском обществе я полагаю что может дать Уездной Маршал Лукашевич, я никаких совершенно сношений не имел с оным.


20.


С 1823 года я не встречал ни К. Волконскаго, ни В. Давыдова. Мне брат говорил что В. Давыдов подавал Южной Директории проэкт об основании тайнаго общества в Грузии. Вот что мне послышалось.

а) не читал отчеты К. Волконскаго писанный Давыдовым.

б) я пологаю что К. Волконской не имел сношения потому что:

в) Южное общество узнало от Мих. Нарышкина или от Бригена (который приезжали {Так в подлиннике.} в Киев в прошедшем октябре) о намерении Якубовича.-- Я же узнал об оном намерение от Бестужева Рюмина. || (л. 78)


21.


Я в первой раз слышу о существовании тайнаго общества в Курляндии под названием Вольные садовники.-- Крыжановскаго я ни встречал и не знаю.


22.


Я знаю в России существовании трех следующих обществ, Севернаго, Южнаго и Польскаго. Я не упоминаю об обществе Славян -- об котором я только узнал в последнее сие время и которое сделалось отрасль Южнаго общества. О существовании Польскаго общества я узнал от брата и от Бестужева Рюмина.


23.


Цель польскаго общества есть ввести конституцию 3 мая.

Я слышал что польское общество управляется Директорией который находится в Дрездене -- первой член директории Генерал Князевич.-- Польское общество разделено на десятки.-- Польское общество распространилось по Царству Польскому Герцогству Познанскому, Австрийской Галиции и в Губерниях Волынских Киевской и Подольской {Далее карандашом поставлен крест и такой же знак стоит над фразой, написанном на полях: "Цель... 3 мая", что означает необходимость вставки этой фразы в текст.}.-- Я также слышал что последними тремя управами управляет какой то отставной полковник || (л. 78 об.) Тарнавский который в 1812 году поставил на свой щот два полка против нас.--

Полагая что Южное общество начнет действия в 1826 году -- пред выездом нашим из Житомира 26-го прошлаго Декабря брат зашел к Г. Мощннскому куды и я пришел, (брат познакомился с Г. Мощинским в 1824 году когда его баталион был в карауле в Житомире). Г. Мощинский сказал брату что Ворцел приедет в Киев во время контрактов чтобы видится с членами Южнаго общества.-- Он говорил еще что когда Лорд Странгфорт ехал из Петербурга он виделся в Дрездене с Генералом Князевичем и что он ему сказал что коль скоро Польша начнет что нибудь против Росии то Англия ей поможет деньгами.-- Потому что Г. Мощинский сказал что Ворцель будет послан для свидания с Южным обществом я не полагаю чтобы он начальствовал над Киевской, Волынской и Литовской губерниях {Так в подлиннике. Далее зачеркнуто: "Я с Г. Мошинским".}. Эта была моя || (л. 79) первая встреча с членом Польскаго общества. Мне брат говорил что Г. Олизар принадлежит Польскому обществу -- он живет в деревне Коростелевке Киевской губернии. Мне называли еще из Польских Членов Проскуру, Валескаго, Крыжановскаго, Яблоновскаго.


24.


Я не принадлежал Васильковской управе я находился после моего возвращения из Петербурга вне общества. Брату моему и Бестужеву Рюмину препоручены были сношения с польским обществом потому что они оба находились близ Киева где им удобнее было видится с Польскими Членами во время Контрактов.

а) Первые сношении с польским обществом брат и Бестужев Рюмин открыли через графа Хоткевича с которым они встречались в доме Николая Николаевича Раевскаго. Через Гр. Хоткевича Польское общество прислало из Варшавы Крыжановскаго одного из членов своих. Ето было в 1823 Году во время контрактов. Тут и открылись первые сношении между Южным и Польским обществом || (л. 79 об.)

б) Переговоры заключались в том, что Польское общество дало обещание начать действии с Южным обществом -- О Границах России и Польши не было говорено чтоб удалить всякую причину несогласия.

в) брат и Бестужев действовали в месте -- но с кем из поляков и о чем вели переговоры Пестель, кн. Волконской и Давыдов я не знаю.

Г. Мощинский живет в Житомире.

Г. Олизар в деревне своей Коростелевке в Киевской губ. Крыжановский служит в польской гвардии.

Яблоновыми также.

Ворцел я не знаю где служит или проживает.

Проскура в Киевской губернии незнаю имя деревни.

Валеский живет в Волынский губернии около Житомира -- имя деревни незнаю.

г) Сношении и переговоры с польским обществом производились во время контрактов. Я не знаю Мощинскии бы[л] ли употреблен в другое время.

д) Мне Бестужев говорил что Южная Директория препоручила Швейковскому действовать || (л. 80) на Литовской корпус -- но что Швейковский ничего ни сделал. Он мне не говорил чтобы кто нибудь был бы после употреблен на сей предмет.


24.


Брат или Бестужев Рюмин мне не говорили о сем.


25.


Не имею ни каких сведении о желании финляндских жителей возвратится к Швеции и никто мне не говорил о сем.


26.


Ничего мне не известно о существовании тайных обществ в Германии, Италии, Франции а других Европейских Государствах.


27.


Мне брат говорил что Гр. Полиньяк был принят Пестелем в деревне Каменке у В. Давыдова и что Полиньяк обещал познакомить Южное общество с Тайным французским обществом -- но он мне не сказал писал ли Полиньяк из Франции Давыдову или Пестелю -- и посему я полагаю что Южное общество не имеет никаких сношений с тайными Французскими обществами.


28.


Брат мне препоручил когда Кн. Трубецкий || (л. 80 об.) приехал в Киев в начале прошлаго года его упросить чтобы он действовал на 4-ый Корпус -- я был в Киеве в Мае месяце и прожил около трех недель у Кн. Трубецкаго но когда Бестужев Рюмин был у меня в деревне в Октябре месяце он мне говорил что Кн. Трубецкий совершенно ни чего не делал когда 4-й Корпус был собран в Лагере около города Глухова.

Когда Кн. Трубецский ехал в {Далее зачеркнуто: "Киев".} Петербург в прошедшим Октябре месяце брат препоручил ему старатся уговорить членов Севернаго общества присоединится к Южному обществу -- Южное общество полагало начать действии в 1826 году.

2) Южное общество предполагало что надобно времянное правление для введения новаго порядка вещей и что сему правлению нужна сила чтобы успешно действовать вот что падало Бестужеву Рюмину мысль о основании] трех лагерях {Так в подлиннике.} один в Москве под командую Бестужева, другой в Киеве под командую Пестеля а третий в Петербурге под командою Сергея Муравьева.

3) 27 ноября Крюков приезжал от Пестеля к брату обьявить что правительство узнало {Несколько ниже написано я потом смазано: "открыло".} || (л. 81) о существовании Южнаго общества. Крюков не говорил о намерении арестовать Главную квартиру 2-й Армии когда Вятский полк вступит в Караул.

Я вспомнил теперь что Бестужев Рюмин сказал Крюкову для чегоже Пестел не собирает свой полк и не идет с ним арестовать Главную квартеру второй Армии -- ето произходило у брата на квартере в Васнлькове. Крюков приехал без позволения он пробыл у брата неболее двух или трех часов.-- Совещании о сем предмете не было.


29.


Все что от меня зависело я сделал чтоб остановить брата -- я совершенно не знал Черниговскаго полка. Офицеры приходили к брату только по службе -- и до последних нещастных произшествий я с ними даже никогда не говорил.

17-й Егерской полк стоит в Белой церкви брат надеялс[я] что он к нему приставит потому что в нем было два члена Южнаго общества Молчанов и Александр Вадковской. Следуя на Трилесов брат имел намерение соединится с 8-ю Дивизиею. || (л. 81 об.)


30.


Бестужев Рюмин узнал в Бобруйске о кончине матери своей. Он приехал в Васильков упросить брата чтобы он постарался получить отпуск для него от корпуснаго командира, чтоб ему можно было посетить отца своего. Вот что заставило брата ехать в Житомир.-- А я с братом поехал чтоб навестить сестер наших Муравьевых которым я обещался весною в Киеве быть у них.-- Брат надеялся на содействии Ахтырскаго полка потому что Артамон Муравьев был член Южнаго общества.-- Он не имел никаких надежд на Александрийский полк. Александр Муравьез никогда не принадлежал обществу и полагаю не знал даже что оно существует.-- Во время мятежа брат говорил что оба означенный гусарския полки с ним в союзе чтобы ободрить солдат.


31.


24-го Декабря брат получил позволение ехать в Житомир -- после обеда мы отправились. 25-го Декабря по утру мы были в Житомире -- по приезду брат явился Корпусному Командиру который ему сказал что он не может дать |[ (л. 82) отпуска Бестужеву Рюмину. Генерал Рот пригласил брата обедать к себе и за столом брат в первой раз услышал о произшествии случившимся в С. Петербурге. 26-го мы отправились рано по утру в Троянов к Александру Муравьеву. Мы приехали к обеду. Гр. Шуазел получил письмо из Петербурга в котором ему сообщали более подробностей о 14-м Декаб[ря] -- Он брату дал прочесть сие письмо. После стала {Так в подлиннике; надо: "стола".} мы пустились в путь. В чудове мы провели ночь и 27-го числа Декабря мы приехали в Любар к Артамону Муравьеву не было пол часа что мы были у него так что не успели еще подать нам чаю, когда Бестужев-Рюмин является и говорит нам что в ночь 25-го на 26-е число Подполковник Гебель с Жандармским офицером приходил на квартиру брата, что они забрали все книги и бумаги и тотже час поехали в Житомир. Брат решился сей час ехать послал за лошадьми и мы все трое, Бестужев-Рюмин, брат и я отправились в Бердичев. В Бердичеве мы наняли лошадей до местечка Павловичи и Деревню Трилесов где стояла 5-я рота Черниговскаго полка. 28-го Декабря] мы приехали поутру в Деревню Трилесов. Бестужев Рюмин в полдень поехал от сюда -- он намеревался видить Славян чтобы им сказать что случилось с братом || (л. 82 об.) и чтобы они были готовы -- но он не успел исполнить сего, в Брусилове он узнал что его также велено остановить.-- После отъезда Бестужева Рюмина брат писал к Кузмину в Васильков чтобы он к нему приехал. Вечером около семи часов пятая рота воротилась из Василькова где полк был собран. брат полагал что не так скоро могут найти наши следы -- Деревня Трилесов в стороне на старой Киевской дороге. Мы легли спать.-- В 5 или б часов утра 29-го Декабря мы слышим что кто то взошел с шумом в комнату которая была под нашей -- Я подумал с начала что ето Кузмин. Подают огня и подполковник Гебель объявляет нам что мы оба арестованы. Я надел платье и опять лег на постель. Гебелю подали чаю, он делал какия то разпоряжения, между которыми прошел час. Кузмин и Шепилов приезжают. Гебель опрашивает у Кузмииа для чего он не пришел с ротой. Кузмин отвечает, довольно дерзко теперь праздничное время.-- Кузмин подходит ко мне говорит мне что он очень {Далее зачеркнуто: "жаль что".} сожалеет об том что с нами случилось и вдруг спрашивает у меня что делать? -- ехать || (л. 83) куды повезут. Я ему отвечаю. Ето был первой мой разговор с Кузминым я до того время его даже не видал. Два офицера еще приезжают Саловьев и Сухинии. Гебел им говорит для чего они отлучилися от своих рот. Я не помню что они отвечали. Гебель выходит из комнаты и вдруг мы слышим крик. Брат пробивает раму и вылезает из окошко. Я вижу Кузмина и Шепилова которые с штыками в руках гонятся за Гебелем. Я бросаюсь на Шепилова и говорю ему как вам не стыдно? -- он мне отвечает в вступлении вы не знаете етого подлеца.-- Как он обрадовался когда узнал что велено вашего брата арестовать. Между тем Гебел убежал и скрылся у эконома той деревни. Тут брат взял намерение поднять полк. Он приказал Кузмину собрать 5-ю роту и ити в деревню Ковалевку где стояла 2-я Гренадерская рота. Кузмин сказал что он давно имел намерение отомстить Гебелю за какую то грубость им от вето полученную, брат поехал в Ковалевку -- Шепилов, Сухинин и Саловьев также уехали. -- Тут приехал || (л. 83 об.) из Василькова разжалованный Башмаков -- брат его нашел в крайной бедности и пригласил его жить с ним.-- Он мне сказал что Андриевич приезжал из Киева узнать что с братом делается, что Кузмин, Шепилов, Сухинин и Саловьев дали ему слово не выдать брата. В скоре он отправился -- он хотел проехать до Оранского гусарскаго полка в котором находились два члена Южнаго общества Пасдеев и Жуков.-- Я к брату поехал к вечеру 5-я рота прибыла в Ковалевку где она стала по квартерам. Гебел оставил бричку свою мы ему везли ее в Васильков. Мы в ней нашли чамодан с книгами и с бумагами которых он взял когда приходил к брату на квартере я вынул из моего портфеля 50 руб. денег которыя я оставил в нем. брат послал солдата с письмом в Белую Церков к Александру Вадковскому -- он ему писал чтоб он к нему приехал на другой день в Васильков.-- 30-го Декабря поутру брат собрал 2-ю Гренадерскую роту и 5-ю роту сказал им что пришло время где им надо показать что от || (л. 84) них теперь зависит быть щастливым или нет. После сих слов роты построилися и мы пошли к Василькову. В Деревни Марьяновке был привал. Верст восем от Василькова Бестужев Рюмин приехал назад.-- На дороге встретился один офицер Черниговскаго полка Вролович {Вместо: "Войнилович".} он был послан за чем то к Дивизионному Командиру. Он сказал брату что в Василькове целая рота в карауле, что майор Трухин командует полком. Не доходя до Василькова версты две брат отрядил Сухинина с несколькоми людми чтобы окружить квартеру Гебеля. брат ето сделал больше для осторожности и для самаго Гебеля на котораго офицеры были очень злы как можно видеть по произшествию в деревне Трилесов. -- Когда обе роты показались на горе майор Трухин велел роте которая была в карауле зарядить ружьи -- но он не успел заставить солдат исполнить свое приказание. Я уверен что ежели бы он сделал малейшее сопротивление обе роты разошлись.-- Когда брат вступил в Васильков он взял к себе знамена полка -- Шепилов и Саловьев которых Гебел посадил под арест были выпущены из под караула. Александр Вадковской приехал || (л. 84 об.) в Васильков, он брату сказал, что в белой церкви ничего незнают о движении Черниговскаго Полка.-- Он обещал приготовить 17-й Егерской полк и в скоре поехал в Белую Церков.-- По приезду туда он был арестован.-- Майор Трухин был арестован. Брат велел останавливать всех жандармов которые будут проезжать через ВасилькоЕ. Два жандармские офицеры были остановлены и незнаю сколько жандармов. Офицеров брат отпустил с половина перехода к Деревни Мотовиловки а нижних чинов когда роты пошли на белую Церков и не дойдя провели ночь в Деревни Пологи.-- 2-я Гренадерская рота и 5-я мушкатерская квартировали в Василькове. Караулы были поставлены у обеих застав. Явнаго безпорядка не было. В сию ночь Бестужев Рюмин велел двум полковым писарям переписать начисто Катехизис котораго было сделано несколько копии. Когда отряд забрал Черниговской полк сии копии были истреблены.-- 31 Декабря Кузмин приходил к брату и сказал: что Андреевич ему говорил что он принял Майора Крупенникова, что Крупенников || (л. 85) находился тогда с своим баталионом в Киеве. Крупеников служит в Курском полку.-- брат ему писал через Черниговскаго полка Офицера котораго я видил в первой раз и котораго я имя не помню. В письме брат его уведомлял о возмущении Черниговскаго полка. В 12 часов по полудни роты были собраны -- и тут брат мой меньшой Ипполит меня крайно огарчил своим неожиданном приездом. Он ехал из Москвы в Тульчин. Он решился с нами остаться как я его не упрашивал продолжать свой путь. Он сказал брату Сергею что он имел к нему письмо от Кн. Трубецкаго; но что он истребил его в Москве когда пришли арестовать Свистунова с которым он жил. Содержание письма он не знал, истребив его в самое скорое время он не успел его прочесть. Я пошел с меньшим братом на квартеру где он переоделся и отпустил почтовых лошадей. Между тем священник Черниговскаго полка отпел молебствие и прочел Катихизись по совету Бестужева Рюмина. После сего роты пошли в поход. Я забыл сказать что офицеры Черниговскаго || (л. 85 об.) полка на кануне, когда брат Сергей вступил в Васильков, приходили к нему и ооъявляли что они желают ити с ним. брат им говорил что он их не принуждает. В часу 7-м вечера роты пришли в Деревню Мотовиловку и стали по квартерам 1-я Гренадерская рота было {Так в подлиннике.} собрана в Мотовиловке где квартировали 1-я Мушкатерская рота. 11-я Гренадерская рота не согласилася пристать к прочим ротам и большая часть 1-й Мушкатерской роты.-- Обе сии роты отправились в туже самую ночь в белую церков в Дивизионную квартеру. 1-аго Генваря была дневка в Мотовиловке брат опасаясь быть остановлен {В подлиннике: "остановам".} к вечеру выставил часовых и караулы около деревни -- днем прибыла часть какой то роты офицер которой ее привел объявил что он не хочет ити на что брат не сделал ни какого возражения, етот офицер поехал в Васильков. Люди стояли по квартерам ничего не произходило замечательнаго вообще этот день.-- 2-го Декабря {Так в подлиннике, вместо: "января".} часу в 6-м поутру || (л. 86) роты собрались около квартеры брата и собравшись выступили в поход, недойдя верст 15 до Белой церкви они провели ночь в Деревни Пологи. Ночью брат посылал Сухинина с четырмя солдатами узнать что делается в Белой церкви и кто там стоит. Сухинин воротился час или два пред тем что разсветлело. Он сказал что везде около местечка стоят часовые и что помнить надобно что там Егерская бригада 9-й Дивизии собрана.-- брат оставил намерение итти на белую Церков и старался соединится скорее с 8-ю Дивизи[е]ю и для того 3-го Декабря {Так в подлиннике, вместо: "января".} роты пошли на деревню Трилесов -- на походе они встретили конной отряд после нескольких ударов картечью солдаты не сделавши малейшие сопротивление (не было ни однаго выстрела из ружья) побрасали ружьи. брат Сергей который стал против пушки был сильно ранен в голову картечью -- брат мой меньшой Ипполит и Шепилов были убиты Кузмин и Бы[с]трыцкий ранены.-- Нас повели в Трилесов. Кузмин умел как то спрятать пистолет который был при нем и когда брату Сергею сделался обморок от || (л. 86 об.) сильнаго кровотечения (при отряде не было лекаря брат был перевязан только что на другой день) Кузмин застрелился при нас-- были взяты брат Сергей, Бестужев Рюмин, Саловьев, Быстрицкий. Сухинин скрылся прочие офицеры который выступили из Василькова с ротами до того разъехались,-- Во время мятежа говорили солдатам что вся 8-я Дивизия возстала. Гусарский полки и проч. Что все сии полки требуют Великаго Князя Цесаревича что они ему присягали -- вот главная пружина мятежа Черниговского полка.

Катихизис читанной в Василькове точно был сочинен Бестужевым и братом Сергеем первую мысль об оном Бестужев имел в Бобруйске {Фраза "Катихизис... Бобруйске." приписана по полях.}.


32.


Я нахожу что Армия готова двигатся потому что я нахожу что вообще настоящая Дизциплина потеряна.-- Дисциплина основанная на душевном уважении к начальникам.

1. большая часть полковых командиров пехотных полков как на пример Гебел {Далее зачеркнуто: "имеют".}, пользуются не законном образом солдатским провиянтом. Ето заставляет их входить в постыдные || (л. 87) торги с ротными командирами. Ротные командиры желая иметь также какую нибудь выгоду угаждают жителям которые кормят солдат и дают им квитанции.-- Ето заставляет их {Слово "их" вписано над строкой.} быть несправедливым когда бывают жалобы.

2.) Полковые командиры которые наблюдают больше свою выгоду бывают дерзки в выговорах.

3.) Мало обращают внимание на нравственность армейских офицеров.

4.) большее число разжалованных офицеров {В подлиннике: "офицерах".} в полках.

5.) Штрафованы солдаты которым уже не предстоит ни какой надежды выти когда нибудь в отставку.

6.) Армейский солдат весь круглой год в походе -- на что он очень жалуется.

Доказательство моего мнения что Армия готова двигатся -- ето мятеж Черниговскаго полка в котором ни каких не сделали приготовлении еще накануне того дня что подняли полк.


33.


Когда Гебел скрылся Кузмнн упрекнул брату в том что он скрывается от него говоря что || (л. 87 об.) он не успел приготовить роту и что если бы он брат ему сказал хоть слово не отпустил бы тогда самых лучших людей в отпуск.-- (Зимой лучшие люди в армейских полках отпускаются).-- В комнате были Сухинин, Саловьев и Шепилов.


34.


Бестужев часто был арестован -- он просился ехать к брату. Полтавской и Черниговской полк в одной бригаде. А от брата он ездил в разныя места.-- Полковник Тизенгаузен етого не знал. Когда пехотный армейский полк стоит по квартерам офицеру, который не командует ротою очень легко отлучится от полка.


35.


Я повторю опять что я никаких не делал поручении Бестужеву наблюдать за Пестелем.

а) Южная Директория разделила в 1825 году общество на три главный разделении.-- Директории составлял Центр общества Правой фланк был поручен Кн. Волконскому, В. Давыдову, Кн. Баратинскому и пр. А левой фланк брату Сергею и Бестужеву || (л. 88) Бестужев ездел к Пестелю чтобы ему сообщать а делах леваго фланга -- Я не знаю какии он бы мог делать наблюдении за Пестелем приезжая к нему на 24 часа только.

Б) Из Москвы приезжал Мих. Нарышкин а из Петербурга Бриген в прошлом октябре месяце объявить о предложении Якубовича,-- Бестужев их видел в Киеве и ездил к Пестелю чтобы известить его о сем намерении. В 1824 году Пущин был переведен в Москву он основал Московское общество которое я пологаю должно быть отдельная управа Севернаго общества. Я ничего не знаю о духе и действиях Московскаго общества с которым я не имел ни каких сношении.


36.


В 1824 году когда я возвратился из Петербурга в деревню -- я желал оставить совершенно общество в чем брат может быть свидетелем. Я ему писал: что Николай Назарьевич Муравьев сообщил Батюшки что Правительство имеет подозрения о расположении умов в полуденном крае с тем чтобы брата остановить.-- Когда Южное общество основалось я брата упрашивал чтобы он отказался ему принадлежать. Батюшка мне никогда || (л. 88 об.) не говорил о сем.

2-е) По возвращению же моем в деревню я узнал что брат часто ездил в Каменку где были заседании Южнаго общества -- частые отлучки от полка меня заставили написать ему что он действует как будто бы уже все подозрения на бывших Семеновских офицеров кончились?

3-е) в 1823 или 1824 году с Крыжановским в Киеве во время контрактов когда открылись первые сношении между Польским обществом и Южным.

4.) Южной Директории было положено чтоб членов которые не могут иметь личное влияние не принимать до начатия действия. Лорер, когда приезжал ко мне в Октябре 1824 года, мне сказал что Пестел принял двух офицеров Вятскаго полка -- мне показалось что Южное общество воображает что оно так сильно что ему ненужно более иметь никакой осторожности.

5.) Лорер ко мне заехал чтобы спросить у меня не дам ли я ему письма к Пестелю. Он приезжал к имянинам Дмитрия Прокофьевича Трощинскаго в соседстве || (л. 89) котораго я жил. Он мне ничего не сообщил кроме о том что Пестел принял двух офицеров Вятскаго полка. Лорер может подтвердить омерзение которое я имел к Южному обществу об котором я с ним очень откровенно говорил.

Когда Бестужев был в прошлом Декабре в Бобруйске он принял одного офицера Смоленскаго Полка (Вильмерс) {Вместо: "Вильманс".} которой ему обещал основать управу в Бобруйске.

Я не назвал между членами Польскаго общества Гр. Хоткевича по тому что брат мне сказал что Польское общество уважая в нем человека который служил хорошо в Польских полках у Наполеона, опасалося его болтливости или неосторожности не помню Крыжановской после свидания с братом Сергеем и Бестужевым просил их обеих сказать Гр. Хоткевичу что они не сошлися || (л. 89 об.)

Я обществу принадлежал больше по дружбе к брату нежели по чувствам моим. Я прежде всех членов Южнаго общества познакомился с Полковниками Швейковскпм и Тизенгаузеном и не когда не говорил им о существовании Южнаго общества.-- В деревни я жил в расположении 8 Дивизии и не познакомился ни с одним офицером из тех которых Бестужев принял.-- Несколько раз я старался остановить и отклонить брата. Я говорю сие не в оправдание себя пред Комитетом, потому что я не могу никакие оправдания {В подлиннике: "оправдание".} представить,-- но для успокоения самого себя.


Отставной подполковник Матвей Муравьев {Вопросы и ответы написаны М. И. Муравьевым-Апостолом собственноручно.}

Генерал Адьютант Чернышев || (л. 90)


## No 14 (13)


1826 года Марта 29 дня от присудствия Высочайше учрежденнаго Комитета о злоумышленном обществе отставному Подполковнику Матвею Муравьеву-Апостолу дополнительный вопросный пункт:

Комитету известно, что зеленая книга, служившая уставом Союза Благоденствия, состояла из двух частей и что члены кореннаго Союза обязаны были каждой составить одну управу; управы же были деловыя побочный и Главныя; деловыя управы должны были состоять не менее как из 10 членов и получали первую часть законоположения побочный управы назывались те которыя получали образование свое от других Управ, те и другия по основании 3-х побочных управ получали название Главных управ и с оными список окончательнаго || (л. 90 об.) образования Союза т. е. Второй части законоположения.

Противу сего требуется подробное и определительное Ваше показание: Какия, где и кем именно основаны были управы со времяни образования Союза Благоденствия, до разрушения онаго; как далеко простирался круг действия каждой; какия вольныя общества ими заведывались; когда и кем составлена вторая часть зеленой книги; в чем состояли Главныя ея черты; у кого подлинный Экземпляр оной хранился и кому именно списки были сообщены?


Генерал Адьютант Чернышев


-----


Вторая часть зеленой книги была составлена в 1818 году в Москве Александром Муравьевой, Бурцевым, Никитым Муравьевом -- она более клонилась к роспротранию {Так в подлиннике.} мыслей об представительном правлении -- Подлинный список хранился у Александра Муравьева. -- Во все время существования {В подлиннике: "существонии".} Союза благоденствия я находился в Полтаве бывши адьютантом || (л. 91) у Князя Репнина. Я никаких не имел сношении с обществом. Я слышал что в Петербурге собрана была сумма 6000 рублей для издержек общества. -- что были основаны разные управы в разных гвардейских полках -- В Полтаве Новиков (как я уже сказал) составил Масонскую Ложу как бы действовать для цели Союза. Но когда ложи были заперты {Вместо: "закрыты".} -- он совершенно прекратил свои действии. Пестел приезжал в Полтаву в 1821 году с Графом Витгенштейном и ничего не нашел. Федор Глинка вступил в Петербургскую Ланкастерскую школу с тем чтобы Союз имел бы влияние на оную. -- Вот все что мне известно на щет Союза благоденствия. Когда я был в Петербурге после его уничтожении я никаких более следов онаго ни нашел.


Отставной Подполковник Матвей Муравьев Апостол {Показания написаны М. И. Муравьевым-Апостолом собственноручно.}

Генерал-Адьютант Чернышев || (л. 92)


## No 15 (14)1


1 Вверху листа помета чернилами: "Читано 12-го Апреля".


1826. Года Апреля 10-го дня в присудствии Высочайше учрежденнаго Комитета Отставной Подполковник Матвей Муравьев Апостол спрашивай в дополнение прежних его показаний

По соображении данных вами ответов на вопросы от 29 Генваря с показаниями прочих, учавствовавших в тайном обществе лиц усматриваются многия противоречия и неясности.

И потому Комитет не приступая к действию изысканных улик, признал нужным потребовать в последний и окончательный раз от вас в дополнение к прежним откровенных и сколь можно ясных показаний о том. || (л. 92 об.)


1.


в 13 пункте ответов вы говорите, что общество зеленой книжки в 1817 Году хотело начать свои действия чрез Якушкина, вызывавшагося на покушение против Государя; и что брат ваш Сергей тогда же остановил сие предприятие. Но при сем вы не называете ни одного члена учавствовавшаго в оном, ни общаго числа их не определяете.

Подполковник же Поджио показывает, слышанное от вас, что в 1817. Году в Москве находилось в заговоре против Государя человек до 50-и и даже назначены были час и место для нанесения удара, и что заговор сей был составлен под начальством Александр Муравьева. II (л. 93)

Поясните; кто имянно составлял означенное число 50-и участников в заговоре 1817 Года, и действительно ли назначены были место и час умышляемаго цареубийства?


2.


В 14-м пункте ответов вы говорите, что намерение Южнаго общества изтребить всех священных особ Августейшей Императорской фамилии было принято в 1823 Году в Каминке у Давыдова, и что брат ваш Сергей и Бестужев возставали против сего предположения и разказывали вам всем об оном с негодованием.

Но Сергей Муравьев Апостол, Давыдов Князь Волконской || (л. 93 об.) и Бестужев утверждают, что первое предложение О истреблении Императорской фамилии и о введении в Государстве Республиканскаго правления посредством Революции, или вооруженной силы было сделано Пестелем на Контрактах 1823 Года в Киеве.

По словам же Князя Волконскаго предложение сие в том же году было возобновлено Сергеем Муравьевым в Каминке у Давыдова, и присудствовавшими там членами единодушно принято с тем, чтобы не следовать дурному примеру Испании и предохранить себя от возможности неудачи.

а) Подполковник Поджио совокупно с Волконским свидетельствуют || (л. 94) что сия преступная цель Южнаго общества с того времяни осталась Господствующею и всем членам равно известною.

При том, насчет утверждаемаго вами сопротивления Сергея Муравьева и Бестужева по настоящему предмету известно:

1) Не касаясь вышеприведеннаго свидетельства Волконскаго о том, что брат ваш Сергеи не только не был противнаго мнения в Каминке, но сам возобновил там предложение, сделанное Пестелем в Киеве, а Бестужев с прочими на оное согласился, они в том же 1823. Году умышляли овладеть священною особою Государя в бобруйске, а в начале 1824 года || (л. 94 об.) требовали от Поляков изтребления Цесаревича.

2) В лагере 1824 Года при белой церкви он же Сергей Муравьев и Бестужев опять умышляли посягнуть на жизнь Государя посредством переодетых и поставленных в Караул убийц; а в Лагере 1825. при Лещине намеревались совершить сие же преступное предприятие в Таганроге, и наконец решились непременно исполнить оное в 1826 при ожидаемом смотре Корпусов.

3) Члены Славянскаго общества единогласно показывают, что злодейская цель истребления внушена им Бестужевым и Сергеем Муравьевым. || (л. 95)

4) Подполковник Поджио свидетельствует, что Сергей Муравьев отклоняясь наружно от цели изтребления всей Императорской фамилии, вместе с Пестелем в тайне стремились к тому дабы приготовив исподволь (к нанесению удара) прочих членов, сделать их слепыми орудиями своих видов, которыя непременно требовали, что бы из Императорской фамилии, никого не существовало.

Все сии показания удостоверяют, что брат ваш Сергей и Бестужев не только не отвергали преступнейшаго замысла общества, но ревностнее прочих устремлялись к исполнению онаго на самом деле || (л. 95 об.)

Поясните откровенно: когда, где и кто имянно сообщил вам об означенных предположениях Южнаго общества и кто из членов присудствовал на совещаниях об оных в 1823-м Году в Киеве и в Каминке.


3.


В 11-м пункте ответов, вы говорите, что Южное общество сносилось с. северным начально чрез вас в 1823-м и что для таких же сношений приезжали в Петербург князь Волконской Давыдов и Пестель, но при том не объясняете подробно происходивших с северными членами переговоров и даже умалчиваете о двух Южных {Т. е. о двух членах Южного общества.}, которыя в одно время с вами в оных участвовали. || (л. 96)

По изысканным же открытиям известно:

а) что кроме наимянованных вами лиц в 1823 Году сносились с северным обществом Князь Борятинской и подполковник Поджио.

б) что первой из них по поручению Пестеля сообщил Никите Муравьеву изустно преступныя намерения Южнаго общества принятый на совещании в Киеве (Республика и Истребление) {Означает: республиканское правление и истребление царя.} и письмо, по коему требовал от Муравьева решительнаго ответа: Какия успехи в приеме членов и как велики силы Севернаго Общества отвечают ли за оныя и будут ли готовы к действию по первому требованию Пестеля? || (л. 96 об.)

в) что когда Н. Муравьев медлил на сие ответом, и когда Подполковник Поджио по прозбе Борятинскаго настоял у него об оном, то Муравьев сказал: "Они Южные Бог знает, что затевают; хотят всех" {Так в подлиннике.} а потом Борятинский встретившись с Муравьевым в летнем саду при Поджио Говорил ему, что он прислан за решительным ответом; что он может? Муравьев же отвечал: "молодыя люди не к тому склонны?" Однако дал Борятинскому ответное письмо к Пестелю в сие время, вы уверяли подполковника Поджио, что сообщенное Борятинским Муравьеву изустно || (л. 97) составляет общее решение Южных членов.

г) что Давыдов и Князь Волконской так же имели письма от Пестеля к Н. Муравьеву и как от него, так и от некоторых других членов доставляли к Пестелю ответы.

д) что в 1823 Году брат ваш Сергей Муравьев с северным обществом находился в прямых сношениях.

е) По уверению Подполковника Поджио, вы во все время пребывания своего в Петербурге находились в непрерывных сношениях как с северными так и с приезжавшими южными членами || (л. 97 об.) и главное попечение прилагали к тому, что бы между первыми поселить вышеприведенныя предположения Южнаго общества, а при отьезде его Поджио из Петербурга вы поручили ему донести Директории, что все дело останавливает П. Муравьев, котораго надобно сменить.

ж) он же Поджио показывает, что в продолжении бытности его в Петербурге вы открыли ему весь план Пестеля, как он намерен совершить умышляемое злодейство (изтребления всей Императорской фамилии) посредством составленной и порученной Лунину партии отважных || (л. 98) людей, о которой вы изъявили и собственное ваше мнение, что действие сего отдельнаго заговора может отвратить от общества укоризну в столь ужасном преступлении. Сверх сего вы говорили {В подлиннике ошибочно: "говорите".} Поджио, что северныя члены страшаться Пестеля, подозревая, что он хочет присвоить всю власть, чего, вы, однако же не полагаете.

з) По словам Князя Волконскаго в 1822 и 1823 Годах, северное общество чрез вас настоятельно требовало, что бы Пестель приехал в Петербург.

и) Пестель, по возвращении из Петербурга на Юг удостоверительно разказывал, что хотя со стороны северных членов (которыя не соглашались || (л. 98 об.) на его русскую правду и на покушение против Императрицы Елизаветы Алексеевны) и много было сопротивления но силою своих доводов он успел согласить их на все свои предположения так, что Н. Муравьев должен был сжечь свою Конституцию. При чем хвалился, что когда прения продолжались, то он ударив по столу сказал: "гак, будет же республика!" и все согласились.

i) По словам Князя Волконскаго, председатели северной управы хотя неявно для всех членов но решительно положили (в бытность Пестеля в Петербурге) действовать единодушно с обществом Южным. || (л. 99)

к) По свидетельству его же Волконскаго северная управа (в ту же бытность Пестеля) приняла преступное предположение, в Киеве начатое, и в Каменке утвержденное, да и подполковник Поджио говорит что некоторыя из Петербургских членов совершенно одобряли оное.

л) наконец он же Князь Волконской показывает что в 1823 и 1824 Году он в качестве уполномоченная от Южнаго общества сносился с вами, Н. Муравьевым Князьями Трубецким и Оболенским и Митьковым, но из них только с вами и Трубецким говорил о преступном решении Южнаго общества истребить всю Императорскую фамилию. || (л. 99 об.)

Полковник Пестель, объясняя происходившее в бытность его в Петербурге в 1824. Году показывает между прочим.

а) что принадлежавший к обществу Лунин еще в 1816 или в 1817 Году предлагал составить партию отважных людей для покушения на жизнь блаженной памяти Государя Императора на Царскосельской дороге в масках и что о сем и в последствии говорено было неоднократно.

Сие обстоятельство, Пестель приводит в доказательство, что не он предполагал составить Партию Garde perdue {В переводе: "Обреченный отряд" (т. е. отряд цареубийц).} и что таковая предназначалась || (л. 100) на Юге для Белоцерковскаго предприятия Бестужевым, которой искал для оной членов и уверял, что имеет 7. человек из славян.

б) что с Ватковским, Поливановым, Анненковым, Свистуновым (Кавалергардским) и Кривцовым Артиллерийским которыя находились в полном республиканском и революционном духе был он Пестель познакомлен вами.

в) что вы были с ним Пестелем у Князя Оболенскаго, где происходили разсуждения только о времянном правлении (для введения республики) и где он Пестель при конце уже собрания ударил по столу рукою и произнес || (л. 100 об.) однако же слово "так будет же республика".

г) что вы и до приезда его Пестеля в Петербург и по отьезде его оттуда действительно находились в непрерывных сношениях с Оболенским и другими северными членами.

Поясните: каким образом все сие произходило. Все сие в совокупности доказывает, что о сношениях Южнаго и севернаго обществ вы имели самыя подробнейшия сведении. И потому объясните чистосердечно: 1-е) в чем имянно заключались письма Пестеля к Никите Муравьеву с Барятинским Давыдовым и Волконским присыланныя || (л. 101) и что Муравьев и Князь Оболенский ответствовали на оныя с ними же?

2) в чем состояли те предложения кои лично делали Борятинской, Давыдов, Волконской и вы сами и кому из северных членов?

3) в продолжении бытности вашей в Петербурге кто из них и какия имели мнения на счет преступнаго предположения Южнаго Общества (республики и изстребление) которое вы в особенности утвердить в них старались?

4) изьясните подробно весь тот план Пестеля, о котором вы разказывали Поджио и подтверждаете ли изьявленное ему же Поджио мнение об отдельном заговоре? || (л. 101 об.)

5) Когда северная управа приняла означенное предположение Южнаго общества и кто со стороны производил переговоры о сем?

6) Когда где и кто из председателей северной управы согласился единодушно действовать с Южным обществом.

7) Кроме письма доставленнаго от Пестеля Давыдовым какия еще были с ним присланы в Петербург бумаги, который он хранил на груди своей?

8) Кто из северных членов поручал Вам в 1822 и 1823. Году настоятельно вызывать Пестеля в Петербург и для каких имянно переговоров или по каким уважениям? || (л. 102)


4.


Подполковник Поджио показывает, что в бытность его в Петербурге, он по поручению Н. Муравьева составлял правила, которыя в октябре 1825 {Ошибка в подлиннике; следует читать: "1823".}. Года в собрании северных членов у Пущина где и вы находились были одобрены, и потом избраны председателями управы, и распределены занятия членов. Рылеев обещался написать Катихизис вольнаго человека и возмутительныя песни; Тургенев взялся написать о присяжном суде, А Пушкин составил вольномысленную Песню Ах скучно мне на Родимой стороне.

Поясните чистосердечно все, что происходило при составлении северной управы в 1823 Году и что было || (л. 102 об.) вам известно о действиях ея и членов как в продолжении бытности вашей в Петербурге, так и в последствии, и с кем из северных членов вы были и в каких сношениях с того времяни, как возвратились и жили в деревне?


5.


Брат ваш Сергей Муравьев показывает, что вы привезли с собою из Петербурга две песни (кажется сочинения Рылеева) одну относящуюся до состояния Крестьян и другую возмутительную, которыя и отдали ему.

По ответам же некоторых членов общества известно, что Сергей Муравьев и Бестужев Рюмин возбуждая в них преступныя || (л. 1031 мнения, с тем вместе раздавали им различныя дерзостныя стихотворения песни и тому подобныя сочинения. Поясните откровенно:

1) Какого имянно содержания и под каким названием были те две привезенныя вами из Петербурга возмутительный песни, которыя отдали брату вашему Сергею, и кто имянно сочинял ту и другую?

2) От кого имянно вы получили оныя в Петербурге?

3) Какия имянно стихотворения и проза в сем же духе написаны были Рылеевым Пушкиным и Дельвигом и когда где пущены ими в употребление? || (л. 103 об.)

4) Имели ли вы у себя таковыя кроме означенных двух песен, и кому сообщили их? и

5) от кого имяино из сочинителей, когда и какия возмутительныя стихи, и прозу получили брат ваш Сергей Муравьев и Бестужев Рюмин раздававший их членам общества?


6.


В 36. пункте ответов, вы делаете ссылку на майора Лорера в том, что он может свидетельствовать омерзение, которое вы чувствовали к Южному обществу и откровенно выражали пред ним Лорером по возвращении своем из С. Петербурга.

Но Майор Лорер утверждает, что хотя вы и весьма много || (л. 104) говорили невыгоднаго о делах тайнаго общества и о поведении самаго Пестеля, мечтающего о себе, что он Вашингтон, и проч.: но когда он Лорер слышанное от вас передал полковнику Пестелю, то сей последний чрез несколько дней показывал ему письмо ваше, привезенное Бестужевым, в котором вы уверяя его в дружбе своей и отвергая все говоренное ему Лореру старались убедить Пестеля, что вы тот же самый ревностный член общества каким были прежде и готовы содействовать оному всеми силами, при чем извещали Пестеля, что виделись с Князем Трубецким в Киеве и будете с ним пещись || (л. 104 об.) о пользе общества, сие показание подтверждает и полковник Пестель. Поясните каким образом сие происходило?


7.


В совещаниях происходивших в лагере 1825. при Лещине брат ваш Сергеи Муравьев и Бестужев Рюмин, предлагая присудствовавшим тут членам немедленно начинать возмутительныя действия общества, между Прочим, Располагались послать за вами что бы отправить в Москву и Петербург, где по словам их все готово, хотели так же посылать за Капитаном Якубовичем, что бы и он был готов, говоря притом: "в прочем |[ (л. 105) и у многих рука не дрогнет... их в Петербурге довольно. .. брат Матвей всех там найдет кого нужно".

Поясните: по каким видам, и кого имянно? брат ваш Сергей полагал в Петербурге довольное число таких у коих рука не дрогнет на чем основывалась надежда его на вас, что вы отыщете там всех кого нужно, и на какой имянно случай лица сии считались готовыми?


8.


Подполковник Поджио показывает, что при свидании с вами в Киеве в Апреле месяце 1825 вы изьявили ему туже стремительную решимость || (л. 105 об.) скорее начинать возмутительныя действия общества, какую всегда показывал брат ваш Сергей вопреки всем рассуждениям {В подлиннике ошибочно: "разсуждениями".} прочих членов.

Объясните справедливо ли сие показание Поджио?


9.


Он же подполковник Поджио признается, что в бытность его в Петербурге в 1823-м Году вы, Митьков, Оболенский и Валериан Голицин решительно разделяли с ним преступныя мысли на счет изтребления всей Императорской фамилии, что при свидании в Киеве в Апреле 1825 он видел в вас то же постоянное стремление к достижению цели общества, и что в следствие сего || (л. 106) предприняв в конце 1825. намерение покуситься на жизнь Государя и прочих священных особ Императорской фамилии он Поджио считал вас и означенных 3-х лиц готовыми содействовать ему в совершении сего злодейскаго предприятия?

Объясните откровенно: по каким видам, Подполковник Поджио мог вас почитать готовым на столь преступное действие?


10.


в 10 пункте ответов вы говорите, что в 1824 Году поручено было В. Давыдову действовать на офицеров поселенных войск, и что по слухам он часто бывал у Генерала Трощинскаго. || (л. 106 об.)

Поясните: от кого сделано было Давыдову означенное поручение и кто вам сказывал, что он в следствие того часто бывает у Генерала Трощинскаго?


11.


в 11 пункте ответов вы говорите, что в 1825 Году при отьезде Князя Трубецкаго в Петербург ему поручено было старатся уговорить Северных членов присоединиться к Южному обществу.

Но по показанию прочих, учавствовавших в препоручении сделанном Трубецкому известно, что оное заключалось в извещении северных членов о решительном намерении Южнаго общества начать возмутительный | (л. 107) действия в 1826 Году с тем, чтобы и северное предприняло к тому свои меры и само собою составило бы времяниое правление (для введения республики). Причем со стороны Южнаго общества обещано было, по начатии возмущения учредить два Лагеря, один в Киеве под начальством Пестеля, а другой в Москве под начальством Бестужева, Сергею же Муравьеву отправиться тоже в Петербург.

Поясните: в таком ли виде сделано было поручение Трубецкому при его отьезде, кто имянно изьяснял ему оное и в чьем присудствии, были ли от него Трубецкаго получены нами либо кем другим || (л. 107 об.) уведомления о согласии Севернаго общества, и в чем оныя заключались?


12.


в 31. пункте ответов, вы говорите, что когда возмутившийся Черниговский полк встретился с Конным отрядом, то солдаты, после нескольких ударов картечью бросили ружья, не сделав ни одного выстрела а вы и брат ваш Сергей были взяты.

Но по имеющимся в виду Комитета сведениям видно, что Черниговской полк защищался, брат ваш Сергей говорит, что когда Картечьный выстрел поверг его на землю, то с помощию других садясь опять на лошадь || (л. 108) хотел вести полк прямо на пушки и приказывал итти в перед, но тут же солдатами был взят и с прочими отдан Гусарам; а Бестужев Рюмин показывает, что Сергей Муравьев приказывая солдатам положить оружие при самом приближении отряда, и коль скоро раненой упал с лошади, то он Бестужев повторил о том его приказание и потом сами пошли навстречу Гусарам.

Поясните: каким образом, сие действительно происходило? К сему присовокупите с полною откровенностию все то, что касательно действий Тайнаго общества и членов его было вам известно и чего вы доселе непоместили в своих ответах.


Генерал Адьютант Чернышев. || (л. 109)


## No 16 (15)


1.


Когда я говорил Подполковнику Поджио что в 1817 году в Москве находилося в заговоре против Государя человек до 50-и и даже назначены были час и место для нанесения удара и что заговор сей был составлен под начальством Александра Муравьева -- Я хотел ему дать большое понятие об обществе. Но оно только что имело свое начало членами онаго были -- Н. Тургенеев, Князь Долгорукий, Князь Сергий Трубецкой, Князь Лопухин, Александр Муравьев, Бурцов, Шипов (Сергей), Шипов (Александр), брат мой Сергий, Федор Глинка, -- Михаила Муравьев, Колошин (старший) и Князь Федор Шаховской были приняты после. В Москве когда Александр Муравьев сделал предложение возпользоваться супротивлен[иями] которые делали в Новгородской Губернии военным поселениям и когда Якушкин сделал сей нещастный вызов находилися только Александр Муравьев, брат мой Сергий, Михаила Муравьев, Князь Федор Шаховской, Никита Муравьев, Якушкин, Колошин (старший). -- Михаила Муравьев и Колошин не были при сем завещании. Кн. Ф. Шаховской {Слова "Кн. Ф. Шаховской" вписаны над строкой.} тогда предложил чтоб сие исполнилось когда {Слова "тогда предложил... когда" в тексте зачеркнуты.} полк в котором я служил будет занимать караулы -- потому что в отряде мы не имели еще офицеров, брат мой Сергий возстал против предложения Александра Муравьева но видя что его совета не принимают он предложил собратся через два || (л. 109 об.) или три дни чтобы опять раземотреть сие предложение но будучи болен он мне дал мнение свое которое он написал когда прочитали оное -- Все отстали от сделаннаго предложения и[з] всех присудствующих членов брат мой один был против сего покушения -- Совещании были на квартире у Александра Муравьева. -- Я о сем говорил князю Павлу Голицыну который служил тогда в Семеновском полку но не принадлежал обществу.-- Час и место для сего злодеяния не были назначены.


2.


Брат мой Сергий всегда был против мнение П. Пестеля истребить нею Царскую фамилию об чем он мне не однократно говорил -- вот в чем у него и было несогласие с П. Пестелем который будучи в Петербурге в 1824 году в начале мне сказал votre frère est trop pur et faut faire maison nette {В переводе: "ваш брат слишком чист, надо покончить со всем царствующим домом".}. Он полагал всегда что достаточно для исполнение намерение общества покушение на жизнь покойнаго Государя. -- Я не был в Каминке у Давыдова и не могу утвердительно сказать возобновил ли брат мой Сергий предложение сделанное о сем П. Пестелем в Киеве в начале 1823 года в Присудствии Князя Волконскаго, Юшневскаго, В. Давыдова, Князя Борятинскаго, Бестужева и брата моего Сергия. Бестужев мне также говорил что он подал Южному Директорию мнение свое на бумаге. Я оное не читал потому что || (л. 110) Бестужев не имел копии с него {Первоначально: "онаго".}.-- Вот что мне брат мой Сергий и Бестужев сказали будучи у меня в деревне. -- Показание что в 1823 году они хотели овладеть священною особою Государя Императора в Бобруйске справедливо--также и то что они предложили Польскому обществу чрез посланнаго от онаго Крыжановскаго истребление Цесаревича -- Бестужев в начале 1825-го года писал свое мнение о сем на француском языке и отдал оное Князю Волконскому чтобы он доставил его Польскому обществу -- но Князь Волконской не исполнил сие и возвратил сию бумагу Бестужеву. -- Бестужев доказывает что нельзя совершить переворота без помощи Армии и чтоб пока Цесаревич будет жив Польское общество не может полагаться на своих войск которые преданы Цесаревичу.-- Когда брат мой был в Житомире в прошлом Декабре месяце и когда он видился с графом Мощинским -- он ему давал сие мнение для доставление Польскому обществу: Граф Мощинский сказал что положено Польским обществом не иметь ни каких бумаг. -- Сие же мнение брат истребил в Любаре у Артамона Муравьева когда Бестужев приехал объявить нам что велено нас арестовать и отправить в Петербург -- Все показании подтверждают то что я говорю что брат мой Сергий и Бестужев полагали что дос[та]точно || (л. 110 об.) для достижение цели общества покушение на жизнь покойнаго Государя -- что я говорю истина, зная что ето не уменшит меру преступления нашего.

В Каминке когда о сем совещание было присудствовали П. Пестель, Кн. Волконской, брат мой Сергий, Поджио (Иосип) Поджио (Александр), Янтальский, Бестужев Рюмин.


3.


В 1823 году Князь Борятинской был послан от Южной Директории в Петербург с письмом от П. Пестеля к Никите Муравьеву чтобы ему объявить о возобновлении {В подлиннике: "вознобовлении".} Южнаго общества -- сказать также что единодушно было принято всеми членами Южнаго общества Республиканское правление и истребление покойнаго Государя. Я застал Князя Борятинскаго при его выезде из Петербурга и с ним видился один раз. -- Он мне очень жаловался на Никиту Муравьева -- в Бытность его в Петербурге. Он принял в члены Южнаго общества Федора Вадковскаго Подполковник Поджио был принят в Киеве в 1823 году в начале. Я было тогда отказался от общества и не присудствовал ни раз на совещании которые там происходили. -- Все сношении которые были между Южном обществом и Северном заключались в том -- что Южное общество не бывши {В подлиннике: "бывшим".} довольным Северным старалось возбудить более содействии себе в оном. -- П. Пестель называл членов Севернаго общества les Bysantins {В переводе: "Византийцами".} потому что они более || (л. 111) занимались разсмотрением конституций {В подлиннике: "конституции".} чем принятием членов. П. Пестель полагал что главной пункт действии есть Петербург.-- Князь Борятинский, В. Давыдов, Князь Сергей Волхонской, Полковник Швейковской, Пестель и я -- мы имели сию цель возбудить более рвение в членах Севернаго общества.

2) {Пункт 1 в подлиннике отсутствует.} Предложении сделанные Южном обществом Северному состояли в Введение пре[д]полагаемаго новаго порядка через времяннаго Правление {Так в подлиннике.} -- на что из Северных Директоров один Оболенский был согласен.

3) Никита Муравьев и Князь Сергей Трубецкой не были согласны на щет преступнаго предложения Южнаго общества Республики и истребление {Так в подлиннике.}.-- Н. Тургеневе, Князь Оболенский, Рылеев, Бестужев (Адьютант) Князь Валериан Голицын, Митьков, Поливанов, Федор Вадковской, Свистунов, Аненков Депрерадович разделяли сне мнение.

4) Пестель доказывал что главная ошибка которая препятствовала введению новаго порядка вещей состояла в том что люди которые делали переворот полагали что можно прямо из стараго порядка войти в новой. Он доказывал свое мнение о сем успехом который Северная Америка имела в достижении своей цели потому единственно что она имела Времянно правление сильное и ни чем не останавленным в своих действиях -- что сие || (л. 111 об.) времянное Правление находилось в Особе Вашинктона который был Военный и Гражданской начальник Америке. -- Для того П. Пестель старался в бытности своей в Петербурге склонить Директоров Севернаго общества на принятое намерение Южным обществом вводить новый Порядок вещей посредством Времянного Правления. Он хотел чтобы заговор состоял из людей как бы сказать вне общества вот что ему и подало мысль составить как он называл une cohorte perdue {переводе: "обреченный отряд" (т. е. отряд цареубийц).} под начальством Лунина. Он называл сие le premier acte de la révolution {В переводе: "первым актом революции".}. После того он предполагал собрать Синод и Сенат и заставить их силою если нужно будет издать два манифеста. Первой от Синода всему Рускому народу присягнуть Времянному правительству котораго {Так в подлиннике.} должны были составить Директоры общества -- Второй Манифест, Сената -- должен был дать понятие народу то что Времянное правительство обязывалось вводить (un cadre en grand de la Constitution) {Так в подлиннике.} -- дабы отвести подозрение что Директоры хотять себе присвоить власть. Во все время существования Времяннаго Правления общество должно было производить свое действие тайным образом чтобы создать общее политическое мнение на щет введения новаго порядка вещей. -- В конце прошлаго года в дополнение сей мысли Бестужев сделал предложение || (л. 112) составить три укрепленный Лагеря -- как уже Комитету известно -- когда Бестужев сообщил снос мнение о сем Пестелю. -- Пестель ему сказал: Je commence à voir clair -- voila du positif {В переводе: "Я начиняю ясно видеть -- вот в этом положительное".}.

5) Северная управа ни когда не хотела согласится на принятие предложения Южнаго общества на щет Времянпаго правления Кроме Кн. Оболенскаго другия два директоры никак с Пестелем не соглашались на сей щет. Переговоры о сем водил П. Пестель.

7) Кроме письма доставленная от Пестеля Никите Муравьеву -- Давыдов имел копию в кратце плана {Слово "плана" вписано над строкой и не вполне разборчиво.} конституции Пестеля которой он хранил на груди своей -- дабы приготовить все к приезду Пестеля.-- Но П. Муравьев, на что Пестель очень сердился, никому из членов севернаго общества не открыл план сей конституции.

8) Князь Оболенской просил меня настоятельно вызвать Пестеля в Петербург -- уверяя меня что коль скоро члены Севернаго общества услышат все что делается в Южном обществе, об его единодушие {Так в подлиннике.} для достижения намерения они все пристанут к оному вопреки князя Трубецкаго и Ник. Муравьева.

Брат мой Сергей был в прямых сношениях {В подлиннике: "сношении".} с Северным обществом все время что я находился в Петербурге а ему писал через Князя Болконская и через Полковника Швейковскаго || (л. 112 об.) через князя Волконскаго я писал брату моему Сергию что Северное общество останавливает Ник. Муравьев который только что толкует всем членам быть осторожным к чему они очень склонны чтобы ничего не делать -- я ему также говорил в сем письме что я узнал познакомившись с Рылеевым что ОН составил тайное общество между Морскими Офицерами в Кронштате посредством Бестужевых что Рылеев в полном революционном духе. -- Через Полковника Швейковскаго я его просил чтобы он уговорил Пестеля приехать в Петербург -- что и Пестель сделал прежди {Так в подлиннике.} отьезда Швейковскаго из Петербурга в сем письме я так же жаловался брату на Н. Муравьева и на Князя Трубецкаго. -- После того как я выехал из Петербурга брат видился с Трубецким в Киеве с М. Нарышкиным и Бригиным. -- М. Нарышкину брат мой Сергей и Бестужев объявили что Южное общество непременно начнет свои действии в течении 1826 года и что оно решительно приняло намерение вводить Республиканское Правление. -- Бриген объявил брату Сергею и Бестужеву о предложении Якубовича говоря им что Якубович дал клятву не пропустить год чтобы не посягнуть на жизнь Государя он приезжал в Киев чтобы узнать от Трубецкаго состояние || (л. 113) Южнаго общества Бестужев ему разказал как оно сильно и все что произходило в Лагере в Лещине.-- Бриген очень рад был ето слышать он сказал что он намеревался ехать за границу в 1826 год но что оставляет сие намерение М. Нарышкин был против мнение Пестеля на щет разделении земли (la loi agraire) {В переводе: "земельный закон".} он хотел чтобы выборы были основаны на имуществе. Вот что мне Бестужев разказывал в деревне в прошлом Октябре месяце. -- Когда Князь Трубецкой ехал в Петербург брат мой Сергей его просил чтобы он уговорил членов Севернаго общества оставить пустые споры и принять предложение Южнаго общества приступить к набиранию Членов в Петербурге и решится с Южном обществом начать действия в течении 1826-го Года что Князь Трубецкой ему обещал исполнить. Но по отъезде Князя Трубецкаго брат получил от него два письма ничего не значущих -- Первое через почту где он ему говорил что ждут Цесаревича которому присягали -- Второе письмо было послано через какого то офицера который отдал оное на квартеру Кн. Трубецкаго в Киеве и которое было доставлено брату в Васильков через человека Кн. Трубецкаго. -- Кн. Трубецкой говорит в оном что Цесаревич не едет что все а наиболее иностранные посланики удивляются спокойствию Петербурга он пишет On parle dans les salons mais dans les || (л. 113 об.) rues et dans les places on est indifferent {В переводе: "Говорят в салонах, но равнодушны на улицах и площадях".}. В конце ноября 1825-го года последний сношении которые брат имел с Северном обществом были через Карниловича котораго брат мой Сергей принял в Члены общества в Апреле месяце в Киеве на квартере Кн. Трубецкаго.-- брат Сергей поручил Карниловичу {Далее зачеркнуто: "бумагу где он".} старатся отклонить Северную управу от пустых споров и если он увидит что он не успевает в сем намерение составить отдельное общество которое бы не имело ни каких сношении с членами {В подлиннике: "членам".} Севернаго общества -- стараться так же действовать на солдат посредством ротных командиров что весьма легко -- что брат мой Сергей и Бестужев на деле видят как ето полезно.-- Он все ето ему изложил на бумаге. Корнилович обещал все ето исполнить -- я же сказал Корниловичу что я сам приеду в Петербург в начале 1826-го года и что тогда мы будем действовать вместе. -- До того времяни брат писал Н. Муравьеву но не получивши от него ответа он прервал с ним все сношении. --

ж) Я слышал от Н. Муравьева в 1821 году о предложении Лунина поехать нескольким человекам на Царскосельскую дорогу в масках для покушения на жизнь блаженной памяти Государя Императора -- но я повторяю что я не знаю говорил ли Пестел Лунину и думаю что Лунин не согласился быть || (л. 114) предводителем его cohorte perdue {В переводе: "обреченный отряд" (т. е. отряд цареубийц).}.

Когда я приехал в Петербург в Юне месяце 1823 году я застал еще Князя Борятинскаго с которым я видился один раз на квартере Н. Муравьева а другой раз он был сам у меня. -- Он мне очень жаловался на Н. Муравьева. Он мне сказал что он приехал чтобы получить от него решительной ответ хочет ли он действовать в духе Южнаго Общества но что он отклоняется и ему решительно не отвечает. Приезд К. Борятинскаго действительно испугал членов Севернаго общества брат { Так в подлиннике.} Н. Муравьев мне говорил тогда Южная управа с ума сошла -- Она сама не знает что она затевает. -- До приезда Кн. Борятинскаго Поджио был послан как он показывает с темже -- я с подполковником Поджио познакомился в конце 1823 году у Пущина.-- К. Борятинский мне также говорил что он принял в члены общества Федора Вадковскаго. -- Когда я приехал в Петербург {В подлиннике написано сокращении: "Петрбр".} я явился к Н. Муравьеву и сказал ему что Я в полном его расположении я с ним говорил довольно откровенно нащет Южное общество но после я начал опять действовать в духе Южнаго общество что удивило брата Н. Муравьева, который непоннмал сего противоречия в моих поступках. Я застал Северное общество в совершенном разстройстве || (л. 114 об.) Н. Муравьев и Князь Трубецкой совсем отклонились от онаго -- Н. Тургениев потерял всякую надежду-- не было ни заседании и члены не видились.-- ето продолжалось до осеньи 1823-го году. -- Северная управа по убеждению Южнаго общества решилась опять возобновить свои действия. Первое совещание которое было при мне произходило на квартере Пущина. Н. Тургенеев, Н. Муравьев, Князь Оболенский, Рылеев, Митьков, М. Нарышкин, Вольховской были на оном. Я тут познакомился с Александром Поджио, с Митьковым и с Рылеевым. Н. Муравьев говорил что Южное общество требует от него невозможное что оно думает испугать Северную управу разказами своих действии {Так в подлиннике.} но что Петербург ни Провинция и что надобно иметь большую осторожность. Поджио читал проэкт который он написал для составлении в занятиях {Так в подлиннике.} тайнаго общества. Но он не был принят. Митьков говорил об том что надобно поставить обязанностию членам общество {Так в подлиннике.} говорить о свободе крестьян что бывши в деревни не давно он ето делал и видил что сии разговоры производили большое действие на слушателей. Выслушивши все ето -- приступили к выбору Директоров положено было что их будет трое как в Южной Управе. Н. Тургенеев был выбран единогласно но он отказался говоря что в первой раз он не был щастлив и не хочет вновь остановить действии общества к тому же он сказал что его здоровье || (л. 115) разстройно и что он хочет ехать за границу на воды.-- Ему упрекнули все в сем отказе и выбрали Н. Муравьева Князя Оболенскаго и Князя Трубецкаго котораго не было при сем совещании. Н. Муравьев и К. Оболенский положили что Директоры будут видится один раз в каждую неделю, что без соизволения Директоров нельзя будет принимать членов -- что надобно будет им сказать предварительно. Они просили так же чтобы члены взяли себе какое нибудь занятие. Н. Муравьев обещал сообщить план своей Конституции с тем чтобы прочтя оной сделали бы заключении Князь Оболенский взялся написать об обязанностях Гражданина, Н. Тургенеев взялся написать о присяжном суде а Рылеев сказал что он напишет Катихизнс вольнаго Человека. -- Я сказал Н. Муравьеву что я перепишу план его Конституции и пошлю оной в Южную Управу что я и сделал через Подполковника Поджио. -- (Я незнаю Рылеев исполнил ли или нет свое обещание. Князь Оболенский читал в присутствии Н. Муравьева, Князя Трубецкаго и моего обязанности Гражданина ето было через неделю времяни на квартере Н. Муравьева) -- При сем совещании небыло Пушкина который {В подлиннике: "которое".} никогда не принадлежал обществу. После сего {Далее зачеркнуто: "сейчас".} Н. Тургенеев, Н. Муравьев уехали также и Митьков Я изъявил свое удивление пред прочим членам -- Поджио мне сказал что нечего ожидат от них. || (л. 115 об.) Рылеев сказал что у него есть общество тайное и присоединить ли его с Северной Управе. Н. Муравьев был против сего предложения. -- То что князь Оболенской написал об обязанностях Гражданина не было одобрено и он разъорвал писанное тут же при нас он выставлял в пример Римлян и его сочинение было более похоже на Школьную задачу.-- У Рылеева на квартере Князь Оболенской, Пущин Вольховской Митьков, М. Нарышкин читали План Конституции Н. Муравьева. -- Тут опять действии Северной Управы остановились. -- Н. Тургенеев, Пущин, Рылеев, Митьков, Князь Оболенский собрались на квартере у Митькова -- Н. Тургенеев читал предложение которое он сделал для составления общества он разделял членов на два разряда первой разряд мог принимать членов а второй нет впрочем ничего небыло замечательного в сем предложении.-- У Мих. Нарышкина было совещание {Далее зачеркнуто: "где".} [в] которым находились К. Оболенский {Далее зачеркнуто: "Митько".}, Пущин, Вольховской, Рылеев и не знаю какой то офицер Лейб Гвардии Саперного ескадрона тут читали план Конституции Н. Муравьева и етот саперной офицер которой был принят К. Оболенский {Вероятно, следует читать: "Оболенским".} возстал против Конституции Н. Муравьева потому что она была Монархическая он мне сказал думаете ли вы остановить действие Государя у нас мнимой || (л. 116) конституци[е]ю -- он отошел от общества и я его с тех пор не видал. Он был знаком с Пущиным, М. Нарышкиным, Кн. Оболенским и Вольховским. У Подполковника Поджио было собрание где находились Н. Муравьев, К. Оболенский, К. Валериан Голицын брат его Артиллери[й]ской, какой то офицер Преображенскаго Полка который жил вместе с Поджио но не принадлежал обществу Н. Муравьев говорил об Американской Конституции. Словом сказать до приезда П. Пестеля в Петерб[у]рг ничего не было замечательнаго в действиях севернаго общества. Митьков поехал в деревню в начале 1824 года и после отправился за границу.-- В начале 1824 года Полковник Швейковской был послан в Северною управу я через него получил письмо от брата моего Сергея в котором он мне писал познакомить Швейковскаго с Директорам {Так в подлиннике.} Северной Управы. -- Я с ним был у Князя Трубецкаго. Швейковской требовал от Князя Трубецкаго решительной ответ хочет ли Северная управа соединится с Южным обществом или нет. Князь Трубецкой не дал решительнаго ответа и они разошлись довольно холодно.-- Я также был с ним у Н. Муравьева -- но Н. Муравьев отдалил разговор об делах общества он сказал Швейковскому что по словам || (л. 116 об.) Князя Волхонскаго и В. Давыдова он ждал Пестеля.-- Князь же Оболенский сам приехал к Швейковскому. -- Когда я возвратился с Швейковским к нему на квартеру он мне сказал Je v[ou]s admire d'avoir la patience d'agir et d'être avec ces agents {В переводе: "Я удивляюсь вашему терпению действовать и быть вместе с такими деятелями".} и Ваш брат мне говорил что я буду иметь удовольствие с ними познакомится. Наша поездка сделала очень дурное впечатление на Швейковскаго. П. Пестель приехал в Петербург и неприступен к Северному обществу он принял Швейковскаго на квартере его в Демутовом трактире в бояры то есть он ему открыл весь ход Южнаго общества -- Швейковской очень обрадовался слыша все что ему разказал Пестель. Я от Швейковскаго узнал что в 1823 году в Лагере в Бобруйск {Так в подлиннике.} брат мой Сергей, Бестужев, Норов и он имели намерение остановить покоинаго Государя но что они его не исполнили потому что не успели предварительно дать знать Южной Директории и что они не имели никаких бумаг. -- ето самое зоставило П. Пестеля окончить и переписать план своей конституции. -- Когда я пришел простится с Швейковским который выезжал уже из Петербурга {Далее зачеркнуто: "ето".} Граф Олизар приехавши из Киева узнавши что Швейковскоп в томже Трахтире где он сам || (л. 117) остановился к нему пришел. Граф Олизар не принадлежал тогда тайному обществу ето по совету Бестужева и брата моего Сергея в течении 1824 Году в Белой Церкви что он обещался войти в Тайное Польское общество что он и сделал. -- Между прочими известиями как то что он видел брата моего тому несколько дней назад, что на него сделали донос как будто бы в собрании Дворянства он говорил об свободе крестьян он сказал что Генерал от Инфантерии Ертель в Киев приехал и что никто не знает за чем он туда послан. Швейковской пустился в дорогу. Я уже несколько почт неполучал писем от брата моего Сергея с которым я всякую неделю переписывался. -- Я решился прити к Графу Олизару чтобы от него узнать более подробностей на щет приезда Генерала Ертеля в Киев. Мне сказали что Граф Олизар уехал опять в Киев. -- Я слышал от него что он намеревался остаться всю зиму в Петербурге ето мне дало более еще безпокойствии на щет брата моего Сергея. -- Я видел Пестеля и сказал ему что верно Южное общество захвачено и что надобно бы здесь начать действия чтобы спасти их. Пестел мне сказал что я хорошо понимаю дела -- Я тогда говорил Федору Вадковскому и Свистунову что я намерен посягнуть на жизнь Покойнаго Государя иехотят ли они также мне || (л. 117 об.) содействовать мпе Федор Вадковской говорил что живши в Новой Деревне и имея духовое ружье ему мысль пришла посягнуть на жизнь покойнаго Государя мы тогда говорили о брате его Иване Вадковском который после сделаннаго суда над ним содержался в Витебске. -- Федор Вадковской и Свистунов были согласны но я им сказал что ежели я получу известие от брата я ето намерение оставлю. Я о сем говорил еще Артамону Муравьеву который мне сказал что если я ето предприниму чтоб ето было когда его Ескадрон будет стоят во внутреином карауле.-- Кроме сих четырех {Над словом "четырех" карандашом поставлен знак "NB".} лиц я никому не сообщил об моем злодеянии. Пестел мне тут сказал думаю {В подлиннике: "думую".} ли я что достаточно посягнуть на жизнь Государя Императора одного. Я ему сказал что я хочу брата спасти полагая в моей глупости в {Предлог "в" написан дважды.} Моем злодеянии что его могло его спасти если правительство открыло существовании общества я признаюсь что ета самая причина когда я приехал в деревню меня {Так в подлиннике.} дала большое омерзение к обществу -- я злодей -- я посягал на жизнь Государя и бывши старшим сыном у Батюшки я его лишил двух сыновей я тем меньше заслуживаю какой либо милости что меня сам Бог в своей благости меня два раза отвращал от общества -- в 1823 году в || (л. 118) Киеве когда Южное общество составилось и в 1825 году когда я возвратился в Деревню.-- Я двойное заслуживаю наказание по етим самом. -- Я получил письмо от брата который ездил в деревню и пропустил несколько почт мне не писавши: и я пришел тот же час к Ф. Вадковскому объявить что я оставляю мое намерение также я сие сказал Свистунову и Артамону Муравьеву. Я Ф. Вадковскаго познакомил с Швенковским он отправил с ним письмо к брату своему Александру Вадковскаго котораго он принял в члены Южнаго общества бывши в отпуске и Генерала Майора Каменскаго {Над словами "Генерала Майора Каменскаго" карандашом поставлен знак "NB".} который находился под судом в Туле! --

Когда Пестел приехал в Петербург и когда я ему разказал все что произходило в Северной Управе он решился с начала видить членов оной по одиночке а не всех вместе дабы их отклонить друг от друга. Я привел к нему Князя Оболенскаго. Он ему открыл все намерения Южнаго общества. Князь Оболенский обещал ему склонить всех членов Северной Управы на принятии всех предложении сделенных Пестелем и соединить Северное и Южное общество. Пестель желал чтобы северное общество имело только || (л. 118 об.) одного Директора который был бы так же член Южной Директории. Пестел после видился раза два или три с К. Трубецким с Н. Муравьевым. Но он их никак не мог склонить принять предложении им деланныя. -- Он решился собрать всех директоров и иметь окончательное совещание с ними. Они и были собраны на квартере Князя Оболенскаго кроме их находились тут же Пестел, М. Нарышкин и я. Н. Муравьев ни {Над словом "ни" карандашом поставлен знак "NB".} сжег свою конституцию. Пестел видя что никто из членов Севернаго общества не склоняется на его предложение на щет Введение новаго порядка посредством Временнаго Правлении и нащет соединении обеих обществ ударил по столу и сказал так будет же республика -- но все члены Северной Управы не согласились -- даже К. Оболенский пристал тут к мнению Князя Трубецкаго и Н. Муравьева. Пестель сказал тут же так Северное и Южное общество отдельны -- все сведении который вы будете желать иметь от Южное общество -- оно вам их доставить надеясь что вы с вашей стороны тоже сделаете. Вот Матвей Муравьев здесь остается и вы можете к нему адресоваться в чем вам нужно будет для Южнаго общества. -- Он тут же уехал и не видился || (л. 119) более с директорами Севернаго общества об которых он очень дурно относился. -- Из членов Севернаго общества я ни с кем не говорил об истреблении Всей Царской Фамилии.-- Еще в Деревне брат мой Сергеи мне сказал что он никак не согласен на ето предложение Пестеля и что посягнувши на жизнь Покойнаго Государя и начавши действии успешно достаточно будет прочих членов Царской Фамилии отослать из России.-- Н. Муравьев на щет тех который выедут из России не хотя следовать примеру Франции которая не законном образом овладела имуществом Емигрантов -- мне говорил на что я и был согласен с ним что имении сих лиц преврость {Так в подлиннике (повидимому: "превратить").} в наличный деньги Правительство будет хранить до возвращения спокойствия и возвратить сии суммы после которым они принадлежали.-- Прежде нежели три директоры были собраны у Оболенскаго -- Пестел видился с Н. Тургенеевым -- тут находились Оболенской, Н. Муравьев и я но Н. Тургенеев не согласился на принятие плана конституции Пестеля -- он никак не хотел допустить разделения земли говоря что не мешая промышленности || (л. 119 об.) земли не приметным образом сами собою разделятся.-- Мнение Н. Тургенеева очень подействовало на всех членов Северной управы. Пестел с ним также более не виделся. После всего того что я сказал Пестел мне сказал что с содействием Ф. Вадковскаго мне должно здесь составить отделное общество так чтобы Северное его не знало чтобы не прервать все сношении с оном. -- Вадковской познакомил Пестеля а меня с Свистуновым Пестель его принял в члены южнаго общества и для того чтобы они могли совершенно быть свободны в своих действиях он их обеих на квартере Ф. Вадковскаго сделал боярами Южнаго общества то есть им все открыл. У Свистунова на квартере Пестел принял в члены общества Аненкова, Поливанова, Кривцова, Депрерадовича -- которые были приняты в братьи, то есть, они знали что нужно переменить настоящей порядок вещей посредством вооружения и некоторое понятие он им дал о его плане конституции все что клонилось к склонению их к Республиканским мыслям.-- После сего Пестел Выехал из Петербурга. Ф. Вадковской был тотже год переведен в Армию. А я не хотя умножить разходы Батюшки котораго дела очень растроены || (л. 120) и который вступил опять в службу я поехал жить в Деревню на что как мне сказывал Бестужев Пестел очень сердился на меня и знавши причину которая меня заставляла {В подлиннике: "заставляло".} жить в деревни он хотел сделать подписку которую я бы не принял {Слова "которую я бы не принял" вписаны над строкой.} в Южном обществе чтобы мне дать способы жить в Петербурге но о сем он сам мне ни писал потому что я более с ним не виделся. -- Живши в деревне я никаких писем не получал от членов Севернаго общества я был в переписке с Князем Трубецким но сия переписка не была нащет общества -- Княгиня Трубецкая мне писала чаще мужа своего что и доказывает что я здесь говорю. -- 2 Генваря во время возмущения Черниговскаго полка я был очень печален потому что я предчувствовал чем ето все кончится. Бестужев говорил что нечего еще очаевости {Так в подлиннике (повидимому: "отчаиваться").} и что если возмущение Черниговскаго полка неудасца то надобно будет скрытся в лесах и ехать в Петербург чтобы посягнут на жизнь Государя Николая Павловича я ему тут же объявил при брате моем Сергее что я етого никогда не сделаю. Брат мой Сергей и Бестужев могут подтвердить сие мое показание. -- Когда Бестужев приехал в Любар нам объявить что велено нас || (л. 120 об.) арестовать и отправить в Петербург я предложил брату в присудствии Артамона Муравьева застрелиться нам обеим -- я сделал вновь сие предложение брату и Бестужеву когда мы ехали в Бердичев где мы переменили лошадей -- брат было согласился на мое предложение но Бестужев востал против онаго и брат взял с меня честное слово что я не посягну на свою жизнь.


51


1 В подлиннике 4-й пункт не проставлен.


Я привес с собою из Петербурга две песни одна сочинение Рылеева а другая Бестужева (адьютанта) как мне кажется что я слышал но наверно не утверждаю впрочем они скажут чии они. Я их получил от Рылеева первая именно та о который в вопросах мне делаемых упоминается.


С высочаишаго соизволения1


1 Строка написана рукой Татищева. Далее идет следующий зачеркнутый текст.


Ах, скучно мне

И в родной стороне

Все в неволе

В тяжкой доле

Видно век вековать

Без сивухи

Судьи глухи

Без вины ты виноват

|| (л. 121)

А уж правду нигде

Не ищи мужик в суде

Аракчеев подстрекнет,

Царь указ подмахнет,

А им шутка,

А нам жутко,

Тошно так, что ой, ой,

. . . . . . . . . . .1

Заседатель

Председатель

За одно с секретарем

А под царским вензелем

С ядом потчуют вином

И народу

Лишь за воду

Велят вчетверо платить.

|| (л. 121).

До царя далеко

А до бога высоко

Да мы сами

Ведь с усами

Так мотай себе на ус2.

1 Многоточие в подлиннике. Повидимому, М. И. Муравьев-Апостол не мог вспомнить начала этой строфы, обычно читаемой:

Там же каждая душа

Покривится из гроша.

2 Это стихотворение в тексте густо зачеркнуто. Когда следствие о декабристах было закончено, Николай I 29 мая 1826 г. распорядился изъять из следственных дел и уничтожить стихи, приведенные в показаниях декабристов. В тех случаях, когда стихи изъять было невозможно, они были весьма густо зачеркнуты (см. прилагаемые фотоснимки). В силу этого распоряжения Николая I была вычеркнута значительная часть текста в 5-м пункте ответа М. И. Муравьева-Апостола, причем рукой председателя Следственного комитета Татищева на л. 120 об., 121 и 121 об. сделана помета: "С высочайшаго соизволения вымороны военный министр Татищев".

Вот что я помню тут еще есть на шет господ -- господин за одно с приходским попом нас морочут {Здесь М. И. Муравьев-Апостол поставил ряд точек. Возможно, он не смог вспомнить целиком строфы:

Баре с земским судом

И с приходским попом

Нас морочат

И волочат

По дорогам да судам.

Все это стихотворение К. Ф. Рылеева состоит из 15 строф, из которых М. И. Муравьев-Апостол напамять мог воспроизвести 6 неполных строф (См. К. Ф. Рылеев, Избранное, Гослитиздат, 1946, стр. 134--136).} ета песнь Рылеева как мне слышалось {Приводимая далее М. И. Муравьевым-Апостолом песня вся густо зачеркнута, она состоит из 10 строк. 4-я строка вписана несколько позже между строк первоначально написанного текста; в 8-й строке слово "святош" М. И. Муравьев-Апостол пропустил, заменив его пятью точками, над которыми следователь поставил карандашом знак "NB". (См. А. А. Бестужев-Марлинский, Собрание стихотворений, изд. "Советский писатель", 1948, стр. 141--142.)}.

Вдоль фонтанки реки квартируют полки          Слава

Квартируют полки все гвардейские          Слава

Их и учат и мучат, что ни свет, ни заря          Слава

Что ни свет, ни заря для потехи царя          Слава

Идет кузнец из кузницы          Слава

Несет кузнец три ножа          Слава

Один нож на господ на вельмож          Слава

Другой нож на попов на [святош]          Слава

А третий нож молитву сотворя на вампира на царя          Слава

Тогда будет тепло, умно и хорошо          Слава

ета песнь Бестужева (адьютанта) {А. А. Бестужев.}

Рылеев в мою бытность в Петербурге сочинил тогда поему Войнаровского и казака Палея издал в {Одно слово не разобрано.} 1825 года. Ода на свободу {Так М. И. Муравьев-Апостол называет стихотворение А. С. Пушкина "Вольность".}, Кинжал и Деревня {Слова "ета песнь... Кинжал и Деревня" в показании М. И. Муравьева-Апостола также зачеркнуты.}


вымороны {Продолжение записи Татищева.}


Пушкина всем известны. Бестужев {М. П. Бестужев-Рюмин.} написал {Т. е. переписал.} кинжал для офицера Нарвского Полка который || (л. 121 об.) не {"не" в подлиннике написано дважды: на л. 121 и 121 об.} принадлежал обществу и которого я видел раз или два у Князя Трубецкого.-- Он сочинил также реч {См. выше, дело Бестужева-Рюмина, стр. 117.} для славянскаго общества где он доказывает что все готово в России для переворота он сию речь показывал Пестелю. В конце прошлого года когда он был у меня в деревне он мне привес песню никак Боратынскаго вот она {Далее следуют 11 густо зачеркнутых строк. Эти зачеркивания по своим внешним приемам принадлежат разным лицам: одни строки, а именно: первая, половина второй, третья, зачеркнуты чертой -- это правка М. И. Муравьева-Апостола, который при передаче стихотворения не сразу мог уловить его размер; их воспроизводим в простых скобках; в других строках -- правка Комитета, о которой говорилось выше, поэтому в стихотворение входит всего 9 строк.}.

(Подгуляла, я Друзья

Нужды,) Подгуляла я

(Друзья,)

Нужды нет Друзья

Это с радости (bis)

Я свободы дочь

Со престолов прочь

Императоров (bis)

На свободы крик

развяжу язык

у сенаторов (bis).

Я с Дельвигом не был знаком и кроме того что я читал в журналах я ничего не читал его другого {Слово "другого" вписано над строкой.} сочи[не]нии.


военный министр Татищев {Окончание записи Татищева.}


Он ее дал также Жукову Принца Оранскаго Полка. -- Во время возмущения Черниговскаго Полка офицер Принца Оранскаго полка Ушаков который проежал через Васильков и который не принадлежал обществу приходил к брату чтобы его пропустили через заставу {В подлиннике: "составу".}. Бестужев ему дал копию своего Катихизиса. Ушакова я видел в Трилесов {Так в подлиннике.} он был в отряде который остановил Черниговской Полк. Вот все лицы которым мне известно что розданы были возмутительный проза и стихи. || (л. 122) Еще Корниловичу Бестужев дал копию своей речи Славянскому обществу и мнение Польскому обществу на предложение истребить Цесаревича, которое я переписал ему.


6.


Лорер меня действительно нашел в большом омерзении на щет общества {Далее зачеркнуто: "как".} по причине которой я выше сказал -- я с ним писал брату Сергею. Но Бестужев приехал ко мне в деревню и мне сказал что все что Лорер сказал Пестелю сделало весьма дурное впечатление на всех членов общества которые и без того требуют быть побуждаемы.

Он меня просил написать Пестелю и сам мне сочинил письмо которое по его убеждению я и переписал.

Бестужев доставил сие письмо Пестелю и привес мне от него ответ на оное. Пестель говорит что он уверен что я не могу изменить самому себе и что на меня всегда будет надеется.-- В {Первоначально: "Из".} Киева брат Сергей просил меня еще писать Пестелю я еще переписал письмо которое он сочинил -- в нем я говорю что видился с Князем Трубецким и что мы будем вместе пещись о пользе общества. Все сии показании справедливы.


7.


Брат мой Сергей предполагал что мне должно будет ехать в Петербург в начале 1826 года. Он вообще старался дать хороше[е] понятие о Северном обществе || (л. 122 об.) брат мой не знал в Лещине о намерении Капитана Якубовича я не могу утвердить говорил ли что вызовет его брат мой Сергей никогда не был знаком с Якубовичем -- а говоря о людей {Так в подлиннике.} которых я найду в Петербурге (я также не могу утвердить в тех ли было выражениях здесь показанных) он считал больше всего на общество которое Рылеев составил в Кронштате.


8.


По той самой причине выше мной показаной -- видевшись с подполковником Поджиом в Киеве в Апреле 1825 года я старался по убеждению брата моего и Бестужева заставить забыть дурное впечатление которое сделало то что Лорер сказал Пестелю.


9.


Я не знаю почему Подполковник Поджио предполагал что я и Полковник Митьков разделяли с {Так в подлиннике.} преступные мысли на счет истребление всей {Слово "всей" вписано над строкой.} Царской фамилии. Как я выше показывал в обществе всегда придполагалось чтоб {Первоначально: "чтобы".} заговорчики {Так в подлиннике.} должны находится вне общества и я не был в числе оных {Слова "и я не был в числе оных" вписаны над строкой.}. Впрочем потому что я показал также выше он полное право имел меня считать готовым на все злодеяния.-- Полковник Митьков мне говорил что когда Семеновской полк возмутился и его послали с баталионом для усмирения онаго то он хотел спросить у солдат пойдут ли они против Семеновскаго Полка -- Он хотел ето исполнить || (л. 123)

Пройдя Исаковской мост -- но тутже получил повеление возвратится в казармы по тому что девять рот Семеновскаго Полка пошли без малейшаго супротнвление в крепость.

Я {Над следующим абзацем карандашом поставлен дважды знак "NB".} от Подполковника Поджио слышал что на маневрах в 1823 году какой то солдат Преображенскаго полка выстрелил шомпалом на Великаго Князя Михаила Павловича и что когда Полковник Исленьев велел разсмотреть ружьи все шомпалы нашлись. -- Он мне также сказывал что Кн. Валернян Голицын хотел застрелить П. Исленьева за какую то обиду и что он его с трудом остановил от сего намерении. --

Брат мой Сергей всегда имел мысль отдалить Пестеля от Петербурга в начале действий чтобы ему не дать исполнить намерение его на щет истребление всей Царской Фамилии. Вот что и подало мысль Пестелю дать команду над предполагаемым Киевским Лагером. Он никогда не разделял его мнение. Его сношении с Пестелем были довольно холодны и чтобы более еще не удалится от него он же говорил явно всем -- но впрочем он очень откровенно сказывал о сем Пестелю. Я всегда разделял сие мнение также с братом.-- А когда брат был выбран в Директоры Южнаго общества и что левой фланг сделался сильнее праваго брат знал что он остановит сие предложение {Далее зачеркнуто: "Впро[чем]".} как я сказал выше когда я согласился с Пестелем на сие намерение || (л. 123 об.) он мне именно сказал votre frère est trop pur {В переводе: "ваш брат слишком чист".}.


10.


Когда Бестужев и брат мои Сергей были у меня в Деревне в начале 1825 они мне сказывали что Южное Директорие {Так в подлиннике.} разделило общество на правой и на левой фланг Пестель составлял Центр. Они мне также сказывали что при начатии действии В. Давыдов должен ехать в военныя поселении брат мне говорил что В. Давыдов часто бывает у генерала Трошинскаго.


11.


Я так же слышал от Бестужева а потом от брата моего потому что с юня 1825 года я больше не видел К. Трубецкого-- что они при отъезде Трубецкаго в Петербург его очень уговаривали чтобы он доказал членам Северной управы что надобно бросить пустые споры, что надобно Северному обществу соединится с Южным на щет Республиканских мыслей Ему также поручено было объявить что Южное общество непременно начнеть свои действии в продолжение 1826 года. Но ни брат, ни Бестужев никогда не полагали что Северному обществу надобно начать.

Как я уже показывал брат мой узнал произшествие в Дек. 1825 у Генерала Рота и его его очень огорчило.-- Бестужев также очен был недоволен сим. брат в Житомире говорил Мошинскому и Вронецкому что общество не пременно начнет действии в течении 1826 года. Он просил Мошинскаго сообщит сие Польскому обществу. -- Когда Корнилович ехал в || (л. 124) Петербург (ето были последний сношении которыя брат мой имел с Северной управой) он тоже ему повторил что Трубецкому. -- Об Лагерах незнаю говорено ли было Трубецкому -- Корнилович об них не знал.


12.


3 генваря шесть рот {В подлиннике: "роты".} Черниговскаго полка которые были возмущены. Выступя из деревни Пологи делали привал в Деревне Мотовиловки. Говорили что ескадрон Гусар разезжает около сих мест. Брат мой, Бестужев уверяли что етот ескадрон идет к ним на помощь. Выступя из Мотовиловки в верстах двух конной отряд встретил нас. Брат построил етих шесть рот в взводную колону и стал впереди колоны и пошел на встречу отряду. -- Тут два конныя орудии были выставлены против нас. С начало они пустили одно ядро на елевацию через колону.-- Солдаты тут же остановились и стали роптать на брата. Брат сказал вперед но отряд видя что ето шесть рот все стоят выстроивши пустил картечию брат сергей упал раненый в голову -- брату моему Иполиту раздробило левую руку я пошел чтобы сыскать нет ли какого либо фершала чтобы перевезать их но тутже ескадрон наехал в хвост колоны -- гусары кричали солдатам бросаете ружьи что они очень охотно делали не было ни одного выстрела из ружья {Слова "не было ни одного выстрела из ружья" вписаны над строкой.}. Я уже нашел || (л. 124 об.) брата моего Сергея окруженнаго Гусарами и мне тут сказали что И полит после был убит на другой день когда нас отправили в Белою Церков Майор который нас конвоировал он был Мариупольскаго полка по моей прозбе позволил мне простится с Иполитом я его нашел он лежал раздетой и брошеной в сенях Малороссийской хаты.

Бестужев когда Подполковник Гебель пришел чтобы арестовать брата, сказал четырем офицерам Кузмину, Шепилову, Барону Саловьеву и Сухину {Так в подлиннике.} что он их возмег в Петербург чтобы посягнут на жизнь Государя он ето объявил когда приехал в Лубар в присудствии Артамона Муравьева.-- брат мой Сергей отдал портефель свою Семучеву {Так в подлиннике.} который взошел к Артамону Муравьеву чтобы попросить у него газеты Артамон Муравьев говорил что он никак не отвечает за свой полк и когда брат ему сказал что ежели он успеет доежать до полка он будет старатся его поднять Артамон Муравьев показывал и письмо которое он поучил от Г. Ридигера {Слова "показывал и письмо которое он получил от Г. Ридигера" вписаны над строкой.} сказал что ему лучше ехать в Петербург чтобы узнать что там делается. --

В Ковалевке человек Гебеля сказал мне что мой портефель у него он его принес и я тутже письмы который я получил от сестер -- у меня была переписка большая с некоторый Mademoiselle Gugenet я желал очень || (л. 125) ее истребить на щет бумаг касающих до общество у меня были копия речи Бестужева Славянам и последнее письмо которое я получил от Пестеля через Крюкова, где он меня уверяет в своей дружбе или никак я получил сие письмо по почте впрочем оно не было ни чем замечательно. -- Остальным бумаги как и все вещи мои были разхищены гусарами.

Кузмин, Барон Саловьев, Шепилов и Сухинин когда узнали что велено брата арестовать дали обещание Башмакову разжалованному пойти с полком, который был собран для присяги Государю Императору Николаю Павловичу; и взять Киев.

Андреевич, член Славянскаго общества, узнавши что велено брата арестовать приезжал узнать в Васильков справедлив ли сей слух -- Шепилов ему дал денег а Башмаков письмо к Артамону Муравьеву чтобы он дал несколько денег Андреевичу чтобы ему было с чем {Слова "ему было с чем" вписаны над строкой.} доехать до его роты. Барон Саловьев, Кузмин и Шепилов были члены Славянскаго общества -- и что доказывает как мало брат ожидал то что случилося 14-го Декабря 1825 года -- он им || (л. 125 об.) ничего не говорил. Они просили Бестужева несколько раз чтобы он им сделал собрание -- но он ето отклонял вот что они разказывали после. -- Все четверо они нанесли раны Подполковнику Гебелю. Граф Мощинский говорил брату в Житомире что Польское общество не имеет никаких успехов в Литовском Корпусе.-- Артамон Муравьев говорил что ему доктора сказывали что он ни более четырех лет проживет когда брат его останавливал в предложении которое он делал ехать в Таганрог.

После моего выезда из Петербурга в 1824 году я поехал в Малороссию через Москву где я прожил неделю я видился с Князем Борятинским в Александровском саду два раза он мне говорил что он принял несколько членов в Южное общество. -- Я видел так же Пущина который жил у Колошина меньшаго который совершенно отстал от общества. Пущин мне говорил что он так занят по делам службы что ему нет времяни куды нибудь поехать что в Москве кроме стариков и детей никого нет. -- В 1823 году Князь Оболенский принял в члены Северной управы брата своего Кашкина который поехал в Москву обещая ему пешпсь там || (л. 126) о делах общества. Не быв знаком с Кашкиным я его не видел в бытность мою в Москве. --

Из Трилесов когда Бестужев поехал от нас его намерение было поехать к Славянам взять несколько чиловек из них и отправится в Житомир чтобы посягнуть на жизнь Генерала Рота. Он доехал до церевни Графа Олизара который ему сказал что жандармы весь дом его осмотрели чтобы его найти. Бестужев у Гр. Олизара переоделся и возвратился в Васильков.

Бестужев в течении 1825 года меня очень просил поехать к Полковнику Грабе с которым я познакомился в 1823 году посредством Петра Чаадаева. Петр Чаадаев ехал за границу он обществу никогда не принадлежал. Полковник Грабе был член Союза Благоденствия. Он был принят Фонвизеным 1-м {Слова "Он был принят Фонвизеным 1-м" вписаны над строкой.} Н. Муравьев ему в Москве {Слова "в Москве" вписаны над строкой.} читал план своей конституции но он ему ничего не говорил на щет общества Севернаго. -- Я у него не был. Бестужев хотел чтобы я открыл все намерении Южнаго общества и упросил бы его чтобы он был член онаго.

Бестужев мне сказывал что в Лещине он не принял двух полковых Командиров {В подлиннике: "Командировых".} 8-ой Дивизии {Слова "8-ой Дивизии" вписаны над строкой.} единственно от того что общество слишком сильно. Он мне также сказывал что он очень желал чтобы вместо майора Спиридова был бы Президентом общества Славян некоторый Тютчев который служил в прежнем Семеновском Полку. -- Я имел намерение после того что я побываю у Александра и Артамона || (л. 126 об.) Муравьевых ехать в деревню {Далее зачеркнуто: "то".} Бестужев хотел мне дать письмо к какому то офицеру который служил в прежнем Семеновском полку его же Бестужев принял в члены Южнаго общества {Слова "его же Бестужев принял в члены Южнаго общества" вписаны над строкой.}. (я не помню его фамилии) он находится в 7-ой Дивизии с тем чтобы он собрал солдат бывших Семеновских и им бы сказал чтобы они приготовляли людей в Полках в которых они служили для 1826-го года.

Я еще имел в портефелии моем копию в кратце Плана Конституции Пестеля -- он мне ее дал в бытности своей в Петербурге. Кроме Ф. Вадковскаго и Свистунова я ее никому не сообщал. -- Пестель им сам разсказал весь свой План.

На совещании в котором Пестел принял Свистунова в бояры ето было на квартире Ф. Вадковскаго находился так же Граф Витгенштейн -- ом разделял мысли Пестеля и был им принят в Тулчине когда он еще был адьютантом отца его.

Новиков имел у себя копию зеленой книги брат мои Сергей когда приезжал в отпуск в 1820 году и когда он был у меня в Полтаве, то он был у Новикова и спросивши у него сию книгу он ее и сжег при нем в Камине.--

Новиков принял в члены союза Благоденствия Маршала Лукашевича и Полковника Глинку. -- Гурко (вторый) был член Союза Благоденствия. Незнаю кем он был принят. В 1823 году брат мой Сергей виделся с Ф. Вадковским, Конно Егерская Дивизия была в лагере около Лубен,-- он нашел || (л. 127) Ф. Вадковскаго очень огорченнаго о переводе его в Армию -- брат мой ему говорил чтобы он познакомившись с полковником Грабе старался основать управу в конно Егерской Дивизии в который он служил но после сего брат мой не виделся более с Ф. Вадковским и не имел никаких сношении с ним.

На щет писем который были даны Волконскому и Давыдову для доставления Пестелю я не знал их содержание и они мне даже не говорили кто имянно из северных членов писал. --

К. Волконской из Северных членов, кроме трех Директоров которых он видил у Н. Муравьева, видил одного Митькова которому он говорил об единодушие и силы Южнаго общества.

Я могу уверить что вообще мои старании соединить Северную управу с Южной не удалися. Н. Муравьев и Князь Трубецкой никак не хотели на сие согласится. Князь Оболенский который разделял мысли Южнаго общества будучи с Н. Муравьевым и с Князем Труббцким он был всегда согласен с ними что и доказывает совещание в котором Пестель полагаясь на его одного думал решительным образом присоединит]. пли разделить Северное общество: Rompre cette solidarité {В переводе: "Разрушить эту солидарность".}. -- Когда я Н. Муравьеву разказал то что говорил Офицер сапернаго Эскадрона у Мих. Нарышкина Н. Муравьев был очень недоволен и провожая меня до лестнице он мне сказал Je dirai à ces messieurs que la famille impériale est sacrée {В переводе: "Я скажу этим господам, что императорская семья священна".}. Как я показывал прочий члены были более склонны к Республиканским мыслям. Когда я брату Сергею будучи в деревни говорил об || (л. 127 об.) неудаче Южнаго общества в Петербурге -- он мне сказал что все ето случилось потому что я никогда себе самому не доверяю. Бестужев тоже. -- После перевода Ф. Вадковскаго в армию я видился один {Слово "один" вписано над строкой.} раз прежде выезда моего из Петербурга {Слова "прежде, выезда моего из Петербурга" вписаны над строкой.} с Свистуновым который был болен -- прочих членов принятых Пестелем я не видел.

H. Муравнев не хотел чтобы брат его который был принят Лунином принадлежал обществу -- ето уже я сказал А. Муравьеву что Вадковской и Свистунов члены и он должен видится с ними.

Рылеев {Над следующим абзацем карандашом поставлен дважды знак "NB".} мне говорил когда я с ним прощался (он был переведен в Американскую Кампанию) что он будет старатся принят членов между нашими купцами он мне также сказывал что он познакомился с некоторым человеком, бывшим Директором Канцелярии у Графа Тормосова (я никогда не помнил имен) и что он его примить;

Я все сии показании умолчал в прежних моих ответов единственно из того что я думал что я прекращу спою жизнь. Бог видить мученьи совести после всего здесь показанное люди уже не должны полагать совести никакой во мне. Я прошу {Далее зачеркнуто: "извинение".} Комитета чтобы он извинил безпорядок сих показании -- Я чувствую часто что {Слово "что" вписано над строкой.} мысли мои теряются -- Я отравил остальныи дни Отца моего я погубил братиев своих. -- Я с покорности жду || (л. 128) приговор который будет сделан надо мною как бы жесток он не был сожалея что у нас нет смерной казни я рад был кровью загладить мои преступлении.

Отставной Подполковник Матвей Муравьев Апостол

P. S.

В начале Ноября 1825 года я ездил с братом к Полковнику Тизенгаузену в Чернигов, полтавской полк был на походе в Бобруйск, чтобы упросить его чтобы он позволил Бестужеву Рюм. оставатся в Василькове для переговоров с членом котораго Польское общество пришлет в Киев. Тизенгаузен никак не хотел на сие дать согласие свое. -- Когда Бестужев возвратился в полк он его посадил под арест на гобвахту.

1. Я вспомнил теперь что ето Князь Федор Шаховской сделал предложение в Москве на совещании у Александр Муравьева чтобы возпользоватся тем временим когда Семеновской полк будет в карауле. -- Князь Шаховской тогда только что и говорил что он готов посягнуть на жизнь Государя Покойнаго. Брат мой Сергей его называл в разговорах со мною le tigre. Но когда Шаховской женился и вышел в отставку он совсем отстал от общества и не имел более || (л. 128 об.) ни каких сношении с нами.

Бестужев получил после Лещпнскаго Лагера от однаго члена Славянскаго общества {Далее зачеркнуто: "бумагу".} в конце сентября или в начале Октября 1825 {Слова "в конце сентября или в начале Октября 1825" вписаны над строкой.} письмо в которое он ему говорил что артиллерийский солдаты его роты так уже готовы что он должен их останавливать -- сию бумагу брат мой Сергей сжег в Ковалевке.

Бестужев мне говорил когда он мне сказывал что он из славян составил общество заговорщиков -- что Пестель который говорил что надобно истребить всю Царскую фамилию не успел однакоже найти как он людей готовых с радостью пожертвовать собою. -- Я могу утвердительно сказать что брат мой и Бестужев ни когда не разделяли сие мнение Пестеля. Князь Трубецкой может потвердить сие показание мое что брат мои Сергей никогда не разделял сие намерение злодейское.

Андреевич говорил в Киеве Бестужеву что Славяне хотели остановить Цесаревича во время его проезда но что они сего не исполнил и потому что оне не имели никаких приказании на сей щет от него. Бестужев писал через Андреевича из Киева к Славянам брат мой Сергей дал 50 рублей Андреевичу на дорогу. -- Ыо я могу уверить что я не слышал что они имели намерение остановить Великого Князя Михаила Павловича. -- Как я читал в вопросах мне прежде сделанных.


Отставной Подполковник Матвей Муравьев Апостол {Все показание написано М. И. Муравьевым-Апостолом собственноручно.}

Генерал Адьютант Чернышев || (л. 134)


Понедельник 10-м часу утра {Повидимому, первоначально было: "вечера".}


## No 17 (19)1


1 Вверху листа помета: "Читано 14. Апреля".


Я позабыл сказать что брат мой Сергей будучи у меня в деревне в конце 1824 года мне говорил {Первоначально: "сказал".} что он истребил две песьни который я ему привес говоря мне что он очень сожалел видить по них что Рылеев и Бестужев (адьютант) не имеют Религии.

Ахтырскаго Гусарскаго полка Арсеньев, Семичев и Франк были приняты в члены Южнаго общества в 1824 году в Лагере в Белой церкви Бестужевым и братом моим Сергеем. Я Семичева видил у брата в Василькове он ехал из отпуска он пробыл у брата пол часа. Он сказал что в Харькове все возхищены от Покойнаго Государя -- кроме сего он ничего более не говорил я его видал в другой раз у Артамона Муравьева в Любаре. -- Арсеньева и Франка я никогда не видил.

Я полагал что Молчанов принадлежит обществу по следующей причине. Когда Молчанов подал в отставку в 1824 году {Слова "в 1824 году" вписаны над строкой.} генерал Рот стараясь его удержать в службе ему говорил что напрасно он оставляет службу и себя в пример ему поставил. Молчанов ему отвечал что он никогда не решится получить все раны которые украшают Генерала Рота. -- Г. Рот его назвал Трусом при многих так что ето дошло до Молчанова {На нижнем поле листа полустертая помета карандашом: "Дать запрос Сергею Муравьеву".} || (134 об.) в Лещине Молчанов просил брата чтоб он имел с ним тайное свидание, брат согласился полагая что он его хочет просить в секунданты: но Молчанов ему сказал что он узнал что Генерал Рот говорил об нем и что он намерен его убить. Брат на ето ему отвечал что он очень удивляется что он его призвал чтобы ему ето объявить.-- Мне брат ето разказал в Василькове в конце 1825 года.

Через Семичева брат писал Артамону Муравьеву напоминая ему что они обещались начать действии в течении 1826 года. Я писал что я поеду в Петербург но что я буду его видить прежде моего отъезда.

Я приношу свою благодарность Комитету за позволение которое Он мне дал исповедоватся и приабщится что я сегодня сделал.


Отставной Подполковник Матвей Муравьев Апостол {Все показание написано М. И. Муравьевым-Апостолом собственноручно.

Генерал Адьютант Чернышев.


-----


Александр Муравьев в 1817 году хотел чтобы общество которое он составил действовало через Масонскую Ложу: почему и была основана Ложа трех Добродетелей. Но он оставил скоро сию мысль потому что все время заседании Ложи занято Масонскими работами и что всякой Масон имеет право приехать в Ложу.-- Князь Лопухин, Александр Муравьев, Кн. Долгорукий, Кн. Трубецкий, Князь Ф. Шаховской, Никита Муравьев, брат мой и я принадлежали сей Ложи ето самое меня заставило вспомнить что Кн. Ф. Шаховской принадлежал обществу прежде нежели Гвардейской отряд пришел в Москву.

Понедельник 12-го апреля 1826 г. {Дополнительное показание, данное Комитету М. И. Муравьевым-Апостолом по собственному почину, написано им собственноручно, но не подписано.} || (л. 135)


## No 18 (20)


1826 года Апреля 16-го дня от Высочайше учрежденнаго Комитета Подполковнику Сергею Муравьеву Апостолу дополнительный вопросный пункт: Брат ваш Подполковник Матвей Муравьев Апостол показывает, что он полагал, что Молчанов принадлежит обществу по следующей причине: Когда Молчанов подал в 1824 году в отставку Генерал Рот стараясь его удержать в службе ему говорил, что напрасно он оставляет ее и поставил в пример себя. Молчанов ему отвечал, что он никогда не решится получить все раны, которые украшают Генерала Рота. --

Г. Рот его назвал трусом при многих, так что это дошло до Молчанова. В Лещине Молчанов просил вас, чтобы вы имели с ним тайное свидание. Вы согласились полагая что он -- просит вас в секунданты, но Молчанов вам сказал, что он узнав, что Генерал Рот говорил об нем, намерен его убить. Вы разсказали о сем брату своему в Василькове в конце 1825 года.

Поясните: справедливо ли сие показание?


Генерал Адьютант Чернышев.


-----


Сие показание Брата совершенно справедливо. Пришед к Молчанову, по приглашению его, я застал его в крайнем огорчении, он разсказал мне говоренное на его щет Генералом Рот, но не говорил || (л. 135 об.) однакоже что он твердо намерен его убить, а говорил что он намерен объясниться с ним, а если объяснение не будет для него удовлетворительно, то он столь чувствует себя оскорбленным, что даже решится его убить, но что он прежде желал спросить в сем случае у меня совета. -- Я ему присоветовал остаться совершенно покойным. Что он и исполнил и успокоился после перваго порыва огорчения.


Подполковник Муравьев Апостол {Показание С. И. Муравьевым-Апостолом написано собственноручно.}.

Генерал Адьютант Чернышев. || (л. 129)


## No 19 (16)1


1 Вверху листа карандашом поставлен знак рассмотрения "В".


J'étais homme avant d'être juge, ces belles paroles sont restés gravées dans mon coeur. Malgré ma dernière déposition qui a dû donner à Votre Excellence une idée de toute l'énormité de mon crime et qui a dû Vous faire comprendre aussi pourquoi l'existence m'est devenu à charge. J'ai encore supplier Votre Excellence qu'Eue daigne mettre aux pieds de l'Empereur ma dernière prière. Elle ne me refusera pas cette grâce si Elle daigne faire attention à la fâcheuse et terrible influence qu'exerce une société secrète sur les membres qui voudraient s'en éloigner. On peut la comparer au rôle que jouait la destinée dans les tragédies des anciens. On a beau vouloir s'en éloigner, ayant quitté la route du devoir on est condamné à tourner dans un cercle vicieux qui vous ramène au point qu'on voulait fuir. L'exaltation m'a perdu. Ma conscience ne me donne point de repos ni nuit, ni jour. Je suis le fils aine de mon Père. C'est sur moi qu'il devait compter pour la conservation de mes frères. J'ai bien cruellement trompé son attente. Qu'il me soit permis de donner une preuve véritable de repentir à ma Patrie ainsi qu'à mon Père, ahn qu'on sache que si je me suis rendu coupable-- J'ai senti toute l'énormité de ma faute et que j'ai eu le courage et de l'avouer et de le réparer autant que cela a été du mon pouvoir.-- || (л. 129об.) Se laisser mourir de faim est la mort la plus cruelle -- c'est celle que je choisis --elle sera un bienfait pour moi -- elle me donnera le repos de la tombe et dégagera ma mémoire du poids énorme de mon crime.--Daignez ne pas rejeter cette supplique. Que Votre Excellence ne voye pas non plus dans ces lignes l'effet d'un esprit troublé. C'est dans toute la force de mon intelligence que je vous l'adresse.


Mathieu Mouravieff Apostol.


Vendredi Saint.

P. S. Je supplie Votre Excellence au nom de Notre Seigneur mort sur la croix pour nous, au nom des personnes que vous avez aimées et qui ne sont plus, ne me refusez pas la seule grâce que j'ose encore demander. Songez que je n'ai plus d'autre moyen ici bas de réparer mes fautes envers ma Patrie et envers les miens. --Dieu qui voit mes tourmens me donnera dans sa Bienveillance infinie le repos que je ne peux trouver que lorsque j'aurai débarrassé la terre de ma présence. || (л. 130)

Que mon Père ignore toute l'énormité de mon crime. Lorsque nous nous reverrons -- les tourmens de ma concience me présentèrent â lui tous purifié. -- Il daignera, car il est bien bon me pardonner et me recevoir là bas dans son sein. Mes fautes et ma fin arrêteront mes compatriotes s'ils venaient à dévier comme je l'ai fait. Je leur dois cette exemple. La mort efface tout {1 Вверху листа карандашом поставлен знак рассмотрения "В".}. || (л. 131)


Перевод.


Я был человеком раньше, чем быть судьей, -- эти прекрасные слова остаются запечатленными в моем сердце. Несмотря на мое последнее показание, которое должно дать Вашему превосходительству представление о всей безмерности моего преступления и заставить Вас понять также, почему существование делается мне в тягость, я еще умоляю, Ваше превосходительство, чтобы Вы соблаговолили положить к ногам государя мою последнюю просьбу. Вы не откажете мне в этой милости, если Вы удостоите обратить внимание на прискорбное и ужасное влияние, которое оказывает Тайное общество на членов, которые хотели бы уйти из него. Можно сравнить это с ролью, которую играла судьба в трагедиях древнего мира. Напрасно хочешь уйти -- покинув путь долга, вы осуждены вращаться в порочном кругу, который вновь приводит вас к тон точке, от которой вы хотели бежать. Экзальтация погубила меня. Моя совесть не дает мне покоя ни ночью, ни днем. Я -- старший сын у отца. На меня он должен был полагаться в сохранении моих братьев. Я весьма жестоко обманул его ожидания. Да будет мне позволено дать истинное доказательство раскаяния перед моим Отечеством, так и перед моим отцом, дабы знали, что если я впал в вину, то и почувствовал всю безмерность моей ошибки и имел мужество признать ее и исправить ее, насколько это было в моих силах. Умереть голодной смертью -- смерть наиболее жестокая--я ее выбираю, она будет благодеянием для меня, она даст мне покой могилы и облегчит память обо мне от огромной тяжести моего преступления. Соблаговолите не отвергнуть этой мольбы. Пусть Ваше превосходительство не видит в этих строках следствия помраченного духа. Я к Вам обращаюсь в полной силе своего ума.


Матвей Муравьев-Апостол.


Страстная пятница {16 апреля 1826 г.}.

P. S. Во имя бога, умершего за нас на кресте, во имя тех, кого Вы любили и кого больше нет, я умоляю. Ваше превосходительство, не откажите мне в единственной милости, которую я осмеливаюсь еще просить.

Подумайте о том, что я не имею другого средства исправить здесь на земле свои ошибки по отношению к Отечеству и своим родным. Бог, видящий мои мучения, даст мне в своем безграничном благоволении покой, который я могу найти только тогда, когда освобожу землю от своего присутствия.

Пусть мой отец не знает о всей безмерности моего преступления. Когда мы снова увидимся -- я предстал бы перед ним очищенным благодаря мучениям моей совести. Он, так как он очень добр, соблаговолит простить меня и принять меня в ином мире в свои объятия. Мои ошибки я мой конец остановит моих соотечественников, если они захотят совратиться с пути, как я это сделал. Я буду им примером. Смерть сгладит все.


## No 20 (17)1


1 Вверху листа карандашом поставлен знак рассмотрения "В". Письмо, вероятно, адресовано генерал-адъютанту Чернышеву.


В Следствие приказания, вчерась даннаго мне Вашим Превосходительством, я, не теряя ни минуты тотжечас отправился в назначенное место. Лично предоставлял я себе долг и честь, донести Вам об успехе; но записка Ваша обязывает взять перо, и предварительно известить Ваше Превосходительство, что я нашел Нещастнаго гораздо в спокойнейшем духе, нежели мог ожидать. Он даже отрекся начисто от последних слов и намерений, в избытке скорби сорвавшихся с языка его. Полагаю, что на бумаге пришлет он Слезы раскаяния своего к Вам что ж надлежит вообще до человека сего; я имею причину думать, что воображение его, сильно возбужденное горьким одиночеством, с коим он небыл знаком во всю жизнь свою, а паче -- упреки совести сухие и палящие, суть единственною причиною душевных его волнений и мятежа. Три часа, мною у него проведенные, достаточны, чтобы успеть заглянуть во внутренние изгибы сердца его. Сию минуту паки отправляюсь я к злополучному, и -- более, нежели || (л. 131 об.) когда либо, вменять себе в обязанность, по часту посещать его. О дальнейших последствиях буду иметь честь, аккуратно извещать Ваше Превосходительство.

В духе любви Иисуса Воскресшаго, спешу отвечать Вашему Превосходительству на привет ваш: Воистинну -- Христос Воскресе! Спаситель Мира Спасет верующих в Него. С неумирающим Чувством благоговения


Честь имею пребыть

Вашего Превосходительства всепокорнейший слуга

Казанскаго Собора Ключарь Петр Мысловский


18 апреля

Царь Суббот,

праздник

праздников {В 1826 г. 18 апреля было воскресенье (первый день праздника пасхи).} || (л. 132)


## No 21 (18)1


1 Письмо адресовано генерал-адъютанту Чернышеву.


Je demande bien humblement pardon à Votre Excellence pour la prière que je lui ai adressée dans un de ces momens, qui ne sont que trop fréquens, depuis que je vois toute l'étendue de mes fautes. Daignez croire à la sincérité de cet aveu. Le désir de pouvoir donner une preuve éclatante de repentir s'empare de moi et prédomine toutes mes facultés. J'oublie que nous ne sommes que des Êtres de peu de jours et que nous devons même remercier la Providence de ce qu'elle Daigne nous permettre de pouvoir expier une partie de nos péchés par les privations morales, les plus terribles. || (л. 132 об.)

Depuis l'année 1823 l'idée du suicide est devenue, pour ainsi dire, une idée fixe en moi. Mon frère, s'en étant apperèu dans {Далее часть слов вырвана при распечатывании письма.} situations que nous eûmes ensemble, me fit jurer l'année passée encore chez moi à la campagne, devant le portrait de notre défunte Mère que je n'attenterai pas à mes jours. Je vais demander avec plus d'ardeur à Dieu qu'il daigne m'affermir dans mes souffrances et qu'il me donne surtout la force de les supporter comme je le dois. Avec ma conscience toute déchirée la solitude est affreuse. -- Je demande doublement pardon à Votre Excellence de ce que je l'importune; parceque je suis persuadé (л. 133) quel effort il lui faut faire pour lire même l'écriture de


Mathieu Mouravieff Apostol


Dimanche-Saint

1826. {На листе 133 об. написан адрес: "Его превосходительству милостивому Государю Александру Ивановичу Чернышеву".} || (л. 136).


Перевод.


Покорнейше прошу прошения у Вашего превосходительства за просьбу, с которой я обратился к Вам в одну из тех ныне весьма частых минут, когда я увидел всю безмерность моих ошибок. Благоволите поверить в искренность моего признания. Желание дать ясное доказательство раскаяния овладевает мной и господствует над всеми моими чувствами. Я забываю, что наша жизнь коротка, и мы должны благодарить провидение за то, что оно дает нам возможность искупить часть наших грехов путем ужаснейших моральных лишений.

С 1823 г. мысль о самоубийстве сделалась для меня, так сказать, навязчивой идеей. Мой брат, догадавшись об этом {Далее часть слов вырвана при распечатывании письма.}, когда мы оказались вместе, заставил меня поклясться в прошлом году у меня в деревне перед портретом нашей покойной матери, что я не покушусь на свою жизнь. Я буду горячо молить бога, чтобы он укрепил меня в моих страданиях и чтобы он особенно дал мне силы вынести их, как должно. При угрызении совести одиночество ужасно. Я вдвойне прошу прощения у Вашего превосходительства в том, что досаждаю Вам, ибо я знаю, какие усилия нужны, хотя бы для того, чтобы разбирать написанное


Матвеем Муравьевым-Апостолом.


Светлое христово воскресение

1826.


## No 22 (21)1


1 Письмо адресовано генерал-адъютанту Чернышеву. Вверху письма имеется помета: "Читано 28 апреля".


Votre Excellence!

Si la peine de mort existait chez nous, j'aurais attendu avec joie l'instant qui aurait terminé ma trop coupable existence. Depuis que le bandeau qu'une imagination délirante avait mis sur mes yeux est tombée, je vois avec effroi toute l'étendue de mes fautes et les horribles conséquences qui les ont suivies, si j'ai tardé si longtemps à en faire l'aveu. -- J'avouerai que l'idée de me présenter au Comité pour-les confesser toutes me faisait frémir. Je croyais que la tombe couvrirait toute l'étendue de ma culpabilité. -- C'était en combler la mesure. Daignez vous rappeler, Votre Excellence, que j'ai été moi-même mon propre accusateur et ce qui m'a coûté le plus l'accusateur des complices de mon égarement.-- Je le devais à ma Patrie. Voilà ce qui me donne la hardiesse de vous supplier que vous ayez la bonté d'intercéder l'Empereur de m'imposer quelque punition qu'il voudra; mais de grâce que ce ne soit pas la réclusion solitaire. Lorsque l'idée que j'ai trahi tous mes devoirs se présente à mon esprit, je sens que mes idées s'égarent et lorsqu'on est aussi coupable que moi || (л. 136 об.) il est horrible de mourir après avoir perdu la connaissance de soi-même. Daignez ne pas rejetter cette prière que j'ose vous adresser. Cette grâce que je demande est la seule espérance qui me reste sur cette terre. Le souvenir de cette charitable action que Votre Excellence aura daigné faire à mon égard viendra Lui sourire à son dernier moment et moi jusqu'au dernier jour de ma vie je prierai Dieu qu'il daigne éloigner ce moment aussi loin que possible pour les malheureux qui auront le bonheur de s'adresser à Elle -- les coupables sont aussi des malheureux. Permettez moi, Votre Excellence, de compter sur votre intercession pour moi auprès de Sa Majesté l'Empereur.


Mathieu Mouravieff Apostol


Si l'Empereur avait la bonté de m'imposer une punition dans laquelle je puisse prouver jusqu'à la fin de mes jours la sincérité et l'ardeur || (л. 137) de mon repentir. Combien je remercierai Dieu pour cette grâce et combien je me croirais encore heureux de pouvoir donner ce dernier signe d'amour à ma Patrie et effacer ou du moins expier mon criminel égarement ainsi que la mort de mon frère! C'est à Votre Excellence que je devrai cette seule faveur que j'ose encore espérer. || (л. 3)


Перевод.


Ваше превосходительство!

Если бы смертная казнь существовала у нас, я ждал бы с радостью мгновения, которое закончило бы мое слишком отягощенное виной существование. С тек пор, как спала с моих глаз пелена, которую наложило на них пылкое воображение, я вижу с ужасом всю величину моих заблуждений и ужасных последствии, которые за ними последуют, если бы я замедлил с их признанием. Я признаюсь, что мысль предстать мне в Комитете, чтобы признаться во всем, заставляла меня содрогаться. Я думал, что могила покрыла бы всю мою большую вину. Но это превышало бы меру. Соблаговолите вспомнить. Ваше превосходительство, что я сам был собственным обвинителем и что мне было всего горше -- обвинителем соучастников моего заблуждения. Я обязан был этим Отечеству. Вот то, что дает мне смелость умолять Вас, чтобы Вы были добры ходатайствовать перед государем назначить мне наказание, какое он захочет, но, умоляю, только не одиночное заключение. Когда я мысленно представлю, что я изменил своему долгу, я чувствую, что мои мысли путаются, и когда так виновен, как я, ужасно умереть, потеряв самосознание. Соблаговолите не отказать в этой просьбе, с которой я осмеливаюсь к Вам обратиться. Эта милость, которой я прошу, есть единственная надежда, которая остается мне в этом мире. Воспоминание об этой милости, которую Ваше превосходительство соблаговолит сделать по отношению ко мне, да осветит лучом радости последний миг его жизни, а я до последнего дня своей жизни буду молиться богу, чтобы он удалил насколько возможно этот момент для несчастных, которые будут иметь счастье обращаться к Вам -- виновные те же несчастные. Позвольте мне, Ваше превосходительство, рассчитывать на Ваше заступничество за меня перед его величеством.


Матвей Муравьев-Апостол.


Если бы государь имел доброту наложить на меня наказание, в котором я мог бы доказать до конца моей жизни искренность в пылкость моего раскаяния, как бы я благодарил бога за эту милость и как бы я считал себя еще счастливым быть в состоянии доказать любовь к моему Отечеству и уничтожить или, по крайней мере, искупить мое преступное заблуждение, также как смерть моего брата! Этой единственной милостью, на которую я еще осмеливаюсь надеяться, я буду обязан Вашему превосходительству.


## No 23 (22)


Выписка из показаний о Подполковнике Матвее Муравьеве-Апостоле


Кто показывает


Содержание.


Подполковник Сергей Муравьев-Апостол.

Матвей Муравьев был в числе основателей Начальнаго Общества в Петербурге в 1816. Году. В 1823 Году Южное Общество сносилось с Северным чрез Матвея Муравьева (цель переговоров смотри Пестеля) {Т. е. показания Пестеля.}.

В 1825. в Лагере при Лещине Матвей Муравьев не был.

В 1825. учавствовал в решении и плане Общества, объявленном Трубецкому при его отъезде (смотри Трубец.:) Находился при возмущении и действиях Черниговскаго полка.

Привез из Петербурга две песни (кажется Рылеева) одну относящуюся до состояния Крестьян, а другую возмутительную.

Генерал Майор Князь Болконской.

В 1822 или 1823. Северное Общество чрез Матвея Муравьева настоятельно требовало, чтобы Пестель приехал в Петербург. || (л. 3 об.)

В 1823 и 24-м Годах в Петербурге он Волконской сносился в качестве уполномоченнаго от Южной Управы -- с Матвеем Муравьевым, Никитою Муравьевым, Трубецким, Оболенским и Митьковым, из коих о преступном решении Южнаго Общества истребить всех сообщил только Матвею Муравьеву и Трубецкому (допол: 8).

Подполковник Поджио.

Матвей Муравьев сказывал, что в 1817. в Москве было в заговоре против Государя человек до 50-ти и даже назначены час и место для удара под начальством Артамона Муравьева (Доп. 12).

Он же сказывал, что Пестель хотел составить Партию из нескольких человек под названием Гард-Пердю и поручить ее Муравьеву {Так и подлиннике.} для исполнения цели Южнаго Общества.

В бытность его в Петербурге Матвей Муравьев был там в сношениях с Северными членами.

Матвея Муравьева считал готовым на то покушение в Петербурге, которое || (л. 4), намеревался произвести. С ним виделся он в начале 1825. (Доп. 1).

Когда Борятинский в 1823 Году привез письмо к Никите Муравьеву от Пестеля, где он потребовал поспешнаго содействия (в истреблении), то Матвей Муравьев уверил его Поджио, что это общее решение Южнаго Общества.

Матвей Муравьев в 1823-м в Петербурге был при учреждении Северной Управы и назначении Директоров Никиты Муравьева, князя Трубецкаго и Оболенскаго. Он просил его Поджио донести Южному Обществу, (допол: к 6. пункту:)

В Октябре 1823-го Матвей Муравьев присудствовал на Собрании у Пущина, где читаны составленные им Поджио правила, избраны председатели -- и положено начать работу. Тургенев взялся написать о Суде присяжном. Потом он Поджио был в непрерывных сношениях с Матвеем Муравьевым, который жил в Петербурге именно для водворения в Северном Обществе Республиканскаго Правления, || (л. 4 об.) изложеннаго Пестелем. Матвей Муравьев говорил ему Поджио, как сдесь страшатся Пестеля, подозревая, что он хочет присвоить себе всю власть; чего он Муравьев однако не полагает, в это самое время Матвей Муравьев объяснил ему Поджио весь план Пестеля о совершении умышляемаго злодейства и намерение составить из отважных людей Лагард-Пердю, которую хотел поручить Лунину. Мнение же Матвея Муравьева о сем было таково, что бы (истребление Царствующей фамилии) совершить отдельным от Общества заговором, дабы отвратить укоризну в сем преступлении от имяни Общества (письмо к Лев: 12. Марта)

Матвей Муравьев при отъезде его Поджио на Юг препоручил сказать там, что Никита Муравьев все дело останавливает и что его должно сменить; о чем он Поджио и говорил. Рылеев обещал писать Котихизис Свободнаго человека и возмутительныя песни. Пушкин писал: Ах! скучно мне на родимой стороне. М. Муравьев привез || (л. 5) с собою из Петербурга две песни (письмо к Лев: 12. Марта).

Матвей Муравьев видевшись, с ним в Киеве в Апреле 1825. изьявлял туже решимость действовать вопреки всем предположениям прочих.

Матвей Муравьев в 1823. Году жил в Петербурге имянно для того, чтобы в Северном Обществе водворить и утвердить предположенный Южным Обществом Республику и Истребление (письмо к Лев: 12. марта).

Майора Лорера.

Что хотя Пестель и утверждал, что его Республиканская Конституция принята Петербургскими членами; но брат Сергея Муравьева отставный (Матвей) сказал ему Лореру, что Это неправда и что Общество решилось только требовать у Государя Свободы крестьянам.

Полковник Бурцов.

Матвей Муравьев был член начального Общества в Петербурге.

Полковник Тизенгаузен.

Матвей и Сергей Муравьевы вовлекли его в свое Общество льстивыми убеждениями || (л. 5 об.) о готовящемся счастии для Народа в Конституции.

Подпоручик Бестужев Рюмин.

Васильковская Управа состояла под начальством Сергея и Матвея Муравьевых и его Бестужева; ея занятие: внешния сношения.

У Сергея Муравьева в Лещине Матвей Муравьев был в совещании о посылке убийц Государя в Таганроге.

После этаго совещания обратились к Славянам, которые согласились содействовать, (смо: Бестужева:)

Князь Трубецкой.

Матвею Муравьеву поручено было надзирать за Новиковым, который оказался дурным; Сергей же Муравьев отбирал у Новикова Устав Общества.

Полковник Тизенгаузен.

В Ноябре 1825. Сергей и Матвей Муравьевы ездили к нему просить, чтобы позволил остаться Бестужеву в Василькове для переговоров с Поляками (допол. показ.)

Подполковник Поджио.

Что он был с Матвеем Муравьевым в непрерывных сношениях по утверждению Южных Инстиганций и что || (л. 6) вместе с Матвеем Муравьевым огорчился медленностию Никиты Муравьева и настаивал о смене его.

В намерении покуситься на жизнь Государя надеялся на содействие Матвея Муравьева (допол: 1)

В 1823. Году узнал от Матвея Муравьева и Барятинскаго о решении Южнаго Общества (истребить Императорскую фамилию).

Полковник Пестель.

К написанию Русской Правды особенно побуждали его Матвей Муравьев и Князь Оболенский (18.)

Матвей Муравьев был с ним у Оболенскаго, где разсуждали о времянном правлении и где он Пестель ударил по столу (18.)

Матвей Муравьев был в сношении с Оболенским и прочими (19.)

Князь Барятинский.

Матвеем Муравьевым переписанный план Конституции Никиты Муравьев послал на Юг чрез Александра Поджио. || (л. 8)


## No 24 (23)

Об Отставном Подполковнике Матвее Муравьеве-Апостоле.

Матвей Муравьев Апостол при первом допросе сознался, что был членом Тайнаго Общества и принят Полковником Александром Муравьевым в Петербурге в 1817-м Году.

Он был в числе тех членов союза, которые в 1817 Году в Москве под начальством Александра Муравьева совещались о покушении на жизнь блаженной памяти Государя, когда Якушкин вызвался нанести удар Его Величеству. Брат его Сергей Муравьев возстал против сего заговора, и по болезни своей чрез него (Матвея) представил учавствовавшим {Внизу листа помета: "No 4. Читана 5-го Июня 1826".} || (л. 8 об.) членам письменное мнение, по прочтении коего все от намерения своего отстали.

Разказывая о сем заговоре Подполковнику Поджио, он Муравьев увеличил число совещавшихся до 50. человек тогда, как в самом деле находилось только 6 единственно для внушения об обществе выгоднаго мнения.

В начале 1818 Года, будучи Адьютантом при Князе Репнине, уехал с ним в Полтаву. Здесь, он нашел Новикова, принадлежавшаго к союзу благоденствия и основавшаго в Полтаве масонскую ложу для приготовления в ней людей || (л. 9) способных ко вступлению в общество.

В 1821 Году слышал от Никиты Муравьева, что Лунин сделал предложение, вытьти нескольким человекам в масках на Царскосельскую дорогу для покушения на жизнь покойнаго Императора.

В конце 1822-го Муравьев из Полтавы возвратился в Петербург и был переведен в Полтавский полк. В следующем затем году вышел в отставку и уехал на житье в деревню.

В продолжение бытности в Полтаве, Муравьев по обществу недействовал; но знал, как || (л. 9 об.) о объявленном в Москве уничтожении союза, так и о решимости некоторых членов продолжать оный.

О возстановлении обществ на Юге и Севере он был известен. Цель их стремилось ' ко введению в России представительнаго правления посредством силы. Южное общество предполагало начать свои действия в то время, когда полки наполнятся членами его; оно в особенности надеялось на 8 дивизию, где много находилось Семеновских солдат.

От участия в Южном Обществе начально отказывался и даже || (л. 10) уговаривал брата своего Сергея следовать его примеру; но в последствии сделался сообщником в преступных его замыслах.

Матвей Муравьев не был ни на одном из совещаний, происходивших между Южными членами в 1823 Году в Киеве и в Каменке, в 1824-м в лагере при белой церкви и в 1825-м в лагере же при Лещине; но знал все, о чем там разсуждали и что было предполагаемо или от брата своего Сергея, или от Бестужева.

О предприятии Сергея Муравьева с Швейковским, Бестужевым и Норовым в 1823-м Году при Бобруйске, когда умышляли овладеть || (л. 10 об.) Особою Государя, узнал он от Швейковскаго в Петербурге в 1824 Году.

В 1823 Году Муравьев получил от Южной Директории поручение ехать в Петербург и открыть сношения с Северным обществом. Цель сих сношений была стараться соединить оба общества, согласить Северное на избрание одного Директора и возбудить в членах сего последнего более рвение и деятельности потому, что Петербург предназначался главным пунктом действия.

Приехав в Петербург в Июне 1823-го он нашел там Князя || (л. 11) Барятинскаго, имевшаго от Пестеля поручение объявить Никите Муравьеву о принятой Южным Обществом республиканской цели с изстреблением особы Государя, и требовать ответа: готово ли Северное разделять меры к достижению оной. Барятинский уехал, будучи не доволен Никитою Муравьевым.

Северное общество находилось тогда в разстройстве и не имело заседаний; но по убеждению Южна го члены решились возобновить свои действия и по осени 1823-го избрали Директоров: Никиту Муравьева, Князя Трубецкаго и Оболенскаго, и || (л. 11 об.) Муравьев принимал тогда участие в собраниях, происходивших у Пущина, Оболенскаго, Нарышкина и Рылеева.

Матвей Муравьев первые объяснения имел с Никитою Муравьевым, а потом находился в сношениях со всеми прочими членами Севернаго общества. Князь Оболенский просил Муравьева пригласить в Петербург самаго Пестеля, полагая, что личное его присудствие скорее сблизит общества между собою.

При отъезде Александра Поджио на Юг в конце Декабря 1823. Муравьев послал с ним туда переписанный план конституции Никиты Муравьева. || (л. 12)

Вскоре за тем, Пестель приехал в столицу и после неудачи переговоров своих, поручил Муравьеву продолжать сношения с Северным обществом и тайно от онаго учредить особенное общество. Он тогда же принял нескольких Офицеров Кавалергардскаго полка в Южное общество, и объясняя Муравьеву план на введение республики, говорил ему о намерении составить вне общества особенную партию для истребления Императорской фамилии.

В это время Матвей Муравьев долго не имел писем от брата своего Сергея и, услышав || (л. 12 об.) от Графа Олизара, что Генерал Эртель приехал в Киев, возмнил, что с приездом Эртеля Южное общество открыто и захвачено, и брат его находится в опасности. Он принял преступное намерение покусится на жизнь блаженной памяти Государя, и начально сообщил об оном Пестелю, которой, одобряя его, сказал: что он (Матвей) понимает дело, а потом Артамону Муравьеву, Вадковскому и Свистунову. Все были согласны с его умыслом. Вскоре однако же получил от брата уведомление, что он не писал к нему за отлучкою в деревню, оставил || (л. 13) преступное свое намерение и поспешил известить о том помянутые лица. Между тем Ватковской сказывал ему, что находясь в новой деревне и имея у себя духовое ружье он сам помышлял посягнуть на жизнь Монарха.

В Августе 1824 Года Матвей Муравьев возвратился из Петербурга в деревню и оставался, как говорит, вне общества, ибо с членами онаго не видался, кроме брата Сергея и Бестужева, приезжавших к нему в деревню, и один раз бывшаго там Майора Лорера.

Из Петербурга привез с собою две вольнодумческия песни: одну -- || (л. 13 об.) сочинения Рылеева, а другую Александра Бестужева.

Почувствовал отвращение к обществу, он писал к брату Сергею, остерегая его тем надзором, какой правительство обращает на полуденный край; а потом говорил Лореру весьма дурно на Щет общества и желания своего удалиться от онаго. Но после, убежденный Бестужевым, согласился послать им же написанное к Пестелю письмо, в котором уверял в неизменной привязанности к обществу.

По просьбе брата Сергея принял на себя поручение Южнаго общества, что бы уговорить Князя || (л. 14) Трубецкаго к действию на 4 Корпус; но Трубецкой обещания своего не исполнил; а при отъезде из Киева в Петербург сообщил ему поручение старатся склонить Северное к соединению и объявить о решительном намерении начать действия в 1826 Году.

Не задолго перед тем, Муравьев видел Карниловича, которому Бестужев сообщил последняя предположения Южнаго Общества и дал между прочим списанную им (Матвеем) копию с мнения о изтреблении Цесаревича.

Он слышал о умысле Якубовича, о чем привезли сведение Бриген и Нарышкин, бывшие в Киеве в Октябре 1825. || (л. 14 об.)

От брата Сергея знал, что командуемый им баталион Черниговскаго полка ему совершенно предан, и что в Лагере при Лещине ходили к нему Семеновския Солдаты, и божились, что за ним последуют, коль скоро им дадут знать о начатии дела.

Бестужев разказывал ему, о присоединении к Южному Обществу славянскаго, над которыми

он начальствует; но из членов его он видел только одного Андреевича.

Муравьев знал главные черты Руской правды, написанной Пестелем, и Катихизис и прокламацию, сочиненный Бестужевым и братом || (л. 15) его Сергеем, и читал речь Бестужева к Славянскому Обществу, а также и мнение его о необходимости изтребления Цесаревича.

Муравьев неутверждает показания Подполковника Поджио о том, что при свидании в Киеве изъявлял ему нетерпеливость скорее начать действия, вопреки предположениям прочих членов, и что Поджио считал его с Митьковым готовыми разделить с ним преступное намерение покуситься на жизнь ныне Царствующаго Государя; но признается, что при известности о преступных его мнениях полное право имел почитать его готовым на все злодеяния. || (л. 15 об.)

27. Декабря 1825. В Любаре Бестужев известил Муравьева и брата его Сергея, об арестовании бумаг в Василькове и что их самих велено взять и отправить в Петербург.

Тут Бестужев сказывал им, что пред отъездом своим из Василькова приглашал 4-х Черниговских Офицеров отправиться с ним в Петербург для покушения на жизнь ныне Царствующаго Императора; но мысль сия Муравьевым была отвергнута.

Матвей Муравьев сознается, что испуганный известием Бестужева, он предложил брату || (л. 16) обеим застрелится и когда повторил сие на дороге к Бердичеву, то брат было согласился; но Бестужев удержал их.

Когда брат его Сергей решился из Любара ехать к месту расположения Черниговскаго полка, то и он, не желая оставить его в столь несчастном положении, туда же с ним отправился.

В Трилесах Подполковник Гебель, объявивший обеим Муравьевым арест, был ранен двумя Черниговскими Офицерами, из коих одного Матвей Муравьев, выбежав из квартиры на шум, успел удержать от дальнейшего неистовства. || (л. 16 об.)

30. Декабря Матвей Муравьев был с братом его Сергеем, когда сей, собрав две роты Черниговскаго полка, выступил к Василькову. Вступив в сей город он арестововал майора Трухина, взял к себе знамена и полковой ящик, выпустил арестантов, и учредил караулы, забиравшие жандармов и других проезжающих. Сдесь присоединился Бестужев.

31-го. Декабря возмущенныя 6 рот Черниговскаго полка вышли из Василькова по направлению на белую церковь; но узнав о посланном против них отряде, повернули на дорогу к || (л. 17) Трилесам, что бы пройти к 8 дивизии.

Бестужев, на походе от Василькова говорил, что если начатое возмущение неудастся, то надобно скрыться в лесах и пробравшись в Петербург посягнуть на жизнь Государя.

3 Генваря возмутители были окружены и разстроены отрядом Гусар и Артиллерии. Матвей и Сергей Муравьевы и Бестужев взяты в плен; меньшой брат Иполит убит, а Порутчик Кузьмин застрелился.

Матвей Муравьев в общество ни кого не принимал.

В продолжении следствия, || (л. 17 об.) угрызения совести его столь были сильны, что он впал в отчаяние и хотел уморить себя голодом. Но убежденный кроткими внушениями веры пришел в себя -- и успокоился.

Показание Князя Волконского, Подполковника Поджио, Сергея Муравьева, Тизенгаузена и других.

Откровенное признание Матвея Муравьева согласуется с показаниями о нем сделанными.


Правитель дел Боровков || (л. 7)


## No 25 (24)


Обстоятельства, принадлежащая к силе вины:


в 17-м году был принят в общество.

В 17-м году был в совещании, в котором покушались на жизнь Государя.

в 23-м году решился убить Государя.

в 23-м году Муравьев был посылан от Южной Директории в С. Петербург и способствовал к возобновлению действий Севернаго общества.

Во время возмущения Черниговскаго полка, находился при оном и взят с оружием в руках.

Обстоятельства, принадлежащие к уменьшению вины:

27 Декабря он отклонил Бестужева от намерения его отправиться в Петербург для изведения ныне Царствующаго Государя. ]| (л. 7 об.)

Он удержал Шиполова {Вместо "Щепилло".} от нанесения смертельнаго удара Подполковнику Гебелю.

Муравьев в совершенном раскаянии.


## ДЕЛО М. И. МУРАВЬЕВА-АПОСТОЛА


Захваченный 3 января 1826 г. во время восстания Черниговского полка на поле сражения, М. И. Муравьев-Апостол был привезен в Белую Церковь, а потом в Могилев-Белорусский, в штаб 1-й армии, где 7 и 9 января он дал свои первые показания (см. документ No 3 (2).

Из Могилева он был перевезен в Петербург. 17 января 1826 г. он был допрошен генерал-адъютантом Левашовым (см. документ No 5 (I). После допроса Николай I отдал следующее распоряжение коменданту Петропавловской крепости: "Присылаемого Муравьева отставного подполковника посадить по усмотрению и содержать строго" {"Былое" No 5, 1906 г., стр. 204.}.

22 января Муравьев-Апостол представил в форме исторической справки на французском языке описание известных ему событий, имевших место в Обществе (см. документ No 6 (4). Эта справка Муравьева-Апостола была заслушана в Комитете 23 января {См. ЦГИА, ф. No 48, оп. 1, д. No 26, л. 97 об.}. Она была переведена на русский язык, причем перевод вошел в состав следственного дела М. И. Муравьева-Апостола. В нем есть места, оставшиеся без перевода, вероятно, потому, что подлинник в некоторых местах переводчику не удалось прочесть, поскольку почерк М. И. Муравьева-Апостола мало разборчив. Переводчик, недостаточно знакомый с фактической стороной дела, допускал иногда и прямое искажение подлинника (так, географическое название "Брусилов" он принял за фамилию какого-то действующего лица, вместо названия "Трилссы" в переводе появился "Триславль" и т. д.). Ко всем подобным местам даны подстрочные примечания, исправляющие неточности перевода.

Вне хронологической связи с документами, составляющими собственно следственное дело Матвея Муравьева-Апостола, стоит один документ. Это -- письмо М. И. Муравьева-Апостола на французском языке к своему брату С. И. Муравьеву-Апостолу, написанное им задолго до восстания -- 3 ноября 1824 Р.-- из поместья Хомутец (см. документ No 7 (5). Оно сохранилось среди бумаг С. И. Муравьева-Апостола, отобранных у него при аресте, и приобщено к следственному делу. В связи с этим письмом последовал 27 января вопрос Н. И. Лореру, находящийся в данном деле (см. документ No 8 (6). Вопрос об этом письме перед самим автором, т. е. М. И. Муравьевым-Апостолом, был поставлен наряду с прочими вопросами 29 января (см. документ No 12 (11), пункт 36). Весьма ценные и содержательные данные о причинах, вызвавших появление этого письма, дал 6 февраля Сергей Муравьев-Апостол {См. "Восстание декабристов", т. IV, стр. 288--289.}.

В общем ходе следствия по делу о Муравьеве-Апостоле особо важны две предложенные ему обширные группы вопросов. Первая группа из 36 вопросов вручена была Муравьеву-Апостолу 29 января 1826 г. Получив ответы, Комитет решил допросить П. И. Пестеля, М. П. Бестужева-Рюмина и других декабристов, чтобы проверить показания М. И. Муравьева-Апостола, особенно его сообщения о сношениях с Польским обществом {См. ЦГИА, ф. No 48, оп. 1, д. No 26, л. 118 об.}. Та же группа вопросов, с небольшими изменениями, 31 января была предложена С. И. Муравьеву-Апостолу {См. "Восстание декабристов", т. IV, стр. 265--273.}.

Для выяснения всего вновь поступившего следственного материала, где было много противоречащих друг другу сведений, Комитет предложил некоторым декабристам и в том числе М. И. Муравьеву-Апостолу дать новые показания. В связи с этим и были предложены М. И. Муравьеву-Апостолу 10 апреля вторично новые вопросы (всего 12 вопросов) (см. документ No 15 (14). Ответы его на этот второй запрос содержатся в документе No 16 (15). Эти ответы Комитет признал "пространными и удовлетворительными". После ответов на вторую серию вопросов М. И. Муравьев-Апостол пытался путем голодовки прекратить свое существование, и Комитет решил прибегнуть к воздействию на него при помощи религии: пакануне праздника пасхи (17 апреля) к нему был послан с увещанием ключарь Казанского собора П. Мысловский, особой запиской извещающий о результатах своего посещения (см. документ No 20 (17).

Этим, собственно, заканчивается основная часть следственного дела М. И. Муравьева-Апостола. Но к нему добавлено несколько документов второстепенного значения. В их числе имеется дополнительное показание М. И. Муравьева-Апостола, сделанное им по собственному почину, которое примыкает к вопросам Комитета от 10 апреля 1826 г., и ряд других.

Следственное дело М. И. Муравьева-Апостола No 397, хранящееся в Центральном Государственном историческом архиве в р. Москве, в фонде No 48, заключает в себе 137 листов.

В деле М. И. Муравьева-Апостола мы находим три сплошных нумерации. Две из них сделаны в более позднее время карандашом; одна идет вверху каждого листа, другая -- внизу. Различие между ними сводится к тому, что счет по верхней нумерации на единицу более, чем по нижней. В настоящем издании положен в основу счет по верхней нумерации. Кроме этих двух систем счета находим еще третью, сделанную военным советником Вахрушевым, она начинается с 17-го листа и идет до 137-го листа по современному счету (по Вахрушеву это 120-й лист), т. е. до конца текста. Кроме того, Вахрушев в свой счет включил несколько чистых листов (или листов с адресами) и вместе с ними всего насчитал 132 листа. На обороте последнего листа мы находим следующую заверительную запись: "В сем деле сто тридцать два номерованных листов, не включая белых в средине дела, неномерованных. Военный советник Вахрушев". По этой нумерации и сделана воспроизводимая нами в настоящем издании "Опись документов", находящаяся в начале следственного дела и также скрепленная Вахрушевым. По этой описи в деле значится всего 21 документ. Нумерации Вахрушева мы не находим в следующих частях дела, поступивших уже после разметки Вахрушева: 1) в выписке из показаний декабристов о М. И. Муравьеве-Апостоле (см. документ No 23 (22); эта выписка имеет свою особую полистную нумерацию: 1--4; 2) в записке правителя дел Следственного комитета Боровкова о Муравьеве-Апостоле (см. документ No 24 (23), она также имеет свою самостоятельную полистную нумерацию с 1 по 10; 3) в главных пунктах обвинения Муравьева-Апостола (см. документ No 25 (24); на этом документе стоит цифра "1".

Кроме того, остатки старой нумерации, предшествовавшей нумерации Вахрушева. мы находим на листах 28--31 (по современной нумерации); на этих листах написаны вопросы и ответы М. И. Муравьева-Апостола (см. документ No 4 (3). И вопросы и ответы писаны рукой писаря и только скреплены подписью Муравьева-Апостола, на этих листах мы находим пометку: "6--9". По своему характеру они относятся к начальному периоду следствия. Поскольку в них Муравьев-Апостол ссылается на свои показания, данные им в Белой Церкви, можно предположить, что они относятся к числу допросов в Могилеве, почему и сохраняют остатки прежней нумерации. Наконец, следует обратить внимание еще на один факт: в документе No 14 (13) мы находим карандашную приписку: "Труб. б. No 20", что означает номер Трубецкого бастиона, в котором был заключен М. И. Муравьев-Апостол,

Примечание. Надстрочные знаки французского текста (например, а, С, é), обычно опускаемые декабристами в беглом французском письме, восстанавливались без оговорок в тех случаях, где их отсутствие мешало пониманию смысла текста.