# Лирика

Авторы Неизвестные

Любовный договор

Ода анакреонтическая. Амур спящий

О чтении

Неудачная женитьба

Рондо

На многие и сбивчивые Минервины вопросы скорые и острые Купидоновы ответы

Любовь

Человек, Удовольствие и Печаль

На присовокупление подержанного Невтона к моим книгам

К Марии Магдалине, писанной сухими красками К. П. С...

Раздел. Анакреонтическая ода

Романс ("Из-за гор луна сребриста...")

Надпись моему другу, любителю литературы

Лирика


Анонимное


Оригинал здесь -- http://www.pushkinskijdom.ru/Default.aspx?tabid=5656


СОДЕРЖАНИЕ


Любовный договор

Ода анакреонтическая. Амур спящий

О чтении

Неудачная женитьба

Рондо

На многие и сбивчивые Минервины вопросы скорые и острые Купидоновы ответы

Любовь

Человек, Удовольствие и Печаль

На присовокупление подержанного Невтона к моим книгам

К Марии Магдалине, писанной сухими красками К. П. С...

Раздел. Анакреонтическая ода

Романс ("Из-за гор луна сребриста...")

Надпись моему другу, любителю литературы


ЛЮБОВНЫЙ ДОГОВОР


Если склонность ту имеешь.

Чтоб всегда меня любить,

То почто ж открыть не смеешь?

Только с тем, чтоб не губить,

Я свободу потеряю.

Была верна ты чтоб ввек,

Сердце я тебе вверяю.

Знай, что страстен человек:

Красотою ты прелестна,

И питай нежнейшу страсть,

Будь в словах своих нелестна,

Отдаюсь в твою я власть...

КОММЕНТАРИИ

Любовный договор. -- Доброе намерение, 1764, декабрь, с. 533.


ОДА АНАКРЕОНТИЧЕСКАЯ. АМУР СПЯЩИЙ


Красавицы суровы!

Доколь не стынет кровь,

Злословить вы готовы

И поносить любовь.

Рекла прекрасна Клоя

С улыбкой на устах:

"Я не лишусь покоя,

Не буду век в цепях.

Рабынею Амура

Не буду вечно я,

Нимало я не дура,

Мила мне честь моя.

Божок сей самовластный

Свободы вмиг лишит;

Пусть мальчик он прекрасный,

Меня он не прельстит.

Как ранить он удобен!

Его тщусь убегать,

Амур лукав и злобен --

Не буду с ним играть".

Хвалы сплетая воле,

Пошла нарвать цветов

Прелестна Клоя в поле

Для сделанья венков.

Где розы расцветали,

Амур там спал; цветы

Красавицу прельщали --

"Совсем, Амур, не ты".

Лишь на дитя взглянула, --

"Как он хорош! -- рекла, --

Ужалит, -- воздохнула, --

Его тотчас пчела".

Амур, вскоча, стрелою

Ей сделал много зла,

И не дитя, а Клою

Ужалила пчела.

КОММЕНТАРИИ

Ода анакреонтическая. Амур спящий. -- Лекарство от скуки и забот, 1786, ч. I, N 23, с. 246.


ОДА АНАКРЕОНТИЧЕСКАЯ. АМУР СПЯЩИЙ


Красавицы суровы!

Доколь не стынет кровь,

Злословить вы готовы

И поносить любовь.

Рекла прекрасна Клоя

С улыбкой на устах:

"Я не лишусь покоя,

Не буду век в цепях.

Рабынею Амура

Не буду вечно я,

Нимало я не дура,

Мила мне честь моя.

Божок сей самовластный

Свободы вмиг лишит;

Пусть мальчик он прекрасный,

Меня он не прельстит.

Как ранить он удобен!

Его тщусь убегать,

Амур лукав и злобен --

Не буду с ним играть".

Хвалы сплетая воле,

Пошла нарвать цветов

Прелестна Клоя в поле

Для сделанья венков.

Где розы расцветали,

Амур там спал; цветы

Красавицу прельщали --

"Совсем, Амур, не ты".

Лишь на дитя взглянула, --

"Как он хорош! -- рекла, --

Ужалит, -- воздохнула, --

Его тотчас пчела".

Амур, вскоча, стрелою

Ей сделал много зла,

И не дитя, а Клою

Ужалила пчела.

КОММЕНТАРИИ

Ода анакреонтическая. Амур спящий. -- Лекарство от скуки и забот, 1786, ч. I, N 23, с. 246.


О ЧТЕНИИ


Плачевный человек! средь бедствий и скорбей,

Среди сует мирских, как червь, в вселенной сей

Ежеминутному волнению подвержен,

К чему ты более здесь должен быть привержен?

Богатство для тебя оковы или плен,

Нередко в чести ты унижен и презрен,

Все состояния твои, как тень, пременны,

Все удовольствия твои несовершенны.

Забавы, роскоши и услажденья чувств

Суть ветви вредные порочнейших распутств,

Нередко самая прискорбна добродетель.

В сих крайностях чего ты должен быть содетель?

Прибегни к чтению! -- Что мертвые друзья

Гласят, сим может быть счастлива жизнь твоя.

Пусть слаб дарами ты, премудрое созданье,

Пределен ум в тебе, и царствует незнанье:

Но чтенье книг тебя, как солнце, озарит

И добрых дел твоих златый откроет вид.

Цари, правители подвластного народа,

В нем узрят, для чего дана им власть, свобода.

Рабы, послушники и верный церкви сын

Чрез то найдет в себе величество и чин;

Муж, отрок, юноша, девица, дряхла старость

Там узрят, в чем их мир, довольство, счастье, радость.

Друзья, союзники, соотчичи, чужой --

Лишь к мертвым прилепись -- как управлять собой

Обрящешь знание пред всеми драгоценно

И действия души умножишь совершенно.

В вас память процветет,

Рассудок возрастет.

Понятием в концы вселенной прелетите,

Постигните весь свет и разум укрепите.

Как скуку истребить и страсти укротить?

Как счастье обрести? великодушным быть?

Как отвратить порок? ко благу прилепиться?

Как жить с подобными? собой не возноситься? --

Сие откроет вам не оживленна тварь,

Откроет всем равно, кто будь хоть раб, хоть царь.

Совет подобных нам бывает лицемерен,

Но чтения глагол всегда нелжив и верен;

Похвально, к чтению себя кто приучил,

Нельзя, чтоб пользы в нем какой не получил.

КОММЕНТАРИИ

О чтении. -- Дело от безделья, 1792, ч. 3, с. 185.


НЕУДАЧНАЯ ЖЕНИТЬБА


Я жизнь свою кляну и сам собой скучаю,

Несчастный жребий свой себе коль представляю:

Лишился вольности в цветущих я летах;

Теперь влачу свою жизнь в скуке, суетах.

Куда ты от меня, о молодость, сокрылась?

Почто навек со мной ты, вольность, разлучилась?

Приятность, нежности исчезли все во мне,

Я обитаю днесь в супружеской стране.

Супружество! о, сколь для смертных ты опасно!

Но сердце днесь мое тебе уже подвластно.

Определение нельзя прейти небес.

О жизнь супружеска, достойна многих слез!

Ты счастие в себе супругов заключаешь,

Равно и бедствий всех причиною бываешь.

Не знавший свойств твоих тобой себя ласкал;

Но чувствую, что век златой я потерял,

Взирая на себя, себе я удивляюсь,

Что добровольно сам в оковы заключаюсь.

Оковы тяжкие надлежит мне носить.

О рок! к чему довел? что должен я творить?

Известно мне, что брак есть тайна освященна,

И та бывает лишь чета одна блаженна,

Которая во всем покорена уму.

Я, к огорчению лютейшу моему,

Сего сладчайшего покоя не вкушаю

И, вольность потеряв, свой жребий проклинаю.

Супружество не что, взаимный как совет,

Сих самых главных свойств когда в супругах нет,

Тогда супружество единое мученье,

Болезнь претяжкая и сильно огорченье.

Беднее соглашусь на свете всех я быть,

Но лишь в супружестве с четой спокойно жить

И чтобы завсегда спокойство процветало.

О! бедства напротив великого начало,

Когда супружники согласья не хранят,

Любовью к другу друг взаимной не горят;

Когда раздор межд их жилище утверждает,

Междоусобие престол свой поставляет,

Какого от сего успеха ожидать?

И можно ль тишину с спокойствием вкушать?

Несчастными вовек супругами считаю

Тех, коих в таковом я виде обретаю.

О ветви гибкие! внемлите вы глас мой,

Чтобы вам в целый век вкушать драгой покой:

Вступая в брак, себя вы златом не прельщайте,

Наружною красой супруги не ласкайте --

Она обманчива, а злато тлен и прах,

Все исчезает вдруг, блеснув раз во глазах.

Проникни в внутренность избранного предмета,

Дабы красой была тебе и цела света,

Чтоб разум красоту наружну возвышал,

Счастлив тот, такову супругу кто избрал!

Здесь тишина и мир с согласьем пребывает,

И Вышний свыше сам чету благословляет.

КОММЕНТАРИИ

Неудачная женитьба. -- Прохладные часы, 1793, ч. 1, с. 226.


РОНДО


Нет правды в мире сем! торгуют все лукавством,

Обманы царствуют и хитра злость во всем;

Нет сердца чистого, всяк заражен коварством,

Покрыты маской все; нет правды в мире сем.

Нет правды в мире сем! всяк друга угнетает,

Несчастия других бывает всяк творцем,

Всяк ближнего добро лукавством похищает,

Одни грабители! нет правды в мире сем!

Нет правды в мире сем! прошли златые веки,

В которы каждый был несчастному отцем,

Обыкли ныне все к лукавству человеки,

Изгнана простота; нет правды в мире сем.

Нет правды в мире сем, ужасная премена!

Всяк глупым чтит того, кто чист и прост во всем,

Друзьям нынь от друзей ж готовится измена,

И чтится за ничто. Нет правды в мире сем.

Нет правды в мире сем, все в свете сем превратно;

И те, которых власть простерта надо всем,

Поправ святой закон, толкуют все развратно;

Так истину хранят! нет правды в мире сем.

Нет правды в мире сем, неправда обитает,

Всяк человек есть ложь, и в сердце всяк своем

Коварством ближнему сеть хитро соплетает

И тщится уловить. Нет правды в мире сем.

Нет правды в мире сем, о Боже милосердый!

Твоей я помощи святой ищу во всем;

Надежды в смертных нет, сей род жестокосердый;

Ты буди мой покров! нет правды в мире сем.

КОММЕНТАРИИ

Рондо. --  Прохладные часы, ч. 2, с. 105.


НА МНОГИЕ И СБИВЧИВЫЕ МИНЕРВИНЫ ВОПРОСЫ СКОРЫЕ И ОСТРЫЕ КУПИДОНОВЫ ОТВЕТЫ


"Что за дитя?" -- "Любовь!" -- "Родитель кто?" -- "Венера!" --

"Когда рожден?" -- "Весной!" -- "Где храм тебе?" -- "Сердца!" --

"Питает кто тебя? Какая в пище мера?" --

"Питомец юношей! -- Мне пища два сосца!" --

"Какие именем?" -- "Довольство, расточенье!"

"Всегдашнее твое какое упражненье?" --

"Забавы, праздность, брань, главнейшее -- порок!" --

"Зачем ты воружен и всех язвить жесток?" --

"Отрада мучимых иметь себе подобных!" --

"Но много ль случаев, к вреду сему способных?" --

"Лишь два: бывает кто когда иль глуп иль пьян!" --

"Во что и сколько ты даешь нам сильных ран?" --

"Одну,

Чрез очи нежные в сердечну глубину".

КОММЕНТАРИИ

На многие и сбивчивые Минервины вопросы скорые и острые Купидоновы ответы. -- Прохладные часы, ч. 2, с. 314.


ЛЮБОВЬ


Когда нас новыми лучами

Приходит солнце озарять:

Твоими, Купидон, стрелами

Летишь сердца ты поражать.

Какой в нас сильный жар вливает

Прекрасно утро ясных дней!

Аврора слезы проливает;

Амуры же смеются ей.

КОММЕНТАРИИ

Любовь. -- Муза, 1796, ч. 2, с. 88.


ЧЕЛОВЕК, УДОВОЛЬСТВИЕ И ПЕЧАЛЬ


Чел.: Какое личико! -- Любезное дитя!

Скажи мне, как зовут тебя?

Удов.: Я Удовольствие.

Чел.: А ты, что за творенье?

Как туча, на челе твоем тоска, смущенье.

Печ.: Печаль, покорная слуга твоя.

Чел.: Ах! отвяжися прочь! (К Удов.) Прекрасное дитя!

Нельзя ль тебе навек со мною подружиться?

(К Печ.) А ты... угодно ль распроститься?

Удов.: Нет, друг, сему не быть;

Коль хочешь ты со мною жить,

Так не изволь моей подружкою гнушаться.

Чел.: Ты шутишь! может ли то статься,

Чтоб две соперницы могли всё жить в ладах?

Удов.: Однак положено так, друг мой, в небесах;

Мне вечно должно быть с Печалью нераздельной;

Поближе подойди--союз наш непременной

Увидишь тотчас сам.

Напрасно человек противится судьбам;

Мы ходим всё одна ведь за другою;

Где я, тут и Печаль за мною.

КОММЕНТАРИИ

Человек, Удовольствие и Печаль. -- Муза, ч. 3, с. 14. Подпись: М.


НА ПРИСОВОКУПЛЕНИЕ ПОДЕРЖАННОГО НЕВТОНА К МОИМ КНИГАМ


Глава семнадцатого веку,

Невтон -- почтенный старичок!

В мою, заморский гостенёк!

Добро пожаловать библиотеку.

Замучили, замучили тебя;

Но ты любил покой, как слышно.

Сосни в сем шкафе кабинета,

Тебя я пальцем не трону;

И разве в праздник опахну

Крылом нахальные тенета.

Пусть дышит в Пантеоне сем твой ум,

А в Вестминстере тлеет череп!

Ты все, бывало, знал на свете,

Ты знал затмений чудеса

И, пролетая небеса

На философском самолете,

Ты знал почти вселенный рубеж;

Но знал ли ты рубеж свой жизни?

Вот точка, где астроном с трубкой

Не больше видит, как и всяк.

Спроси его, когда и как

Лихой Сатурн упругой губкой

Со деки сотрет линеи дней его?--

На аспидной доске не сметит.

К чему же надрывать мне почки

Над выкладкой кривых линей;

Когда и с алгеброй ясней

Нельзя знать любопытной точки?

Кто хочет -- с неба звезды тот хватай;

А я -- оставил скучный грифель.

К чему бы мять мне логарифмы,

Коль банкиром быть не могу

И миллионов нет в долгу?

Не лучше ль строить звучны рифмы?

И вместо, чтоб считать нулей ряды,

Считать на лире перстом стопы?

Минерва не дала таланта

Парик профессорский носить

И бровь на небо заносить;

Так Муза -- сверх простого банта

На шляпу -- вось наколет мне венок,

Чтоб презирать ливрею умниц.

КОММЕНТАРИИ

На присовокупление подержанного Невтона к моим книгам. -- Муза, ч. 4, с. 89. Подпись: -- --.


К МАРИИ МАГДАЛИНЕ, ПИСАННОЙ СУХИМИ КРАСКАМИ К. П. С...


Величие со красотою

Тебя, святая! знаменуют;

Дух зрит с смиренной простотою --

Мирские страсти не бушуют.

Лице, взведенное горе,

Является земному оку,

И в каждой вижу я черте

Уныние, печаль глубоку:

Покрыли часть чела власы,

Потух в очах огонь блестящий,

И капли слезныя росы

Сдувает ветр, вокруг шумящий.

Ланиты, как заря, горят,

Душевной скорбию вспаленны;

Запекшиясь уста молчат,

Немою грустью растворенны.

Достойна ты была стоять

При живоносном, вечном древе;

Какие небеса не внять

Могли мольбам твоим во гневе?

Ах! кто под бременем грехов,

Во умиленья духа страстном,

Не скажет взором вместо слов:

"Моли и обо мне, несчастном!"

КОММЕНТАРИИ

К Марии Магдалине, писанной сухими красками К. П. С... -- Приятное и полезное, 1795, ч. 6, с. 383. Подпись: В. п. с.


РАЗДЕЛ. АНАКРЕОНТИЧЕСКАЯ ОДА


Пышность и слава --

Гордый, тебе;

Радость, забава,

Счастие -- мне.

Горы златые --

Крезус, тебе;

Взоры драгие

Миленькой -- мне.

Лавры, трофеи --

Воин, тебе;

Розы, лилеи,

Мирточки -- мне.

Скипетр, порфира,

Трон -- царь, тебе;

Мне... мне -- Пленира,

Милая мне.

КОММЕНТАРИИ

Раздел. Анакреонтическая ода. -- Приятное и полезное, 1795, ч. 8, с. 295. Подпись: С. К.


РОМАНС


Из-за гор луна сребриста

Смотрит пристально на луг;

Травка злачна и пушиста

Ароматы льет вокруг.

Зрак луны прелестный, милый

Новый блеск дает цветам,

Эха голос лишь унылый

В мраке нощи слышен там.

Алвин бродит меж кустами,

Грусть снедает дух его,

Он дрожащими устами

Произносит: "Нет ее!

Ах! почто же я остался

Жизнь несносную влачить?

Для того ль я с ней свидался,

Чтоб в несчастье вечно жить?

Пусть же гроб сей тесный, мрачный

Будет храминой моей!

Пусть свидетель месяц ясный

Будет страшной сцены сей!"

Произнес сие -- подъемлет

Алвин руки к небесам,

Смертный хлад его объемлет--

Ветер воет по кустам.

Уж златый кинжал сверкает

Нежна Алвина в руках,

Вдруг им сердце поражает;

Кровь струится на листках.

Эхо громко застонало;

Зрак луны сокрылся вдруг,

В дебри, в рощи пробежало--

Все умолкло -- умер друг!

Вот, друзья мои любезны,

Вот вам аглинска любовь!

Пусть они льют токи слезны,

Расточают тщетно кровь!

Ах! им, видно, неприятно

В дружбе милым изменять;

Но нам, россы! нам нескладно

Страсти кровью омывать!

КОММЕНТАРИИ

Романс ("Из-за гор луна сребриста..."). -- Приятное и полезное, 1798, ч. 19, с. 287.

НАДПИСЬ МОЕМУ ДРУГУ, ЛЮБИТЕЛЮ ЛИТЕРАТУРЫ


Ты вкусы всех, мой друг, и чувства съединяешь,

Но славу всю другим охотно разделяешь.

Живи ты в скромности, живи ты в простоте;

Твой долг полезным быть, без знати жить в труде.

КОММЕНТАРИИ

Надпись моему другу, любителю литературы. -- Приятное и полезное, 1798, ч. 20, с. 316.