# Неизбежный круг

Аноним Неизвестные_французы

(Из Abeille du Nord.)

## Неизбежный круг


Беспристрастный философ -- наблюдатель, незанятый собственными делами, гуляя по многолюдным улицам большого города, бывает более всего поражен неравенством состояний, сим необходимым следствием многочисленных обществ, сближением противоположнейших званий, чудесною разностью, которую, кажется, сама натура положила между людьми, а особливо сим медленным круговращением времен, которое приводит все вещи опять к той точке, откуда начался ход их. От сей первоначальной точки шествия до точки возвращения, какая представляется лестница! какая удивительная постепенность! какое расстояние! какая картина! Если бы искусная рука приняла труд начертать ее, то какую бы важную услугу оказала она политике и нравственности!

Видите ли вы, говорил мне за несколько лет до французской революции один старик, который много путешествовал и много учился, видите ли этот великолепный дом, в котором живет еще великолепнейший вельможа, осыпанный милостями государя? Он был счастлив во весь свой век; но теперь, кажется, что все роды забав и удовольствий ему наскучили. Дед мой знал его деда, и знал его в такой бедности, когда еще он в поте лица

<пропущена страница>

полезного, человека, которого нужды, желания и способы находятся почти в надлежащей соразмерности! -- Здесь кончатся ручные работы и необходимые нужды и начинаются нужды роскоши, тщеславия, любостяжания и великости.

Для человека недовольно безнужного пропитания, пристойной одежды и покойного жилища. Достигнув сего, желает он есть, одеваться и жить, прежде так, как все, а потом лучше всех. Скоро понадобятся ему великолепные палаты и вкуснейшие снеди; скоро будет он иметь нужду во многих служителях, во многих каретах, во многих поварах. Потом родится в нем склонность к женщинам, картинам, книгам. От сего произойдут неминуемо брачные связи со знатными домами, любовь к художествам и знакомство с учеными людьми: четвертое состояние или четвертый переход в ходе вещей и в иерархии знатности.

Очень справедливо сказано, что ничто так скоро не может прискучить, как забавы. Наш Крез не замедлит пресытиться наслаждениями, которые могут быть доставляемы одним только богатством. Тогда он пустится в обширное поле честолюбия, достанет за деньги знатный чин, приблизится к начальнику области, в которой он живет, станет снискивать его благоволение, войдет в случай, займет важнейшую должность в государстве; словом, сделается вельможею: -- вот пятое и последнее состояние восходящей или возрастающей прогрессии вещей и людей в порядке общежития и гражданственности!

Для чего нельзя долго быть в сем счастливом положении? По какому бедственному определению рока осуждены мы во всех случаях отступать назад, когда не можем более идти вперед, спускаться вниз, когда нельзя более возвышаться? Таков закон природы! Мы вращаемся в вечном кругу. Когда какой народ достиг до высочайшей степени могущества и славы, тогда необходимо начнет он упадать. -- Посмотрим теперь, как все отступает назад.

Богач, лишившийся имения, питает еще в себе некоторое тщеславие: он продает сперва карету, чтоб сохранить дом; потом продаст дом для сохранения одежды; потом одежду для сохранения жизни. Наконец, когда лютая необходимость покажет ему с одной стороны смерть, а с другой работу, что он тогда сделает? Не думайте, чтоб он согласился умереть, нет! Он станет работать. Если он был порядочно воспитан, то верно умеет танцевать, рисовать, правильно говорить и писать; тогда станет он обучать грамматике, рисованию и танцеванию. Если же он ничего не знает?.. Станет рубить дрова. Я видел в 1795 году в Париже одного бывшего рекетмейстера, которой таскал воду! Но случались превращения гораздо удивительнейшие и падения с мест несравненно высших. -- Наконец здание разрушается: гордая капитель лежит в пыли возле смиренного подножия. Таким образом возвратились мы опять к первобытному состоянию человека, к колыбели обществ, к источнику всех богатств, то есть к ручным работам. Когда -- как например после французской революции -- все отличия уничтожены, все знания смешаны, все имущества рассеяны, или перешли в другие руки, тогда работа не постыдна, и сверх того необходима.

В заключение намерен я был сказать две вещи, которые читатель верно предвидел: первое, что в свете нет ничего постоянного, и что все стремится к своему разрушению для начинания новой жизни; второе, что мы должны надеяться на одних себя и покоряться обстоятельствам и происшествиям. Наконец примолвим, что человек бывает в безопасности только под щитом благоразумной предусмотрительности, если, по несчастью, не находит он утешительного прибежища в религии.


(Из Abeille du Nord.)


-----


Неизбежный круг: [Филос. этюд]: (Из Abeille du Nord) // Вестн. Европы. -- 1804. -- Ч.14, N 7. -- С.194-200.