# От редакции

Николай Алексеевич Некрасов

Н. А. Некрасов. Полное собрание сочинений и писем в пятнадцати томах

Том тринадцатый. Книга первая. Материалы редакционно-издательской деятельности

С.-Пб, "Наука", 1997


## От редакции


До сведения подписчиков нашего журнала доводится, что первая книжка его на 1848 г., по причине многочисленных, беспрестанно поступающих требований на "Современник", не могла быть отправлена в провинции тотчас по выходе ее в Петербурге, и вот причина, по которой они получили ее позже, чем бы следовало. Дальнейшие книжки будут посылаться согласно срокам, назначенным в объявлениях.

-- Вторая статья "О русской литературе 1847 года" по некоторым обстоятельствам не могла войти в состав второго нумера "Современника" и будет помещена в третьем.

-- Знаменитый автор "Истории жирондистов", поэт и оратор, г. Ламартин написал свои записки под названием "Confidences". Печатание их в Париже начнется в марте месяце. Поэтический талант автора, его увлекательное изложение, наконец, положение автора в свете и обществе, в котором он провел свою молодость, -- все это ручается за величайший интерес его записок. Мы считаем долгом познакомить с ними читателей и надеемся представить начало их в апрельской книжке "Современника".


Скоро отпечатается:


"Иллюстрированный альманах"


I. Содержание


Часть первая


"Семейство Тальниковых", роман Н. Н. Станицкого. Часть вторая

Повести, рассказы и стихотворения:

"Смотрины и рукобитье", рассказ -- В. И. Даля

"Лола Монтес", повесть -- А. В. Дружинина

"Три Хашшаша", египетская сказка -- М. А. Г<амазо>ва

"Рассказ Плисмылькова" -- Ф. М. Достоевского

"Встреча на станции", рассказ -- И. И. Панаева

"Дурак Федя", рассказ -- А. С<танкевича>

"Два помещика", рассказ -- И. С. Тургенева

"Стихотворения" -- Н. А. Некрасова


Часть третья


Смесь


Современная хрестоматия. Образчики красноречия и поэзии во всех родах.


II. Картинки


Карикатуры, рисованные Н. А. Степановым:

"Мазурка".

"Дровяной двор".

"Поэт".

"Журналист и сотрудник".

"Петербургский Том-Пус".

"Огорченный литератор".

"Репетиция оперы "Эсмеральда"" и др.

Карикатуры М. Л. Неваховича:

"Остроумный бенефициант".

"Господин и слуга" и др.

Кроме того, все повести и рассказы, которые войдут в состав "Альманаха", будут иллюстрированы. Рисунки к ним делаются гг. Неваховичем, Степановым, Ф<едотовым>, Агиным и др.; гравируются на дереве г-м Бернардским.

Всех рисунков литографированных и гравированных на дереве будет в "Альманахе" до пятидесяти.

"Альманах" этот отдельно продаваться не будет...


## ДРУГИЕ РЕДАКЦИИ И ВАРИАНТЫ


Варианты СПбВ, MB


С. 61.

вместо 1-24 При 1-м No "Современника" выдается безденежно особая книга: "Записки Бенвеннуто Челлини, флорентийского золотых дел мастера и скульптора", а при третьем No подписчики "Современника" получат в подарок "Иллюстрированный альманах".

С. 62.

после 24 Новым подписчикам сверх того выдаются безденежно: первые пять частей романа Диккенса "Домби и сын", напечатанные в "Современнике" за 1848 год и составляющие один толстый том, и начало статьи г. Фролова "Гумбольдт и его "Космос"".


## КОММЕНТАРИИ


Печатается по тексту первой публикации.

Впервые опубликовано: С, 1848, No 2 (ценз. разр.-- 31 января 1848 г.), отд. V, 1с, без нумерации. Газетный вариант этого объявления под заглавием "От издателей "Современника"", где вместо проспекта "Иллюстрированного альманаха" даны сведения о его участниках, см.: СПбВ, "Объявления", 1848, 31 января, No 25; MB, 1848, 5 февраля, No 16 (см.: Варианты СПбВ, MB). To же под заглавием "Продолжается подписка на "Современник" 1848 года" см.: СПбВ, 1848, "Объявления", 26 февраля, No 45; MB, 1848, 26 февраля, No 26.

В собрание сочинений впервые включено: ПСС, т. XII.

Автограф не найден.

С. 61. Вторая статья "О русской литературе 1847 года" по некоторым обстоятельствам не могла войти в состав второго нумера "Современника" и будет помещена в третьем.-- Имеется в виду "Взгляд на русскую литературу 1847 года" В. Г. Белинского, статья первая этого обозрения напечатана в No 1 "Современника" 1848 г. Задержка публикации статьи вызвана резким ухудшением здоровья критика и цензурными препятствиями, которые встретила эта работа. "Я <...> болен уже шестую неделю, -- писал Белинский П. В. Анненкову 15 февраля 1848 г., -- привязался ко мне проклятый грипп; мучит сухой и нервический кашель, по поверхности тела пробегает озноб, а голова и лицо в огне; истощение сил страшное -- еле двигаюсь по комнате; 2 No "Современника" вышел без моей статьи, теперь диктую ее через силу для 3-го" (Белинский, т. XII, с. 465). 30 декабря 1847 г. Некрасов извещал А. В. Никитенко о "двух помарках" цензора И. И. Срезневского в этой работе, которые "очень портят статью". "Так как я очень хорошо знал, -- продолжал Некрасов в письме, -- что Вы нашли статью удобною к печати без помарок, а между тем, если б ждать, произошла бы задержка (ибо не только это, но и следующие листы нельзя было бы печатать), то я и велел . печатать этот лист". Никитенко в тот же день обратился к Срезневскому с письмом, в котором просил дать "благословение над сими строками, как и надо всем прочим" (Звенья, V, с. 499). Однако в конечном счете обе части "Взгляда..." в журнальной публикации претерпели цензурные искажения. Статья вторая последнего обозрения Белинского была напечатана в No 3 "Современника" 1848 г.

С. 61. ...г. Ламартин написал свои записки под названием "Confidences".-- "Признания" А. Ламартина печатались в "Современнике" (1849, No 3, 4, 6; 1850, No 9, 10, 12). 30 января 1848 г. Некрасов писал А. В. Никитенко: "Обратите внимание на маленький лоскуток "От редакции", который к Вам сегодня принесут <...> Публикуются "Записки Ламартина", и, кажется, нам нужно их будет переводить. Не может же наш журнал вовсе не знакомить своих читателей с произведениями иностранных литератур. Итак, уж если переводить, то, конечно, Ламартина, чем кого другого. Имя это у нас не опальное, и притом "Записки Ламартина", по всей вероятности, наделают шуму по всей Европе <...>

Публиковать же заранее нам хотелось бы потому, чтоб опять не встретиться с другим журналом. Если ж и после нашей публикации станут переводить эти записки и другие журналы, то по крайней мере мы отклоним от себя обвинение в подражании".

Вспоминая о цензурном терроре 1848 г. и тех трудностях, которые в связи с этим переживала редакция "Современника", А. Я. Панаева писала: "Приходилось печатать в отделе беллетристики переводы. Роман Евгения Сю не был дозволен, оставалось пробавляться Ламартином" (Панаева, с. 182).

С. 61. "Иллюстрированный альманах".-- В объявлении "Об издании "Современника" в 1847 году" его новая редакция обещала подписчикам, что в отделе "Смесь", в частности, "будут печататься: юмористические статьи в стихах и прозе: пародии, физиологические очерки, очерки современных нравов и пр. пр., и эти статьи будут иногда иллюстрированы..." (с. 47). В другом месте того же объявления редакция обещала "время от времени прилагать (переводные) романы, которые покажутся <...> достойными внимания публики <...> переплетая их отдельно от книжек журнала" (с. 48). Оба этих обещания Некрасов и Панаев не смогли выполнить: первое -- по техническим причинам, второе -- по цензурным условиям (см. с. 361). В порядке компенсации и в целях сохранения и привлечения новых подписчиков они решились пойти на дополнительные расходы и выдать подписчикам 1847 и 1848 гг. альманах, составленный из произведений писателей -- сотрудников "Современника" и иллюстрированный лучшими русскими художниками (см. с. 55).

25 июня 1847 г. Некрасов писал И. С. Тургеневу, В. Г. Белинскому и П. В. Анненкову в Зальцбрунн, обращаясь главным образом к первому из адресатов: "Мы решились дать в приложении к 10-му или 11-му No "Иллюстрированный альманах", состоящий из небольших юмористических статей в стихах и прозе: этим расквитаемся мы и в другом долге перед публикой, которой мы обещали политипажи. Для этого заготовлены и заказаны нами статьи, между прочим, Гончарову и Достоевскому, также Апол. Майкову; я произвел три стихотворения, а Панаев -- рассказ; есть и еще кое-что; сюда же думаем мы поместить и Ваш "Маскарад", если только Вы о нем не забыли. А если забыли, так, пожалуйста, вспомните, кончите и пришлите поскорей, ибо его нужно иллюстрировать. Рисовать картинки будут (и уже начали) Невахович, Степанов, Агин и Аполлон Майков. Но этого нам кажется мало. Нам хотелось бы парижских политипажей, это произвело бы сильный эффект <...> Стоит только, если не Вам, так Анненкову, который так долго жил в Париже, набросать несколько очерков парижской жизни (хоть уличной), обратиться к хорошему парижскому художнику, чтоб он нарисовал к этой статье картинки, потом к хорошему граверу на дереве, чтоб он их вырезал, прислать к нам доски и статью -- и дело кончено: мы в Петербурге щегольнем парижскими политипажами!"

От замысла альманаха в форме сборника "небольших юмористических статей в стихах и прозе" Некрасову и Панаеву вскоре пришлось отказаться, так как не все предполагавшиеся авторы откликнулись на просьбы редакции "Современника". В первую часть альманаха было решено включить запрещенную ранее к публикации в журнале повесть А. Я. Панаевой "Семейство Тальниковых". 11 декабря 1847 г. Некрасов извещал Тургенева: "...наш альманах скоро начнет печататься и к 1-му февраля должен выйти -- итак, давайте "Маскарад", пожалуйста! А уж на парижские политипажи я отложил всякую надежду; видно, не видеть нам их <...> Мы завербовали себе Степанова (что делал статуэтки), и он нарисовал нам несколько поистине отличных карикатур. Текст тоже недурен; пожалуйста, давайте "Маскарад", -- даже если не будете им довольны, найдете неудачным, все-таки присылайте..."

10 февраля 1848 г. Некрасов писал А. В. Никитенко: "Альманах <...> будет стоить довольно денег, но он, без сомнения, оживит нашу подписку (начинающую немножко дремать), -- только бы поскорей его выпустить. Покуда дело идет так, что я не отчаиваюсь успеть с ним к 1-му марта. Знаете ли, что даже "Сын отечества" посредством какого-то портрета и старых экз. "Дон Кихота" с картинками добился ныне до тысячи подписчиков с лишком? Вот что значит подарок!"

Разрешенный к печати 26 февраля цензором А. Н. Очкиным и отпечатанный в начале марта 1848 г. "Иллюстрированный альманах, изданный И. Панаевым и Н. Некрасовым", существенно отличался по составу от анонсированного в тексте "От редакции". В книгу не вошли стихотворения Некрасова, рассказ Тургенева (однако осталась иллюстрация П. А. Федотова к нему), отдел "Смесь". Вместо изъятых материалов в "Иллюстрированный альманах" были включены рассказ А. Н. Майкова "Старушка" и повесть Е. П. Гребенки "Заборов". Рассказ Ф. М. Достоевского, анонсированный редакцией "Современника" под заголовком "Рассказ Плисмылькова", был напечатан в альманахе под названием "Ползунков".

Своеобразие альманаха в сравнении с "Физиологией Петербурга", "Петербургским сборником" и "Первым апреля" заключалось в том, что помимо иллюстраций, сопровождавших тексты художественных произведений, в книге был самостоятельный отдел карикатур Н. А. Степанова и М. Л. Неваховича с острым общественно-политическим содержанием. Здесь помещены карикатуры на Ф. В. Булгарина ("Мазурка"), Л. В. Бранта ("Петербургский Том-Пус"), Н. В. Кукольника ("Ну вот и прекрасно!" -- в комментируемом объявлении эта карикатура названа "Поэт"), B. А. Каратыгина ("Гамлет, покупающий дрова" -- в объявлении -- "Дровяной двор"; ср.: наст. изд., т. X, кн. 2, с. 261), А. А. Краевского ("Журналист и сотрудник"). Карикатура Степанова "Типографские превращения" (в объявлении -- "Огорченный литератор") изображала В. Г. Белинского с изуродованной цензурой рукописью. К этой серии карикатур, помещенных в "Иллюстрированном альманахе", примыкают не названные в комментируемом объявлении три листа из серии иллюстраций А. А. Агина к "Мертвым душам" Н. В. Гоголя -- "История капитана Копейкина в лицах" (ср. с. 484).

По требованию цензуры некоторые карикатуры Степанова были изъяты из альманаха или "исправлены". "Вот картинки, подписанные цензором, -- писал Некрасов художнику 15 декабря 1847 г.-- Не прошла одна: Булгарин, толкующий о честности, -- необходимо переменить подпись. А Гончаров решительно объявил, что он хочет и не позволит своей карикатуры. <...> А мою и Панаева я оставил у себя -- подумаю о подписи". В конечном счете карикатура на Булгарина была заменена другой ("Мазуркой"), карикатуры с изображением И. А. Гончарова, Некрасова и Панаева не вошли в книгу. В "Типографских превращениях", где Белинский обращал свое разгневанное лицо к цензору, осталась одна фигура критика.

Произведения, включенные в альманах, иллюстрированы А. А. Аги-ным ("Заборов"), Н. А. Степановым ("Смотрины и рукобитье"), П. А. Федотовым ("Лола Монтес", "Дурак Федя", "Ползунков", "Встреча на станции"). "Три хашшаша, египетская сказка" М. А. Гамазова, подписанная в альманахе псевдонимом "М. Саруни", иллюстрирована самим автором.

В связи с ужесточением цензурной политики русского правительства после Февральской революции во Франции Некрасов и Панаев, не решавшиеся выпустить альманах в свет, были вынуждены вновь обратиться в Цензурный комитет за разрешением на выпуск книги. Обращение совпало по времени с образованием так называемого Бутурлинского комитета (Комитет 2 апреля), тотчас же потребовавшего от цензурного ведомства усиления контроля над периодическими изданиями и прежде всего над "Современником". 9 апреля 1848 г. С.-Петербургский цензурный комитет потребовал от редакторов "Современника" и "Отечественных записок" отказа от "предосудительного" направления, угрожая в противном случае репрессиями против них и запрещением журналов.

20 августа 1848 г. И. И. Панаев обратился к председателю С.-Петербургского цензурного комитета M. Н. Мусину-Пушкину с официальным письмом. "По предложению Вашего превосходительства, -- писал официальный редактор "Современника", -- препровождаю при сем экземпляр "Иллюстрированного альманаха", о котором имел честь Вам докладывать. Долгом считаю присовокупить:

1) что в рассказе "Семейство Тальниковых" по замечаниям господина Дегая сделаны были мною изменения и выпуски, но в прилагаемом при сем экземпляре рассказ этот -- так, как он был в первобытном виде;

2) что повесть г. Дружинина "Лола Монтес", как не одобренная г. Анненковым, в таком виде, в каком она есть, помещена в альманахе не будет.

И затем я снова прибегаю с покорнейшею просьбою к Вашему превосходительству по рассмотрению этого альманаха, которого я до сего не решался выпускать без совета Вашего, дозволить мне выпуск оного при сентябрьской или при октябрьской книжке "Современника"" (РГИА, ф. 772, оп. 1, ед. хр. 2157, л. 10).

Мусин-Пушкин поручил цензору А. Л. Крылову составить "мнение" об альманахе. В своем официальном письменном докладе от 6 сентября 1848 г. Крылов констатировал, что входящие в альманах произведения Даля, Станкевича, Достоевского, Гамазова и Гребенки "могли бы сами по себе с небольшими разве изменениями доставить чтение довольно безукоризненное. Но в альманахе они принимают совсем иной свет, потому что помещены в подборе с другими статьями, которых цензура не может не осудить" (там же, л. 11).

"Что касается до четырех остальных статей: "Семейство Тальниковых" Станицкого, "Лола Монтес" Дружинина, "Встреча на станции" Панаева и "Старушка" Майкова, -- писал далее Крылов, -- заключающих главную и наибольшую часть альманаха, то, по моему мнению, обращение их в публике в настоящем виде не может остаться без влияния на умы читателей самого неблагоприятного" (там же, л. 11--12).

Заключая свое официальное "мнение", Крылов писал: "Представляя Вашему превосходительству такое мнение мое против выпуска "Иллюстрированного альманаха" в свет, считаю долгом присоединить, что в отдельности каждая из статей, в него входящая (за исключением, разве, первой -- "Семейство Тальниковых"), может быть изменена автором, более или менее переделана и при другой обстановке получить совсем другую оценку" (там же, л. 14).

В первоначальной редакции объявления "Об издании "Современника" в 1849 году", представленного в цензуру в первых числах сентября 1848 г., Некрасов и Панаев писали: "Редакция виновата перед своими подписчиками в том, что до сей поры не выдала "Иллюстрированного альманаха", давно обещанного <...> Публика знает, как. мы вели журнал в продолжение двух лет, поэтому, смеем надеяться, подписчики наши не припишут этого замедления нашей неаккуратности или каким-либо расчетам с нашей стороны, которых здесь не могло быть... Есть другие, более важные причины этого замедления, и мы, сколько от нас зависит, постараемся ускорить выход этой книги..." (с. 290). В своем донесении об этом объявлении цензор Крылов обращал внимание начальства на обещание редакции "Современника" выдать альманах в качестве приложения, что, по его мнению, противоречит утвержденной программе журнала (ИРЛИ, ф. 244, он. 27, No 23, л. 61). 29 сентября Мусин-Пушкин изложил это мнение в своем отношении к товарищу министра народного просвещения (там же, л. 63).

После очередного письма Панаева к Мусину-Пушкину от 9 октября 1848 г., в котором он, требуя ускорить решение вопроса об альманахе, мотивировал необходимость этого издания обязательствами редакции "Современника" перед подписчиками, председатель С.-Петербургского цензурного комитета обратился к министру народного просвещения С. С. Уварову от 15 октября 1848 г. К рапорту, в котором излагалась цензурная история альманаха и содержалась просьба "почтить его по сему предмету разрешением", были приложены экземпляр "Иллюстрированного альманаха", письма Панаева и "мнение" Крылова. На полях рапорта Мусина-Пушкина сохранилась карандашная помета -- резолюция без подписи: "Альманах запретить, и впредь чтоб не было позволено ничего подобного" (там же, л. 8--9).

20 октября 1848 г. Главное управление цензуры официально запретило выпуск в свет "Иллюстрированного альманаха", обязав Панаева уничтожить его тираж (см.: Долгих У. M. Цензурная история некрасовского "Иллюстрированного альманаха".-- РЛ, 1977, No 2, с. 122--127). Кроме того, министр просвещения С. С. Уваров 6 ноября 1848 г. в ответ на упомянутое выше отношение Мусина-Пушкина от 29 сентября 1848 г. потребовал от С.-Петербургского цензурного комитета исключить из текста объявления редакции "Современника" обещание выдать подписчикам "Иллюстрированный альманах" (ИРЛИ, ф. 244, оп. 27, No 23, л. 64).

Утратив возможность рассылать альманах подписчикам, Панаев и Некрасов долгое время сохраняли несброшюрованные листы книги.

Как вспоминает А. Я. Панаева, через 20 лет после запрещения "Иллюстрированного альманаха" его можно было найти в библиотеках книжных магазинов Петербурга. "Так как он сначала был дозволен цензурой, то никто не знал, что это контрабанда. "Альманах" появился в продаже следующим образом: когда он был запрещен, то листы были свалены на чердаке при квартире редакции. Когда надо было переезжать на другую квартиру, я пошла на чердак и удивилась, заметя, что пачки листов развязаны и валяются в беспорядке. Прислуга объяснила мне, что бывший лакей Некрасова водил на чердак букинистов и продавал им бумагу на вес. Ясно, что из этих листов составлялись книжки и втихомолку распродавались" (Панаева, с. 178). Некоторое количество экземпляров "Иллюстрированного альманаха" сохранилось до настоящего времени в крупнейших библиотеках страны и частных коллекциях. В 1990 г. издательство "Книга" осуществило факсимильное переиздание альманаха с приложением в отдельной брошюре иллюстраций, не вошедших в альманах, которые сопровождены статьей Г. Ю. Стернина и M. M. Петренко "Иллюстрированный альманах. Иллюстратор и карикатурист в истории русской журналистики 1840-х годов" (см.: Иллюстрированный альманах. Издание И. И. Панаева и Н. А. Некрасова 1848 г. Факсимильное издание. М., 1990; см. также с. 63).


Другие редакции и варианты


С. 286. Новым подписчикам -- выдаются безденежно: первые пять частей романа Диккенса "Домби и сын" -- и начало статьи г. Фролова "Гумбольдт и его "Космос"".-- О публикации романа Ч. Диккенса "Торговый дом под фирмою Домби и сын" в "Современнике" см. с. 262. О публикации работы Н. Г. Фролова см. с. 366, 367.