# Чарльз Дарвин и его учение. Два общедоступные очерка Тимирязева

Екатерина Степановна Некрасова

## Чарльзъ Дарвинъ и его ученіе. Два общедоступные очерка Тимирязева, профессора Московскаго университета и Петровской академіи. Изданіе второе, книгопродавца А. Л. Васильева. Москва. 1882 г.


Не прошло еще года со времени смерти Чарльза Дарвина, а въ русской литературѣ появляется уже вторая книжка, носящая названіе этого великаго ученаго. Сперва появилось въ русскомъ переводѣ его сочиненіе о червяхъ, затѣмъ данная книга г. Тимирязева -- "Чарльзъ Дарвинъ и его ученіе".

Послѣдняя содержитъ двѣ статьи: 1) "Дарвинъ, какъ типъ ученаго" и 2) "Краткій очеркъ теоріи Дарвина".

Несмотря на то, что обѣ статьи уже извѣстны публикѣ, составляютъ перепечатку стараго, тѣмъ не менѣе про книжку можно сказать, что она вышла какъ разъ ко времени. Впечатлѣніе о смерти Дарвина еще очень живо. Утрата его еще слишкомъ свѣжа и сильно чувствуется тѣми, кто привыкъ уважать его имя. А такихъ почитателей Дарвина среди русской интеллигенціи не мало. Потому не мало найдется и читателей на первую статью г. Тимирязева: "Дарвинъ, какъ типъ ученаго", читанную въ видѣ публичной лекціи въ Московскомъ университетѣ въ 1878 году.

Здѣсь авторъ съ своимъ обычнымъ умѣньемъ прекрасно рисуетъ колоссальную личность англійскаго ученаго, представляющаго изъ себя самаго строгаго критика своихъ произведеній. Дарвинъ относился съ неподражаемой осторожностью и осмотрительностью къ каждому изъ тѣхъ выводовъ, которые ему пришлось сдѣлать во время своей неутомимой, трудовой жизни. Всѣмъ извѣстно, какой громадный переворотъ пришлось сдѣлать этому ученому не только въ области зоологіи, ботаники, но и физіологіи, психологіи, этики и т. д., такъ какъ нѣтъ области знанія, которыхъ бы не коснулись его выводы. И потому тѣмъ поразительнѣе кажется замѣчательно смиренное отношеніе Дарвина къ своимъ трудамъ и своимъ силамъ. Это составляетъ одну изъ выдающихся, выпуклыхъ чертъ англійскаго естествоиспытанія,-- чертъ, которыя такъ замѣтно отсутствуютъ не только въ жалкой посредственности, но нерѣдко и въ тѣхъ, которые стоятъ головою выше толпы... Какъ послѣ этого поразительно величественъ кажется образъ Дарвина, набросанный г. Тимирязевымъ! "Но всего болѣе поражалъ его тонъ,-- пишетъ авторъ,-- когда онъ говорилъ о собственныхъ изслѣдованіяхъ: это не былъ тонъ авторитета, законодателя научной мысли, который не можетъ не сознавать, что каждое его слово ловится на лету; это былъ тонъ человѣка, который скромно, почти робко, какъ бы постоянно оправдываясь, отстаиваетъ свою идею, добросовѣстно взвѣшиваетъ самыя мелкія возраженія, являющіяся изъ далеко не авторитетныхъ источниковъ" (стр. 41). Какъ поразительно недосягаемо высокъ кажется Дарвинъ, когда онъ предлагаетъ г. Тимирязеву пойти досмотрѣть на производимые имъ опыты съ росянкой ("О насѣкомоядныхъ растеніяхъ") и при этомъ скромно прибавляетъ, что, скажется, онъ не ошибается въ своихъ выводахъ" (стр. 41).

Весь очеркъ проникнуть искреннимъ глубокимъ уваженіемъ и почитаніемъ русскаго ученаго къ покойному Дарвину и потому, повторяемъ, появляется весьма кстати и ко времени.

Другая статья, помѣщенная въ данной книжкѣ: "Краткій очеркъ теоріи Дарвина", представляетъ перепечатку ряда статей, помѣщавшихся въ шестидесятыхъ годахъ въ Отечественныхъ Запискахъ. Здѣсь толково и довольно ясно изложено ученіе Дарвина. Статья предназначается авторомъ для тѣхъ изъ читателей, которые не имѣютъ времени или охоты изучать теорію Дарвина непосредственно по его сочиненіямъ.

Въ заключеніи статьи авторъ ввелъ краткій перечень всѣхъ вышедшихъ впослѣдствіи сочиненій Дарвина и указалъ вкратцѣ ихъ значеніе и мѣсто въ его теоріи.


Е. Н.


"Русская Мысль", No 11, 1882