# Историческое и статистическое описание Дании

Аноним Немецкая_литература

## Историческое и статистическое описание Дании


Свойство народов, живущих в странах изобильных, зависит от успехов их нравственности и просвещения, также от нравов и просвещения их соседей: напротив того история бедных народов имеет на себе все признаки земли, на которой они обитают. Тому ясным доказательством служить может Датская монархия.

Колыбель и отечество знаменитых норманнов состоит из прибрежной полосы земли, за которою или возвышаются бесплодные горы, как например в Норвегии или простираются болота и степи, как например в Ютландии. Нельзя статься, чтоб жители такой земли были многочисленны, однако привыкши к трудам и будучи побуждаемы всегдашнею нуждою, они по необходимости становятся отважными и твердыми во нраве; бывают страшны до тех пор, пока мужество и сила посредством нечаянных нападений управляют судьбою народов; но опять возвращаются в первобытное состояние ничтожности, как скоро прочие народы решатся отражать их и выдерживать против них войну продолжительную.

Такова история древних норманнов. В средние века они, подобно другим народам северным, устремились на бессильных жителей юга; приморским обитателям легче было пускаться в дальние страны по морям, нежели открыть себе путь через непроходимые леса во внутренность Германии. Хищнические корабли их достигали до самой Португалии; опасные плаватели везде приставали к берегам европейским, где только видели возможность напасть и получить добычу; возвращались домой с богатыми корыстями и с новым желанием приобретения. Сперва одни начальники с дружиною предпринимали путешествия; потом богатые добычи вызывали весь народ к странам южным. Целые племена присоединились к одному начальнику -- в Дании к Горму, в Норвегии к Гаральду -- и отважились покорить себе те самые берега, на которые прежде нападали для хищения. Таким образом, овладели они в Англии Нортумберлендом, а на все другие провинции наложили подать, о которой доныне жители воспоминают под именем датской подати. Покушения напасть на Шотландию почти всегда не удавались, потому что здесь норманны находили столь же отважный и бедный народ, каким были они сами. Напротив того счастье лучше благоприятствовало им во Франции, коей северную часть они прошли несколько раз, и грабили до тех пор, пока монарх французский, чтоб удержать их от дальнейших нападений, отдал им немалую провинцию, которую они, вероятно, уже превратили в дикую пустыню. В одиннадцатом столетии могущество норманнов достигло до высочайшей степени. В сие время два раза они покоряли Англию; оба норманнские завоевателя Канут {Завоевал Англию Свено, Канутов отец, коего знаменитый сын совершенно усмирил сию землю и владел ею от 1017 до 1036 года.}, король датский и Вильгельм герцог Нормандии, принадлежат к числу величайших монархов, управлявших Альбионом. Около того же времени другие норманны храбростью и великими подвигами в Сицилии и Неаполе приобрели себе сперва удивление, потом господство, и положили основу королевской власти, которая хотя доныне сохранилась, но почти всегда была в руках чужестранцев, управлявших сими королевствами.

Около того же времени из южных народов европейских начали составляться государства, которые положили конец господству северных пришельцев. Завоеванные норманнами земли одни были у них отняты, другие отделились от страны отечественной; в двенадцатом столетии предприимчивость датчан уже непростиралась за Балтийское море.

С сего времени три народа скандинавские воевали между собою за главное начальство, и сверх того соседей своих, немцев, вендов и славян, имели себе неприятелями. Свойство их, просвещение и могущество народное во всем сходствовали между собою; по сей-то причине борьба их продолжалась почти три века, пока наконец великая королева Маргарита, получившая в наследство короны датскую от отца своего Вальдемара III, а норвежскую от Гакона VII своего супруга и к ним присоединившая шведскую, в 1397 году составила великое королевство Скандинавское, которое управляло бы всею Северною Европою, когда бы устояло долее; но спустя потом сорок лет Швеция избрала себе особого повелителя, а в 1521 году Густав Ваза отторг ее от союза, который сделался было для нее оковами. После того несколько раз наступали периоды славы ее и могущества; но они не могли продолжаться, потому что были основою их личные качества некоторых монархов; напротив того датско-норвежские правители постоянно старались распространять просвещение и промыслы в своих владениях, выключая только те промежутки, в которые вели войну, теряя или приобретая некоторые пограничные провинции. Правда что в том состоит истинное средство сделать подданных счастливыми, -- однако не во всяком случае; ибо народ бедный сперва должен искать могущества, а потом уже благоденствия. Когда такой народ окружен соседями равно просвещенными и в промыслах искусными, но гораздо сильнейшими; то первый необходимо остается позади их как в просвещении, так и в промыслах, и следственно слабеет. Для народа немногочисленного, обитающего на земле неплодоносной, одна только есть дорога к величию, а именно -- подвиги военные.

Датское королевство вмещает в себе около ста тысяч миль квадратных, и протяжением морских удобных к плаванию берегов превосходит все прочие государства европейские; но число жителей простирается в нем не выше двух миллионов с половиною, и собственная торговля очень маловажна, а особливо должно еще заметить, что в королевство более привозится товаров, нежели отпускается в чужие земли. Причины малочисленности жителей зависят от свойства земли, а малочисленность есть причиною тому, что фабрики и мануфактуры находятся не в цветущем состоянии.

Плодоноснейшая и более населенная часть Датской монархии есть Голштинское княжество, в котором на 154 квадратных милях находится 310,000 жителей. Собственно так называемое Датское королевство, то есть Ютландия, Шлезвиг и острова, содержит в себе 633 кв. мили и 200,000 жителей, следственно невелико различие между им и Голштинией: напротив того в Норвегии на 6400 кв. милях живет не более 750,000 человек; прочие же датские владения на севере, Исландия, Гренландия и острова Фарерские имеют жителей еще менее. В восточной Индии Дания владеет городом Транкебаром, в котором живет 16,000 человек, островами Никобарскими, и сверх того имеет в разных местах купеческие конторы; в западной Индии датчанам принадлежат четыре острова, содержащие около 25 кв. миль и 32,000 жителей.

Мореходство и кораблестроение суть главнейшие промыслы Датского королевства; но в том и другом Англия, а в мирное время и Голландия имеют перед ним отличное преимущество. В 1800 году число датских кораблей купеческих простиралось до 2379, и сии корабли по большей части употребляемы были для перевозу товаров, чужим государствам принадлежавших. А как сие число кораблей не есть достаточно для всех матросов, между тем как датские мореходы почитаются искусными в своем деле, то они по большей части занимаются службою чужестранною. И теперь еще потомки древних норманнов посещают многие пристани европейские, с тою только разницею, что они ищут не богатых корыстей, не господства, но пропитания. Число датских матросов простирается до 22,000. Из них пять тысяч постоянно служат на королевском флоте и получают окладную плату; прочим, только записанным в службу, но не занятым никаким делом, выдается небольшое жалованье, для того чтобы в случае надобности всегда иметь людей в готовности. Недавний опыт показал, сколь вредно такое распоряжение: между тем как тысячи матросов, по требованию правительства, спешили из Ливорно и Голландии в отечество, англичане, как известно, овладели всем датским флотом. Но если б флот сей был снаряжен как надлежало, если б он мог встретить неприятеля при Эрезунде, то английский поход окончился бы иным образом, и весьма вероятно, что следствия были бы совершенно противные.

Положение Дании, омываемой морями, богатой заливами и пристанями, и большею частью из островов и полуостровов (к которым причислить можно и Голштинию) состоящей, кажется предназначило для нее знаменитую степень на ряду морских государств; она действительно была сильною всякий раз, когда следовала правилам истинно для нее полезным. Таким образом, Дания была сильною державою в начале семнадцатого столетия, то есть когда флот ее считался почти первым в Европе. Славные успехи шведской сухопутной силы в тридцатилетнюю войну, соперничество, а может быть и опасение, чтобы Торстенсон не покорил Ютландии, заставили английское правительстве отвратить внимание свое от флота, который начал ослабевать, между тем как сила сухопутная укреплялась. В последующее время нередко случалось, что правительство особенно заботилось о флоте; тогда сухопутное войско ослабевало. В 1770 году датский флот состоял из 60 военных кораблей; в 1782 году их было только 42. При начале Французской революции, когда все государства воспрянули и начали заботиться, Дания снова обратила все свое внимание на морскую силу, и в 1797 году было объявлено, что флот ее состоит из 33 линейных кораблей, 20 фрегатов и 60 малых судов вооруженных. Однако недавно случившееся происшествие открыло, что счет сей вдвое увеличен, и что государство не могло в крайней нужде снарядить судов, которые были у него в запасе, и действовать ими.

Сей случай ясно доказывает, что Дания есть государство слабое, что не может в одно время содержать и флота, и значительной сухопутной силы и что, дабы занять на ряду европейских держав степень, на которую стремится ее честолюбие, и которой собственное ее благосостояние требует, она должна выбрать для себя одно что-нибудь: или менее заботиться о владениях своих на твердой земле и обратить все внимание на славу датского флага, или же торговлю свою и острова предоставить на произвол судьбы, и единственно, более нежели до сих пор, стараться о благе владений своих, на твердой земле лежащих.

В старину Дания, подобно Швеции, сражалась посредством земского войска, то есть в случае надобности призывала на службу годных людей из дворянства и мещанства; люди сии по прошествии опасности были распускаемы по домам, и занимались своими делами. В 1615 году, во время свирепствовавшей войны тридцатилетней, в первый раз собрано 5000 крестьян, которые долженствовали постоянно служить под ружьем, и по сей причине назначено им пребывание в городах. Сие непременное войско мало-помалу увеличивалось, и послужило главною подпорою монарху в 1660 году, когда он вознамерился царствовать неограниченно. В половине восемнадцатого столетия датское сухопутное войско состояло из 60,000 человек; в 1800 году из 75,000. В последовавшем году, при нападении англичан на датскую столицу, государство собрало еще 90,000; следственно Дания в случае нужды может выставить войска до 170,000 человек.

Сии необычайные и временные увеличения войска исключаются из счета постоянных государственных издержек. Ежели расчесть, что правительство должно иметь во всегдашней готовности, судя по нынешнему состоянию войска, 80,000 человек, 22 линейные корабля, 20 фрегатов и проч., которые, как показали следствия английского нападения, составляли морскую силу Дании, то нельзя не удивляться великим усилиям государства, которого доходы очень малы в сравнении с расходами.

В начале семнадцатого столетия доходы его не превосходили половины миллиона талеров, из коих за расходами ежегодно оставалось в казне 184,000. Тогда королевство еще не имело постоянного войска, а издержки двора были так невелики, что для королевского стола было отпускаемо по 16,155, да для погреба по 7000 талеров.

В начале восемнадцатого столетия доходы государства возросли до 2,800,000 талеров; но тогда уже имело оно 40,000 солдат, и ежегодно обременяло себя новыми долгами.

Ныне Дания получает доходу семь с половиною миллионов. Долги, которые при восшествии нынешнего короля на престол, простирались до 20 миллионов, и которые под мудрыми распоряжениями графа Шиммельмана уменьшились было до 8 миллионов, ныне по причине разных обстоятельств опять возросли до 25 миллионов талеров.


(С немецкого.)


-----


Историческое и статистическое описание Дании: (С нем.) // Вестн. Европы. -- 1807. -- Ч.36, N 24. -- С.294-304.