# Кончина герцога Брауншвейгскаго

Аноним Немецкая_литература

## Кончина герцога Брауншвейгского.


Герцог, получив известие о победе французов при Ауэрштете, несколько раз воскликнул с сердечным прискорбием: quelle honte! какой стыд! Это слово сильно выражает состояние души его в то время. Он ранен был в оба глаза; его привезли в Бланкенбург, где находились два искусные брауншвейгские медика; но по несчастью раненый, которому нужно было спокойствие, не мог долго пробыть в этом городе: победители находились близко, победители, которые с страшною быстротою летели через Гарц к Магдебургу и Гальберштату. Герцог, принужденный поспешно оставить Бланкенбург, несколько времени скитался по проселочным дорогам; наконец, в шестой день после Ауэрштетского сражения, достигнул через Вассерлебен, Остервик, Горнбург, Гедвигсбург и Зальцдалун до Брауншвейга. Отселе послал он письмо к императору Наполеону, в котором отдавал под защиту его великодушия свои несчастные земли; все его выражения запечатлены высоким патриотизмом, высоким чувством монарха, истинно привязанного к своему народу; он непритворно удивлялся гению победоносного полководца. Надеялись, что это письмо произведет спасительное действие -- напрасно! победитель не хотел условий, не хотел полагать границ своему могуществу.

Ничто не могло удержать герцога в его столице; 25-го октября, в 4 часа после обеда, оставил он свое отечество навеки. Тысячи, с горестным видом, унылым безмолвием провожали закрытую карету, в которой лежал почтенней старец, неподвижно, в мучениях болезни -- выезд его казался погребением; все плакали, все благословляли его взорами. Он приказал везти себя в Гамбург; во всю дорогу карета была закрыта.

Наконец этот несчастный государь нашел убежище на берегу Эльбы в деревне Оттензен, где ныне покоятся его остатки. Путешествие усилило его болезнь, которая сделалась смертельною, прежде нежели могли заметить, что она опасна -- все усилия искусства остались без успеха; силы его истощались, аппетит терялся, каждую ночь сильный пот изнурял ослабевающее тело его, больной становился тише, покорнее, не противился, когда перевязывали ему раны, принимал лекарства без прекословия. Сначала старался он подкрепить себя опиумом, который наводил на него минутный сон; нескоро овладела им сильная дремота, продолжавшаяся почти беспрестанно; скоро притупился его язык, он начал с великим трудом изъясняться. 8-го января опасность увеличилась чрезвычайно; пульс больного бился очень слабо и неровно: он бредил, метался на постели. Наконец, 10 ноября, пресеклась славная жизнь его, герцог скончался на 72-м году от рождения.

Все очевидцы утверждают единогласно, что он с героическим терпением сносил страдания последних дней своей жизни. Те, которые находились с ним карете, не слыхали от него ни единого болезненного вопля, ни единой жалобы на прошедшее или настоящее. Узнавши на смертной постели, что победитель щадил его владения, он оживился на минуту весельем; утешительная надежда озарила душу этого великого мужа при разлучении ее с миром.


(С немецкого.)


-----


Кончина герцога Брауншвейгскаго [Карла Вильгельма Фердинанда]: (С немецкаго) // Вестн. Европы. -- 1808. -- Ч.39, N 10. -- С.173-176.