# Козы-кормилицы на острове Мальте

Аноним Немецкая_литература

## Козы-кормилицы на острове Мальте.


Египетскому царю Псаммеитху, пишет Геродот, вздумалось узнать по опыту, каким языком станут говорить двое детей, воспитанных вне общества и никогда не слыхавших голоса человеческого.

Приказано было некоторому пастуху вскормить двух младенцев, не говоря перед ними ни слова, и потом донести царю, какими звуками начнут изъясняться юные сии творения.

В древние времена пастухи были знатные чиновники при дворах царских, и может быть равнялись нынешним обер-шталмейстерам. Под их ведомством состояли богатые доходы царские, получаемые от многочисленных стад пасущейся скотины. Ветхозаветные патриархи были пастухи и или пастухи княжеского достоинства. В Гомеровой Одиссеи Еммеиос, божественный пастух -- так величает его сам песнопевец -- представляет важное лицо при двор царя ифакского.

Египетский пастух, или может быть начальник пастухов, взявши детей, запер их в отделенной хижине, и приводил к ним дойную козу, которая служила для них и кормилицею и товарищем.

Долгое время дети оставались безгласными. Напоследок, по прошествии многих месяцев, малютки выучившись ползать и ходить, когда опекун пришел навестить их, протянули к нему свои ручонки, и просящим голосом закричали: векос, векос!

Пастух тотчас донес о том государю. При дворе начали доискиваться и расспрашивать как у своих, так и у чужестранцев, какому языку принадлежит слово векос, и что оно значит. Открылось, что на фригийском языке значит оно хлеб. Тогда египетский монарх объявил (вероятно дал указ академии наук, из общества жрецов состоявшей), что надлежит почитать фригийский язык первоначальным или природным языком человеческим.

Не скорее ли подумать можно, что дети блеянием кормилицы своей, а не натурою научены произносить векос? Кто как хочет, пускай так и судит; а я при сем случае расскажу читателям другую историю, слышанную мною от некоторого духовного командора Мальтийского ордена.

На острове Мальта, куда стекается множество народа из стран восточных и западных, учрежден был прекрасный воспитательный дом для младенцев, оставляемых своими родителями. На передней стороне его видна была значительная надпись: Infantium incolumitati. В оном доме принимаемы были несчастные младенцы все без изъятия; их клали в ящик, который по звону колокола вверх поднимался. В числе приносимых детей были и законнорожденные; ибо от чрезвычайной плодородности женщин и от кротости правления жители до того размножились, что на пространстве, имеющем в окружности 21 час езды, людей считалось ста пятьдесят тысяч. Многие из простолюдинов, при всем обили способов к пропитанию семейства, по бессовестности уклонялись от долга кормить детей своих, и обременяли ими правительство.

В сем воспитательном заведении держали кормилиц, когда можно было сыскать их; в противном же случае вместо женщин употребляли коз, которых целые стада паслись на утесах, и которые исправляли должность кормилиц. Да и мудрено ли? Разве Юпитеровой кормилицею не была коза Амалфея, ныне сияющая на небе в числе созвездий?

На каждую козу доставалось по два младенца. Возвратясь с пастбища, козы прямо бежали в комнаты к детям, и тотчас начинали кормить их молоком своим.

Странно, что сии рогатые кормилицы никогда не ошибались в распознавании детей и всегда исправно удовлетворяли их нуждам. Когда например одно дитя уже насытилось, а другое кричало, кормилица оставив первого, перебегала к другому и подавала ему титьку. Я всегда бывал растроган до глубины сердца, говорил старый командор, видя столь нежные попечения животного о человеке; по должности моей и по препоручению от начальства часто осматривал я сей воспитательный институт, и каждый раз прославлял всеблагое Провидение, которое для гордого, но слабого при рождении властелина тварей предназначило быть питательницею столь низкое животное.

Козьи питомцы большей частью удавались лучше женских. Когда выходили они из-под присмотра своих рогатых кормилиц и приучены бывали к опрятности; в то время правительство начинало приготовлять их к тому, чтобы сделались они полезными членами общества, -- Вот что слышал я от старого командора!

Впрочем, сам я видел пример, что животные, совершенно разнородные и по естеству своему неприязненные между собою, питают друг друга. У одного приятеля моего была гончая сука, которая не только питала молоком своим маленького оленя, но и обороняла его от других собак, когда они нападали на сего усыновленного ею малютку. Я видел также котенка, которому сука дозволяла сосать свою титьку.

Повсюду натура благотворительна для беспомощных тварей, только человек, испорченный худым воспитанием и служащий идолу своекорыстия, поступает несправедливо.

Случилось мне видеть рисунок в Райналевых сочинениях, если не ошибаюсь, представляющий натуру в виде прекрасной женщины, которая держит у груди своей маленького негра и белого младенца; она плачет и закрывает себе лицо; близ нее белые колонисты побоями заставляю несчастных негров работать. Можно ли равнодушно смотреть на сию картину!


Из немецк. журн.


-----


Козы кормилицы на острове Мальте: [Из жизни воспитат. дома для сирот]: Из немецк. журн. // Вестн. Европы. -- 1810. -- Ч.50, N 6. -- С.150-154.