# Всеобщая история. Георга Вебера. Перев. В. Неведомского. Изд. K. Т. Солдатенкова. М., 1892 г. Том XV. Часть 1

М Неведомский

Всеобщая исторія. Георга Вебера. Перев. В. Невѣдомскаго. Изд. K. Т. Солдатенкова. М., 1892 г. Томъ XV. Ч. первая. Цѣна 5 руб. Первая часть пятнадцатаго тома Всеобщей исторіи Вебера посвящена событіямъ послѣ-іюльской революціи до начала пятидесятыхъ годовъ. Значительная часть книги (454--748 стр.) отведена культурной жизни, въ особенности въ Германіи. По обыкновенію, Веберомъ сгруппировано множество фактовъ и справокъ, характеризующихъ историческія теченія нашего вѣка. Довѣрять собственнымъ сужденіямъ Вебера можно далеко не всегда, глубокихъ и оригинальныхъ идей него не встрѣтишь, но для ознакомленія съ ходомъ политическаго, экономическаго и культурнаго движенія этотъ томъ очень полезенъ преимущественно для русскаго читателя, вслѣдствіе крайней бѣдности вашей исторической литературы по XIX столѣтію.

Обзоръ умственной жизни Европы Веберъ доводитъ почти до нашихъ дней. Такъ, говоря о французской литературѣ, онъ говоритъ, что въ описаніяхъ общественной жизни новаго времени у Эмиля Золя "французскій натурализмъ доходитъ до такого высокаго пункта въ своемъ развитіи, который уже не можетъ быть превзойденъ". Нѣсколько неосторожное мнѣніе, потому что не исключена возможность появленія романиста, еще болѣе одареннаго, чѣмъ Золя. Замѣтимъ, что русская литература и искусство отсутствуютъ совершенно у Вебера, который признаетъ за нами только одно сомнительное достоинство: русскіе, по мнѣнію нѣмецкаго историка, искуснѣе всѣхъ другихъ націй въ дипломатическихъ уловкахъ.

Подрядъ и сплошь читать Всеобщую исторію Вебера -- трудъ нелегкій. Кто познакомится съ первою частью пятнадцатаго тома этой исторіи, тотъ вынесетъ убѣжденіе, что европейская демократія сильно поднялась въ приходящемъ къ концу XIX столѣтіи, что наука и искусство сдѣлали громадные успѣхи, а въ учрежденія Западной Европы уже положены идеи справедливости, свободы и человѣческаго достоинства. Такое ознакомленіе несомнѣнно утѣшаетъ въ настоящемъ и поддерживаетъ вѣру въ свѣтлое будущее; тогда, между прочимъ, національное чванство и заносчивость, въ основѣ которыхъ лежитъ незнакомство съ духовною жизнью другихъ народовъ, уступятъ мѣсто вполнѣ доброжелательному международному общенію.


"Русская Мысль", кн.VII, 1892