# Письмо к А. Н. Островскому

Владимир Федорович Одоевский

Памятники литературного и общественного быта

Неизданные письма к А. Н. Островскому

М.--Л., "ACADEMIA", 1932


## Кн. Одоевский, Владимир Федорович


Милостивый Государь

Александр Николаевич!


Без сомнения, и тот и другой исход возможен. Не будет ничего незаконного в испрошении дозволения сделать баллотировку неполным комплектом членов, т. е. на меру переходную, которой цель облегчить исполнение закона, и со стороны Министра Внутренних Дел такое дозволение не будет перевершением собственного решения; он, как власть утверждающая в сем случае закон, имеет полное право и даже обязанность устранять обстоятельства, препятствующие исполнению того закона. Такие вещи делаются ежедневно. Возможно и другое, но по моему мнению, менее благовидное, т. е.: испросить утверждение на выбор незаконно сделанный; такое утверждение гораздо более затруднит Министра, нежели допущение меры переходной, для которой нужно собственно лишь пояснение закона а не отмена его, как в последнем случае. Между обоими исходами весьма резкое различие: в первом мы, покоряясь закону, признаем свои выборы недействительными, но самое сие признание есть уже доказательство уважения к закону; во втором -- мы, самопроизвольно нарушив закон, ходатайствуем о том, чтобы наше незаконное действие было признано законным.

Впрочем, во всем этом деле, независимо от его неловкой формальной стороны, для меня существует другое, высшее соображение. Не о том речь, что одного забаллотировали, другого выбаллотировали; относительно выборов каждое общество должно действовать самовластно, в этом самовластии основа всякого общественного сопряжения, и никто не имеет права спрашивать у Общества: зачем оно употребило свои шары так, а не иначе, даже если оно забаллотировало и дам. Но не в том дело, а вот в чем: все мы страждем язвою, которая портит лучшие в нас соки, эта язва: "презрение к законности": от чего бы ни происходила эта язва, но она существует, и новому поколению, поставленному в более благоприятные условия нежели прежнее, предлежит залечить эту язву так, чтобы об ней и помину не было.

С этой язвой я боролся всю мою жизнь, с большей или меньшей удачей, что зависело от разных случайностей, и в новое время полагал, что борьба эта приходит к концу. Вот почему мне горько было видеть, что Общество молодое, с прекрасною, бескорыстною целию, с первого шага начинает подражать нам, отжившим старикам, и считать закон ни во что. Первым шагом всегда определяется характер всего будущего направления; нарушили закон один раз,-- почему не нарушить и в другой. И поверьте моей долгой опытности: в делах такого рода этот аргумент пойдет в дело когда-либо в последствии; он отзовется, когда нарушителем какой-либо статьи Устава будут указывать на Устав.-- "Нарушили же Устав с самого начала", будут говорить они.-- Вот почему необходимо, по моему мнению, убедить наше молодое общество, не одними словами, но самым делом в необходимости соблюдения закона; надобно, чтобы оно прочувствовало все неприятные последствия (из коих путаница есть наименее важная) происходящие от неуважения к закону.

Я душевно радуюсь, что Вы избраны старшиною; Ваше разумное нравственное влияние обережет молодое общество от разных увлечений, которые могут обратиться ему во вред неисцельный. Но Вы не всегда же останетесь старшиною. И если Вы, пользуясь полным уважением всех членов "Кружка", не поселите в нем чувства законности, то что же сделают другие, менее Вас пользующиеся доверием членов. Поверьте мне: в таких случаях надобно действовать энергически, и даже с некоторым педантизмом; в этой небольшой хирургической операции, которую я предлагаю, т. е. в уничтожении прежней баллотировки, и в произведении новой -- залог будущего преуспеяния нашего Кружка.

Примите, Милостивый Государь, уверения в отличном моем к Вам уважении и совершенной преданности.


Кн. В. Одоевский.


8 Июня 1865.


Это письмо было к Вам написано тотчас после Вашего (от 6-го Июня--),-- но Вас уже не было в Москве, и я не знал, куда Вам его адресовать; а когда Вы возвратились, я занемог, и потому был в невозможности найти и Ваше и мое письмо в моих бумагах. На всякий случай -- имею честь приложить копию с Вашего. 219 Надобно бы нам повидаться в единый из вечеров Пятницы, или... по Субботам.

20 Окт. 1865.


## ПРИМЕЧАНИЯ


218 Записочки и письма за NoNo 56--66 или не датированы в виду трудности установить точную хронологизацию, или датированы по отметкам, сделанным чьей-то рукой на автографах Некрасова. В виду отсутствия твердой уверенности в точной датировке помещаем письма за указанными номерами в конце переписки Некрасова.

219 В архиве А. Н. Островского сохранилась копия его письма, о которой упоминает Одоевский. Приводим эту копию полностью как комментарий к письму В. Ф. Одоевского.

Копия.


Получено 6 июня 1865.


Ваше Сиятельство,

Князь Владимир Федоровичь!


По поводу возникшего в среде Артистического Кружка недоразумения относительно правильности производимого до сего времени баллотирования действительных членов Общества я, в качестве вновь вступившего старшины, не принимавшего участия в прежних выборах, считаю своим долгом оказать посильное содействие к устранению возникшего недоразумения, могущего самым вредным образом отразиться на будущности Общества, от которого мы ждем обильных и добрых плодов, и в образовании которого Ваше Сиятельство принимали такое деятельное участие. Вашему Сиятельству известно, что устав Кружка, ставя непременным условием присутствие 45 членов из числа 200, представляющих нормальный состав Общества, оставляет неразрешенным вопрос о том, при участии какого числа членов могут быть производимы выборы в новые члены в первое время по открытии Общества, то есть до того времени, пока состав Общества сделает возможным исполнение указанного выше условия. При таком пробеле в уставе, Артистическому Кружку не оставалось ничего более, как принять обычный в других обществах и клубах, естественный исход из затруднительного положения, то есть производить выборы наличным числом членов. Еслиб действия возникающего общества не возбудили неудовольствия, не было бы и вопроса о законности или незаконности первоначальных выборов и вообще мер, принятых в первое время, пока устав, писанный для 200 членов неприложим. Теперь вследствие возникшего вопроса о законности действий, Артистическому Кружку или остается признать произведенные выборы недействительными и просить М-во Внутренних Дел о дополнении устава, или не уничтожая своих постановлений, представить дело на усмотрение Министерства, предоставя ему утвердить или кассировать свои действия. Первое, по моему мнению неисполнимо потому, что, по основному юридическому правилу, ни одно юридическое лицо не перерешает своих собственных постановлений. За тем остается только другая мера,-- предоставить дело на усмотрение Министерства. Эту меру я считаю благовидною, как лучший исход из неловкого положения, в которое стало общество вследствие неполноты устава.

Обращаясь за сим собственно к лицам, которые считают себя обиженными быв. Обществом забаллотированными, я спешу передать Вашему Сиятельству, что, как новый старшина, почту своим долгом употребить все усилия, чтобы уладить это дело и привести его к концу, по возможности безобидному для обеих сторон и вперед ручаюсь за успешный результат моих действий.

Примите Ваше Сиятельство уверение в моем совершенном почтении и преданности.

[На подлинном:] А. Островский.