# Стихотворения

Антоний Эдвард Одынец

Девушка и голубь. - Л. Мея

Парень и девица. - Н. Берга

Слёзы.- M. Петровского

ПОЭЗІЯ СЛАВЯНЪ


## СБОРНИКЪ. ЛУЧШИХЪ ПОЭТИЧЕСКИХЪ ПРОИЗВЕДЕНІЙ. СЛАВЯНСКИХЪ НАРОДОВЪ


ВЪ ПЕРЕВОДАХЪ РУССКИХЪ ПИСАТЕЛЕЙ


ИЗДАННЫЙ ПОДЪ РЕДАКЦІЕЮ

НИК. ВАС. ГЕРБЕЛЯ


САНКТПЕТЕРБУРГЪ


1871


## ПОЛЬСКІЕ ПОЭТЫ.


Дѣвушка и голубь. -- Л. Мея

Парень и дѣвица. -- Н. Берга

Слёзы.-- M. Петровскаго


## Э. ОДЫНЕЦЪ.


Эдуардъ Антоній Одынецъ родился въ 1804 году въ деревнѣ Гейстунахъ, Виленской губерніи, воспитывался въ мѣстной гимназіи (1814--20) и потомъ въ Виленскомъ университетѣ (1820--23), гдѣ сошолся и подружился съ знаменитымъ Мицкевичемъ. По окончаніи курса, Одынецъ жилъ въ Варшавѣ, затѣмъ, въ 1827 году, уѣхалъ заграницу, гдѣ путешествовалъ, вмѣстѣ съ Мицкевичемъ, по Германіи, Италіи и Швейцаріи, а позднѣе -- по Франціи и Англіи. Въ 1837 году онъ возвратился въ Вильну и принялъ на себя редакцію "Всеобщей Энциклопедіи" (1838--39) и "Виленскаго Курьера". Стихотворенія Одынца были напечатаны въ двухъ частяхъ (Вильно, 1825--26). Въ 1829 году вышла въ свѣтъ его драма "Изора". Затѣмъ онъ издалъ цѣлый рядъ пространныхъ поэмъ изъ эпохи романтизма, въ польскомъ переводѣ, именно: "Пѣсни послѣдняго минестреля" -- В. Скотта, "Невѣсту Абидосскую", "Корсара" и "Мазепу" -- лорда Байрона", "Огнепоклонниковъ" и "Пери и рай" -- Томаса Мура, трагедію Шиллера "Дѣва Орлеанская" и романъ В. Скотта "Дѣва Озера". Онъ также пытался создать историческую драму; но написанныя имъ драматическія произведенія -- "Felicyta","Barbara Radziwilluwna", "Jerzy Lubomirski" и другія -- не имѣли ни малѣйшаго успѣха.

ДѢВУШКА И ГОЛУБЬ.

Ахъ ты, милый-миленькій,

Ахъ ты, мой дружочекъ!

Ахъ ты, непризнательный

Бѣлый голубочекъ!

Еслибъ съ кѣмъ мнѣ вздумалось

Такъ расцаловаться,

Развѣ бъ онъ изъ рукъ моихъ

Сталъ тревожно рваться?

Али бѣднымъ дѣвицамъ

Ждать-пождать напрасно,

Чтобъ любили молодцы

Беззавѣтно-страстно?

Богъ вѣсть!-- только На сердцѣ,

Что ни день, больнѣе...

Чѣмъ онъ горделивѣе,

Тѣмъ мнѣ и милѣе.

Богъ съ нимъ! Пусть голубчикъ мой

Голубицу мучитъ!

Пусть ему и тёплое

Гнѣздышко наскучитъ!

О, теперь по ниточкѣ

Доберусь къ клубочку,

И за-то "спасибо" я

Молвлю голубочку.

Кто ко мнѣ привѣтливѣй,

Съ тѣмъ я буду строже:

Пусть меня полюбитъ онъ

Беззавѣтно тоже.

Только пусть не вѣдаетъ

Тотъ, кому прискучитъ,

Что дѣвицу строгости

Голубочекъ учитъ.

Л. Мей.

ПАРЕНЬ И ДѢВИЦА.

Дѣвка въ чистомъ полѣ

Ягодки сбираетъ,

Вдругъ невѣсть отколѣ

Парень подъѣзжаетъ.

И пригожъ и молодъ,

Будто маковъ цвѣтикъ:

"Гдѣ тутъ ѣздятъ въ городъ,

Покажи, мой свѣтикъ?

"Насъ въ сторонку эту

Занесла охота;

Глядь: проѣзда нѣту --

Топи да болота."

Запылала дѣва,

Будто розанъ алый:

-- "Вотъ сюда налѣво

Поѣзжай пожалуй.

"Нѣтъ дорого проще:

Видишь лѣсъ кудрявой --

Прямо къ этой рощѣ,

А оттуда вправо.

"Гдѣ плетень, заборъ-атъ,

Мельница и рѣчка,

Ужь оттоль и городъ

Будетъ недалечка."

Свистнулъ онъ, дрогнула

Степь съ конца до краю...

Дѣвица вздохнула,

Отчего -- не знаю.

Тёмная дуброва --

Дѣвка тамъ гуляетъ;

Къ ней всё тотъ же снова

Парень подъѣзжаетъ:

-- "Вашему народу

Чуть поддайся спросту --

Не найдешь ни броду,

Никакова мосту.

"Вотъ повѣрь разсказамъ!

Этакъ я съ тобою

Угодилъ бы разомъ

Въ омутъ головою."

-- "Ну, ступай, коль хочешь,

Вонъ гдѣ, видишь, пива:

Ножки не замочишь

И доѣдешь живо."

-- "Ладно, попытаю!"

Молодца не видно...

Знаю-перезнаю,

Что ей стало стыдно.

Дѣвица по нивамъ

Цвѣтики сбираетъ,

На конѣ ретивомъ

Парень подъѣзжаетъ --

И кричитъ далёко:

-- "Дѣвка, ну-те къ Богу!

Тамъ оврагъ глубокой:

Вотъ нашла дорогу!

"Я усталъ до смерти!

Этими путями

Ѣздятъ развѣ черти

Ночью за дровами.

"Эдакъ не годится --

Пропадешь пожалуй!"

Вспыхнула дѣвица,

Будто розанъ алый.

Запылалъ онъ взглядомъ,

Прыгъ съ копя... подходитъ,

Съ ней садится рядокъ,

Разговоръ заводитъ.

Такъ шептались мило

3а полночь далече...

Жаль: за вѣтромъ было

Не слыхать ихъ рѣчи.

Какъ-то понемногу

Разобралъ я только,

Что ужь про дорогу

Не было и толку.

Н. Бергъ.

СЛЕЗЫ.

Если велѣньемъ судьбы или долга

Бьётъ намъ разлуки минута,

Если бросаемъ, быть-можетъ, надолго,

Уголъ родного пріюта --

Жаркія слёзы въ часы разставанья

Жгутъ, словно пламень, ланиты:

Только послѣднее наше свиданье,

Милый мой другъ, вспомяни ты!

И для меня на далёкой чужбинѣ

Солнце родное затьмилось.

Наше грядущее въ этой пустынѣ

Мглой непроглядной закрылось;

А на былое смотрю я сквозь слёзы:

Сладостны слёзы съ мольбою!

Всѣ мои чувства, всѣ мысли, всѣ грёзы

Полны теперь лишь тобою.

Если же Богъ наградитъ, ожиданья

Любящихъ, вѣрныхъ до гроба --

О, какъ при этомъ желанномъ свиданьи

Сладко наплачутся оба!

Что, что сравнится съ такими слезами,

Съ этимъ живительнымъ плачемъ!

Скоро ли, другъ ненаглядный, мы сами

Такъ при свиданьи заплачемъ?

М. Петровскій.