# Предисловие к "Думам" Рылеева

Николай Платонович Огарев

Н. П. Огарев. Предисловие к "Думам" Рылеева ---------------------------------------------------------------------------- К. Ф. Рылеев. Думы Издание подготовил Л. Г. Фризман М., "Наука", 1975 Серия "Литературные памятники" ---------------------------------------------------------------------------- Мы печатаем "Думы" Рылеева как исторический памятник, которому не должно исчезнуть, памятник геройского времени русской жизни. С 1812 года по 1825-й Россия сознала себя огромной силой в мире человеческом и вместе с тем внутри себя пришла к чувству гражданской свободы. Оба направления не могли не идти, рука об руку. Петербургская централизация вызвала на борьбу молчавшие силы народа, и они окончательно сплотились в мощь государства. Но раз вызванные - они не могли снова умолкнуть беспечно и равнодушно; им надо было заявить себя не только противу внешнего врага, но заявить свою жизнь и самостоятельность в общественном устройстве. Между тем петербургская централизация была наследие немецкое; вызвав русские силы на свет, она осталась немецкою. Борьба была неизбежна. Немецко-мистический либерализм Александра I перешел в казарменно-бюрократическую форму аракчеевского управления; а юные русские силы, требовавшие простора, с пылким сочувствием обратились к идеям первой французской революции. Борьба романского и германского мира, встретясь на русской почве, переиначилась под влиянием русской жизни, их усвоившей. Немецкая централизация в Петербурге проникнулась духом татарщины и была уродливым соединением кнута с шпицрутенами, грабежа с канцелярией. Противодействующие ей силы выразились в том блестящем меньшинстве, из которого возникло 14 декабря; оно соединяло в себе чутье русского народного социализма с французско-либеральным понятием гражданского права, требовало освобождения крестьян и колебалось между республикой и конституционной монархией, только что пересаженной во Францию с английской почвы. Россия пережила все эпохи европейской жизни вкратце, добиваясь до решения собственной задачи. Россия пережила военные монархизмы, которых знамя было: "L'etat - c'est moi" {1} начиная с Петра I. Россия изучила философию XVIII столетия при Екатерине. 14 декабря она заявила общечеловеческие требования революции и, наконец, до безумия выразила в Николае всю реакцию Священного союза. Во время реакции Европа додумалась до социализма и до замены Священного союза племенными союзами. Но на решение первого вопроса у нее - как показал 1848 год - не хватает сил; история слишком истощила ее почву, зерно нейдет в рост, и все живое каменеет в известной форме собственности. Во втором вопросе Европа ничего не может сделать без России, потому что славянское племя занимает полмира. Во время тридцатилетнего гнета Николая Россия, впуганная в раздумье, додумалась до освобождения крестьян с землею, до узаконения общинной формы земельной собственности и самоуправления общин. Вместе с тем, она ясно увидела, что с Священным союзом у ней нет ничего общего. 14 декабря завершило характер революционной Европы в России и в то же время посеяло в русском сознании семена тех вопросов, которые Россия постановила с царствованием Александра II. Уже около двадцатых годов тайное общество подняло мысль об освобождении крестьян и даже с землею. К сожалению, мы не имеем главнейшего документа: Пестелевой "Русской правды". Около того же времени составилось "Общество соединенных славян". Очевидно, что зачатки всех социальных и политических вопросов России нашего времени лежали в обществе 14 декабря. И вот в чем для нас его великое значение. Мы не знаем - что сталось бы, если бы намерения общества удались; но не имеем права не предполагать, что Россия пришла бы к постановке своих коренных вопросов гораздо быстрее, чем при тяжелом развитии татарско-немецкого бюрократизма и реакции Священного союза в николаевское царствование. Во всяком случае - относительно людей 14 декабря - нам, потомкам, остается только с благоговением Хранить завет страдальцев сильных, Людей повешенных и ссыльных... {2} Рылеев был поэтом общественной жизни своего времени. Хотя он и сказал о себе: "Я не поэт, а гражданин", - но нельзя не признать в нем столько же поэта, как и гражданина. Страстно бросившись на политическое поприще, с незапятнанной чистотой сердца, мысли и деятельности, он стремился высказать в своих поэтических произведениях чувства правды, права, чести, свободы, любви к родине и народу, святой ненависти ко всякому насилию. В этом отличительная черта его направления, и те, которые помнят то время, конечно, скажут вместе с нами, что его влияние на тогдашнюю литературу было огромно. Юношество читало его нарасхват. Его стихи оно знало наизусть. Сам Пушкин говорил о нем с любовью и уважением, и, несмотря на очень верную, но неблагосклонную оценку "Дум", он видел в Рылееве залог огромного дарования, которое росло с каждым днем. Петля задушила это дарование. Но и теперь, перечитывая Рылеева, сравнивая его первые произведения с последующими, мы видим его сильное развитие. В "Думах" он поставил себе невозможную задачу сочетания исторического патриотизма С гражданскими понятиями своего времени; отсюда вышло ложное изображение исторических лиц ради постановки на первый план глубоко сжившейся с поэтом гражданской идеи. В "Думах" видна благородная личность автора, но не видно художника. Одно заметно - как стих постепенно совершенствуется. В "Олеге Вещем" чувствуется неуклюжий стих державинской эпохи; в "Волынском" он уже звучен и силен. Влияние "Дум" на современников было именно то, какого Рылеев хотел, - чисто гражданское. Но в "Войнаровском" Рылеев становится действительным поэтом, несмотря на тот же субъективно-гражданский колорит целого. Стих, картинность, сила чувства и всюду проникающее благородство поэта - увлекательны. В "Наливайке" Рылеев становится мастером. Напомним для примера "Смерть Чигиринского старосты": С пищалью меткой и копьем, С булатом острым и с нагайкой На аргамаке вороном По степи мчится Наливайко. Как вихорь бурный, конь летит, По ветру хвост и грива вьется, Густая пыль из-под копыт, Как облако, вослед несется. Летит, привстал на стременах, В туман далекий взоры топит, Узрел - и с яростью в очах Коня и нудит и торопит, Как точка перед ним вдали Чернеет что-то в дымном поле; (Вот отделилась от земли), Вот с каждым мигом боле, боле, И, наконец, на вышине, Средь мглы седой, в степи пустынной. Вдруг показался на коне Красивый всадник с пикой длинной... Казак коня быстрей погнал, В его очах веселье злое... И вот - почти уж доскакал... Копье направил роковое, Настиг, ударил - всадник пал, За стремя зацепясь ногою, И конь испуганный помчал Младого ляха под собою... Из "Наливайки" сохранились только два-три отрывка {3}. Неужели ни у кого нет остального? Неужели ни у кого нет материалов для биографии Рылеева? Неужели наши библиофилы, выкапывая все на свете, не захотят заняться этой изящной личностью? Когда же кто-нибудь доставит нам сведения о Рылееве?.. Впрочем, к нам должно присылать их только в крайнем случае. Пора правительству, после тридцатилетнего намордника, отдать истории ее достояние и позволить безусловно печатать все о Рылееве и его сподвижниках {4}. Это был бы поступок широко благородный, ко торый внушил бы в России искреннее доверие к правительству. Мы сочли не лишним поместить в этом издании стихотворение Мицкевича "К русским друзьям", относящееся к Рылееву и людям 14 декабря. Мы помещаем польский подлинник с русским переводом в прозе. Стихотворный перевод, - который у нас есть, слишком неудовлеторителен {5}. Я тоже пробовал перевести, но не сладил {6}. Лучше верный перевод в прозе, чем вялый в стихах. Повторяем: "Думы" Рылеева мы считаем историческим памятником того времени и юным выражением благородной личности поэта. Да примут их читатели с тем же глубоким благоговением, с каким мы возобновляем их в печати. Н. Огарёв. ПРИМЕЧАНИЯ 13. Д 1860, написано в 1859 г. Автограф, местонахождение которого считалось неизвестным (см. Н. П. Огарев. Избранные произведения, т. II. М., Гослитиздат, 1956, стр. 525), обнаружен нами в ЛБ (Записная книжка, ? 34). 1 "L'etat - c'est moi" - государство - это я (фр.) - изречение, приписываемое "Людовику XIV, употребляется для характеристики сущности абсолютизма. 2 "Хранить завет страдальцев сильных / Людей повешенных и ссыльных" - измененная цитата из поэмы Огарева "Матвей Радаев". 3 "Из "Наливайки" сохранились только два-три отрывка" - большинство сохранившихся отрывков из поэмы "Наливайко" были найдены и опубликованы позднее (BE, 1888, ? 11, 12). 4 "Пора правительству, после тридцатилетнего намордника, отдать истории ее достояние и позволить безусловно печатать все о Рылееве и его сподвижниках". - Правительство придерживалось иного мнения. В год издания "Дум" Герценом и Огаревым в Москве и Петербурге имела место следующая переписка: "Министерство народного просвещения. Московский ценсурный комитет в Москве. 16 марта 1860 г. ? 198. В Главное Управление Ценсуры. В Московский Ценсурный Комитет поступили на рассмотрение сочинения К. Рылеева - Думы и Войнаровский. Ценсурный Комитет, затрудняясь дозволить к перепечатанию новым изданием означенные сочинения, честь имеет представить оные при сем на благоусмотрение и разрешение Главного Управления Ценсуры. Председатель Комитета Сенатор Тайный Советник М. Щербинин. 18 мая 1860 г., ? 651 О сочинениях К. Рылеева. Г<осподину> председ<ателю> Московского Ценс<урного> Комит<ета> Главное Упр<авление> Ценс<уры>, рассмотрев представление Московского Ценс<урного> Ком<итета> от 16 марта сего года за ? 198, об испрашиваемом дозволении перепечатать новым изданием сочинения К. Рылеева - Думы и Войнаровский, не признало возможным разрешить издание сих сочинений, которые при сем возвращаются. Подписал: Член Главн. Упр. Ценс. Н. Муханов. Секретарь: Правитель Дел пр. Янкевич... Министерство народного просвещения. Санкт-Петербургский Ценсурный комитет. Санкт-Петербург, 23 апреля 1860 года; ? 477 В Главное Управление Ценсуры. Титулярный Советник Лев Камбек представил в С.-Петербургский Ценсурный Комитет _Полное собрание сочинений К. Рылеева_ с просьбою о дозволении издать в свет эти сочинения. Ценсор Волков, которому поручено было, рассмотрение сих сочинений Рылеева, нашел, что сочинения Рылеева как сделавшегося уже достоянием истории отечественной литературы нашей двадцатых годов и как потерявшие в настоящее время то политическое значение и тот смысл, который имели эти стихотворения при первом своем издании, - могли бы быть с некоторыми исключениями дозволены к напечатанию. Исключить же из сего собрания, по мнению Ценсора Волкова, следует "Видение Анны Ивановны" и сверх того Ценсурный Комитет встречает затруднение в пропуске без особого на то разрешения стихотворения "Исповедь Наливайки". С. Петербургский Ценсурный Комитет, совершенно разделяя мнение Ценсора Волкова, но с другой стороны имея в виду то обстоятельство, что сочинения эти принадлежат перу одного из бывших государственных преступников, - имеет честь представить об этом на благоусмотрение и разрешение Главного Управления Ценсуры с приложением полного Собрания сочинений К. Рылеева. Председатель барон Н. Меддем." Главное управление ценсуры, 18 мая 1860 г., ? 654. О сочинениях К. Рылеева Господину Председателю С. Петербургского Ценсурного Комитета Главное Управление Ценсуры, рассмотрев представление С. Петербургского Ценсурного Комитета от 23 истекшего апреля за ? 477 об испрашиваемом дозволении Титулярным Советником Львом Камбеком выдать в свет _Полное собрание сочинений К. Рылеева_, не признало возможным разрешить таковое издание. Представленная рукопись сочинений К. Рылеева у сего <так. - Л. Ф.> возвращается. Член Главного Управления Ценсуры Н. Муханов Скреп<ил> Прав<итель> Дел Пр. Янкевич" {*} {* Центральный государственный исторический архив (Ленинград), ф. 772, оп. 1, ед. 5221. О Л. Камбеке см.: С. А. Рейсер. Журналист и "обличитель" Лев Камбек. - "Звенья", т. 8. М., Госкультпросветиздат, 1950. О его дальнейших попытках добиться разрешения на издание сочинений Рылеева см.: Г. А. Рязанцев. Материалы к цензурной истории сочинений Рылеева (ЛН, стр. 336).} 5 "Стихотворный перевод, который у нас есть, слишком неудовлетворителен" - автором этого перевода, по-видимому, был Н. А. Добролюбов. См.: А. Н. Степанов. Добролюбов и Мицкевич. В кн.: Адам Мицкевич в русской печати 1825-1955. Библиографические материалы. М.-Л., Изд-во АН СССР, 1957, стр. 505. 9 "Я тоже пробовал перевести, но не сладил". Сохранились лишь 4 первых стиха этого незавершенного перевода. Автограф, зачеркнутый Огаревым, - ЛБ. Впервые опубликован в 1938 г. Вы помните ль меня? А я моих друзей - Казненных, сосланных, по тюрьмам заточенных, - Как вспомню, - вспомню вас! Храню в мечте моей Права граждан для вас, людей иноплеменных... УСЛОВНЫЕ СОКРАЩЕНИЯ Д 1860 К. Ф. Рылеев. Думы, Лондон. Изд. Искандера, 1860.