# Странник

Николай Платонович Огарев

Н. П. Огарев Странник Н. П. Огарев. Избранные произведения в двух томах Том второй. Поэмы. Проза. Литературно-критические статьи М., ГИХЛ, 1956 Сего ради не являйся ты орле, и криле твоя грозные, и перийца твоя строптивая, и главы твоя лукавыя, и ногти твоя злейшие, и все тело твое суетное. Яко да прохладится вся земля, и обратится свободна от твоея силы, и уповает на суд и милосердие того, иже сотвори ю. Ездры, книга третья (или, правильней, четвертая), глава одиннадцатая 1 В глухом бору, удалена От шумнолюдного поселья, Стоит пуста, стоит одна Моя бревенчатая келья. Вернусь ли я в нее, иль нет? Во имя истины бродяга - Найду ль свой кров под старость лет? Замру ль в метель середь оврага? Не знаю.- Смерть везде тиха! От зла мирского и греха Бежал я молод в лес сосновый, Бежал неторною тропой, И прорубал мой просек новый, И ставил сруб семивенцовый Своею собственной рукой. Топор звенел, щепа летела, Удары вторил гул лесной, И птица близко сесть не смела... Не ведал устали мой труд - Я созидал себе приют, Душа алкала врачеванья И строгих дум и покаянья. 2 Богатый торгом, мой отец Хотел, чтоб был и сын купец. Бывало, брань ввернет сурово В свое напутственное слово, Так что сгораешь от стыда, И пустит парня молодого На прибыль -в села, в города... И буйно шли мои года! Удалый нрав да денег кипа - Гуляй и празднуй без просыпа! Раз - еду. Месяц, ночь светла, Длинна дорога, степь бела, Мороз пробрал сквозь полушубок... Вот дотащились до села... Держи у первого угла - К избе! - Вхожу... Сквозь дым от трубок Горит огарок в полумгле, Исправник с барином-соседом Проводят ночь обычным следом - Полштоф заветный на столе. "Купец знакомый не помеха! Садись!" - Сажусь; пошла потеха. Кто выпьет чарку похмельней, Кто скажет слово посрамней - Тому и слава! Хохот, песни... "Рассыльный! Митька! ты хоть тресни,- Кричат лихие господа,- А девок нам веди сюда!" Вот их и вводят, в дверь толкая... Красоток пара молодая! Гляжу сквозь хмель: из них одна Как лист, дрожит, как смерть бледна; Другая только плачет, плачет, В рукав лицо тихонько прячет. Как взноет сердце! Я вскочил, Со злости задрожали губы, Кричу: "Злодеи! душегубы!", Да кулаком что было сил Хватил исправника по роже, И барину досталось тоже, Обоих на пол повалил... Догнать погоня не сумела, Отец дал денег, скрыли дело. 3 Но в эту зиму я притих, Смирился и кутеж оставил, Дичился встречных и своих, И свет постыл и не забавил. Стал думать. Из ума не шло - Отколь страдание и зло? Зачем повсюду плач и горе? Зачем народ живет в позоре,- И зол и жалок род людской? Зачем я сам на зло способен, Развратен, дик, скотоподобен? Где слово правды? Где покой?.. И слышу шепот над собой: "Спасайся!" - Холодом объяло При этой мысли, дух сперся И дыбом стали волоса, И будто к полу приковало - Так в этот заповедный миг Восторг и ужас был велик. Отец стал сильно недоволен, Ругал: "Ты пес, а не торгаш",- Сбирался сечь, но лекарь наш Сказал, что я, должно быть, болен; Гадать ходили на бобы, Но не разведали судьбы. Пришла весна, снега сбежали, Я говорю отцу: "Прощай! Не злобствуй на мои печали И денег мне не припасай; Промаюсь помыслом нешумным Да подаянием мирским..." Отец почел меня безумным, Народ почел меня святым. 4 Как я вздохнул свободным вздохом, Когда над кельею покрыл Я кровлю хворостом и мохом Да печь нехитрую сложил... Блажен достигший мирной цели!.. Я жил один. К концу недели Был приносим, в обычный день, В дупло знакомой старой ели Посильный дар из деревень, И благостынною крупицей Делился я с лесною птицей. Близ кельи, у корней древес, Чуть слышно сквозь обрыв песчаный Сочился змейкой ключ студяный... Был тих и шумен древний лес И веял влагою смолистой. Я сквозь навес его иглистый Глядел далеко в глубь небес: Зачем же в людях плач и горе И бури на житейском море?.. Я жил один. Весне вослед Томило сушью жарких лет, И вслед за осенью сырою Шли зимы белой чередою,- Святую книгу я читал И духа истины искал. Изведал много дум палящих, Молитв сердечных, слез скорбящих, И сколько прожил зим и лет - Не в силах дать себе ответ: Я не считал зари восходы, Я не видал, как длились годы,- Теперь я знаю, что седа И голова и борода. 5 В последний год в тиши дремучей Мне трижды снился сон - могучий, Пророческий!.. Я помню ночь - В бору носилась тьма сырая, Лил дождь, и ветер во всю мочь Рвался, свистя и завывая, А сосны бьются и трещат, И шишки сыплются, как град. А я, коленопреклоненный, В безмолвной келий моей Стоял над книгою священной, То тайный смысл гадая в ней, То взор Вперив с немой отрадой На озаренную лампадой Ко мне склоненную с креста Главу спасителя Христа. Раскрылись вещие страницы, И сон смежил мои ресницы... И вижу я - все степь кругом И на земле зноепалимой, Среди степи необозримой Спит человек тяжелым сном; В тяжелом сне дрожит от муки, Раскинув немощные руки. На нем сидит орел степной И вкруг поводит головой, Сверкая дико, как огнями, Желтобагровыми глазами, И топчется из боку в бок, Вонзает когти жестких ног, И шея горбится клоняся, И жесткий клюв теребит мясо. И крылья темные простер Орел над сонным, как шатер, И из-под перьев, в взмах крылатый, Свалились хищные орляты,- И злее старого врага Клюет и топчет мелюзга - Их жадный хрип и посвист дикий В степи гласят про пир великий. А с человека льется кровь, Но тело зарастает вновь, И спит он, спит, дрожа от муки, Раскинув немощные руки, И не волен ни глаз поднять, Ни рта раскрыть, ни простонать. Чело я в ужасе понурил И в самом сне глаза зажмурил. Но с уст невидимых исшел Ко мне торжественный глагол: "Восстань, силен, как лев косматый, И, духа истины глашатый, В житейский мир опять иди И человека разбуди, Чтоб он открыл живые очи И после долгой, долгой ночи В единый взмах спугнул орла, И разлетелись бы орляты, Живой святыни супостаты, Зане земле пора пришла - С отлетом птицы плотоядной -" Дышать свободно и прохладно". Проснулся. Ночь, лампады блеск, В лесу все дождь, и гул, и треск... Я думал - это дух гордыни Смущает мир моей пустыни, И я ли - кающийся дух - На звук греховный столько глух. Чтоб быть орудием святыни?.. 6 Вторая ночь была зимой, Пришла с такою тишиной. Что по лесу во тьме глубокой Был слышен каждый робкий звук - Ломился ль обветшалый сук, Иль падал снег с сосны высокой. Перед лампадой и крестом Листы ворочал я перстом: Разверзлись вещие страницы, И сон смежил мои ресницы... Все ту же птицу вижу вновь, Все та же степь, и солнце пышет, И с человека льется кровь, И он во сне тяжелом дышит. И тот же голос рек: "Иди И человека разбуди". И вера дух мой охватила, Мысль крепла в грозной тишине, И я почуял, что во мне Растет восторженная сила. На третью ночь был лес душист, Весенний месяц серебрист. Раскрылись вещие страницы, И сон смежил мои ресницы... Я внял виденью моему, И взял я посох и суму, Пошел, исполнен светом чудным, Бродить по селам многолюдным Неутомимою стопой, Доколе хватит сил и века, Вещая виденное мной И пробуждая человека. 7 А там, в бору, удалена От шумнолюдного поселья, Моя бревенчатая келья Стоит пуста, стоит одна... Засну ль в ее тиши священной Кончиной мирной, несмущенной?.. Не знаю! Но прожитых в ней Ночей несчитанных и дней, Безмолвных дум, и слез скорбящих, И снов, грядущее гласящих, Поста, восторга и труда - Я не забуду никогда. ПРИМЕЧАНИЯ ПРИНЯТЫЕ СОКРАЩЕНИЯ Гершен.- "Стихотворения Н. П. Огарева" под редакцией М. О. Гершензона, М. 1904. ИРЛ - Институт русской литературы Академии наук СССР (Пушкинский дом). ЛБ - Государственная ордена Ленина библиотека СССР им. В. И. Ленина. ЛН - "Литературное наследство", изд. Академии наук СССР. Лонд. изд.- "Стихотворения Н. Огарева", изд. Н. Трюбнера и Кo. Лондон, 1858. ОЗ - "Отечественные записки". ПЗ - "Полярная звезда". РМ - "Русская мысль". PC - "Русская старина". ЦГАЛИ - Центральный Государственный архив литературы и искусства СССР. ЦГАОР - Центральный Государственный архив Октябрьской революции и социалистического строительства СССР. Странник. Впервые - в "Общем вече", 1 января 1863 г., No 8, стр. 45-47, перепечатано в "Лютне", II, Лейпциг, 1874, стр. 308-315. Печатается по этому изданию. Написана поэма 17 сентября 1862 г. Автографы в ЛБ и ЦГАОР. Первоначально было заглавие "Пророк".