# Оленин А. Н.: биографическая справка

Алексей Николаевич Оленин

ОЛЕНИН Алексей Николаевич [21.11(2.12).1763, по др. сведениям -- 1764*, Москва -- 17(29).4.1843, Петербург, похоронен на Тихвин. кладб. Александро-Невской лавры], археолог, филолог, палеограф, график; держатель изв. лит.-худож. салона; автор многочисл. статей и брошюр разнообразной тематики. Из старинного дворян, рода, внесенного в "Бархатную книгу" (изв. с 16 в.); сын стат. сов. Ник. Як. Оленина и Анны Сем., урожд. кн. Волконской. Двоюродный брат С. Г. Волконского, прадед П. А. Оленина. Детство в осн. провел в родовом имении Салаур Касимов. у. Рязан. губ., получил прекрасное дом. образование. В 1774 был привезен в Петербург к родственнице -- кн. Е. Р. Дашковой (в будущем президент Рос. академии), в доме к-рой, по семейному преданию, его заметила Екатерина II, определившая его в Пажеский корпус (о серьезности интересов и начитанности юного. О. свидетельствует составленный им в 12-летнем возрасте каталог личных книг; опубл. в ст.; Мартынов И. Ф., О библиотеке екатерининского пажа... -- "Памятники культуры. 1977", М., 1977).

Бытовала легенда о том. что до 18 лет О. был "величайшим невеждою" и послужил Д. И. Фонвизину прототипом для его Недоросля (<Бурнащев В. П.>. Предание о том. кто был оригиналом "Митрофанушки" Фон-Визина. -- "Илл.", 1861, No 158). Не имевшая под собой оснований, она. однако, широко распространилась, добавляя краску парадоксальности к канонич. портрету О. -- человека европейски образованного, покровителя наук и иск-в.

Пять лет (1780--85) обучатся "воинским и словесным наукам" в Арт. школе в Дрездене, откуда вернулся знатоком древности, любителем пластич. иск-в, рисовальщиком, страстным почитателем античности (в значит. степени под влиянием трудов И. И. Винкельмана). В совершенстве овладел нем. и франц. языками, в разной степени знал итал., исп., евр., араб. языки, латынь, нек-рые из слав. языков, в 1800-е гг. выучил др.-греческий. В службу вступил в авг. 1783, находился в гл. артиллерии (с 1786 капитан). В нач. 1789 после непродолжит. отставки по болезни определен в Псковский драгун. полк подполковником для устройства конной артиллерии (первой в России). Участвовал в Швед. кампании 1789--90, в Польском походе (1792).

Воен. карьера не препятствовала филол. занятиям О. За составленное им "Толкование многих рус. старинных речений" (не изд.) он в 1786 избирается, по предложению Дашковой, в члены Рос. академии. К нач. 1790-х гг. имел обширные лит. знакомства, был близок к кружкам архитектора, а также и музыканта Н. А. Львова и Г. Р. Державина, где сблизился с В. В. Капнистом (всех четверых связывали родств. отношения), M. H. Муравьёвым; был дружен с И. И. Хемницером.

Выполненные О. "виньеты" (стилизованы под антич. классику) для поднесенного Екатерине II тома стихотворений Державина (1795) принести ему славу искусного и тонкого "изографа" -- иллюстратора, стремившегося, как и Львов, "домолвить то карандашом, что словами стихотворец не мог или не хотел сказать" (цит. по; Тимофеев, 1983, с. 27) (ср. в письме К. Н. Батюшкова к A. И. Тургеневу, 1814; "Если вы хотите сделать великолепное издание [В. А. Жуковского. -- Ред.], то ... просите А<лексея> Н<иколаевича> нарисовать какую-нибудь мысль" -- Батюшков, III, 302).

Антич. вазопись, медали и камеи использовались О. при иллюстрировании "Басен и сказок" Хемницера (1799) -- одного из лучших изд. "классич. стиля" (см.; Сидоров А. А., Исто, рня оформления рус книги. М., 1964, с. 172). В числе первых в России О. освоил новые способы гравирования (лавис и акватинта). Мн. книги первой трети 19 в., выделяющиеся изяществом оформления (в т. ч. произв. И. А. Крылова, B. А. Озерова, Жуковского. "Руслан и Людмила" А. С Пушкина), отмечены монограммой а, свидетельствующей о том или ином участии О. (составлял "программы" иллюстрации, делал черновые наброски, под его присмотром работали граверы).

Уволившись из воен. службы с чином полковника, О. в апр. 1795 поступил в Экспедицию Гос. ассигнац. банка (1797 -- управляющий; стат. сов., в 1798 произведен в д. стат. сов.). С окт. 1797 управляющий Монетным двором; изучал технологию изготовления монет, позднее составил "Опыт о правилах медальерного искусства" (СПб., 1817). С 1799 обер-прокурор 3-го деп. Сената. В звании статс-секретаря (апр. 1801) приглашен вместе с M. M. Сперанским для образования Канцелярии при Мин-ве внутр. дел. С 1803 товарищ министра уделов (с оставлением в прежних должностях).

В антинаполеоновскую кампанию 1806--07 участвовал в земском ополчении (милиции), пожертвовал 2000 руб. и две пушки; награжден зол. медалью и правом на ношение милиционного мундира, к-рый впоследствии охотно надевал в торжеств, дни, предпочитая другим, более соответствовавшим его высокому положению. Ненависть к Наполеону, антифранц. настроения О. (ср.; Батюшков, III, 210--11), обострившиеся в 1812, нашли отражение в "Письме к архимандриту Филарету" ("Чтение", 1813, кн. 13), а также в составл. им "Собрании разных происшествий, бывших в нынешней войне с французами..." (опубл. под назв. "Рассказы из истории 1812 года" -- РА, 1868, No 12); сквозь конспективное изложение более 30 случаев, преим. со ссылкой на очевидцев, просвечивает авт. антитеза нравств.-патриотич. поступков рус. солдат и крестьян, явившихся закономерными плодами "родительского семейного правления" в России, и зверств, дикости, богохульства французов -- "детей неистовой Французской революции" (там же, стб. 1993, 1995).

В первые годы 19 в. вокруг О. складывается дружеств. лит. кружок (Озеров, Капнист, Н. И. Гнедич, Крылов, А. А. Шаховской, С. Н. Марин, Батюшков, С. С. Уваров и др.), в к-ром исповедовался культ античности, связанный не только с воскрешением антич. форм, но сопрягаемый, впервые в России, с эстетич. идеалом -- вслед за теоретиком "веймарского классицизма" Винкельманом и И. Г. Гердером. О. и члены его кружка стремились постигнуть "подлинную" античность, мир "благородной простоты", в ее ист., нац. и ценностной определенности, самобытности в противовес идеальному образу античности в "абстрактном" или салонно-подражат. франц. классицизме. Именно на почве такого осмысления антич. культуры в кружке О. (нек-рые исследователи определяли его эстетику как "неоклассицизм") складывался стиль рус. ампира 1-й четв. 19 в. с его интересом к нац. культурным традициям, ист. "древности" и разложением рационалистич. эстетики классицизма под атиянием сентиментальных и преромантич. веяний (см.; вступ. ст. Б. В. Томашевского к "Стихотворениям" Батюшкова, 2-е изд., М., 1948, с. VIII, XXV--XXVI; История рус. лит-ры в 10 тт., т. 5, М.--Л., 1941, с. 421--23). Не случайно кумиром кружка сделался В. А. Озеров; у Олениных вынашивались первые постановки его трагедий, проходили репетиции, О. делал замечания по тексту, готовил эскизы костюмов (ему поев. "Фингал"; "С совета твоего, Оленин, я решился/ Народов северных Ахилла описать"). "Промежуточность" позиции раннего оленинского кружка (о деятельности к-рого сохранилось мало свидетельств), объединявшего, как и поздний кружок и салон О. (см. ниже), старое и молодое поколения литераторов, была плодотворна для рус. лит.-обществ. жизни начала века, искания кружка определяли "умственную атмосферу" и позднее, в 1810-е гг. Члены раннего кружка О. -- "зародыша" будущих лит. обществ, размежевавшись, стали активными участниками "Беседы любителей рус. слова", с одной стороны, и "Арзамаса" -- с другой (Гиллельсон, с. 4, 19--20, 34).

В недрах кружка родился "Драм. вестник" (Петербург, 1808) -- первый в России театральный ж-л. Достаточно пестрый по составу (наряду с членами кружка, Крыловым, Шаховским, Мариным, печатались А. С. Шишков, Д. И. Хвостов и др.), ж-л отражал взгляды "драматургич. ядра" оленинского кружка (прежде всего, Шаховского и самого О.; отношения между ними осложнились, и ок. 1810 Шаховской перестал посещать кружок. -- ИВ, 1896, No 7, с. 28). О. опубл. здесь статьи с характерной для него "узкой" конкретностью и фрагментарностью "О части доспеха древних греков и римлян, называемой клемида", "О новоизобретенных земледельческих орудиях", "О боевом или солдатском ружье", все -- ч. 5).

Назначенный в 1808 пом. гл. директора имп. библиотек, О. стал первым директором имп. Публичной б-ки (1811), занимал этот пост более 30 лет, именно при нем сформировалась 1-я в России нац. публичная б-ка. Стремясь к универсальности и многоязычности фондов (О. приобретал и частные собрания и коллекции, рус. и иностранные, в т. ч. восточные), он отдавал предпочтение комплектованию книг по ист. дисциплинам, классич. филологии, изобразит, иск-ву и др. близким ему предметам, а также рукописей и старопечатных изданий. По предложению О. в утвержденное Александром I Положение о Публичной б-ке был заложен "закон" об обязат. экземпляре, позволивший значительно расширить рус. фонд (с 4 экз. в 1808 до 26 тыс. книг, не считая дублетов, в 1836). Уже к 1820 по количеству фондов б-ка занимала 4-е место среди европ. библиотек (подробнее см.; Голубева, 1988).

Перу О. принадлежат документы, регламентирующие фактически все библиотечные процессы; сто библиотекарский опыт нашел отражение в ст.; "Опыт нового библ. порядка для С.-Петерб. имп. библиотеки" (СПб., 1809), "Правила, высочайше утвержденные, для посетителей имп. Публичной библиотеки..." (СПб., 1814), "Публичные библиотеки в Париже и Публичная библиотека в Санкт-Петербурге" (СП, 1832, 15, 16, 18 апр.; отд. изд. -- СПб., 1832) и др. Особое значение О. придавал подбору кадров, считая, что библиотекарь должен в совершенстве знать свой фонд, быть "живым каталогом" (умаление роли собственно каталогов, не очень грамотно осуществлявшаяся каталогизация собрания составляли слабую сторону деятельности О.); среди первых сотрудников были многие литераторы и ученые, в т. ч. Гнедич, Крылов, Батюшков, Уваров, А. Х. Востоков, М. Н. Загоскин, А. А. Дельвиг. О. поощрял их занятия на лит. и ученом поприще; он ввел институт поч. библиотекарей, в их числе был. в частности. В. Г. Анастасевич.

Вслед за "Беседой..." и Рос. академией б-ка -- место службы нек-рых "беседчиков" -- сделалась мишенью для "арзамасцев". однако сам О., хотя и представлял в своем липе все три учреждения, в осн. был обойден вниманием молодых острословов; номинальное участие О. в "Беседе..." во многом было обусловлено дружескими и семейными связями (в 1818 избран поч. чл. ВОЛРС -- Базанов).

Значит. авторитет приобрел О. как собиратель рус. и слав. древностей, знаток материальной культуры античности и средневековья; к его помощи прибегали А. И. Мусин-Пушкин, rp. H. П. Румянцев, митрополит Евгений (Болховитинов), Г. И. Спасский (письмо О. к нему о портрете Ермака -- "Соревнователь", 1821, No 9) и др. Велика роль О. (во многом и оленинского кружка, обсуждавшего каждую песнь "Илиады") в создании Гнедичем перевода гомеровского эпоса; в 1811--29 О. написал более 30 писем ("диссертаций") Гнедичу -- по существу, археологич. и лингв исследований (опубл. в изд.; "Изв. имп. Рус. археологич. об-ва", т. 8, в. 1, СПб., 1877; Оленин А. Н., Археологич. труды, т. 1, в. 1; Сб. ОРЯС, 1914. т. 91, No 1) -- с разъяснениями ок. 200 др.-греч. слов и рисунками; на протяжении многолетней работы О. с воодушевлением поддерживал Гнедича, одобрял его в выборе гекзаметра, в использовании диалектизмов и старославянизмов. Взгляды О. на иск-во получили отражение в очерке Батюшкова "Прогулка в Академию художеств" (1814). О. принадлежит ряд работ по археологии, истории, палеографии [в нек-рых принимал участие археограф и палеограф А. И. Ермолаев (1779--1828), сослуживец и домочадец О.]; "Письмо к графу A. IL Мусину-Пушкину. О камне Тмутараканском..." (СПб., 1806; положило начало рус. эпиграфике), "Опыт о приделках к древней статуе Купидона, натягивающего тетиву на лук" (СПб., 1815), "Письмо к Е. Ф. Тимковскому о беспрестанной молитве ламаитов..." (СПб., 1824), "Рязанские русские древности..." (СПб., 1831), "Опыт об одежде, оружии, нравах, обычаях и степени просвещения славян"" (СПб., 1832), "Опыт о костюме и оружии гладиаторов..." (СПб., 1835) и др. При содействии О. была организована первая археогр. экспедиция Академии наук (1809--11).

Совм. с Ермолаевым О. предложил принципы издания рус. летописей, позволяющие "скорее исхитить из рук тлетворного времени малые остатки дееписаний" ("Краткое рассуждение о издании полного собрания русских дееписателей" -- СО, 1814, No 7, с. 10); отказ от сведения всех списков, максимально точное воспроизведение оригинала; сам О. так и не успел подготовить издание рус. летописей, оно начало выходить после его смерти.

Разносторонняя образованность (хотя в большинстве случаев и не выходившая за дилетантский уровень), широкий круг знакомств, а также нек-рые личностные качества -- доброжелательность, уравновешенность и исключительная энергичность -- позволили О. стать хозяином едва ли не самого знаменитого салона 1-й трети 19 в., объединявшего вокруг себя литераторов нескольких поколений, разл. эстетич. пристрастий. У О. бывали Державин, H. M. Карамзин, Крылов, Гнедич, И. М. Муравьёв-Апостол, В. А. Жуковский, Батюшков, Пушкин, П. А. Вяземский, А. С. Грибоедов, И. И. Козлов, M. E. Лобанов, В. А. Соллогуб, художники К. П. и А. П. Брюлловы, О. А. Кипренский, А. Г. Венецианов, скульптор И. П. Мартос, архитектор В. П. Стасов, М. И. Глинка и мн. др. -- "все без исключения русские таланты того времени собирались около него" (Аксаков С. Т., ПСС, т. 3, СПб., 1886, с. 262; ср., однако, мнение Жуковского; дом О. "есть место собрания авторов, которых он хочет быть диктатором" -- письмо поэта к А. П. Киреевской, 1815, Уткинский сб. 1, М., 1904, с. 13). Место карт и затяжных застолий (непременная черта др. дом. собраний) занимали чтение и обсуждения новых соч., лит. новостей, науч. споры, в т. ч. о выработке новых худож. форм, ист. и нац. содержании иск-ва, повлиявшие на молодого Пушкина -- "своего человека" в салоне О., музицирование, шарады, "живые картины" и пр. Эстетич. неоформленность, принципиальная "надпартнйность" (расцвет салона пришелся на время войны "Арзамаса" и "Беседы...", члены к-рых встречались у О.), установка на самоценность таланта, открытость дома, простота и свобода общения ("ужинали ... без церемоний и ... без чинов" -- Керн А. П., Восп. Дневники. Переписка, М., 1989, с. 28) создавали особую ауру салона, "атмосферу света, знания, талантливости, терпимости и добра" (Стасов В., Восп. о моей сестре. -- "Кн. "Недели"", 1896, No 1, с. 205).

Популярности салона немало способствовала жена О. -- Елиз. Марковна, урожд. Полторацкая (1768--1838; сестра А. М. Полторацкого и Варв. Марковны, жены Д. Б. Мертвою, тетка С Д, Полторацкого и А. П. Керн); "одаренная умом ясным и кротким нравом, она оживляла и одушевляла общество в своем доме" (Уваров, с 39).

В летние месяцы оленинское общество в значит, своей части перемешалось на их дачу в Приютино под Петербургом (построена, видимо, по проектам Львова; ныне мемориальный музей-усадьба) -- салонная традиция обогащалась чертами усадебного быта; прогулки верхом, стрельба из лука (О. показывал, как надо натягивать тетиву), горелки, лапта, игра в волан, дом. праздники с театрализованными представлениями (б. ч. ставились произв. "приютинцев"; среди актеров Гнедич, Крылов -- пост, обитатели Приютина, Лобанов, Пушкин), фейерверками, иллюминациями (хлопоча по устройству праздников. О., по собств. признанию, "бегал, как угорелая кошка" -- цит. по; Тимофеев, 1983, с. 50); жизнь дома представляла "искусное сочетание всех приятностей европейской жизни с простотой, с обычаями русской старины" (Вигель, II, 47).

Ценнейшими памятниками салонной культуры остались альбомы (хранятся в РНБ, ГРМ, РГАЛИ), шаржи и карикатуры, дружеские послания, эпиграммы (известна эпиграмма на Крылова, предположительно атрибутированная О., -- см.; Голубева, 1988, с. 73). стихотв. "надписи" и т. п., тексты, отмеченные чертами кружковой семантики (подробнее; Устимович, с. 402--04); О. и членам его семьи -- жене и детям, вместе с их друзьями особенно оживляющими приютинские собрания в 1810--1820-х гг., -- посв. мн. лит. произведения; стих. Державина. Крылова. Марина, М. В. Милонова, Батюшкова ("Послание к А. И. Тургеневу", 1817--1818). Гнедича ("Приютино", 1820) и др.

Дослужившись до чина тайного советника и должности статс-секретаря по Деп. гражд. и духовных дел (1810). О. с 1812 исправлял обязанности Гос. секретаря (утвержден в должности в 1826). Чл. Гос. совета (с 1827); в этом качестве участвует в следств. комиссии по учреждению секретного надзора над Пушкиным (1828), связанного с разбором дела о распространении элегии поэта "Андрей Шенье" (см.; Иерейский). Чл. Гл. управления цензуры (1828).

Блестящие администраторские дарования О. в сочетании с проф. знаниями проявились и на др. его многолетнем поприще -- президента Академии художеств (с 1817; поч. чл. с 1804). Приняв Академию в состоянии "расстройства во всех частях", О. осуществил серьезные хоз. и финансовые реорганизации, наладил быт воспитанников, составил программы учебных курсов (см. об этом; "Краткое ист. сведение о состоянии имп. Акад. художеств, с 1764-го по 1829-й г.", СПб., 1829; "Отчет президента имп. Акад. художеств с 1817 по 1834 г.", СПб., 1834). "Строгости нового президента", по словам современника, "сделали сильный переворот в занятиях и повелении учеников", Академия при О. "преобразовалась в благоустроенное заведение" (Иордан Ф. И., Зап. ректора и профессора Акад. художеств, М., 1918, с. 15).

О. добивался соблюдения устава, запрещавшего принимать в Академию крепостных; обосновывая необходимость этой меры в письмах к А. А. Аракчееву (1817). в числе гл. доводов он указывал на драм, участь людей "холопского звания", к-рые, "возвышаясь" в Академии художеств "духом и умом", "делаются не годны ни Богу, ни государю, ни помещику, ни самому себе" (PC, 1875, No 10, с. 285, 287). Особое внимание О. уделял собиранию музея при Академии художеств, куда, в частности, передал свои коллекции старинного оружия и одежды; заботился о приобретении для Академии предметов антич. и ср.-век. культуры.

Как Гос. секретарю О. пришлось хранить "секретный пакет", читать на заседании Гос. совета манифест Александра I и акт отречения вел. кн. Константина Павловича.

Скрупулезное описание событий дворцовой жизни периода междуцарствия (25 нояб. -- 13 дек. 1825) О. оставил в "Записке Гос. секретаря А. Н. Оленина о заседании Гос. совета по получении известия о кончине императора Александра I" (опубл.; Сб-к имп. Рус. ист. об-ва, т. 20, СПб., 1877). Не лишенная отд. противоречий в фактич. изложении. "Записка.-" живо передаст общую атмосферу, сообщает любопытные детали, рисует колоритный образ автора, ощущающего себя, несмотря на неопределенность ситуации и неразбериху, действующим лицом "знаменитого события".

События 14 декабря отражены в письме О. к дочери и зятю -- Варваре Ал. и Григ. Никан. Олениным от 24 дек. 1825 (опубл. под назв. "Частное письмо о происшествии 14 дек. 1825 г." -- РА, 1869. кн. 1, No 4), хотя и под несколько своеобразным "углом зрения"; не выходивший на протяжении всего дня из Зимнего, -- "ибо в этом положении дел всякий должен быт и умирать на своем месте" (стб. 734), -- О. в осн. описывает лишь происходящее во дворце, слухи и увиденное нм из окон. Комментарии О. ("Оболенский, бешеный убийца ... Вильгельм Кюхельбекер, безумный злодей...") органичны для его мировоззрения, как и помешенный в конце письма вывод; "если б этим ... разбойникам удалось сделать переворот, то они бы погрузили Россию в потоки крови на 50 лет" (стб. 052, 053). Однако О., связанный со мн. декабристами узами родства и дружбы (младший сын О. -- чл. "Союза благоденствия"; в доме Олениных бывали С. И. и М. И. Муравьёвы-Апостолы, Никита М. и Ал-др М. Муравьёвы, Е. П. Оболенский и др.), отказался участвовать в работе Следств. к-та и Верховного уголовного суда, мотивируя отказ родством с Волконским.

Разительный контраст с образом О. -- гос. мужа, мнения к-рого "пользовались неоспоримым авторитетом" (Толстой -- Ф. П., с. 133), -- составляла его внешность. "Маленький и очень проворный" (Жихарев, 1989, II, 178), "человек в миниатюре" (Милонов М. В., Надпись к портрету Оленина, -- в кн.; Рус. эпиграмма, 1988, с. 183), "лилипут", у стула к-рого в Гос. совете ставился табурет для ног (Корф, с. 269), О. имел "довольно оригин&пьные" (там же) черты; "умное, выразительное, приветливое" лицо его дополнял "огромный орлиный нос" (Каменская, с. 134). Своеобразие облика довершала "странность в одежде" -- ополченский мундир; белые панталоны, сапоги с кисточками и шпорами, "на маленькую седую голову надевалась шляпа с громадным зеленым султаном ... с боку прицеплялся тяжелый палаш, больше самого генерала"; О. "больше походил на детскую игрушку "casse-noisette" [франц. "щелкунчик". -- Ред.], чем на президента..." (Стояновский, 1875, с. 280; Каменская, с. 135). Современники каламбурно обыгрывали и фам. О. ("Oh, le nain" -- франц. "О, карлик") (см.; Лит. салоны, с. 249--50; Смирнова-Россет, с. 356; РА, 1877, кн. 2, No 5, с. 34).

Судьба О. являет редкий пример успешного сопряжения блистательной карьеры сановника, прочно усвоившего этич. нормы екатерининской эпохи ["искателен в сильных при дворе и чрезвычайно уступчив в сношениях с ними", хотя и "никогда не изменял чести" (Вигель, II, 46); подтверждением может служить история с опалой А. Ф. Лабзина; обвинения в адрес О. как не вступившегося за него (Герцен, I, 435) убедительно опровергаются в ст.; Стояновский, 1875, с. 291--96; см. также; Дмитриев М. А., Главы из восп. моей жизни, М., 1997, ук.; подг. текста и комм. К. Г. Боленко, Е. Э. Ляминой, Т. Ф. Нешумовой], с искренней, пронесенной через всю жизнь преданностью иск-ву и науке и деятельным служением им. Многие современники подчас не без иронии отмечали разнообразие занимаемых постов и широту интересов О., присущее ему свойство "всегда и везде находить себе место" (речь Н. И. Тургенева -- "Арзамас", I, 416); Александр I, по словам Ф. Ф. Вигеля, "шутя прозвал его TausendkЭnstler, тысячеискусником" (Вигель, II, 47).

Крайнее разнообразие и "точечность" тематики демонстрируют и многочисл. тексты О., совокупность к-рых обнаруживает, однако, нек-рые характерологич. черты личности автора; и в статьях [яркий пример -- "О починке креста и ангела (без лесов) на шпице Петропавловского собора в С.-Петербурге" -- СО, 1831, No 14, в к-рой личные наблюдения подкреплены выверенными инженерными расчетами и чертежами], и в дневниках [напр., "Дневная записка славного путешествия двух странствующих (О. и Крылова. -- Ред.) по синему морю до немецкого города Ревеля...", 1824, -- опубл. в ст.; Бабинцев С. М., И. А. Крылов. Новые мат-лы. Сб. ГПБ им. М. Е. Салтыкова-Щедрина, в. 3, Л., 1955, с. 55--58], и в письмах (в большинстве сугубо науч. и делового характера) О. предстает человеком рационального, практич. склада, склонным к лапидарному, тезисному стилю изложения.

Др. пост. мотив отзывов об О. -- его "пламенная любовь ... ко всему, что клонилось к развитию отечественных талантов" (Уваров, с. 39; ср. совет Батюшкова Гнедичу в письме 1809; "придерживаться" О., ибо "он просвещеннее и лучше, и добрее всех князей" -- Батюшков, III, 90), умение, употребляя свое влияние, склонять на них "щедрот монарших луч" (Крылов -- "А. Н. Оленину при доставлении последнего издания басен") и, не чуждаясь "даже начинающих юношей", помогать "каждому словом и делом" (Зотов Р., Театральные восп. Автобиогр. зап., СПб., 1859, с. 56).

Последние годы жизни овдовевшего (1838) О. были безрадостными; продолжая сохранять за собой все многочисл. посты, он постепенно отходил от дел, тяжело переживал свою немощность и одиночество ("Надоело мне все с боя получать и вечно бороться с судьбою" -- письмо к А. А. Олениной, 1839, см.; Устимович, с. 410).

Дети О., причастные к лит-ре и лит. быту, играли немаловажную роль в салоне Олениных; Петр (179-1--1868), участник Отеч. войны 1812, впоследствии ген.-майор, художник-любитель (известны его портреты Крылова и Гнедича). автор неоконч. автобиогр. набросков -- "Тринадцать часов, или Приютино" (1809 -- РНБ, ф. 542, No 627; извлечения в кн.; Тимофеев, с. 42--43); Алексей (1798--1854). воспита1шкк Пажеского корпуса, впоследствии действит. тайный советник, автор юношеского опыта в гос.-патриотич. духе "Ист. воспоминания о нашествиях на Россию" (СПб., 1816. подпись А. О.; Масановым ошибочно атрибутируется О.), в 1828 тесно общавшийся с Пушкиным. Вяземским. Грибоедовым. Н. Д. Киселевым. А. Мицкевичем; Варвара (1802--77; замужем за однофамильцем), любимица Крылова, записавшая свои восп. и анекдоты о нем (частично опубл. в кн.; И. А. Крылов в восп. современников. М., 1982). а также мемуары о декабристах в письмах к П. А. Бартеневу (Летописи ГЛМ, кн. 3. М-1938); Анна (1808--88; в замужестве Анлро). предмет серьезного увлечения Пушкина [с ее именем связан лирич. шил 1828. в т. ч. стих. "Я вас любил..."; после неудавшегося сватовства Пушкин перестал бывать у Олениных, в черновиках "Евгения Онегина" оставил о них сатирич. строки, в частности; "Тут был ее отец а / О двух ногах н<уле>к горбатый" (VI, 514)], адресат стих. Козлова, С. Г. Голицына, Гнедича, М. Ю. Лермонтова и др., автор "Дневника (1828--1829)" (Париж. 1936; переизд.; М., 1994) и незавершенного "Романа нашего времени" (РНБ, ф. 342, No 933. 936). содержащих фрагменты о Пушкине.

Др. произв.; "Краткое рассуждение о бухгалтерии и в особенности о бухгалтерии казенных мест" (СПб., 1810), "Облик или портрет Великого князя Святослава Игоревича, писанный ... Львом Дьяконом..." (СО, 1814, No 2), "Краткое описание египетской купчей крепости..." (СО, 1822, No22), некролог А.И.Ермолаеву (СПбВед., 1828, 24 июля).

Изд.; Археологич. труды, т. 1, в. 1--2, СПб., 1881 (со вступ. ст. Н. И. Стояновского). т. 2. СПб., 1882; Латышев В. В., К истории археологич. исследований в юж. России (Из переписки О.). Од., 1888.

Лит.; Державин; Пушкин; Пушкин в восп.; Батюшков; Вигель; Греч; Жихарев; Барсуков (все -- ук.); Вяземский, т. 8, 9 (ук.); А. В. <Уваров С. С.>. Лит. восп.-- "Совр.", 1851, No 6, отд. 2, с. 39--10; Толстой Ф. П., Записки. -- PC 1873, No 2, с. 124, 133--35; Стояновский H. И., А. Н. Оленин. 1763--1843. -- PC. 1875, No 10; Солнцев Ф. Г., Моя жизнь и худож.-археологич. труды. СПб., 1876; Майков Л. Н., О жизни и соч. К. Н. Батюшкова. -- В кн.; Батюшков, I, 48--59, 71, 166--68, 190. Устимович П. М., А. А. Андро, рожд. Оленина. -- PC, 1890, No 8; Иконников В. С. Опыт рус. историографии, т. 1, кн. 1--2, К., 1891--92 (ук.); Оом Ф. А., Воспоминания, М., 1896, с.6--9, 18--19; Корф М. А., Из записок. -- PC 1899, No 11, с. 269--272; Георгиевский Г. П., О. и Н. И. Гнедич. Новые мат-лы из Оленинского архива. -- Сб. ОРЯС 1914. т. 91, No 1; Имп. Публичная б-ка за сто лет. 1814--1914. СПб., 1914, с. 23--157; Пыпин А. Н., Иссл. и статьи по эпохе Александра I, т. 2. П., 1917 (ук.); Аронсон М., Рейсер С. Лит. кружки и салоны. Л., 1929 (ук.); Цявловская Т. П. Дневник А. А. Олениной. -- В сб.; Пушкин. Иссл. и мат-лы. т. 2, М.--Л., 1958; Прийма Ф. Я. Пушкин и кружок О. -- тан же; его же. "Слово о полку Игореве" в рус. ист.-лит. процессе первой трети XIX в., Л., 1980 (ук.); Бабинцев С. М., "Драм. вестник". -- В изд.; Книга. Иссл. и мат-лы. сб. 1. М., 1959; Гиллельсон М. И., Молодой Пушкин и арзамасское братство. Л., 1974, с. 4--37; Левин Ю. Д., Оссиан в рус. лит-ре. Л., 1980 (ук.); Козлов В. П., Колумбы рос. древностей, М., 1981 (ук.); И. А. Крылов в восп. современников. М., 1982 (ук.); Шубин В. Ф., Файбисович В. М., К лит. жизни пушкинского Петербурга. -- РЛ. 1982, No 3, с. 155--58; Тимофеев Л. В., В кругу друзей и муз; Дом О., Л., 1983 (с использованием арх. мат-лов. о дате рожд. -- с. 254*); его же. Кружок О. и книжная графика первой трети XIX в. -- В сб.; Рус. лит-ра и изобразит. иск-во XVIII -- нач. XX в., Л., 1988; Петрова Е Н., Иллюстрации к анакреонтике Г. Р. Державина. Замысел и история создания. -- Б кн.; Державин Г. Р., Анакреонтические песни, М., 1986; Проскурин О., "Победитель всех Гекторов халдейских" (К. Н. Батюшков в лит. борьбе нач. XIX в.). -- ВЛ, 1987, No 6, с. 65; Голубева О. Д. Хранители мудрости. М., 1988 (гл. об О. и по ук.; обширная лит. к арх. мат-лы); ее же, Что рассказали автографы. СПб., 1991, с. 5--16, 27; Каменская М. Ф., Восп., М., 1991 (ук.); Гордин М., Владислав Озеров. М., 1991, с. 95--99; "Арзамас" (ук.); Зорин А. Л., Батюшков и Германия. "Arbor Mudi", 1997, No 5; Smart M., Aristocrat-Librarian in Service to the Tsar A, N. Olenin and the Imperial Public Library, N.Y., 1986. ЛН, т. 58 (ук.), 60, кн. I, с. 587--88. + Некрологи, 1843; СПбВед, 21 апр.; MBед. 24 апр. РБС; Брокгауз; Геннади; ПНекр.; ИДРДВ (т. 2. 5); СДР; БСЭ; СИЭ; Лерм. энц.; Книговедение; Муратова (1. ух.); Черейский; Масанов; Кондаков С.Н., Юбилейный справочник имп. Акад. художеств. 1764--1914, т. 1--2, СПб., 1914; История ист. науки в СССР. Дооктябрьский период. Библ., М., 1965; Булахов М. Г., "Слово о полку Игореве" в лит-ре, иск-ве, науке. Краткий энц. словарь, Минск, 1989; Сотрудники РНБ -- деятели науки и культуры. Биогр. словарь, т. 1. СПб., 1995 (ст. О. Д. Голубевой).

Архивы; РНБ, ф. 542; РГБ, ф. 211; РГАЛИ, ф. 1124; ГТМ, ф. 138; ИРЛИ, ф. 644; Краеведч. музей г. Касимова (л. ф. П. А. Стенина); АРАН СПб, ф. 768; Петерб. отд. Ин-та археологии РАН, ф. 7; РГИА, ф. 7; РГВИА, ф. 489, оп. 1. д. 2518 (ф. с. 1795 г.).


М. К. Евсеева.


Русские писатели. 1800--1917. Биографический словарь. Том 2. М., "Большая Российская энциклопедия", 1992