# Из посмертных стихотворений

Иннокентий Васильевич Омулевский

"Немного мне надо для счастья..."

Камчадал

Залетные птицы

"Всюду слышны народам приветствия..."

Камчатка

"Во полуночный час, в вожделенной тиши..."

"Как бы жизнь ни шла сурово..."

Из гроба

Наши гости

Чужеземцу

"Когда ты выростешь современем большая..."

Муза

Почему?

"Иди торжественно своей любви навстречу..."

Ангарская греза

Сибирская колыбельная песня

## ПОСМЕРТНОЕ СТИХОТВОРЕНІЕ И. В. ОМУЛЕВСКАГО.


Немного мнѣ надо для счастья:

Подругу съ веселымъ лицомъ,--

Пускай бы живое вниманье

Ко мнѣ выражалось на немъ;

Клочекъ живописной природы,

Лучъ солнца и тучу съ грозой,

Пускай бы они приносили

Душѣ вожделѣнный покой;

Завѣтный кружокъ молодежи,

Бурливый, какъ вешній ручей,--

Пускай бы огонь придавалъ онъ

И мысли, и пѣснѣ моей.

Свободу высказывать думы

Мои заповѣдныя вслухъ,--

Пускай бы, подъ голосъ мой, ожилъ

Въ страдальцѣ подавленный духъ;

Но -- главное -- счастье народа,

Пускай бы годовъ моихъ нить,

Дождавшись его, порвалася...

О, нѣтъ! мнѣ счастливымъ не быть.

Августъ 1879 г. Иркутскъ.

29-го Декабря 1883 года.


"Восточное Обозрѣніе", No 1, 1884


## ПОСМЕРТНЫЯ СТИХОТВОРЕНІЯ ОМУЛЕВСКАГО.


## КАМЧАДАЛЪ.


На крайнемъ востокѣ далеко, далеко,

Вдоль бурнаго моря, межъ тундръ и у скалъ,

Гдѣ бродятъ оленей стада одиноко,

Гдѣ въ мрачномъ безьлюдьи теряется око,--

Ютится родной мнѣ дикарь -- камчадалъ.

Вездѣ окруженный суровой природой,

Безсильный сознаньемъ, чтобъ дать ей отпоръ,

Повитый съ пеленокъ одной непогодой,

Онъ свыкся давно ужъ съ нуждой и невзгодой,

Несетъ безотвѣтно судьбы приговоръ.

Но божія искра таится всецѣло

Въ душѣ его дѣтской, и видится въ немъ,

Какъ въ зеркалѣ грубомъ, та мощь безъ предѣла,

Что съ искони вѣка боролася смѣло

Не только съ природой -- съ самимъ божествомъ.

Стремленіе бороться и въ немъ проступало;

Хоть пасынокъ міра, онъ все же съумѣлъ

Слѣдовъ энергичныхъ оставить немало,

И громко бы имя Камчатки звучало,

Не будь ей младенческій созданъ удѣлъ.

Не онъ ли, дикарь, презираемый нами,

Являетъ собой безкорыстья примѣръ,

Служа намъ посильно своими трудами,

Хоть мы и перстомъ не подвинули сами

Для роста къ добру его принятыхъ мѣръ.

Не онъ ли по снѣжному полю зимою

Быстрѣе, чѣмъ пурга, на лыжахъ летитъ?

Но онъ ли, ему лишь доступной стрѣльбою,

Снабжаетъ Европу одеждой пушною

И мѣхъ горностая порфирамъ даритъ?

Но онъ же, по милости взрослаго брата,

Средь умственной тьмы выбиваясь изъ силъ

И къ дѣтскому вѣку не видя возврата,

Ничѣмъ неповинный, болѣзни разврата

Къ своей первобытной натурѣ привилъ?

Ты чѣмъ его выше, развитое племя?

Ты чѣмъ его поднялъ, гуманности вѣкъ?

Но тѣмъ ли, что въ наше кичливое время

Вездѣ вымираетъ, неся твое бремя,

Тобой развращенный дикарь -- человѣкъ?

Мнѣ стыдно за міръ нашъ,-- и многіе годы

Равно и въ печальный, и въ радостный часъ

Я васъ вспоминаю, о, дѣти природы!

И думаю крѣпкую думу о васъ...


"Восточное Обозрѣніе", No 3, 1884


## ЗАЛЕТНЫЯ ПТИЦЫ.


(Изъ посмертныхъ стихотвореній И. В. Омулевскаго).


Вихрями въ бурные годы

Въ край нашъ заноситъ глухой

Птицъ незнакомой породы,

Смѣлыхъ и гордыхъ собой...

Много тѣхъ птицъ погостило

Въ нашей холодной странѣ...

Снѣгомъ слѣды ихъ покрыло,

Смыло водой по веснѣ..

Много залетныя гости

Пищи странѣ принесли...

Мы, въ благодарность, ихъ кости

Въ мерзлой землѣ сберегли...

Но равнодушіе края

Нашихъ гостей не смутитъ

Эта отважная стая

Дома не долго сидитъ...

Сдѣлайся буря -- и стаю

Вихорь опять занесетъ,

А, попривыкнувши къ краю,

Дастъ она, вѣрно, приплодъ...


"Восточное Обозрѣніе", No 12, 1884


## ИЗЪ ПОСМЕРТНЫХЪ СТИХОТВОРЕНІЙ И. В. ОМУЛЕВСКАГО.


## * * *


Всюду слышны народамъ привѣтствія,

А народныя страшныя бѣдствія

Съ каждымъ дномъ все растутъ и растутъ.

Богачамъ, но боящимся холода,

Во всю жизнь не извѣдавшимъ голода,

Не цѣнящимъ убійственный трудъ,--

Это вздоръ. Но въ обители тѣсныя

Скорби, язвы еще неизвѣстныя

Съ человѣкомъ бороться идутъ.

Понимаютъ умы первоклассные,

Что отъ васъ эти язвы ужасныя,

Представители гнета и тьмы!

Понимаютъ -- и всѣми ихъ силами,

Передъ свѣжими братьевъ могилами,

Служатъ намъ, чтобъ бодрилися мы.

Но въ послѣднемъ, горячемъ усиліи

Погибаютъ и сами въ безсиліи

Первоклассные эти умы...

И смолкаетъ надолго, поникшая,

Голосами ихъ смѣлыми жившая,

Пробужденная было, толпа;

Дожидается новыхъ спасителей --

И въ грязи обветшалыхъ обителей

Мретъ и гибнетъ, какъ прежде слѣпа.

А богатство надъ ной потѣшается,

Что голодная тамъ она шляется,

Гдѣ его пролегаетъ тропа!

1875 года.


"Восточное Обозрѣніе", No 13, 1884


## ПОСМЕРТНОЕ СТИХОТВОРЕНІЕ И. В. ОМУЛЕВСКАГО.


## КАМЧАТКА.


(Дорожный набросокъ).


Мнѣ стоитъ забыться мечтой --

И силѣ ея уступая,

Живьемъ возстаютъ предо мной

Картины родимаго края.

За видомъ проносится видъ...

Я слышу: на вольномъ просторѣ

Немолчно шумитъ и гудитъ

Камчатское бурное море.

Я вижу: вздымая хребты,

Чернѣясь, какъ моря курганы,

Рѣзвятся гиганты -- киты,

Высоко пуская фонтаны.

Предчувствуя славный уловъ,

Накренясь до рей надъ волнами,

Трехмачтовый бригъ -- китоловъ

Подъ всѣми летитъ парусами.

А тамъ вонъ морскаго бобра

Привычнымъ завидѣвши глазомъ.

Несется, какъ чайка быстра,

Туземная партія разомъ.

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .


"Восточное Обозрѣніе", No 19, 1884


## ОБОРВАННЫЯ СТРУНЫ 1).


(Изъ неоконченныхъ стихотвореній И. В. Омулевскаго).


Во полуночный часъ, въ вожделѣнной тиши,

Когда нѣту со мной ни единой души,

Я молюсь съ неизмѣнной любовью

За тебя, молодежь! чтобъ въ неравной борьбѣ

Не испортила въ жизни побѣду себѣ

Ты своею горячею кровью;

Чтобъ и тѣни сомнѣнья не вѣдала грудь,

Что въ ближайшемъ грядущемъ не будетъ твой путь

Благодарно усыпанъ цвѣтами;

Чтобъ на небѣ твоемъ не носилося тучъ,

Чтобъ твой голосъ всегда, силой правды могучъ,

Вдохновенно звучалъ между нами;

Чтобъ ты грудью свой край, какъ дитя свою мать,

Защищала, несмѣтная юная рать,

На родимыхъ поляхъ умирая,--

И чтобъ мы, старики, утѣшаясь тобой,

За тебя, какъ за вѣру, стояли горой,

На печальные дни не взирая.

1) Годъ тому назадъ, 29 декабря 1884 года, мы похоронили нашего поэта И. В. Омулевскаго. Напоминаемъ о немъ, печатая нѣсколько посмертныхъ стихотвореній, которыя назовемъ "оборванными струнами" въ тотъ моментъ, когда онъ все чаще и чаще началъ напѣвать пѣсню родины. Послѣднее неоконченное стихотвореніе напоминаетъ его голосъ изъ-за гроба.


## * * *


Какъ бы жизнь ни шла сурово,

Что бы ни было впередъ,--

Не должны мы безтолково

Опасаться за исходъ:

Каждый день приноситъ муки,

Но, повѣрьте, наши внуки,

Разобравши ихъ запасъ,

Поумнѣютъ изъ-за насъ.

Жизнь всегда чужда могилѣ,

Рѣки кверху не текутъ,

И не тмѣ, не грубой силѣ

Побѣдить упорный трудъ.


## ИЗЪ ГРОБА.


Сибирь родимая! повсюду и всегда

Съ любовію къ тебѣ я устремляю взоры,--

Несется пѣснь моя туда,

Гдѣ степи ты раскинула и горы

Картиною, чарующею глазъ

Любаго путника. О, много, много разъ,

Воскреснувъ въ памяти, онѣ мнѣ навѣвали

Отраду бодрую взамѣнъ живой печали!

Необозримая лежишь ты предо мной

Въ нѣмомъ величіи, страна моя родная!

Народъ твой спитъ еще, но въ грёзѣ молодой

Мерещится ему судьба роднаго края!

Желалъ бы я, чтобъ въ нѣдра дорогія

Мой прахъ ты приняла, родимая земля.

Лежать въ чужой странѣ, гдѣ люди все чужіе,

Гдѣ чуждыя кругомъ раскинуты поля,

Я не могу! . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .


"Восточное Обозрѣніе", No 2, 1885 г.


## СИБИРСКІЯ СТИХОТВОРЕНІЯ ОМУЛЕВСКАГО.


## Наши гости.


Я любилъ, когда пирушка

Собирала къ намъ друзой

И бывало, мать-старушка

Суетилась для гостей.

У отца лицо сіяло,

Молодымъ казался видъ;

Слышно съ улицы, бывало,

Какъ онъ весело остритъ.

Здѣсь и тамъ горѣли свѣчи,

На столахъ и по стѣнамъ;

Здѣсь и тамъ живыя рѣчи

Шли со смѣхомъ пополамъ.

Вспоминались дни былые,

Говорилось то и се,--

Ухо дѣтское впервые

Посвящалося во все.

Гости многое, какъ видно,

Испытали на вѣку,

Ихъ послушать бы нестыдно

Было даже старику.

По бесѣда на распашку

Не сводилася къ тому,

Что могла бы дать поблажку

Развращенному уму.


## Чужеземцу.


Ты дивишься, чужеземецъ,

Нами встрѣченный привѣтно,

Что сибирскій уроженецъ

Любитъ край свой беззавѣтно?

Ты дивишься, покидая

Нашу сторону глухую.

Что и самъ, не замѣчая,

Полюбилъ страну чужую?

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .


"Восточное Обозрѣніе", No 4, 1885


## ИЗЪ ПОСМЕРТНЫХЪ СТИХОТВОРЕНІЙ ОМУЛЕВСКАГО.


Посвящается моей дочери -- сибирячкѣ.


Когда ты выростешь современемъ большая

И, можетъ, посѣтишь далекій край родной,

На каждомъ тамъ шагу твой путь благословляя,

Да носится мой духъ незримо надъ тобой!

Люби свою страну не той пустой любовью.

Что съ звуками рѣчей уносится, какъ дымъ,--

Ты жертвуй для нея и плотію, и кровью,

Дѣлися съ ней трудомъ и разумомъ своимъ.

Тамъ въ-очію тебѣ представятся картины,

Какія и во снѣ инымъ не снятся вѣкъ;

Тамъ встрѣтишь ты и горы-исполины,

И звукъ ручьевъ, и шумъ гигантскихъ рѣкъ.

При словѣ "родина" учили насъ вставать,

Какъ учитъ мать предъ старшими стоять

Дѣтей послушныхъ.

О, дай Богъ вамъ познать, хоть въ грезѣ вашихъ сновъ

Такихъ же юношей и стариковъ

Великодушныхъ *).

*) Послѣднія строки есть только набросокъ мысли, которую предполагалось провести въ стихотвореніи.


"Восточное Обозрѣніе", No 39, 1885 г.


## ИЗЪ ПОСМЕРТНЫХЪ СТИХОТВОРЕНІЙ ОМУЛЕВСКАГО.


## МУЗА.


Когда замолкнетъ шумъ томительнаго дня

И воцарится ночь съ обычной тишиною,

Она стоитъ за кресломъ у меня,

Слѣдитъ за каждою написанной строкою...

И слышу я, что грудь ея начнетъ

Дышать задержаннымъ, порывистымъ дыханьемъ,

Перо бѣжитъ стремительно впередъ

Подъ новымъ, непонятнымъ, страннымъ обаяньемъ;

Но если вдругъ она наклонится потомъ,

Иль топнетъ чуть замѣтно ножкою своею,--

Рука дрожитъ... и медленно притомъ

Зачеркиваетъ все набросанное ею.

Когда же проскользнетъ сквозь ставни ранній свѣтъ

На недописанныя пламенныя строки,

Оглянешься -- ея ужъ гдѣ-то нѣтъ...

Уснешь -- и грезятся во снѣ ея уроки.


## ПОЧЕМУ?


Пусть говорятъ, что міръ широкъ,

Что жизнь -- открытая дорога,

Что въ данный намъ короткій срокъ

На свѣтѣ можно сдѣлать много.

Но почему же въ мірѣ всѣмъ

Такъ неуютливо, такъ тѣсно,

И спимъ, нескованы ничѣмъ,

Мы лишь въ могилѣ, какъ извѣстно?

Зачѣмъ у генія всегда

Подрѣжутъ крылья, сдержатъ ходу?

Зачѣмъ отъ жизни иногда

Готовы броситься мы въ воду?

Не потому ль печальный видъ

Уноситъ каждый, вѣкъ кончая,--

Что не воздѣлана стоитъ,

Какъ и всегда, земля родная?


## * * *


Иди торжественно своей любви навстрѣчу.

-- "Что скажетъ свѣтъ? что я ему отвѣчу?"

И если цѣлый міръ возстанетъ на тебя,

Чтобъ заклеймить любовь твою позоромъ,

То все же будетъ сладостна борьба

За первый сердца крикъ.... окупленный укоромъ.

А если ты продашь любовь свою,

То цѣлый міръ, со всѣмъ своимъ участьемъ,

Тогда не подаритъ за сдержанность твою

Потеряннымъ на вѣкъ и невозвратнымъ счастьемъ!


"Восточное Обозрѣніе", No 22, 1887


## АНГАРСКАЯ ГРЕЗА.


(Дорожный набросокъ).


Вонъ виднѣются горы Байкала

Въ чуть замѣтной дали Ангары...

И душѣ моей живо предстала

Ты, избранница юной поры!

Мнѣ мерещится смуглый румянецъ,

Смоль густыхъ, непокорныхъ волосъ

И отъ солнца блестящій ихъ глянецъ,

Оттѣненный бутонами розъ.

Я узналъ васъ, сибирскія розы!

Разскажите вы, милыя, мнѣ:

Иль не губятъ снѣга и морозы

Васъ и въ нашей суровой странѣ?

И, какъ тихій младенческій лепетъ,

Мнѣ послышался ясно отвѣтъ:

Мы цвѣтемъ, подавляя свой трепетъ,

Ради родины, милый поэтъ!

Омулевскій.


"Восточное Обозрѣніе", No 35, 1882


## СИБИРСКАЯ КОЛЫБЕЛЬНАЯ ПѢСНЯ.


(Посвящается моему сыну).


Спи, дитя! Въ странѣ изгнанья,

Ты -- ей сынъ родной;

Всѣ ея мечты, желанья

Пусть ростутъ съ тобой.

Закалитъ твой духъ въ отчизнѣ

Сѣверный морозъ,

Чтобъ не могъ извѣдать въ жизни

Ты безсильныхъ слезъ.

Разовьется умъ твой бойко

Подъ родной просторъ,

Чтобъ въ борьбѣ стоялъ ты стойко,

Какъ вершины горъ.

Помни твердо, что народу

Призванъ ты слугой,

Что беречь его свободу --

Слава за тобой.

Спи, дитя! Въ странѣ изгнанья,

Ты -- ей сынъ родной;

Свѣтлый ангелъ упованья

Дремлетъ надъ тобой:

Какъ цвѣтетъ Сибирь родная

Вся цвѣтами сплошь,

Пусть и ты на радость края

Пышно расцвѣтешь!

Омулевскій.


"Восточное Обозрѣніе", No 11, 1883